В таком огромном мире,
Среди моря и песков,
Ходил один заблудший,
Искал приюта он,
Для души, у слов,
В его глазах была утрата,
И боль душевный перезвон,
Рвал душу метко, слышно ее стон,
Где в пустоте, там отыскать, мечты,
Надежды на спасенье,
Иль может в глубине души, копаясь,
Увидеть капельки, незримых ликов чистоты.
Он сам, закрыл души приют, рукой
В надежде выжечь всё дотла,
Чтобы не чувствовать там зла, от той,
Которая промчалась там, стрелой,
Пытается утратить всё людское,
Доброе и чистое, мирское,
Не видеть там предателя, стрелу.
В которой, часто яда слишком много,
Как оказалось, на яву.
И мир казался злобною картиной,
Где все измазаны изменой, пустотой.
Наносят люди краску кистью, и рукой,
Не жалея краски, льют её рекой,
Среди блуждающих в ночи,
Глаза искать пытались, но всё тщетно.
Там пустота и лики стерты, Люди постарались, как могли. Краски как ручьи,
Он разглядел одну, её одну однажды,
Среди неясных ликов, кисти и руки,
Той размазанной картины, как творенье,
Увидел он искры заметное свечение, из тьмы
Как будто путнику маяк, показывает направленье.
И капельки, незримых ликов чистоты,
Сияют, вновь понимая, вот спасенье.
Крича: - Ты не отталкивай его!
Маяк! Держи это творенье!
Когда в глазах горит звезда,
И есть ещё сомненья, не бойся путник, улыбнись.
Ты путник, на дороге той мечты
Ты найдешь её всегда.
Пройдя, пустыни и моря,
Где век начнется с тихой гавани вселенной.
Навсегда.