В шкуре зверя

1

Был тихий вечер поздней осени. Лес дышал умиротворённо, будто замерев в ожидании скорых морозов. Звери расползлись по своим норам, и лишь изредка слышались осторожные шорохи, издаваемые лесными жителями. Серое небо опустилось над чащей плотным одеялом. В воздухе стоял сладковатый запах хвои и прелых листьев.

Она не спеша ступала босыми ногами по сырой земле, так мягко, словно скользила по ней. Рыжеватый ковёр из иголок и сухих веток едва слышно похрустывал от каждого шага. Слегка пританцовывая, она бархатным голосом напевала себе под нос какую-то мелодию, такую лёгкую и естественную, будто сама природа исполняла её. Утончённая фигура девушки почти сливалась с окружающим лесом. Тёмно-синяя ткань её платья растворялась среди чернеющих стволов деревьев, а рыжие, слегка взъерошенные волосы прятали за собой белизну лица, делая её неуловимой подобно тени.

Среди плотных стен чащи ей открылась небольшая поляна, на другом краю которой затаилась фигура молодого оленя. «А вот и ты», – тепло улыбнулась девушка, встретившись с ним глазами. Она опустила руку в карман платья и бережно извлекла оттуда горсть крупных красных ягод. Олень оставался неподвижен, пристально следя за каждым её движением. Когда её ладонь протянулась вперёд, тот недолго поколебался, борясь с сомнениями, но всё же осмелился подойти. Он бросил на девушку нерешительный взгляд, принюхался и наконец принялся поедать ягоды прямо с руки, аккуратно захватывая их своими мохнатыми губами.

«Больше не боишься меня?» – осторожно шепнула она с мягкой улыбкой на лице. Окончив трапезу, олень благодарно преклонил голову, и рука девушки ласково коснулась его крепкой шеи. С неба тихим пеплом посыпался на землю первый снег, бесшумно оседая на ветвях и наполняя всё вокруг полупрозрачной дымкой. Её взгляд ускользнул куда-то в сторону далёкой опушки леса. «Мне пора», – вымолвила она и, чуть помедлив, продолжила свой путь. Ещё долго зверь наблюдал за тем, как её фигура плавно растворяется среди сосен.

2

Лес постепенно редел и наконец расступился совсем. Перед взором девушки возник узкий горный перевал, зажатый между двумя высокими холмами. На противоположной его стороне возвышалась покинутая старая крепость. Её ветхие стены уже много лет как поросли мхом и лишайником, а башни обрушились, оставив лишь напоминание о былом величии. Вокруг царила такая тишина, как будто сама природа захватила это место в свои владения.

Она огляделась по сторонам. Кругом простирался бескрайний серо-зелёный океан из гор, лесов и холмов. Всё вокруг стояло неподвижно, но вдруг покой нарушил шум крыльев вдалеке. Где-то внизу крупная стая ворон взмыла высоко вверх, издалека напоминая чёрную тень, ползущую по ветру. Девушка прищурилась, пытаясь сквозь снежную завесу разглядеть, что же встревожило птиц. Ответ открылся ей спустя мгновение: из-за деревьев показалась фигура наездника на вороной лошади, устало поднимавшейся в гору по заброшенному тракту. На её лице промелькнула улыбка, такая, словно она давно ждала появления гостя. Не теряя времени, девушка тотчас же поспешила прямиком к крепости, оставляя едва заметные следы на первом снегу.

3

Высокая башня давным-давно обветшала под непрестанными натисками суровых северных ветров. На самой её вершине когда-то располагалась круглая обзорная площадка с открытым верхом и широкими арками, открывавшими вид на живописные горные пейзажи. Теперь же большая часть арочных сводов обвалилась, оголив разбитые колонны, тянувшиеся к небу словно обрубленные пальцы. Там наверху, под одним из уцелевших сводов, она сидела, свесив ноги в пустоту, и ждала. Её взгляд скользил по многочисленным вершинам, уходящим в облака, и тёмным лесам у их подножий.

Тихий шёпот шагов по каменной винтовой лестнице становился всё отчётливее. Незваный гость был осторожен. Иной раз он скользил по ступеням бесшумно, будто невесомый, а иногда совершал громкий прыжок через разрушенные пролёты, после чего тут же замирал и прислушивался. Она знала это место до мелочей и могла с закрытыми глазами отсчитать каждую ступень. Не упуская ни звука, она слушала, как гость миновал второй этаж, затем третий. Прыжок. Тишина. Медленные шаги. Шесть ступеней наверх. Шаткий камень на седьмой. Он качнулся, но устоял. Мелкие камешки полетели вниз, отстучав тихую мелодию этажом ниже. Затем ещё пять протяжных шагов. Задержка. Новый прыжок. И снова тишина.

Снег медленно опускался с неба и ложился на её рыжие волосы, застревая в них мелкими крупицами. Редкие, но резкие порывы ветра порой пронзали её тонкое платье, но девушка этого, казалось, совсем не замечала. Оперевшись руками о порог арки, она ожидала. Неподвижная, словно каменная статуя, украшающая вершину башни, она сливалась с этим забытым местом.

Вот гость уже преодолел самый сложный прыжок, а значит ему оставался всего один этаж. В царившем безмолвии был слышен каждый шорох из-под его сапог, а вместе с тем лёгкое бряцание металла, отражавшееся от каменных стен. Ещё несколько мгновений, и шаги наконец стихли – он был у неё за спиной. Всё вокруг замерло, и лишь шёпот ветра звучал в ветвях деревьев.

– Так значит, ты и есть этот загадочный дух крепости? – разрезал он воздух холодным голосом.

– Ты это мне? – тихим бархатистым тоном ответила она.

– Кроме тебя я больше никого здесь не вижу.

Выдержав небольшую паузу, девушка усмехнулась себе под нос и покачала головой.

– Что ещё за дух крепости? – спросила она.

В её мягком и глубоком голосе было что-то чарующее, что манило и одновременно пугало.

– Так местные называют существо, из-за которого тут люди пропадают.

– Чего только люди не выдумают… – вздохнула та.

Она сидела не оборачиваясь, словно делая вызов гостю своим безразличием.

– Знаешь что-нибудь об этом?

– Впервые слышу, – ответила она сухо.

– И кто же ты сама такая?

Девушка негромко рассмеялась и наконец повернулась к гостю, совершив необычайно плавный и грациозный оборот. Поставив бледные ноги на холодный камень, покрытый тонким слоем снега, она уставилась на него большими карими глазами. Её миниатюрное лицо с красивыми тонкими чертами и мелкими веснушками хитро улыбалось.

– Кто я? Вот это наглость! – хохотнула она. – Вообще-то это ты ко мне пожаловал. Вот ты и говори, кто сам такой и что тебе здесь нужно.

Незваный гость оказался мужчиной крепкого телосложения с тёмными волосами, стянутыми в хвост. Лицо его было изуродовано глубоким шрамом, тянущимся через всю правую половину. Он с прищуром глядел на собеседницу, поигрывая пальцами с рукоятью длинного меча, висевшего на поясе. Тело его защищала тёмная кожаная броня с железными накладками, выглядевшая столь же грозно, как и её хозяин.

– Меня зовут Киан, если тебе интересно, – ответил он.

– Киан… – повторила она. – Редкое имя для этих земель. Откуда ты?

– Из Вейдхейма.

Такого ответа девушка никак не предполагала. Хоть она и попыталась не подать виду, всё же плечи её напряглись, а лукавая улыбка вмиг сошла с лица.

Упоминания этого места встречались ей не раз. Город Вейдхейм был основан более сотни лет назад как пристанище братии охотников на нежить. Когда-то он был оплотом людей в борьбе за выживание. Однако время совсем не пощадило это место, и с тем, как вырождалась нежить, мельчать стали и борцы с ней. С годами поселение всё больше превращалось в гнездилище разбойников и пиратов, ныне неподвластное ни одному из ярлов севера.

– Вейдхейм? – она оглядела его броню. – Ты что, охотник?

– Охотник, – кивнул он, явно заметив перемену в её настроении. – Я представился. Твоя очередь.

– Сильвия меня зовут, – нехотя бросила она.

Опустив голову, он совершил пару медленных шагов вдоль края.

– Сильвия значит… Не холодно тебе, Сильвия?

– Почему ты спрашиваешь?

– Вокруг мороз, а у тебя платье едва колени закрывает. Не замёрзла? – спросил он, прислонившись к колонне.

– Не замёрзла. Спасибо за беспокойство, – язвительно ответила она. – Что тебе здесь нужно?

Охотник помолчал, недобро скривив губы. От его колючего взгляда возникало мерзкое желание вывернуть себя наизнанку.

– Давно здесь живёшь? – проигнорировал он её вопрос.

– Я здесь не живу, – понизив голос, произнесла девушка. – Так, забрела случайно.

– И откуда же ты? – охотник не сводил с неё глаз.

– Из деревни рядом.

– И как же она называется?

Сильвия ощутила, как беспокойство растёт в ней, словно чёрные тучи, закрывающие небо.

– Тебе какая разница? – огрызнулась она.

– Да так… – пожал он плечами. – Интересно.

– Не твоё это дело.

Охотник отпрянул от колонны и сделал шаг вдоль арки – их с Сильвией разделяло ещё два проёма. Чувство тревоги сдавило ей грудь, и пальцы напряжённо впились в холодный камень.

– Я видел труп в подземельях, – продолжал он. – Знаешь что-нибудь о нём?

– Нет, – отрезала Сильвия. – Я по подземельям не лажу.

– Кто-то оставил у него на шее глубокие укусы. Не знаешь, кто бы это мог быть?

– Я же сказала, что понятия не имею о твоём трупе.

– А что это за багровые пятна на твоём платье?

Сильвия сделала паузу, с трудом удерживая ровное дыхание.

– Ягоды в лесу собирала.

– Да? И где же они? – с насмешкой спросил охотник.

– Животным скормила.

Плавными шагами он приближался – теперь между ними оставался последний обвалившийся проём. Воздух натянулся, словно тугая тетива.

– Неужели ты думаешь, что я тебе поверю? – спросил он.

– Послушай, – Сильвия едва сдерживала дрожь в голосе. – Я не имею отношения к тому, что ты ищешь. Оставь меня в покое.

Охотник остановился в шаге от неё. Казалось, что каждое мгновение этого ядовитого диалога тянется целую вечность.

– Говоришь, не имеешь отношения… – задумчиво произнёс он.

– Нет.

– Что ж, есть лишь один способ проверить…

– Что ты имеешь в виду?

Резким движением, быстрым как вспышка молнии, он выхватил меч. Длинный клинок ярко блеснул и устремился Сильвии прямо в шею. Страх волной ударил ей в виски. Мир перед её глазами вдруг замедлился и почти застыл. Цвета потускнели, будто кто-то невидимой губкой впитал все краски. Словно разжатая пружина, девушка оттолкнулась ногами и бросилась в сторону. Прокатившись по твёрдым каменным плитам, она приземлилась на колени и вцепилась пальцами в пол.

Локон рыжих волос, срубленный заточенным насмерть лезвием, приземлился неподалеку, но принадлежал он уже не той, что сидела в арке минуту назад. Прежде белая, как молоко, её кожа внезапно потемнела и усохла, обтянув кости и мышцы, а очаровательное личико исказилось, приобретя чудовищный оскал. Длинные когти, вдруг сменившие её аккуратные пальчики, оставили за собой белые отметины на камне. Не вставая на ноги, она подняла почерневшие глаза и грозно сверкнула клыками.

Охотника это преображение, казалось, ничуть не удивило. Держа рукоять меча у виска, он медленно ступал вокруг неё. Остриё его клинка угрожающе направилось вперёд.

– И что ты теперь скажешь? – бросил он. – Продолжишь лить мне воду в уши?

– Убирайся отсюда, – прошипела она. – Я же сказала, ты ошибся. Я – не та, кто тебе нужен.

Её жуткий тембр теперь звучал откуда-то из глубины, будто несколько голосов говорили сразу.

– Интересно, как ты собираешься мне это доказать, – фыркнул он.

– Я ничего не буду тебе доказывать. Если хочешь жить – лучше уходи.

– Я никуда не уйду, – проговорил он, сделав плавный шаг навстречу.

Показав клыки в зловещем оскале, она громко зашипела – убийца нежити не дрогнул, даже не моргнул. И тогда её взгляд окончательно переменился, обнажив дикую животную ярость. Охотник не оставил ей выбора. Она напала первой.

Сумасшедшим вихрем они заметались по руинам старой башни, почти сливаясь в единое целое. Сильвия кружила вокруг охотника, тенью мелькая то с одной стороны, то с другой. Острые когти, словно змеиные пасти, пытались бросками вцепиться в плоть врага, но никак не могли до него достать – лезвие меча раз за разом свистело где-то рядом, не давая ей приблизиться. Лишь несколько раз броня с глухим звоном приняла на себя удары когтей – но всего этого было мало.

И вдруг резкая боль пронзила Сильвии руку, заставив с визгом отскочить назад. Охотник остался в стороне – переводя дух, он чуть заметно ухмыльнулся. Кровь заструилась по её ладони, а пальцы онемели, не способные даже пошевелиться. Сильвия гневно зашипела на неприятеля, но тот остался невозмутим. К счастью, жгучая боль быстро стала тупеть. На снег упало лишь несколько багровых капель, а затем рана начала затягиваться, испуская шипящий пар. Вскоре от неё не осталось и следа.

Не спуская с Сильвии глаз, охотник выжидал момент для атаки. От волнения её сердце едва не выпрыгивало из груди – ни один человек на её памяти не был так опасен, как этот. Казалось, схватка не отобрала у него ни капли сил. Он как будто знал каждый её шаг наперёд, реагируя на малейшие попытки обмана. И всё же нельзя было давать страху взять верх – пути назад уже не было.

Набрав воздуха в лёгкие, Сильвия что есть силы рванула к колонне позади себя. Стук её босых ног по каменному полу был таким глухим и далёким, будто сам звук не поспевал за ней. Одним прыжком взобравшись на руины, она ураганом пронеслась по развалинам и за долю секунды оказалась у недруга за спиной. Ослеплённая яростью, она бросилась вниз, целясь клыками прямо в шею. Лишь в последний миг её взгляд уловил, как охотник успел метнуть ей навстречу какой-то стеклянный шарик.

Предмет с треском раскололся. Волна небывалой силы с грохотом вырвалась наружу. Все внутренности Сильвии сжало в комок, и её резко отшвырнуло назад. Всё произошло мгновенно. Удар головой о каменный свод. Оглушающий звон. В глазах потемнело. Она вылетела с вершины башни словно беспомощная тряпичная кукла. В памяти отпечатались лишь туманные ощущения ещё нескольких тяжелых ударов, которые её бесчувственное тело приняло на себя.

4

Всё вокруг плыло, а мысли были неясными, как далёкие отзвуки. С трудом Сильвия смогла раскрыть глаза. Среди окружающей темноты нечёткое белое пятно где-то наверху было единственным источником света. Еле сумев сфокусировать взгляд, она поняла, что пробила собою прохудившуюся крышу одного из внутридворовых строений. Здание, в котором она приземлилась, напоминало ветхий амбар с каким-то хламом и мусором, сваленным по углам.

Гул в голове застилал сознание. Сильвия медленно приходила в себя, но всё сильнее чувствовала мучительную боль в спине, будто кто-то всадил гигантскую иглу ей прямо в хребет. Она попыталась пошевелить конечностями, но чуть не завопила от абсолютно невыносимых ощущений. Позвоночник был сломан – в этом не было никаких сомнений. Ей оставалось лишь смиренно ожидать. Скованная собственной беспомощностью, Сильвия лежала в пыли и обломках, наблюдая, как через пробитое ею отверстие в крыше сочился снег. Но вместе с тем где-то внутри она ощущала слабые шевеления и похрустывания, каждое из которых мало-помалу приносило чувство облегчения. Ткани её тела постепенно выправлялись, а кости срастались после полученных увечий.

«Он сейчас придёт, – наконец осознала она. – Он придёт, а я лежу здесь, прямо на виду! Сколько времени уже прошло? Спуститься с башни можно всего за несколько прыжков… Значит он уже близко… Я не могу больше ждать! Он не должен обнаружить меня, пока я слаба!»

Её тело заживало с невероятной скоростью, но сейчас казалось, что каждая секунда играет против неё. Полная решимости, Сильвия стиснула зубы и бросила вызов нестерпимой боли. С тихим шорохом она медленно повернулась набок. Сдавленный стон вырвался наружу против её воли. «Ещё немного, и я смогу встать», – подумала она, тяжело дыша и собираясь с силами для следующего движения.

Вдруг где-то в отдалении, за массивной входной дверью раздались приглушённые шаги. «Нет! Нет! Нет! Не сейчас! Слишком рано! Ещё чуть-чуть!» – паника сбила ей дыхание. Сжав челюсти, она заставила себя перекатиться на живот и встать на колени. Боль от движений постепенно отступала, но руки и ноги всё ещё предательски не слушались. Так быстро, как только могла, преодолевая тряску в теле, Сильвия отползла в сторону и притаилась за лежавшей на боку старой телегой.

Спустя всего мгновение тяжёлая дверь отворилась, издав громкий и протяжный скрип. Два твёрдых шага обозначили охотника, зашедшего внутрь. В помещении повисла тишина, а снаружи завывание ветра возвестило о приближавшейся буре. Немного погодя, он осторожно двинулся вглубь строения, крадясь будто хищник, готовый наброситься в любой момент.

Сильвия замерла, едва позволяя себе дышать. Она судорожно бегала глазами по округе, пытаясь спланировать нападение. Охотник приближался, и шорох его сапог раздавался глухим эхом всё громче. Всё её тело сковало от напряжения. Пальцы впились в холодную землю. Ветер за стенами завыл сильней, отчего ветхие своды крыши пугающе затряслись.

Убийца нежити остановился неподалёку от телеги и неожиданно затих – что-то явно привлекло его внимание. Сильвия мгновенно поняла, что это было. Её взгляд упал на предательский след на земле, что она оставила позади себя. Сомнений не было – до новой схватки оставались считанные секунды. Она медленно втянула воздух, готовясь к неизбежному.

Внезапно где-то наверху раздался громкий треск. Сильвия тут же подняла глаза. Старые балки, удерживавшие крышу, загудели как раз в том месте, где её тело проломило собою несколько прогнивших брёвен. Одно из них, треснувшее надвое, вдруг сорвалось и полетело вниз. Его обломки с грохотом рухнули наземь, подняв клубы пыли, грязи и опилок. «Сейчас!» – твёрдо решила она.

Немедленно рванув к месту обвала, Сильвия схватила самое увесистое бревно и с воплем швырнула его в охотника изо всех сил. Застигнутый врасплох, тот успел отпрыгнуть, чтобы смягчить удар, но не удержал оружие в руках. Этой его секундной уязвимости было достаточно. В стремительном прыжке она сбила его с ног и, прижав спиной к земле, пронзила шею клыками. Теплая кровь потекла по её устам словно живительный эликсир. Жадно и с удовольствием Сильвия глотала её, будто бы утверждая свою победу над врагом.

Но вдруг странное чувство посетило её, заставив резко отпрянуть от шеи. Кровь охотника оказалась непривычно горькой и вязкой на вкус. Тёмная жидкость, вытекавшая из места укуса, оставляла за собой какой-то гнилостный запах, встающий комом в горле. Ощутив набегающую тошноту, Сильвия замерла в замешательстве.

Охотник не мешкал и с силой отшвырнул её в какую-то кучу хлама. Сильвия едва успела подняться на ноги. Рассекая лезвием воздух, он заставлял её уворачиваться и отступать. Она небрежно пыталась ему ответить, проскользнуть когтями меж взмахов клинка, но с каждым новым движением ощущала, как конечности тяжелеют и всё вокруг плывёт.

«Кровь отравлена», – наконец пронеслось у неё в голове. Ошарашенная, Сильвия застыла буквально на мгновение и сразу же за это поплатилась – клинок прошипел сквозь её бедро. От острой боли перехватило дыхание. Её хватило лишь на то, чтобы метнуть в охотника какой-то ящик, подвернувшийся под руку. На счастье, это смогло ненадолго его задержать.

Переводя дыхание, они закружили по тёмному помещению амбара. Сильвия стала понимать, к чему ведёт эта схватка. Чувство страха холодной волной пронеслось по спине. Ощущение тошноты и бессилия подступало, отравляя и тело, и разум.

«Надо бежать… – лихорадочно думала она. – Но как… Он догонит… Нужно спасаться… Пока ещё можно… В лес… Подальше… Вот только нога заживёт…» Она бросила взгляд на рассечённое бедро. Сквозь длинную прореху в платье виднелась глубокая рана, из которой по ноге обильно струилась кровь. «Не может быть!» – глаза Сильвии округлились. Порез и не думал затягиваться.

Заметив её замешательство, охотник тут же обрушил на неё новый град ударов. Хромая на одну ногу, Сильвия спотыкалась и пятилась. Клинок свистнул прямо рядом с головой – она сумела увернуться. Но тут под рёбрами неожиданно скользнул холод. От внезапной боли тело само согнулось, лишившись дыхания. Меч охотника взметнулся высоко вверх, готовый с размаху рубануть ей по шее.

Чувство ужаса бешено ударило в виски. Холодное дыхание смерти подобралось слишком близко. «Сейчас или никогда!» – эта мысль вспышкой сверкнула в уме. Не раздумывая, Сильвия камнем врезалась охотнику прямо в грудь. Отскочив на солидное расстояние, тот налетел на деревянный столб, служивший опорой крыши как раз в месте обрушения. От удара дерево с громким хрустом проломилось, а всё здание содрогнулось, посылая по балкам зловещие трески. Стало ясно – ещё несколько мгновений, и этот амбар сложится словно карточный домик. Не мешкая ни секунды, Сильвия бросилась бежать, слыша, как где-то за её спиной постройка валится на врага.

5

Словно косуля, уносящаяся от голодного волка, Сильвия мчалась сквозь мрак вечернего леса и пургу, забыв о боли. Она видела, как по белому снегу за ней следовала предательская багровая дорожка. Она понимала, насколько лёгкой добычей была сейчас для охотника, стоит тому выбраться из-под завалов. Не оборачиваясь и не чувствуя ног, она убегала прочь в глубокую чащу, держа в уме всего одну-единственную мысль: нельзя давать себе остановиться.

Неведомый яд уже распространился по всему её телу. Силы утекали с каждым шагом, с каждой каплей крови, сочащейся из полученных ран. Картина сумеречного леса плыла перед глазами, превращаясь в мутное месиво из тёмных красок, серых теней и неясных отблесков. Хруст снега и треск веток под ногами становились всё тише, будто сознание её постепенно отдалялось от тела, оставаясь где-то позади.

Ощущение времени окончательно потерялось, и больше невозможно было сказать, прошли минуты или же часы, прежде чем Сильвия упёрлась в берег замерзающего озера посреди лесной глуши. «Больше не могу», – подумала она и, не в силах совладать с головокружением, рухнула наземь. Тяжело дыша, она обратила к небу лицо, уже вернувшее себе человеческий облик. Звёзды беспорядочно кружились, а падающий снег двоился в её глазах, сводя с ума своим дьявольским хороводом. С трудом сдерживая мелкие судороги, распространившиеся по всему телу, она закрыла глаза. Туман окутал разум, унося её куда-то во тьму.