Вампирам здесь не место

«Кофейне «Лунный свет» требуется бариста. Опыт работы значения не имеет».

Объявление криво висело на столбе, шурша на ветру бахромой отрывных полосок с написанным на них телефонным номером. Яркий свет фонаря разгонял сумерки в метре от столба, делая темнее всю остальную улицу.

Данька Рогов в который раз перечитывал десять слов, сжимая в кармане билет на утренний поезд. Ещё одна ночь в этом не спящем сутки напролёт городе, и он сядет в вагон, объявив себя в очередной раз неудачником и никчемным человеком. Человеком, который даже имея вполне ходовую профессию повара так и не смог за лето найти работу.

Закончив колледж, Данька решил не возвращаться в свой маленький городок, где знала его каждая собака благодаря истеричке матери и чудаковатому отцу, постоянно влипающему в разные передряги.

Из последней-то отец и не вернулся. Данька тогда ещё учился в школе. Слухи ходили разные, соседи шептались по кухням и сразу же замолкали, глядя сочувственно, если пацан оказывался рядом.

Отец не был ни бандитом, ни гулякой, дело было в ином. Он постоянно рассказывал, что, мол, мы, люди, на земле нашей не одни. И все сказки про нежить да нечисть – это правда, и он обязательно докажет.

Данька передёрнул плечами, прогоняя неприятные мысли. Домой не хотелось. Он ещё раз перечитал объявление и решительно вытащил из кармана телефон. Не давая себе шанса передумать, набрал номер и, нажав вызов, стал считать гудки.

– Кофейня «Лунный свет». Чего изволите? – мягкий мужской голос завибрировал в трубке, отдаваясь теплом где-то в районе живота.

– Э-э-э… – информативно промычал в ответ Данька.

– Я вас слушаю, – терпеливо ответили на том конце провода.

– Я по объявлению, – как в шпионском романе проговорил Даня.

– Бариста? Очень хорошо! Можете подъехать прямо сейчас? – голос стал деловым, мурлыкающие нотки пропали.

– Да-а-а, – неуверенно протянул Даниил, мысленно подсчитывая оставшуюся мелочь и гадая, хватит ли денег на проезд. – А куда?

Кофейня оказалась в том же районе, можно было дойти пешком минут за тридцать. Договорившись о времени, Даня нажал отбой и, пожелав себе удачи, отправился на собеседование.

Волнистые иссиня-чёрные волосы до плеч обрамляли аристократическое фарфорово-бледное лицо хозяина кофейни, в которую Данька ввалился, наплевав на вывеску «Закрыто».

Он дольше, чем планировал, проплутал по переулкам и уже почти отчаялся найти нужную дверь, но внезапно как по волшебству увидел горящие ровным светом буквы «Лунный свет».

Приталенный старомодный пиджак и узкие брюки сидели на встретившем его мужчине настолько идеально, что Данька подумал с восхищением: «Вау!». Потом смутился, отвёл взгляд и засунул руки в карманы своей поношенной куртки.

Кофейня была совершенно обычная: стойка, столики, окно во всю стену, витрина с десертами. Максимально просто и современно. И тут этот.

Парень опять уставился на хозяина.

Тот внимательно и с затаённым интересом наблюдал за сменой эмоций на лице Дани, покачивая в руке высокий стакан с красной жидкостью, похожей на томатный сок. Потом отвлёкся от созерцания своего возможного будущего сотрудника, сунул нос в стакан, принюхался и, сделав большой глоток, сморщился как от зубной боли.

– Настолько невкусно? – вырвалось у Даньки.

Хозяин кофейни облизнул губы и, широко улыбнувшись, протянул парню свою тонкую, почти прозрачную руку, проигнорировав его вопрос:

– Феликс.

– Дань… Даниил, – ещё более смутившись, Даня осторожно сжал протянутую ладонь. Та была приятно прохладной.

– Бариста, – утвердительно сказал Феликс.

– Хотелось бы, – невпопад ответил Данька, мысленно тут же дав себе подзатыльник.

Феликс улыбнулся ещё шире, обнажив ровный ряд зубов с сильно выступающими клыками. «Свои такие или нарощенные, интересно», – подумал Данька, уставившись на зубы хозяина кофейни, а потом посмотрел ему в глаза. С глазами тоже было что-то не то.

«Ролевик небось, – решил он. – Или фанат. Не жалко людям на ветер столько денег выбрасывать».

В этот момент глаза Феликса чуть сузились, а рука, которую Данька по растерянности всё ещё не выпустил, сжала пальцы пацана.

– Подожди секунду, – с легким удивлением проговорил Феликс и слегка потянул Даньку к себе. – Не бойся. Мне нужно только проверить. Это сейчас выглядит очень странно, но я хочу понять. Потому что это… странно.

С этими словами Феликс сам сделал шаг вперёд и, отстранив от себя на вытянутой руке стакан с питьём, принюхался к Даньке. Потом выпустил его руку, поставил стакан на стойку, обошёл Даню кругом и снова чуть ли не провёл своим изящным носом по его шее.

– Ты принят, – вынес вердикт Феликс.

– По запаху? – нервно хихикнул Данька, застывший столбом.

– Считай, что да, —спокойно проговорил Феликс и, развернувшись к стойке, широким жестом обрисовал всё, что скрывалось за витриной. – Знакомо?

– Да, – ответил Данька и для уверенности ещё и кивнул.

– Тогда завтра жду тебя в девять утра. С собой документы для оформления. Форму выдадим, в курс дела введём, график работы два через два или…

Феликс посмотрел на Даньку и тут же отвернулся.

– Посмотрим потом, как будешь справляться. Ассортимент изучишь. В нашем кафе два входа. Вот этот, – хозяин кофейни мотнул головой на дверь, через которую пацан вошёл, – и вон там, – махнул рукой в противоположную сторону.

Уставившись на нового работника немигающим взглядом, добавил:

– Тебе удобнее тот вход, через который сегодня зашёл, понял?

– Понял, – сглотнул Данька.

– Придёшь завтра, тебя встретит Агнеса, она тут всем заведует: бумагами, деньгами, расчётами. С ней не ссориться. Просьбы выполнять как приказы, то есть тут же и незамедлительно. В паре с тобой Малинка, а как освоишься, будете с ней сменами меняться. Мы все друг с другом общаемся на «ты». Я понятно объясняю?

– Пока да, – ещё раз согласился Данька.

Феликс улыбнулся.

***

Работать в «Лунном свете» было интересно, хотя и чудно.

Забавные личности ходили сюда кофе пить. Даниил никогда бы не подумал, что в этом городе столько своеобразных людей. Сновали туда-сюда, заходя то в одну дверь, то в другую. Рассаживались за столиками группами или по одному, на заказы не жадничали и, как казалось Дане, большинство посетителей друг друга знали. Выглядели они так, словно только что сошли со страниц фэнтезийных книг.

«Ну точно ролевики», – думал Даня.

Малинка оказалась тонкой и звонкой девушкой с невесомой копной волос и порхающими длинными ресницами. Она передвигалась так стремительно, что казалось, ещё шаг, и взлетит.

– Ты феечка, – как-то раз не сдержавшись сказал Данька.

Малинка почему-то укоризненно посмотрела на Феликса, который в этот момент устало сидел за стойкой и крутил в руках стакан со своим неизменным пойлом. Тот пожал плечами:

– Я ничего не говорил.

Малинка фыркнула.

Каждый вечер перед закрытием в кафе появлялся низенький коренастый мужичок с огромной бородой, заткнутой за пояс. Он взваливал на плечи большой мешок с мусором и уходил с ним в ту дверь, что была рядом со служебными помещениями. Данька как-то вначале ринулся помочь бородачу, но был остановлен возмущенным окриком Феликса:

– Не твоя работа – не лезь!

Второй раз с Агнесой новоявленный бариста столкнулся только через месяц. В его первый рабочий день их встреча длилась от силы минут пять.

Малинка помахала руками, как стюардесса, мол, иди сначала налево, потом направо и прямо – не заблудишься, и подтолкнула Даниила к служебным помещениям. Там и правда заблудиться было сложно: двери в туалет, в подсобку, а дальше ещё одна с предупреждающей надписью: «Утро доброе, а я нет».

Агнеса восседала в маленькой каморке за тяжелым столом из темного дерева как королева на троне. Без слов и гипнотизируя взглядом, она протянула руку к Дане ладонью вверх. Не дождавшись от него никаких действий, Агнеса скривилась и строго произнесла:

– Документы.

Даниил засуетился, подошёл к столу и неловко сунул в раскрытую ладонь свои бумаги. Подхватив падающие листочки, Агнеса углубилась в чтение и потеряла всякий интерес к парню, помахав рукой в сторону двери. Даниил пантомимы не понял и стоял рядом, с тоской разглядывая закрытые дверцы стеллажей. Управляющая оторвала взгляд от бумаг, вздохнула и произнесла:

– Зайди через двадцать минут.

Заглянув через положенное время, Агнес он уже не увидел, но все документы аккуратной стопочкой лежали на краю стола, а сверху был пришпилен листок, на котором красовался оттиск старинного чернильного штампа «Принят».

Так вот, после этого Агнеса в кафе вроде и не появлялась. Во всяком случае, Данька её не видел.

Но однажды. Перед закрытием смены. Агнес вошла с противоположного входа с хозяйственной сумкой и молча прошествовала к большому холодильнику. Тому самому, где мы хранили молоко, замороженные десерты и разную мелочевку, которая может быстро понадобится.

Открыла его, присела на корточки и сдвинула в сторону коробки на с нижней полке. А потом, начала выкладывать туда медицинские пакеты с красной жидкостью. Опустошив сумку, выпрямилась и посмотрела на ошалевшего бариста.

– Что? – спросила невозмутимо.

– Ничего, – яростно замотав головой и отведя взгляд, ответил Даниил.

Агнес аккуратно сложила сумку, убрала её в карман и в полном молчании покинула помещение.

В эту же минуту в зал вышел Феликс, быстрым шагом прошёл к холодильнику, распахнул его и уставился на нижнюю полку.

– Приходила? – поинтересовался хозяин кофейни, не спуская глаз с пакетов.

– П… приходила, – запнулся бариста и, вытянув шею, тоже уставился на полку. – Что это?

– Кровь.

– Ты дурак? – возмутился Данька и даже отступил на шаг.

– Я вампир, – пародийно клацнув зубами, отозвался Феликс, захлопнул дверцу и пошёл обратно в темноту служебных комнат.

– Ага, а я Санта-Клаус, – проворчал себе под нос Даня.

– Не исключено! – услышал его хозяин и, уже полностью скрываясь в темноте, добавил, растягивая гласные. – Ты на сегодня свобо-о-оде-е-ен. Дверь сам закрой.

С этого дня бариста стал присматриваться к Феликсу и ещё больше внимания уделять тому, что происходит в кафе.

А в кофейню так и продолжали ходить необычные люди. И если раньше Данька считал, что острые ушки и вертикальные зрачки у посетителей – это антураж из магазина приколов, то теперь ему очень хотелось потрогать эти самые уши, а ещё поймать Феликса в туалете, где висело зеркало.

Но, как назло, ни Феликс, ни Агнес на работе не появлялись.

А Малинка, работающая в другую смену, только расхохоталась в ответ на все вопросы, которые Даня вывалил на неё по телефону.

Мысль бросить всё и уволиться неоднократно приходила в голову, но для этого надо было поймать хоть кого-нибудь из руководства. Просто так бросить кафе он не мог, да и опасности какой-либо не чувствовал.

Посетители не буянили, вели себя предельно вежливо, чаевые оставляли щедрые. Да и платили в кафе (тут Данька всегда сокрушенно вздыхал) без проволочек и значительно больше, чем за ту же работу он мог бы получить в любом другом месте. Так что парень не торопился объявлять свою должность вакантной.

Те самые пакеты из холодильника пропали уже на следующий день. А в противоположную входную дверь Данька свой любопытный нос тоже сунул.

Открыл.

Постоял на пороге.

Поозирался.

Самый обычный задний двор самого обычного кафе: подворотня да мусорные баки.

Ничего интересного.

Так и не придумал Данька, как ко всему происходящему относится, и решил поступить как обычно: пустить на самотёк.

Ходил на работу, варил кофе и внимательно прислушивался к разговорам. По услышанным обрывкам бесед он сделал вывод, что Феликс фигура значимая и уважаемая, и не только как хозяин кафе. Что пропадает он по несколько дней не просто так, а выполняя определенную работу. То ли разыскивает кого-то, то ли, наоборот, помогает спрятаться.

***

В один из вечеров, когда ушёл последний посетитель, и Данька убирал посуду, за дальней входной дверью раздался крик, а потом послышался шум ожесточенной борьбы. Данька замер с полотенцем в руках.

Дверь с противоположной стороны он сам никогда не запирал и сейчас понял, что в помещении он совершенно один и к действиям в подобной ситуации не готов.

Взяв в руки старую деревянную швабру и держа её наперевес, он осторожно стал подходить в двери и, подойдя вплотную, резко ее распахнул.

На заднем дворе кофейни между баками с мусором и забором кто-то отчаянно дрался с огромным полуголым мужиком.

– А ну пошли отсюда!!! – что есть силы заорал Данька, замахнувшись своей деревяшкой.

Подворотня утопала в сумерках, и только свет из кофейни освещал небольшой клочок двора. Как в замедленной съёмке Даня увидел, что мужик застыл, поиграл мускулами и стал поворачиваться. С ним происходило что-то странное.

То ли игра света, то ли игра воображения мешала сосредоточится Даниилу на том, что же на самом деле он видит. Мужик становился как будто ниже ростом, шире в плечах и начинал покрываться шерстью.

В этот момент нервы бариста не выдержали:

– А-А-А! – заорал он и, сделав шаг вперед, начал со всей мочи лупить черенком швабры по голове странного громилы.

От такого напора тот дрогнул, и этого хватило, чтобы второй участник драки сделал неуловимую подсечку и уронил отвлекшегося противника на землю.

– Всё, всё, хватит! Остановись! Ты так забьёшь его! ДАНЬКА!!!

– Феликс? – остановился пацан, поднимая взгляд.

Хозяин кофейни выглядел не лучшим образом. Порванные рукава рубашки, заплывший глаз, спутанные волосы – как не похож он был сейчас на всегда уравновешенного и стильного владельца заведения.

– Всё, всё, – успокаивающе похлопал он Даньку по плечу. – Всё, герой. Остановись.

С этими словами он подхватил Даньку и закинул за порог кофейни. Потом согнулся, опершись на колени, и закашлялся, харкая кровью. Отдышавшись, Феликс медленно выпрямился, пнул в бок своего противника и, вытащив из кармана верёвку, нагнулся, чтобы связать ему лапы.

«ЛАПЫ?!» – охренел Данька от увиденного.

– Это что вообще за хрень такая?! – воскликнул пацан, с ужасом наблюдая, как Феликс легко взваливает на себя огромную тушу потерявшего сознание волка. Мохнатые бока зверюги ходили ходуном.

– Никуда не уходи, – бросил ему Феликс, подбросив на плече животину и поудобнее перехватывая руками. – Тяжелый, зараза. Сколько я за тобой гонялся-то. Я сейчас вернусь.

И, слегка согнувшись под немалым весом, растворился в сумерках подворотни.

Легко сказать никуда не уходи, когда ноги трясутся, ладони противно потеют, а сам ты пытаешься вспомнить всё, что когда-то рассказывал отец.

«Вот бы он обрадовался, – подумал Даниил, пытаясь налить себе воды и, не расплескав, выпить. – Вампир, значит. Может, я для него закусь?»

Он перебрал в памяти все случаи, когда они оставались в кофейне одни, но ничего, что могло бы подтвердить его предположение, вспомнить не мог. Феликс всегда держался очень корректно и общался с ним только по рабочим вопросам.

Входная дверь хлопнула громко, как будто это сделали специально. Даня резко обернулся. Феликс стоял в проёме двери, снова стильный и элегантный, как будто не его мутузили всего час назад.

– Я не зайду, пока ты меня не выслушаешь, – спокойно начал Феликс, показав пустые ладони, и после этого уютно прислонился к косяку.

– Ты для нас находка. Удивительная. Необъяснимая. Но очень нужная. И не в качестве закуски, как ты, конечно же, подумал. Я вообще свежую кровь не пью. Аллергия, и нюх у меня от неё притупляется.

Феликс замолчал, внимательно вглядываясь в Даньку.

– Место, где ты сейчас работаешь, это… – он неопределённо помахал рукой, подбирая слово, – …таможня. Граница. Между мирами. Миров, знаешь ли, много. И сущностей тоже. А я решаю, кто может путешествовать, а у кого мысли и желания слишком тёмные, чтобы в другие миры соваться. Я такой… Ну… Полицейский, что ли. И детектив немножко. Бывает ведь, теряются путешественники в новых мирах. Надо найти и вернуть.

– А я-то вам зачем? – набычившись спросил Данька.

– А у тебя запах. Странный. Я его даже напившись крови чувствую. А значит, всегда могу вернуться сюда из любого мира, – хохотнул нервно Феликс. – По запаху. – Помолчав и переступив с ноги на ногу, он устало добавил: – Я хороший. Правда. Могу войти?