Вася

Оплавленный асфальт приставал к подошвам. Слабый ветерок исправно подгонял к носу клочки тополиного пуха. Люди волочились размякшие, оглушённые, осоловелые. Дикая жара не отпускала город вот уже две недели, но мы с Мишкой попёрлись гулять в парк после темноты и прохлады оснащённого кондиционером кинозала.

– Уфф, – Мишка прижал ко лбу только что купленную бутылку минералки и приготовился ругать несносную погоду, но я его перебил:

– Смотри!

По тропинке шла девушка, от одного взгляда на которую у меня перехватило дух.

– Грёза... – восхищённо прошептал Мишка.

Высокая, статная, с русой косой. Простое без изысков платье подчеркивало её волнительные формы.

– Почему она идёт босиком? – просипел Мишка.

– Наверное, туфли натёрли, – предположил я.

Похоже, красотка чувствовала себя неважно. Покачнувшись, она села на скамейку. Мы наперегонки рванули к ней – куда только делась усталость от знойного дня?

– Девушка, с вами всё в порядке? – выпалил Мишка, подоспевший к незнакомке первым. Затуманенным взором девушка скользнула по его лицу и ловким движением выхватила бутылку воды. Напившись, она вылила содержимое бутылки себе на голову и шею. Несколько секунд мы следили за мокрым пятном, расползающимся по ткани, облепившей бюст незнакомки. Потом Мишка толкнул меня.

– Беги, купи еще воды! Скорее!

Я внутренне возмутился, почему бы ему самому не сбегать, но перечить не стал. Когда я вернулся, Мишка во всю мурлыкал с мокрой девчонкой. Меня явно отодвинули на второй план.

– Дима, – представился я решительно. – А тебя как зовут?

– Вася.

Мишка смолк. Лицо его выражало полное недоумение.

– Василиса, – пояснил я непонятливому приятелю.

– Ух ты. Редкое имя.

– Тебе лучше? – спросил я.

– Жарко, – пожаловалась Василиса.

– Пойдём ко мне домой, Вася! – предложил Мишка. – Я близко живу. Наберём тебе полную ванну холодной воды. Отдохнёшь, придёшь в себя.

Не думал, что она согласится на это беспардонное предложение. И не угадал. Умеет мой друг завлекать девчонок! А ведь первым Василису увидел я.

Мы распрощались на Мишкиной улице. Я не стал навязывать парочке своё присутствие. Но лёгкая досада не проходила. Я размышлял о том, сочетание каких черт делает из женщины неотразимую красавицу, и образ Василисы не шёл у меня из головы.

Зазвонил телефон. Я не следил за временем, но встревоженный Мишка сообщил, что уже два часа прошло с тех пор, как девушка закрылась у него в ванной комнате.

– Я квартиру прибрал! – тараторил мой друг. – За вином и фруктами сгонял, музыку нашёл, фильмец ненавязчивый. А она сидит и сидит в ванне. Это нормально или как?

– Не знаю, чем могу помочь, – заметил я. – Скажи ей, что ты соскучился.

– Ладно. Бывай, – вздохнул Мишка.

Ещё жаловаться вздумал! Девушка с телом богини и ликом кинозвезды совершает омовение в его ванне! Справится как-нибудь.

Между тем, погода менялась. Небо насупилось, ветер усилился. На город надвигалась долгожданная гроза.

Следующий звонок разбудил меня далёко за полночь. Дождь молотил без устали.

“Хвастаться начнёт,” – подумал я и даже не хотел отвечать.

– Димка! Беда! Василиса пропала!

– Как пропала?

– Вышла на балкон и исчезла! Я всё вокруг обыскал. Она как сквозь землю провалилась!

Я пришёл к Мишке, и мы ещё раз обшарили скверик под балконом.

– Может, она к соседям перелезла? – предположил я.

– Там застеклено и заперто, – возразил Мишка. Вид у него был несчастный.

– Мы же ничего о ней не знаем, – попытался я утешить друга. – Может, она – каскадёр, легко спустилась с четвёртого этажа и убежала.

– Что я урод или насильник? – не утихал мой приятель. – Могла бы со мной по-человечески объясниться!

Мокрые и грязные мы вышли на балкон.

– Погоди, чуть не раздавил кого-то, – отдёрнул я ногу, быстро нагнулся и поймал лягушку. Мишка равнодушно на неё посмотрел, а мне показалось странным, что в высотном доме на балконе лягушка.

– А вдруг это она? – пошутил я.

– Кто? – не понял Мишка.

– Василиса.

Лягушка на ладони кинула на меня полный укоризны взгляд, толкнулась лапками и выпрыгнула в дождливую ночь. Мишка ошарашено молчал.

– Это многое объясняет, – наконец-то обрёл дар речи мой товарищ и рассказал мне о своих неудачных попытках соблазнить Василису.

– Не все девчонки балаболки, оказывается. По мне так, пусть лучше болтают, чем молчат. Из этой Васи каждое слово выжимать приходилось. Кривляюсь, как дурак, смешу её. Ну, думаю, чем тебя пронять, загадочный нордический тип?

– Кто тебя назвал Василисой? – спрашиваю. – Пирог мне испечёшь?

– И ковёр соткать? – ехидничает она.

Тут я иссяк. Чего, собственно, из кожи вон лезу? Может, она привыкла к простому обращению, без прелюдий? Вино выпили, гром грохочет, молнии сверкают – самый момент упасть в объятия друг друга. Говорю:

– Слушай, Вася, ты любишь секс?

Тут Мишка помрачнел и замолчал.

– А она что?

– Коакс-коакс-брекекекс, – тяжко вздохнул приятель.

– Ой, не могу! – захохотал я. – А ты?

– Подумал – юмор такой, – буркнул несчастный. – А она скок на балкон и всё.

Мишка махнул рукой и отвернулся. Может, заплакал? Я же смеялся как безумный.

Вот такая история. Хотите – верьте, хотите – нет, а с тех пор Мишка к каждой встречной лягушке присматривается.