Весенняя сказка

В раннее апрельское утро среди зарослей мать-и-мачехи появились две феи. Они вышли из растрепанных цветочных головок, отряхивая платьица от желтой пыльцы. У первой были крылья бабочки-лимонницы, а у второй прозрачные золотистые крылья стрекозы. Глаза у обеих светились маленькими изумрудами.

Феи зевнули, потянулись, приподнявшись в воздухе, и увидели друг друга.

- Доброго ветра! – первой поздоровалась фея-стрекоза.

- Доброго тепла! – прозвенела в ответ ее бабочка-подруга. – Я буду звать тебя Златинкой.

- Тогда тебя пусть зовут Желтокрылка.

- Очень приятно. – согласилась фея-бабочка, плавно взлетев на жесткий стебель прошлогоднего тысячелистника.

- Взаимно. – мелодично ответила ее подруга Златинка, стремительно опустившись на соседний. В сухих корнях растений, которых они коснулись, появились зеленые ростки.

Познакомившись, феи поднялись в воздух, и полетели осматривать свой дом.

Был час рассвета. Солнце разливало мягкое золото на зеленеющую траву и отсвечивало редкие возвышенности деревьев. Густые облака на востоке собрались в темную синеву. Сквозь их просветы голубизна казалась бледной. На западном горизонте облака были легкими, похожими на белые перья, а небо играло желто-лиловыми красками.

- Наш дом сине-зеленый. – решила Желтокрылка.

- Нет, наш дом разноцветный! – не согласилась Златинка.

- Почему ты так думаешь? – удивилась ее подруга.

- Ну смотри же! Вон то облако по краям розовое, а кора на березе белая. Какой же он сине-зеленый?

- Но синего и зеленого тут намного больше! – фея-бабочка начала сердиться.

- Ну и что? – махнула крыльями ее подруга-стрекоза.

- Какая ты глупая!

Две феи начали ссориться. Одна нашла у другой «слишком кричащий цвет крыльев» а вторая заметила, что крылья подруги «блеклые и невыразительные». Они бы уже вконец разругались и разлетелись, но когда Златинка заявила: «Надо быть совсем глупой, чтобы назвать белое синим!» - и указала туда, где только что было легкое облачко, то с удивлением его там не обнаружила. Пока они спорили, небо посерело. И вот уже первые капли упали на траву. А затем апрельский дождь вошел в полную силу. Феи метнулись под ближайшее дерево.

- Как странно! Все же было разноцветным, и вода не падала. Откуда взялось это мокрое и серое? – удивлялась Златинка, прижимаясь к стволу березы под большой толстой ветвью.

- Может быть оно пришло вместе с ветром? – отозвалась Желтокрылка, устроившись повыше и пригибая к себе тонкую, покрытую молодыми листьями ветку, чтобы защититься от дождя.

Вода падала недолго. Небо стало проясняться и засияло новыми красками. Солнце пробилось к земле, золотым пожаром затронув края еще темных туч. А на другой, более светлой половине неба сочно загорелась семицветная радуга. Феи выпорхнули из своего укрытия и стали радостно кружиться, восхищаясь новыми переменами.

- Теперь-то ты точно согласишься, что наш дом разноцветный! – опустившись на секунду на мокрую траву, сказала Златинка.

- Не в этом дело! Ты еще не поняла? Наш дом разный, он все-время меняется! – на лету прозвенела Желтокрылка.

- Да, ты права… Подожди, это значит, что и радуга со временем уйдет? – расстроенно спросила Златинка.

- Да, она уйдет. Посмотри, она уже немного бледнее. Но вместо нее будет что-нибудь другое.

- Но я не хочу, чтобы радуга пропала! Я не хочу другое, пусть будет это! Вот увидишь, она не пропадет!

Но через несколько минут радуга пропала. Златинка горько плакала, но феи не могут долго предаваться одному чувству. Вскоре она развеялась и развеселилась. Да и дел еще было много. Нужно было выбрать себе дерево, чтобы стать его покровительницей.

Деревьев в поле было мало. В основном это были юные березки, по отдельности возвышавшиеся среди травы. Феи осмотрели их все, но никак не могли выбрать свое, потому что молодые деревца очень походили друг на друга.

- Смотри, Желтокрылка, а там еще есть какие-то заросли и что-то странное среди них, полетели туда!

Феи порхнули к краю поля и оказались недалеко от сельской дороги.

Заросли, которые заметила Златинка, были группой молодых верб, прижавшихся плотной толпой к электрическому столбу. Их тоненькие, гибкие ветки еще не утратили своих пушистых, присыпанных золотистой пыльцой, почек, но уже покрылись нежной маленькой листвой.

- Я хочу эту заросль! – воскликнула Златинка.

- Подумай хорошо. – ее подруга явно была встревожена. – Это уродливое каменное дерево мне не нравится. Оно не наше, оно из мира людей. И дорога… она слишком близко. От людей и их странных предметов лучше держаться подальше.

- А мне нравится это каменное человеческое дерево. Ну и пусть уродливое, зато прочное! В нашем поле все меняется, а оно нет. Оно не исчезнет как радуга! И вербочкам оно тоже нравится. Смотри, как деревца к нему прижались.

- Дело твое. – звонко вздохнула Желтокрылка. – А я лучше выберу березку. И подальше отсюда.

С этого времени подруги разделились, каждая поселилась на своем месте. Но в полдень они слетались, рассказывали друг другу о своих деревьях и вместе придумывали весенние песни.

«- Моя березка сегодня сказала, что капли дождя ей нравятся больше, чем утренняя роса, если их тоже приправить лучами солнца.

- А на моих вербах поселились гусеницы и начали сгрызать листья. Пришлось позвать воробьев.»

Так было каждый полдень. Но однажды Желтокрылка прилетела в назначенное место (возле главной полевой ромашки) и подруги не обнаружила.

Встревоженная, она полетела к вербовым зарослям и увидела там страшную картину.

Молодые деревца были спилены под корень и валялись у основания электрического столба. Из их обрубленных стволов сочился майский сок, а юные листья все еще зеленели на приваленных к земле ветках.

А Златинка? Фея исчезает, если срубить ее дерево.

Желтокрылка долго вспоминала подругу, и хотя была по горло занята своей березкой, то и дело отвлекалась и роняла слезы. Однажды в полдень, она полетела туда, где они обе родились и познакомились. Теперь на месте мать-и-мачехи там расцвели синие колокольчики. Желтокрылка опустилась на один из них и заплакала.

Вдруг она почувствовала колебание воздуха и обернулась. В том месте, где колокольчики росли особо густо, поднялась над землей фея. Ее стрекозиные крылья отливали прозрачной синевой, а глаза светились как аквамарины…

- Доброго лета! Я – Желтокрылка. Хочешь я буду звать тебя Лазуринкой?