Варяг

— Давай прекратим это, — слышу я знакомый голос и на мгновение замираю на пороге подъезда, придерживая дверь. — Ты же видишь, что между нами больше нет прежних чувств. Мы словно стали чужими.

Делаю глубокий вдох, чтобы сдержать эмоции. Мимо проходит мужчина, и я мельком оглядываю его. Кажется, я узнаю его. Это дядя Витя с четвертого этажа.

— Наташа, ты меня вообще слушаешь? — раздается в трубке недовольный голос Гриши.

— Слышу, слышу, — бормочу я и, наконец, захожу в подъезд. Устало поднимаюсь по ступенькам, радуясь, что живу на первом этаже.

— Ну так что ты думаешь? — спрашивает Гриша.

Думаю, что это верх трусости — разрывать отношения по телефону! Да еще и таким будничным тоном, словно он предлагает мне сменить шторы на кухне.

— Подло с твоей стороны так поступать, — отвечаю я и устало выдыхаю, облокотившись лбом о входную дверь.

Не знаю, как я добралась домой. Наверное, только благодаря упрямству. Двое суток без полноценного отдыха!

Я представляла, как приду домой и обрадую Гришу новостью о том, что у меня впереди два выходных. Мы сможем провести их вместе, как он пожелает. Но оказалось, что он тоже приготовил для меня сюрприз. И не самый приятный.

Нет, я осознавала, что все к этому и идет. Мы с Гришей вместе уже больше шести лет. С тех пор как познакомились на медицинском факультете, мы не расставались. В студенческие годы мы успевали совмещать учебу и личную жизнь. Но после выпуска и устройства на работу мы стали проводить вместе все меньше времени.

Он нашел работу в частной клинике, чему способствовали связи его родителей. Я же устроилась в государственную больницу. Из-за разницы в графике у нас не получалось видеться часто. А те редкие встречи, которые случались, длившиеся всего пару часов, не удовлетворяли нас обоих. Тогда мы решили съехаться, надеясь, что так сможем проводить больше времени вместе. Однако, как оказалось, и это не спасло наши отношения.

— Только давай без истерик! Мы оба взрослые люди и понимали, что все к этому и шло, — голос бывшего жениха вырвал меня из воспоминаний.

С удовольствием бы прочитала ему целую лекцию о том, как некрасиво так поступать с девушкой. Возможно, в будущем ему это пригодится. Однако сейчас я не была готова тратить последние силы на разговор с бывшим.

— Это все, что ты хотел мне сообщить? — спрашиваю я, копаясь свободной рукой в сумочке в поисках ключей. Чувствую, что если еще немного так постою, то усну прямо тут, на коврике с надписью «welcome».

— Ты так спокойно реагируешь, неужели я для тебя ничего не значил? — вспыхивает он возмущением. — Правду говорили родители, что ты со мной только ради денег и связей. Хотела свою жизнь лучше устроить!

Я замерла в изумлении как раз в тот момент, когда мои пальцы нащупали ключи. Вот какого он обо мне мнения! Хорошо, что все стало ясно сейчас, а не после свадьбы, которую мы планировали сыграть через год. Потом было бы уже поздно сожалеть и сетовать на несговорчивых родственников. Я всегда знала, что не нравлюсь его родителям. Они никогда не проявляли своего недовольства открыто, но я замечала их взгляды и постоянно поджатые губы.

— Если завтра же не заберешь свои вещи, я их сожгу!

Я не стала с ним спорить и просто завершила разговор. Мне не хотелось тратить силы на убеждения, потому что я знаю: если он что-то решил, то уже не отступит. Если он хочет уйти, я не буду его удерживать. У меня тоже есть гордость!

Наконец-то достала ключ из сумочки. Вставила его в замочную скважину и повернула до характерного щелчка. Только я приоткрыла дверь, как услышала, что кто-то вошел в подъезд. Затем раздался женский вскрик, а за ним — отборный мат. На лестнице послышались торопливые тяжелые шаги.

Неужели у соседей опять праздник? Если так, то мне не видать спокойного сна. И как же мне повезло с соседями! Сейчас они будут шумно праздновать, а потом петь песни, пока не закончится алкоголь. А после начнут выяснять отношения. И все бы ничего, но они знают, что по соседству живет врач. Вот и припрутся под утро за оказанием первой помощи.

Может, стоит сделать вид, что меня нет дома? Позвонят, постучат и уйдут ни с чем. Решат, что я на смене. Если что-то серьезное, пусть вызывают скорую помощь. Ребятам хотя бы зарплату платят за их работу, а мне соседи даже спасибо не скажут.

После того как я приняла это решение, поспешила укрыться в квартире, чтобы не столкнуться с соседями. Но стоило только открыть двери, как я тут же с ужасом ахнула, когда сильные руки внезапно схватили меня, оторвали от земли и втащили в квартиру.

Дверь захлопнулась с громким стуком. И прежде чем я успела осознать, что происходит, оказалась прижатой к двери, а большое мускулистое тело пригвоздило меня к месту. Сердце бешено забилось в груди, когда чья-то сильная рука зажала мне рот, не давая возможности закричать.

Спустя мгновение мне, наконец, удалось разглядеть нападавшего мужчину, который возвышался надо мной, словно скала. Я не могла отвести от него взгляд, словно загипнотизированная. Его лицо было непроницаемым, а взгляд — твердым и непоколебимым.

Он наклонился ближе, его горячее дыхание обжигало мое ухо. Он прошептал тихим, угрожающим голосом:

— Не делай глупостей, и ты останешься жива.

Мои глаза расширились от ужаса, когда я осознала, что произошло. Меня взяли в заложницы!

Я попыталась вырваться из рук мужчины, но замерла под его пристальным взглядом. В этот момент я вспомнила, чему нас учили в медицинском училище: в любой ситуации мы должны сохранять спокойствие и рассудительность.

Сейчас самое важное — не поддаваться панике. Возможно, если я буду следовать его указаниям, всё обойдётся?

Эта мысль немного успокоила меня, и я решила рассмотреть своего похитителя. Он был красив, с немного резкими чертами лица и грубой привлекательностью, которую подчеркивала щетина на его лице. Его яркие голубые глаза, скрытые под тёмными режущими бровями, придавали ему острый и напряженный вид. Рот был сжат в тонкую невыразительную линию, а подбородок и челюсть были твёрдыми и жёсткими.

Он смотрел на меня немигающим взглядом, окруженный аурой отчужденности и замкнутости. Его холодная отстраненность говорила о внутренней силе и стальной решимости.

Я почувствовала, как мужчина настороженно замер, сильнее вжимая меня в дверь. Грудь сдавило. Ни вздохнуть, ни выдохнуть. Перед глазами появились красные круги от нехватки воздуха. Ещё немного — и я точно задохнусь. Паника накатила неожиданно. Я уже собиралась забиться в руках мужчины и хотя бы попытаться немного отстранить его от себя. Мне не хотелось умирать так глупо.

Внезапный звук тяжелых шагов и приглушенных голосов за дверью заставил меня замереть от удивления, а глаза расширились от страха. Голоса звучали прямо за дверью, и я могла разобрать лишь отдельные слова, которые доносились через тонкую перегородку.

Я услышала короткие гневные приказы, а затем последовала череда удаляющихся шагов, которые становились все тише. Теперь я поняла, что происходит: мужчина укрылся в моей квартире, спасаясь от преследования, а я оказалась на его пути как нельзя кстати.

Видимо, угроза, которую он озвучивал ранее, была связана с его преследователями. Не думаю, что они хотели просто пообщаться с моим похитителем. И если бы они нашли его здесь, то…

Черт! Свидетели ведь долго не живут!

Мой пульс участился, пока я оставалась в ловушке между дверью и мужчиной. Напряжение в комнате нарастало, и тишина давила на нас, словно осязаемая вещь. Мое сердце колотилось от осознания, что происходит что-то необычное, и я с тревогой смотрела на мужчину, который крепко держал меня в объятиях.

Как только за дверью наступила тишина, мужчина чуть ослабил хватку, но не отпустил меня.

— В доме кроме нас кто-нибудь есть? — тихо прошептал он, внимательно глядя на меня.

Я отрицательно мотнула головой, даже не задумываясь. Хотя на задворках сознания мелькнула странная мысль: что было бы, если бы сейчас дома был Гриша? Но я тут же прогнала её прочь, понимая, что ничего хорошего в этом не было бы.

— Живешь одна?

Очередной вопрос заставил меня насторожиться и ненадолго замолчать, обдумывая ответ. Он пристально смотрел на меня, не давая сосредоточиться.

Если сказать, что я одна, это будет не совсем правдой, ведь в квартире есть вещи Гриши. А если сказать «нет», то что будет? Он уйдёт? Или?..

Всё же я едва заметно покачала головой, отрицая его предположение.

Он поджал губы и прищурил глаза, с подозрением глядя на меня.

Неужели он что-то заподозрил? Но что? Я ведь сказала правду! Ну, почти правду. Всё же я планировала завтра утром выставить Гришу из квартиры. Но даже если бы я и хотела это сказать, то не смогла бы, потому что широкая горячая ладонь мужчины продолжала зажимать мне рот.

— Значит, нас могут побеспокоить, — то ли спросил, то ли констатировал он факт.

После этих слов мне стало не по себе.

Что значит «нас могут побеспокоить»? Что задумал этот человек? Судя по его взгляду и нашей неоднозначной позе, ничего хорошего!

Гриша, дорогой, пожалуйста, приди прямо сейчас! Я обещаю, что не буду упрекать тебя за разрыв по телефону! Только спаси!