Валерка

Валерка

Глава 1. Первый снег

Зима в деревне Малые Пеньки в тот год выдалась лютая. Снег хрустел под валенками с таким звуком, будто кто‑то ломал пенопласт в абсолютной тишине, а термометр, прибитый к стене дома деда Матвея, давно потерял надежду и показывал просто «холодно».

На чердаке дома Матвея и бабы Нюры, укутавшись в старый овчинный тулуп и фольгированное одеяло МЧС, сидел субъект, которого в документах Галактического Совета именовали «Исследовательский дрон‑биоформа 7‑Бетта», а дед Матвей звал просто — Валерка.

— Валерка! — крикнул дед в потолок. — Спускайся, пельмени стынут. И захвати ту штуку, которая энтропию уменьшает, у меня опять радикулит.

С чердака послышалось шуршание, скрип лестницы, и в комнату спустился высокий, худощавый гуманоид с кожей цвета неспелой оливки и большими, как блюдца, чёрными глазами. На нём была фланелевая рубашка в клетку и шерстяные носки.

— Матвей Игнатьевич, — мягким, немного вибрирующим голосом произнёс Валерка. — Это не «штука для энтропии», а портативный биорезонансный модулятор. И он не уменьшает энтропию во всей Вселенной, а лишь локально упорядочивает клеточную структуру ваших поясничных позвонков.

— Ой, не умничай, — махнула рукой баба Нюра, ставя на стол дымящуюся миску. — Ешь давай. Сметану класть?

— Химический состав данной субстанции идеален для поддержания моего метаболизма в условиях низких температур, — кивнул пришелец. — Кладите две ложки.

История появления Валерки в Малых Пеньках была достойна сюжета для канала РЕН‑ТВ, но произошла она слишком буднично.

В октябре, когда Матвей копал картошку, на огород с небес рухнуло что‑то блестящее. Не тарелка, а скорее сплюснутый эллипсоид. Вылезший оттуда пилот на чистом русском (лингвистический модуль загрузился мгновенно) объяснил, что у него «полетел гравитационный компенсатор» и ждать эвакуации придётся до следующего стартового окна. А это — весна.

— Ну, до весны так до весны, — пожал плечами Матвей, опираясь на лопату. — Картошку поможешь докопать — пущу на чердак.

Валерка помог. Причём так, что Матвей потом неделю ходил в шоке. Пришелец не копал. Он настроил какой‑то маленький приборчик, направил луч на грядку, и клубни сами, повинуясь изменению гравитационного вектора, мягко всплыли на поверхность, очистившись от земли за счёт высокочастотной вибрации.

— Физика, — пояснил тогда Валерка. — Закон сохранения импульса и акустическая левитация. Никакой магии.

Тепло и свет

Жизнь с инопланетянином оказалась на удивление полезной. Валерка, будучи инженером 4‑го ранга, просто физически не мог терпеть неэффективность.

Началось всё с печки.

— Анна Петровна, — сказал он как‑то вечером, наблюдая, как баба Нюра подкидывает дрова. — Ваш отопительный прибор имеет КПД всего 35%. Большая часть тепловой энергии улетает в трубу, буквально отапливая атмосферу планеты, что способствует глобальному потеплению, хоть и в микромасштабах.

— И чё делать? — спросила бабка. — Другой печки у нас нет.

— Не нужно другой. Нужна термодинамика.

На следующий день Валерка разобрал часть дымохода. Он встроил туда систему трубок из старого холодильника и пару консервных банок, создав, как он выразился, «рекуператор тепла с дожигом пиролизных газов».

— Видите ли, — объяснял он Матвею, орудуя паяльником, который он разогнал до состояния плазменного резака. — Древесина при нагревании выделяет горючие газы. Обычно они улетают. Я изменил тягу так, чтобы создать зону турбулентности и вторичного воспламенения. Плюс добавил эффект Коанда для лучшего распределения тепла по кирпичам.

Результат ошеломил всю деревню. Теперь Матвей топил печь одним поленом в день. В доме было жарко так, что коту Барсику приходилось спать не на печи, а под полом.

Слухи, конечно, поползли. В деревне ничего не утаишь, особенно когда у деда Матвея старый «Москвич» начал ездить бесшумно и заправляться водой из колодца.

Первым пришёл сосед, дядя Коля, тракторист.

— Матвей, слыхал я, у тебя там… немец пленный живёт? Или учёный какой?