Вампир

«Помни. Что ты теперь не сможешь вести счастливую человеческую жизнь. Не сможешь отныне умереть от старости. Помни, что тебя ждут неисчислимые годы, полные борьбы с жаждой. Годы, полные бегства от солнца. Годы бесконечной ночи. Черноты. Мрака. Это действительно то, чего ты так желаешь?..»

1.

Ночь. Тёмный силуэт в мотокостюме затаился на вершине вышки сотовой связи. Ему казалось, что он здесь жертва, а не охотник, и это даже несмотря на добротную винтовку в руках. Они всё никак не появлялись на улицах внизу.

Он то и дело поглядывал на Андромеду, сияющую в небе. Люди неспособны различить тусклых очертаний галактик без специальных приборов; люди, но не вампиры. Вирус увеличивал разрешающую способность глаза. Поэтому первое, что замечал обращённый, если не считать невыносимой жажды – так это изменившееся до неузнаваемости звёздное небо, наполненное галактиками и разноцветными туманностями.

Кто бы мог подумать, что галактика Андромеды по видимым размерам превосходит Луну в шесть раз? Насколько же слепы обычные люди…

-- Что за дрянь там шумит?.. -- силуэт то и дело поглядывал вниз. Кусты под вышкой едва заметно шуршали.

Там кто-то прятался?

Вроде бы кусты дрожали просто от ветерка, да и не ощущались посторонние запахи, и не было слышно чужого дыханья в десятке метров внизу.

И всё равно казалось, что он здесь жертва, а не охотник. Обстоятельства казались чертовски скверными, хотя он, конечно, мог и просто лишь накручивать себя. Прирождённая тревожность – штука скверная.

Изнаночный вирус обострял все чувства. В первые секунды обращённые даже паниковали от нахлынувшего избытка сенсорной информации. Со временем мозг всё же адаптировался. Теперь он различит шум почти любого, кто посмел бы подобраться к этой вышке. Нелепостью казалась слепота и глухота прохожих в ночных переулках, не слышавших, как неподалёку от них пронеслась его быстрая тень, какую любой древний посчитал бы неуклюжей и слишком громкой.

Олег легко пробрался на вышку. Охрана его не заметила, а камеры он обошёл стороной. Даже ленивые псины лаяли в его сторону с неохотой. Внизу располагалось большое село. Горели фонари на пустынных улицах.

На этих улицах недавно произошли кошмарные вещи. Обезумевшие новообращённые нападали на всех людей без разбору.

Разодранные и обескровленные трупы валялись на дорогах и во дворах. Жители слышали крики, но из домов не высовывались – осторожно поглядывали в прорехи между шторинами, прячась от любого движения за окном. Некоторые хватались за дробовики, но в нашей стране оружие имелось мало у кого – слишком много мороки на его содержание, а потому нагрянувшие вампиры если и встречали сопротивление, то крайне несерьёзное. Кулаками или даже ножом от вампира обычному человеку уж точно не отбиться. А тем более от целой стаи вампиров.

Олег даже не прикладывался к прицелу винтовки – разрешающая способность глаз была достаточно высока, чтобы различить трупы вдалеке, подобно орлу. Он насчитал около двадцати тел. Бойня, которая под силу только голодной стае.

Неконтролируемая жажда была знакома и ему. Он даже сочувствовал обращённым. Сам Олег обернулся недавно. Он до сих пор считал себя скорее обычным человеком, и толком ничего не знал о вампирском мире.

Судьи бросили сюда Олега в одиночку. В одиночку на целую толпу пусть и новообращённых, но всё же вампиров – сильных, быстрых, ловких. И неуправляемых. Это было несправедливо. Впрочем, когда к рабам были справедливы?

Септимус явно хотел поскорей от него избавиться.

Кто эти обращённые, столкнувшиеся со своим первым голодом среди поселения? Добровольно ли они стали вампирами? Вытерпеть первую жажду невозможно. Инстинкты берут своё, каким бы ты осознанным не был, тем более когда вокруг так много манящих ароматов.

Большинство обычных людей, не отличающихся особенным умом и рефлексией, и вовсе затевают неостановимый безумный пир, пока не начнут блевать от чужой крови…

Один лишь вопрос серьёзно терзал Олега. Кто и зачем их обратил?

Вопрос простой, но при размышлении на него возникала цепочка опасных ответов. От них Олег и тревожился. Ситуация дерьмовая.

Покусали и заразили людей – преступники в бегах. Если это так, то преступники хотели поднять шумиху. Ради чего? Подобные выходки всегда вели к одному – к приезду Судей – вершителей правопорядка. Зачем им выманивать Судей? Расквитаться с ними? Но кто может быть настолько силён, чтобы тягаться с самими Судьями? Эти мысли и заставляли Олега волноваться, почти паниковать.

Потому-то Судья Септимус и отправил Олега в бой – новичка было совсем не жалко, если в посёлке случится серьёзная засада. Разведка боем, чёрт возьми. И неясно, чего ожидать впереди.

-- К чёрту, -- ругнулся Олег. Перед ним поставлена боевая задача, которую следует либо выполнить, либо сдохнуть. Единственное, что он мог поделать – проявить осторожность и как следует разведать местность, а не бросаться сразу вперёд, рискуя сдохнуть.

Впрочем, в случае засады взобраться на вышку – вряд ли было отличной идеей, ведь где-то мог засесть вражеский снайпер – Олег вспомнил, как любили работать старые вампиры с винтовками, более похожими на противотанковые орудия без лафета. Зрение, сила и точность движений вполне позволяли владеть подобными громадинами.

Но, размышлял Олег, если здесь враждебные древние, то вряд ли у него вообще есть шансы выйти живым; а если здесь только стая новичков – он её перестреляет сам с отличной позиции, без особого риска для себя.

Шумиха в посёлке улеглась ещё до прибытия. Обращённые затаились, нахлебавшись крови. Но они не ушли из посёлка – Олег обошёл селение по кругу и не уловил запахов, ведших бы к окрестным лесам. Вампиры сидели где-то в домах.

План с вышкой не удался. Они спрятались. Притихли.

Был и второй вариант. Самая страшная смерть для вампира – это сгореть от ультрафиолета. Солнце оставляло на коже чрезвычайно болючие чёрные ожоги. Можно было надеть шлем и плотные перчатки, дождаться рассвета, а затем дождаться и палящего полудня, и нагрянуть в дома с обращёнными. Они вряд ли были готовы к вылазкам под солнце, к тому, что окна будут разбиваться, а шторы – сдёргиваться к чертям собачьим, и что солнечные лучи будут проникать в их тёмные комнаты, испепеляя безумцев.

Но тянуть до утра – значит и себя подвергать опасности, и мирных жителей деревни. Задачу сказали выполнить быстро, до рассвета. Время не ждёт.

Придётся спускаться вниз и делать грязную работу самым непривлекательным и опасным способом – переть прямо на их позиции.

Иначе Септимус его казнит.

Тёмная тень проворно спустилась с вышки.

Кусты внизу и вправду были пусты, но вдруг на секунду показалось, что здесь кто-то был…

Олег остановился. Замер. Подошёл к кустам и принюхался.

Выругался. Худшие опасения подтверждались. Здесь кто-то был.

-- За мной следили, -- немедленно доложил он по рации. – Не похоже на новичков. Кто-то остановился у вышки, в кустах. Я его не видел, зато он видел меня. Очень тихо подошёл. Незаметно. Даже показалось, что это был всего лишь ветер.

-- Я не думал, что ты настолько бесполезен, -- сказал Септимус. – Bravo, враги тебя заметили до того, как ты заметил их. Долго ты точно не проживёшь. С таким-то талантом всё поганить.

Олег промолчал. Какие тут можно было придумать оправдания?

-- Так почему же он не напал на тебя? – спросил Септимус. -- Он ушёл? Подумал, что оставлять тебя в живых – значит насолить нам куда больше, чем если убить?

-- Возможно он ушёл потому, что он не узнал во мне Судью, – предположил Олег. – Если это засада на вас, то атаковать меня было бы ошибкой.

-- И правда, тебе до Судей ещё очень далеко, ты на Судью не похож. От тебя ещё слишком воняет человечиной… Куда он направился? В какую сторону?

-- Это я сейчас и узнаю. Пойду по его следу.

-- Нет, -- отрезал Септимус. -- Продолжай свою работу. Только скажи мне, в каком направлении он ушёл. За ним я отправлю ищеек.

Олег огляделся. Принюхался. Сосредоточился на запахе незнакомца.

-- Он ушёл на восток от вышки. Дальше – не знаю.

-- Ты слишком медленный! Ищи обращённых. Всё можно было закончить давно, ещё час назад! Но ты тянешь, медлишь, отлыниваешь. Не отнимай моего времени! Иначе пожалеешь, что обрёл бесконечность!

-- Принял, -- кивнул Олег, а про себя добавил, что времени у Септимуса – ещё тысячи лет, особенно, если тот будет продолжать прятаться за спинами своих рабов.

Олег ещё с полминуты постоял у кустов. Да, он оплошал. Он мог погибнуть здесь же. Ещё глупее – переть на обращённых, когда он может быть под прицелом этого самого гостя. Он бы предпочёл разобраться сначала с ним.

Возник ещё один вопрос: зачем вампир пришёл так близко, если заметил его на вышке? Чтобы Олег наверняка заметил и его следы? И чтобы потом доложил об этом?

Неважно. Пусть Септимус сам разгребает это дерьмо, раз такой умный, или его ищейки из «своры», с которыми у Олега тоже не завязалась дружба. Вампирский мир не оказался столь же приветлив, как человеческий.

Олег побежал к посёлку.

Вскоре он пронёсся рядом с трупами, так никого и не повстречав.

Безумцы уродливо разодрали жертвам шеи, вспахали трахеи острыми зубами. Они совсем потеряли рассудок. Аристократы, к примеру, пили кровь очень аккуратно, не оставляя рваных ран – и это считалось хорошим тоном, наглядным доказательством своего умения управлять инстинктами.

Впрочем, и на это были способны лишь многовековые вампиры, а молодым в современном мире было попросту негде учиться старым способам употребления – классическая охота на людей была запрещена, и все уже давно довольствовались кровью в пакетах. Незаконная охота каралась казнью. Кровь добывали на закрытых человекофермах, либо в донорских центрах.

Слюни хлынули. Очень ароматно. Олег был голоден. Всё-таки, свежая кровь от настоящих людей гораздо слаще старой пакетированной, почти лишённой жизненности. Но он сдержался. Припадать к холодеющим жертвам он не станет. К чему этот позор – доедать объедки со стола? Древний аристократ Септимус и без этого невзлюбил его с первых мгновений знакомства. Олег старался не усугублять своё положение.

Загудела машина среди села. Кто-то ехал по дороге. Олег спрятался в зарослях.

На крыше «Нивы» расположилась лодка. Человек, судя по запаху. И много-много самогона в багажнике…

Рыбак.

Олег облегчённо выдохнул, и снова направился к телам.

Лучше всего запахи оставляла кровь, которой и перемазались безумцы. Кровь тянулась тонким ароматом через картофельные поля и садовые участки. Олег бежал за запахом.

Он принялся кружить по кругу, едва отошёл за пару участков -- вышел к какой-то канаве, залитой водой почти доверху.

Вода цвела, кузнечики стрекотали, а жабы потрескивали…

Олег бродил вокруг канавы с винтовкой наготове. Они были где-то совсем рядом. Почти перед носом. Где-то здесь.

Но где же?

Их здесь не было.

-- Да чтоб их, комары… -- ругнулся Олег, когда догадался, в чём дело.

Комары кружили в воздухе и садились на водную поверхность, чтобы отложить личинки – их брюшки вздулись от свежей крови, какую они тоже поспешили высосать с ещё тёплых тел, лежавших на асфальте. Они и излучали ароматы убитых, за которыми Олег и побежал.

Он снова быстро вернулся к телам. Времени мало, чтобы допускать подобные глупые ошибки. На этот раз он решил следовать не только за запахом выпитой крови, но и за ещё неким тонким ароматом… ароматом людей.

Конечно. Обращённые ведь ходили в одежде, ещё пропитанной запахом пота – и это в посёлке, где не было горячего водоснабжения, а баню топили раз в неделю, ведь цены на дрова нынче – страшнее графа Дракулы.

Едва он направился по новому следу, как вдруг раздался шорох.

Олег вскинул винтовку и резко обернулся.

Нечто ковыляло в темноте.

Нечто брело по дороге, механически пошатываясь.

-- Что за…

Силуэт. Это был не человек. Вернее, не до конца человек.

Но и не вампир.

Труп, который он уже видел, и мимо которого недавно пробегал.

Ходячий труп.

Мертвец зарычал, слюни полились из его пасти, растянулись с подбородка упали на воротник. Тупые глаза. Труп опустился на четвереньки.

И ринулся вперёд, как неуклюжая кукла.

Обдало волной первобытного ужаса.

Винтовка громыхнула в ночной тишине.

Экспансивная пуля проломила огромную дыру в спине твари.

Выстрел, выстрел.

Оживший труп свалился на асфальт, когда Олегу удалось прострелить ему череп.

Труп замер, упокоившись окончательно.

Это был не просто мертвец. И не человек. Но и не до конца вампир. Это был упырь. Словом, человек, чей мозг погиб от кислородного голодания, но чьё тело ещё не умерло – и в этот самый «удачный» промежуток времени в его организм с укусом поступил изнаночный вирус, сделав безумной и безмозглой тварью, такой же бессмертной, как вампиры, но способной лишь нападать без разбору на всех подряд.

Обычно людей делали упырями нарочно, специально, как бы в наказание – по древней и дикой вампирской традиции, которая нынче была под строгим запретом. Эта практика осталась лишь у сопротивленцев, не желавших склоняться перед Организацией и законами Судей. И вряд ли укус сделали молодые – молодые ещё не могли обращать других людей – это и сам Олег узнал лишь недавно. Нужно было некоторое время на то, чтобы созрели секретирующие железы – примерно от месяца. Даже сам Олег ещё не мог никого обращать.

-- Вот уж не хватало ещё спалиться… -- в чувствительных вампирских ушах звенело от грохота выстрелов.

Олег бежал по запахам. Нельзя было терять ни секунды, ведь теперь обращённые точно знали, что кто-то опасный бродит по посёлку с ружьём и, скорее всего, идёт как раз за ними.

Они точно насторожились. Точно приготовились к бою.

Олег утратил эффект неожиданности. Впрочем, он утерял этот эффект ещё когда его заметил некто у вышки в кустах, хоть и были все основания считать, что новообращённые и этот некто действуют совершенно порознь.

Дела дрянь. Его послали сюда одного. А всё идёт через задницу.

Всё идёт не по его задумке. Всё вообще идёт наперекосяк.

Олег дозарядил патроны в винтовку.

Нет, он не в первый раз стреляется, не в первый раз на задании. Но теперь он – один. Без товарищей, без соратников под боком, очевидно посланный на убой – такого с ним тоже ещё не случалось. Это и заставляло его нервничать и излишне «грузиться».

Сюда бы нужно было брать автомат! Но Олег перед тем, как отправиться на задание, слишком положился на свою тупую идею с вышкой. Надо было всё же присобачить к автомату прицел, а там уж будь, что будет…

Зато винтовка располагала приличным калибром, приличной убойностью. Раны от неё получались чудовищные – в чём Олег убедился только что. Самое то против вампиров.

Однако если обращённые будут вооружены, то плохо дело. В перестрелках ведь всегда решал огонь на подавление, плотность обстрела...

Впереди показался двухэтажный дом из светлого кирпича.

Ухоженный участок, красивый фасад. Взгляд зацепился за разбитые окна.

Вот где они спрятались.

Олег затаился в сотне метров. Старался не шуметь. Он смотрел в прицел на окна, пытаясь выцелить хоть кого-то.

Но в просветах никто не мелькал.

Тем не менее в доме точно кто-то был. Олег слышал приглушённые разговоры.

Обеспокоенные разговоры.

Олег выключил рацию, чтоб та не сработала в самый неподходящий момент, и отправился к дому, стараясь осторожно ступать по мягкой голой земле на прополотых огородах, обходя сухую ботву, листья и ветки.

Но когда он был всего в сорока метрах от цели – залаяли собаки с соседних участков.

Все и сразу.

Бабахнули, будто сошли с ума.

И не мудрено, ведь незнакомые шаги топтались там, где обычно никто не топтался, тем более среди ночи…

-- А там кто, на задворках?... – донеслось до его чутких ушей из разбитого окна.

В ответ на этот вопрос – неразборчивая речь нескольких. Все перешли на встревоженный шёпот.

Его снова заметили, чёрт возьми. На этот раз – это точно были вампиры. И они точно расположились в двухэтажном доме...