В разводе. Решусь на любовь

И вот, после стольких лет разлуки, мы снова встретились. Он холост, а я разведена…

* * *

— Наташка, ну ты чего? Что ты по своему Игорю всё убиваешься, сколько можно, а? Дети уже повзрослели, и сами могут к отцу поехать, если захотят. Он тебе не нужен, когда уже поймешь это, Наташ. Ей-богу, уже хочется как следует тебе по голове треснуть, чтоб мозги вправить.

— Надя, хватит уже. Я правда… Мне нужно время.

— Сколько? Еще полгода или год? А может, несколько лет? Где твоя гордость, а?

— По-видимому, исчезла вместе с ним.

— Тц, — из трубки раздался раздраженный вздох, и я знала, что Надя в этот момент нервно накручивает прядь обесцвеченных волос на свой костлявый палец. Слишком я хорошо ее знаю, ведь мы дружим со школьной парты.

— Дура ты. Пошли, говорю. Там будут все наши пацаны. Вспомним молодые годы, развлечемся.

— Пацаны? — услышала я свой невеселый голос, от чего ощутила себя еще большей неудачницей. И очень захотелось сменить тему. — Все уже постарели. Давно уже мужиками и тетками стали, какие пацаны, Надя? Не хочу я смотреть на прокисшие от невеселой рутинной жизни лица.

— Ой, да что ты знаешь? Между прочим, я слышала от Дашки Сорокиной, что Стрельников неплохо так поднялся. Да и выглядит еще огурцом. А? Что скажешь?

Сердце в груди екнуло и учащенно забилось. Перед глазами пронесся калейдоскоп из приятных и волнующих картинок прошлого. Как мы сидели с ним за одной партой до самого выпускного и дружили. Как он весело шутил, и я до слез смеялась над его шутками. Вспомнилось его очаровательное лицо с хитрым и веселым взглядом. Его веснушки, покрывающие нос и щеки, и его широкая лучезарная улыбка.

— Ты про Степу? — пытаясь не дрогнуть голосом, спросила я.

— Да. Ты что, мать? Не ты ли сохла по нему до самого выпускного?

— Это в прошлом. Давно уже, — сказала я. У самой сердце продолжало учащенно биться в груди.

— Да, точно. У тебя же теперь другая проблема. Твой кобель — Игорь, — с желчью в голосе произнесла Надя.

— Не говори так. Несмотря на то, что он… изменил. Он по-прежнему остается отцом моих детей.

— Ой-ой. Ты совсем уже? Крыша окончательно от развода поехала? Он тебе изменил с другой. И не раз. Он спал с ней несколько лет. Он держал тебя за дуру. Ты о чем вообще, Наташка? — повышая голос, сказала Надя на том конце. И от ее слов внутри снова все сжалось от боли. Зачем мне снова обо всем этом напоминать? Давить с таким остервенением на больную мозоль?

— Перестань. Я не хочу говорить об этом, — сдавленно произношу я, пытаясь сдержать порыв эмоций. Вытираю влажные глаза рукой, чтоб слезы не вырвались наружу.

— Ладно, не буду. Но только при условии, если ты поедешь со мной на встречу выпускников. Соглашайся, иначе я не отстану. Ты меня прекрасно знаешь, Наташка. Я та еще стерва. Но это я ради твоего же блага. Давай съездим, а?

Я тяжело вздыхаю, ведь совершенно не сомневаюсь в правдивости в словах подруги. Она и правда не отцепится, и всё может обернуться тем, что мне придется поговорить с Игорем начистоту. А этого я хочу меньше всего.

— Хорошо. Я поеду на встречу выпускников. Но это в первый и последний раз.

— Ну конечно, родная! Да вообще без проблем! Ох, тряхнем обвисшими булками от души! Разоденусь так, что все одноклассницы обзавидуются! Ты тем более нарядись, поняла?

Я поддерживаю ее тихим смехом, хоть смеяться меня совсем не тянет. Ведь я снова вспоминаю о Степе. Хоть бы он не пришел. Хоть бы…