В сердце Сумрачного царства. Рестарт

– Ты не должна была выжить, – процедил мужчина сквозь зубы, а я мрачно наблюдала за тем, как темнеет его лицо. Мой взгляд он не выдержал и отвернулся. – Но сейчас я рад, что тогда ты не умерла. Тебя спасли те люди, что преследовали меня? – задал он вопрос в абсолютной тишине, которая продлилась еще несколько секунд. После ее нарушил тихий, неуверенный смешок, вырвавшийся из моей груди. Затем более выраженный и отчетливый, но уже через несколько секунд я заливалась в истеричном смехе, ощущая, как по лицу текут злые слезы, а рот кривится в судороге.

– Спасли? – с надрывом переспросила я и вновь задохнулась в громком хохоте. – Спасли меня?! – закричала я в ярости, смотря на вампира глазами, полными ненависти. – Ненавижу вас! Ненавижу!!! – завизжала я, ударив кулаками по постели. – Ублюдок, который раскаялся в содеянном и оставил раненную, обескровленную девочку умирать в лесу! Тварь!!! Какого черта вы меня не убили?! Почему? Захотелось поиграть в благородство и чувство раскаяния? Да лучше бы вы закончили то, что начали в тот день! Это было бы милосерднее по отношению ко мне, чем то, на что вы обрекли меня своим уходом!

***

За три месяца до этого...

– Обещаю, уже через полгода я найду способ забрать тебя оттуда, – с уверенностью заглядывая в мои глаза, шептал Тристан в мои губы, даря невесомые поцелуи, которые отдавались ударами по натянутым нервам в желании немедленно отстраниться. А от прикосновений к лицу у меня начинался неприятный зуд и дрожь по всему телу. Но я мужественно терпела, не желая обижать, и мысленно надеялась, что мужчина не заметит моей реакции. Но старшего принца было сложно обмануть. Вот и сейчас он понимающе улыбнулся, обнял напоследок, а после отошел на шаг. – Однажды ты будешь желать моих прикосновений, – сказал он, словно давал клятву, а я уже более свободно улыбнулась, с легкой грустью рассматривая любимые черты лица и желая запомнить каждую черточку.

Я не стала спорить с мужчиной или разубеждать его. Не хотела портить спорами нашу последнюю встречу, а так же разрушать его убеждения. Я знаю, что уже никогда не вернусь в наше королевство ни живой, ни мертвой. Я знаю, что уже никогда не буду ЕГО, и становилось невыносимо больно оттого, что я так и не познала радости от его прикосновений: единственного мужчины, чье тепло кожи я могла переносить. Такого нежного, понимающего и терпеливого. Того, кто был так добр ко мне. Тот, кто никогда не предавал и не обижал намеренно. Тот, кого я, к своему сожалению, никогда не смогу назвать «своим». Я так никогда и не узнаю, какое это, должно быть, счастье – засыпать и просыпаться в его объятиях. Так грустно. И так больно…

Чувствуя подступающие слезы, быстро сморгнула их и улыбнулась самому потрясающему мужчине в моей жизни. Поборов трусость и собственные запреты, я сделала шаг вперед, сокращая между нами расстояние. Пересилив подступающую панику и гулко сглотнув, дотронулась до ладони мужчины, позволив себе лишь маленькую слабость, и незаметно поморщилась от неприятного покалывания в кончиках пальцах, словно от ожога. Сжав зубы, усилием воли заставила себя сцепить наши пальцы, а после поднялась на цыпочки и осторожно прижалась к губам замершего и, кажется, даже переставшего дышать мужчины. Мысленно отсчитала пять секунд и стремительно отстранилась, загоняя панику на задворки разума и убеждая себя, что ничего страшного не происходит и я в безопасности с любимым мужчиной.

– Соня, – позвал меня Трис моим старым, домашним прозвищем, привлекая к себе внимание. Выровняла дыхание и посмотрела слезящимися глазами в красивое лицо мужчины. Он подарил мне нежную улыбку и с тоской во взгляде пообещал: – Мы обязательно будем вместе. Потерпи еще немного.

Мне удалось скрыть горькую усмешку за милой улыбкой и признаться:

– Я люблю тебя, Тристан. И благодарна тебе за все, что ты для меня сделал. За каждый раз, когда помогал и спасал, – печально улыбнулась я. – Потому очень хочу, чтобы ты был счастлив... – Мужчина улыбнулся мне, но я добавила то, отчего он пораженно замер: – ... И забыл меня. Потому что в этот раз тебе меня не спасти. Никому не спасти, – искренне попросила я его, почти с мольбой заглядывая в светло-карие глаза.

– Это мы еще посмотрим! – прорычал он, как делал каждый раз, когда был в бессильной ярости. – Жди здесь. Я скоро буду!

После развернулся и, чеканя шаг, скрылся во дворце с очередной сумасшедшей, но совершенно бессмысленной затеей по моему спасению.

А я смотрела в спину удаляющемуся мужчине, мысленно прося прощения за то, что обманула. Если бы я этого не сделала, он бы не пустил меня, только усугубляя и без того весьма нестабильное положение. Потому я соврала о времени своего отбытия и сейчас вынудила мужчину уйти, чтобы он не видел, как дорогая карета увозит меня из дворца навстречу моей погибели.