Ведьмин кот №2

Ведьмин кот №2

Часть 1. Гость с запахом собаки

Батарея. Это не просто отопительный прибор. Это центр вселенной. Место силы. Точка сборки тепла.

Я лежал на ней уже три часа. Живот распластался по ребрам металла. Глаза прикрыты. Мир существует где-то далеко, за пределами зоны комфорта.

Ведьма ходила рядом. Шуршала. Готовилась. Пахло чем-то праздничным. Не едой. Чем-то другим.

— Он скоро придет, — сказала она в телефон. — Да, кот ведет себя хорошо.

Я приоткрыл один глаз. Вралa. Я вел себя отлично. Но интуиция шепнула: готовится вторжение.

Звонок в дверь. Звук резкий, как нож по стеклу.

Я поднял голову. Уши вращаются, как локаторы.

Ведьма побежала открывать. Я остался на батарее. Пусть встречает угрозу сама.

Дверь открылась. В квартиру ворвался сквозняк. И ОН.

Высокий. Широкий. В куртке, которая пахнет улицей, снегом и… врагом.

Я понюхал воздух. Точно. Запах собаки.

Не просто так. Он живет с собакой. Или гладил её. Это пятно на репутации. Это знак чужой стаи.

Ведьма засмеялась. Обняла его.

— Проходи, Андрей.

Андрей. Имя не значит ничего. Для меня он «Пахнущий Псом».

Они сидели на кухне. Пили чай.

— Как дела на работе? — спрашивает Ведьма.

— Нормально, — отвечает Пахнущий Псом. — Только устал.

Он достал ноутбук. Положил на стол. Начал печатать.

Клави-клави-клави.

Звуки раздражают. Это моя территория. Стол — это моя наблюдательная вышка.

Я запрыгнул на стол.

Он посмотрел на меня.

— О, какой серьезный кот.

— Я не серьезный, — подумал я. — Я контролирующий орган.

Я прошелся по клавиатуре.

На экране появилось: «ееееееееее».

— Барсик! — возмутилась Ведьма. — Не мешай!

— Я помогаю, — подумал я. — Пароль слишком слабый. Я усилил защиту.

Он попытался убрать меня. Аккуратно. Рукой!!

Я лег на ноутбук. Прямо на горячие кнопки.

— Ему нужно тепло, — сказал Андрей.

— Ему нужно внимание, — поправила Ведьма.

— Ему нужно подчинение, — подумал я.

Ситуация накалялась. Он слишком много места занимал. Слишком громко дышал. Слишком сильно пах собакой.

Нужно было решительное действие.

Я заметил цветок на подоконнике. Маленький кактус. Безобидный.

Я подошел. Посмотрел на него. Посмотрел на Андрея.

Лапа поднялась.

— Не смей! — пискнула Ведьма.

Я замер. Лапа повисла в воздухе. Это был тест. Кто здесь главный?

Я медленно убрал лапу. Кактус остался жить. Но напряжение осталось.

Андрей вздохнул. Положил ноутбук.

— Ладно. Работа подождет.

Он полез в карман куртки.

Я насторожился. Оружие?

Нет.

Пакетик. Шуршащий. Знакомый шуршащий звук.

Запах понесся по комнате быстрее света.

Тунец. Паштет. Премиум класс. Не та гадость, которую Ведьма иногда покупает по акции.

Он открыл пакет.

— Угощайся, боец.

Он положил лакомство на блюдце. Подвинул ко мне.

Я посмотрел на Ведьму. Она кивнула.

— Можно, Барсик.

Я подошел. Понюхал.

Чисто. Без яда. Без подвоха.

Я начал есть.

Это было вкусно. Это было честно.

Человек, который понимает ценность еды, не может быть врагом. Даже если он пахнет собакой.

Я закончил. Облизнулся.

Подошел к Андрею.

Потерся головой о его руку.

— Принят, — сообщил я. — Ты в черном списке больше не числишься. Теперь ты в списке «Тот, кто дает вкусняшки».

Он почесал меня за ухом. Правильно. Там, где нельзя достать самому.

— Кажется, мы подружились, — сказал он.

— Не спеши, — подумал я. — Завтра проверим, купишь ли ты новый пакетик.

Ведьма улыбалась. Напряжение ушло.

Андрей остался. Кактус выжил (повезло). Ноутбук был закрыт (правильно).

Я вернулся на батарею. Но теперь я разрешил Андрею сесть на соседний диван.

Иногда можно пойти на компромисс.

Ради тунца.

Ради Ведьмы, которая счастлива.

И ради того, чтобы следить за ним во сне.

Мораль: Путь к сердцу кота лежит через желудок. Путь к сердцу ведьмы — через понимание, что кот главнее. А если гость пахнет собакой, но дает паштет — это уже не гость. Это спонсор вашего благополучия.

Часть 2. Новогодняя Елка: Битва за Угол

Декабрь. Ведьма сошла с ума.

Это началось с запаха. Резкий, хвойный, дикий. Запах леса, который пробрался в квартиру без приглашения.

Я сидел на шкафу. Наблюдал.

Они внесли ЕГО.

Высокий. Колючий. Зеленый захватчик. Занял стратегически важный угол. Тот, откуда просматривается вся кухня и входная дверь.

— Красавица, — сказала Ведьма, похлопывая монстра по стволу.

Я фыркнул. Красавица не пахнет мокрой собакой и не колется. Это диверсант.

Началась подготовка к вторжению.

Ведьма достала коробку. Внутри звенело. Стекло. Хрупкое. Смертельное.

Она начала вешать на ветки «игрушки».

Для нее это украшения. Для меня — мишени.

Круглые. Цветные. Висят на тонких нитках. Слабая защита. Любой сквозняк — и они мои.

Я спустился со шкафа. Подошел вплотную.

Понюхал иголку. Кололась.

— Барсик, не трогай! — предупредила Ведьма. — Это елка!

— Это угроза, — подумал я. — Она блокирует проход. Она собирает пыль. Она шатается.

Я сделал круг вокруг ствола. Осмотрел периметр.

Внизу висела гирлянда. Провода. Пластиковые коробки.

Потенциальные мыши.

Я потрогал лапой. Провод не шевелился. Живой или мертвый?

Нужна проверка на прочность.

Ведьма повесила синий шар. Самый красивый. Самый большой.

Он качался. Издевался.

Я присел. Зрачки расширились. Хвост начал ходить ходуном.

— Не смей, — сказала Ведьма. У нее даже глаза стали зелеными, как у меня в темноте.

— Я просто проверяю гравитацию, — подумал я.

Я выждал момент. Ведьма отвернулась за мишурой.

Лапа взметнулась. Удар был точным, как скальпель хирурга.

Нитка лопнула.

Шар полетел.

Время замедлилось.

Ведьма обернулась. Открыла рот.

Шар ударился об пол.

ДЗЫНЬ!

Осколки разлетелись во все стороны. Как льдинки после заклинания льда.

Тишина.

— Барсик! — взвизгнула Ведьма. — Это был винтаж!

— Это была проверка на прочность, — сообщил я. — Не выдержал. Брак.

Она начала собирать осколки. Я сидел рядом. Смотрел. Помогал морально.

— Ты всё испортил, — сказала она грустно.

— Я очистил дерево от слабых элементов, — поправил я. — Остались только крепкие.

Но битва была не окончена.

Ведьма включила гирлянду.

Елка вспыхнула. Разноцветные огни замигали.

Это было уже не просто дерево. Это было светящееся существо.

Оно пульсировало. Жило.

Я попятился. Магия? Техника? Или дух леса проснулся?

Я обошел врага с фланга.

Заметил мишуру. Серебряные змеи свисали с веток.

Вот это противник достойный. Шуршит. Блестит. Ловится на когти.

Я вцепился в мишуру. Потянул.

Елка закачалась.

Шары зазвенели, предупреждая об опасности.

— Стой! — кричала Ведьма. — Она упадет!

— Она сопротивляется! — думал я, наматывая мишуру на лапу.

В этот момент вошел Андрей (Тот-Что-Дает-Тунец).

Увидел хаос. Осколки. Висящую на мне мишуру. Шатающееся дерево.

— Всё в порядке? — спросил он.

— Кот решил, что это враг, — сказала Ведьма.

— Кот прав, — поддержал я.

Андрей подошел. Аккуратно распутал мишуру.

— Слушай, боец, — сказал он мне. — Елка стоит один раз в году. Давай перемирие?

Он достал из кармана...

Нет. Не тунец.

Палочку. Сушеную. Пахнет рыбой и счастьем.

— Да это же взятка? — спросил я взглядом.

— Это дипломатия, — ответил он глазами.

Я взял палочку.

Потерся об его ногу.

Посмотрел на Елку.

Елка стояла. Мигала. Не нападала.

Ладно. Сегодня ты живешь.

Я запрыгнул под елку.

Там было темно. Уютно. Пахло хвоей и победой.

Ведьма вздохнула. Довесила шары. Закрепила их проволокой (умнее стала).

Зажгла звезду на верхушке.

— Всё-таки красиво, — сказала она, сидя на полу рядом со мной.

— Неплохо, — признал я. — Но защита слабая.

— Это не крепость, Барсик. Это праздник.

— Праздник — это когда полно еды, — уточнил я.

Андрей принес подарки. Положил под ёлку.

Коробки. Шуршат.

Я положил лапу на ближайшую.

— Это не мне, — сказала Ведьма.

— Пока не мне, — подумал я. — Ночь длинная. Охрана устала. Нужна проверка содержимого.

Мы сидели втроем. Елка мигала.

В квартире пахло хвоей, мандаринами и котом.

Странная смесь. Но приятная.

— Знаешь, — сказала Ведьма, гладя меня по голове. — Без тебя было бы скучно.

— Конечно, скучно, — подумал я. — Кто бы проверял шары на прочность? Кто бы охранял тылы?

Я закрыл глаза.

Елка больше не была врагом. Она стала частью территории.

Моей территории.

Под ней тепло.

Вокруг свои.

И подарки ждут своего часа.

Мораль: Елка — это не растение. Это временный сожитель с иглами.

Если кот решил, что ёлка безопасна — значит, он получил взятку.

Если кот лежит под ёлкой — значит, он её одобрил.

И помните: Ни один новогодний шар не устоит перед проверкой кошачьей лапой.

Это не вандализм. Это контроль качества.

Дверь закрылась. Клиенты ушли.

Остался запах.

Не духов. Не еды.

Запах страха. Дешевой надежды и липкого, тягучего горя.

Я сидел на шкафу. Наблюдал.

Ведьма стояла в центре комнаты. Морщилась.

— Фу, — сказала она. — Оставили хвост.

Я понюхал воздух.

Точно. В углу возле ковра, висело нечто.

Невидимое для людей. Для меня — как жирное пятно на стене.

Серое. Пушистое (в плохом смысле). Шепчущее.

Клиенты пришли за помощью. Ушли с облегчением. Но часть своей грязи стряхнули здесь.

Как собаки, одно слово “враги”.

Ведьма зажгла шалфей.

Повела пучком по воздуху. Дым пошел густой, горький.

— Вон из моего дома, — прошептала она.

Дым обволакивал угол. Пятно зашипело. Сжалось. Но не ушло.

Оно прилипло к полу. Как жвачка.

Ведьма вздохнула. Потерла виски.

— Не берет. Слишком глубоко въелось.

Она посмотрела на меня.

— Барсик?

— Мяу, — ответил я. (Перевод: «Я вижу проблему. Прайс-лист у меня на холодильнике»).

Она кивнула. Поняла.

Мы работали в паре. Она — верхний уровень (эфир, слова, травы). Я — нижний уровень (материя, когти, территория).

Я спрыгнул со шкафа.

Подошел к углу.

Пятно зашипело сильнее. Оно чувствовало Хищника.

Для него я был не котом. Я был пылесосом. Измельчителем. Санитаром.

Я начал топтать место лапами.

Не просто так. Вбивал энергию земли обратно в пол.

Раз-два. Раз-два.

Когти выпускал. Царапал невидимое.

Пятно пыталось уползти. Под плинтус. Под диван.

Я не давал.

Перекрывал путь хвостом.

Шипел. Низко. Грудью.

Звук, который заставляет тараканов умирать от страха.

Ведьма добавила соли.

Посыпала круг.

— Запечатывай, Барсик!

Я ударил лапой по центру пятна.

Хлопок. Как лопнувший пузырь.

Серая дымка взвилась вверх.

Я прыгнул. Укусил воздух.

Поймал остаток.

Проглотил.

Вкус мерзкий. Как пыль из старого угла.

Но лучше мне, чем ей.

Ведьма выдохнула.

Плечи опустились. Воздух стал свежим.

Запах шалфея перебил запах чужого горя.

— Всё, — сказала она. — Чисто.

Она села на пол. Устала.

Я подошел.

Потерся об ее ногу.

Передал немного своего тепла. Зарядил батарею.

— Спасибо, — прошептала она. — Без тебя я бы возилась до утра.

Я посмотрел на неё.

— Знаю, — подумал я. — Магия — это хорошо. Но без кота она не работает. Кот заземляет. Кот убирает то, что не видят глаза.

Она встала. Пошла на кухню.

Я шел за ней.

Работа выполнена. Квартира обеззаражена.

Клиентский след уничтожен.

Теперь самое важное.

Она открыла шкафчик с кормом.

Достала пакет.

Тот самый. С уткой.

Насыпала в миску. С горкой.

— Премия, — сказала она.

Я начал есть.

Вкус победы.

Вкус чистой территории.

Вкус справедливости.

Пока я ел, Ведьма мыла руки.

Смывала чужую энергию водой.

Мы оба знали правила.

Она чистит слова. Я чистю пространство.

Она лечит душу. Я лечю дом.

Когда миска опустела, я вылизался.

Прыгнул на диван.

Свернулся калачиком.

Глаза закрыл.

Но одно ухо осталось открытым.

На всякий случай.

Вдруг еще кто-то придет с грязью.

Мораль: Клиенты всегда оставляют след. Кто-то деньги. Кто-то мусор. Кто-то энергию.

Если после визита гостей вам стало тяжело — проверьте углы.

И покормите кота.

Возможно, он уже вынес мусор, пока вы варили кофе.

И помните: Лучший очиститель воздуха — это не фильтр. Это кошачье «ФЫР» в направлении зла.

Звонок.

Ведьма открыла дверь.

Вошла Она.

На вид — обычная тетя. Плащ, сумка, глаза мокрые.

Для Ведьмы — клиент. Человек с проблемой.

Для меня — ходячий реактор.

Я сидел на шкафу. Нюхал воздух.

Люди думают, что мысли не имеют запаха. Ошибка.

Мысли пахнут.

Честные мысли пахнут хлебом. Или дождем.

Лживые мысли пахнут серой. Или старыми монетами.

А её мысли… её мысли пахли кислым молоком, которое забыли в холодильнике на неделю.

Я прищурился.

Вокруг её плеч висели тени. Не те, что от света. А те, что липнут к спине, когда человек врет сам себе.

Она сделала шаг. Тень отстала на секунду. Потом догнала.

Лапы сами зашевелились. Когти вышли.

Шерсть на холке встала дыбом. Не от холода. От статики.

Вокруг неё было поле. Липкое. Тягучее. Как паутина.

Ведьма улыбнулась.

— Здравствуйте. Проходите.

Она не чувствовала. Слишком много человечности. Слишком хочет помочь.

Я выпустил воздух через нос. Фыркнул.

Предупреждение.

Клиентка вздрогнула. Посмотрела на меня.

— Ой, какой… серьезный кот.

— Я не серьезный, — подумал я. — Я сканирую твою ауру. И она загрязнена.

Она села на диван.

Диван заскрипел. Не от веса. От напряжения.

Клиентка начала говорить. Ведьма кивала.

Но я видел другое.

Каждый раз, когда она говорила «Я хочу только добра», из ее рта вылетали мелкие черные искры.

Гасли, не долетев до пола.

Врать ведьме опасно. Дом помнит. Кот помнит.

Я начал мурчать.

Не от любви. От вибрации.

Низкая частота. Разбивает ложь.

Клиентка начала ерзать. Ей стало некомфортно.

Правда всегда неудобна, как камень в ботинке.

Когда она ушла, Ведьма закрыла дверь.

Улыбка исчезла.

— Тяжелая, — сказала она.

— Грязная, — поправил я взглядом.

— Ты заметил?

— Я чувствовал носом.

Она подошла ко мне.

— Спасибо, что предупредил. Я бы не поняла сразу.

— Поэтому я здесь, — подумал я. — Ты слушаешь ушами. Я слушаю шерстью.

— Опять чистка?--вздохнула ведьма и пошла за солью.

Ведьма решила, что сегодня день дистанционной магии.

Она поставила на стол черную коробку. Ноутбук.

Для людей это компьютер. Для меня — Портал.

Там живут маленькие плоские духи. Они светятся. Говорят голосами. Иногда пищат.

Ведьма включила Портал. Экран загорелся.

— Проверка связи, — сказала она в камеру.

Я увидел её лицо на экране. Она увидела себя. Зеркало без рамы. Магия отражения высшего уровня.

— Сегодня сложный клиент, — сказала она мне. — Скептик. Не верит в силу.

— Скептик — это тот, у кого закрыты глаза, — подумал я. — Или тот, у кого мало воображения. В любом случае — диагноз.

Она нажала кнопку.

На экране появилось лицо. Женщина. С напряженным лбом. Вокруг головы — серое облако недоверия.

— Здравствуйте, — сказала Женщина из Коробки. — Вы ведьма?

— Да, — ответила Ведьма.

— Докажите, — потребовала Женщина. — Я не вижу никакой энергии. Только картинку.

Я сидел рядом. Смотрел в экран.

Женщина из Коробки посмотрела на меня.

— Ой, котик. Милый.

— Я не милый, — подумал я. — Я аудитор безопасности.

Я почувствовал вибрацию. Через wifi. Через провода.

Она сомневалась. Её сомнения создавали помехи. Как статический шум.

Ведьма начала объяснять. Про чакры. Про потоки.

Женщина из Коробки качала головой.

— Это всё слова. Где результат?

Ведьма напряглась. Её пальцы дрожали над клавиатурой.

Связь нестабильна. Энергия не проходит через экран. Клиент блокирует канал своим неверием.

Нужно было вмешаться.

Нужно было послать Знак.

Я запрыгнул на стол.

Встал лапами прямо на клавиатуру.

Тепло ноутбука грело живот. Приятно. Но дело важнее.

— Барсик, нет! — пискнула Ведьма.

Я прошелся по клавишам.

На экране, в чате, побежали буквы:

hhhhhhhhhhhhhh

gggggggggggggg

77777777777777

Женщина из Коробки замерла.

— Что это было? — прошептала она.

— Это... — Ведьма растерялась.

— Это послание, — закончил я за неё. — Код древних.

Я посмотрел прямо в камеру. В глаза Женщине.

Мои зрачки расширились. Я включил режим «Бездна».

На экране это выглядело как два черных провала, смотрящих прямо в душу.

Я медленно моргнул.

И выключил камеру лапой.

Экран погас. Звук остался.

— Алло? — голос Женщины дрожал. — Куда он делся? Почему экран черный?

— Кот решил, что сеанс окончен, — сказала Ведьма. Голос стал тверже. — Он не работает с теми, кто не видит сути.

— Но... цифры... 777... Это же число Бога? — спросила Женщина.

— Это число Кота, — отрезала Ведьма. — Он поставил печать. Если вы не почувствовали энергию сейчас — вы не почувствуете ее никогда.

Тишина в эфире.

Я сидел на клавиатуре. Грелся.

Женщина из Коробки выдохнула.

— Я почувствовала... Мурашки. Когда он посмотрел.

— Это защита, — сказала Ведьма. — Он пропустил вас через фильтр. Вы очищены. Можете верить.

Сеанс закончился быстро. Женщина согласилась на полный курс. Оплатила сразу.

Ведьма закрыла ноутбук.

Портал захлопнулся. Духи уснули.

Она посмотрела на меня.

— Ты специально?

— Конечно, — подумал я. — Ты слишком мягкая. Тебе нужен жесткий менеджер.

— Спасибо, — сказала она. — Ты спас сделку.

Я потянулся.

Лапы затекли от печати магических символов.

— Оплата? — спросил я взглядом.

Она улыбнулась.

Достала пакетик.

Тот, который для особых случаев.

С креветками.

— Премия за техподдержку, — сказала она.

Я начал есть.

Вкус победы.

Вкус закрытого гаджетом портала.

Пока я жевал, Ведьма протирала экран.

— Знаешь, — сказала она. — Люди думают, что магия в книгах.

— Люди много чего думают, — подумал я. — Магия в лапах. И в умении вовремя выключить камеру.

Мораль: Интернет — это просто другая форма астрала.

Если во время сеанса связи вам пишет набор букв — это не глюк. Это сообщение от Высших Сил.

Или от кота.

В данном случае — одно и то же.

И помните: Лучший способ убедить скептика — это посмотреть на него глазами того, кто видит мир насквозь.

А если не помогает — выключите ему свет. Лапой.

Часть 6. Полнолуние (Тыгыдык-ритал)

Луна выросла.

Не просто поднялась над горизонтом. Она раздулась, как белый глаз, смотрящий прямо в окно.

В квартире изменилось давление. Воздух стал густым, как кисель.

Ведьма почувствовала сразу. Закрыла шторы. Зажгла свечи.

— Сегодня ночь силы, — сказала она мне. — Будет шумно.

Я почувствовал раньше.

Уши завибрировали. Хвост начал жить отдельной жизнью.

Лапы сами искали не пойми что. Паркет казался слишком гладким. Ковер слишком коротким.

Луна — это не светильник. Это выключатель.

Щелк. И режим «Сон» отключается. Включается режим «Бог Скорости».

Ведьма села в центр круга. Из свечей. Из соли.

Закрыла глаза. Начала бормотать.

— Ом... Шанти... Шанти...

Она пыталась заземлить энергию. Направить лунный поток в мирное русло.

Я понимал её задачу. Но тело требовало другого.

Энергия щекотала подушечки лап. Она просила выхода.

Нельзя просто сидеть, когда в воздухе столько электричества! Нужно бежать! Нужно прыгать! Нужно ловить невидимых демонов скорости!

Я начал с разгона.

От кухни к коридору. Дрифт на повороте.

Когти цокнули по ламинату.

Ведьма поморщилась. Не открыла глаз.

— Барсик, тише. Я концентрируюсь.

Я не мог быть тише.

Я был проводником.

Если она заземляла поток, то я его рассеивал.

Я прыгнул на диван. Оттолкнулся. Полетел на шкаф.

Тень метнулась следом.

В комнате завибрировало. Свечи закачались, хотя сквозняка не было.

Ведьма сбилась.

— Ты сбиваешь ритм! — воскликнула она.

— Я создаю вихрь! — подумал я. — Твой поток слишком медленный! Ему нужно ускорение!

Я сделал круг почета вокруг неё.

Восьмерка. Знак бесконечности.

Моя шерсть искрила. Я чувствовал, как статика стекает с кончиков усов.

Ведьма вздохнула. Сдалась.

— Ладно, — прошептала она. — Работаем вместе.

Она изменила —------------Вместо спокойного « Ом» начала ритмично хлопать в ладоши.

В такт моим шагам.

Прыжок — хлопок.

Приземление — хлопок.

Мы синхронизировались.

Она направляла энергию вверх. Я разгонял её по низам.

Комната загудела.

Тени в углах заплясали. Не страшные. Веселые.

Луна за окном пульсировала в унисон с моим сердцем.

Это был не хаос. Это был Танец.

Тыгыдык-ритал высшего порядка.

Когда энергия нашла выход, я резко остановился.

Упал на бок. Выпустил язык.

Ведьма тоже выдохнула. Открыла глаза.

Они светились. Серебром. Как у меня в темноте.

— Получилось, — сказала она тихо. — Заряд ушел в землю.

— Конечно получилось, — подумал я, лежа на спине. — Я же работал.

Лапы дрожали. Батарейка села.

Ведьма подошла. Погладила по животу.

— Спасибо, партнер. Без твоего... вихря... я бы перегрелась.

Я замурчал. Громко. Как трактор.

Вибрация успокаивала после гонки.

Луна светила. Свечи догорали.

Мы сидели в центре выжженного круга.

Усталые. Счастливые.

Заземленные.

— В следующий раз, — сказала Ведьма, — предупреждай, когда начнешь бегать.

— Не могу, — подумал я. — Это инстинкт.

— Тогда я буду готова, — улыбнулась она.

Мораль: Полнолуние влияет на всех.

Ведьмы становятся мощнее. Коты становятся быстрее.

Если ваш кот начал бегать по стенам в полнолуние — не мешайте.

Возможно, он распределяет потоки энергии в вашей квартире.

И помните: Тыгыдык — это не вредность. Это техническая необходимость для сброса напряжения сети.

Часть 7. Поиск потерянного (Магия против Инстинкта)

Ведьма потеряла кольцо. Решила его искать своими методами. Ну пусть побалуется.

Она приготовила стол.

Свеча. Маятник. Колода карт.

Всё по правилам.

Я сидел на шкафу. Зевал.

Зачем столько сложностей?

Вещи не теряются. Они прячутся.

И чаще всего они прячутся там, где темно и пыльно.

Ведьма начала ритуал.

Водила маятником над картой квартиры.

— Где ты, потеря? Отзовись...

Маятник качался. Лениво.

Карты лежали рубашкой вверх.

Свеча трещала.

Прошло десять минут. Ноль результата.

Энергия вещи холодная. Старая. Маятник её не чувствует.

Я спустился со шкафа.

Потянулся.

Подошел к дивану.

Там, под юбкой, в темноте, что-то блеснуло.

Микро-вспышка. Для человеческого глаза — незаметно. Для кошачьего — как прожектор.

Я заглянул под диван.

Там жили пыльные кролики. Шерсть. Монеты. Фантики.

И ОНО.

Круглое. Блестящее. Холодное.

Идеальная игрушка.

Я потрогал лапой.

Покатилось.

Звякнуло о ножку дивана.

Ведьма обернулась.

— Барсик, не трогай! Там пыль!

Я игнорировал.

Вещь была интересной. Она пахла металлом и пальцами.

Я выгреб её лапой на свет.

Пинул носом.

Она покатилась к ногам Ведьмы.

Ведьма ахнула.

— Оно!

Подняла. Прижала к груди.

— Как ты нашел?! Маятник даже не дрогнул!---Ведьма посмотрела на меня.

Я делал вид, что умываюсь. Случайность. Просто лапа соскользнула.

Дама смотрела на меня с уважением.

— Ты настоящий маг!

— Я не маг, — подумал я. — Я кот. Магия — это когда ты тратишь силы на карты. Инстинкт — это когда ты видишь блеск.

Ведьма посмотрела на стол.

Карты лежали бесполезной кучей.

Свеча догорела впустую.

— Знаешь, — сказала она, собирая карты. — Может, мне проще тебя спрашивать?

— Может, — согласился я. — Но тогда ты останешься без работы.

— А ты?

— А я останусь без шоу.

Она рассмеялась.

Достала премиум корм.

— Твоя доля. За оперативную работу.

Я начал есть.

Вкус победы разума над мистикой.

Вкус найденного сокровища.

Пока я хрустел, Ведьма протирала стол.

— В следующий раз, — сказала она, — сначала спросим у кота. Потом зажжем свечи.

— Правильный порядок, — подумал я. — Сначала практика. Потом теория.

Мораль: Магия — это инструмент. Инстинкт — это навигатор.

Если вы потеряли вещь — не спрашивайте звезды.

Спросите кота.

Если кот посмотрел под диван и чихнул — значит, вещь там.

Если кот лег на место потери — значит, вещь уже не нужна. Она стала частью фундамента.

И помните: Лучший детектор драгоценностей — это кошачья лапа. Точность 100%. Оплата — кормом.

Кухня изменилась.

Обычно здесь пахло кофе и кормом. Сегодня пахло воском, травами и чем-то древним.

Ведьма стояла у плиты. На конфорке стояла кастрюля. Но внутри был не суп.

Там плавилось время.

Воск. Белый, твердый, скучный. Сейчас он стал жидким, как молоко.

Я сидел на стуле. Наблюдал.

— Это не еда, — сказала Ведьма, не оборачиваясь.

— Я знаю, — подумал я. — Еда не пахнет пчелиным трудом и лавандой.

Но было тепло.

От кастрюли шел жар. Приятный. Убаюкивающий.

Ведьма достала формы.

Силиконовые. Мягкие.

Идеальные лежанки мини-формата.

Я потянулся носом.

— Не трогай, — предупредила она. — Это для клиентов.

— Клиенты подождут, — подумал я. — А форма пустует.

Она начала колдовать.

Не руками. Словами.

Шептала над кастрюлей.

— На защиту дома... На покой души... На свет в темноте...

Воск пульсировал. Впитывал слова.

Для меня это выглядело так: она заряжала батарею.

Но батарея была восковая. И хрупкая.

Потом пошли добавки.

Сушеная полынь. Цветы ромашки. Щепотка соли.

— Для очистки, — пояснила она.

Я чихнул. Полынь щекотала нос.

— Слишком резко, — подумал я. — Нужно мягче.

Я запрыгнул на стол.

Она замерла.

— Барсик, осторожно! Горячо!

Я проигнорировал предупреждение.

Подошел к кастрюле.

Понюхал пар.

И начал мурчать.

Громко. Глубоко.

Вибрация пошла от моего горла к столу. От стола к кастрюле. От кастрюли к воску.

Ведьма посмотрела на меня.

— Ты что делаешь?

— Заряжаю, — подумал я. — Твои слова — это воздух. Моё мурчание — это ток.

Воск в кастрюле завибрировал в унисон.

Травы внутри зашевелились, хотя сквозняка не было.

Ведьма улыбнулась.

— Ладно. Помогай.

Она взяла половник.

Начала разливать воск по формам.

Раз. Два. Три.

Воск застывал на глазах. Твердел. Белел.

Но внутри оставался теплым.

Я смотрел на фитили.

Тонкие нитки. Торчат вверх.

Выглядят как змеи. Маленькие, безопасные змеи.

Лапа дернулась.

— Не смей, — сказала Ведьма. — Сбиваешь фитиль. Будет гореть криво.

— Кривой огонь — это живой огонь, — возразил я мыслью.

Но лапу убрал.

Сидел. Смотрел. Контролировал качество.

Когда последняя форма заполнилась, Ведьма выдохнула.

— Готово. Теперь пусть застынут до утра.

Она начала убирать со стола.

Остатки воска соскребла в кучку.

— Это брак, — сказала она. — Выкинуть.

Я подошел к кучке.

Понюхал.

Пахло магией. Пахло трудом. Пахло теплом.

— Не выкидывай, — сообщил я. — Это мой гонорар.

Ведьма рассмеялась.

— Ты хочешь есть воск?

— Нет. Я хочу его греть.

Я лег рядом с остатками.

Воск был еще мягким.

Я оставил на нем отпечаток лапы.

Свою печать.

Теперь это были не просто свечи.

Это были Свечи с Печатью Кота.

Если клиент зажжет такую дома — он почувствует не только защиту.

Он почувствует, что за ним наблюдают.

Что в доме есть Хозяин.

И этот Хозяин одобряет порядок.

Ведьма задула свет на кухне.

— Пойдем спать, — сказала она.

— Иди, — подумал я. — Я посторожу воск.

Она ушла.

Я остался.

Смотрел на формы.

Воск медленно остывал. Белел.

В тишине кухни было слышно, как они трещат.

Застывают.

Принимают форму.

Я закрыл глаза.

Но одно ухо осталось повернутым к столу.

Вдруг какая-нибудь свеча решит сбежать?

Вдруг фитиль решит выползти?

Нет.

Они знали, кто здесь главный.

Они застыли ровно.

Как солдаты на параде.

Утром Ведьма пришла проверять.

Посмотрела на мою лапу в застывшем воске.

Не стала стирать.

— Пусть будет, — сказала она. — Это знак качества.

Упаковала свечи в коробку.

Отнесла на почту.

Я остался один.

На столе было пусто.

Но пахло воском.

И мной.

Мораль: Свеча — это не просто фитиль в парафине.

Это застывшее намерение.

Если вы покупаете свечи у ведьмы — посмотрите внимательно.

Если на боку есть отпечаток лапы — берите не думая.

Это значит, что свеча прошла контроль качества.

И она будет гореть ровно.

Потому что кот разрешил.

Дверь открылась.

В квартиру зашла Она.

Не Ведьма. Другая.

В руках — переноска.

Из переноски пахло тревогой, валерьянкой и… другой кошкой.

Я поднял голову со стула. Уши вращаются. Радары включены.

Ведьма улыбнулась.

— Проходите, Мария. Это Барсик. Он свой.

— Свой? — переспросила Мария. — А моя… она особенная.

Она поставила переноску на пол. Открыла дверцу.

Вышла ОНА.

Белая. Пушистая. Как облако, которое случайно упало с неба и не разбилось.

Глаза голубые. Холодные.

Она посмотрела на меня.

Я посмотрел на неё.

— Привет, — подумал я. — Я здесь главный. Ты в гостях. Не наглеть.

Она моргнула. Медленно.

— Я вижу тебя, — подумала она в ответ. — И то, что за тобой.

Я насторожился.

Что за мной? За мной только хвост. И тень.

Мария начала объяснять.

— Это Луна… она странная. Смотрит в пустые углы. Шипит на гостей, которых еще нет. Вчера смотрела на стену и мяукала. Я думаю, она чувствует… сущностей.

Ведьма кивнула.

— Бывает. Коты — хорошие детекторы.

— Я не детектор, — подумал я. — Я хозяин. Детекторы носят жетоны.

Луна нюхала воздух.

Поморщилась.

— Пахнет собакой, — сообщила она мне телепатически. (На самом деле просто фыркнула).

— Это Андрей был, — ответил я. — Он спонсор. Не трогай.

Луна прошла по комнате.

Не как гость. Как инспектор.

Остановилась у угла. Пустого. Там стоял только фикус.

Она села. Посмотрела в угол.

Уши прижались. Хвост дергается.

— Кто там? — спросила Мария шепотом.

— Никого, — сказала Ведьма. — Там только пыль.

Луна зашипела.

На пустоту.

Я подошел ближе.

Посмотрел в угол.

Ничего. Только пыль. И муха.

— Эй, — толкнул я её лапой. — Ты чего пугаешь людей? Там муха.

— Не муха, — ответила Луна. — Тень. Маленькая. Злая.

Я присмотрелся.

Точно. Между листами фикуса мелькнуло что-то серое. Лярва. Остаток чьего-то плохого настроения.

Я удивился.

Обычно я вижу их первым. Я же Санитар.

А эта… вата пушистая… заметила раньше?

— Она видит тонкие тела, — прошептала Ведьма Марии. — У неё дар.

— Дар? — фыркнул я. — Это работа. И она её делает без перчаток.

Луна перевела взгляд на меня.

Прищурилась.

— А у тебя… — начала она.

— У меня что? — напрягся я.

— У тебя их много, — закончила она. — Теней. Но они… послушные.

— Это моя свита, — гордо подумал я. — Я ими управляю.

— Везет, — сказала она. — Мои меня кусают.

Мария вздохнула.

— Что делать? Как ей помочь?

Ведьма посмотрела на меня. Потом на Луну.

— Им нужно поработать в паре.

— Нет, — возразил я. — Я одиночка.

— Я тоже, — поддержала Луна. — Но он хоть чистый.

Ведьма достала две миски.

Поставила рядом.

Насыпала корм.

Премиум. С лососем.

— Обед примирения, — объявила она.

Я подошел.

Луна подошла.

Мы ели молча.

Плечом к плечу.

Иногда наши усы соприкасались.

Статический разряд. Искра.

— Неплохо, — подумала она.

— Неплохо, — подумал я. — Но углы все равно мои.

— Договорились, — ответила она. — Я буду смотреть вверх. Ты вниз.

— Честно, — согласился я.

Мария улыбалась.

— Смотрите! Они дружат!

— Мы не дружим, — подумали мы хором. — У нас партнерские отношения..

Когда гости ушли, Ведьма посмотрела на меня.

— Ты ее принял.

— Она полезная, — ответил я взглядом. — Видит то, что я пропускаю.

— Ревнуешь?

— Нет. Просто оценил кадры.

Я прыгнул на стул.

Луна осталась на полу. Она еще нюхала углы.

Работала.

Ладно. Пусть работает.

Главное, чтобы не забывала, кто здесь старший по миске.

Мораль: Если ваша кошка смотрит в пустой угол — не мешайте.

Там может быть кто-то.

Или просто муха.

Но если она начала шипеть на вашего кота — значит, она видит его ауру.

И если она все еще ест с ним из одной миски — значит, аура чистая.

Помните: Два кота в доме — это не двойная шерсть. Это двойная защита.

Один смотрит вниз. Другой вверх.

А вы просто платите за корм.

Холодильник изменился.

Обычно он гудел сыто, тяжело, обещая сливки, рыбу и остатки вчерашнего праздника. Сегодня он гудел голодно. Легко.

Когда Ведьма открыла дверцу, оттуда пахло не жизнью. Там пахло травой. Зеленой, хрустящей, бесполезной травой.

Я сидел на кухне. Ждал.

Миска была пуста. Нет, не так. В миске было что-то зеленое. Похожее на наполнитель, но не он.

— Это полезно, — сказала Ведьма.

Она сидела за столом. Жевала стебель.

Звук был таким, будто кто-то ломает сухие ветки рядом с ухом.

Я посмотрел на нее.

Она уменьшалась.

Не буквально. Но аура становилась тоньше. Цвет уходил из щек. Запах силы исчезал, сменяясь запахом хлорофилла и грусти.

— Ты теряешь форму, — подумал я. — Хищник не может жить на подножном корме.

Она не слышала. Она считала калории.

Цифры для нее были важнее энергии.

Я видел, как ее руки дрожали, когда она тянулась за очередным листом салата.

Это было неправильно.

В стае вожак должен быть сытым. Если вожак голодает — стая в опасности.

Я должен был вмешаться.

Первым делом я предложил свою помощь.

Поймал муху. Не съел. Принес ей.

Положил на край стола. Рядом с ее тарелкой зелени.

— Вот, — сообщил я. — Белок. Быстрый. Свежий.

Ведьма посмотрела на муху. Потом на меня.

— Барсик, нет, — сказала она устало. — Это грязно.

— Это чисто, — возразил я мыслью. — Я сам ее ловил. Она здоровая.

Но она смахнула муху в мусорку.

Я сидел в шоке. Она отвергла дар! Она отвергла жизнь!

Тогда в игру вступил тяжелая артиллерия.

Андрей.

Тот-Что-Дает-Тунец.

Он пришел вечером. Принес пакет. Из пакета пахло счастьем. Колбасой. Сыром. Чем-то настоящим.

Ведьма смотрела на пакет голодными глазами. Но отвернулась.

— Я не могу, — сказала она. — У меня режим.

Андрей пожал плечами. Положил пакет на стол. Пошел мыть руки.

Это был мой шанс.

Я подошел к пакету.

Нюхал. Определял цель.

Кусок сыра. Твердый. Желтый. Пахнет солнцем и коровой.

Идеально.

Я аккуратно поддел пакет лапой. Он шуршал. Предательски громко.

Я замер. Андрей плескался водой в ванной. Ведьма медитировала в комнате.

Тишина.

Я вытащил сыр.

Он был тяжелым. Скользким.

Я понес его к её тарелке.

Не просто положил рядом. Спрятал.

Под листья салата. Как клад. Как секрет.

Чтобы она нашла случайно. Чтобы не чувствовала вины.

Вернулся на стул. Начал умываться.

Делал вид, что я просто кот. Что я не знаю о заговоре.

Андрей вышел. Сел за стол.

— Ты точно не хочешь попробовать? — спросил он.

— Нет, — сказала Ведьма. — Только салат.

Она взяла вилку.

Погрузила её в зелень.

Наткнулась на сыр.

Замерла.

Посмотрела на сыр. Потом на меня.

Я смотрел в окно. В профиль. Невинность воплощенная.

— Это ты? — спросила она тихо.

— Я не знаю, о чем ты, — подумал я. — Возможно, сыр сам прыгнул в салат. Магия же.

Она улыбнулась.

Впервые за неделю улыбнулась по-настоящему.

Взяла сыр. Откусила.

Цвет вернулся в ее щеки мгновенно. Как будто она выпила эликсир.

Андрей посмотрел на нее. Потом на меня.

Понял.

Подмигнул.

— Ну, — сказал он. — Диета диетой, а голодать нельзя.

Ведьма вздохнула.

Съела еще кусок.

Потом еще.

Салат остался нетронутым.

Но ей уже было все равно.

Она ела. Жевала. Глотала.

Звуки были другими. Не хруст веток. Звук жизни.

Я запрыгнул ей на колени.

Лег.

Положил голову на её руку.

Она гладила меня.

Теплой рукой. Сильной.

— Спасибо, — прошептала она.

— Не за что, — подумал я. — Это моя работа. Следить, чтобы ты не исчезла.

Андрей достал еще что-то из пакета.

Ветчину.

Положил мне в миску.

Официально.

— Премия за организацию, — сказал он.

Я начал есть.

Вкус победы.

Вкус того, что стая снова в сборе.

Вкус того, что здравый смысл победил цифры.

Ведьма доела сыр.

Оттолкнула тарелку с салатом.

— Завтра начну заново, — сказала она.

— Нет, — подумал я. — Завтра ты начнешь жить.

Я закрыл глаза.

Живот был полон.

Вожак был сыт.

Баланс восстановлен.

Мораль: Диета — это человеческая выдумка.

Для кота есть только два состояния: сыт и голоден.

Если ваш кот начинает подкладывать вам еду в тарелку — не сопротивляйтесь.

Это не вредительство. Это терапия.

Он видит, что вы угасаете. Он спасает вас от вашей же глупости.

И помните: Любая диета заканчивается там, где начинается кот.

Потому что кот всегда знает, где спрятан сыр.

И он отдаст его вам.

Если посчитает, что вы достойны.

Ночь.

На столе горели свечи. Не те, что для клиентов. Старые, толстые, в потеках воска.

Посередине лежала ОНА.

Книга.

Старая. Кожаный переплет, потрескавшийся от времени. Страницы желтые, как осенние листья.

Ведьма сидела перед ней. Сгорбилась. В руке перо. Макает в чернила. Пишет.

Я сидел на стуле. Наблюдал.

Для неё это была Книга Теней. Сборник заклинаний. Рецепты. Проклятия.

Для меня это была самая теплая лежанка в доме.

Бумага хранит тепло. Чернила пахнут железом и силой.

И она лежала пустая. Незанятая.

Ведьма писала медленно. Выводила буквы.

— Защита дома… — шептала она. — От огня… от воды… от злых языков…

Я зевнул.

Скучно.

Слова летели в воздух. Исчезали.

Чтобы заклинание работало, его нужно заземлить.

А лучший заземлитель в этом доме — это я.

Я прыгнул на стол.

Бесшумно. Как призрак.

Ведьма вздрогнула.

— Барсик, не сейчас! Я пишу важный ритуал!

— Важно — это когда сделано, — подумал я. — А пока это просто чернильные каракули.

Я прошелся по странице.

Прямо поверх текста.

Мои лапы были чистыми. Почти.

Немного пыли. Немного шерсти. И много магического потенциала.

Чернила еще не высохли.

Они размазались под подушечками.

На бумаге остались отпечатки.

Четыре четких круга. И коготки.

Ведьма ахнула.

— Ты испортил страницу! Это же древний рецепт!

— Я его подписал, — поправил я. — Без визы проект не утверждается.

Она хотела стереть.

Но остановилась.

Посмотрела на следы.

Чернила впитались в мои отпечатки иначе. Стали глубже. Темнее.

Засветились слабым фиолетовым светом.

—Чудно, — прошептала она. — Энергия… стабилизировалась.

Я лег на книгу.

Прямо на текст.

Животом на слова.

— Ты что делаешь?! — всполошилась Ведьма. — Сотрешь всё!

— Я впитываю, — подумал я. — Лишнее убираю. Оставляю только суть.

Под моим весом страницы шуршали.

Тепло моего тела проникало в бумагу.

Активировало чернила.

Заклинание, которое она писала часами, ожило за минуту.

Я почувствовал, как оно завибрировало подо мной, я тоже включил тарахтелку.

Мурчащее заклинание.

Ведьма замолчала.

Смотрела на меня.

Потом на книгу.

— Знаешь, — сказала она тихо. — В старых гримуарах есть примечания.

— Какие? — спросил я взглядом.

— «Если кот лег на книгу — заклинание считается сильным». «Если кот наступил лапой — защита будет вечной».

— Конечно, — подумал я. — Вы же люди. Вам нужны инструкции.

Я поднялся.

Потянулся.

На странице остался идеальный след моей правой задней лапы.

Прямо рядом со словом «Защита».

Ведьма не стала стирать.

Взяла перо.

Обвела контур лапы чернилами.

— Соавтор, — сказала она с улыбкой.

Я умывался рядом.

Вылизывал чернильное пятно с подушечки.

Вкус горький. Магический.

Как будто съел кусочек заклинания.

Теперь я чувствовал эту защиту кожей.

Если кто-то придет со злом — они почувствуют меня.

Даже если меня нет в комнате.

Ведьма закрыла книгу.

Положила руку на обложку.

— Спасибо, — сказала она. — Без тебя было бы… сухо.

— Без меня было бы бесполезно, — подумал я. — Магия без кота — это просто буквы.

Она достала из ящика стола тюбик.

Паста.

Солодовая.

Для вывода шерсти.

Но для меня это был десерт.

— За консультацию, — сказала она.

Я начал лизать.

Вкус победы.

Вкус соавторства.

Вкус того, что мое имя (вернее, лапа) теперь в истории.

Пока я наслаждался, Ведьма убирала свечи.

— Завтра напишу еще одно, — сказала она. — Про удачу.

— Не забудь оставить место, — напомнил я взглядом. — Для печати.

Она кивнула.

Погасила свет.

Мы ушли спать.

Книга осталась на столе.

Лежала закрытая.

Но внутри неё, между страниц, жило мое тепло.

И мои отпечатки.

Мораль: Ни одно заклинание не считается действительным без кошачьей визы.

Если вы пишете книгу теней — оставьте поля широкими.

Кот должен иметь возможность пройти по тексту.

И помните: Чернила смываются. А авторство остается.

Особенно если автор ходит на четырех лапах и требует пасту за работу.

От автора

Про то, чтобы посмотреть в глаза своей боли и сказать: «Хватит».