Великие Спящие. Эпилог - 2 (Безымянный раб — 10)

Великие Спящие. Эпилог

Том второй

Тот, кто стоит за кулисами

В конспирологии в рассуждениях о тайных властителях важно не впасть в две крайности. Первая состоит в том, что люди начинают везде и во всём видеть происки таинственных манипуляторов. Искренне веря, что таким сверхсложным механизмом как Торн можно управлять, точно плывущей по морю яхтой. Что до второй крайности, то она значительно коварнее первой. Потому что подразумевает абсолютное неверие в саму возможность управления нашим миром. Смешно, неправда ли?

Из лекции Архимага Виттора, перед слушателями Академии Общей магии

Прологус

О том, что публичная часть сардуорской экспедиции в Поднебесную погибла, Гривс и Барб узнали лишь спустя месяц после случившегося. И случилось это совсем не потому, что они никак не интересовались судьбой коллег. Просто слишком много дел навалилось по прибытии, чтобы у них получалось еще и успевать следить за новостями. Сначала хлопоты, связанные с приездом двух торговых представителей фирмы «Борода и сыновья» — нынешние их личности, подтверждённые всеми необходимыми документами — в столь закрытую страну как Ханьская империя, затем призванный усыпить контрразведку короткий вояж по открытым для сотрудничества с иностранцами предприятиям, и, наконец, скрытое бегство через всю страну на север, где издревле предпочитала размещать свои гробницы аристократия страны. Тут не до газет! И лишь когда они достигли финальной точки своего маршрута — Шайджина, мелкого городка на самой границе леса, — лишь тогда озаботились изучением местной прессы.

И полученные вести их никак не обрадовали.

— Проклятье, всё-таки Владыка был прав, когда отправлял нас отдельно от основной группы, — объявил наряженный в доспех рядового охранника Барб, первым переварив полученную дурную весть.

Будучи полукровкой — сыном Молниеносного и беглянки из Поднебесной — он почти не выделялся среди местных, а потому и сбор информации всегда ложился именно на его плечи. Впрочем на сей раз для получения сведений о судьбе экспедиции особо стараться ему не пришлось — катастрофа с сардуорским кораблём хоть и достигла их нынешней провинциальной дыры с немалым запозданием, резонанс всё равно вызвала немаленький. Об этом судачили на каждом углу, от дешёвой цирюльни до лучшего городского ресторана. Слишком уж заметный щелчок по носу получил Владыка, чтобы это было можно проигнорировать.

— Наш император всегда прав! — сообщил Гривс, мрачно теребя висящую на шее бирку «гостя». Она его безумно раздражала, но что поделать — конспирация есть конспирация. С его внешностью рыжего здоровяка-варвара иначе было никак. — Вот только легче от этого не становится. В отсутствие создаваемой основной командой шумихи нормально не поработаешь. Обязательно какой-нибудь сын хфурга обратит внимание на чересчур любопытных чужаков и донесёт властям. Что тогда делать будем?

— Как обычно, играть в догонялки! — фыркнул Барб. — В первый раз что ли?

— Не в первый, но это совсем не значит, что вляпываясь в очередное дерьмо тарка я получаю от этого удовольствие, — огрызнулся Гривс, который был совсем не в том настроении, чтобы разделить с коллегой его оптимизм. Затем он отбросил в сторону огорчившую его газету и вновь склонился над купленной за большие деньги у местного картографа картой. — Ладно, к мархузу хандру! Что по заданию, есть какие изменения?

— Есть, как не быть, — кивнул Барб покладисто, также в свою очередь приближаясь к испещрённому пометками огромному листу бумаги и отчеркивая ногтем пару новых мест в лесу чуть севернее города. — Старый Ханьсун из мясной лавки сказал, что здесь и здесь дед в молодости находил старые руины, а его приятель по игре в кости поклялся предками, будто прадед когда-то видел в том же районе отряд эльфов.

— Видел боевую звезду и выжил? — вскинул брови Гривс, прекрасно знакомый с привычкой Длинноухих расправляться со свидетелями их тёмных делишек. — Чего-то сомнительно.

— Мне тоже так показалось, но то же самое утверждал сын Линмана, местного знатока древности, и дочь учителя Вана. — пожал плечами Барб. — Так что либо все врут, либо…

— Либо пересказывают тебе городские легенды, в которые сами искренне верят! — закончил Гривс задумчиво. Что, впрочем, не помешало ему поставить в указанных местах обозначающий длинноухих знак и сделать соответствующую запись в извлечённом по такому случаю из кармана блокноте.

— Всё может быть, но что если это правда? Что если эльфы действительно здесь были и искали то же самое, что и мы? — заметил Барб, снова пробежавшись взглядом по карте и лишь под конец подняв глаза на коллегу. — Может это просто признак того, что мы на верном пути?

Гривс, в голове которого вдруг возникла некая, постоянно ускользающая мысль, спешить с ответом не стал. Задумчиво побарабанив пальцами по столу и недовольно покачав головой, он отбросил зажатое в руке магическое стило и шагнул к окну.

— Ярость Кали! Что-то здесь не бьётся!!!

— Поясни, — нахмурился Барб, которому всё как раз казалось достаточно очевидным.

— А ты подумай, — сказал Гривс, отворачиваясь от окна, — вот что мы ищем?

— Древнюю, примерно двухтысячелетней давности или старше гробницу, которая подпадает под выданное нам описание, — медленно ответил Барб, который хоть и находился в том же звании, что и его коллега, однако обычно играл в их тандеме подчинённую роль. На миг замолчал, но когда увидел требовательный взгляд Гривса, с неохотой продолжил: — Бездна, Гривс, можно подумать ты не помнишь содержание той бумажки… Хорошо, могильник не должен быть разорён, иметь чёткую привязку как минимум к трём силовым линиям и обязательно присутствовать в легендах аборигенов. Вероятно наличие следов эльфов, но это не обязательно… Доволен?

— Отлично! — кивнул Гривс, проигнорировав раздражение коллеги. — Итак, с привязкой к энергетически-насыщенным зонам всё просто. Весь север ими буквально испещрён, собственно из-за чего мы отсюда и начали поиск. С присутствием в легендах тоже вроде разобрались — ты каждый день столько сказочек приносишь, что только успевай их переносить на бумагу. Да и намёки на Длинноухих имеются…

— Тогда что не так? — поторопил его Барб.

— Не так у нас с последней частью, с сохранностью захоронений, — протянул Гривс мрачно. — Сам посуди… Как в стране, где грабитель могил считается почётной профессией, где каждый второй не считая первого может указать местоположение какой-нибудь гробницы, и где по лесам некогда шатались вероятно занятые тем же, что и мы светорождённые, может остаться нетронутым двухтысячелетняя могила?! Да её уже давным-давно бы разграбили, даже голых камней нам не оставив!

Последнюю фразу Гривс едва ли не прорычал, что было ему отнюдь не свойственно. В комнате на короткое мгновение повисла тишина, и пока он страдал из-за обнаруженного тупика, Барб кажется подбирал контр-доводы.

— То есть ты хочешь сказать, что всё зря, и мы занимались не тем? — наконец, спросил коллега с интонациями, за которыми явно таился некий подвох.

И Гривс этот момент немедленно считал, тут же с интересом спросив:

— Я что-то упускаю?

— Разумеется! — осклабился Барб. — Мы оба упускаем! Потому как ищем не тайную гробницу некоего неизвестного нам древнего зла… на это ведь нам намекнули, когда сюда снаряжали, правильно?.. а гоняемся за теми обманками, которые призваны отвлечь внимание от основного захоронения. — Тут агент Сардуора явно вспомнил судьбу их экспедиции и спрятал улыбку. — По сути мы в точности повторяем ошибку тех ублюдков, что потопили выставленную на показ яхту с безобидными исследователями и упустили прячущуюся в тени парочку лихих молодцов в нашем лице. Понимаешь?

Гривс сдвинул брови.

— Хочешь сказать, если будем следовать прежнему алгоритму поиска, то не найдём ничего кроме дымовой завесы? Ладно, спорно, однако принимается. Но тогда что именно мы должны искать?

— Это же очевидно! Место, где нет и никогда не было никаких захоронений, — рассмеялся Барб и с ухмылкой ткнул на карте пальцем в ближайшее к городу «пятно», свободное от пометок о могильниках.

— А легенды? — всё же уточнил Гривс, тем не менее уже догадываясь об ответе. Гипотеза Барба звучала действительно интересно.

— А что легенды? Посмотри на те, что мы уже собрали, и среди них наверняка найдётся история о жестоком генерале, которого похоронили то ли здесь, то ли там, а может и вовсе тут. И которая так похожа ещё на десяток аналогичных, что уже не понять, где какая и что к чему относится, — развёл руками страшно довольный собой Барб. — Ну как, убедил?

— Не до конца, но попробовать стоит, — с неохотой ответил Гривс, который пока ещё не разделял энтузиазма коллеги, однако и причин отказывать от проверки подобного рода гипотезы тоже не видел. В конце-концов белых «пятен» на карте окрестностей было не так уж и много, и при должном старании их наверняка можно проверить за месяц-другой.

— Попробуем! Обязательно попробуем, — сверкнул улыбкой Барб, впрочем опыт не позволил ему радоваться чересчур уж сильно и потому дальше он продолжил уже гораздо спокойнее, — вот только что делать если вдруг и эта идея не выстрелит, я даже не представляю…

И тут он снова был прав. Гривс не сомневался в том ни капли. Потому как если удача окажется не на их стороне, и выданный императором поисковый артефакт в проклятом «пятне» не выйдет из спячки, парочке агентов неизбежно придётся обращаться в империю за подмогой. А это совсем не та вещь, которую ожидает начальство от своих самых опытных оперативников.

Так что… так что лучше бы предположение Барба оказалось правдой, и хотя бы одна из столь бросающихся в глаза зон действительно хранила тайну нужной им гробницы. Потому как перспектива провести весомую часть жизни в погоне за ускользающей тенью древнего могильника это совсем не то, к чему стремились данные конкретные бойцы невидимого фронта. И оба с радостью отказались бы от столь сомнительной чести в пользу кого-нибудь другого.

Чтобы не откладывать проверку возникшей у них теории в долгий ящик, Шайджин агенты Сардуора покинули уже на следующее после разговора утро. Благо у них уже давно были подготовлены все нужные припасы, и они могли не тратить время на сборы. Переоделись в наиболее подходящую для блужданий по джунглям одежду — лёгкие доспехи ханьских охотников на монстров и взятые из дома артефактные маски, — закинули за спину чехлы с любимым оружием, похватали рюкзаки с припасами и… и рванули вперёд. Вот только из съёмной квартиры они выходили порознь и на глаза чересчур любопытным соседям также очень старались не попадаться, но это были уже настолько привычные трудности, что агенты Сардуора их почти не замечали.

Настоящие сложности начались уже позже, когда порученцы Владыки вошли в лес. Потому как можно считаться сколь угодно подготовленным воином, пройти бесчисленное количество тренировок на выживание в самых разных средах, но дикие джунгли есть дикие джунгли и быть готовым к ним на сто процентов невозможно. Ведь достаточно миновать безопасную полосу растительности, прилегающую к границе жилых районов, как относительно мирный лес моментально превратится в территорию ужаса. Один неверный шаг, и в незащищённый участок кожи тут же вопьётся хелицерами смертоносный паук, другой, и к шее присосётся очередной, неизвестный исследователям, жужжащий кровосос, третий, и неуязвимый к простому железу удав столь крепком зажмёт в тисках своих объятий, что живым из них уже не выбраться…

Да, просто так по подобным местам не погуляешь! А уж если вспомнить о том, что здесь вокруг полно силовых линий сразу всех Стихий — не зря же маги Корпуса именно этот район страны Хань назвали самым богатым энергией, — то поход на природу и вовсе станет подобен небольшой войсковой операции.

— Может проводника надо было взять? — пропыхтел Барб, после того как час прорубался через заросли лиан и только чудом увернулся от атаки потревоженного его активностью здоровенного паука-вдоводела.

— Чтобы уже через час после возвращения в Шайджин о наших поисках знали все его соседи, а через два — весь город, включая стражу? Гениальная мысль! — иронично воскликнул Гривс, который только-только сменил коллегу в авангарде их маленького отряда и теперь без особой радости принялся воевать с непокорной зеленью.

— Допустим с аборигеном вопрос можно будет решить… — с намёком сказал Барб, тяжело переводя дыхание. Однако как он ни старался, но из-за жары, влаги и духоты отдышаться у него всё равно никак не получалось.

— Можно. Вот только в Шайджин нам тогда путь точно будет заказан! — скривился Гривс, размахивая мачете. — Чем фантазировать, лучше загляни в нашу коробочку. Вдруг покажет чего интересного.

Если честно, то озвучивая своё предложение Гривс ни на что особо не надеялся. Выданный им дома артефакт в виде жестяной шкатулки в ладонь размером, на крышке которого отображалось состояние внешней среды, до сих пор не показывал ничего кроме высокого энергетического фона. Что для их целей было явно недостаточно.

И тем удивительнее стало, когда Барб вдруг разразился проклятиями и прорычал:

— Я же только проверял!

— Чего там? — напрягся Гривс.

— Пишет, уровень ментального фона местности вырос вдвое и продолжает расти! — прочитал Барб, смахивая со лба пот. — А ещё советует срочно воспользоваться доступными защитными средствами и свалить отсюда в закат.

— Да ладно! — воскликнул Гривс и, отказываясь верить в услышанное, подскочил к коллеге. Пару ударов сердца он изучал артефакт, заглядывая собрату-сардуорцу через плечо, после чего резко отвернулся и также принялся сыпать ругательствами.

Барб не шутил, и творение магов Корпуса действительно предупреждало о наличии вокруг них непонятной ментальной аномалии. Правда, какого-то заметного воздействия на разум Гривс пока не ощущал, но кто знает что будет дальше?

— Ты ведь не забыл оберег? — нервно хмыкнул Барб, нашаривая болтающуюся на шее сферу универсального защитного артефакта. Наконец его пальцы сомкнулись вокруг отливающей золотом игрушки и, он с облегчением выдохнул.

— Ничего не забыл. И оберег в кошель положил, и кольца на пальцы надел, и даже пряжку пояса заменил на артефактную — весь вручённый посланцем Владыки набор задействовал! — поморщился Гривс, который не слишком доверял всей этой артефактной мишуре и по возможности предпочитал обходиться без неё.

— Значит, аномалию можно пока не бояться, — обрадовался Барб, в отличие от Гривса относящийся к творениям ремесленников Корпуса с несколько большим доверием. — Двигаем дальше?

— А есть варианты? — буркнул Гривс, сердясь непонятно на что. Потом вспомнил о зафиксированных ментальных воздействиях и немедленно постарался успокоиться — при всей своей эффективности полностью разум не мог защитить ни один амулет, поэтому причиной нарастающего раздражения могли быть и отголоски чужого воздействия.

Видимо Барб переживал нечто похожее, иначе не объяснить, почему в ответ он лишь молча кивнул и, забыв об очерёдности, принялся рубить зелень вместо коллеги. Гривс, разумеется, указывать на эту его оплошность не стал.

Тишина продержалась недолго — минут десять, не больше! Барб уже успел вывести их на небольшую полянку, свободную от деревьев с кустарниками, когда Гривс вдруг поймал себя на необычной мысли и тут же её озвучил:

— Слушай, а тебя не тянет бросить всё и вернуться назад? Я вот сейчас у себя такое заметил…

— Последние пять минут только об этом и думаю, — мгновенно признался Барб, переводя дух. И тут же продолжил: — Но так как понимаю, что это остаточное влияние той магии, которую заблокировали мои артефакты, то могу этому сопротивляться. А ты?

— И я могу, — протянул Гривс, задумчиво, — но ни капли не сомневаюсь — если снять оберег, то как голем со сбитой программой поведения тут же двину обратно. Догадываешься, что это значит?

— Ага. Что моя гипотеза всё больше и больше приобретает черты реальности, — осклабился Барб и неуклюже пошутил: — Надо было с тобой об заклад побиться…

— Надо было, но ты свою возможность прощёлкал и теперь мучайся, — усмехнулся Гривс, в очередной раз дивясь возмутительной удачливости коллеги. О способности Барба выходить сухим из воды там, где остальные обязательно бы вляпались в какую-нибудь неприятности, среди сардуорских полевых агентов уже ходили легенды. Вот только за общей шумихой терялось главное — что удача рано или поздно заканчивается. И Гривс совсем не хотел, чтобы это печальное событие случилось именно в тот момент, когда рядом с коллегой будет находиться кто-нибудь вроде него. — Если же серьёзно, то шансы на сохранность нужной нам гробницы действительно повышаются. Потому как тут просто нечему быть такому, что имело бы смысл прикрывать столь мощным мороком.

Барб кивнул и с натужным из-за чрезмерно влажного воздуха сопением принялся подкручивать на поисковом артефакте миниатюрные верньеры, меняя режим работы магического механизма. Минута напряжённой борьбы с настройками сумрачного гения магов Корпуса, привела к тому, что цифры на экране сменились стрелкой, и датчик уровня ментального воздействия превратился в некий аналог компаса.

— Эпицентр возмущений ищешь? — спросил Гривс, сразу догадавшись о намерениях коллеги.

— Угу, — кивнул тот, потом немного помедлил и, не отрываясь от прибора, спросил, — к слову об эпицентрах. А с чего мы решили, что искать нужно именно гробницу?

На последних словах Барб оторвал взгляд от компаса и посмотрел на Гривса.

— Почему это не может быть просто какой-нибудь подземный бункер или скрытая крипта?

Гривс, только-только успокоившийся из-за подтверждения их спорной гипотезы, вздрогнул и яростно погрозил кулаком.

— Стой! Даже не начинай! Никаких больше теорий, давай разберёмся с тем, что есть, — зашипел он, точно дракон, правда через мгновение уже взял себя в руки и спокойно добавил: — С самого верха это пришло, с самого наивысочайшего! С тем объяснением, что ищем кого-то из той эпохи, свидетелей которой на Торне не осталось, а значит и искать нужно именно что некий аналог гробницы.

— Или нет? — с хитрым прищуром спросил Барб.

— Хфург с тобой! Или нет! — рявкнул Гривс, потом поймал взглядом внезапное мельтешение знаков на поверхности шкатулки и снова выругался: — Мархузово семя, Барб! Следи за агрегатом!

Так похожий на ханьца коллега тут же всполошился и, впившись взглядом в пульсацию вдруг покрасневшей стрелки, завертелся на одном месте.

— Так это… это там!!! — выдохнул он, наконец, и первым рванул в направлении, которое показывал колдовской прибор.

Гривс постарался не отставать, так что следующие несколько минут они сначала метались в поисках прохода между деревьями, а когда указатель вывел их к звериной тропе, то довольно быстро спустились в незамеченную ранее балку. Даже ещё более тёмную и сырую, чем душные, смыкающиеся над головой, заросли тропического леса.

— Ну, что я говорил! — донеслось до Гривса, стоило им спуститься на дно этого небольшого оврага, и перед ними предстал во всей красе источник того самого коварного морока, что и заставил их метаться по джунглям.

— Проклятье, похоже на святилище предков какого-то ханьского рода, — с сомнением сказал Гривс, вспоминая когда-то прочитанную книгу о традициях местных племён. — Уже пару-тройку тысяч лет такие не строят.

— Вот именно! — торжествующе рассмеялся Барб и тут же продолжил. — Ну а чтобы пресечь твои сомнения на тему наша это цель или нет, глянь вон туда. — Он показал пальцем на рукоять несомненно эльфийского меча, таинственным образом погружённого в необычайно гладкий на вид обломок каменной стелы.

— То есть Длинноухие здесь точно были, — медленно произнёс Гривс и со вздохом добавил, — получается пустышка?

— А, ты про это, — как-то даже потускнел Барб, который внезапно вспомнил, что они здесь находятся как раз по причине поиска подтверждений сделанной им гипотезы. — Хфург меня задери…

Как обычно быстро загорающийся интересом везунчик Барб и угасал столь же молниеносно. Стоит столкнуться с какими-то препятствиями, как его энтузиазм сменяется унынием и вместо недавней жажды деятельности его охватывает апатия. Сложного характера человек, что уж тут говорить…

Однако Гривс был другим. Если поначалу причина их нынешнего похода в джунгли казалась ему несколько сомнительной, то сейчас, уже ввязавшись в дело, он не спешил поддаваться страхам и уж точно не задумывался о том, чтобы бросить всё на полпути.

— Отставить панику, боец, — хмыкнул Гривс и ещё раз, теперь уже гораздо внимательнее, осмотрел представшее перед ними святилище предков.

Надо сказать даже сейчас, после того как некие, вероятно длинноухие, ухари обработали его боевыми заклинаниями, здание выглядело весьма симпатично. Цветные, с преобладанием красных и золотистых оттенков, панели стен, изогнутая крыша из оранжевой черепицы, множество резных колонн в форме извивающихся драконов — неведомое Гривс семейство во времена строительства святилища очевидно не бедствовало, раз разорилось не только на доставку в джунгли весьма недешёвых материалов, но и пригласило для проведения работ несомненно талантливых мастеров. Даже жаль, что задняя часть здания сейчас превращена в щебень, а крыша выглядит так, словно на ней посидел великан.

— Чего-то не пойму, а с чего Светорождённые тут так развоевались-то? — медленно произнёс Гривс, наконец сформулировав беспокоящую его мысль. — Обычный храм в глуши. Тут если и было что оставлено для защиты, то пара обычных ловушек и какая-нибудь артефактная пугалка. Здесь же такое ощущение, что банк гномов штурмовали.

— Род богатый, вот и раскошелились, — пожал плечами Барб.

— Гигантский морок, красивейшее здание, куча защитных механизмов… — принялся перечислять Гривс, потихоньку воодушевляясь, — и всё для оставленного у мархуза под хвостом семейного святилища?

— Ладно, согласен. Что-то не то, — кивнул Барб. — Намекаешь, это именно то, что мы ищем, да? Просто уже разорённое и для нас не интересное?

— И снова ты спешишь с выводами. Кто сказал, что нам тут не интересно? Нам тут о-очень интересно! — фыркнул Гривс, к которому стремительно возвращалось хорошее настроение. Потому как он вновь, как уже бывало не раз, ощутил себя кем-то вроде охотничьего скорта и скорт этот только что взял след. — Пойдём, глянем что внутри?

Не дожидаясь ответа коллеги, Гривс обошёл наваленную перед входом кучу камней и, поднявшись по коротенькой лестнице, осторожно заглянул в святилище. Подсознательно он ждал чего-то чудесного, возможно даже лежащих на виду ответов на многие вопросы, но реальность его разочаровала. Снаружи храм однозначно выглядел лучше, чем внутри. Потому как именно сюда пытались прорваться эльфы и именно здесь особенно сильно буйствовала их магия. С весьма предсказуемым для отделки результатом.

— Дети хаффа и шуши, они ж тут всё в щебень переколотили! — присвистнул Барб, появившийся на пороге вслед за Гривсом.

— Почему же… Вон тот камень Силы зачем-то оставили, — Гривс показал пальцем на парящий над полом в дальнем углу святилища кусок неизвестной ему руды с кулак размером. Причём выглядел последний весьма некрасиво, имея не только крайне уродливую форму, но ещё и цветом напоминая свежую кровь.

— Может хотели оставить морок? — предположил Барб, также распознав в камне источник ментального воздействия.

— Зачем? Чтобы спрятать развалины? — фыркнул Гривс, после чего вздохнул и, покопавшись в кармане, достал гномьи очки. Мархузово изобретение коротышек позволяло видеть магические плетения даже обделённым Даром «крохоборам», но и плату за своё использование также брало соответствующую — у того же Гривса потом целую седмицу болела голова и изредка накатывали приступы рвоты. Но что делать, иногда без подобного рода инструментов никак не обойтись.

— Чего там? — спросил Барб нетерпеливо, едва дождавшись, пока Гривс осмотрит пол и стены вокруг колдовского камня.

— Я не специалист, но если правильно запомнил лекцию о распространённых магических структурах — её в Корпусе на курсах читали, — то данный источник чар обладает свойствами самовосстановления. И за прошедшие годы вполне мог вернуть себе прежнюю форму даже после полного разрушения, — сообщил Гривс, осторожно подбирая слова. Магом он был слабым, а ещё более слабым теоретиком, так что подобного рода исследования давались ему тяжело.

— О, как! И всё в обычном храме в лесу, — восхитился Барб, после чего ткнул пальцем в тёмное пятно на светлом участке стены рядом со входом. Там, пусть при некотором усилии, но всё же можно было распознать тень воина с мечом. А если задействовать магические средства, то ещё и ощутить остаточный след ауры погибшего здесь эльфа. — Глянь!

— Ого, кажется здесь сильно не повезло кому-то из Перворождённых, — дёрнул уголком рта Гривс, проследив за тем, куда указывает коллега.

— И я о том же, — кивнул Барб, подобно своему императору на дух не переносивший длинноухих. — Чует моё сердце, обманка это. И нацелена она на Светорождённых. Кто-то очень постарался, чтобы эльфы потратили кучу времени и сил на поиски, хорошенько получили по шее, и всё ради того, чтобы в итоге вытянуть пустышку. — Чувствовалось, что коллега окончательно расстроился. Он шумно шмыгнул носом, а потом и вовсе, внезапно озлившись, пнул носком ботинка по валяющемуся на растрескавшемся мраморном полу куску штукатурки. — Ну что, будем считать прогулялись? Возвращаемся?

Однако Гривс в отличии от земляка наоборот вдруг ощутил прилив невиданного оптимизма.

— Погоди, не спеши! — попросил он, с задумчивым видом подперев кулаком подбородок и медленно вращаясь на одном месте. При этом стараясь не вглядываться в детали обстановки, а охватить взглядом всю картину целиком. — А вдруг… вдруг это тоже некая ширма? Как с нашей погибшей экспедицией, только спрятанной вообще на виду?

— Думаешь, неизвестный хитрован позволил найти своё святилище для того, чтобы снять с него подозрения? И где-то здесь таится вход в интересующее Владыку захоронение? — спросил Барб подозрительно. Кажется он отказывался поверить своим ушам, считая поисковый энтузиазм Гривса чем-то невозможным.

Это было даже обидно.

— Вроде того, — кивнул Гривс. — Сам же говорил, что слишком много всего вложено в это место. Моя версия всё тогда объясняет…

— Объясняет, поимей меня хфург! — скрывался Барб. — Следуя этим рассуждениям вход в мархузову крипту тоже будет не абы где, а прям под носом у всех. Правильно?

— Ну-ну, ход мыслей верный, — поторопил его Гривс, очень рассчитывая на очередной всплеск удачи коллеги.

И не прогадал. Тени на лице Барба вдруг разгладились, глаза азартно сверкнули, и он решительно прошагал в самый центр святилища. Некогда тут стояла стойка с записями о предках рода-основателя, но теперь красовалась лишь куча мелкого щебня. И вот как раз рядом с ней коллега и встал.

— Тогда вход должен быть здесь! Прям подо мной, — сообщил он, для верности попрыгав на одном месте.

Гривс, положа руку на сердце, был готов, что коллега так и провалится в подземелье, но, увы, этого не произошло. Ключ ко двери — если он, конечно, существовал — им ещё только предстояло найти…

Как ни странно, рычаг, отвечающий за срабатывание отпирающего механизма, нашёл именно Гривс. Причём он для этого даже особо не старался. Пока Барб переворачивал всё вокруг, Гривс пытался поставить себя на место строителей святилища. Отбрасывал наиболее очевидные варианты, вроде замаскированных под плитку стен клавиш, не пытался всё чересчур усложнять, мысленно экспериментируя со сложными и многоступенчатыми ритуалами открытия. Он всего лишь постарался найти именно те места в храме предков, с которых его взгляд постоянно «соскальзывал» — а такое вскоре нашлось! — и немного поиграл с элементами сохранившегося декора. В результате когда Барб уже начал терять терпение, Гривс внезапно нашарил на каменном плинтусе одной из стен крохотную кнопку, нажал на неё и… к своему стыду стал свидетелем того, как коллега с выпученными глазами таки ухнул в открывшийся у него под ногами люк.

— Барб, ты там цел?! — заорал Гривс, подскакивая к провалу и заглядывая внутрь.

— Да! — рявкнул коллега раздражённо. — Спускайся, тут ступени.

Гривс нахмурился, однако совету всё же последовал и, подсветив себе магическим фонариком, спрыгнул на верхний пролёт каменной лестницы, благо он находился в паре локтей от входа в подземелье. Барбу просто не повезло, раз он попал не на эту площадку, а свалился значительно ниже.

Тем временем, пока Гривс спускался, злой и заметно прихрамывающий Барб развил в подвале бурную деятельность. Активировал непривычного вида светильники на стенах, очистил проход от непонятно откуда здесь взявшейся паутины, передавил набежавших на свет многоножек. Так что когда его старший коллега, наконец, оказался в местных катакомбах, обстановка внизу больше не казалась такой загадочной, как прежде.

— Маску надень, — приказал Гривс, который в отличие от коллеги скрыл лицо под защитным артефактом непосредственно перед спуском. — Кто знает, что тут за дрянь в воздухе накопилась.

— Да вроде тяга ощущается, — заметил Барб, однако маску всё же достал и нацепил на себя. После чего махнул в сторону каменных стен коридора, в которым им повезло оказаться. — А знаки-то я, погляжу, здесь совсем не ханьские.

Гривс огляделся и тут же кивнул. Коллега был прав и блоки, из которых был сложен проход, действительно украшали надписи, явно далёкие от традиций мастеров Поднебесной.

— «Воля», «власть», «в памяти поколений», «во имя божественного трона»… слушай, язык очевидно торн. Сохранившиеся фрагменты вполне читаемы, но вот стиль текстов… Я такого никогда не видел, — продолжил Барб недоумённо.

— Зато я видел! — не без превосходства фыркнул Гривс. — Так писали до реформы языка после Войн Падения. Книжки читать надо, деревня!

— Скажешь тоже, книжки! — отмахнулся Барб, после чего сделал пару шагов дальше по коридору и… с воплем отскочил назад.

Там, куда он только собирался поставить ногу, плиты вдруг со скрипом разошлись и стал виден провал с торчащими на дне каменными копьями.

— Осторожнее! — запоздало крикнул Гривс. — Если уж наверху так всё накрутили в плане защиты, то здесь и подавно ловушка на ловушке будет.

Увы, он оказался прав. И проход в главный подземный зал длинной хорошо если в три десятка саженей они в итоге проходили почти полтора часа. Создатель святилища с секретом оказался настоящим параноиком и превратил катакомбы в смертельную полосу препятствий. В агентов Сардуора летели скрытые стрелы, на них падали камни, их ноги пытались подсечь тончайшие струны, а обереги нет-нет и пробовали на прочность всевозможные чары. Гривс в какой-то момент сбился со счёта, и уже не помнил, сколько раз в него прилетали молнии, сколько раз его пытались поджарить появляющиеся в воздухе пламенеющие руки, а сколько порубить в ралайятский григ внешне нематериальные топоры.

Проклятье, если бы не куча амулетов и не их внимательность, благодаря которой часть ловушек они всё же смогли обезвредить без их срабатывания, то до конца коридора сардуорцы бы точно не дошли. Тут можно не сомневаться.

— Я одного не понимаю, какой смысл во всём этом безумии? Если уж твоё укрытие обнаружили, то хоть всё вокруг окружи капканами, рано или поздно до него всё равно доберутся, — сказал Барб недоумевающе, когда они получили небольшую передышку у входа в следующий зал. — В этом же нет никакой логики!

— Есть, — выдохнул Гривс, поправляя маску, от которой пять минут назад отрикошетила отравленная игла. — Идея тут очевидно в том, чтобы не остановить врага, а задержать. Понимаешь? Дать тому, кто прячется за этой дверью, — он кивнул на перегородившую проход каменную створку, — время закончить со своими делами и… вероятно сбежать.

— Но там же гробница! — заметил Барб, ещё полчаса назад обнаруживший вполне читаемый фрагмент текста, в котором восхвалялся «величайший из великих, нашедший упокоение в достойном богов саркофаге».

— Значит такая гробница, — буркнул Гривс, сам уже ничего толком не понимая.

С этими словами он толкнул створку, и когда та неожиданно легко подалась вперёд, тут же активировал свой последний пока ещё не разрядившийся защитный амулет.

Он ждал чего угодно: града пульсаров, живого мархуза, голодных Бестелесных. Даже был готов к тому, что там неведомым образом окажутся эльфийские убийцы! И не получил ничего. Зал, до которого потребовалось добираться с такими трудностями, вдруг оказался настоящим островком мира и спокойствия в бушующем море смертельных угроз.

Это было настолько необычно, что оба агента Сардуора несколько растерялись. На какой-то миг им показалось, будто они где-то допускают фатальную ошибку, которая вот-вот обернётся для них столкновением с самой смертью.

Однако шли минуты, они в диком напряжении торчали у входа, а ничего плохого с ними всё так же не происходило.

— Что-то мне как-то не по себе, — озвучил своё состояние Барб, и Гривс молча кивнул. Лучшей характеристики происходящему было не подобрать. Вот только слова-словами, а за отсутствием видимой опасности причин стоять так и дальше у них не было. И сардуорцы медленно двинули в обход открывшегося перед ними зала — Гривс по часовой стрелке, а Барб против. Благо сразу после их появления настенные светильники вышли из спячки и начали испускать пусть тусклое, но вполне достаточное для изучения подробностей отделки свечение.

— Знаешь, я всё больше и больше убеждаюсь, что владелец этого места точно не страдал скромностью, — донеслось со стороны Барба, который успевал не только проверять пол на предмет потайных ловушек, но и изучать рисунки на стенах. — Заметил?

— Угу, — буркнул Гривс, как раз в этот момент изучавший сцену на каменном панно, где были изображены представители эльфов, орков, гномов и людей, преклоняющие колени перед безымянным властителем. — Прям король-королей какой-то. Так сразу и не скажешь, что это всё выдумка и что подобного владыки в истории Торна не было со времён Закатной империи.

— Так может… — вскинулся Барб.

— Нет, — помотал головой Гривс, сразу догадавшись куда клонит коллега. — Сам знаешь, я всегда интересовался историей. Так вот, стиль здешней отделки не соответствует эпохе Заката. Что подземелье, что святилище, всё построено значительно позже времён существования старой империи. Так что тут нечто другое…

— Может просто отражены чьи-то нереализованные амбиции? — предположил Барб.

— То есть обычные фантазии? Фантазии, из-за которых наверху погиб по крайней мере один длинноухий? — фыркнул Гривс, действительно сочтя слова коллеги забавными. — Держи карман шире!

Он, наконец, оторвался от изучения стен и обратил внимание на жемчужину зала — неожиданно простой для окружающей роскоши саркофаг из белого мрамора, на котором не было никаких иных надписей, кроме короткого девиза: «Власть выше закона!» Да и та была вырезана столь неопытной рукой, что Гривс не сомневался — сделал это никак не создававший каменный гроб мастер.

— Что-то ничего «достойного богов» я здесь не вижу, — хмыкнул Барб, как и коллега также уделивший некоторое время изучению центральной части крипты. — Думаешь ослеп?

— Скорее твоё понимание реальности сильно отличается от того каким видит мир здешний хозяин, — ответил Гривс, отказываясь принять шутливый тон и поправляя вновь надетые гномьи очки. — На потолок смотрел?

Барб запрокинул голову и некоторое время изучал россыпь звёзд на чёрном фоне, видимо изображающую нечто вроде ночного неба. И лишь когда Гривс хмыкнул, лишь тогда догадался задействовать свой магический компас. Правда, для этого ему пришлось минуты три повозиться с настройками, но зато когда колдовской прибор заработал в нужном режиме, то и вопросы все отпали сами собой. То, что для обычного смертного выглядело как «небо», с точки зрения исследовательского инструмента представляло собой охватывающее весь свод подземного зала плетение.

— Ничего себе, — присвистнул Барб, пытаясь расшифровать возникшие на крышке шкатулки закорючки. Однако знаний очевидно не хватало, и он вряд ли смог разобрать хоть что-то, кроме факта присутствия некоего энергоёмкого и мудрёного заклинания. — И чего это?

— Насколько могу понять, то хоть и вывернутое наизнанку, но всё же узнаваемое нолдское портальное плетение, — сообщил Гривс, изо всех сил пытаясь соединить воедино все те знания, что недоучка и слабосилок вроде него когда-либо получал на организованных старшими магами Корпуса курсах. — Правда, вместо астрального якоря тут стоит привязка к саркофагу, куча всего построена на основе ментальной магии, а отвечающая за создание створа врат часть заменена на что-то вроде системы фокусирования Силы...

— То есть тут мархуз знает что накрутили, и разобраться ты не можешь, — подытожил Барб. — Я прав?

— Почти. Как тут всё работает мне действительно не понятно, тут нужно кого-то гораздо более сведущего, но вот общий смысл я вроде уловил… — Гривс, которого сильно огорчила собственная некомпетентность, недовольно дёрнул плечом. — Рискну предположить, что вся эта конструкция нужна для воплощения в реальности некоей бестелесной сущности, какое-то время томящейся внутри саркофага. Но это предел моих способностей! Что за сущность, а также где, каким образом и, главное, когда она обрела плоть, я не скажу даже под угрозой казни.

Выдохнув признание, Гривс сдёрнул с лица очки и с болезненной гримасой принялся тереть виски — первые признаки мучительной мигрени уже появились, и массаж хотя бы частично снимал спазм.

— То есть ты хочешь сказать, что внутри этого каменного ящика, — Барб с опаской ткнул пальцем в саркофаг, — был заточён некто могучий и этот некто вырвался на свободу?

— Нет, я хочу сказать, что кто-то здесь «спал», а потом «проснулся» и вышел погулять! — немного раздражённо ответил Гривс. — Пойми, это не тюрьма, это убежище. Кто-то прятался в нём пару тысяч лет, не меньше, а потом потянул за нужные ниточки, развернул заготовки плетений и… вышел в мир.

— Бездна! — только и нашёл, что сказать Барб.

— Она самая и есть, — кивнул Гривс, вовсе не радуясь раскрытому секрету.

Честно говоря, ко всей этой поездке в Поднебесную изначально он относился крайне скептически. Пойти туда, не знаю куда, найти то, не знаю что — вот как выглядела в его глазах данная охота за древностями. И даже довольно ясные инструкции ситуацию не исправляли. Слишком уж велика страна, где предстояло заниматься расследованием, чтобы надеяться на быстрый успех, и слишком странно звучало описание конечного объекта поисков, чтобы по-настоящему верить в достижимость поставленной цели.

Однако вот они, стоят с Барбом — чьё везение в который уже раз внесло весомый вклад в их шпионский труд — в гробнице некоей сущности, которая идеально подпадает под описание проснувшегося древнего зла. Получается, Гривс зря усомнился во Владыке, получается он поддался слухам о его слабости и поверил врагам? Оказался в одном шаге от измены?

Данная мысль неприятно резанула по сердцу, и Гривс аж зажмурился, пытаясь унять приступ стыда. Для него, для человека, искренне преданного даже не государю, а самим идеалам возрождаемой империи Сардуор, переживать подобное было весьма и весьма неприятно.

— Что ты делаешь?! — вскинулся Гривс, вынырнув из бездны самобичевания.

Пока он пытался справиться с накатившими эмоциями, гораздо более простой Барб успел ещё раз обежать зал по кругу и, ничего не обнаружив, теперь двигал крышку на саркофаге.

— Хочу глянуть, что за тварь здесь была похоронена. А то может мы тут накрутили себе, а там кости какого-нибудь шамана хаффов лежат… если, конечно, у этих мерзких воришек вообще бывают шаманы, — сообщил коллега, одновременно с натугой сталкивая в сторону неподъёмный на вид камень.

Плита с грохотом упала на пол, разбившись на несколько частей. Гривс мазнул по ним взглядом и, убедившись, что на внутренней стороне тоже не было никаких узоров, вслед за Барбом заглянул в мраморный гроб.

— Пусто?! — высказал общую мысль Барб, задумчиво взъерошив волосы. — Как так-то?!

— А вот так, — скривился Гривс, ощущая как где-то внутри пробуждается чутьё на опасность. Которое по какой-то причине никак не реагировало на недавно пройденный коридор смерти, а теперь вдруг подало признаки жизни и начало тревожно зудеть где-то на краю сознания. — Уходить нам надо! — Продолжил он, одновременно проверяя свой последний защитный амулет.

Тот самый, что прикрывал его от воздействия ментальной магии и был чем-то вроде последнего шанса. На иных заданиях Гривсу хватало его одного, но сейчас, имея в запасе только эту миниатюрную сферу, он ощутил себя донельзя уязвимым. Что не могло не нервировать…

Полный загадок подземный каземат, а следом и развалины святилища, они покинули минут за пять. Тенями проскользнули по уже разведанному пути через коридор, поднялись наверх и, убедившись, что всё спокойно, двинули обратно в Шайджин. Точнее сделали в его направлении десяток-другой шагов, после чего несколько лениво развивающиеся события сначала внезапно ускорились, а потом и вовсе понеслись вскачь.

— Стрела! — крикнул Барб, одновременно с этим прикрывая грудь коллеги сдёрнутым с пояса баклером.

Тут же раздался звон металла, и в сторону срикошетила короткая охотничья стрела. Гривс ощутил запоздалый укол страха.

— Мархузово семя!!! — выдохнул он потрясённо, что, впрочем, не помешало ему сотворить перед собой простейший Щит, а в левую руку вложить заготовку для Копья Силы. Маг из него был хоть и так себе, но кое-какие сюрпризы в запасе всё же имелись. И именно поэтому вторую — как и третью с четвёртой — стрелу Гривс принимал уже на светящийся светло-зелёным овал колдовского барьера. По непонятной причине именно его невидимый в сумерках стрелок выбрал в качестве своей основной цели, игнорируя Барба.

— Вижу их! — выдохнул чересчур везучий коллега, кидаясь влево, где среди деревьев мелькнули серые тени. Однако тем самым видимо напомнил врагам о своей существовании и грудью словил чей-то Каменный Кулак, тараном сбивший его на землю. Правда, через секунду он уже вновь был на ногах, но наступательный порыв был сорван.

— Давай вспышку!!! — зашипел на него Гривс, уйдя в глухую оборону и не имея даже возможности для контратаки. — Вспышку!!!

Ещё раз повторять не пришлось. Барб дисциплинированно выдернул из потайного кармана на пояснице стержень одноразового амулета и подбросил в воздух. Оба сардуорца тотчас крепко зажмурили глаза и потому взрыв ярчайшего света, разогнавшего сумрак, на них никак не повлиял. В отличии от противника, который явно не успел правильно среагировать на применённую ими магию и теперь расплачивался за нерасторопность. Во всяком случае другой причины, почему прекратился обстрел, а рядах неприятеля начались панические вопли, Гривс не видел.

— Ку-ку, мархузов выкидыш!!! — рявкнул он, получив короткую передышку и увидев в зарослях папоротника так досаждавшего ему стрелка. После чего крутанулся на одном месте и с оттягом метнул в ублюдка Копьё.

Увернуться у врага не получилось…

— Маг — мой! — прорычал Барб, стартуя с места, точно гончий рыкач. И на сей раз ни Кулаков, ни каких ещё заклинаний в него не летело. Через пару секунд он был уже возле деревьев, а ещё через пару — принялся с воплями рубить своими короткими мечами разозливших его бедолаг.

Последнее Гривс отметил уже машинально, потому как сам он в это время также рванул вперёд и, достигнув позиции убитого им стрелка, принялся колоть мечом обнаружившегося там же случайно задетого Копьём Силы ханьского воина — тот выдал себя стонами и судорожными попытками перетянуть культю на месте оторванной чарами руки. Как это ни странно, однако умирать враг не спешил, и понадобилось аж трижды ударить его в сердце, чтобы он перестал дёргаться и затих.

— Когти Юрги, такого я ещё не встречал! — процедил сквозь зубы Гривс, брезгливо стряхивая кровь с лезвия меча.

Потом огляделся и, убедившись, что живых врагов в опасной близости от него больше не наблюдается, наколдовал в свободной ладони небольшой фонарик. Достаточно яркий, чтобы его свет позволил разглядеть черты лица убитых им воинов.

— Бездна, значит не показалось! — кивнул он мрачно, после того как узнал в одноруком бойце старого Ханьсуна, а в лучнике его не менее старого приятеля. — Сюрприз так сюрприз…

— Кто у тебя там, кто-нибудь знакомый? — донеслось со стороны Барба.

— Ханьсун! — крикнул в ответ Гривс, пряча клинок.

— А у меня Линман с сыном, — поделился открытием Барб, с шумом проламываясь через кусты и направляясь к коллеге. — Представляешь, вооружились зачарованными посохами и возомнили себя магами. — Мечи, в отличие от Гривса, коллега не убирал, и пока шёл, с них постоянно капала чёрная как ночь кровь.

Гривса так и подмывало сказать, что если бы на артефакты, то «возомнившие себя магами» ханьцы весьма вероятно проломили бы Барбу грудную клетку, однако сдержался и вместо этого зло буркнул:

— Теперь осталось всех прочих наших знакомцев по Шайджину найти и полный комплект будет. Понимаешь, что это значит?

Барб шмыгнул носом и мрачно кивнул.

— Нас пасли с момента прибытия в город и при первой же возможности вошли с нами в контакт…

— Нет, это значит, что несмотря на прошедшие тысячелетия у мархузового святилища есть хранители. И они мало того, что за века не забыли о своём долге, так ещё и достаточно хорошо организованы, чтобы отлавливать всяких любопытствующих вроде нас! — перебил его Гривс, тяжело роняя слова.

По непонятной причине победа не принесла ему успокоения. И хотя враг был разбит, внутренний голос всё равно продолжал предупреждать об угрозе. Вот только понять откуда она идёт и что делать для спасения как-то не получалось…

— Допустим с отловом у них вышло так себе, — позволил себе пошутить Барб, однако продолжить мысль не успел.

За его спиной внезапно и совершенно беззвучно возникли две окровавленные фигуры, после чего одна впилась совершенно нечеловеческими клыками ему в шею, а вторая вонзила под рёбра сложенную «ножом» когтистую ладонь. Барб даже охнуть не успел, как за секунду получил сразу две смертельные раны и принялся медленно оседать на землю. Запас той легендарной удачливости, что прославила его среди агентов Сардуора, оказался вдруг полностью исчерпан и в летописи жизни Барба моментально была поставлена жирная точка.

— Б-бездна!! — Гривс в шоке шарахнулся в сторону, и именно это движение вывело его из-под атаки так же двух противников. Правда, теперь он успел заметить, что это были не какие-то новые враги, а те самые дети хаффа и шуши, которых он собственноручно убил магией и мечом несколько минут назад. — Сдохните!! — рявкнул он, быстро приходя в себя и в разрубая от правого плеча до левого бедра сунувшегося за ним «старого Ханьсуна».

После этого Гривс отступил ещё на несколько шагов, бросил под ноги теперь уже свой амулет со Вспышкой и, развернувшись, кинулся бежать. Убить вампиров — а в том, что это были именно они, сардуорец не сомневался ни капли — это бы не убило, но задержало наверняка. Ему же большего и не требовалось.

Минута, ему нужна была всего минута!

Быстро переставляя ноги, он выдернул из-за пазухи похожую на дамскую пудреницу коробочку, нажал пальцем в её центр и, попытавшись хоть немного успокоить дыхание, принялся лихорадочно надиктовывать итоги их экспедиции. Рассказал о святилище, о владеющем ментальной магией древних Бестелесном, выложил свои подозрения насчёт возможности воплощения твари в реальности. В самом конце Гривс упомянул вампиров и их связи с местными, однако как следует раскрыть тему, увы, не успел — появились упыри. Внезапно выскочивший из-за разлапистого дерева «сын Линмана» первым взмахом лапы пробил защиту его амулета, а вторым без затей вырвал трахею. Сардуорец даже толком не успел дёрнуться.

Впрочем Гривс к своей гибели был готов весьма давно, поэтому сейчас, когда его сознание уже стало стремительно угасать, не ухнул в бездну паники, а принялся из последних сил целеустремлённо накачивать энергией до сих пор зажатую у него в руке «пудреницу». Непонятная коробочка немедленно отреагировала десятком слившихся в один звук щелчков, затем треском слабого разряда, и, наконец, гудением потревоженной магии. Затем она ещё раз, теперь уже очень громко, щёлкнула и… трансформировалась в похожего на колибри почтового голема. Голема, который в тот же миг стрелой умчал в небо, оставив убийц сардуорских агентов ни с чем.

«Исследовательская» миссия, к концу которой не осталось ни единого выжившего, пришла к закономерному результату и завершилась оглушительным успехом…