В путь – с тобой, на другой конец света. Genshin Impact

Никто не знает, когда наступит момент, который изменит нашу жизнь навсегда. Мгновение, когда необходимо признать, что старого привычного мира больше не существует. Что сказать, хаотичная вселенная порою любит преподносить сюрпризы. Вы можете не быть уверены в верности супруга, в том, что вас окружают надёжные друзья, но обычно все мы точно знаем, что уж с нами-то не приключится что-то уж совсем из ряда вон выходящее. Да?

Как в фильмах. Или в наших самых сокровенных мечтах.

О чём вы подумали? Может, о полёте в загадочный космос? Или о внезапном наследстве в десятки миллионов долларов от сверх далёкого родственника, который когда-то там в вашем детстве, ещё тогда потряхивая старостью, поплыл от вашего стишка, торжественно исполненного на табуретке?

Люмин же с детства мечтала о том, чтобы путешествовать. Чтобы как в фильмах! С зыбучими песками, обаятельным злодеем и с говорящими животными, загадочно указывающими путь. Нереалистично – скажете вы. Люмин с вами абсолютно согласна.

И всё же она вполне довольна своей жизнью. Несмотря ни на что продолжала оставаться оптимисткой. Она появилась у родителей поздно, но они, пусть и недолго, были счастливы вместе. И Люмин по ним порой очень скучает.

Она может припомнить с десяток веселых историй из школы. А с началом университетской жизни наконец вкусила и свободу, кажущуюся раньше куда легче и однозначнее. Вполне неплохо училась, очень даже неплохо, так что успела побывать и студенткой по обмену в Сумеру, и ухватиться за шанс поехать на летнюю программу в Натлан.

Эти путешествия незабываемы. Люмин никогда не забудет и то, как вместе с Фишль снимала тесную квартирку на окраине города, что на севере Фонтейна, и бессонные ночи в ней, отдающиеся гулким звучанием швейной машинки, музыкой Гарри Стайлса из дешёвой колонки и ароматом молочного шоколада из кухни размером три метра на три.

Ведь быть подругой Фишль – то ещё приключение. И Люмин ни за что бы не пожелала прожить жизнь как-то иначе.

Когда-то казалось, что они всегда будут вместе. Там, в съёмной квартире со старыми обоями в деревенский цветочек. С говорящим попугаем Озом и плакатами на шкафу, что они весело собирали четыре часа. Но в один момент в её жизнь уверенной походкой вошёл стройный красавец по имени Тарталья. Её идеал.

Люмин познакомилась с ним одним жарким летом, когда случайно попала на какой-то несанкционированный парад в столице Фонтейна. Этот высокий парень в серой рубашке с тремя расстёгнутыми пуговицами, с блестящей рыжей шевелюрой, пахнущей лаком и одеколоном, нежданно-негаданно с уверенностью, как у королевы Снежной, попросил стражей правопорядка снять с юной дамы всякие обвинения, сделать тон в три оборота потише и заняться своими прямыми обязанностями. Не сказать, что у него получилось убедительно, поскольку им пришлось убегать от столичной полиции. Но одна на побег Люмин бы точно не решилась.

А вот Тарталья оказался парнем куда смелее. В поступках, в словах. Люмин всегда казалась себе уверенным человеком, но при одном взгляде на Тарталью ей думалось: вот он – мой пример. Рядом с ним становилось спокойнее. Чувствовала себя защищённой. Рядом с ним, задыхаясь от нежности, впервые сказала «люблю». Рядом с ним накрывало безумием до льдистых мурашек. А после – тягучим теплом.

Казалось, наконец нашла то самое мужское плечо, на которое можно без страха опереться. И когда он предложил ей стать ближе, словно побывала на седьмом небе.

К сожалению, как оказалось, есть у Тартальи одна плохая привычка. Лгать.

Во-первых, он полгода врал, что его рыжий цвет волос вполне себе настоящий. Лгал о красоте её новой короткой причёски. Даже лгал, что солил суп. О многом недоговаривал. Во-вторых, многое скрывал.

И теперь мы плавно перешли к моменту, который описан в начале. К мгновению, что меняет жизнь навсегда. Это было словно кино. Очень. Плохое. Кино.

Закройте глаза. Представьте, что вы подавлены: вы во мраке, и тьма вас окутывает. Всё внутри хочет сжаться в одну маленькую точку, а после взорваться от несправедливости, обиды и злости. И щёлкните пальцем – ничего нет. Потому что после происходит то, что делает вас самым счастливым человеком на свете.

Вселенная уместила два судьбоносных поворота её жизни в один единственный летний день. Знала ли Люмин, что так случится? Конечно, чёрт подери, нет! Но намекала ли ей на что-то судьба?

Протестовало ли что-то внутри, когда принимала предложение руки и сердца от рыжего парня с невероятными синими глазами, в глубине которых скрывался обман? Сомневалась ли, когда покупала то жутко дорогое свадебное платье и уверяла Фишль в том, что он – тот самый? Могла ли представить, что за несколько недель до свадьбы ненароком прочтёт те сообщения в его телефоне и отменит торжество, на которое были приглашены все его родственники? Боялась представить. Даже в кошмарах.

Сначала Люмин собиралась как-то подготовиться к этому разговору. Возможно, отомстить. Порвать белое платье с фатой. Порезать его галстуки. Вылить его парфюм. Понаблюдать?

Но разбитое сердце не могло терпеть ни минуты. Тарталья сдался тут же, едва появившись на пороге, когда Люмин задала ему тот самый вопрос. Признался в измене, будто просто нашкодил. Легко, ненавязчиво. С лукавой улыбкой на лице. Уходя под речи «я не виноват, что влюбился!», Люмин горько размышляла о том, какой же оказалась дурой.

— Как я позволила этому случиться? Прямо у себя под носом... — Этап непрекращающихся слёз оказался пройден, и к Люмин вернулась возможность говорить сложными предложениями.

— Дура! — Нравоучительно стукнула её по затылку Фишль. Не будь она в смешной домашней пижаме в принт с зелёными попугаями, выглядела бы, как строгий завуч.

Конечно же, Люмин приехала к лучшей подруге, не имея никаких моральных сил заскакивать с чемоданами домой. И хоть это уже не их тесная однушка, а вполне себе просторная квартира с окнами на солнечную сторону, где Фишль теперь жила с мужем, она чувствовала себя уютно. Ведь где бы Фишль не оказалась, она всегда брала с собой себя.

— И ещё какая дура! — причитала подруга, демонстративно крестив руки на груди. Люмин почесала по растрёпанной блондинистой голове и поджала искусанные на нервах губы, жуя шоколадное мороженое из ведра и роняя в него свои же редкие слёзы. Вся жизнь пошла наперекосяк. Любимый жених оказался предателем, работа перестала приносить удовольствие. Хватит строить воздушные замки, Люмин. Так она размышляла. Придётся перебраться обратно, в одинокий отчий дом, который всё не решалась продать. Как видно, не зря.

Фишль задумчиво хмурилась, поглядывая на неказистый лохматый образ в потёртой старой футболке размера оверсайз.

— Ведь ты вообще не виновата! Это он – лживый и наглый мужлан! И…

— Он тебе никогда не нравился, знаю, — механически ответила и надула щёки, водя столовой ложкой по подтаявшей поверхности мороженного. И тут же почувствовала пару лёгких хлопков по макушке и чуть улыбнулась. Типичная Фишль. Сначала злится, но тут же добреет. Люмин вздохнула, всё ещё мелко дрожа. Кажется, к концу дня чуточку, но всё же стало легче. — Ты, как всегда, оказалась права.

— Кто-то же должен быть из нас прав, — усмехнулась лучшая подруга уже беззлобно, тряхнув двумя светлыми хвостиками по бокам и убирая ноутбук подальше от полупустой пачки влажных салфеток, батончиков, конфет и горы фантиков, которыми Люмин себя обложила на диване с подушками, словно святыми реликвиями. И присела рядом, скрестив худые ноги и кладя на них ноутбук. — Что ж, — хитро хмыкнула Фишль, стрельнув зелёными глазками. — Так и быть, беру тебя под свою опеку и полное руководство. С этого момента ты повинуешься мне во всём.

— Так точно, капитан... — Вяло изобразила соответствующее приветствие, отдающее честь, жуя кусок мороженого во рту, словно жвачку. Внутри всё ещё противно сдавливало от предательства. Но когда рядом с тобой люди, которых ты любишь, которые любят тебя в ответ и готовы сюсюкаться с тобой в этот тяжелый период, отсылая своего горячо любимого мужа из квартиры, чтобы лучшей подруге не было так неловко громко ныть в подушки… Настоящая подруга… Люмин снова расчувствовалась и всхлипнула. — Я так тебя люблю…

Фишль цыкнула и закатила глаза, но лёгкой улыбки всё же не сдержала.

— Во-первых, никакой больше грустной музыки. Запрещаю тебе слушать Лану Дель Рей. — Депрессивные нотки тут же сменились резвыми, когда Фишль что-то клацнула в белом ноутбуке с парой наклеек в виде сердечек. Тихие ритмы рока ударили по ушам. — Во-вторых, везде и всюду добавь его в чёрный список!

— Это… — Вдыхая подтаявшую шоколадную свежесть, подумала, что следующее мороженое будет фисташковым. — Как-то по-детски…

— А он так по-взрослому поступил, ага! Так-с... — Фишль уже преспокойно и с чистой совестью блуждала в её социальных сетях тонкими пальчиками. Это оправдано: Люмин ей полностью доверяла. — Готово! Тебе, кстати, уже какой-то парень написал. Сама судьба намекает на то, чтобы ты не теряла время! — подмигнула Фишль. — Давай-ка взглянем на него… Хм, по фото ничего такой...

Не сказать, что в тот момент незнакомый парень, написавший в сети, заинтересовал Люмин больше, чем ведро шоколадного мороженого в руках, но всё же он заинтриговал. Чуточку. И не то, чтобы мысли о Тарталье всё ещё не делали больно…

— Эй, запрещаю тебе думать! — Фишль щёлкнула пальцами перед её раскрасневшимся лицом, вырывая подругу из круговорота неприятных мыслей. — Я открываю диалог? Хочешь, я прочту?

Пораскинув мозгами, пожала плечами.

— Нет, я сама.

Помните ведь, да? В тот день с Люмин произошли две невероятные вещи. Первая – это предательство почти что у алтаря и пробитое насквозь сердце.

Вторая – это те сообщения в одиннадцать ночи от незнакомого парня.

Имя пользователя скрыто настройками приватности, 23:00

Привет ヽ(・ᴗ・)ﾉ. Не знаю даже, с чего начать. Не против, если сразу на «ты»? Мы всё же ровесники

Люмин недоумённо повела тонкой бровью. Напряжение смешалось с интересом.

— Пф, — фыркнула Фишль, крадя шоколадный батончик из её вкусного арсенала. — Это самый ужасный подкат, который я видела. И что за смайлик из прошлого века? Даже время не трать.

Если честно, ей почти не писали парни, и Люмин слабо представляла себе, как вести разговоры в сети с незнакомцами. Она жила реальностью. А сеть – лишь способ найти информацию и включить бесконечную трансляцию природы на фон.

Трудно определять подтекст, когда перед тобой лишь чёрные буквы, напечатанные на белом экране шрифтом «calibri». Но всё же показалось, что тот, кто это писал, хочет сказать что-то важное.

Люмин вглядывалась в сообщение с минуту. Это даже заставило её отложить ведро с мороженым с ног. Фишль глубоко вздохнула и спокойным тоном спросила:

— Всё же ответишь ему?

Недолго поразмыслив, Люмин еле заметно кивнула. Фишль переложила ноутбук на её колени и выключила яркий свет люстры. Тут же по всему периметру просторной кухни-гостиной лентой заиграл розовый неон.

— Ну, если нужен будет совет, ты знаешь, где меня найти, — улыбнулась Фишль, садясь за компьютерный стол, что у дивана, и включая на устройстве игру, которую Люмин не одобряла. Закатив золотистые глаза от вида прищурившейся Фишль, сосредоточившейся на схватке с монстрами, вернулась к диалогу с тем загадочным парнем. В конце концов, это внезапное сообщение смогло отвлечь от мыслей о Тарталье.

Что же ответить? Может: «Привет. Я не против. Только сразу скажу, что я…»

— Фишль?

— Да-да? — Подруга упорно продолжила смотреть в экран монитора, не отрываясь от пиксельной схватки на ней. Вопли раненых монстров и ритм её мелодичного бормотания под рок – это стиль.

— Не стоит же сразу писать о том, что я – неудавшаяся невеста? — неуверенно промямлила Люмин, улыбнувшись подруге уголком губ и нервно почёсывая мягкую щёку указательным пальцем. — И что я не совсем готова к отношениям, если он вдруг хочет со мной познакомиться?

Фишль выгнула острую бровь и всё же на пару секунд одарила её взглядом «Ты серьёзно? Нет, правда, ты серьёзно?», и, многозначительно хмыкнув, молча вернулась в игру. Люмин коротко хохотнула и растерянно провела ладонью по овальному лицу.

стереть

Люмин T, 23:05

Привет. Я не против, хоть я тебя и не знаю. Поэтому я не совсем понимаю, зачем ты мне пишешь. Хотелось бы узнать эту причину.

Парень всё это время оставался онлайн, и её только-только отправленное сообщение оказалось мгновенно прочтённым. Люмин заметила, что он сразу начал писать что-то в ответ.

23:06

Пользовательпечатает вам сообщение.

Пользователь печатает вам сообщение..

Пользователь печатает вам сообщение...

Наблюдая за мерцанием многоточия, появилось странное волнение. А чем дольше он писал, тем больше оно нарастало.

23:18

Пользовательпечатает вам сообщение.

Пользователь печатает вам сообщение..

Пользователь печатает вам сообщение...

Тянулись секунды, десятки минут. Люмин успела съесть три конфеты, доесть ведро шоколадного мороженого и выслушать очередную речь Фишль о паверкрипе. А ещё изучить личную страницу этого парня в сети. Как упомянула Фишль, на главной фотографии он и правда выглядел неплохо. Обычный, симпатичный парень с кучей друзей, судя по данным, которые нашла. А ещё…

— Обалдеть…

— Что? — Заслышала Фишль удивление в голосе Люмин.

— Тут много фотографий с девушкой. Они довольно близки... — С любопытством рассматривала она его фотоальбом. Переключившись на следующую фотографию в списке, обалдела ещё больше. Этот парень счастливо целовал девушку с белыми длинными волосами, заплетёнными в высокий хвост. У неё сверкало кольцо на безымянном пальце. — Они, похоже, женаты.

— Поди, ищет любовницу, — фыркнула Фишль, — поэтому он имя скрыл. Интересно, кстати, как он это сделал?

— Тут указано, — сосредоточенно продолжила, щурясь, чуть ближе подавшись к яркому экрану, — что он из Инадзумы. Но зачем тогда ему искать кого-то на другом конце Тейвата?

— Этот парень всё ещё строчит? — Фишль обречённо прокрутилась на компьютерном стуле к подруге. Кажется, она проиграла ту схватку.

Люмин на миг открыла диалог.

23:35

Пользователь печатает вам сообщение...

И медленно кивнула. Фишль вздохнула, откидываясь на спинке, сцепив пальцы на плоском животе и начиная в ожидании крутиться на стуле.

— Даже мне теперь интересно, чего ему от тебя надо.

Люмин вернулась к успокаивающим нервы сладостям, пытаясь держать мысли о своей неудавшейся личной жизни на замке, под звуки жизнеутверждающего рока из колонок и разглагольствования подруги о том, что кто-то там в игре не кританул со стопроцентным критическим шансом в характеристиках.

Она уже почти потеряла надежду, но наконец-то послышался звук пришедшего сообщения. Подруги тут же переглянулись. Похоже, Фишль тоже заинтриговал этот парень. Она торопливо присела рядом с Люмин, прильнув к её боку и положа заострённый подбородок ей на плечо.

Клацнув по кнопке, Люмин вернулась к окну диалога. И даже предположить не могла, что после прочтения этого сообщения её жизнь поделится на «до» и «после».

Имя пользователя скрыто настройками приватности, 23:51

Прости, что я так долго не отвечал. Пытался собрать мысли в единую кучу. Стоит сказать, что мы и правда друг другу незнакомы. Но то, что я собираюсь тебе написать, это изменит. Я считаю, что ты должна знать правду. Честно сказать, я этого очень долго добивался... Очень долго искал. Может быть, ты уже даже догадываешься, о чём я хочу сказать. Но что-то мне подсказывает, что нет.

— Ты догадываешься? — спросила Фишль, ткнув в конец строчки пальцем.

— Понятия не имею, о чём может идти речь… — Люмин нахмурилась. То, что он писал, было странным. А страсть к сладкому тут же ушла далеко на второй план.

А может ты и в курсе всего. И не нужно тебе ничего говорить. Так я стал думать. Потому что я вдруг побоялся, когда увидел твою страницу в сети. Я начал задаваться вопросом: а имею ли я право лезть в твою жизнь? Переворачивать её с ног на голову? Какими бы взрослыми мы ни были, нам всего-то по 23. Хотя и ты наверняка уже знаешь, что жизнь бывает жестока и несправедлива.

То, что было в прошлом, никогда не исправить, но мы бы тогда никогда не стали теми, кто мы есть сейчас. Если бы не то, что произошло.

То, в чём я тебе признаюсь, может причинить тебе немыслимую боль. Потому что я ощутил то же самое, когда это узнал. Прости, что я хожу вокруг да около. Но знаешь, я думаю, что ты поймёшь это, Люмин. Потому что наши с тобой жизни связаны. Мы – связаны.

Двадцать два года назад родители погибли под бомбардировками на острове Рито, в Инадзуме. Я выжил и попал в приют. Жизнь была нелегка, хоть я ребёнком и не помню ужасов войны. Сейчас я живу в достатке, у меня есть невеста и верные друзья. Работа, дом. Всё как у всех.

Год назад я прибыл на остров Рито почтить память предков и навестить детский дом, где я рос. Меня встретили с радостью, и я был счастлив снова видеть всех тех людей, кто вырастил меня. Но что-то было в их взглядах не то, и меня это обеспокоило. Я спросил, что случилось, и могу ли я как-то помочь. В ответ они рассказали, что я рос не один.

Двадцать лет назад мою сестру, рождённую со мной в один день, удочерили и увезли из страны.

Я искал свою сестру год. И я нашёл тебя, Люмин.

Я хотел, чтобы моя сестра знала, что где-то на другом конце света у неё есть родной человек. И пусть мы совсем друг друга не знаем, я всё равно испытываю к тебе очень тёплые чувства. Наверное, это и есть безусловная любовь.

Я хотел бы узнать тебя получше, если ты когда-нибудь к этому будешь готова. Хотел бы, чтобы ты позволила мне спрашивать, как у тебя дела. Как твоя жизнь и что в ней происходит. Позволила бы писать тебе по праздникам и присылать тебе в сообщения смешные картинки.

Но я понимаю, что всему своё время. И я, наверное, даже пойму, если ты мне откажешь.

Я хотел, чтобы ты знала, что у тебя есть родной брат. И я никогда не пожалею о том, в чём решил признаться.

Руки тряслись, а красные глаза, которые, казалось, выплакали уже всё, что можно, заслезились с новой силой. Даже Фишль поначалу не смогла подобрать нужных слов, повергнутая в немыслимый шок. Люмин смотрела на его письмо и чувствовала, как судьба выкручивает её наизнанку.

Реальность пошла волнами. Весь её мир затрещал под весом его сообщения. И мгновенно разбился.

Имя пользователя скрыто настройками приватности, 23:59

Меня зовут Итэр. Я счастлив познакомиться с тобой, родная сестра