Ведьмино сердце. Академия Даймонс

— Мисс Вейден?

— Вейден-Торментай, будьте любезны, — проскрипела я, спешно натягивая обратно перчатку.

Пальцы за несколько секунд на морозе закоченели и не слушались.

На ночь ворота запирают, и бдящий у калитки вахтер уходит домой. Активация звонка на входе в академию в неурочное время — только магией. Иначе сигнал не дойдет до дежурного.

И так не с первого раза сработало. Система старая, давно пора заменить, но в провинциальном заведении бюджет на такую роскошь не рассчитан.

Мужчина, надо ему отдать должное, несся сюда прямо-таки галопом. Раскраснелся, куртку накинул впопыхах, волосы растрепались. Я с трудом сдержалась, чтобы не поправить упавшую на щеку светлую, почти белую прядь. Неправильно поймет как пить дать. А мне еще работать с ним бок о бок остаток учебного года!

— Я Валентайн Брун, куратор боевиков. Преподаю магическое право, — кратко отрапортовал встречающий и потянулся к моим чемоданам.

«Для юриста он в слишком хорошей физической форме, — пронеслось в голове. — Похож больше на того же боевика, чем на занудного книжного червя».

По щелчку пальцев багажный комплект из шести единиц разнокалиберных саквояжей взмыл в воздух и неспешно поплыл следом за мной.

Мистер Брун уважительно крякнул и протянул руку, чтобы помочь мне перебраться через сугроб у ворот. Причем подхватил меня не за ладонь, а за предплечье, как бабулю, готовую в любой момент рассыпаться в труху.

«Да он же решил, что я древняя старушенция», — дошло до меня.

Понятно почему. Голос с мороза дрожит и охрип, еще и белая опушка капюшона сбивает с толку. Лица в сумраке толком не разглядеть, а светить даме в морду фонарем — не слишком прилично.

В переписке меня тоже частенько принимали за женщину в возрасте ближе к пенсии — из-за старомодно-вычурной речи и разносторонней эрудиции. Мол, не бывает у юниц таких познаний.

Посмеиваясь мысленно, я позволила провести себя под локоток до самого крыльца, а после и в основное здание.

Занятия давно закончились, пустой холл гулко отзывался эхом на наши шаги.

— Магистр Краук ждал вас утром. Но должен быть еще на месте, он обычно допоздна засиживается. — Мистер Брун зашел мне за спину, чтобы галантно принять плащ.

Я не отказала себе в удовольствии, эффектно скинула ему на руки верхнюю одежду и обернулась, чтобы поймать расцветающее в глазах изумление.

Восторга там, впрочем, не было. Скорее негодование, будто я его обманула в лучших чувствах и предала.

— Поезд застрял, пути занесло. Потому пришел намного позже положенного, — пояснила я нормальным голосом, прокашлявшись и скрыв тем самым неуместное хихиканье. — К сожалению, в дороге возможности уведомить магистра у меня не было.

Куратор не сразу нашел, что ответить.

За его спиной с деликатным шорохом приземлились чемоданы. Таскать их туда-сюда по лестницам желания никакого, только силу зря расходовать. Все равно потом мне должны предоставить жилье.

По крайней мере, так было сказано в контракте, который я на днях подписала.

Мой коллега, мистер Берзин, оказался необычайно безответственным человеком и покинул стены академии посреди семестра. У четвертого и пятого курса промежуточные экзамены на носу, зачеты, а он собрал вещи и свалил в закат!

Еще и оправдание выдумал идиотское.

Призраки его, видите ли, одолели.

Некромант ты или где? Изгнал бы и дело с концом.

Повезло им, что я находилась во временном отпуске и милостиво согласилась занять должность преподавателя практической некромантии.

— Насколько мне известно, магистр посылал в столицу запрос на опытного специалиста, — сформулировал наконец мистер Брун. — У нас тут небольшие проблемы потустороннего характера. Правда, видят их далеко не все…

— Не переживайте, все решим! — я покровительственно похлопала его по руке. — Ваш начальник обратился по адресу. Я как раз очень опытный специалист. А на вас — проклятие.

С этими словами я развернулась и неспешно двинулась к центральной лестнице.

Академии в Тилземе строят примерно по одному шаблону. Побывала в одной — была, считай, во всех. Не заблужусь.

Мистер Брун догнал меня только на втором этаже.

— Какое еще проклятие? — выдохнул он тревожно.

— Маленькое такое. И свежее, — прищурилась я, изучая его ауру. — Не переживайте, через недельку само отвалится.

Не уточняя, что именно, обошла неподвижно стоящего куратора и направилась к кабинету главы академии.

Мистер Краук оказался на месте и моему появлению обрадовался примерно так же, как мистер Брун ранее.

То есть не сильно.

— Мисс Вейден? — уточнил он обреченно, привставая из кресла в виде приветствия.

— Мисс Вейден-Торментай, — ласково оскалилась я.

— Да-да, конечно. Добрались хорошо?

— Устала как собака. — Не дожидаясь приглашения, подошла к столу, выуживая по дороге из сумочки подписанный обеими сторонами договор. — Ставьте печать и не буду вас больше задерживать. Надеюсь, завхоз еще не спит. Мне бы ночь в комнате провести, а не под лестницей!

Магистр подавился заготовленными любезностями и рухнул обратно.

Кожаная поверхность дорогого кресла жалобно скрипнула.

Мебель здесь подбирал явно не тот же, кто занимался интерьером академии. Подозреваю, мистер Краук перевез ковры и шкафы из семейного особняка, потому что черненое южное дерево на бюджетные деньги точно не купить. Даже если экономить на дверных системах.

— Вы ознакомились с запросом? — тоскливо переспросил магистр. — По академии бродит призрак или дух, или кто его знает что…

В последний момент мистер Краук слегка перефразировал, чтобы вышло цензурно.

Бумага, полученная министерством и обозначенная как «Срочно», содержала выхолощенные и крайне скудные сведения. Преподаватель позорно дезертировал без предупреждения, нужна замена, непременно с опытом полевой и практической работы с потусторонними сущностями.

Конечно, я просто не могла не согласиться!

Мне еще диссертацию писать, а благодаря усердным стараниям папеньки на протяжении более чем сорока лет неизученных подвидов нечисти почти не осталось.

Мог бы и для дочери приберечь пару-тройку разновидностей!

Надеюсь, мне здесь повезет, потому что призраки и духи бывают множества уровней и спецификаций. Авось какой новый обнаружу.

— Ознакомилась! — довольно улыбнулась я. — Жажду изучить феномен, так сказать, непосредственно на месте.

— Главное, не сбегайте как ваш предшественник. — Магистр моего энтузиазма не разделял. — Хоть за пару недель предупредите, чтобы мы вам замену подыскали. Как назло, разгар учебного года…

Он снова не договорил, но не нужно уметь читать мысли, чтобы понять, о чем подумал мистер Краук. Прислали малолетку из столицы, лишь бы отвязаться. Частая реакция на мое появление — до тех пор, пока не увидят мой дар в действии. После этого вопросы и сомнения обычно отпадают.

— Не волнуйтесь, не придется, — твердо заверила я мистера Краука. — У меня более двадцати лет активного стажа. Думаю, даже мистер Берзин не мог похвастаться таким сроком непосредственной работы с нечистью. Насколько мне известно, он предпочитал кабинетный стиль изучения.

— То есть был теоретиком, — прищурился магистр. — А вы, значит, практик? Имеете отношение к магистру Вейдену?

Мой самый ненавистный вопрос.

Отца я обожаю, но постоянное сравнение с ним просто выносит мозг.

— Дочь, — сдержанно пояснила и услышала в ответ ожидаемое:

— О, тогда понятно.

Именно потому я и добавила в документы через дефис девичью фамилию матушки. Хоть теперь в научных изданиях нас различить можно, а то на первую букву имени мало кто внимание обращает. Что им К — Клара, что им Р — Роланд. В мелком шрифте так вообще не различить.

— Пойдемте, мисс Вейден, вам теперь в хозяйственную часть, — заулыбался мистер Краук. — Мистер Яунз обещал подождать.

— Вейден-Торментай, — устало поправила я и поднялась.

Куратор Брун по-прежнему торчал за дверью. Подслушивал, что ли?

— О, Валентайн, вы еще здесь? Проводите даму, будьте любезны! — сбагрил меня магистр с нескрываемым облегчением.

И дверь за моей спиной сразу захлопнул, не дожидаясь ответа опешившего дежурного.

— Нам в хозяйственную часть, — пояснила я, с трудом скрывая зевок.

Время к полуночи, а с утра уже на лекции.

Знать бы еще, что они сейчас проходят! Программы у всех академий немного отличаются, в Даймонс делается упор на практические дисциплины. Пожалуй, наведаемся со старшими на ближайшее кладбище. Основы-то они уже должны были освоить!

А младшим можно дохлую мышь принести на занятие. Или крысу. Пусть тренируются.

— Значит, остаетесь? — прервал мои приятные раздумья мистер Брун.

— А вы сомневались? — хмыкнула я, поглядывая в сторону мужчины.

Упрямая белая прядь по-прежнему маячила над его бровью, норовя попасть в глаз. Я все-таки не выдержала и заправила ее за ухо.

Куратор боевиков отскочил как ошпаренный.

Я подняла распахнутые ладони в знак мирных намерений.

— Простите, оно меня просто раздражало — сил нет, — искренне призналась ему.

— Вы всегда делаете, что в голову придет? — с ноткой восхищения поинтересовался мистер Брун.

— Почти всегда. Зачастую это спасает чужие жизни. И мою.

Инстинкты в некромантии — чуть ли не главное.

Ты можешь сколько угодно зубрить по справочникам классификацию нежити, изучать трупы в мертвецкой, неделями наблюдать за работой профессионала, но как только ты остаешься один на один с беспокойным духом или морном, которого и не увидеть толком даже магическим зрением, тут-то и становится ясно, теоретик ты или практик.

Если интуиции нет, если подсознание не срабатывает раньше рук — ты мертвый теоретик.

К счастью, в наши дни склонности одаренных определяют уже в раннем возрасте. Исследователи нужны в любых сферах, в том числе и в некромантии. Поднять мертвеца для допроса, призвать недавно усопшего для решения судебной тяжбы — рутинные и относительно безопасные процедуры. Мало шансов, что из простого обывателя поднимется лич.

А вот то, что испугало мистера Берзина и вынудило его пуститься в бега посреди ночи, явно выходило за рамки привычного. Вероятно, он попробовал основные ритуалы, и когда те не сработали, запаниковал.

Завхоз действительно не спал. Мистер Яунз обладал знатными усищами, военной выправкой и умеренно-круглым брюшком. Судя по крепкому травяному аромату, народные средства для поддержания боевого духа он тоже уважал.

— Мне, пожалуйста, ту комнату, где жил прежний некромант, — взяла я быка за рога сразу после обмена приветствиями.

— Не боитесь призраков-то? — подкрутил растительность на лице хранитель академического имущества.

— Пусть они боятся, — мило улыбнулась я.

Куратор боевиков покосился на меня со скептицизмом, но вслух ничего не сказал.

Все-таки столица куда прогрессивнее провинции. На женщину в брюках пальцем не показывают, статьи публикуют без указания пола автора. А вот в захолустье вроде этого по-прежнему приходится каждым вдохом доказывать, что ты достойна, соответствуешь и превосходишь.

Главное, ключ выдали.

А еще два комплекта постельного белья с полотенцами, безразмерный халат (тут отель, что ли?), доисторический чернильный набор с металлическими перьями, стопку тетрадей и две карточки — пропуска.

— Ежели вам в библиотеку надо или в столовую, то вот эту используйте, — мистер Яунз придвинул по стойке светло-серую, с серебристым кантом. — А вот это для оружейной, полигона и прочих опасных мест. Всем преподавателям положено.

Передавать мне вторую, темно-синюю, он не спешил.

Потеряв терпение, я дернула ее на себя магией и убрала в кармашек на поясе. Туда же, где уже лежал старомодный ключ с витой нашлепкой, напоминавшей оленьи рога. Толку от таких чуть, одна декорация.

Придется на дверь еще следилок и звоночков понавешать.

Девушка я молодая, привлекательная и одинокая. Мало ли какому идиоту что в голову взбредет.

Защиту и пугалки вешать не буду от греха. Не хватало еще в разгар экзаменов других преподавателей лишиться. Ладно контузит, а вдруг до смерти? Сердце шальнет — и привет.

Украдкой глянула на мистера Бруна.

Нет, такой не испугается. Хотя его бы я, пожалуй, в список запретов и не ставила.

Пусть приходит.

Не подозревая о моих непристойных мыслях, куратор боевиков подхватил сверток с казенным барахлом — тоже магией, немного рисуясь. Мол, я тоже умею и не хуже твоего.

Интересно, какой у него дар? Аура яркая, сочная.

Моя глубинная, вечно голодная суть оживленно встрепенулась, но была тут же подавлена.

Мы не будем жрать коллег. Не для того приехали.