Великий Ги

1.1 Спуск

«Путеводная Звезда» мягко коснулась воды и осела. Лётную тягу убрали, и теперь корабль легко скользил на воде. Но Кристиан всё равно уловил сопротивление волн и поморщился.

Мистер Олжа улыбнулся:

- Капитан, без лежи и курча дом.*

(*Здесь местная пословица, слова уже не используются на прямую в речи, но общее значение понятно каждому жителю Алластрии. Имеется в виду, что нужно быть благодарным и радоваться новому этапу жизни.).

Кристиан только покачал головой. Они со старпомом на этот счёт имели разное мнение.

Мистер Олжа был прагматичным мужчиной, восьмидесяти лет, так и застрявшим в сорокалетнем теле после инициации. Рыхлая кожа и мощное тело выдавали в нём предков Средних равнин, крепких земледельцев, а никак ни жителя Приморья. С Кристианом будущий старпом вместе воевал, и после добровольной отставки капитан предложил ему место уже на своём корабле по правую руку. Тот согласился без раздумий, ушёл со службы и ни о чём, казалось, не жалел.

Старпом был превосходным магом стихий, прекрасно обходился с командой и стал для Кристиана скорее другом, чем подчинённым. По крайней мере, доход от рейсов они делили поровну, а беседы вели откровеннее, чем Кристиан мог себе позволить с кем-либо другим.

Дома мистера Олжа ждала жена и трое ребят. При первом же взгляде становилось ясно, что старпом всех их обожал, как и свой крепенький дом, достаточно зажиточный, стоящий в привилегированном квартале торговцев. Вечером вся семья подолгу сидела за столом, смеялась, шутила, обсуждала новости, которые исправно собирали дети по просьбе отца. Порой после таких ужинов, старпом делился важной информацией с капитаном. Пусть это были всего-то слухи, но через них можно было собрать неплохую картину. Маленькая семья ждала своего главу, и каким-то образом всегда знала о его прибытии. На причал неизменно прикатывала открытая коляска и ждала мистера Олжа, чтобы отвезти домой. Да, его ждали, поэтому старпом очень любил спуск с высот.

А Кристиан нет. Ему хотелось наверх.

Он любил воздух. Вода, казалось, препятствовала кораблю, толкала его назад. А ветер вёл вперёд. Или, если вода и ветер объединялись против корабля, приходилась применять довольно сильную магию. В воздухе всё было по-другому. Никто никого не держал, только скорость и свобода. Магию применяли куда меньше, чем на требовалось на воде. Просторы, открывающиеся сверху, заставляли Кристиана улыбаться, а разраженный воздух пьянил свежестью.

Да, это тебе не пять ги* за бортом, грустно подумал Кристиан, разглядывая барашки волн, огибающих «Путеводную Звезду».

(мера измерения высоты за бортом корабля)

Спускаться на твёрдь он тоже не любил. Но потом привыкал и втягивался в повседневную наземную жизнь. А она бурлила. Кристиан чётко различал власть, подлость, жажду наживы, похоть, немного благородства и толика чести. Эмоции были живые и низменные. Просто вот такие, какие есть. Они ничуть не походили на кристальную чистоту небесной стихии. Но и сам Кристиан не был Богом. Он был человеком, поэтому не ему судить наземных жителей. Что говорить, Кристиан любил азарт, любил невыполнимые задачи и высокие цели.

От воспоминаний Кристиан улыбнулся. Молодой дурак! Думал изменить мир.

Кристиан был наследником богатого рода. Его отец, уважаемый дипломат при дворе, часто уезжал в соседний округа, улаживать конфликты с населением. В одну из поездок в Сограте вспыхнуло восстание. Правящую вассальную семью Эгрессов* убили. Отец погиб при взятии дворца мятежниками.

(*Одна из ветвей правящей семьи становилась вассальной и управляла округом. Каждый округ имел торговые связи с соседними округами и со Столицей. Верховная семья имела право на любой товар по желанию. Вассальная семья исполняла все указания беспрекословно)

Отношения с родителем у Кристиана были хорошие. Отца он боготворил. Смерть выбила всех членов семьи из колеи. Мама слегла, а сестра ходила в смятении, похудела, осунулась. Кристиану было двадцать. В нём бурлила кровь. Жажда мести заставила поступить на флот, не сказав ни слова ни матери, ни сестре. Кристиан знал, что иначе его бы не отпустили. Слезами и женскими угрозами заставили прятаться за юбками.

Чин, как у аристократа, Кристиан имел. Маленький, ни к чему не обязывающий. Знания по военному делу он получил в академии. Когда его спросили, куда он хочет быть зачисленным, Кристиан без раздумий выбрал на воздушный флот.

Так вот, двадцать лет назад, ещё в начале войны, Кристиан вступил на борт флагманского корабля «Великий Гиспар» младшим чином, а закончил командиром этого самого корабля и возглавил весь лётный флот. Самый молодой командующий за всю историю. На тот момент ему было тридцать.

За боевые заслуги Кристиан был удостоен множества наград и земель. Этим он утроил доставшийся в наследство капитал. Его владения могли образовать свой собственный округ. Но самой главной наградой Кристиан считал высочайшее дозволение назвать корабль «Путеводной Звездой».

Эгресс – великая путеводная звезда, всегда светившая на ночном небе, в какой бы точке ты не находился, была также фамилией правящей династии с начала основания. Поэтому существовал запрет на использование этих слов в названии чего-либо. За всю пяти тысячелетнюю историю, было сделано лишь два исключения.

Первое - для сети трактиров, разбросанных по всему материку и за его пределами. Дозволение было дано ещё первой правящей королевой Эллони маленькой придорожной забегаловке. За какие заслуги, только верховный Ларс и помнит. А второе – лорду Кристиану Эвверету, имевшему наглость попросить об этом у короля на приватном семейном ужине, устроенном в его честь.

Кристиан хорошо помнил свой мундир с навешанными наградами. И как он шёл по длинным коридорам замка, как у одной из дверей его встретил лично король. Это первый и последний раз, когда капитан надевал и этот мундир, и награды.

Услышав просьбу, король Эстрат неожиданно рассмеялся.

- Что ж, не вижу ничего плохого в том, чтобы корабль имел такое название. – Монарх задумался, а потом улыбнулся. – Но только один корабль, мой мальчик. А не вся твоя маленькая летающая торговая флотилия.

Небо и ветер! А ведь у него действительно были подобные мыслишки.

Король Эстрат снова рассмеялся, видимо, прочитав все мысли на лице своего подданного.

- Хитрец, – дружелюбно похлопал по плечу. – Ничего страшного в одном корабле. Ведь и ты принадлежишь роду*.

(*Первая буква Э в фамилии обозначала принадлежность предков к правящей семье. Незаконнорожденные дети, отказавшиеся и сложившие с себя полномочия ветви и другие случаи, когда фамилию Эгресс заменяли, но первую букву оставляли. Род Эвверетов после определённой процедуры мог претендовать на власть, если правящей или вассальных семей не станет. Фамилии обычных аристократов начинались с других букв.)

Кристиан об этом никогда не задумывался и не кичился своей родословной. Своего положения он добился в бою сам. К тому же, куда ему, вояке, в политические игры. Их семье хватило отца. Да и до Эвверетов найдётся немало Эзиртогов или Эбротов. Очередь длинная. И вассальных семей целых девять. Всех не перебьют.

- Благодарю, Ваше Святейшество! – Улыбнулся в ответ Кристиан.

- Я до последнего надеялся, что ты продолжишь дипломатический путь отца, но вижу, что эта стезя не для тебя, – король проводил его в небольшую семейную гостиную, где уже был накрыт стол.

Небольшая комнатка была скромной, но уютной. На столе и стенах горели свечи, за столом пока не кого не было. Монарх попросил подождать и ушёл за семьей.

Короля Кристиан видел и раньше, конечно, но в боевой обстановке, на совещаниях и даже в бою. В семье огромный и напористый монарх чудесным образом преобразился. Король выглядел спокойным и светился тихой радостью. Много смеялся и шутил, представляя королеву и детей.

Маленькая пухлая принцесса Элиона стеснялась и не слезала с колен отца, уткнувшись ему куда-то в подмышку. Она смешно отвечала на вопросы в толстый расшитый сюртук монарха, не поворачивая лица. Король Эстрат пытался расшевелить принцессу, но ничего не помогло. Элиона разволновалась ещё больше, прижавшись к отцу, и отказалась поворачиваться. Кристиан так и не увидел её лица, только густые светло-русые волосы.

Худой остроносый парень, со светлыми волосами и практически прозрачными голубыми глазами, наследник Эммер, был копией королевы. Король имел слегка вьющиеся светло русые волосы. Они переливались благородным золотом на солнце, словно он был отмечен светом. Такие же волосы были и у принцессы. Королева и принц – блондины. Такое чёткое разделение сразу показало, какому родителю какой ребёнок ближе. Эммер сидел по правую руку от матери, внимательно слушал рассказы о войне, что-то спрашивал. Парень постоянно хмурился и казался замкнутым.

Вот и всё, что Кристиан помнил об этом ужине. Остальное стёрлось.

Странно, почему Кристиан вспомнил об этом сейчас?

- Причаливаем, – отдал команду Кристиан и почувствовал толчок, когда корабль встал на своё место.

Спустились, что-то неприятное кольнуло грудь. Вся лёгкость полёта пропала. Кристиан отогнал мрачное предчувствие.

Старпом начал разгрузку. На причале стояли телеги, кареты и просто встречающие. Обычный люд. Почему тогда так тошно?

Весь трюм опустошат уже в вечеру, прикинул Кристиан. Потом нужно будет посчитать прибыль.

Кристиан стоял и смотрел, как снуют туда-сюда люди. Как матросы носят тяжёлые тюки, как на земле собираются мальчишки, попрошайки, торговцы и разные дельцы. Пока Кристиан не сошёл на берег, он не на земле. Значит, он пока ещё не лорд Эвверет – аристократ с заботами о землях и капиталах, а просто капитан Эвверет – любитель свободы, приключений, лёгкой авантюры, но с заботами о команде и грузе.

С носящихся по палубе матросов Кристиан перевёл взгляд на город. На возвышенности вдалеке виднелись дома знати. Где-то там, среди фруктовых деревьев, стоял и его пустой особняк. Взгляд опустился ниже, скользнул по докам, расположенным рядом с пристанью. Здесь у капитана была маленькая конторка для ведения дел с местным простым людом.

Да. Его ждало много дел.

Тьма и пламя! Слишком много для меня одного. Кристиан вздохнул, понимая, что устал. А также понимая, что постепенно в душу заползает страх. Скоро ему исполнится сорок, нужно будет пройти обряд инициации. Тогда снова нужно будет выбирать.

Мысли опять вернулись к вопросам, мучившим капитана уже полгода.

Кристиана давно звали ко двору. Только вот он никогда не был придворным интриганом или дипломатом и точно знал, что двор приестся ему через день. Мать перед смертью наказала остепениться. Но Кристиан не хотел иметь чопорную жену, которая будет принимать в его постели местных лордов, пока он будет в небе. Местный глава Траслида предлагал стать его приемником. Фактически ему отдавали самый богатый и важный порт во всей Алластрии. И ведь монаршая семья уже негласно поддержала его кандидатуру.

Что выбрать? Ни к чему из перечисленного Кристиан не был готов. Ничего из этого его не интересовало. Разве что Траслид.

Капитан вернулся в каюту и устроился в удобном кожаном кресле. Хотелось отдохнуть, замереть и ничего не делать. Вот так, пока ещё он находится между небом и землёй. Кристиан положил ноги на массивный стол и закрыл глаза.

Странно, подумал Кристиан, каждые десять лет я что-то должен выбирать. Сначала десять лет войны. Потом добровольная отставка. И снова десять лет вольным воздушным змеем. Сколотил состояние, добился влияние в Траслиде. Что дальше?

Капитан незаметно для себя уснул. Ветер снова омывал лицо, Кристиан стоял на своём корабле, широко расставив ноги, а перед ним была сплошная стена грозового фронта. В начале, как простая пехота, выступали вертикальные круглые, совсем не страшные, белые облака. Но внутри этой стены чувствовалась мощь, клокотали молнии, и вспышки хотели вырваться за мягкую белую преграду. Кристиан заметил странный силуэт и присмотрелся. Кто-то огромный и очень сильный скрывался внутри. Особенно яркая вспышка озарила массивную тушу. До Кристиана долетели отзвуки чужой силы, тщательно скрываемые. Это было так, словно он уже находился внутри самой мощного фронта. Кристиан не почувствовал страха, только восторг и упоение. Упоении битвы?

– Кхе-кхе, капитан, – голос мистера Олжа вывел из дрёмы. Тот потоптался немного для приличия, а потом плюхнулся в кресло на против и кивнул на стол. – Последние газеты.

Кристиан вздохнул. Пора спускаться на землю.

- Как разгрузка? – Кристиан потянулся за лежавшими на столе газетами, не снимая ног, подцепил «Столичный глоссарий» и потянул на себя.

- До темноты управимся, – отчитался старпом.