Верни меня из снов!

Перед сном Саша всегда зашторивала окно. Так луна не могла разбудить ночью, а солнце – утром. В другое время их можно было не замечать, но только не тогда, когда они выдергивали из сна.

Бабушка уже легла, ее мерное посапывание доносилось из-за приоткрытой двери. Хотя слышались и другие звуки: поскрипывание пола на кухне (бабушка всегда ставила за печку блюдечко с молоком – для ее домового), какое-то шуршание в углу за диваном в зале, стук ставни, которую Саша забыла зацепить за крючок – обычные ночные звуки их старого дома. Иногда девушке казалось, что она просто не сможет уснуть в полной тишине.

Она забралась под одеяло и выключила свет. Наступало лучшее время суток – время снов. Там, где ждала яркая неповторимая жизнь, в которой можно быть такой, какой хотелось – обаятельной и решительной; жизнь, где можно чувствовать себя любимой и любить самой, блистать умением общаться, где…

Саша закрыла глаза. Надо только постараться не думать о том, что утро вновь начнется с разочарования – опять это был лишь сон…

***

Она открыла глаза и поняла, что делает это впервые. Впервые в своей жизни. Но она вовсе не была младенцем. Ее зовут Йорхи, ей пятнадцать лет, однако она действительно только родилась. Кто же дал ей имя? Откуда оно известно ей самой? Как странно…

Распахнутые глаза ничего не увидели. Вокруг царила пустота. Тогда она снова их закрыла и стала искать свои воспоминания. Их нашлось совсем мало. Самым большим оказалась боль, она жила в сердце. Вторым стала тоска, и сбежать от нее было некуда. А третьим была Сила, ее Сила, с ней Йорхи могла все. Хотя нет. Не все. Она не способна вернуть тех, кто разбил ей сердце. По крайней мере, одну из них. Зато можно сковать свое сердце железной броней, чтобы уменьшить боль. А тоску превратить в ненависть.

Что же ей делать в этой пустоте? Там, где она перестала быть кому-то нужной. Построить свой мир? Ведь при разлуке ей досталось не так уж и мало. Надо этим воспользоваться.

Она не увидела – почувствовала, что вдали вдруг возник зовущий ее огонек. И оттуда сверкал глазами юркий пушистый зверек. Его не было видно, но почему-то Йорхи отлично представляла себе его внешность. И он точно пришел к ней. Та необходимость, которая мягкой ладошкой обнимет израненное сердце.

Нужно ли ей мстить за потерю той, что была дороже всего на свете? Она бы хотела… Вот только, кому?

Найти, все выяснить, расплатиться?.. Да, теперь она поняла, для чего открыла глаза!

***

На этот раз из сна Сашу вернули не солнечные лучи, а бабушкины руки.

– Сашуль, давай просыпайся.

– Ну, ба, – недовольно пробормотала девушка и отвернулась к стене – волшебный сон ушел недалеко, его еще можно позвать назад.

– Давай-давай, солнце давно встало, а ты еще валяешься. Я уже завтрак приготовила. Поднимайся, а то остынет все!

– Ба, дай хоть в выходные поспать!

Бабушка почувствовала раздражение в голосе внучки и вздохнула. Саша услышала шаги, и дверь в комнату тихо закрылась.

Девушка натянула одеяло на голову и поудобнее устроилась на подушке.

Потом перевернулась на живот.

На спину.

Откинула одеяло.

Бесполезно. Сон ушел безвозвратно.

Саша с досадой посмотрела на закрытую дверь и села в кровати. Но к раздражению все больше примешивалось чувство вины: зря она так с бабушкой.

– Я не сказала ничего дурного, – пробурчала девушка себе под нос и нехотя поднялась.

Когда Саша зашла на кухню, уже умытая и одетая, бабушка бросила на нее веселый взгляд:

– Эх, надо было напротив двери зеркало повесить, чтобы ты сразу видела выражение своего лица.

– А что с ним не так? – мрачно поинтересовалась Саша и плюхнулась на табуретку у стола.

– Ну вот бы и посмотрела.

Бабушка села напротив и взяла свое вязание.

– Ты уже ела? – Саша поднялась и достала кружку.

– Нет.

– Меня ждала опять? А если бы я не проснулась?

– Вот будет тебе дополнительная причина встать, – улыбнулась бабушка. – Чтоб не заморить меня голодом.

Саша достала еще одну кружку и налила чай. Себе – зеленого, бабушке – черного, но разбавив большим количеством молока. Положила в две тарелки овсяной каши из кастрюльки, заботливо укутанной полотенцем.

– Помидоры совсем заросли, – заметила бабушка, прихлебывая чай.

– Я их недавно полола, – отозвалась внучка.

– Сорнякам много времени и не надо. Да еще дожди шли.

– Надоели, – вздохнула Саша.

– Дожди или сорняки? – в глазах бабушки прыгали смешинки.

– И те и другие. Одна только я… – в сердцах начала Саша, но тут же замолкла.

– Что? Договаривай, раз уж взялась.

– Неважно.

– Одна только ты сидишь в помидорах, вместо того, чтобы жить интересной жизнью, как все вокруг. Я правильно озвучила твою мысль?

– Бабушка!

Саша аккуратно поставила кружку на стол, стараясь не стукнуть ею.

– Это чепуха, Сашка. Замуж тебе надо.

Та молча вышла из дома, все так же аккуратно-тихо прикрывая за собой двери.