В тёмных лабиринтах Рая

Григорий Неделько

В тёмных лабиринтах Рая

(нуар-квест в стиле Лавкрафта)

Я рад бы к чёрту провалиться,

Когда бы сам я не был чёрт!

(Иоганн Вольфганг Гёте, «Фауст»)

I

Первое, что я понял, открыв глаза: я нахожусь неизвестно где. Этот грязный, смердящий, заваленный мусором – всякими коробками, тряпьём и прочими непотребствами – переулок не был мне знаком. Мир вращался, словно насаженный на иглу волчка.

Я закрыл глаза и досчитал про себя до двадцати. Снова посмотрел на незнакомый мир, но тот по-прежнему крутился и останавливаться не собирался. Я повторил попытку, на сей раз сосчитав до пятидесяти и всеми силами постаравшись успокоиться. Размежил веки, взглянул на валяющийся повсюду мусор и не без некоторой радости отметил, что вращение постепенно сходит на нет.

«Что же со мной случилось? Кто-то дал по башке? Или я отравился? Или ещё что? И где я?..»

Задаваясь этими в высшей мере насущными вопросами, я неторопливо встал. Что-то пискнуло под «ногой» – кажется, придавил какого-то чересчур любопытного грызуна, но обращать внимание на такое сейчас было некогда. Встав во весь рост и дождавшись, когда «волчок» наконец остановится и мир войдёт в приличествующее ему, неподвижное состояние, я посмотрел налево, потом направо. Ничего нового: те же коробки, пакеты, отбросы, чьи-то полуразложившиеся тельца… И всё источает жуткую вонь.

«Ну хоть что-то знакомое, - подумал я. – Значит, есть шанс, что я по-прежнему в Чистилище: обстановочка подходящая».

Немного побродив по тупику, стараясь при этом не вступить в то, во что вступать категорически не следовало, я более внимательно осмотрелся. Не считая мусорных залежей, внимание моё привлекла высокая стена, отгораживающая переулок от остального мира… чем бы тот ни был. Я развернулся и поглядел вдоль узкого прохода, заваленного полусгнившим картоном; на моё счастье, вдалеке виднелся дневной свет. Вы скажете: обычное дело – если есть вход в тупик, должен быть и выход из него. Но не всегда так. Случается, что вас – особенно в бессознательном состоянии – приносят куда-нибудь, потом уходят и запирают за собой дверь, ворота или что они там запирают. Однако мне повезло: ворот, кажется, здесь не было.

Всё ещё слегка пошатываясь, я направился к дарящим надежду лучам Купола в том конце узкого прохода. Не без неприязни по дороге расшвыривал загораживающие путь кучи мусора.

«Очень похоже на Чистилище, - надеясь на лучшее, подумал я. Однако следом родилась другая мысль: - Впрочем, разве в Нереальности все государства не являются аналогами друг друга, во всяком случае в том, что касается грязи и мусора?»

Опыт подсказывал, что да, являются.

Я вышел на яркий купольный свет; пришлось даже на время зажмурить глаза: такой он был яркий.

«Что-то не припомню в Нирване, столице Чистилища, или в любом другом его городе подобного светового буйства».

Подозрения росли и становились всё неприятнее, а когда я глянул под «ноги», превратились в непреложную истину. Мои ботинки стояли на пушистых белых облаках. То тут, то там – следы подошв, ног, щупалец, ложноножек… Значит, ходят тут часто. Не надо быть гением, чтобы догадаться: я неким неведомым образом угодил в Рай! Новые кварталы в подкупольном государстве строили прямо на воздухе, используя заклинание левитации, а иногда, прибавляя к нему заклятия антисырости и устойчивости, - на облаках и тучах.

Итак, я в Раю… Ну и что в этом плохого? – спросите вы. Рай не самое плохое место; даже наоборот. Отдохни, развлекись, потискай какую-нибудь ангельскую девушку…

Всё так. Но смущали две вещи. Первая – Рай в Нереальности, и его столица Эдем в частности, отнюдь не то место, где можно беззаботно отдыхать и развлекаться. То, что впаривают туристам, - это одно, а на деле райские кущи ничуть не лучше мрачного Чистилища, адских пещер или бездн Тартара. И вторая причина – я не должен был находиться здесь. Не знаю… вернее, не помню, где именно я должен пребывать, но что-то подсказывало – точно не тут. Выходит, меня приволокли сюда и бросили помимо моей воли, что тоже очевидно, а от таких событий не жди ничего хорошего.

Улица пустовала. По обеим её сторонам жались невысокие – а иногда и высокие – дома. Раз в полминуты проезжало – пролетало, проползало и так далее – авто. И никого из пешеходов. Как поступить? И я сделал единственное, что мог в подобной ситуации – направился вперёд.

Когда из-за домов выглянуло яркое приземистое здание, явно не жилое – хотя я ещё не успел рассмотреть, что именно это было за строение, - сзади в меня кто-то врезался. Я и без того пребывал не в лучших чувствах, а тут рассвирепел окончательно. Резко крутнулся вокруг своей оси и злобно воззрился на причину столкновения. Причина оказалась всего лишь подростком-бехолдером.

- Извините, дяденька.

И он было понёсся дальше, по каким-то одному ему ведомым делам, однако я успел ухватить его за наиболее длинный отросток, на котором находился круглый глаз.

- Минуточку.

- Ай, больно! Дяденька, вы чего?! Я же извинился!

- Где я?

- А? Чего? Дяденька, вы пьяный?

Разговор не складывался. Тогда я решил подстегнуть диалог тем способом, которым прекрасно владею – наклонился поближе к мордочке молодого бехолдера и тихо прорычал:

- Где я, чёрт подери тебя, всех окружающих и этот мир вместе с вами?!

- Да вы не в себе, дядень… - начал было подросток, но мгновенно замолчал, увидев что-то эдакое в моих глазах. Сглотнул и в конце концов ответил нормально: - Рай это! Рай! Эдем!

«Эдем! – воскликнул я про себя. – Столица, значит. Ну что ж, одной загадкой меньше…»

- Отпустите меня, дяденька, я в школу опаздываю.

- А, ну да. Беги, малой.

И я отпустил его, с трудом пересилив желание дать мальчугану волшебного пендаля. Бехолдер, отдалившись от меня на солидное расстояние, обернулся и показал мне язык. Точнее, сразу несколько языков. И припустил ещё быстрее. Я тут же пожалел, что не наградил молодого наглеца освежающим пинком. Ладно, есть дела поважнее.

Я двинулся дальше, в сторону яркого небольшого и приземистого здания в нескольких сотнях метров дальше по тротуару…

Погода в Нирване, что в Чистилище, стояла ветреная и холодная; Купол был сер, словно страдал какой-то хронической болезнью. Если бы не очередная ссора с очень красивой, но столь же импульсивной Шуб-Ниггурат, мне бы и в голову не пришло выйти на улицу. Но после неприятного и насыщенного разговора с любимой, являющейся также спонсором и совладелицей нашего общего детективного агентства «ТиШь» - «Теп и Шуб», - мне жуть как захотелось… проветриться. Что я, покинув офис, с успехом и делал. Даже более чем успешно.

Пока я брёл в сторону ближайшего бара по пустынным улицам родного города – мало кто в здравом уме выйдет из дома в такую вот погоду, - в голову лезли всякие невесёлые мысли. В основном о бюджете новоявленного детективного агентства. Денег у Шуб-Ниггурат было завались, но расставалась она с ними безо всякой охоты. Оно и понятно: не работала, жила на наследство. Однако это же не серьёзная причина! – считал я. Как развивать наш бизнес, если не вкладываться в него? Мне думалось, что денег на «ТиШь» она тратит слишком мало…

А тут ещё Азатот, бывший полицейский босс и такой же бывший мой друг, куда-то пропал. Наверное, не теряет надежды освоить «Некрономикон», который он умыкнул из библиотеки, и вызвать кого-нибудь пострашнее и менее сдержанного, чем громадный, почти всесильный тёмный бог Силипкапоса. Впрочем, не только он, но и большинство моих знакомых, а равно и я сам, тёмные боги. И у каждого свои проблемы… Появилась даже идея зайти в кабинку самоистязания – благо, они в Чистилище на каждом шагу.

В общем, поразмыслить было о чём.

Из ментального омута меня заставил вынырнуть звонок фона. Я взял в «руку» трезвонящий аппарат, не глядя нажал кнопку приёма и сказал:

- Алло!..

В этот самый момент воспоминания – или, кто знает, галлюцинации – прервались, и я понял, что упёрся в ярко разукрашенные входные двери. Отступил на пару шагов назад, помотал головой, отбрасывая остатки образов, которые только что царили в моей голове цвета тьмы и тумана. И сосредоточился на реальности. А реальность была такова, что я стоял прямо перед входом в «Бар “У Диониса”». Конечно, если верить вывеске над дверями – а не верить ей смысла не было.

- Пройти можно?

Я вздрогнул и обернулся на голос. Позади меня находился скелет, нетерпеливо притоптывавший костяной ногой. Очередной пьянчуга, наверное, которому не терпится налакаться с утра.

Ни слова не говоря, я открыл входную дверь и скользнул внутрь здания, моментально очутившись в характерной обстановке пивного бара. Быть может, кто-нибудь из завсегдатаев, бармен или хозяин помогут мне понять, как я здесь очутился, и подскажут, что делать.

Я проверил карманы; деньги были на месте, лежали во внутреннем отделении плаща. Похоже, когда я уходил из дома, оставляя разгневанную Шуб-Ниггурат одну, в мыслях у меня было напиться и забыться, вот я и прихватил с собой деньжат. Звучит очень логично. И мне удивительно повезло, что за прошедшее с того мига время никто не догадался меня обворовать, и это в Нереальности-то!.. Действительно, чудо из чудес.

Что-то бурча себе под нос – явно нелицеприятное и определённо в мой адрес, - скелет-выпивоха прошествовал мимо. Я решил не обращать на это внимания, да и пришёл сюда я с совершенно иной целью. Поискал глазами барную стойку, увидел за ней смешивающего коктейли бармена и направился прямиком к нему.

II

Растолкав в полутьме бара заслонявших дорогу ангелов и архангелов – к вящему их неудовольствию, но мне было наплевать, - я подошёл к барной стойке и сел на табурет. Напротив меня бог (не тёмный) с красным лицом запойного алкоголика протирал полотенцем стакан.

- Дионис, если не ошибаюсь? – начал я.

Бармен оторвался на секунду от своего занятия и бросил на меня взгляд, в котором не читалось ни капли заинтересованности.

- С кем имею честь? – сказал он, продолжая натирать один за другим ёмкости для спиртных напитков.

- Меня зовут Ньярлатхотеп, - представился я.

- Полицейский участок дальше по улице, - не очень любезно отозвался предположительно-Дионис.

- В смысле?

- В смысле, ты же легавый? Или сыщик? Если хочешь побеседовать о моих клиентах, тебе к копам.

- Да нет, я здесь не по этому делу, - уверил я.

Возможно-Дионис смерил меня недоверчивым взглядом. Поставил на барную стойку свежевытертый стакан и наполнил его чем-то алкогольным. Придвинул ко мне.

Я попробовал. Недурно.

- Так, значит, ты и правда Дионис? – продолжил я.

- А почему тебя это интересует?

- Дело вот в чём: я совсем недавно… как мне кажется… прибыл из Чистилища.

- Как тебе кажется?

- Да. А ещё мне думается, что не по своей воле.

Бармен присвистнул.

- Вот я и ищу причину, по которой очутился здесь, - закончил я.

- Понятно, - произнёс наверное-Дионис, и нельзя было понять, какие эмоции он вложил в эту коротенькую фразу. Скорее всего, никаких.

- Так как мне тебя звать-величать? – поинтересовался я.

- Дионис, - ответил всё-таки-Дионис. – Можно просто Ди.

- А ты называй меня Теп.

- Договорились, Теп. Правда, не понимаю, что тебе от меня нужно. С чего ты взял, будто мне что-нибудь известно? Кроме того, повторю, - он отставил чистый стакан и принялся за другой, - я в дела клиентов не вмешиваюсь.

- Так безопаснее? – уточнил я.

- Вот именно, - подтвердил Дионис. – Однажды моё излишнее любопытство стоило мне ресторана в центре Эдема. Теперь вот работаю здесь.

- Понятно, понятно… - немного удручённо сказал я.

Можно меня понять, учитывая, в какой ситуации я оказался. И Дионис не собирается со мной сотрудничать, хотя ему вроде бы что-то известно. По крайней мере, такое создавалось впечатление; моя врождённая и натренированная веками сыскной деятельности чуйка била тревогу.

Из задумчивости меня вывел уже знакомый голос:

- Да брось, Ди.

Голос раздался слева, и я повернулся, чтобы увидеть перед собой того же скелета, с которым столкнулся при входе в бар.

Затем я посмотрел на Диониса и по его недовольному взгляду, брошенному на скелета, убедился, что запойному богу действительно есть что скрывать.

- Помоги парню, - продолжал между тем скелет. – Видишь, он в отчаянии. К тому же наверняка безобидный. И не коп. Во всяком случае, на наших легавых не похож, а у меня на них нюх, ты знаешь.

Дионис глубоко вздохнул и нагнулся поближе к говорливым костям.

- Может, тогда ты сам ему всё расскажешь?

Скелет изобразил улыбку на своём черепе.

- А что? И расскажу.

Дионис кивнул и вернулся к прерванным обязанностям.

А добрый самаритянин без плоти и кожи подвинулся ближе ко мне и зашептал на ухо:

- Дело в том, парень, что ты тут уже был.

- Что?! – выдохнул я.

- Вот-вот. Потому Дионис и сделался неразговорчивым: подозрительно это всё. Но я чувствую, ты парень неплохой, потому и помогаю. И верю твоей истории про Чистилище и похищение… или что там с тобой случилось.

- Если б я знал.

Скелет молчал и смотрел на меня почти в упор.

- Так ты говоришь…

- Боунз, - представился он.

- Боунз, - повторил я. – Говоришь, я здесь уже бывал?

- Да, как минимум раз. То есть я тебя однажды видел в баре.

- Как давно это было?

- Несколько часов назад.

«Похоже на правду, - подумал я. – За прошедшие несколько часов случилось нечто важное. Например, я отдохнул в тёмном вонючем переулке. А как я туда попал?»

- А был ли кто-нибудь со мной? – спросил я.

- Кто-нибудь! – Боунз всплеснул белыми костлявыми руками. – Вот в этом и заключается вторая причина, по которой наш друг бог Дионис, бывший обитатель горы Олимп, этого поднебесного царства, сделался столь неразговорчивым.

- А покороче?

- А если покороче, ты в этом баре прохлаждался в компании Зевса, нашего правителя. Знаешь такого? Большой, плотный, бородатый.

Я знал. Более того, он был моим давним другом.

Я неопределённо хмыкнул в ответ.

- И что же конкретно мы тут делали?

- А Цербер вас знает! В смысле, пёс. Сидели, пили, болтали о чём-то…

- А потом?

- А потом встали, и он повёл тебя к выходу.

- Повёл?

- Да, так мне показалось: ты вроде бы не очень устойчиво стоял на ногах.

«Он меня напоил! Но зачем?»

- И куда мы направились?

- Думаешь, мне больше нечего делать, как за всеми следить?

- И всё же? Слышал что-нибудь?

- Слышал, вы говорили что-то насчёт букмекерской конторы «Идиллия».

- Полагаешь, туда мы и пошли?

- А почему нет? Местечко не хуже прочих, тем более когда напился.

Я задумчиво покивал головой.

- А ещё кто-нибудь видел нас вместе с Зевсом?

- Да весь бар. Но, ты понимаешь, есть существа и случаи, когда лучше НЕ замечать происходящего, даже очевидного… А, вспомнил.

- Что вспомнил?

- Выходя из бара, вы натолкнулись на одного пацана. Бехолдера-подростка. Он намеревался заскочить в бар, но вы – особенно ты – сделали ему такое внушение, что он опрометью кинулся прочь. Я всё это видел, потому что вышел сразу за вами.

- И ты не следил за нами? – недоверчиво переспросил я.

- Ну конечно нет. С чего ты взял такую глупость?

- Я встретил этого пацана… если, конечно, то был именно он. Но парень не признал меня.

- Или не захотел признать.

- Возможно…

- Всё зависит от того, как общаться, - хитро произнёс Боунз.

Это напомнило мне кое о чём, а потому я выложил на стол несколько бумажек – в оплату своего счёта и счёта моего нового знакомца скелета, - кивнул на прощание Дионису и заспешил прочь из бара.

Значит, букмекерская контора? Звучит как ложный след… но других-то у меня нет. Не исключено, что я ничего не найду, прогулявшись до неё, но есть и вероятность, что это принесёт свои плоды. В моём случае надо цепляться за любую возможность. Либо следует немедленно купить билет в телепортатор и отправиться обратно домой, в Чистилище. Хватит ли денег? Не уверен. И у кого занять? Согласится ли дать в долг тот же Дионис, который видел меня второй раз в жизни? Или Боунз? Даже невзирая на моё знакомство с Зевсом…

«Как бы то ни было, - сказал я сам себе, - нельзя оставлять загадки вроде моей без ответа. Это как минимум безрассудно, а следовательно, опасно».

Стоило выйти из бара, как я столкнулся с маленькой зелёной фигуркой, которую видел буквально двадцать минут назад и которая всеми силами пыталась попасть внутрь заведения, где царит алкогольный разврат.

- А тебе, парниша, туда вход заказан, - сказал я, беря тинейджера-бехолдера за шиворот. – Пока, во всяком случае.

- Ой, дяденька, отпустите! Дя-аденька-а! Я больше не буду!.. – заныл юноша.

- Конечно, не будешь. Пойдём-пойдём, не боись. Покажешь мне дорогу к букмекерской конторе «Идиллия»: она должна быть где-то недалеко. Тебе ведь знаком этот район?

- Обижаете, дяденька: я тут живу.

- Вот и отлично. А заодно расскажешь мне кое-что.

И мы – я и на всякий случай удерживаемый мной бехолдер – зашагали навстречу возможной разгадке.

…- Теп? – раздался в трубке знакомый голос.

- Да?

- Это Зевс.

- Я узнал тебя.

- Чудесно, чудесно… Ты мог бы встретиться со мной?

- Где?

- В Раю.

- Прямо сейчас? – удивился я.

- Дело не терпит отлагательств.

- Вообще-то я только что поругался с Шуб-Ниггурат, и не хотелось бы очень уж надолго отлучаться…

- Наоборот, прошвырнёшься – всё обдумаешь. А она пока остынет, - уверил меня Зевс.

Шуб? Остынет? Он явно плохо её знал.

- А в чём дело-то? Что вы не поделили?

- Да так, семейные неурядицы. Финансовый вопрос…

- Вечно всё в это упирается, - тоном знатока сказал Зевс.

Может, он в самом деле знал, всё-таки давно живёт, не первое тысячелетие, и жён с любовницами у него было завались.

- Так что, мне тебя ждать? – настаивал на своём владыка Рая.

- А по фону поговорить нельзя?

- Нет! Более того, никак нельзя.

Мне это сразу не понравилось, но я отчего-то согласился на то, чтобы меня уговорили.

- Ну хорошо. Немедленно куплю билет и телепортируюсь к тебе. Где встречаемся?

- В баре «У Диониса». Слышал о таком?

- О Дионисе? Он же вроде какой-то очередной бог…

- Нет, о баре.

- Не слышал.

- Ладно, воспользуешься навигатором в фоне.

- Мой фон показывает только карту Чистилища. Личный приказ нашего владыки Ктулху. Не хочет оттока жителей из нашего «милого» государства…

- Ладно, Цербер с ним! Я хотел сказать, спросишь у кого-нибудь по прибытии, как пройти к бару. Тебя направят. Тут все знают Диониса. Он – известная личность. Посидим, поболтаем. Заодно изольёшь душу… если она у тебя вообще есть.

- Хорошо. А о чём будем говорить? Ну хоть намекни. Я ведь истрачу чуть ли не последнюю наличность на этот билет, а возвращаться домой, к Шуб, мне пока что-то не хочется.

- До скорого, Теп.

- Зевс? Зевс?..

Но он уже повесил трубку.

Полный недобрых предчувствий, я поймал такси, долетел до ближайшего телепортационного центра, купил на бОльшую часть налички билет и вошёл в кабинку переноса. В следующее мгновение я, разобранный на молекулы и вновь собранный, очутился в точно такой же кабинке, только в абсолютно другом месте, и – в Раю…

- Дяденька, вы что, спите?

Бехолдер-мальчик обеспокоенно глядел на меня.

Я понял, что опять погрузился в глюки-воспоминания, причём погрузился слишком глубоко. Но была ли у меня возможность отгородиться от них? Или вовсе их прервать?..

- Всё в порядке, малой, не волнуйся. – Я постарался говорить как можно более убедительно.

Не убеждён, что получилось: пацан глядел на меня с подозрением.

- Да я не волнуюсь, - произнёс он, - просто мы уже пришли.

Я перевёл взгляд на высотное здание, возле которого мы стояли. Цветными буквами над входом было написано «“Идиллия”. Букмекер».

- Так я могу идти? – почти умоляющим тоном уточнил молодой бехолдер.

- Да-да.

И он тотчас рванул прочь.

- Скажи только, - крикнул я ему вслед, - не показался ли тебе подозрительным бог, с которым я вместе шёл сюда?

Парень даже замер на месте.

- Зевс-то? А он всем кажется подозрительным, особенно избирателям. Только вы сюда не шли.

- Как это?

- Вы пошли в другую сторону от бара, в противоположную.

И паренёк унёсся прочь.

III

Делать нечего: раз припёрся, надо выяснять всё до конца.

Я вошёл в букмекерскую контору. За стойкой стояла обворожительная демоница с рыжими волосищами. Может, не столь обворожительная, как всем известная суккуб Абигейл, но тем не менее…

Я вежливо поздоровался и поинтересовался, не видела ли она меня раньше.

- Это не место для свиданий, - жёстче, чем следовало – на мой взгляд, - ответила демоница.

Я прочёл её имя на бейджике.

- Послушайте, Кассандра, для меня это очень важно. Ваша контора работает круглосуточно, правильно?

- Так написано на табличке перед дверью. Если это неправда, нам надо уволить того, кто эту табличку делал.

- Эй, это моя фраза!

- Что-что?

- Ничего, просто шутка. – Я улыбнулся. – Так вот. Не заходил ли я несколько часов назад сюда в сопровождении другого существа? Вероятнее всего, им был Зевс.

- О, - изумилась она, - Зевс. Редкое имя. Тёзка нашего владыки?

- Собственно, он сам.

Кассандра испытующе поглядела на меня. Если бы взглядом можно было прожигать дыры, от меня бы не осталось ровным счётом ничего.

- Так, значит, не заходил?

- Нет, - с непонятной интонацией ответила она. И добавила тоном, не обещавшим ничего хорошего, если бы я продолжил разговор: - Я бы заметила.

Я кивнул, поблагодарил «милую девушку» и заспешил на улицу. Не хватало ещё, чтобы меня приняли за сумасшедшего. Или за бомжа – пахло от меня, надо полагать, соответствующе.

На тротуаре я остановился и на некоторое время задумался. Достал сигарету и закурил, чтобы лучше думалось.

Итак, я (наверное) прибываю в Рай по приглашению самого владыки облачной страны Зевса. Мы идём в бар Диониса. Выпиваем, причём, вероятно, чего-то непотребного или магического, потому что после этого я отключаюсь… и прихожу в себя не в букмекерской конторе, а на задворках Рая.

«Про букмекеров это был отвлекающий манёвр, - понял я. – Чтобы все, кто услышит, подумали, что именно туда мы идём».

Но если мы отправились не сюда, то куда же? Паренёк-бехолдер сказал, что, выйдя из бара, мы пошли в сторону, противоположную той, где находилась «Идиллия». Придётся возвращаться, иного пути нет.

Немного поплутав по улицам Рая и поспрашивав у редких прохожих, куда идти, я наконец увидел знакомое пёстрое строение. Поравнявшись с баром, решительно двинулся дальше по улице.

И вдруг меня поразила догадка – простая и неизбежная, как лом. Тупик! Подворотня, где я пришёл в себя! Зачем идти в какую-то букмекерскую контору или куда-то ещё, когда меня уже опоили, я целиком и полностью в руках недоброжелателей, и только и остаётся, что избавиться от меня?

Я припустил бегом и вскоре очутился в знакомом тупике. Мусор, крысы, вонь… всё как прежде, всё как заказывали. Я вновь внимательно огляделся, однако не заметил ничего подозрительного и любопытного… разве что кроме стены, отгораживающей подворотню от прочего Рая. Ха, хорошо звучит, не правда ли?

- Полежи-ка здесь.

Я почувствовал, как меня бросают на землю, но не мог пошевелиться. Перед глазами всё плыло. В голове взрывались сверхновые. Я попытался что-то сказать, но тоже не вышло.

- Тяжёлый, чёрт. Ладно, пошёл я. Не поминай лихом. Живой ты хоть? Живой. Даром что без памяти. Больше ты опасности не представляешь. А когда очухаешься – если очухаешься и тебя не съедят местные крысы, - всё уже будет кончено. Ты ничем никому не поможешь.

Затем тот, кто говорил, кажется, отошёл на пару шагов назад, разбежался… Я не был уверен в том, что происходило – и неудивительно, принимая во внимание моё состояние, - но вроде бы какое-то тусклое, размытое пятно взлетело вверх и перемахнуло через высокую, отгораживающую тупик от остального мира стену. В роли пятна выступал, полагаю, сам Зевс… Во всяком случае, именно он вёл – вернее, тащил – меня сюда… как мне помнится… Кроме того, для бога взлететь – отнюдь не сверхспособность… Никто не встречался нам на пути. А если б и встретился, кто решился бы остановить местного владыку? Без вреда для собственного здоровья…

На этом мои мысли оборвались, беспамятство окончательно подмяло меня под себя, и я провалился в наркотический сон…

Зевс предал меня?! Опоил, бросил здесь и сбежал?! Я не мог поверить в это. Но, похоже, именно так события и развивались.

Я окинул взглядом высокую – в несколько метров – толстую стену. Смогу ли я преодолеть её?

«А почему нет, - ответил я мысленно самому себе. – Я же Ньярлатхотеп, Ползучий Хаос!»

Я отошёл чуть назад и уже хотел разбежаться и запрыгнуть на стену, когда зазвонил фон. Я вытащил его из кармана и со смесью самых разных чувств увидел, что звонит Шуб-Ниггурат. Что-то подсказало мне не отвечать на звонок. И правда, что я ей скажу? Я неведомо где преследую неведомо кого незнамо как? Да она и слушать не станет. Или выслушает, рассмеётся и ещё больше обидится. Поэтому я положил фон обратно в карман, вдохнул поглубже, развил достаточно большую скорость – и прыгнул. Так проще будет забраться наверх. Я зацепился присосками за стену в паре метров от земли и пополз по отвесной поверхности. Выпростал свободные щупальца, схватился за край и подтянулся.

Забравшись на стену, сел и обозрел открывшуюся мне картину. Даже присвистнул. Давно я не видел подобной красоты – хоть в Раю, хоть где бы то ни было. Теперь ясно, зачем здесь возвели такую высокую и мощную стену. Собственно, точно такие же каменные преграды обступили волшебный, зелёный сад со всех сторон.

Сад был действительно волшебный, в смысле красивый до умопомрачения. Зелёные деревья, кустарники, трава… Яркие цветы… Плоды, гроздьями свисающие с веток… Пёстрые птички, перелетающие с ветки на ветку… Приятные звуки, медовые запахи… Всё это поразительным образом противоречило убогости и унынию по ту сторону стены, где находился зловонный тупик. Стена эта словно бы делила мир на две части: чёрную и белую, уродливую и красивую, ложный и настоящий Рай…

Решив, что долго рассиживаться на стене бессмысленно, да и рискованно – а вдруг кто увидит? – я аккуратно спрыгнул на землю. Вернее, на облака. Они тут были мягкими, будто бы слегка пружинили. Отключив фон, то и дело оглядываясь по сторонам, я направился вглубь райских кущ. Я знал, что идти мне нужно именно туда – и я намеревался получить ответы на все свои вопросы. Любой ценой.

IV

Откуда на задворках Рая появился этот большой и красивый участок? Зелёный, ухоженный. А помимо прочего, откуда взялся особняк, выглядывавший из-за крон вечнозелёных и не очень деревьев? И кому принадлежал?.. Впрочем, кажется, на последний вопрос у меня был ответ.

Осторожно продвигаясь вперёд, обходя кусты и деревья, стараясь не шуршать травой, я не забывал оглядываться. Кто знает, какие существа тут обитают. Не может быть, чтобы всё это богачество никто не охранял.

Моя предусмотрительность сыграла мне на «руку»: стоило сойти с травы на тропинку, как я уловил движение на расстоянии десятка метров. Разглядев, кто двигался, я тут же нырнул обратно за пушистый куст с непонятными, но красивыми плодами. Даже если бы не определил, кто находится впереди, я бы всё равно спрятался, однако теперь это было поступком, спасшим мне жизнь.

Охранники и защитники бывают разные: менее и более опасные, сдержанные, агрессивные, тяжеловооружённые, магические… Мне же встретилась, пожалуй, худшая их разновидность. Тени. И я не о тех тенях, которые отбрасывает большинство живых – и не слишком – существ, а о плотоядных призрачных монстрах, быстро передвигающихся, умеющих исчезать и появляться. И, что самое неприятное и жуткое, - вечно голодных.

Сидя за кустом, я размышлял, как быть дальше. С одной стороны, наверняка путь мой лежал внутрь особняка. А с другой, я совсем не хотел попасться в лапы к тени. Сгинуть в самом расцвете лет? Ну уж нет, увольте. Дудки! Хотя, может, и не сгину – тёмный бог всё-таки, - но покоцают меня знатно. Как именно, уточнять не хотелось.

Предельно аккуратно я выглянул из-за куста. Тени не было видно. Весь напрягшись, стараясь не дышать, я вглядывался в тропинку, ведущую к особняку. Вот чёрное пятно, без головы, без рук и ног, но всё равно умеющее передвигаться, опять вынырнуло словно бы ниоткуда. Я затаился пуще прежнего. А когда оно исчезло из поля зрения со стороны, противоположной той, откуда появилось, практически бесшумно двинулся вперёд.

«Судя по охране и царящим вокруг таинственности и тишине, я набрёл на что-то действительно важное», - подумалось мне.

Тень двигалась по одной и той же линии, которая пересекала дорожку. Преодолев эту линию, я, стараясь не производить ни шороха, прошёл ещё несколько метров и опять замер. Высунул голову из-за кустов, огляделся. Тень скользнула по дорожке и вновь исчезла.

«Роботы, что ли? – пронеслась в голове догадка. – Поставлены в автоматический режим?»

Тем лучше. Я стал пробираться дальше… пока не упёрся в препятствие. Быстрый осмотр дал понять, что это стена. Я взглянул вверх и увидел открытое окно. Забраться туда? А что если это ловушка? Или не ловушка, но помещение всё равно охраняется? Роботенями… или чем похуже? Например, системой сигнализации, подключённой к плазменными пушкам? В свою бытность частным детективом я и не с таким сталкивался.

Зевс открыл дверь и вошёл в помещение. Это был его кабинет, то место, где он мог поработать, отдохнуть, предаться размышлениям… и заняться более секретными и важными делами.

Владыка Рая подошёл к окну и распахнул створки. Получилось у него это не с первого раза. Выглянув в окно, обозрев открывшиеся его взгляду просторы, Зевс, кажется, остался доволен.

Он отошёл в центр кабинета и огляделся. Зевс о чём-то размышлял. Затем, приняв решение, он…

Повинуясь непонятному рефлексу, я помотал головой. То ли это заставило странные видения исчезнуть, то ли они сгинули сами по себе. Вначале я обрадовался: ещё не хватало после случившегося действительно тронуться умом… Но после задумался: а вдруг всё, что я вижу, правда? Как оно проникло в мою голову, ко мне в мозг, - другой вопрос. Однако я ведь живу в Нереальности, чёрт побери, и тут возможно едва ли не что угодно! Или не едва ли…

Я сосредоточился, попробовал подстегнуть «глюки» вернуться. Ничего не получилось. Тогда я расслабился и пару минут ничего не делал. Опасно, но тогда это представлялось мне наилучшим решением. Всё равно толку ноль! Видения не возвращались. Может, надо подождать… или сменить обстановку… Кто их поймёт, эти галлюцинации…

Затем я вспомнил, где нахожусь. Осмотрелся, прислушался. Кажется, роботы-тени меня ещё не обнаружили.

И я принял решение. Разбегаться на сей раз не стал, чтобы не привлекать внимания, - просто зацепился присосками за стену и как можно тише (и насколько мог быстро) вскарабкался наверх. Я даже не глядел по сторонам, опасаясь, что, пока буду высматривать, не видит ли меня кто, меня действительно обнаружат. Три метра, отделяющие твёрдую землю – облака – от открытого окна показались мне бесконечными, а время растянулось в вечность. Но вот я наконец забрался через проём внутрь помещения – и замер, распластавшись на полу.

Сердце билось как бешеное. Напряжение напополам со страхом мутило и сбивало с толку рассудок. Но я, бывалый парень, взял себя в «руки» и успокоился. Снова прислушался… Ничего. Выглядывать из окна не стал, чтобы опять-таки не привлечь к себе внимания.

Кабинет, насколько я успел заметить, выглядел точь-в-точь как в моих видениях. Или не видениях? Или не моих?.. Я прополз по помещение, тихо, медленно, и позволил себе встать, лишь оказавшись на противоположном конце кабинета. Сигнализация, если она и была, не затрезвонила; плазменные пушки не появились из скрытых отсеков и не открыли огонь; тени-роботы не ворвались по мою душу, голодные и ужасные… В общем, пока судьба ко мне благоволила. Причины я не понимал, но пока не особенно до неё и докапывался.

«Неужели Зевс помог мне попасть сюда? Но как тогда понимать то, что он опоил меня и бросил на произвол судьбы, в беспамятстве, в глухом переулке?..»

Вопросы, на которые не было ответов. И искать разгадки, похоже, мне предстояло прямо здесь, в спрятанном в глуши особняке главного бога Рая, в его засекреченном кабинете.

V

Стараясь не подходить близко к открытому окну, чтобы не попасться на «глаза» патрулирующим участок теням – или ещё кому, похуже, - я принялся внимательно осматривать кабинет.

Первое, что мне бросилось в глаза, это книги. Их здесь было много, самых разных: обычных и волшебных, бумажных и USB-, научных и развлекательных, толстых и тонких… Целые застеклённые шкафы, под завязку забитые книгами, из-за чего вокруг создавалось ощущение разноцветья, невероятной яркости. И – знания, творчества.

Я присмотрелся к корешкам. Среди прочих книг я выделил копию «Некрономикона» (не обладающую серьёзной магической силой) и различные монографии, посвящённые нам, тёмным богам. Выходит, Зевс был неравнодушен не только к собственному народу, но и к жителям Чистилища. Вполне понятный интерес, принимая во внимание, что государства Нереальности постоянно соревнуются друг с другом, а то и воюют.

«Граф Дракула, - читал я про себя авторов произведений, - Чудовище Франкенштейна, Мумия-зомби, Воин-Оборотень…»

Очень примечательная подборка. Но, к сожалению, она никак не продвигала меня в моих поисках… к чему бы, в конечном итоге, те не стремились.

Закончив с книгами, я подошёл к компьютеру. Всё как положено: дорогущий, новейшей модели, со сверхплоским экраном, управляется силой мысли…

Я запустил комп и попробовал войти в учётную запись. После нескольких неудачных попыток подобрать пароль – «ясамыйвеликий», «Зевс-крут» и так далее, - бросил это гиблое дело.

Что ещё у нас тут есть?

Бюст самого Зевса, выполненный из какого-то жутко дорогого материала. Интереса не представляет, разве что для жуликов и контрабандистов.

Разные сюрреалистические, сделанные либо из камня, либо из металла фигурки. Похожие то ли на марионеток, то ли на небывалого вида химер, то ли вообще непонятно на что. Тоже мимо.

Рабочий стол. Ящики… Заперты. А те, что не заперты, пусты…

Люстра, естественно золотая. Пол – блестит так, что слепит глаза…

Что ещё?

Я обходил кабинет сантиметр за сантиметром, всё дотошно осматривая, пробуя на ощупь, проверяя на предмет секретных кнопок и потайных ходов. Ничегошеньки.

Как вдруг…

Зевс подошёл к стене кабинета напротив окна, к той её части, что пустовала, находясь между книжным шкафом и очередной бесценной и безвкусной фигуркой. Владыка Рая секунд пять постоял, точно бы припоминая, зачем он здесь. Затем воздел руки, размял пальцы и аккуратно опустил их на стену, на тот её фрагмент, который ничем не отличался от прочих.

Пальцы Зевса напряглись, нажимая на определённые точки, потом рука сместилась. Вслед за этим что-то едва слышно щёлкнуло. Часть стены, та самая, напротив которой стоял бог, отъехала внутрь и в сторону, и глазам Зевса явилась… потайная кабинка…

Я подождал, но продолжения галлюцинаций… видений… прозрений… да чёрт его знает чего, не последовало. Тогда я встал у стены, в точности там, где стоял в моих мысленных образах Зевс, и, сосредоточившись, неспешно, аккуратно повторил все его движения. Положил щупальца на стену в тех же самых местах, что и он, нажал, сместил «руки», будто передвигая реле, бегунки… И не то чтобы к моему удивлению – скорее даже вполне ожидаемо, секретная дверца с еле слышным щелчком отворилась, и моему взору предстало…

А собственно, что ему предстало? Я не мог понять. И ещё труднее было сообразить, зачем я это искал. Ведомый непонятно чем, какой-то интуицией наравне с безумием, я отыскал пустующее пространство, маленькую прямоугольную комнатку, вход в которую был спрятан в тайном кабинете Зевса.

Не входя внутрь комнатки, я насколько мог внимательно оглядел её. Ничего странного или любопытного. Просто пустое место. Такое ощущение, что здесь что-то должно быть, но его пока нет. Или УЖЕ нет…

Пожав плечами, я сделал единственное, что мог сделать в такой ситуации. А что ещё мне оставалось? Я шагнул внутрь.

Внезапная вспышка света, от которой заслезились глаза. То ли неясный гул, то ли всего лишь его иллюзия. Затем тишина… Я вытер слезящиеся глаза – и обнаружил, что нахожусь в совершенно ином месте.

Так выяснилось, что пустая прямоугольная комнатка была замаскированным телепортатором, который переместил меня – куда? Кабы знать. Но мне предстояло это выяснить; другого выбора попросту не оставалось. Мне его не оставили.

VI

Когда дверца открылась, я вышел из прямоугольной комнатки, точной копии той, что перенесла меня сюда. Кабинка была замаскирована под часть скалы. Я не слышал, как дверца возвращается на место, а когда оглянулся, телепорт уже слился с окружающим пейзажем.

Я посмотрел по сторонам. В этом не было необходимости, поскольку я мгновенно догадался, куда угодил. Но следовало знать, в какую именно часть этого огромного места я попал.

Вокруг простирался Олимп, святая святых богов Рая, если можно так выразиться; их жилище. Многокилометровая гора, полная магии, а потому казавшаяся больше, чем есть на самом деле. Я был немало наслышан об этом месте и о бесчинствах, которые здесь творят боги. Об их распутстве, пьянках, безудержном и небезопасном веселье… Если ты бог и не опасен, то ты не бог. Если ты бог и не безумен – то же самое. Если… Продолжите сами.

Я озирался по сторонам, не сходя с места. Честно говоря, я испытывал нечто похожее на испуг. Окружающая обстановка казалась тревожной, давящей, и я опасался, как бы чего не случилось со мной по незнанию. Если бы вокруг кутили, гуляли, бегали полуголые девицы, а за ними, под громоподобную музыку, ухлёстывали полуголые мужики, я, возможно, был бы даже рад влиться в подобную компанию. Но дело в том, что на Олимпе, в этом рассаднике греха и радости… не происходило ничего. То есть абсолютно. Пустые улицы, пустые дороги, пустые столики со стульями, пустой камень под «ногами» и пустующее небо…

Куда подевалась вся божественная братия? И нет ли в этом, хоть отчасти, моей вины? Выяснять не слишком-то хотелось, но опять же – был ли у меня выбор?

Я зашагал по дорожке, вившейся между скал. Когда-то здесь наверняка бегали толпы полуобнажённых богов и богинь, а также их любовниц и любовников, но теперь всё опустело настолько, что превратилось почти что в вакуум. По мере того как я шёл, меня сопровождала тишина. Тишина – и ничего более. Причём это было настолько тихое беззвучие, что любой шорох показался бы громом. Беззвучие было… противоестественным. И следует ли говорить, что не раздалось ни единого шороха. Моё дыхание и мои шаги – вот и все звуки.

Я нервным движением поправил шляпу. Остановился между двух нависавших надо мной, подобно злобным великанам, скал. Ещё раз осмотрелся; не увидел и не услышал ничего нового. Хоть чего-нибудь. Двинулся дальше…

Дорога шла всё вперёд и вперёд. По её бокам то и дело попадались автоматы со снеками и напитками. Дальше, когда пространство расширилось, появились палатки с едой. Всё пустовало, бездействовало, умирало без клиентов.

Когда я повернул за угол, то очутился на площади столь гигантских размеров, что её не описать словами. Слева и справа стояли рестораны и кафе, казино и публичные дома, и прочие увеселительные заведения. Они безмолвствовали и словно бы с укором взирали на меня, подвижного и живого. Впереди же, во всём его великолепии, возвышался дворец Зевса. Путь к нему в обычное время преграждали многотонные золотые ворота. Я бы мог, наверное, перелезть через них, тем более что и стража тоже куда-то подевалась, но в этом не было нужды: сейчас ворота оказались распахнуты. Меня приглашали внутрь? Ну что ж, извольте…

Миновав блестящие на Куполе врата, я очутился в саду, который размерами и величием посрамил бы любой сад любого, даже самого богатого существа. Тайный особняк Зевса? Не смешите меня. Какое там! Сад Олимпа был настолько огромен, что слева в нём целиком поместился знаменитый лабиринт Минотавра (я узнал это колоссальное строение по картинкам из путеводителя), а справа располагались легендарные Эдемские кущи.

Я стоял на месте, размышляя, что делать дальше. Предчувствие, никогда прежде меня не обманывавшее, советовало остановиться. Или хотя бы взять передышку, подумать. Но у того, кто меня ждал, были, видимо, совсем иные планы. Великанские створки дверей впереди, дверей, ведущих прямиком в дворец, раскрылись – и замерли. Теперь в том, что меня кто-то ждёт, не осталось ни малейшего сомнения.

Размеренным шагом, не забывая оглядываться по сторонам, я направился к услужливо распахнувшимся дверям. Окружающие красоты и достопримечательности меня не интересовали, хотя в другой ситуации я непременно уделил бы им самое пристальное внимание. Я вошёл во дворец – и двери с грохотом захлопнулись за моей спиной. Я замер на месте и вздрогнул.

- Я в тронном зале, - зазвучал вдруг будто бы отовсюду голос, показавшийся знакомым. Но громоздкое эхо и оглушительный эффект усиления не позволили мне разобрать, кто именно говорил. – Поднимайся, Теп.

Однако у меня и на счёт говорившего были некоторые догадки.

Тронный зал не пришлось долго искать – да и вообще искать. Украшенные драгоценными камнями сверкающие двери, ведущие в него, тоже отворились, точно бы сами собой. Более смело, чем раньше, я зашагал по красной ковровой дорожке, в окружении такого великолепия, что оно, казалось, лишит вас зрения. Когда я миновал двери в тронный зал, они закрылись за мной подобно тем громадным, что ведут в сад. Я не стал оглядываться и проверять, откроются ли они, если я попытаюсь их отворить. Пока что в том не было нужды – следовало разобраться с тем, кто управлял ими. Кто позвал меня сюда. Кто был виновником всего творящегося. И получить у него ответы.

Передо мной, на троне, ухмыляясь во всю бородатую физиономию, восседал Зевс.

- Не доверяй ему, - сказал Зевс. Схватился за голову, закрыл глаза, глубоко задышал. И через несколько секунд, отдышавшись и вновь распахнув веки, добавил: - Не доверяй мне.

И плотоядно улыбнулся.

VII

- Ну здравствуй, Теп, - приветствовал меня царь богов.

- Привет-привет. Как дела? Что-то у вас пустовато. Где все? Куда подевалась вечеринка?

Зевс принял более удобное положение на троне.

- А вечеринки не будет.

- Как так?

- Вернее, она уже закончилась. Почти. Ты успел к самому концу.

- Не понимаю.

- Ещё бы.

- Объясни, будь другом.

Зевс ухмыльнулся ещё шире.

- Зря ты пришёл, Теп. Я ведь дал тебе возможность.

- Спастись?

- Хотя бы выжить. Но ты ей не воспользовался.

- Это мне свойственно. Я смелый. И часто об этом жалею.

- Да, Теп, мне тоже жаль.

- Послушай, Зевс, как бы я выжил, если вокруг творится чёрт знает что, а я ни сном ни духом? Надо во всём разобраться. Всякие там загадки, секреты, тайны для меня важнее пищи. Важнее сна и секса. Я ими живу. И даже иногда зарабатываю. Я не мог пройти мимо.

- Вот именно. На это я и рассчитывал.

- Рассчитывал? – Я приподнял бровь. – Так ты не хотел предоставлять мне шанс?

- Ну-у… - протянул Зевс. – На самом деле нет.

- Ты просто усмирял собственную совесть.

- Ну… можно и так сказать.

Я покачал головой.

- Олимпийцы так не поступают. Они коварны – но честны. По крайней мере, перед собой. Такое поведение свойственно разве что…

- Ну же?

- Тёмным богам.

И тогда Зевс оглушительно расхохотался. Я попытался понять, почему его насмешили мои слова. Я не питаю иллюзий по поводу своего чувства юмора и на этот раз действительно не сказал ничего смешного. Так что вывод напрашивался сам собой – мне даже не потребовалось напрягаться, думать.

- Ты не Зевс.

Зевс… или кто бы он ни был… опёрся на подлокотники мощными руками и встал с трона.

- А кто же?

- Ты даже не бог. А если и бог, то исключительно тёмный. Ты… - Я замолчал, покатал в голове внезапно родившуюся мысль и, пожав плечами, закончил фразу: - Йог-Сотот.

Кожа и плоть Зевса, которые не были ни тем, ни другим, упали к ногам существа, что выбралось из этого столь достоверного костюма. Передо мной находился, со всеми его щупальцами, ложноножками и глазами, великий и ужасный Йог-Сотот. А я-то гадал, почему о нём в последнее время ни слуху ни духу да что он замышляет… Вот и первый ответ. Из множества.

- Не льсти своим возможностям! – проревел Йог-Сотот и добавил, словно прочитал мои мысли: - Тебе не удастся получить ответы! Кроме тех, что я соизволю дать.

- Чтобы ещё больше меня запутать?

- Почему бы и нет? И да, я читаю твои мысли. Но способности мои гораздо шире.

- А именно? И откуда они такие взялись?

- Всё благодаря твоему слабохарактерному дружку Зевсу. Он бы тебя и опоить не сумел…

- А ты сумел?

- Конечно!

- Где он?

- Там же, куда отправишься и ты.

- А поточнее?

- Довольно! – бешено то ли закричал, то ли зарычал, то ли заверещал Йог-Сотот.

- Йоги, не кричи так, сорвёшь горлышко.

- АРРРРР!

Многочисленные конечности стоящего у трона самозванца взметнулись, зашевелились. Я старался не смотреть на них, но не мог отвести взгляда. Затем я почувствовал, как на меня обрушивается непобедимая усталость. Я засыпал. Он меня гипнотизировал!

Я попытался прервать ментальную атаку, дать отпор, да хотя бы сдвинуться с места. Ничего не получалось!

А потом я ощутил, что уменьшаюсь, сжимаюсь, превращаюсь в карлика, лилипута, гнома… песчинку… молекулу, атом… квант… и нечто ещё более маленькое… Исчезаю…

И, в следующее мгновение, я пропал. Но не умер, нет. Я сделал этот вывод, так как продолжал мыслить. Более того, я видел себя, своё тело. Оно двигалось, оно повиновалось мне. Где я очутился, ведомый неизвестно откуда взявшейся у Йог-Сотота силой? Он, как тёмный бог, обладал немалой мощью – но не такой же! Где я?..

- Ньярлатхотеп! – возопил Зевс неведомо откуда. – Наконец-то! Ты пришёл!..

VIII

Я поозирался, но не увидел бога богов. Неужели опять галлюцинации? Неужто всё происходит только в моей голове?

- Нет! Нет! – продолжал вопить Зевс. – Найди меня! Найди! Я здесь!..

Оставалось лишь поверить ему на слово, потому что я находился в некоем непонятном сине-голубом пространстве без пола, потолка и стен. Нигде не видно ничего, кроме этой всепроникающей, всеохватывающей синевы. И в ноздри забирается, даже – забивается характерный запах озона. Запах воздуха после дождя.

Я услышал громовые раскаты и оглянулся. Увидел, как сверкнула молния… кажется… где-то вдали. Вот ещё одна и ещё. Гром повторился дважды…

«Не может быть». – Меня пронзила неожиданная, невероятная догадка.

- Нет, всё так, - подтвердил её голос Зевса. – Найди меня! Я здесь, здесь! Только не обращай внимания на образы!..

Я очутился внутри головы Зевса. Неким необъяснимым образом, с помощью неведомой чудовищной магии, угодил в его мысли! А теперь он ещё и предлагает мне не думать об этом? Или, по крайней мере, о каких-то там образах? «Не думай о розовых глубоководных»?

«Что за образы? О чём он?»

- Нееет!..

И тут, словно в ответ на мои мысленные слова – а скорее всего, так и произошло, - появились они. Они выстроились огромным рядом. Все они. Крылатый Гермес, Гефест с кузнечным молотом, Аид – вечный соперник владыки Ада Повелителя, и пёс Цербер (интересно, как к этому отнёсся его хозяин, герой Децербер?), Арес со щитом в руке, прекрасноликая Афродита, жена Зевса Гера, Афина-воительница… Все-все боги Олимпа – и, как оказывается, не только его, - которые жили и здравствовали на горе-великане или под ней… до поры. До недавнего времени. За исключением, возможно, Диониса и, быть может, ещё парочки опальных божеств. И где-то среди них затерялся Зевс, который призывал меня?

- Нет! Я не там!..

- А где?

Он не успел ответить. Или ответил, но я не услышал, потому что одновременно лязгнуло обнажаемое богами оружие – мечи и кинжалы… Кто-то достал палаш, кто-то – скимитар. У кого-то в руках оказалось копьё, а у другого – алебарда… Страшно представить, что бы было, если б у них нашлись, скажем, бластеры. Или им позволили бы иметь подобное оружие. Перестреляли б друг друга… или, может, вырвались отсюда, что отнюдь не на «руку» моему пленителю… А так передо мной стояли «классические» боги, с холодным оружием наперевес. И, как были, безупречным рядом, единым духом двинулись на меня.

- Беги!!!

- Можешь не повторять.

И я побежал… понёсся… полетел сквозь пахнущую озоном, разрываемую молниями, оглушаемую громом синь.

Не знаю, сколько прошло времени, да и существовало ли оно до сих пор, но, когда я оглянулся, боги по-прежнему преследовали меня. Мчались сквозь призрачное мироздание. Они находились так же близко, как и раньше, а может, подлетели ещё ближе. Да, они уже не шли – они разрывали телами пространство. И мне, чтобы выжить, пришлось сделать то же самое.

Гонка отнимала много сил. Я сказал себе, что этого не может быть, что надо остановиться, что убить меня, тем более в чужой голове, они не способны… Вот только прекратить улепётывать и проверить свою теорию отчего-то не возникало никакого желания.

«Как они попали в голову к Зевсу? – мелькали мысли где-то на краю сознания. – Это Йог-Сотот их сюда заточил? Но как? С помощью чего или кого?!..»

Вопросы без ответов множились, хотя совсем недавно мне казалось, что их стало меньше.

Я перестал оборачиваться и сосредоточил всё внимание на однообразном пейзаже перед собой. Я нёсся никуда, в ничто. Как долго это ещё может продолжаться? И удастся ли мне убежать? Когда кончатся силы?..

- Сюда! Сюда!..

Впереди как будто бы замаячила одинокая, еле различимая на фоне всеобъемлющей синевы фигурка.

- Да, это я! – надрывался Зевс. – СЮДА!..

Мне не надо было повторять дважды. Аккумулировав все имеющиеся при мне силы, я устремился к далёкой фигурке.

По мере приближения – очень неторопливого, так мне чудилось, и крайне энергозатратного – фигурка становилась всё больше и больше похожа на моего старинного друга с окладистой бородой. Я слышал за спиной топот, и крики, и лязг оружия. Проклятия неслись мне вслед. Непомерным усилием воли я заставил себя не оборачиваться. Просто если бы обернулся, то всё: шансов выжить не осталось бы никаких. Я замедлился бы, остановился, упал – рухнул без сил…

- СЮДААА!..

Я сделал последний, отчаянный рывок. Нырнул через синее ничто к Зевсу, схватил его и повлёк за собой. Я даже не сразу заметил, что он был прикован к окружающей цветной пустоте цепями. А когда рванул его за мускулистую руку, цепи порвались, растворились в небытии и исчезли. И вместе с ними, тут же, прекратился звон мечей и алебард позади нас, стихли яростные крики.

Не останавливаясь, находясь на последнем издыхании, мы обернулись и убедились, что боги исчезли. Когда я освободил Зевса, они переместились… куда-то.

«И то хлеб», - подумалось мне.

Я хотел было прекратить наш безумный полёт, чтобы передохнуть, но или не успел, или оказался во власти более сильной чуждой воли, или мы набрали такую скорость, что уже не остановишься… или ещё что… Словом, мы пронзили синюю безбрежность. Она потекла – по бокам и вокруг, везде. Потекла нам за спину, обнажая… черноту. Подлинную, настоящую черноту, по сравнению с которой обычный чёрный цвет – самая жизнерадостная краска на свете.

И в эту-то неизбывную черноту мы с Зевсом, как ни пытались затормозить, провалились на полном ходу.

IX

…В начале не было ничего. Затем это ничего, когда мы присмотрелись к нему, превратилось в чёрную краску. Ту самую, неописуемую, космической глубины.

«Где это мы?» - подумал я, вращаясь то по часовой стрелке, то против неё… если, конечно, вообще имел смысл говорить о направлениях, которых здесь, судя по всему, не существовало вовсе.

Я повторил свой вопрос вслух, потому что Зевс, кажется, меня не услышал.

- Мы в голове нашего врага и пленителя, - ответил он.

- Это-то я и боялся услышать.

Итак, мы оказались в мыслях Йог-Сотота. Всю жизнь только и мечтал, что попасть в мозги к безумцу-убийце, да к тому же тёмному богу…

- Нет времени сожалеть! – рявкнул Зевс.

- Да я и не сожалею. Даже напротив. Тут так… интересно. Может, когда выберусь, за докторскую диссертацию засяду…

- Уплывай! – вдруг заорал царь богов не своим голосом.

- Что?

- Плыви! Прочь! Они здесь!

- Кто…

Я недоговорил, да в том и не было нужды. Ответ сам пришёл ко мне – ухватил за «ногу». Невидимый, но предельно ощутимый ответ; мерзкий, липкий, склизкий – и смертельно опасный.

Я задёргался, завращался и каким-то чудом вырвался из лап (щупалец? Ложноножек? Других конечностей?) Йог-Сототовых мыслей. Я отчаянно грёб, пытаясь поспеть за Зевсом. Это было нелегко, учитывая, какую скорость он развил. Неужели не в первый раз здесь?

Что-то пренеприятное вновь скользнуло по «ноге». Я перешёл с брасса на кроль.

Обессиленный после бегства от богов, я понимал, что долго не протяну.

- Плыви! Быстрее! – окликал, не оборачиваясь, Зевс.

- Стараюсь как могу.

- Старайся лучше!

- Ты даже не видишь, насколько хорошо я стараюсь.

- И не собираюсь смотреть – у меня есть дела поважнее.

«Например, спасти свою жизнь», - мысленно закончил я за него.

- О, вот оно! – внезапно заревел, точно Минотавр на Ариадну, владыка Олимпа.

- Да что оно-то?!

- Голову подними!

Я поднял. И увидел… свечение. Будто сквозь завесу дыма и ночи пробивалось облако светлячков. С каждым новым гребком оно становилось всё ближе и ближе, всё больше и больше, и ярче…

Я не надеялся, что мы доберёмся до него.

«А даже если доберёмся, где гарантия, что не провалимся в голову к кому-нибудь ещё?»

- Греби сильнее! – орал Зевс. – Это выход! Голова Йог-Сотота связана магией с моей, а это – портал, ведущий обратно в Нереальность!

- Куда именно?

- Не знаю!

- Отличненько…

- Слушай, Теп, заткнись – и просто греби…

И я просто грёб.

В процессе этого я стал чувствовать, что теряю сознание. Но я грёб. Грёб, мать его! Вряд ли это поможет, но я не сдавался…

Истошный крик Зевса вывел меня из полуобморочного состояния, и я понял, что мы добрались-таки до светового портала. И не просто добрались, а нырнули в него. Это было чудом, однако сколько их уже выпало на мою долю? Чудом больше, чудом меньше…

«Ну и где я теперь?»

- Зевс, куда мы попали?

Молчание.

Я огляделся. Зевса рядом не было. Оставалось надеяться, что он действительно, как и я, проплыл сквозь прореху и теперь находится в каком-нибудь более безопасном месте в Нереальности.

А сам я угодил в предельно-ужасное и жутко-безмолвное подземелье. Неизвестно какое, расположенное непонятно где.

«Всё как мы любим».

От осознания этого факта я даже немного приободрился.

Постоял несколько минут на месте, приходя в себя. А более-менее отдышавшись, двинулся тёмными, освещаемыми неверным светом факелов на стенах коридорами к вожделенному выходу… где бы тот ни находился.

X

Подземелье тянулось и тянулось, не собираясь заканчиваться, и веяло от него чем-то знакомым. А может, только казалось? Чтобы сравнивать, надо побывать во множестве подземелий. Ни в одном из райских мне прежде не доводилось быть. Если, конечно, я как и прежде находился в Раю.

Разнообразием коридоры не баловали: тёмный, освещённый парочкой факелов проход, потом ещё более тёмный, ничем не озаряемый участок, поворот, развилка… Снова факелы, затем опять несколько десятков метров без них, очередной поворот, новый перекрёсток… И так далее. Менялось только количество тропок на развилках. Я двигался вперёд, положившись на интуицию и удачу.

В темноте, чтобы не сбиться с пути, опирался на стену. Однажды это чуть не стоило мне жизни: я в последний момент услышал незнакомый звук, особенно чётко раздавшийся здесь, в полнейшей тишине, нарушаемой лишь моими движениями и дыханием, - и отпрыгнул в сторону. Как раз вовремя, чтобы избежать встречи с громадными шипами, выскочившими из стены. Ловушка!

После этого пришлось отказаться от идеи держаться за стену. Это несколько замедлило моё продвижением, но сделало его более безопасным.

Хотя всё относительно, как сказал один гений: стараясь двигаться по центру коридора, я во тьме чуть не провалился под пол. Вновь услышав подозрительное шуршание, отпрыгнул назад, и до моего обострённого в окружающей тиши слуха донёсся звук распахнувшегося люка. Сердце забилось часто-часто. Редкий случай, когда у тёмного бога чуть не ушла душа в «пятки»… если, разумеется, она у меня есть. Пришлось прижаться к стене и бочком, по возможности быстро, преодолеть очередное препятствие.

Пока я так бродил по лабиринту, которые с детства ненавидел, что-то ещё откуда-то выпрыгивало, стреляло, лилось… некто (или нечто) кричал, пытаясь напугать – а может, и не только… открывались внизу люки, падали сверху камни… Всё это продолжалось будто бы бесконечно долго.

Но наконец я нашёл выход из этого адского лабиринта… или тартарского, или райского, или чёрт его знает какого! Ну как нашёл… По чести сказать, я уворачивался от очередной ловушки – рукИ с мечом, - когда вдруг осознал, что это не просто рука – что она крепится к телу. Рыцарь – а может, робот или, кто знает, призрак – наступал на меня, размахивая оружием во все стороны. Но у меня была фора: скользнув ему за спину, я припустил что есть силы; он же потратил некоторое время на то, чтобы развернуться.

Дабы ускорить бегство, пришлось опять прислониться к стене. Перебирая по ней щупальцами, я стремился вперёд, не особо разбирая дороги и не слишком задумываясь о подстерегающих дальше по курсу опасностях. За спиной раздавался громоподобный здесь, в чёрной тиши, лязг доспехов рыцаря.

Я даже не сразу понял, что провалился; причём не вниз, а вбок. Щупальце внезапно потеряло опору, и я куда-то полетел. Разыскивающий меня рыцарь, издавая ужасающе-громкие звуки, проследовал мимо. Наверное, во время погони я значительно оторвался от него или он плохо видел в темноте, а может, всё вместе, но, как бы то ни было, меня он не заметил.

Дождавшись, когда лязг стихнет вдали, я встал с пола, поднял соскочившую с головы шляпу, отряхнул её и всю остальную одежду, надел шляпу – мою верную спутницу в рискованных делах и расследованиях, и огляделся.

Неизвестно где раздался дикий вопль, сопровождаемый характерным звуком, с которым на каменный пол падает нечто тяжёлое и металлическое. Я на мгновение ухмыльнулся, представив, как одна ловушка – рыцарь – угодила в другую ловушку, но потом быстро вспомнил, где нахожусь.

А находился я, судя по антуражу, в камере пыток.

XI

Это была самая что ни на есть настоящая и качественная пыточная камера со всеми положенными атрибутами: дыбой, «железной девой», щипцами, топорами, цепями и какими-то непонятными на вид, но внушающими естественный – или скорее противоестественный – ужас приспособлениями. На покрытых пятнами (происхождение которых легко угадывалось) орудиях смерти и мучения лежали искрящиеся отблески, что отбрасывались развешанными по стенам факелами.

«Ну хотя бы светло», - не особенно весело подумал я.

Я мог бы выйти отсюда и продолжить поиски, но что-то заставило меня задержаться.

«Интересно, почему Зевс молчит? Может, сбежав из ментального плена, потерял способность мысленно обращаться ко мне?»

Наверное, это как-то связано с Йог-Сототом и его неожиданно возросшими способностями, его магией, но сейчас разбираться в этих хитросплетениях у меня не было желания. Да и возможности: следовало спешить, чтобы, во-первых, спастись самому, а во-вторых, помочь олимпийским богам и Раю. Или сначала им, а потом себе. В любом случае, с Йог-Сототом во главе, райскому государству грозила более чем явная опасность.

Я побродил по камере, рассматривая различные способы умерщвления плоти – но не всматриваясь в них. Увиденное мне совсем не понравилось, хоть я и не отношусь к пацифистам или существам с тонкой психикой. Однако я обнаружил кое-что интересное. Фигуру рыцаря – с виду, точно такую же, как та, что недавно гналась за мной по тёмным коридорам. Рыцарь в камере пыток, слава Ктулху, не двигался.

Я встал напротив него, присмотрелся. Что-то меня смущало в его облике. Не только то, что он не двигался, но, возможно, поднятая рука? Он словно салютовал или… привлекал внимание?

Я выпростал щупальце, не без опасения коснулся металлической руки – и осторожно потянул вниз. Почувствовал, что конечность рыцаря подаётся, но неохотно.

«Наверняка управляет ещё одним скрытым механизмом», - подумал я.

И приложил больше усилий.

Когда рука из металла опустилась, что-то лязгнуло, зашуршало, задвигалось, застучало, и рыцарь отъехал в сторону, являя… ничего. Ничего он не являл – просто стену.

Я было разочаровался. Однако затем подумал: что-то тут не то. Подошёл ближе, протянул щупальце… и оно легко прошло сквозь стену, будто той не существовало. Иллюзия?

Даже не пытаясь гадать, куда попаду на сей раз, я вдохнул поглубже и прошёл через стену-обманку.

Вспышка света, гул… тишина… Всё это уже было мне знакомо; я догадался, что опять угодил в секретный телепорт. Оставалось лишь выяснить, куда он меня доставил…

XII

Во все стороны расходились коридоры. Факелов на стенах не было, но второй по счёту лабиринт, в который я угодил, не выглядел таким тёмным, как тот, подземельный. Очередная иллюзия?

Разобраться в этом вопросе я не успел – помешала здоровенная фигура, с диким рёвом и топором несущаяся прямо на меня! Я сразу узнал Минотавра.

Первым побуждением было броситься бежать, спасая если не жизнь – которая у нас, тёмных богов, в Нереальности бесконечна, - то тело. Конечно, я мог очутиться в подменённой реальности, где действуют свои собственные законы, а значит, и смерть для меня отнюдь не метафора. И невзирая даже на это, я остался стоять на месте.

Минотавр – или очень точная его копия, – судя по выражению на бычьей морде, заметно ошалел от такой наглости, но ходу не сбавил. Наоборот, заорал ещё сильнее и ещё выше поднял обагрённую кровью секиру.

В последний момент я отступил в сторону. Минотавр с диким рёвом пронёсся мимо. Я выпростал щупальца тьмы, выхватил у чудовищного, а в данный момент – чрезвычайно обескураженного быка из лап оружие. И когда Минотавр остановился и стал поворачиваться, снёс ему голову его же секирой.

Что-то треснуло, зашипело, пошло рябью… Неожиданно я понял, что это происходит с миром. Со всем миром – кроме меня. Картинка дёрнулась, перекосилась… и исчезла. Матрица схлынула.

Я вновь очутился в реальном мире.

«Ну и слава богу!.. Ктулху там, Зевсу и всем остальным. Было бы жалко убивать настоящего Минотаврика».

Я не сразу понял, где нахожусь – и перед кем. А когда осознание наконец просочилось в разум, я отчего-то совсем не удивился.

- Ну привет, Тот.

Я стоял посреди помещения, в котором по всем признакам – колбы, реторты, компьютеры, старые фолианты, разные-прочие устройства – угадывалась секретная лаборатория. А прямо напротив меня возвышался, переплетя щупальца, Азатот – мой бывший босс, если вспоминать времена, когда я служил в полиции. Азатот – коп-отступник, ещё одно мечтающее о вселенском господстве существо. С толстой и древней книжкой в «руках».

Впрочем, книгу я узнал в первый же миг, как увидел: ну конечно, «Некрономикон» из предыдущего анекдота. Вернее, из предшествующей истории. Тот самый «Некро», который подлинный, а потому – почти что всесильный.

- Значит, Тот, - сказал я, - ты не оставил надежды завоевать всех и вся при помощи мощнейшей и запретной магии этой книженции?

- А ты, Теп, - ответил он мне в моём же стиле, - не оставил надежды остановить меня?

Я покачал головой. Ну как можно быть столь настырным? Это я об Азатоте.

Я окинул быстрым взглядом помещение. Взор мой зацепился за прикованную толстенными цепями к одному из дьявольских агрегатов собачку.

- А чем Тиндал-то провинился? – спросил я.

- Он меня не слушается. Пришлось посадить его на строгий ошейник. – Азатот неприятно рассмеялся. Трубка, которую он курил – постоянно, - чуть не вывалилась у него изо рта, но Азатот успел удержать её и вернуть на место.

- Бедный пёсик, - сочувственно произнёс я.

- Ты кого имеешь в виду?

- Тиндала, разумеется.

- А я было подумал, ты мне это говоришь. Хочешь вывести из себя и, воспользовавшись моментом…

- Нет-нет.

- Ну и хорошо. Не люблю банальности, Теп.

- Я тоже.

Я бросил ещё один взгляд на Тиндала. Почти метровая псина смотрела на меня с выражением вселенской печали на морде. Ему определённо не нравилось сидеть на цепи, да ещё со строгим ошейником.

- Поправь меня, если я ошибаюсь… - снова заговорил я.

- Хочешь озвучить мой план по покорению мира, прежде чем я расправлюсь с тобой?

- Как ты догадался?

- Ну что ж, давай, давай. – И Азатот подбодрил меня, помахав щупальцами.

- Буду краток. Ты предложил Зевсу владеть Раем – или не только им – на пАру.

- Пока верно.

- Он ожидаемо отказался. А тебе только это и было нужно. Тогда ты загипнотизировал его при помощи «Некрономикона».

- Всё так.

- Но Зевс сопротивлялся гипнозу: он же бог как-никак. Пришлось подключить Йог-Сотота. Но, чтобы не делиться властью с ним, ты и Йога загипнотизировал.

- Правильно. Хорошая штука «Некрономикон».

- Угу. Но тут на твоём пути встали остальные боги Олимпа. Однако благодаря объединённым силам «Некро», Зевса, Йога и твоим собственным ты легко от них ото всех избавился.

- И заточил к Зевсу в голову. В почти ментальном смысле. Продолжай.

- Хитро придумано, Тот.

- На фантазию не жалуюсь.

- Но тут в дело вмешиваюсь я…

- Да, очень неудачно, что Зевс успел тебе позвонить, прежде чем я окончательно вывел его из игры. А ещё хуже, что когда-то ты был моим подчинённым и… - Азатот сплюнул, - другом.

- Ох уж мне эти сантименты… И вот, Йог-Сотот под видом Зевса встречает меня, спаивает и бросает в беспамятстве на произвол судьбы.

- Надо было тебя расчленить!

- Надо было…

- От тебя воняет, Теп.

- Знаю. Постираю одежду и помоюсь, когда закончу с этим делом. Тем более что боги вновь свободны…

- Ничего, мне будет нетрудно и даже в радость опять загнать их в мозг к Зевсу. Или ещё куда подальше. А о деле забудь – это твоё последнее расследование. И закончится оно для тебя крайне неудачно.

- Ты так думаешь?

- Уверен. Ну что, Теп, отвлёк меня разговорами, вызнал мой жуткий план, записал на фон?

- Нет.

- Вот то-то и оно. – И Азатот демонически расхохотался.

- Но она записала, - сказал я.

На миг непонимание отобразилось на лице… в смысле, роже Азатота. Затем оно сменилось недоверием. Но после – изумлением, когда раздался хорошо знакомый ему рык – рык Тиндала.

Азатот крайне неторопливо, будто в замедленной съёмке, обернулся – и увидел то же, что и я. А именно: освобождённого Тиндала, скалящего пасть, и стоящую рядом с ним Шуб-Ниггурат, которая и избавила пёсика от его сидения на цепи. В одном щупальце моя благоверная держала фон, в другом – поводок Тиндала.

- Тщательней надо пристёгивать питомцев к адским агрегатам, - сказала она без тени юмора.

- Чистилищенским, - поправил зачем-то Азатот. – Мы сейчас в Чистилище.

- Тем лучше, - продолжила она. И, отпустив поводок, коротко, спокойно скомандовала: - Фас.

Тиндал только этого и ждал – рванулся и напрыгнул на хозяина. Или, вернее сказать, бывшего хозяина. Два тела с грохотом упали на пол и покатились по нему, сцепившись в рычаще-кричащий клубок.

Я поднял «Некрономикон» и отряхнул его. Подошла Шуб-Ниггурат; я поцеловал её в щёчку.

- Надо будет вернуть наконец книжку в библиотеку.

Шуб-Ниггурат согласно кивнула. И лучезарно улыбнулась.

XIII

Когда всё закончилось… то есть когда мы расцепили недовольного Тиндала и слегка покорёженного Азатота и вывели обоих на белый свет из подземелья по тайному ходу, который по пути сюда обнаружила Шуб-Ниггурат…

Когда Зевс и прочие боги вновь удобно расположились в Раю, на положенных им местах…

Когда Диониса, в благодарность за его помощь следствию, простил Зевс, разрешив ему возвратиться на Олимп, но Ди, опять-таки с позволения верховного бога, выбрал работу в ресторане в центре Эдема…

Когда мы с Шуб-Ниггурат вернулись домой в Чистилище…

Когда Азатота, учитывая все имеющиеся доказательства и показания свидетелей, осудили на многовековое лишение свободы и посадили в одну камеру с разгипнотизированным Йог-Сототом, чтобы, значит, обоим было веселее…

Когда мы с Шуб, можно сказать, усыновили Тиндала и перевезли его в особняк Ниггуратов на окраине Нирваны, что в Чистилище…

Когда всё это и кое-что ещё произошло, я, обнимая и целуя Шуб-Ниггурат, спросил у неё:

- Но, чёрт побери, Шуб! Как ты меня отыскала?!

- Элементарно, мой дорогой Теп, - ответила красавица, лаская меня щупальцами. – С помощью встроенной в твой фон функции «Найти устройство».

Я в голос расхохотался.

И мы снова поцеловались. На этот раз – молча, дольше и ещё более страстно, чем прежде…

(Февраль – март 2024 года)