Ваша Снежность

— Яр, да он нас в пепел превратит за такое самоуправство!

— Заморозит, — меланхолично отозвался второй голос.

В огромном и полутемном зале с высокими колоннами, украшенными витиеватыми узорами в виде переплетенных стеблей роз, находилось двое. Один — высокий, с яркими, фиалкового цвета глазами, чересчур правильными чертами лица и длинными прямыми волосами, собранными в хвост, стоял у подоконника и смотрел на морозные узоры, о чем-то размышляя. Второй — с пронзительными голубыми глазами, короткими волосами и мальчишескими чертами лица встревожено сжимал ладони.

— А у нас есть выход, Лис? Вот сам подумай… Сколько это длится?

— Эм… лет десять? — явно наугад спросил он.

— Семнадцать. И знаешь, терпение у меня закончилось.

— Яр… ты же всегда рассудительный и…

— Ответственный? Матушка говорила, мне нужно было родиться старшим.

Яр вздохнул, уселся на подоконник, устало потер виски.

— Так что, в этот раз, получается, выберем братцу девушку сами?

— Да. Хватит ему смотреть в волшебное зеркало да выбирать не тех.

— Царевну Любаву хорошо охраняют, — задумчиво заметил Лис.

— Сдалась она нам! — раздраженно ответил Яр.

— В смысле? У тебя есть на примете кто-то еще из королевского рода? — поинтересовался Лис. — Или ты предлагаешь…

— То самое «или» и предлагаю. Из семнадцати девушек пятнадцать были королевскими дочками.

— Но…

— И толку от них никакого. Только истерики устраивали да рыдали в три ручья, будто их вот-вот отдадут на съедение чудовищу! — в голосе Яра послышался гнев.

— Сирота, что была три года назад, ничего подобного не устроила.

— Да-да, она просто сделала вид, что согласилась, а после сбежала на ярмарке с первым встречным заезжим купцом, чтобы избавить себя от невыносимой участи стать избранницей Алекса, — ехидно напомнил Яр.

Лис вздохнул, тоже сел на подоконник, почесал нос.

— Еще была…

— Добровольно согласившаяся. Кажется, ее звали…

— Арисандра. Она из рода эльфов, полукровка. Знаешь, Яр, стыдно не помнить имя девушки, которая в тебя влюбилась!

— Я не терплю лжи! — отрезал Яр, с яростью смотря в окно. — А она сначала твердила Алексу, что пойдет за ним на край света, а затем оказалась в моей постели. Удачно оказалась… Как раз Алекс зашел посоветоваться, стоит ли ему на этой Арисандре жениться.

Мужчина поморщился, вздохнул.

— Так что, сам понимаешь, выбора у нас нет. Надо действовать, пока Алекс не превратил людскую долину в вечную зиму. Нам для полного счастья только этого и не хватало.

— Когда мы отправляемся?

— Завтра. Алексу и в голову не придет, что мы способны на такое…

— Коварство? — усмехаясь, уточнил Лис. — Еще бы! До Ледяной Полночи четыре дня. И он уверен, мы подчинимся его желанию и никого не будем искать.

— Нельзя позволить ему сдаться, Лис! Мы одна семья, должны держаться вместе, помогать и поддерживать друг друга.

— Ты говоришь, как отец.

— Я говорю разумно.

Яр снова задумался, словно что-то вспоминал.

— Тогда решено, завтра на рассвете отправимся на поиски.

— Лучше после ужина, чтобы Алекс ничего не заподозрил.

Лис кивнул, взъерошив рукой волосы, вдруг нахмурился.

— Знаешь, я проверю защиту в левом крыле дворца.

Яр хмыкнул.

— В прошлый раз Алекс ее даже не заметил, когда снес. И разозлился на наше самоуправство так, что я три недели скитался по свету, ожидая, пока его гнев утихнет. Все ж таки силен, наш старший. Еще бы эмоции сдерживать научился… И характер бы... Впрочем, я не привык мечтать о невозможном.

— Мне досталось больше… за творческий подход к делу, — заметил Лис, не стараясь спрятать улыбку.

Она у него вышла мечтательная и озорная.

— Да уж… нарядить царевну в полупрозрачную ночную рубашку и опоить вином…

Яр не выдержал и расхохотался.

— Неудивительно, что тебя вьюги Алекса унесли… Кстати, ты так и не рассказал нам, где тогда оказался.

В окнах показалась луна, лучи упали на двух братьев, сидевших на подоконнике. Их волосы засверкали серебром, а черты лица стали казаться острее, чем были. И лишь легкий румянец на щеках Лиса выпадал из этой картины.

— Лис… Год же прошел.

— Алекс знает, — хмуро отозвался он. — И понимает меня.

— Алексу, полагаю, вьюги нашептали.

— Да.

— А мне, значит, не доверяешь?

Лис помялся, покраснел еще больше.

— Ты будешь смеяться.

— Не буду.

— Будешь.

— Клянусь, Ваша Снежность, не буду.

— Я ее встретил, — тихо отозвался Лис. — Свою суженую.

— Что?

Яр вскочил, удивленно посмотрел на брата.

— И мне не сказал?

— Она не человек.

— И что с того?

— Моя суженая — снежная волчица, Яр, оборотень. И именно отец Дарины убил наших родителей.

Яр сел, глубоко вздохнул и замолчал. Тишина была долгой, тяжелой.

— А она знает, кто ты?

— Думаешь, я сказал? Да я к ней подойти-то не посмел! Только любуюсь издали.

— Лис…

— Я помню, мы хотели отомстить тем, кто виновен в гибели наших родителей.

— Но ты любишь снежную волчицу.

— Люблю.

— Я… не буду мстить.

— Что? Откажешься от своих кровожадных планов? — пораженно воскликнул Лис.

— Да.

— Почему, Яр? Ведь именно ты больше всех жаждал убить тех, кто виноват в смерти родителей!

— Я многое осознал за последние семнадцать лет, Лис. Месть не несет ничего, кроме пустоты и тьмы. Она не вернет родителей, не сделает тебя лучше. И к тому же… Разве Дарина виновата в том, что сделал ее род?

— Яр… ты… ты…

— Хочу, чтобы мой младший брат был счастлив, — тихо сказал Яр и посмотрел в глаза Лису, который от удивления не знал, куда себя деть.

— Спасибо. Значит, я могу…

— Давно пора! Прости, что я… Сильные тоже совершают ошибки, Лис.

— Главное, уметь их исправить.

— Это верно. Пригласи Дарину встречать с нами Ледяную Полночь, ладно?

— Конечно! Ну, я тогда…

— Лети, — понимающе усмехнулся Яр и ласково потрепал Лиса по макушке.

Лис подскочил, хлопнул в ладоши и исчез в снежных всполохах. Яр же задумчиво посмотрел на кружащиеся снежинки.

— Прости, Алекс. Но тебя я тоже хочу видеть счастливым.

***

— Ты уверен, что эта подойдет? — раздался за моей спиной мужской голос, в котором почудилось легкое озорство.

— Почему бы и нет? — ответил ему другой, с бархатными нотками. — Не страшная, не богатая, трудолюбивая. Вон, смотри, какая метла в руке!

Лестная характеристика, однако. Я не выдержала и оглянулась, решив раз и навсегда объяснить, что обсуждать меня не стоит. Видимо, это какие-то приезжие купцы, раз не знают, кто я такая, и чем чреваты подобные комплименты.

За спиной стояло двое мужчин, одетых в легкие камзолы. Первый, длинноволосый блондин с яркими фиолетовыми глазами, рассматривал меня пристально, чуть сощурившись. Второй — голубоглазый, с короткими волосами, слегка склонил голову набок.

— Годится, Яр, согласен.

— Для чего гожусь? — не выдержала я, начиная злиться.

Странные типы переглянулись.

— Лис, ты что, защиту не установил? — поинтересовался тот, что явно был старше.

— Яр, что ты такое говоришь! Конечно же, установил! Чары держатся.

— И почему она тогда нас видит? И еще и слышит!

Я с недоумением посмотрела на мужчин, покрутила пальцем у виска и, развернувшись, отправилась в сторону ярмарки, которой были не страшны ни морозы, ни вступившая в свои права ночь. Совсем скоро — Ледяная Полночь, у меня тьма-тьмущая заказов на зелья, а некоторые ингредиенты закончились. Вот я и выбралась из дома. К тому же, на ярмарке всегда можно найти что-то редкое и интересное. Например, как сейчас, неприятности на свою голову.

— Постой, почему ты нас видишь? — окликнул меня тот, что был явно помладше.

Я не стала ни отвечать, ни оглядываться. Некогда мне разговаривать с сумасшедшими. И не надо убеждать, что эти мужчины нормальные. Нормальные в лютый мороз, как все, кутаются в шубы и надевают валенки, а не щеголяют в белоснежных, расшитых серебряными и разного оттенка голубого и фиолетового, костюмах.

— Наверняка твои защитные чары дали сбой, Лис.

— Берем?

— Разумеется.

Мне все же пришлось остановиться. Колдуны в Белых Липках, где я находилась — большая редкость. Немыслимая. И если они наделают шума… Уже не получится выдавать себя за простую травницу. Эх, плакали мои лепестки подснежников, а вместе с ними и целительские зелья!

Развернулась, решив попытаться поговорить и не создать лишнего шума, но с рук длинноволосого блондина прямо в лицо полетел сверкающий снег. Прекрасно, они все же сумасшедшие! Иначе зачем в меня снежками…

Апчхи!

Не успела осознать, что происходит, как мои глаза закрылись, и я начала падать. Кто-то бережно подхватил меня на руки и прошептал, когда я почти уплыла в сон:

— Ну, не подведи нас, подарок!

***

— Это как называется?

Кто-то рычал рядом, и я с трудом открыла глаза, но рассмотреть ничего не вышло. Кругом цвела тьма. По телу разливалась слабость, по-прежнему безумно хотелось спать.

— Мы хотим помочь! — раздался знакомый голос, кажется, Лиса.

— И поэтому нарушили слово, что мне дали? — этот голос с рычащими нотками я слышала впервые.

Его обладатель пылал праведным гневом. Сдается, Лису сейчас придется о-очень несладко.

— Алекс, ты не прав! Нужно и дальше… — это уже Яр попытался вмешаться в разговор.

— Я не прав? Семнадцать лет одно и то же! Вы притаскиваете мне девиц, которые могут снять заклятие, наложенное темной ведьмой, а толку-то!

— Алекс…

— И ладно, раньше были царевны. Хоть какое-то эстетическое удовольствие, а это… Это вообще, кто?

Раздался характерный щелчок, создающий световые шарики, но я решила подождать, прежде чем открыть глаза и дать знать, что пришла в себя.

— Она нам понравилась, — уверенно заявил Яр.

— Эта вот? В залатанных валенках и темном балахоне? С мышиным цветом волос и грязью под ногтями? — прошипел тот, кого звали Алексом.

М-да… Окрепну, доберусь до метлы и так приложу, что костей не соберет. Тоже мне, красавчик нашелся! Как можно так легко кого-то осуждать? Подумаешь, старые валенки и залатанная одежда… У меня и нормальная есть, просто в ней зелья готовить не вариант. Я часто экспериментирую, заготовки порой взрываются, а денег на новую одежду не напасешься, поэтому выбрала парочку платьев, которые не жалко. И, конечно, когда я обнаружила заканчивающиеся лепестки цветов, в чем была, в том и сорвалась в деревню, надеясь успеть в последний момент приобрести необходимое. Ярмарка закрывалась через час, а ждать до утра мне некогда. Разумнее было не тратить время на переодевание, а сбегать за ингредиентами прямо так. Нужное платье ведь еще и необходимо отыскать в сундуке, заваленном одеждой.

— Унеси ее, пока не поздно. И я видеть вас обоих не желаю!

— Алекс, ну, братец, дай ей шанс! — воскликнул Лис.

— Нет!

— Всего-то, что и нужно, в Ледяную Полночь перенестись с ней в лес! — добавил Яр.

— Нет!

— Алекс, твердолобый ты…

— Вон!

Послышался грохот, я подскочила и удивленно застыла. Посреди комнаты, где я находилась, гуляла самая настоящая вьюга! И в ней кружились те двое мужчин, что встретились мне возле деревни. Они явно пытались вырваться из снежного плена, но у них ничего не получалось.

Третий же, тот, что рычал и обсуждал мою одежду, стоял неподалеку со скрещенными на груди руками и смотрел на это безобразие. Голова у него была высоко поднята. В длинных, будто серебряных волосах, сверкала белоснежная корона с алмазами и сапфирами. Темно-синий костюм облегал фигуру, показывая ее мощь и силу.

— Да мы тебе…

— Да я вам… — передразнил их инициатор ссоры.

— А ну, прекратите! — рявкнула я, поднимаясь.

Мужчина дернулся, оглянулся. Метель моментально исчезла, Лис и Яр со стоном повалились на пол.

И тут же пронзительный взгляд ясных синих глаз окутал меня всю. Словно два бездонных озера, чистых и прекрасных, в которых хотелось утонуть. И в них, что удивительно, не было холода. Только какое-то бессилие и недоумение.

Наваждение рассеялось так же внезапно, как и появилось. Что я, в самом деле, красивых мужчин не видела? Да один Арий, сын кузнеца — могучий и сильный, чего стоит! А этот… этот… красив, зараза! Черты лица приятные, я бы сказала, идеальные для мужчины. Высокий лоб, приятные скулы, чувственные губы.

Незнакомец нахмурился, пристально уставился на меня. Только разве этим запугаешь ведьму, что несколько лет живет одна в лесу в избушке? Я и сама могу так глянуть, что сглаз обеспечен.

— Ты что творишь? Совсем с ума сошел! Ты же мог их ранить! — возмутилась я, некрасиво показывая пальцем на Лиса и Яра и решаясь прервать наступившую тишину.

Мужчина удивленно приподнял брови. Его братья поднялись, переглянулись.

— Алекс…

— Вон отсюда! Все! — рявкнул Алекс и снова на меня так гро-озно посмотрел, будто я виновата в случившемся.

— Да как ты можешь! Я оказалась здесь не по своей воле. Меня похитили твои братья!

— А нам надо было спросить на это действие твоего разрешения? —поинтересовался Яр, начиная приходить в себя.

— С вами у меня будет особый разговор! — припечатала я и вновь повернулась к Алексу. — Но даже если они виноваты, применять силу в качестве наказания — нечестно!

Мужчина уставился на меня, словно хотел испепелить на месте, но вместо этого вскоре перевел недоуменный взгляд на Яра. Судя по поведению, Алекс впервые столкнулся с тем, что с ним спорит кто-то, кроме этих двоих.

— И я требую, чтобы вы вернули мою одежду и метлу и отправили меня обратно, — завершила я.

— А сказать волшебное слово? — весело поинтересовался Лис, еле сдерживая смех.

Должно быть, стоя в одной рубашке с потрепанной косой, я казалась ему донельзя глупой и беззащитной.

— До чего же невежливые девушки пошли, — ехидно заметил Яр.

— Избавьте меня от нее немедленно! — рявкнул Алекс. — Вон из моих покоев!

Непробиваемый… хам!

И тут я неожиданно заметила свою метлу, стоящую возле кровати, схватила и бросилась к Алексу. Довел, гад! Как можно так разговаривать с девушкой? И ладно я… я за себя всегда могу постоять, а вот любая другая…

Мужчина вздохнул, слегка подул, метла превратилась в кусок льда, потяжелела, рухнула на пол. И я, разумеется, вместе с ней.

Значит, колдуем! Ну, погоди, у меня! Прошептала заклинание, вернула своей метле прежний вид и, прежде чем мужчины успели сообразить, что к чему, вскочила и огрела синеглазого по плечу. Тот подскочил, отшатнулся, заметил, что я снова замахиваюсь, и… бросился наутек. Предсказуемо так. Моей метлы вообще многие боятся.

— Ну, Яр, я тебе этого никогда не прощу! Привести в наш дом колдунью! Снежная буря ее побери! — выпалил Алекс.

Этот красавчик перепрыгнул через кровать, снес на своем пути стул и вновь увернулся от моей метлы. Ох, и ловкий, зараза! И бегать, похоже, собирается долго. А вот я уже начала задыхаться. Но сдаваться не намерена. Пусть знает, как со мной связываться!

— А при чем тут я? — возмутился Яр, не делая никаких попыток, чтобы меня остановить и помочь Алексу. — Да и колдунья…

— Я не колдунья, — поспешила осчастливить всех троих.

— А кто? — воскликнули хором.

— Ведьма!

И, наконец-таки, догнала и огрела красавчика метлой. Правда, получилось не очень удачно. Я зацепилась ногой за упавшую с окна штору, толкнула Алекса, и вскоре мы вместе барахтались на полу.

Алекс застонал, попытался выпутаться, скинув меня с себя, но я вцепилась в мужчину крепко. Послышался смех Яра и Лиса.

— Снимите ее с меня! — велел этот невозможный мужчина, со съехавшей короной на голове.

И как она у него держится? Наверняка, наложены чары! И вообще, если есть корона, он что, титулованная особа? А я на него с метлой! Ой, феечки небесные, спасите меня, пожалуйста. Жить-то хочется…

— Алекс, а может, она и сможет снять заклятие темной ведьмы?

Похоже, моя казнь, если им нужна помощь, отменяется. Временно.

— Так вы для этого меня похитили? — поразилась я, поднимаясь. — А просто попросить помощи и честно заплатить было нельзя?

Братья переглянулись, будто им такое решение и в голову не приходило. Ну, мужчины… Ну, дают!

— Там другое… Да мы и не подозревали, что ведьма…

Послышалось сдавленное ругательство.

— Алекс, что с тобой?

— Я, кажется, сломал ногу!

— Снежная буря! — выругался Яр.

Я бросилась к Алексу, забыв про все наши размолвки, ощупала ногу. Братья, как ни странно, не стали мешать. Видимо, тот факт, что я ведьма — их все же радовал, а не пугал.

— Он прав, — сказала, хмурясь.

— И что за невезенье! — возмутился Алекс, встряхнул рукой и направил поток ледяного воздуха на свою поврежденную ногу.

Выдохнул, недобро посмотрел на братьев.

— Ледяная Полночь на носу, а я теперь не могу даже по дому перемещаться! Да какой тут! По этой комнате!

— М-да… — протянул Яр, помогая Алексу сесть поудобнее, и тут же зацепился взглядом за меня. — Слушай…

— Прекраса, — представилась я, откидывая растрепанную косу за спину.

— Прекраса, — послушно повторил Яр. — А у тебя случайно целительского зелья не найдется?

— Как раз за ингредиентом для него и отправлялась на ярмарку, пока некоторые меня не решили похитить.

— За каким именно?

— Лепестками подснежников.

— Если добудем, поможешь?

— Куда я денусь? — вздохнула в ответ и покосилась на неподвижно лежащего Алекса с побелевшими скулами.

— Лис, слетаешь? Лепестки подснежников на ярмарке еще можно успеть купить.

— Конечно!

— Заготовку тогда тоже захвати, пожалуйста, — попросила я. — Моя избушка находится на окраине леса.

— Чары наложены?

— Разумеется! Но я сейчас напишу снимающее заклинание. Что касается почти готового зелья… Оно на столе в котле. Ему, — я кивнула на Алекса, — хватит и пяти чайных ложек. А пока что, надо перенести вашего брата на кровать, принести горячего супа и укрепляющего чая.

Братья переглянулись.

— Ну, я тогда за лепестками и заготовкой, а ты…

— Я не умею варить суп! — возмутился Яр. — А у слуг сегодня выходной!

— Я сейчас оденусь и приготовлю, — примирительно сказала я. — Только покажи, где находится кухня, и верни одежду.

И так на метлу красноречиво посмотрела.

Мне выдали другое платье, которое идеально подошло по размеру, и возмущаться я не стала. Пока переодевалась за ширмой, братья перенесли Алекса на кровать. Я слышала, как он сдавленно ругается, а Яр и Лис пытаются его приободрить. Похоже, дружны.

И все же, мужчины, порой, так беспомощны! Вот сколько в Алексе силы? До безумия много. Колдует он так, словно дышит. Мастерство в создании бурь и разгрома собственных покоев тоже на высоте. Я уже оценила. Но иметь при себе простые целительские зелья не додумался. Да и братья Алекса — Яр и Лис, похоже, тоже этим вопросом не озадачивались. Столь самонадеянны? Неужели никогда не думали наперед? Или просто не были ранены? Гадай теперь. А ответов на многочисленные вопросы все равно нет.

И все же… При всей своей силе никто из них не стал применять против меня магию. Алекс предпочел сбежать, но не воевать с девушкой. Странно, конечно. Чересчур благородно. Или он растерялся? И почему у Алекса корона на голове? Он, вообще, кто? И где я нахожусь?

Я вышла из-за ширмы, решив узнать ответы на свои вопросы, мельком оглядела разгромленную комнату. Алекс лежал, укрытый одеялом, и изредка кусал губы. Едва взглянув на мужчину, я поняла, что все мои вопросы подождут, сначала необходимо помочь Алексу.

— Придется потерпеть, пока не добудем зелье, — тихо сказала я.

— Справлюсь. Ногу заморозил, почти не чувствую, — равнодушно ответил он.

— Прости, что я… стала этому виной, — вздохнула я.

— Считай, квиты, — отозвался Яр, подмигивая. — Суп будет?

— Будет.

Странные какие! Не могла же я за пару минут, что переодевалась, передумать? Тем более, чувствую себя виноватой. И Алекс этот тоже хорош… Ногу сломать в собственной комнате! Это еще умудриться нужно.

— Я тогда тебя перенесу, Прекраса, — сказал Яр.

— Сначала напиши заклинание, не будем медлить, — попросил Лис.

Через несколько минут, получив от меня требуемое, он исчез из комнаты в снежном всполохе. Я оглянулась, посмотрела на молчавшего Алекса, перевела взгляд на устроенный погром.

— Порядок бы навести, — заметила я.

Не лежать же раненому в этом бардаке.

И хотела уже сказать, что приготовлю суп и после сделаю уборку, как Алекс поднес ладонь к лицу, дунул, выпуская снежинки. Они закружились по комнате и через несколько минут я удивленно смотрела, как все вокруг преобразилось. Будто и не было никакого погрома!

Вся мебель оказалась белого цвета. Резные узорчатые стулья и кресла, низкий столик, тумбочка и даже шкаф! В качестве контраста — черная каминная решетка в виде переплетенных стеблей роз, за которой бился огонь. Тяжелые бархатные шторы и пушистый ковер под ногами насыщенного синего цвета. Но при всем при этом в комнате не создавалось ощущение холода. Наоборот, она казалась светлой и уютной.

Я подняла голову и заметила магические огни, летающие под потолком.

— Убери их, — вдруг ворчливо попросил Алекс.

Яр вздохнул, покачал головой и стал зажигать свечи, которые ютились на прикроватной тумбочке и столе, что находился неподалеку. Затем щелкнул пальцами, заставив светлячков исчезнуть.

— Все, Ваша Снежность? — уточнил Яр.

— Да.

— Спасибо тебе дорогой братец за заботу, — напомнил он.

— Спасибо, — как-то устало отозвался Алекс и прикусил губу.

— Больно? — тут же кинулась я к нему.

— Тебе-то что! Свалилась на мою голову!

— Алекс! — возмутился Яр.

Я вздохнула и покачала головой. Боль часто лишает рассудка даже сильных, а Алекс всего лишь ворчит. Терпимо. И мне почему-то его все же жаль…

— Прекраса, я перенесу тебя на кухню, а сам помогу Лису, лишним не будет.

— Думаешь, он не нашел избушку?

— Кто его знает! Он еще тот… шалопай, — вздохнул Яр. — Ох, и задам я ему, если что-то учудит!

— Почему ты-то? Я среди нас старший, — возмутился Алекс, сверкая синими глазами.

— Смотрю, приходишь в себя, раз стал возникать, — рассмеялся Яр. — И все же… навещу-ка я Лиса. — Алекс, ты как?

— Иди. Продержусь без вас, куда я денусь. Моя заморозка отлично действует. Если не двигаться, боль не ощущается. Да и неудобств я не чувствую. Почти.

Яр кивнул, взмахнул рукой, создавая рой снежинок.

— Прошу, — и галантно протянул мне руку.

Я осторожно прикоснулась к его пальцам, шагнула следом в создавшуюся метель.

Показалось, и мгновения не прошло — а я уже стою на огромной светлой кухне.

— Здесь все держится на заклинаниях. Еще матушка, пока была жива, наложила. Только приказывай, все будет исполнено.

— Эм…

— Когда приготовишь суп, выйдешь — сразу налево, потом пятая дверь направо, затем пройдешь зал и снова свернешь налево. Алекс в седьмой комнате по правой стороне, — не замечая моей растерянности, сказал Яр. — Продукты вон там, в кладовке. Разберешься?

Я кивнула. Куда я денусь-то? Да и сварить суп проще, чем создавать зелье.

— Постараюсь вернуться пораньше, но всякое может быть. Лис иногда непредсказуем, а теперь, когда влюбился…

Яр вздохнул, исчезая в ворохе снежинок.

Я оглядела огромную кухню, попробовала использовать свои заклинания. Ну, не доверяю я чужой магии! Разожгла огонь в очаге и в небольшой печи, что находилась в углу, сходила за необходимыми продуктами и принялась за дело. Пока вода для супа закипала, приготовила тесто для яблочного пирога.

Из любопытства пару раз выглядывала в окно, но разглядеть, где я нахожусь, толком не получилось. Снаружи падал снег, вроде бы виднелась полоска леса, но вскоре и она потонула в начавшейся буре. Как же хорошо, что я нахожусь в тепле и уюте!

Когда еда приготовилась, я все аккуратно составила на два подноса, потушила огонь и отправилась наверх. И порадовалась, что владею магией. Иначе бы ни за что столько не унесла, ничего случайно не уронив. А так… только следить, чтобы подносы вписывались в повороты и не задевали стен.

Коридор, в котором я оказалась, был длинным, почти бесконечным. Под потолком переплетались арки, мерцали то серебром, то лазурью, а анфилады многочисленных комнат тянулись слева и справа. Изредка, терзаемая любопытством, я в них заглядывала, рассматривая причудливые гобелены, на которых изображались белые медведи, да любовалась на узорчатую мебель и красивое убранство. Все роскошное, богатое, но неброское, невычурное. Сознаюсь, в какой-то момент даже захотелось здесь остаться и немного насладиться этой красотой. В моей избушке все совсем другое. Под полом шуршат мыши, и никакие заклинания их не берут! На крыше воркуют голуби, а пахнет… травами да настойками, а не этой чарующей свежестью и… ожиданием чуда?

Я встряхнула головой, открыла нужную дверь.

— Ты как? — поинтересовалась я.

— Живой, — отозвался Алекс, откладывая книгу, которую читал, и задумчиво смотря на меня.

— Держи, — я плавно опустила поднос с едой ему на колени.

Второй, с чаем и пирогом, устроила на тумбочке возле кровати.

Он удивленно приподнял брови.

— Что не так?

— Ты что, правда, сварила суп? — поинтересовался он, как-то неверяще глядя на еду.

— Да.

Алекс неожиданно тепло улыбнулся, отчего его глаза стали совсем яркими, будто выпили всю синеву неба в ясный день. И мое сердце забилось, словно за мной гнались волки.

Нет, я с самого начала видела, насколько Алекс красив, но трогала меня не его внешность, а какая-то внутренняя сила, свет, который, сколько бы мужчина не старался его скрыть, прорывался из самой глубины души, касался меня, согревал. Я ведьма, такое всегда чувствую.

— Тысячу лет не ел такого вкусного супа, — вдруг сознался он. — В последний раз нам его готовила матушка.

— Мне жаль, что ее не стало, — тихо заметила я.

— Боль со временем утихает. Мы думали, как только разберемся с моим проклятьем, обязательно отомстим Урвалу Снежному за смерть родителей. Но год назад Лис влюбился в его дочь.

— И что теперь?

— Полагаю, будем играть свадьбу, — снова улыбнулся Алекс. — Можешь придвинуть столик и перенести туда поднос?

— Зачем?

— Поужинаем вместе, если ты не против.

Я кивнула и выполнила его просьбу. Почему бы и нет? Хотя, признаться, перемены в настроении Алекса меня насторожили. Сначала он грубил, а теперь… Может, его так порадовал мой суп? Хм… Не понимаю, хоть убейте!

Но если так подумать… Кто бы обрадовался, если бы обнаружил в своей комнате ведьму? Он, пожалуй, еще нормально среагировал.

Ели мы молча, каждый думал о своем, и получилось это как-то уютно и легко. Даже странно немного, что мы не чувствовали неловкости.

— Сердишься, что мои братья тебя похитили? — спросил он, разливая по кружкам ароматный чай и бросая на меня немного встревоженный взгляд.

— Да уже нет, — отозвалась я. — Их метод решения проблем, конечно, оставляет желать лучшего, но мотив мне понятен.

Алекс хмыкнул.

— И все же, я приношу извинения и от себя, и от лица Яра и Лиса, Прекраса.

Хм…

— И я очень признателен, что ты согласилась помочь с целительским зельем. У нас, вообще-то, всегда запас эликсиров в замке имеется, но недавно в одном из ближайших селений случилась эпидемия. Яр остановил распространение болезни, а зелья мы отдали, чтобы помочь больным.

Я не ожидала подобного объяснения, даже немного растерялась. Алекс сделал глоток чая, откусил пирог и блаженно закрыл глаза.

— Ты лучше расскажи о проклятии, — попросила я, переводя тему. — Может, получится снять.

— Ты о нем вообще не должна знать, — хмуро заметил Алекс, и в его голосе послышался едва ли ни лед.

— Вы уже проболтались, — усмехнулась я, не спуская с него глаз. — И я все равно узнаю.

— Ведьма, — как-то возмущенно заметил Алекс.

— Вот именно!

Он посмотрел на меня, усмехнулся и сдался.

— Семнадцать лет назад, когда умерли родители, я по глупости нагрубил одной ведьме.

— И она тебя прокляла. Как именно?

— Я заперт в этом замке, Прекраса, и не могу его покинуть.

— Какой ужас! Это же настоящая темница!

— Да уж… Даже на улицу носа надолго не высунуть. Раз в год, в канун Ледяной Полночи, я могу погулять по лесу. Ты его наверняка видела из окон. И то, не одному туда отправляться, а…

— С братьями?

Алекс вздохнул и не ответил. Понятно, с той, что снимет проклятие. Вернее, попытается это сделать.

— А ты, правда, не знаешь, кто мы, да? — неожиданно спросил он.

— А должна?

— Понятно. Иначе бы вела себя иначе, хотя… Ты слышала про трех братьев, что приносят зиму?

— Сказку-то?

— А я похож на сказку? — удивился Алекс.

— Ты хочешь сказать…

— Матушка с батюшкой владели сильным даром. Им была подвластна снежная магия. Они создавали морозы и вьюги, сковывали реки льдом и укрывали снегом землю. Согласно семейным преданиям, однажды боги в благодарность за службу таким образом одарили наш род.

Ого!

— Дар переходит по наследству. Когда родителей не стало, их магия разделилась между мной, Лисом и Яром. Правда, им ее досталось поменьше, чем мне. Я все-таки старший, а сила редко делится поровну. И не смотри на меня так, будто я сумасшедший!

— По-моему, ты надо мной подшучиваешь! Частица божественной силы в людях… Это же…

— Немыслимая власть. Возможность помогать и защищать этот мир. Одиночество… Ты это хочешь сказать, да?

Я не ответила. Алекс же подлил еще чая, как ни в чем не бывало потянулся к тарелке за вторым кусочком яблочного пирога.

— Покажи что-нибудь, пожалуйста. Я же сгорю от любопытства! — не удержалась я, и по лукавой улыбке мужчины поняла, что он ждал этой моей просьбы.

— Да неужели?

— Алекс!

Он рассмеялся, в глазах сверкнули искры. Спокойно вытянул руку, дунул на раскрытую ладонь, с которой сорвались снежинки. Вскоре по комнате их загулял целый рой, и закружилась метель. Она распахнула окна и взвыла, радуясь воле.

Я поежилась от холода.

— Прости, — сказал Алекс, тут же магией закрывая окно и убирая снег. — Я забыл, что люди к холодам более чуткие.

— Эмм… Погоди, — оборвала я, стараясь не смотреть в синие сверкающие глаза. — Получается, вы реально существуете. Ну… принцы зимы?

Алекс наклонился, обдавая мою щеку теплым дыханием:

— Можешь даже потрогать, чтобы убедиться.

Он что, со мной флиртует? Вот же придет в голову такая глупость! И я на всякий случай отодвинулась, чувствуя, как мне ни с того ни с сего становится жарко.

— Значит, когда приходит весна… вы таете?

Алекс уставился на меня и расхохотался. И это было так заразительно, что я тоже невольно улыбнулась.

— Яр с Лисом перестарались, когда выдумывали эту небылицу.

— А зачем, кстати, пустили такой слух?

— Людей пугает то, что они не могут объяснить. Тут либо станут бояться и почитать, а нам это не нужно, либо будут стремиться нас убить. Такое тоже не в наших интересах, поэтому и живет сказка о принцах зимы.

— А что вы еще можете, кроме снежной магии?

— Становиться невидимыми и перемещаться быстрее ветра. Все, как положено принцам зимы из выдуманной сказки!

— То есть, мне стоит обращаться к вам, Ваша Снежность? — уточнила я.

— Да ладно уж… ведьмочка, давай просто по имени.

Я кивнула.

— Знаешь, я сейчас подумал, хорошо, что ты ведьма.

— Чем это?

— Даже узнав правду, ты нас совсем не боишься. Царевны, которых приносили братья, падали в обмороки или впадали в истерику.

Алекс поморщился, явно вспоминая.

— Я не из пугливых. И сдается, все равно же отпустите, если захочу.

— Ну, как тебе сказать… Я-то, может, был бы и не против, но… Когда девушка оказывается рядом со мной в замке, на нее тоже частично начинает действовать мое проклятье.

— Что?

— Эти чары спадут, Прекраса, сразу же после Ледяной Полночи. Лис и Яр вернут тебя домой. Ты о нас и не вспомнишь, когда покинешь замок.

Хм…

— То есть, мне ничего не угрожает? — уточнила я.

— Абсолютно. Разве…

— Что? — тут же всполошилась я.

— Все-таки, я принц.

— И?

— Метлой меня гонять не стоит! — серьезно сказал он.

И я, еле сдерживая смех, кивнула.

— Как скажете, Ваша Снежность! Можно вопрос?

— Давай.

Принц как-то расслабился, откинулся на подушки.

— А почему вы выбираете именно принцесс?

— Была сирота и эльфийка, но толку-то... Да и Касс, предсказательница, сказала, что проклятие снимет королевская дочь.

— И вы их похищаете?

— Мы временно приглашаем у нас погостить, — отозвался Алекс и посмотрел на меня. — Ладно-ладно, похищаем! Но никому не причиняем вреда, говорю же. Наоборот, одариваем. Сундуки с драгоценностями стоят в подвалах, можешь спуститься, посмотреть, выбрать себе, что понравится.

— Мне бы лепестков зачарованных подснежников и корешков снежноцветов, — мечтательно протянула я.

Алекс вновь расхохотался.

— Слышал, что ведьмы странные, но чтобы настолько… Корешки добудем, а вот лепестки зачарованных подснежников…

Принц так и недоговорил, как-то странно посмотрел на меня и вздохнул.

— Как жаль, что я не видел тебя в своем зеркале! — внезапно заявил он.

— В каком это зеркале?

— В волшебном. Должен же я как-то смотреть на мир! Вьюги многое рассказывают, но показать ничего не в состоянии.

— Разве честно подглядывать за миром?

— А как мне найти ту, что снимет проклятие? — пожал он плечами.

— Слушай, а что именно ты сказал ведьме-то?

— Что она — старая сварливая женщина, поэтому спорить с ней о лягушачьих лапках и горицветах не буду, — на полном серьезе заявил Алекс. — И кто же знал, что она обидится!

Теперь уже хохотала я. Додумался же такое выдать ведьме! Хорошо, что живым остался, пусть и заперт в замке. Сдается, она просто никак иначе не смогла принцу зимы навредить. Все же сила, которую дали боги, могущественна, хоть и ее обладателю не спастись от фантазии ведьмы.

— Смеешься? И главное, почему мне это так нравится? — выдохнул принц зимы.

Я фыркнула и поправила локон, выбившийся из косы.

— Знаешь, Прекраса, мне с тобой как-то уютно, что ли. Давно, кроме братьев, ни с кем так легко не общался. Останься со мной, а?

— Что? — пораженно воскликнула я, тут же в уме разрабатывая план побега из зачарованного, надо полагать, замка.

— Я про ночь.

— Да как ты…

— Просто поспи рядом. Мало ли… У меня же нога болит.

Я посмотрела на него, осознавая, что, во-первых, меня пытаются разжалобить, потому что заклинание заморозки исправно действует, а, во-вторых, смотрят с такой надеждой, что разрушить ее я не могу.

— Пожалуйста…

И сдается, он никого раньше не просил. Вообще ни о чем.

Разве могла я отказать?

***

Я проснулась посреди ночи от сдавленного стона. Алекс метался по постели. Позвала его, но он не откликнулся. Попыталась разбудить — тоже ничего не вышло. Лоб у принца был горячим. Почему у Алекса поднялась температура? Нога ведь его под действием магии не беспокоит!

Я сощурилась, пригляделась чисто ведьминым взглядом и почувствовала, как тьма касается его крылом. Подскочила от ужаса. Привиделось? Это вряд ли. Похоже, усилилось старое проклятье.

Что теперь делать? Непонятно. Будь у меня с собой запас трав и зелий, я бы справилась, а так… И где Лис и Яр? Почему они до сих пор не появились? Неужели с ними случилась беда?

«Что стряслось, Прекраса?»

В моей голове раздался голос Яра, и я подскочила от неожиданности.

«Вы где? У Алекса сильный жар. Полагаю, его проклятье усиливается».

«Вот же, снежная бездна! У него временами, действительно, это случается. Слушай, у нас есть заготовка зелья, которое он иногда пьет, когда его жалит тьма той ведьмы. Ты найдешь флакон в комоде в комнате Алекса. Но в него необходимо добавить лепесток зачарованной белой розы. Кусты имеются в оранжереи замка. Справишься?»

«Да».

«А вы… У вас с Лисом все в порядке?»

Я осознала, что не просто так братья до сих пор не появились.

«Относительно. Мы у снежных волков. Лис разделывается с семнадцатым по счету оборотнем, претендующим на сердце его суженой. Прости, оставить его я пока не могу».

«Понятно. Я справлюсь».

Яр ничего не ответил, его присутствие в моих мыслях больше не ощущалось.

Я посмотрела на мечущегося Алекса и решительно поднялась. Надо его спасать! Быстро выскользнула из-под одеяла, накинула поверх ночной рубашки плед, обулась и открыла дверь, создавая светящиеся шарики. Пошла, плутая по коридорам и надеясь, что все равно доберусь до нужного места. Только бы побыстрее! Алексу может стать хуже! Я оглянулась, прислушиваясь, но кругом было тихо.

Я помнила, что в замке, где живут принцы зимы, сейчас никого, кроме меня и Алекса нет, бояться нечего, но все равно стало не по себе.

Добралась до кухни, свернула в противоположную сторону и вскоре оказалась в огромном тронном зале. Величавые колонны, покрытые письменами, гладкий, словно сделанный изо льда, пол, роскошный трон, на котором лежала белоснежная мантия и сверкающая корона. В последний раз я видела ее на Алексе. Похоже, он переместил ее при помощи магии сюда. Зачем? Не хотел напоминать, кто он? Так я же и так знаю. Все это казалось безумно странным.

Но задерживаться в зале я не стала, поспешила дальше. Поплутала по коридорам и этажам и, наконец, нашла оранжерею. Она расположилась на самом верху одной из башен.

Здесь росло безумно много разных цветов, их ароматы смешивались, чувствовались повсюду. Часть деревьев явно была с юга, почти подпирала потолок с раскинутым звездным небом. Я прошла по дорожкам и нашла кусты с белыми розами. Наверное, хватит и одного цветка, чтобы создать нужное зелье, но я на всякий случай нарвала охапку и с ней пришла в спальню Алекса.

Заготовку для целительского зелья, уменьшающего боль от проклятья, нашла быстро. Как-то я готовила такой сложный эликсир для маленькой девочки, на которую напал медведь, напитывала его силой и после почти трое суток лежала беспомощная.

Сейчас я открыла флакон, провела рукой над заготовкой. Конечно, магии в ней не было, она добавлялась в самый последний момент.

Вдохнула поглубже. В флакон бросила лепестки чуть мерцающих белых роз, затем сорвала волосок у Алекса и у себя, переплела. Так чары точно подействуют.

Мужчина снова застонал и заметался по постели. Я вновь пробежавшим по спине холодком почувствовала дыхание тьмы. Нет уж, с ней я точно справлюсь. И пусть не сниму проклятье, пока не знаю как, но не позволю причинять боль.

Я забралась под одеяло, вложила в зелье силу с искренним пожеланием света и заставила Алекса выпить.

Слабость практически сразу же накатила на меня волной, тьма почему-то повела себя непредсказуемо, вырвалась из оков, спеленала. И я, собрав силы, ударила по ней светом, заставляя отступить, не позволяя взять верх.

И практически сразу же провалилась в беспамятство. Темное, тягучее, как смола. Знаю, почему ведьмы и целители редко применяют это зелье, стоящее немало золотых. Оно простое и доступное в исполнении, но цена эликсира велика. Ты перетягиваешь на себя чужую боль, споришь с тьмой. И если окажешься слабее, она просто уведет тебя за грань, откуда нет возврата.

Тишину вдруг разорвала чья-то отборная ругань, в которой поминались все метели, существующие на свете. Алекс в порядке. Я справилась.

Улыбнулась с трудом, сил не было даже на это. Я попыталась открыть глаза, но не смогла.

Чьи-то руки обняли меня, крепко и нежно, а губы горячо и жадно покрыли лицо поцелуями.

— Глупая ведьма! Ненормальная! Сумасшедшая! Моя…

Последнее слово, наверное, мне все же почудилось.

— Моя…

От удивления даже получилось открыть глаза и обомлеть от ужаса. Надо мной склонился сияющий в прямом смысле слова мужчина. Светились его руки, до невозможного красивое лицо, серебряные волосы… Я даже не сразу поняла, что это Алекс.

— Спи, — прошептал он. — И забудь, что видела.

Как же!

— Спи, моя ясноглазая, — прошептал принц, наклоняясь и целуя меня в лоб.

И не возразишь… А может, просто не хочется? Никто же не звал меня так ласково, как этот, едва знакомый мужчина, который, кажется, навсегда украл мое сердце.

Уже закрывая глаза под действием непонятной силы, я заметила, как сияние Алекса угасло, а в комнате закружились снежинки, но понять, что происходит, не смогла, уплыла в сон.

***

Я проснулась от того, что мне стало жарко. Открыла глаза, огляделась. Я по-прежнему находилась в комнате Алекса. Казалось, в ней ничего не изменилось. Только на тумбочке появился букет белых роз. И одеял, которыми я укрыта столько, словно их собрали со всего замка.

Стоило освободиться и сесть, как в вихре снежинок появился Алекс. Белоснежные волосы сверкали, словно жидкое серебро, корона держалась ровно и придавала величия, и лишь легкие тени под ясными синими глазами портили впечатление его неземной красоты.

Что же он такой прекрасный-то! И такой… желанный?

Проклятье фей, куда меня потянуло? Не о том я думаю, совсем не о том.

— Прекраса, как ты себя чувствуешь? — спросил Алекс.

И этот его голос… вкрадчивый, мягкий, пробирающий до дрожи. Я прикусила губу и шумно выдохнула. Не сдержалась…

— Больно? — тут же встрепенулся он, и от мужской заботы по телу побежала волна тепла.

— Нет. Просто слабость прошла не до конца.

Мужчина сочувствующе кивнул и неожиданно заявил:

— А я суп сварил.

Потом немного подумал и добавил:

— Первый раз в жизни. Рискнешь попробовать?

И когда увидел, как я улыбаюсь, нежно провел кончиками пальцев по моей щеке и тут же отпустил.

— Рискну. Неси.

Мгновение — и на тумбочке рядом с цветами появился поднос с едой. Алекс помог мне устроиться поудобнее и принялся кормить с ложечки, как маленького ребенка. Я так опешила, что не сразу сообразила отказаться, а после, смотря в его завораживающие глаза, потеряла слова.

— Вкусно? — уточнил принц.

— Очень.

Не говорить же, что он суп пересолил, переперчил, а мясо переварил. Для меня же старался, проявлял заботу. И от этого так хорошо, так сладко…

Алекс убрал посуду и посмотрел на меня чересчур серьезно.

— Ты сняла с меня проклятие черной ведьмы. Просто перетянула его на себя и справилась с чарами, когда моя сила взбунтовалась.

— Что? — поразилась я. — Но ты же говорил… Слушай, а ты не говорил, как его снять.

— Мы с братьями опробовали немало способов за эти годы, все они почему-то не сработали, а тут…

Алекс покачал головой и задумался. Что-то подсказывало, он точно знает, что именно сняло чары ведьмы, но не решается сказать. А мне… мне остается только теряться в догадках!

— Спасибо, Прекраса. Я пока не придумал, чем именно тебя отблагодарить, но обязательно это сделаю.

— Пожалуйста, Алекс. Я просто так помогла, не с целью получить награду. Впрочем, ты это и так знаешь.

Он улыбнулся, о чем-то задумался.

— Еще бы мне понять, куда Лис и Яр делись. Все мои послания они напрочь проигнорировали, а волшебное зеркало их не видит.

— Со мной связывался Яр.

— Когда? И почему с тобой?

— Ну… ты тогда метался от жара, а я искала способ тебя спасти. Это Яр подсказал, где искать зачарованные белые розы и взять заготовку зелья.

— И сам при этом не явился…

— Он в это время с Лисом у снежных волков был.

Алекс вытаращился на меня, нехорошо сощурился, призвал вьюгу, послушал ее какое-то время и усмехнулся.

— Похоже, у меня скоро появится племянник или племянница.

— О! Это тебе вьюга нашептала?

— Да. Лис совсем невменяем от счастья, а вот Яр… Он находится в каком-то трактире. То ли пьет, то ли о чем-то договаривается. Дурдом какой-то!

— Слушай, проклятье же спало, ты теперь можешь перемещаться по всему свету, — улыбнулась я. — Думаю, найдешь братьев и разберешься, что к чему.

— И бросить тебя здесь одну?

От этих слов я почему-то расплылась в шальной улыбке. Нельзя так пьянеть от счастья. Ой, как нельзя!

— Кстати, а сколько прошло времени? — поинтересовалась я.

— Ледяная Полночь через пару часов.

— Уже?

— Да. К тебе должны вернуться силы. Пойдешь со мной смотреть на звезды?

— Когда? — ничуть не удивилась я его предложению.

После того как ожила сказка, мне ничто не кажется странным или неправильным. Я всегда в нее верила.

— Прямо в Ледяную Полночь, — прошептал Алекс.

— А братья? — поинтересовалась я.

— Сами скоро явятся, — отмахнулся довольный принц зимы. — Я схожу за одеждой для тебя.

***

Вкус у Алекса, надо признать, был отменный, потому что платье он подобрал восхитительное. Белоснежное, с пышной юбкой и открытым верхом, чуть покрытым изящным кружевом. И всем оно хорошо, только не годится для похода в лес, о чем я и сообщила этому невозможному мужчине, который бросал на меня загадочные взгляды. Иногда, казалось, в его глазах вспыхивало синее пламя.

— Прости… Я снова забыл, что ты человек, — прошептал он.

Подул и протянул белоснежную мантию.

— Погоди, это же твоя…

— Примешь? — и вроде бы спросил спокойно, а в глазах столько тревоги, что я начинаю подозревать, что Алекс снова заболел.

Даже захотелось потрогать его лоб.

— Давай.

— Мы, правда, ненадолго, — честно заметил он, улыбаясь так, что мне совсем расхотелось куда-то идти.

Просто остаться бы с ним вдвоем, здесь, в этой забытой богами комнате, где за узорчатой решеткой из чугунных роз танцует огонь, под ногами лежит теплый ковер, а шеи касается дыхание единственного на свете мужчины… И сдается, его губы будут пьянить не хуже вина.

Что-то я совсем размечталась!

— Готова?

Я надела теплые валенки, закуталась в мантию и хихикнула. Вид у меня еще тот! Но принца это, кажется, ни капельки не смущало. И я поверю, так и быть, что мила и очаровательна.

Алекс протянул руку, создал вихрь снежинок. Что мне оставалось? Только улыбнуться и взять его за ладонь. Уверенную, сильную, надежную…

Ох, уж эти феи, придумавшие Ледяную Полночь! Только они могли сотворить такой подарок, как любовь. И только они могли забыть, что она должна быть взаимной. Иначе жизнь превратится в непроглядную бездну.

— Не замерзла? — поинтересовался Алекс, когда мы вынырнули из портала.

Я оглянулась. Кругом мохнатые елки, укрытые блестящим снегом. Они тонули в сугробе, виднелись только их макушки. Над головой повисла огромная луна и рассыпались сверкающие, как маленькие драгоценности, крошки-звезды! Небо в Ледяную Полночь в этом году расщедрилось на невероятную красоту.

Алекс щелкнул пальцами, освещая укромную полянку световыми шариками.

— Прекраса…

Алекс развернул меня к себе, глубоко вздохнул и опустился на колени. Я глупо моргнула. Мы же вроде пришли любоваться на звезды.

— Алекс…

Он остановил меня жестом руки, поднял свои чудесные синие, как озера, глаза, глубоко выдохнул, будто собирался окунаться в прорубь.

— Я всем сердцем люблю тебя.

От этих слов я чуть не упала в сугроб, так внезапно они прозвучали.

— Веришь? — тихо поинтересовался он.

— Не знаю.

— Выслушаешь? — прошептал, не спуская с меня глаз.

— Да.

— Семнадцать лет назад меня прокляли. Чары могла снять только моя суженая.

Так я и знала, что он недоговаривал!

Хотела спросить и про суженую, но прикусила губу, помня, что обещала выслушать.

— Находясь в заточении, я долго искал ту, что снимет проклятие темной ведьмы. Но только недавно понял, что искал я не там. Мама всегда говорила: важны не титул и богатства, а доброе сердце, а я настолько отчаялся, что в это не верил…

Глаза принца зимы сверкнули ярче звезд, взгляд полоснул где-то внутри меня, опалил…

— Я как-то сказал Лису и Яру, что отдал бы все свои сундуки с богатствами за свободу.

Он замер на мгновение, глубоко вдохнул и продолжил:

— А жизнь — всю до последнего вздоха — за одну только встречу с тобой, Прекраса. Никогда не думал, что такое возможно. Никогда не подозревал, что способен просто взять и безоглядно влюбиться едва ли не с первого взгляда. Никогда не верил, что на свете существуют суженые.

Мой принц горько усмехнулся, признавая свои ошибки.

— Вчера, когда я очнулся и понял, что ты умираешь, пожертвовав жизнью ради незнакомого мужчины, думал, сойду с ума. Вытаскивал тебя, молился всем существующим на свете богам и боялся тебя потерять. Да какой там… Я впервые за семнадцать лет призвал силу рода, потому что только она и могла вытащить тебя из-за грани.

— Погоди, но подобная магия подействует только если…

— Мужчина, призвавший ее, встретил свою пару. Суженую. Не представляешь, как странно получать подтверждение тому, во что никогда не верил!

Какое-то время мы молчали. Алекс явно подбирал слова, а я их и вовсе не находила. Все, чего мне хотелось, это броситься в объятия моего принца и признаться, как сильно он мне нужен.

— Я люблю тебя, Прекраса. Это чувство, когда не желал тебя отпускать, когда ты уже под кожей, в самой глубине сердца, обрушилось на меня, спасения от него уже нет. Да я и не желаю этого. Я не умею говорить красивых слов, ведьмочка. А уж, тем более, признаваться в любви. И, наверное, даже не могу просить тебя остаться… хотя бы на мгновение остаться после Ледяной Полночи… со мной. Понимаю, что не поверишь, что можно вот так… влюбиться за считанные дни…

— Я согласна.

— С моими словами?

— Я согласна с тобой остаться.

Алекс неверяще посмотрел на меня и так тихо-тихо уточнил:

— Насовсем?

— Да. Я люблю тебя, Алекс.

Он поднялся мгновенно, стиснул меня в объятиях. И они были крепкими, нерушимыми. И здесь, в лесу, на морозе, сразу стало жарко. Наши губы встретились. Поцелуй получился долгим, полным нежности, сладким.

— Спасибо, что согласилась взять у меня часть сил, — сказал Алекс и потерся щекой о мои ладони.

— Что?

— Ты приняла мантию, а значит, разделила и мою магию…

— Подлый обманщик! — возмутилась я, стараясь не рассмеяться.

— Я всего лишь подстраховывался. Вдруг бы надумала сбежать. А так… прекрасный способ тебя вернуть, учить пользоваться новым даром, сблизиться…

— Коварный…

— И сегодняшней ночью, когда мы вернемся в замок, за это я буду долго-долго, до рассвета, просить у тебя прощения.

Я не сдержалась и рассмеялась, притянула его к себе и увидела, как на поляне сверкают белые огни.

— Алекс, а что это?

— Смотри. Еще одно доказательство, что мы предназначены друг другу судьбой. Иначе они, — он показал рукой на хрупкие подснежники, непонятно как оказавшиеся в декабре в лесу, — просто не расцветут.

Я удивленно охнула и уставилась на венчики цветов, которые выглядывали из-под снега, озаренные чьим-то великим волшебством.

— Волшебством нашей любви, — прошептал Алекс в самое ухо, угадывая мои мысли.

Я кивнула, не в силах оторвать взгляда от этого чуда — распускающихся в сугробах цветов. Нежных, наполненных силой, светлых…

— Нарвем? — спросил Алекс. — Ты же говорила, они просто необходимы для целительского зелья.

Я оглянулась, нежно-нежно взяла лицо моего мужчины в свои ладони и поцеловала, сгорая от любви. Алекс ответил. Страстно, жадно, будто не мог насытиться этим поцелуем.

— Я, конечно, все понимаю, — внезапно рядом раздался голос Яра, — но хотелось бы на всякий случай укрепить защиту замка.

Мы оторвались друг от друга, вместе выдохнули и оглянулись. Яр, действительно, стоял неподалеку, делая вид, что ему ужасно скучно, но в глазах светилось явное веселье. Кажется, за нас искренне рады.

— Зачем нам еще одна защита в замке? — глухо поинтересовался Алекс. — Та, что есть, если потребуется, выдержит и нападение полубогов.

— Скоро здесь будет еще и Лис со своей снежной волчицей. Про принца зимы он ей ничего не рассказывал.

Я хихикнула. Алекс улыбнулся и потянулся ко мне за очередным поцелуем.

— Алекс! — возмутился Яр.

— Что?

— Ты невменяем. Лучше бы уж создавал бури и напомнил, что мы с Лисом бросили тебя с больной ногой и не пришли помочь справиться с проклятьем.

— То же мне… сводники! — усмехнулся Алекс, прижимая меня к себе еще сильнее. — Ногу зелье Прекрасы вылечило. И она же, между прочим, сняла проклятье.

— Наконец-таки! — выдохнул Яр. — Еще бы один год общения с засидевшимся в замке братцем я бы не выдержал.

Алекс хмыкнул, но спорить не стал. Вместо этого, поднес мои пальцы к своим губам, нежно поцеловал.

— Так что, укрепляем замок?

Но отвечать мой суженый не стал. Сощурился, коварно улыбнулся.

— Даже не думай! Не смей! — взвыл Яр, явно понимая, что Алекс что-то задумал.

На поляне закружила вьюга, мерцая искрами серебра и магическими всполохами. Она подхватила Яра, сыпавшего проклятьями и угрозами, куда-то понесла.

— Алекс, ты зачем с ним так?

— Это необычная метель, Прекраса. У вас в роду ее издавна называют Ветром Судьбы. Он может родиться, когда старший наследник встречает суженую. И сдается, это волшебство сейчас унесет Яра к одной цыганке по имени Касс. Он, кстати, считает ее шарлатанкой, потому что ее предсказание, что проклятье с меня снимет королевская дочь, не сбылось.

— Ошиблась?

— С кем не бывает, — хитро сощурился Алекс, ни капельки не расстроенный, что все так сложилось. — Надеюсь, у Яра хватит ума не разрушить свое счастье. Да и долг платежом красен… Он подарил мне тебя, а я ему… самую желанную на свете встречу. Тем более… Ледяная Полночь же. Время, когда исполняются наши заветные желания, а мир становится чутким, слышащим любые мысли.

Я улыбнулась, погладила его по щеке. В глазах суженого вспыхнуло синее пламя.

— Давай вернемся в замок, — попросил Алекс.

— Будешь просить прощения? — уточнила я.

— До рассвета, ясноглазая моя.

— И не дольше?

— Потом свадьба.

— Яра или Лиса?

— Наша, — прошептал Алекс. — Ты ведь согласна?

— Да, Ваша Снежность.

Наклонился, перецеловал мои пальцы, счастливо вздохнул, создавая рой снежинок, чтобы перенестись в замок, где нас точно ждет счастье. Мы принесли его с собой. Из того сказочного леса, где на мгновение от силы нашей любви зацвели подснежники. Из глубины сердца, в котором проснулись чувства. Из волшебства Ледяной Полночи, которой подвластно все, если ты в нее веришь.