Гвен
Когда я вышел из стационарного портала в столице Адеса́ндрии, первое, что бросилось в глаза, — драка посреди центральной площади.
Четверо рослых магов бились с одной мелкой пигалицей в красной униформе.
И, по-моему, она побеждала.
Бросив на землю свои вещи, я понёсся в гущу потасовки, на ходу расталкивая любопытных, которых собралось немало. Адеса́ндрия — страна для туристов, поэтому всё, что выбивается из обычной жизни, воспринимается как развлечение.
Только вот сейчас всё выглядело по-настоящему и совершенно не напоминало тренировку или представление. Как боевик я видел, какие заклинания наводят парни и с какой силой они влетают к окружившей себя огнём магичке.
Девчонка же продолжала крутиться на месте и раздавать всем желающим пылающие удары призрачного кулака. Светлые волосы стояли дыбом, а в глазах плясало недетское пламя. Ещё чуть-чуть — и она взорвётся.
— А ну, всем отойти! — рыкнул я, на ходу меняя ипостась и закрывая девушку от нападающих бойцов своей огромной тушей.
Это однозначно студенты — молодые, агрессивные и… не очень опытные.
— Медведь! — захлебнулся своим же заклинанием один из парней, падая на спину.
С другой стороны в мой бок влетела ледяная стрела, а метнувший её нахал нагло ухмыльнулся. Правда, лишь до того момента, пока я лапой не выбил все агрессивные мысли у него из головы.
Оставшиеся двое решили не испытывать судьбу, а когда я клацнул зубами, и вовсе подобрали своего товарища и дали дёру.
Только вот я не учёл, что девчонка совершенно не собирается трепетно ждать спасения. Выскочив из-за моей спины, она воинственно выкрикнула:
— А ну стойте, гады!
И создав в руке огромный огненный шар, уже собралась метнуть его в спину неприятелям.
Я вернулся в человеческое тело и перехватил тонкое запястье за секунду до того, как на улепётывающих чуть не обрушилась последняя кара.
— А ну, остановись! — рыкнул на неё. Огневички — народ взрывной и часто понимают лишь язык силы. — Совсем сумасшедшая, швыряться огнём в городе, где полно мирных жителей?!
— Ты ещё кто?! — тёмно-зелёные глаза с яростью уставились в моё лицо, и на одну секунду я забыл, как дышать. — Они пытались меня ограбить! Отпустил быстро!
Только вот я продолжал смотреть…
— Каина… — выдохнул наконец, не в силах поверить в то, что вижу.
Глаза напротив опасно сузились, а потом, ещё до того, как я сумел сообразить или отреагировать, в челюсть прилетел удар девичьего кулака. Очень сильный для такой хрупкой особы.
Встряхнув рукой, незнакомка смерила меня презрительным взглядом и выплюнула:
— Вы ошиблись.
А затем, подняв с земли свою сумку, зашагала в сторону центральной улицы.
Я остался стоять посреди площади, растерянно глядя вслед хорошенькой упругой попке.
На долю секунды… на одно мгновение, когда глаза этой паршивки смотрели прямо на меня, возникло ощущение…
Я растерянно помотал головой.
Щека ныла, а в голове билась испуганная мысль.
Быть не может…
Каина умерла десять лет назад.
И умерла из-за меня…