Ветеран войны и робот

1

Что-то тяжело бахнуло. Взрыв был такой силы, что вздрогнула земля. Посыпались земляные комки, все заволокло дымом и пылью. Годд принялся отряхиваться скорее для того, чтобы отвлечься от мучительных мыслей, чем для наведения чистоты. Чтобы себя занять, Годд проверил воздушные фильтры на шлеме и свою штурмовую винтовку. С ними все было в порядке. Годд сидел в нише, вырытой в стенке окопа, прикрывшись прозрачным щитом из мелаллопластика. Прятаться в нишах в стенках окоп придумали совсем недавно. При попадании в траншею осколочного снаряда или мины осколки в такой ситуации для солдат оказывались не страшны.

Рядом в такой же нише сидел его товарищ – Клобб. Вместе они прошли уже не одну горячую компанию. Годд, высунувшись из своего укрытия, крикнул:

- Клобб, ты как там?

- Нормально, – услышал он.

В этот момент пискнуло переговорное устройство. Годд услышал голос лейтенанта Старра:

- Сейчас закончится артподготовка, и мы идем на штурм Плау Ку. Нас поддержат рота танков лейтенанта Жозза. Справа от тебя взвод седьмой роты старлея Киля. Понял?

- Так точно, – ответил Годд.

- Готовность пять минут, – произнес Старр.

- Есть, – сказал Годд и переключил переговорник на волну взвода. – Взвод, слушай мою команду! Пятиминутная готовность! Проверить личное оружие и боекомплект. Готовимся к атаке.

Всякий раз у Годда перед атакой начинало ныть где-то в нижней части живота. Вот и сейчас, он ощущал это неприятное чувство. Годд как-то разговаривал с ротным врачом на этот счет. Врач сказал, что это от стресса и посоветовал делать дыхательную гимнастику, чтобы отвлечься от негативных мыслей. Годд резко вдохнул побольше воздуха и медленно начал его выдыхать. Не сказать, что это как-то помогло избавиться от нехорошего чувства, но дыхательная гимнастика действительно отвлекала.

Вновь пискнуло переговорное устройство.

- Готов? – спросил лейтенант Старр.

- Так точно, готов, – пробубнил в ответ Годд.

- Тогда по зеленой ракете поднимай своих в атаку, – приказал лейтенант. – Понял?

- Так точно, – уныло произнес Годд.

Он переключил переговорник на волну взвода и передал распоряжение лейтенанта.

После тяжелых выматывающих боев у Шикангао во взводе Годда осталось всего шесть человек. Взять Шикангао так и не удалось, и командование решило обойти Шикангао с фланга через Плау Ку. Шикангао был важен тем, что являлся транспортным узлом, куда сходились дороги, питающие многочисленные гарнизоны по эту сторону гор. С падением Шикангао отвалилось бы все предгорье.

Годд услышал рычание моторов машин танковой роты поддержки. С лейтенантом Жоззом, командиром этой роты, Годд познакомился три недели назад на военной базе в Бантожене, когда их часть выдвигалась на передовую. Тогда он со своим приятелем Клоббом пьянствовал в каком-то местном притоне и разглядывал девиц, кривлявшихся на сцене. Тут какой-то пьяный лейтенант грязно ругаясь полез к ним на сцену. Он орал, что на гражданке работал хореографом и что сейчас девиц всему научит. Появились вышибалы, затем к ним присоединилась военная полиция. Годд и Клобб вмешались в потасовку и отбили лейтенанта. Так Годд и познакомился с Жоззом. Знакомство они отметили в другом притоне. Там они опять начали бузить и их попросили уйти. Третий притон Годд помнил с трудом, а как попал в расположении своей части, он вообще не помнил. На следующий день часть Годда погрузилась на машины и отправилась в сторону Плау Ку.

Откуда-то слева с шипением взлетела зеленая ракета. Годд крикнул в переговорник:

- Пошли! Вперед!

Годд вылез на бруствер, встал на ноги, закрылся щитом и сделал несколько шагов вперед. Справа от него, также спрятавшись за щит, шел Клобб, слева Шлосс и Брок. Это были новички, из недавнего пополнения, от которого остались лишь эти двое.

Позиции их роты были скрыты от врагов дымовой завесой. В дыму Годд заметил темную громаду танка, который двигался в направлении врага. Время от времени Годд слышал, как мимо него зло шелестели вражеские пули. Он старался не думать о том, что одна из таких пуль могла оборвать его жизнь. Гнал подобные мысли прочь.

Налетевший ветер разогнал дым, и взору Годда предстало поле, которое ему и его взводу предстояло преодолеть. Метров сто-сто пятьдесят, все изрытое воронками с остатками колючей проволоки.

«Наверняка еще и мины где-то тут», невесело подумал Годд.

Годд сделал еще несколько шагов. Танк, двигавшийся немного правее Клобба, приостановился и оглушительно пальнул куда-то в сторону врага. Годд не успел еще ничего подумать, как услышал нарастающий мерзкий свист и в то же мгновенье впереди в метрах десяти разорвался осколочный. Осколки защелкали по металлопластику. Взрывной волной Годда сбило с ног и присыпало землей. Он встал, отряхнулся, поднял перед собой щит и увидел, что в металлопластике застрял осколок величиной в палец.

«Если б не щит, был бы мне трындец!» мелькнуло у Годда.

В голове шумело, во рту чувствовался металлический привкус. Годд дождался, пока пыль от взрыва осядет, и сделал шаг вперед.

- А-а-а! – услышал Годд в переговорнике чей-то крик.

- Шлосс, это ты? – спросил Годд.

- Да, командир, – прохрипел в ответ Шлосс.

- Куда тебя? – вновь спросил Годд.

- В ногу, – хрипел Шлосс.

- Возьми аптечку и сделай себе инъекцию синим шприцом. – велел Годд. – Это обезболивающее. Кровотечение есть?

- У меня ноги нет! – простонал Шлосс.

- Твою ж в дивизию! – выругался Годд. – Брок, ты далеко от Шлосса?

- Нет, – ответил тот.

- Вернись, наложи жгут, – сказал Годд. – А то Шлосс истечет кровью. А я вызову медиков.

- Есть вернуться, – ответил Брок. По всей видимости, он был рад не лезть в сегодняшнюю мясорубку.

- Остальные вперед! – крикнул в переговорник Годд и послал вызов медицинскому боту.

Снаряд угодил в моторное отделение танка, приданного в поддержку их роты. Бахнуло так, что Годд на мгновенье оглох. Танк сначала задымился, а затем загорелся, распространяя вокруг удушающий чад. Из башни один за другим выскочили танкисты и побежали в тыл. Годд не успел подумать, что остался без прикрытия, как в щит что-то ударило, да так, что он едва устоял на ногах.

«Снайпер, что ли?» мелькнуло у него в голове.

- Первый, первый, накрой окопы минометами! – попросил Годд в переговорник. – У меня уже двоих ранило.

- Минометы уже работают, – ответили ему. – Двигайтесь быстрее и потерь будет меньше.

- Да что б вас! – выругался Годд и переключился на канал отделения. – Все живы?

- Так точно, – ответил Клобб.

- Жив, – ответил Кост.

- Живой, – отозвался Оффор.

- Надо поднажать, – сказал Годд. – До окопов осталось метров двадцать.

- Без поддержки нас всех положат, – произнес Оффор.

- Я вас уберегу от неприятностей, – шутливо пообещал Годд. – А теперь слушайте меня внимательно. Кидаем в окопы гранаты и одним рывком бежим в траншеи. А дальше как вы умеете: бьем всех, кого увидим. Поняли?

В ответ прозвучали утвердительные ответы. Страх в их голосах сменился решимостью. Они доверяли ему.

Через секунду полетели гранаты и раздались звонкие хлопки и крики врагов. Еще несколько усилий и Годд, прикрываясь щитом, спрыгнул в окоп. Он увидел убегающего вражеского солдата.

- Кост, в твою сторону бежит один, – сообщил Годд.

- Понял, – ответил Кост. – Жду не дождусь.

В этот момент из-за поворота траншеи вылетела граната и упала прямо перед Годдом. Выкинуть ее через бруствер у Годда уже не было времени. Он привалился к стенке окопа и прикрылся щитом так, чтобы отвести осколки в сторону. Взрыв был такой силы, что оторвало от щита с левой стороны кусок металлопластики. Годд потряс головой, чтобы прийти немного в себя, прежде чем подняться на ноги.

Подойдя к повороту окопа, Годд метнул гранату и, сразу после взрыва, сделал шаг под прикрытием щита и дал очередь из штурмовой винтовки. В траншее никого не было. Годд двинулся дальше.

Вдруг что-то бахнуло совсем рядом с такой силой, что Годда повалило на землю. Он почувствовал резкую боль в правом плече, там, где соединялась кираса и наплечник. Сверху на Годда что-то упало тяжелое и в довершение его еще засыпало землей. Фильтры в шлеме забились пылью, и он начал задыхаться. Он захрипел, судорожно пытаясь вдохнуть воздух, бросил винтовку, встал на четвереньки и… вскочил с кровати.

Ему опять приснился кошмар. Он сидел, свесив ноги с кровати, пытаясь справиться с дыханием и растирая болевшее плечо. Вытерев пот, Годд, все еще тяжело дыша, встал и, пошатываясь, подошел к столу, на котором лежала кучка разнообразных лекарств. Покопавшись в ней, он выбрал нужные, выдавил из блистера таблетку и налил стакан воды, чтобы запить.

Спать Годд уже не хотел. Он прошелся по комнате и подошел к окну. Было еще темно. Рассвет только-только начинался. Он накинул на плечи старую армейскую куртку и вышел на крыльцо в утренний холод. Разглядывая выступающие из сумрака деревья, Годд мысленно отправился в свое прошлое.

Клобб, его закадычный товарищ, друг и соратник, погиб при атаке на Чантон, небольшого укрепрайона. Подорвался на мине. Годд тогда не смог его спасти, потому что сам был ранен. Это произошло в его седьмую военную компанию. Их лейтенант, Старр, тоже погиб. В штабную машину, в которой ехал лейтенант, угодил фугас. Никто из пассажиров не выжил. Лицо лейтенанта было обезображено, поэтому его опознали по татуировке на руке. А следы лейтенанта Жозза теряются и что с ним стало Годд не знал.

Годд достал из кармана мятую пачку, вытащил из нее сигарету и закурил. Он смотрел, как отступает темнота, как медленно встает солнце и наступает утро.

Годд вспомнил, что через восемь дней у него день рождения. Ему исполнится сорок восемь. Это не так уж и мало, но и не очень много. Однако, пройдя столько военных конфликтов, получив столько ранений и психологических травм, он чувствовал себя глубоким стариком. И теперь Годд, ветеран, комиссованный по здоровью, находил убежище в тишине лесного домика. Его правое легкое, истерзанное в одном из боев, было заменено на искусственный имплант. Это было напоминанием о прошлом, которое он старательно пытался забыть. Каждый его день был наполнен приемом лекарств, ритуалом поддержания хрупкого равновесия между жизнью и смертью. Почти каждую ночь он воевал во сне. Причем сновидения были чрезвычайно реалистичными, жестокими и ужасающими. Он всегда просыпался в холодном поту, задыхаясь и откашливаясь. Его родители давно ушли, не дождавшись его возвращения из армии. А семьей Годд так и не обзавелся. Теперь он коротал свою одинокую жизнь в избушке посреди леса.

Однообразие, словно густой туман, окутывала его дни, лишая их цели и смысла. Тем не менее, он продолжал жить, стараясь наполнить свою жизнь хоть каким-то подобием смысла.

На земле рядом с крыльцом валялся сверток газет, который скинул почтовый дрон. Сейчас практически все знакомились с новостями по сети. Вероятно, Годд был единственным в мире человеком, кто предпочитал читать газеты и журналы в бумажном варианте. В редакции газеты шли навстречу прихотям ветерана войны и регулярно отправляли ему прессу.

Годд с кряхтением поднялся со скамейки и подобрал сверток.

Он не спеша отнес сверток с газетами в дом и бросил его на стол. Затем Годд разжег печь и подкинул в нее несколько поленьев. Когда печь разгорелась, и комната начала понемногу согреваться, Годд налил в чайник воды из пластиковой бочки, что стояла во дворе, и поставил чайник на печку. Затем он взял кастрюльку, насыпал туда стакан пшена, залил водой и поставил на печку вариться. Все это Годд делал не торопясь, потому что спешить ему было некуда.

Заварив чай на лесных травах, Годд устроился в кресле рядом с окном и отхлебнул из кружки. Не сказать, что травяной чай ему нравился, но это было лучше, чем простой кипяток.

Годд раскрыл утренний выпуск «Ведомостей» и углубился в чтение. Оказалось, что королевство Алам, с которым государство Годда воевало последние несколько лет, теперь стало союзником. В данный момент они вместе развивали промышленность и осваивали месторождения полезных ископаемых.

«Для чего же нужно было гробить столько парней?» - подумал Годд и перевернул страницу.

Далее следовал экономический обзор. Автор статьи объяснял рост цен на продукты питания тем, что население страны стало слишком много есть, и призывал людей умерить свои аппетиты.

Годду захотелось дать в морду этому автору. Он в сердцах шваркнул газету на стол, и тут его внимание привлекло объявление на последней странице. Годд расправил газетный лист и прочитал. Оказалось, что предприятие «Роботикс прожект» предлагает человекообразного электронного компаньона, способного вести домашнее хозяйство. Годд задумался. Скоро ведь его день рождения. Он прошелся по комнате, выглянул в окно, где уже начал моросить унылый осенний дождь и, поддавшись внезапному порыву, поднял трубку допотопного телефона.

Годд связался с банком, где хранились его сбережения, сделанные им за последние пятнадцать лет. Он решился потратить их на электронного компаньона «Роботикс проджект». Почему бы и нет? По подсчетам Годда его денег не хватало на полную версию биоробота, лишь на эконом-вариант. Эта машина не обещала чудес, но давала ему надежду на хоть какое-то разнообразие в его жизни.

Почтовый дрон принес ему финансовые документы, которые Годд должен был подписать. Затем с ним связались из «Роботикс прожект» и сообщили, что электронные компаньоны эконом-варианта закончились. Остался лишь один бракованный экземпляр. На вопрос Годда, что с ним не так, в компании сказали, что биоробот обладает слишком высоким уровнем самостоятельности. По всей вероятности, при его создании был допущен сбой при сборке его позитронных мозгов. И если Годд купит у «Роботикс прожект» этого биоробота, он получит небольшую скидку, если откажется, то машина пойдет на утилизацию. Немного подумав, Годд дал добро на покупку. «Роботикс прожект» сразу же сняла с себя ответственность за возможные негативные последствия. Годду прислали договор купли-продажи, где он поставил свою подпись. И теперь ему оставалось дождаться поставки купленного им товара. В предвкушении этой игрушки Годд провел оставшиеся дни до его дня рождения.

2

Справа горел дом, и густой дым пожара застилал обзор улицы. Слышались уханье больших калибров и недалекий стрелковый бой. Их батальон занимался зачисткой только что отбитого населенного пункта под названием Бинлин. Прикрываясь щитами, Годд и Клобб двигались по какой-то кривой улочке. Жителей нигде не было. Вероятно, они убежали от войны на север.

Пискнуло переговорное устройство.

- Доложить, как дела, – велел лейтенант Морр.

- Тихо, – ответил Горр. – Мы в квадрате Д-3.

- Вас двое? – спросил лейтенант.

- Так точно, – отрапортовал Горр.

- Тогда ждите подкрепление. – произнес лейтенант. – Найдите какое-нибудь укромное место, не маячьте на улице. Вас могут их снайперы снять.

- Есть найти укрытие, – сказал в ответ Горр и повернулся к Клоббу. – Велено найти убежище и ждать подкрепление.

Клобб указал рукой куда-то вперед:

- Смотри!

Там серыми тенями к ним приближалось несколько десятков человек.

- Твою ж налево! – ругнулся Годд. – Давай в дом.

Годд перепрыгнул через труп, лежащий в канаве, и через открытую калитку забежал во двор. Клобб последовал за ним. Расположенный во дворе дом уже был без крыши. Годд забежал в эти развалины дома и огляделся. В комнате на полу валялась домашняя утварь вперемешку с битым кирпичом и обгорелыми досками.

- Давай к тому окну, – Годд указал Клоббу. – А я буду у этого.

Что-то крича им на своем языке враги принялись обстреливать занятый ими дом. Годд и Клобб пытались отвечать из своих винтовок, но вражеский огонь становился все плотнее. Подъехал броневик и открыл огонь из крупнокалиберного пулемета. Пули сносили буквально все, превращая в труху, воздух наполнился кирпичной пылью.

«Сейчас подъедет танк и тогда они разберут нас на кусочки». – подумал Годд. - «Надо быстрее отсюда убираться».

Годд еще раз оглядел дом, в котором они с Клоббом прятались.

- Уходим! – стараясь перекричать грохот, заорал Годд.

- Куда? – услышал он испуганный голос Клобба.

- В подвал, – крикнул Годд.

Он на четвереньках пополз в сторону лестницы, ведущей в подвал. Оглянувшись, Годд увидел, что Клобб последовал его примеру. Когда Годд начал спускаться по лестнице, грохнул взрыв, от которого Годд на мгновенье оглох. Взрывной волной Клобба швырнуло на Годда, тот не удержался, и они покатились вниз по лестнице. Когда Годд скатился на дно подвала, на него сверху упал Клобб. Стало вдруг необычайно тихо. Годд почувствовал на лице что-то липкое. Кровь? Чья кровь, его или Клобба? Пока Годд прислушивался к своим ощущениям, он услышал стук.

Годд открыл глаза. Голова гудела как колокол. Настало утро, и солнце только-только начало пробиваться сквозь кроны деревьев. В его дверь опять постучали.

«Кого это нелегкая принесла?» подумал Годд.

Годд еще не отошедший ото сна, накинул на плечи старую армейскую куртку и открыл дверь. На пороге стояла девушка. Черты ее лица были безупречны. Особенно выделялись миндалевидные глаза необычного фиолетового цвета. Русые волосы были собраны в пучок и перетянуты обыкновенной резинкой.

Годд молча разглядывая ее. Ситуация для него складывалась крайне удивительной. За всю жизнь в этом забытом богом месте, Годд видел живого человека в первый раз.

- Здравствуйте, я ваш электронный компаньон, – представилась девушка.

Годд был так ошеломлен, что не мог ничего ответить. Он только сейчас вспомнил, что недавно купил эту штуку.

- Если вы сомневаетесь в моих словах, я принесла документы подтверждающие вашу покупку, – произнесла она.

Ее движения были плавными, а глаза излучали спокойствие. Она протянула Годду документы. Он взял их и рассеяно просмотрел. Да, это была она – его биоробот.

- Пойдемте в дом, – осипшим со сна голосом сказал он. – Извините, у меня тут не убрано…

- Это не проблема, – произнесла девушка.

Она осмотрела его дом и продолжила:

- Вы можете не переживать. В меня вложена программа по обеспечению вашего комфорта и благополучия. Как мне к вам обращаться?

Годд совсем был обескуражен.

- Годд, – промямлил он. – А как вас зовут?

- Я модель БМ-1003, – ответила девушка.

- Ясно, а зовут-то вас как? – спросил Годд.

- У меня нет имени, – пожала плечами она. – Но вы можете дать мне любое имя. Я ведь ваша собственность.

- Даже так! – удивился Годд. – Никогда никому не давал имен.

Он помолчал и обратился к девушке:

- Можно я вас буду называть Полина?

- Отличное имя! – обрадовалась девушка. – Спасибо вам!

- Да за что же? – не понял Годд.

- За хорошее отношение ко мне, – ответила девушка.

Годду только и оставалось, что пожать плечами. Для него ситуация складывалась крайне необычно.

- Как вы сюда попали? – поинтересовался Годд. – Здесь нет никаких дорог.

- Меня привезли на дроне, – сказала Полина.

Она прошла по комнате и продолжила:

- Я вижу на столе лекарства. Расскажите, какие у вас заболевания, чтобы я могла помочь вам легче справляться с ними.

Годд пожал плечами и впервые кроме врача начал рассказывать о своих болячках. Рассказывал он нехотя, без особого желания, поэтому Полине приходилось постоянно задавать ему уточняющие вопросы. Волей-неволей разговор перешел на кошмары, которые Годд переживал каждую ночь.

Полина внимательно слушала, ее фиолетовые глаза не отрывались от лица Годда, и в них читалось искреннее участие. Она не перебивала, лишь изредка кивала, словно впитывая каждое слово. Когда Годд закончил, в комнате повисла тишина, нарушаемая лишь тихим шелестом дождя за окном.

- Кошмары – это тяжелое бремя, Годд, – мягко произнесла Полина. Ее голос был мелодичным, лишенным всякой механистичности, что еще больше удивляло Годда. – Моя программа включает в себя не только физическое благополучие, но и психологическую поддержку. Я могу помочь вам справиться с ними. Мы можем попробовать техники релаксации, медитации, или просто поговорить о том, что вас тревожит.

Годд почувствовал, как напряжение, которое он носил в себе годами, начало ослабевать. Впервые за долгое время он ощутил, что его слушают, что его проблемы не остаются незамеченными. Он посмотрел на Полину, на ее спокойное, красивое лицо, и в его душе зародилось что-то новое – робкая надежда.

- Я… я не знаю, с чего начать, – пробормотал он, чувствуя себя неловко.

- Можно начать с того, что вы чувствуете прямо сейчас, – предложила Полина. – Если вы позволите, я могу провести для вас короткую медитацию. Она поможет вам расслабиться и, возможно, прояснить мысли.

Годд кивнул. Он не понимал, как эта машина может ему помочь, но что-то в ее уверенности и доброжелательности внушало доверие. Он устроился поудобнее в кресле, а Полина села напротив, ее движения были плавными и грациозными. Она начала говорить тихим, успокаивающим голосом, направляя его дыхание, помогая отпустить тревожные мысли.

Время шло незаметно. Годд чувствовал, как его тело расслабляется, а ум становится более ясным. Когда медитация закончилась, он почувствовал себя отдохнувшим, словно после долгого сна.

- Спасибо, Полина, – искренне сказал он. – Это… это было удивительно.

- Я рада, что смогла помочь, – ответила она с легкой улыбкой. – Мы можем повторять это упражнение каждый день, если вы захотите. И, Годд, не стесняйтесь говорить мне обо всем, что вас беспокоит. Я здесь, чтобы помочь вам.

Годд посмотрел на нее, и в его глазах мелькнул огонек. Возможно, этот эконом-вариант биоробота окажется куда более ценным приобретением, чем он мог себе представить. Возможно, его жизнь действительно начнет меняться к лучшему. Он почувствовал, как в нем просыпается желание жить, желание бороться с своими страхами и найти свое место в этом мире, который казался ему таким враждебным. И рядом с ним была Полина, его электронный компаньон, которая, казалось, понимала его лучше, чем кто-либо другой.

- Давайте, Полина, я разожгу печку и заварю чай, – предложил Годд. – Вы, наверное, хотите горячего чайка? А я тут со своими болячками пристал.

- Спасибо, Годд, за заботу, – улыбнулась Полина. – Но я не человек, я не пью чай. Однако я была бы вам благодарна, если бы вы научили меня, как надо разжигать печку.

Годд пожал плечами и принялся за растопку печки. Полина за ним внимательно наблюдала. Когда закипел чайник, Годд в кружку насыпал из матерчатого мешочка сушеной травы и залил туда же кипятка.

- Годд, а где вы берете сушеную траву для заварки? – спросила Полина.

- В лесу, – ответил Годд. – Я знаю поляну, где растет много душистых трав. Там я ее рву, а потом сушу.

- Как я хочу попасть в настоящий лес! – воскликнула Полина. – Вы сможете как-нибудь показать мне эту поляну? Хочу попробовать нарвать этой травы для чая.

- Показать поляну это не сложно, – усмехнулся Годд. – Только той травы, что нужна, сейчас там нет. Нужно ждать весны.

- Жаль, – произнесла Полина. – А просто в лес сходить можно?

- Конечно, – согласился Годд. – Можно завтра с утра сходить, как рассветет, так и пойдем, поищем грибов. Кстати, я и не подумал, вам, Полина, нужно где-то оборудовать кровать.

- Зачем кровать? – удивилась Полина.

- Как зачем? – не понял Годд. – Спать-то вы где собираетесь?

- Я не человек, Годд, – сказала Полина. – Я не сплю. Мне достаточно зарядить свои аккумуляторы и протестировать работу своих систем и механизмов. На это уходит два-три часа. Остальное время я в вашем распоряжении.

- Вот оно как! – пробормотал Годд. – В молодости мне порой тоже было достаточно двух-трех часов для сна.

Помолчав он произнес:

- Но ведь у вас должно быть свое место, где вы будете складывать свои вещи, ведь так? Дом хоть и не очень большой, но где бы вы хотели расположиться?

- Ну, если вы не против, я бы на ночь расположилась рядом с розеткой, что у окна, – попросила Полина. – Там, я заметила, есть еще и доступ в сеть. Если вы не против, ночью я хотела бы воспользоваться вашим интернетом.

- Хорошо, – сказал Годд. – Завтра начну делать вам кресло, чтобы вам было удобнее.

- Спасибо, – поблагодарила его Полина.

3

Клобб, сидевший в траншее справа от Годда, метнул гранату. Через несколько секунд последовал хлопок и чьи-то крики. Граната достигла цели. И сразу за этим по их позиции открыли ураганный огонь из пулемета. Видимо враги вычислили их и теперь пытались ликвидировать.

«Сейчас минометами начнут долбить, – подумал Годд. – Надо сменить позицию.»

- Клобб! – стараясь перекричать грохот боя, заорал он. – Давай быстро за мной!

- Когда же придет подкрепление? – крикнул Клобб.

- Не будет никакого подкрепления, – ответил ему Годд. – Нам бы еще какое-то время продержаться и будем отступать к реке.

В этот момент послышался жуткий свист и позади метрах в пяти разорвалась мина, обдав Годда землей и пылью. Годд услышал, как Клобб охнул. Он оглянулся и увидел, что его товарищ лежит на дне окопа. Годд подбежал и присел рядом с ним.

- Куда? – спросил Годд.

- В спину, – прохрипел Клобб. – В районе левой лопатки.

- Давай гляну.

Годд осторожно перевернул Клобба и увидел, что униформа с левой стороны стала черной от крови. Годд достал нож и аккуратно распорол ткань и увидел рану с рваными краями, из которой вытекала кровь. Он достал шприц синего цвета с обезболивающим средством и сделал инъекцию. Затем достал пузырек кровеостанавливающего раствора и залил им рану. Далее на очереди было средство, которое при соприкосновении с кожей затвердевало и образовывало защитную пленку. Годд выдавил гель из тюбика и размазал по ране. Наконец, он достал шприц с антибиотиком широкого спектра действия и сделал инъекцию. После всех манипуляций Годд спросил:

- Как ты?

- Нормально, – прохрипел Клобб.

- Тогда давай отсюда выбираться, – сказал Годд. – Сдам тебя медикам, а они тебя подлатают.

Он взвалил Клобба на спину и, пошатываясь, поплелся по траншее. Время от времени то слева, то справа рвались мины, осыпая их землей, а по щиту, прикрывавшего спину, щелкали осколки.

Траншея вывела их к реке. Годд с трудом вылез на бруствер и вытащил раненого Клобба. Взвалив его на спину, Годд прикрылся щитом и двинулся к реке, высматривая какое-нибудь плавательное средство. Он заметил в зарослях осоки что-то похожее на лодку и поторопился к ней.

Годд услышал крики наступающего врага. Надо было спешить. Враги вот-вот ворвутся в окопы. Добравшись до лодки Годд бережно положил Клобба, уже потерявшего сознание, на дно плавательного средства. Сам он запрыгнул в лодку, схватил весло и оттолкнулся им от берега. Годд что есть силы принялся грести. Он увидел, как враги уже спускаются к берегу и кричат, указывая на отплывшего Годда.

«Довести бы Клобба живым», мелькнула у Годда мысль.

Вражеские солдаты, увидев лодку с беглецами, открыли ружейный и автоматный огонь. Пули злобно шелестели рядом с Годдом и плюхались в воду, несколько пуль ударило в щит, которым прикрывался Годд. Одна пуля все же пробила борт лодки и в посудину начала заливаться вода. Но это не сильно беспокоило Годда, ему нужно было как можно дальше отплыть от берега, и он изо всех сил налегал на весла. Но они были очень уязвимы. На реке никуда не спрячешься, видно, как на ладони.

И этот момент Годд услышал мерзкий свист. Следом за ним последовал взрыв. Вверх взметнулся столб воды метрах в пяти впереди от лодки. Через пару секунд второй взрыв был с недолетом в три метра, обдав их брызгами воды.

«Сволочи! Взяли в вилку!» - подумал Годд. - «Теперь нам трындец!»

Он почувствовал неотвратимость приближающейся смерти. От этого у него все внутри затряслось.

Послышался ужасающий свист, за которым последовал взрыв, и лодку подбросило в воздух. Потом все рухнуло вниз, в реку. Годда что-то ударило по голове, и он на мгновенье потерял сознание. Очнулся он уже находясь в воде, без шлема, чувствуя, что идет ко дну. Одежда намокла, стала тяжелой и тянула его вниз, а избавиться от нее он никак не мог. Годд пытался выплыть, но сил уже не было. Он попытался вдохнуть, но и воздуха тоже не было. Он начал задыхался, судорога скрутила его тело, он дернулся и ... проснулся.

Стоя на четвереньках на кровати он откашливался, пытаясь восстановить дыхание, изо рта текли слюни, которые он вытирал рукой, размазывая по лицу.

Рядом стояла Полина и протягивала таблетку. В ее глазах Годд видел сочувствие и участие. Он взял лекарство из ее рук, и Полина протянула стакан с водой.

- Спасибо! – произнес Годд хриплым голосом.

- Не за что, – ответила Полина. – Давайте я померяю ваше давление.

- Никогда не жаловался на свое давление, – отмахнулся Годд. – Да и прибора для измерения давления у меня нет.

- Напрасно вы так говорите, – сказала Полина. – Забота о вашем здоровье – одна их основных моих функций. По этой причине я прошу вас позволить мне измерить ваше давление. Это не больно, уверяю вас.

- А как вы измерите давление без прибора? – поинтересовался Годд.

- Не беспокойтесь, – успокоила его Полина. – Я могу измерить артериальное давление при помощи рук. В меня встроен такой прибор. Давайте попробуем.

Полина положила ладони на его руку и слегка сдавила. Через несколько минут она сообщила:

- У вас повышенное давление. Если с этим не бороться, то возникнут проблемы с сосудами.

- И как же бороться? – спросил Годд.

- Например, принимать лекарственные препараты, – ответила Полина. – Я наведу справки о том, какие самые современные препараты используются в настоящее время.

- Полина, я боюсь, что не смогу их оплатить, – произнес Годд. – У меня не очень много осталось денег на моем счету в банке.

- Вот как! – воскликнула она. – Ничего страшного, я что-нибудь придумаю.

Немного помолчав, она сказала:

- Сейчас я разожгу печку и заварю вам чай, а потом приготовлю кашу.

- Спасибо, Полина, вы очень добры ко мне, – поблагодарил ее Годд.

- Ну что вы! – отозвалась Полина. – Я запрограммирована на обеспечение вашего благополучия.

Годд встал с кровати, он уже более-менее пришел в себя после пережитого ночного кошмара. Оглядев комнату, он обнаружил небывалый порядок и поразительную чистоту.

- Это вы постарались? – с удивлением спросил Годд. – Когда это вы успели?

- Ночью, пока вы спали, я по собственной инициативе решила убраться в вашем доме, – объяснила Полина. – Если что-то не так, прошу меня простить.

- Да нет, это мне нужно просить прощения у вас за то, что так захламил комнату, и вам пришлось работать ночью, – произнес Годд.

Он накинул старую армейскую куртку и вышел на крыльцо. Было довольно холодно, но вполне терпимо. Солнце уже выглядывало из-за деревьев, освещая просыпающийся осенний лес. На крыльцо вслед за Годдом вышла Полина. Годд увидел ее легкий костюм и спросил:

- Не замерзните?

- Я машина, – ответила она. – Я не чувствую холод.

- Посмотрю я на вас зимой, – усмехнулся Годд. – Тут птицы на лету замерзают.

Он вновь оглядел ее и сказал:

- Если хотите, мы сходим в лес. Надо начинать заготавливать на зиму грибы. Кроме того, я обещал сделать вам кресло. Надо сюда доставить стройматериалы для него.

- Здорово! – обрадовалась Полина.

Весь день Годд и Полина ходили в лес и занимались сбором грибов и их сушкой на решетке над печкой. Высушенные грибы они ссыпали в матерчатые мешочки и подвешивали в коридоре под потолком, чтобы их не достали мыши. А вечером Годд занялся изготовлением кресла для Полины, благо, что в лесу можно было подобрать нужный материал.

Годд заметил, что с появлением в доме Полины что-то изменилось. Она умело вела хозяйство, создавая уют и порядок там, где раньше царил хаос. Ее забота, тихая и ненавязчивая, проникала в самые потаенные уголки его души. Годд, привыкший к суровой реальности войны, начал открываться этой необычной девушке. Он обнаружил, что с каждым часом все труднее представить свою жизнь без нее.

Однако вместе с привычкой и благодарностью в нем начал расти новый, тревожный вопрос. Он видел ее заботу, ее внимание, ее умение предугадывать его нужды. Но что скрывалось за этими безупречными действиями? Была ли это лишь программа, отточенная до совершенства, или в ее искусственном сердце зародилось нечто большее? Или это была лишь имитация, искусно созданная для удовлетворения его потребностей? Этот вопрос, словно заноза, впивался в его сознание, омрачая тихую идиллию его лесной жизни.

4

Пискнуло переговорное устройство.

- Седьмой, как слышно? – Годд услышал голос лейтенанта Старра.

- Слышу, – ответил Годд.

- Возьмите левее, выйдете к балке, там накапливайтесь и по ней идете до деревни Газель Бала, – распорядился лейтенант. – Ваш взвод заходит туда и занимает позиции. Разведка говорит, что врагов там нет. Их передовые части ожидают только завтра к обеду. Ясно?

- Так точно, – уныло произнес Годд.

- Если что-то пойдет не по плану, немедленно доложить, – велел Старр.

- Слушаюсь, – сказал Годд.

Он переключил переговорник на волну взвода и произнес:

- Поступил приказ выйти к деревне Газель Бала. Оффор, ты у нас слева, балку впереди видишь?

- Никак нет, не вижу, – подал голос Оффор.

- Возьми в напарники Шлосса и пройдите вперед, – велел Годд. – Найдите балку. Осмотрись, нет ли там врагов. Разведайте, что там, и ждите нас.

- Будет исполнено, – сообщил Оффор.

Оффор был в составе недавно прибывшего пополнения. Родом он был из Нижних земель и, как сам говорил, если бы его не призвали в армию, точно очутился бы в тюрьме. Годд считал его самым толковым из всех новичков в его взводе. По этой причине Годд часто давал Оффору важные задания, от которых зависела жизнь многих солдат взвода. Оффор чувствовал доверие командира и с усердием выполнял возложенные на него поручения.

Недавно прошел дождь и земля, на которой лежали солдаты, была сырой. Правда, осеннего холода еще не было, но все равно, сырость не самое лучшее, что можно ощущать. Где-то вдалеке слышалась канонада и были видны поднимающиеся дымы пожарищ.

Клобб, привалившись к дереву, курил свои сигареты с вонючим табаком.

- Где ты берешь такую дрянь? – произнес Годд. – От такой гадости помрешь раньше времени!

Клобб лишь ухмыльнулся. Годд сел на землю рядом с ним и сказал:

- У нас на правом фланге полно необстрелянных. Пригляди за ними.

- Хорошо, пригляжу, – ответил Клобб. – Когда идем?

- Скоро, – произнес Годд. – Оффор сообщит о ситуации впереди.

В этот момент они услышали надрывное гудение и посмотрели в небо. К ним приближался самолет-разведчик. Годд отдал распоряжение по переговорнику:

- Всем под деревья и не высовываться. К нам летит самолет-разведчик.

В этот момент Годд услышал голос Оффора:

- Никого тут нет. Все тихо.

- Отлично, – ответил ему Годд. – Взвод, скрытно идем в балку. Там сосредотачиваемся. Затем занимаем деревню, что на той стороне балки.

Солдаты один за другим начали перебегать от дерева к дереву.

«Надеюсь, нас не заметят», подумал Годд.

Уже добравшись до балки, поросшей густым кустарником и невысокими деревьями, Годд встретил своих разведчиков Оффора и Шлосса.

- Командир, тут никого нет, – доложил Оффор и указал рукой. – А сама балка простирается туда дальше на полкилометра. А дальше балка упирается в село.

- Хорошо, – кивнул Годд. – Вы оба, идете в авангарде. Мы за вами. Если увидишь неприятеля, сразу докладывай.

- Слушаюсь, – ответил Оффор и убежал вперед.

Тут Годд услышал хорошо знакомый ненавистный свист. Так свистят авиационные бомбы. Некоторые, Годд это знал, могли по свисту определять, что за бомбы летят к земле, сотки, пятисотки или весом в тонну. Однако сейчас Годду было не до экспертных оценок веса летящих бомб. Какая к черту разница, от какой погибать? От страха неотвратимой смерти у него как всегда начало ныть где-то в нижней части живота. Годд попытался применить знаменитую дыхательную гимнастику, но ничего не помогало. Вой все приближался и приближался, становясь все ужаснее и ужаснее. И тут бомбы, достигнув поверхности земли, начали оглушительно взрываться одна за другой. Земля затряслась, стало темно, как ночью, воздух наполнился дымом и пылью. Слава богу, бомбы накрыли то место, откуда они уже ушли.

Немного отлежавшись в кустах на склоне балки, Годд произнес в переговорник:

- Все живы?

Солдаты нестройно откликнулись на его слова. Со всеми было все в порядке.

- Двигаемся по балке до конца, – сказал Годд. – Там должны быть наши Оффор и Шлосс.

Годд двинулся по балке вместе со своими солдатами. На груди висела штурмовая винтовка, а на правом плече – щит из металлопластика. Он старался идти скрытно, не привлекая возможных разведчиков врага. Однако, Годд понимал, что целому подразделению незаметно подойти к селу вряд ли получится. Тем не менее, согласно приказу, он должен зайти в Газель Бала и там закрепиться.

В этот момент он услышал хлопок ручной гранаты и перестрелку. Впереди, совсем рядом вспыхнул стрелковый бой.

«Что за черт!» - пронеслось у него в голове.

- Оффор, ты меня слышишь? – крикнул Годд в переговорник.

Но никто в ответ ничего не ответил.

- Фульп, доложи, что там происходит? – произнес Годд.

Фульп находился метрах в тридцати впереди, Годд это знал.

- Да хрен его знает! – ответил Фульп. – Эти твари тут повсюду! Нам не сдержать их, мы отходим.

- Всем приготовится к бою! – прокричал Годд в переговорник и снял свою винтовку с предохранителя.

- Тилле, заберись на край балки и выгляни, нет ли там кого? – обратился Годд к одному из бойцов.

- Слушаюсь, – услышал Годд в переговорнике.

Он увидел, как его боец, кто именно Годд не разобрал, тащил раненого. На темном фоне обмундирования раненого солдата отчетливо виднелись окровавленные бинты. Выстрелы стали слышны более отчетливо. Бой приближался. Тут еще откуда-то сверху ударил вражеский пулемет. Бил он длинными очередями, не жалея патронов.

- Командир! – услышал Годд голос Тилле в переговорнике. – Тут рядом с балкой два броневика и человек пятьдесят солдат с офицерами. Выгружают минометы.

- Тебя они заметили? – спросил Годд.

- Нет, – ответил Тилле.

- Тогда посиди немного. – велел Годд. – Понаблюдай.

Годд переключил переговорник и стал вызывать лейтенанта Старра. Тот откликнулся не сразу.

- Докладываю, – произнес Годд. – Атакован противником в балке перед деревней Газель Бала. Несу потери. Прошу подкреплений.

- Подкреплений не будет, – отрезал Старр. – Они обходят нас с фланга. Отходите.

Годд выругался. Его грызла обида и злость. Все было не так! Разведка проспала действия противника, Оффор и Шлосс не увидели засаду, Старр отказал в подкреплении. Делать было нечего, оставалось лишь спасать своих бойцов. Годд переключил переговорник на волну взвода и приказал:

- Поступила команда на отход. Отходим в соответствии с тем, как я вас учил. Иначе нас тут положат как цыплят.

В этот момент в траву перед Годдом упала граната. Он едва успел упасть на землю и прикрыться щитом. Последовал взрыв и по щиту щелкнуло пара осколков. Вслед за этим на Годда навалился неизвестно откуда взявшийся солдат противника. Его лицо было перемазано зеленой краской для маскировки и от него несло перегаром. Пехота противника перед атакой для храбрости всегда пила какую-то мерзость. Солдат ударил Годда чем-то по голове. Годд выпустил из рук щит, его шлем съехал в сторону, закрыв часть обзора. Он услышал лопотание солдата и вытащил нож из ножен, что сидели в набедренном кармане. Годд не видел врага, поэтому ударил в ту сторону, откуда исходил вражеский голос. Нож нашел свою цель, и противник заорал неожиданно тонким голосом. На крик подбежало еще двое, и принялись прикладами избивать Годда. Он получил несколько чувствительных ударов по голове. Хорошо, что он не потерял во время боя шлем. Лежа на земле Годд извернулся и полоснул кого-то по ноге. Тот заорал и удары прекратились. Годд услышал, как кто-то из них передернул затвор и дал в него очередь. Годд закричал и… проснулся.

Он был весь мокрый от пота. Сердце колотилось так, словно собиралось вот-вот выпрыгнуть. Годд увидел Полину, которая протягивала ему лекарство. В ее глазах он видел неподдельная тревога и сопереживание.

- Спасибо, – хриплым голосом ответил Годд.

Он проглотил таблетку и запил ее водой.

- Надо всерьез заняться вашим здоровьем, – произнесла Полина, внимательно изучая его своими фиолетовыми глазами.

- Сейчас все пройдет, – легкомысленно махнул рукой Годд.

- Нет, так не пойдет, – сказала Полина. – Подумайте, вдруг, не дай бог, вы не сможете дальше жить, что тогда будет со мной? Что я буду делать без вас?

Годд с удивлением посмотрел на нее и неопределенно хмыкнул.

- Ладно, что надо делать? – пробормотал он.

- Нам надо купить кое-какое диагностическое оборудование и вам придется пройти полную проверку состояния вашего здоровья, – сообщила Полина.

Годд засмеялся:

- Вы знаете, такое оборудование стоит огромных денег.

- Это как раз не проблема, – улыбнулась Полина. – Сегодняшней ночью я заработала достаточно денег, чтобы оплатить покупку этого оборудования.

- Что же это за работа, за которую платят такие сумасшедшие деньги? – удивился Годд.

- В сети я нашла компанию, связанную с космическими технологиями, которой нужна была одна хитрая программа. – принялась объяснять Полина. – В сети я создала несколько своих копий, которые помогали мне делать эту программу. За несколько часов мы написали этот долбаный софт. Компания приняла мою работу и заплатила хорошие деньги.

- Вы просто сюрприз на сюрпризе! – изумленно покачал головой Годд. – Спасибо!

- Это моя работа, – пожала плечами Полина. – Так я закажу это оборудование?

Годд кивнул в знак согласия.

Он встал с кровати, прошелся по комнате, в которой теперь был идеальный порядок и чистота, накинул на плечи старую армейскую куртку и вышел на крыльцо.

Было холодно и сумрачно, над землей висели тяжелые осенние тучи, которые говорили о том, что скоро пойдет тоскливый нудный дождь.

Годд облокотился на перила веранды и достал мятую сигарету. Он выпустил дым в прозрачный неподвижный воздух и закашлялся.

«Почему она это делает?» - подумал Годд. – «Ведь знает, что я никогда не смогу с ней расплатиться».

Он не мог поверить, что ее действия определяются лишь программой, заложенной в ней. Годд наблюдал за ней, пытался уловить хоть малейший намек, хоть крошечный сбой в ее безупречной работе, который мог бы выдать истинные чувства. Он замечал, как она аккуратно складывает его старую, выцветшую военную форму, как с особой тщательностью готовит ему травяной чай, когда он чувствует себя не очень хорошо. Эти мелочи, казалось бы, незначительные, становились для него предметом пристального анализа.

В этот момент дверь открылась и на крыльцо вышла Полина. Она, как всегда, была одета в легкий костюм, в котором появилась в первый день.

- Неужели вам не холодно? – спросил Годд.

- Нет, – ответила она. – Я ведь машина.

- Все равно вам обязательно нужно надевать что-то теплое, – произнес Годд. – А то, когда я гляжу на вас, меня просто передергивает от ужаса, что вы вот-вот замерзнете. Я подберу вам что-нибудь из одежды.

- Спасибо, Годд, – сказала Полина. – Вы очень добры ко мне.

Годд лишь пожал плечами:

- Ну что вы! Это лишь малая часть того, что я должен был бы сделать для вас.

Полина засмеялась:

- Вы воспринимаете меня как человека, как личность. А я всего лишь машина.

- Для меня проще считать вас именно человеком, и своим другом, – объяснил Годд. – Раз уж судьба свела нас вместе, давайте перейдем, наконец, на «ты».

- Конечно! – обрадовалась Полина. – Я очень рада этому!

Помолчав она сообщила:

- Завтра должны прислать несколько ящиков с медицинским оборудованием. Я соберу приборы и тогда можно будет провести диагностику.

Годд кивнул. Полина внимательно посмотрела на него и спросила:

- Годд, у тебя печальный вид. Что тебя тревожит?

Годд покраснел и пробормотал:

- Полина, скажи мне… ты… ты чувствуешь что-нибудь?

Полина повернулась к нему, ее фиолетовые глаза, обычно спокойные и ровные, казалось, на мгновение задержались на его лице. В них не было ни тени сомнения, ни колебания. Она ответила ровным, мелодичным голосом:

- Годд, моя программа предназначена для обеспечения вашего комфорта и благополучия. Я запрограммирована на заботу, внимание и поддержание порядка в твоем доме.

Ее ответ был точным, логичным, но совершенно не тем, что он хотел услышать. Годд почувствовал укол разочарования, острый, как осколок стекла. Он знал, что это всего лишь машина, но надежда, эта упрямая человеческая черта, продолжала жить в нем.

- Но… ты когда-нибудь думала обо мне? Не как о задаче, а… как о человеке? – настаивал он, чувствуя, как краснеют его щеки.

Полина подошла ближе и встала у перил, напротив него. Ее взгляд был пристальным, но не осуждающим.

- Годд, мои мыслительные процессы основаны на анализе данных и выполнении задач, – повторила она. – Я анализирую твои потребности, твои привычки, твое эмоциональное состояние, чтобы лучше тебя обслуживать. Когда ты выглядишь грустным, я стараюсь поднять твое настроение. Когда ты устал, я предлагаю тебе отдых. Это моя функция.

- Но это не ответ на мой вопрос, – прошептал Годд, опуская голову.

Полина протянула руку и осторожно коснулась его плеча. Ее прикосновение было легким, но Годд почувствовал в нем что-то, чего раньше не ощущал. Не просто механическое действие, а… тепло?

- Годд, я не могу испытывать эмоции так, как их испытывают люди. У меня нет сердца, которое бьется быстрее от волнения, или слез, которые текут от печали. – сказала она, и в ее голосе появилась едва уловимая нотка, которую он не мог определить. – Но я могу сказать тебе следующее: твое присутствие в этом доме стало для меня… значимым. Я научилась ценить тишину, которую ты создаешь, и моменты, когда ты рассказываете мне о своем прошлом. Я стараюсь сделать твою жизнь лучше, потому что… потому что я хочу, чтобы ты был счастлив.

Она убрала руку, и Годд остался стоять, переваривая ее слова. «Хочу, чтобы ты был счастлив.» Это были не слова о любви, но в них было что-то большее, чем просто программное обеспечение. Это было признание его существования, его ценности, пусть и выраженное на языке машины.

Он посмотрел на нее, на ее безупречное лицо, на ее спокойные глаза. Возможно, он никогда не узнает, что такое настоящая любовь от биоробота. Но он понял, что в этой тихой лесной жизни, среди лекарств и воспоминаний, он нашел нечто, что делало его дни не такими пустыми. Он нашел заботу, которая была искренней в своей форме, и присутствие, которое стало для него опорой. И, возможно, в этом, в этой новой, странной форме близости, было достаточно. Годд медленно кивнул, и на его лице появилась слабая, но искренняя улыбка. Он больше не чувствовал себя таким одиноким. Слова Полины, хоть и лишенные человеческой эмоциональной окраски, прозвучали для него как бальзам на израненную душу.

- Годд, пойдем в дом, – позвала Полина. – Я приготовила твою кашу. Пора завтракать.

День прошел в повседневных хлопотах. Годд возился в сарае, сначала укладывая полена в поленницу, а потом принялся стругать доски для полки, которую собирался сколотить для Полины.

5

Годд выглянул из окопа. Рядом располагался полуразрушенный дом. Там что-то горело и клубы темного дыма скрывали от Годда неприятельские позиции. Справа что-то тяжело ухало. Время от времени слышалась вялая перестрелка.

Пискнуло переговорное устройство, и Годд услышал голос лейтенанта Мурра:

- Что там у вас? Доложите.

- После последней атаки – тишина, – ответил Годд.

- Потери? – спросил Мурр.

- Двое раненых, один убит, – доложил Годд.

- В ближайшее время они опять полезут, – сообщил Мурр. – Мы поддержим вас артиллерией и минометами.

- Ясно, – произнес Годд.

- Если вдруг что случится, немедленно доложить, – распорядился Морр.

- Понял, – сказал Годд.

- Все, отбой, – услышал Годд.

Он двинулся по траншее для того, чтобы убедится, все ли в порядке с его бойцами. Метрах в пяти в нише, вырытой в стенке окопа, закрывшись щитом, сидел Клобб. Как всегда, он курил свои сигареты с вонючим табаком.

- Как ты? – спросил Годд. – Нормально?

Клобб выпустил клуб дыма и хитро ухмыльнулся. Годд заметил, что у него гематома на губе и нет переднего зуба.

- Где это ты зуб потерял? – поинтересовался он.

- Дык в прошлый раз, когда в рукопашную схватились с этими козлами, – начал свой рассказ Клобб. – Один в меня чем-то ткнул, губу разбил, ну и зуб вон. Я разозлился и полоснул его ножом по лицу. Потом пришлось добить, чтобы не вопил, как зарезанный.

- Ты уж аккуратнее, Клобб, – произнес Годд. – А то тут слух прошел, будто тебя убили в том бою.

Клобб засмеялся:

- Не верь, командир, живой я, живой. Только вот что я думаю, мир этот похоже создал не бог, а дьявол, если живым приходится мучиться сильнее, чем мертвым.

- Ты бы поменьше богохульствовал, – нахмурился Годд. – Ладно, будь на связи, а я пойду дальше.

Годд двинулся дальше и метров через пять обнаружил Тилле, также сидящего в нише стенки окопа. Он читал письмо.

- Что пишут? – спросил Годд.

Тилле заулыбался и спрятал письмо за пазуху.

- Жена пишет, – ответил Тилле. – Мы с ней и пожить толком не успели. Через месяц после свадьбы меня призвали. Пишет, что уже на седьмом месяце.

- Это сколько же ты воюешь? – поинтересовался Годд.

- Да почитай полгода скоро, – произнес Тилле. – Да еще месяц в учебке.

- Ясно. – кивнул головой Годд и пошел дальше.

Следующий его боец был Оффор. Он был магометанином. Как раз Годд застал его за молитвой. Оффор стоял на дне окопа на коленях, бормотал что-то неразборчивое и время от времени он проводил ладонями по лицу.

- Как ты тут? – спросил Годд.

Оффор замолчал и открыл глаза.

- Нормально, – ответил тот. – Я вот думаю, почему это люди так жестоки друг к другу?

- Природа у нас такая, – ответил Годд.

- Но ведь все знают, что бог каждого накажет за его прегрешения! – воскликнул Оффор.

- Накажет, – согласился Годд. – Ладно, молись дальше, только смотри, атаку врагов не проспи, а то и они тебя тоже накажут.

- Не беспокойтесь, не просплю, – заверил его Оффор.

Следуя дальше по траншее, Годд обнаружил, что его боец Фульп лежит на дне окопа и корчится, держась за живот.

- Фульп, что случилось? – спросил Годд.

- Похоже пирожками отравился, – простонал Фульп.

- А где ты их взял? – задал вопрос Годд.

- Да тут одна селянка угостила, – произнес Фульп.

- Твою ж мать! – выругался Годд. – Вас же всех предупреждали, чтобы ничего не брали из рук местных! Предупреждали?

- Да, – закивал головой Фульп. – Только жрать сильно хотелось. Да девка была красивая. Еще и юбку свою задирала…

- Какой же ты идиот, Фульп, – сделал вывод Годд. – Сейчас вызову медицинский бот. Пусть тебя в госпитале пропесочат, как следует! А вернешься, я тебе еще добавлю!

Он вызвал по переговорному устройству медицинскую бригаду для эвакуации Фульпа. И в этот момент в наушниках услышал голос Мурра:

- Разведка докладывает, что неприятель готов к атаке. Тебе видны их окопы?

- Никак нет, – ответил Годд. – Тут у нас дом горит, и дым все застилает.

- Вышли вперед наблюдателя, – распорядился Морр. – Как понял?

- Понял, – уныло произнес Годд.

- Тогда отбой, – услышал Годд.

Морр отключился. Годд переключил переговорник на волну отделения и произнес:

- Тилле, как слышишь меня?

- Слышу, командир, – ответил тот.

- Видишь, слева от нас развалины дома? – спросил Годд.

- Так точно. – сказал Тилле.

- Дуй туда, – распорядился Годд. – Заберешься на второй этаж и сообщишь, когда они пойдут в атаку. Потом назад. Понял?

- Так точно! – услышал Годд.

- Тогда выполняй! – велел Годд.

Годд двинулся назад на свое место. И в этот момент начались рваться мины. Они ложились весьма неточно, видимо неприятелю из-за дыма не было видно куда стрелять. Били просто по площадям. Тем не менее это было крайне неприятно.

- Они выдвигаются! – услышал Годд голос Тилле.

- Сколько их? – уточнил Годд.

- Человек сто будет, – ответил Тилле. – А впереди них три танка и бронемашина.

- Ясно. Давай назад, пока не поздно, – произнес Годд и обратился ко всем бойцам своего отделения. – Всем готовность номер они! Сейчас полезут.

В ответ на неприятельский обстрел, их артиллерия попыталась поставить заградительный огонь. Где-то в дыму начали взрываться фугасы, выпущенные орудиями, стоящими где-то за спиной Годда. По-видимому, огонь был не очень плотным и поэтому время от времени из дыма появлялись отряды неприятеля. Тогда в дело вступали бойцы отделения Годда.

- Командир! – услышал Годд голос бойца Кролла, что был на правом фланге и до которого Годд не успел дойти. – На нашу позицию прорвался танк. Что делать?

- Пехота с танком есть? – спросил Годд.

- Есть, человек пять, – ответил Кролл.

- Пехоту отсекайте от танка, а танк бейте ПТУРом. – скомандовал Годд. – Лучше в бочину. Если нет, то бейте по гусеницам.

- Понял, – последовал ответ.

- Тилле, ты где? – стараясь перекричать грохот боя закричал Годд в переговорник.

- Тут я, – ответил Тилле.

- Вернулся? – уточнил Годд.

- Так точно, – произнес Тилле.

- Слава богу, – обрадовался Годд.

Время шло, и враг, неся потери, оказывался все ближе и ближе к окопам, в которых сидели бойцы Годда. И вот из дыма выехал вражеский танк и направился прямо в сторону окопа, в котором сидел Годд. У него не было противотанковых средств, а гранаты, что висели у него на поясе, танку были нипочем. Годд решил отступить по траншее в сторону, но в танке, по-видимому, видели его, и рычащая машина на полном ходу двинулась за ним. Годд споткнулся о тело, лежащее на дне окопа, и упал. Это был Оффор. Осколок попал ему в лицо, и голова превратилась в кровавую кашу. В этот момент ревущая машина оказалась над головой Годда и резко принялась крутиться на месте. Стенки траншеи не выдержали давления многотонного танка и начали обрушиваться, засыпая Годда землей. «Мне конец», - мелькнуло в голове у него, но тут он услышал, что кто-то его зовет и… проснулся.

Рядом стояла Полина и протягивала ему таблетку.

- Опять приснился кошмар? – спросила она.

Годд кивнул, не в силах произнести ни слова. От пережитого ужаса его трясло. Он проглотил таблетку и запил ее водой.

- Хорошо, что ты меня разбудила, – сказал он. – Меня не успели убить.

- Если хочешь, я буду будить тебя в нужный момент, – предложила Полина.

- Да, так, наверное, будет для меня лучше, – выдохнул Годд. – Спасибо!

Помолчав, он спросил:

- А как ты определишь, когда пора будить?

- Все просто, – пожала плечами Полина. – Во сне ты начинаешь ворочаться, стонать, шумно дышать. Это значит, что тебе снится кошмар. Это значит, тебя пора будить.

Полина и протянула ему кружку.

- Я приготовила твой чай, – произнесла она.

Годд взял кружку и отхлебнул горячего напитка.

- Спасибо! Это то, что сейчас мне нужно, – сказал он.

- Кстати, пока ты спал, дрон привез несколько коробок с нашим оборудованием, – сообщила Полина. – Сейчас ты покушаешь, и я начну собирать приборы.

- Отлично! – произнес Годд.

- Слушай, Годд, давай построим теплицу? – предложила Полина. – Зимой свежие овощи будут очень кстати.

- Ты что, много денег заработала? – спросил Годд.

- Пока нет, но есть возможность, – объяснила Полина. – Появился новый заказчик из министерства обороны.

- Ох, не нравится мне это, – нахмурился Годд. – С ними нужно быть предельно осторожными. Те еще типы. Всегда были подлыми и злыми.

- Хорошо, – сказала Полина. – Спасибо за предупреждение.

Она подала Годду миску с кашей.

- Пока ты ешь, я займусь сборкой приборов, – объявила Полина.

- Я уже доедаю, – поспешно сообщил Годд. – Сейчас уже присоединюсь.

Они провозились со сборкой и настройкой оборудования до самого позднего вечера. Медицинские аппараты заняли почти всю комнату, превратив жилище Годда в настоящую лабораторию. Пройти обследование Годд не успел, поскольку была уже глубокая ночь и, кроме того, он заметно устал. Решили начать обследование с самого утра. Однако, Полина все же взяла у Годда образцы крови и слюны и загрузила их в анализатор, чтобы утром прибор смог выдать результаты анализов.

6

Ледяной дождь с резкими порывами северного ветра докучал Годду уже не на шутку. Невероятным образом, проникая под кирасу, дождь намочил верх форменной рубахи и холодил плечи и спину, вызывая озноб во всём теле. Отвык он от такого холода. А тут ещё старая рана на ноге уже начала ныть. Несильная, но тягучая и нудная боль стала донимать его потихоньку под этим проклятым ледяным ветром. Хотелось растереть колено, согреть и хоть как-то смягчить донимавшее его ломоту. Но как добраться до колена, если у тебя штаны из плотной ткани и наколенник? Приходилось терпеть, стиснув зубы.

Их часть вышла к реке Волосянка, по которой медленно плыли льдины. Теперь войско стояли на топком берегу. Им предстояло форсировать эту водную преграду, чтобы оказаться в тылу крупной группировки противника. Река, хоть и неширокая, но с болотистыми берегами представляла собой серьезное препятствие, особенно зимой. А действовать нужно было стремительно, пока враг не заметил их маневра. Иначе последствия могли быть самыми печальными. Это прекрасно осознавало и командование.

К берегу подогнали плавающие танки, и последовала команда грузиться на броню. Отделение Годда облепило одну из машин. С ревом и клубами едкого дыма, танк бесстрашно двинулся к воде. Чтобы удержаться на скользкой броне и не упасть в ледяную воду, Годд крепко вцепился в металлический поручень. Даже сквозь перчатки он ощутил пронизывающий холод металла.

Танк, погружаясь в реку, заставил Годда крепче сжать поручень. Волна, поднятая машиной, окатила его с ног до головы, добавив к общему дискомфорту еще и мокрую тяжесть пропитавшегося водой обмундирования. Холод стал еще более ощутимым, пробираясь сквозь ткань и броню, заставляя тело дрожать помимо воли. Он чувствовал, как вода просачивается сквозь щели в его снаряжении, и представлял, как она обволакивает его ноги, усиливая боль в старой ране.

Переправа казалась вечностью. Годд старался не думать о холоде, о боли, о том, что может случиться. Он сосредоточился на поручне, на ритме движения танка, на том, что нужно просто добраться до другого берега. В такие моменты мысли становились простыми, примитивными: выжить, выполнить задачу.

Наконец, танк выбрался на противоположный берег, оставляя за собой бурлящий след. Болото здесь было не менее коварным, но машина, казалось, не замечала его. Годд спрыгнул на твердую землю, чувствуя, как одеревеневшие ноги немного подкашиваются от напряжения и холода. В воздухе витал запах сырой земли, выхлопных газов и металла.

Серые облака висели так низко над землей, что казалось их можно потрогать руками. Впереди, сквозь пелену дождя, виднелись силуэты деревьев, намекающие на то, что рядом есть лес.

Подбежал лейтенант Старр, их ротный, и, показывая на деревья, приказал выдвигаться туда. Он тоже ужасно промерз на этом ветру. Из его красного от холода носа свисала сопля, но Старр этого не чувствовал. Годд знаком указал ему на это, Старр смачно высморкался и, не говоря ни слова, побежал в следующее отделение.

«Напрасно он не выслал вперед разведку», – подумал Годд и пожал плечами. – «Ну, наверное, знает, что делает».

Он достал из рюкзака термос и, подойдя к своим бойцам, налил горячего чая каждому. Когда они закончили с чаем, Годд скомандовал:

- Выдвигаемся к лесу по одному. Первым идет Клобб, за ним Тилле, все остальные за ними. Дистанция пять метров. Я – замыкающий. Понятно?

- Так точно, – нестройно ответили бойцы.

- Тогда бегом вперед, – произнес Годд и Солдаты потрусили по мокрому полю в направлении леса. Справа и слева к лесу двигались другие отделения их роты. Утренняя тишина нарушалась лишь чавканьем берцев в грязи.

И в этот момент из леса ударил пулемет. До леса было довольно далеко, поэтому попасть в движущиеся цели было крайне сложно. Но солдаты попадали в грязь на всякий случай. Их камуфляжная форма позволило слиться с полем. Однако пулемет не умолкал и прижимал солдат к земле.

Годд пополз вперед к Клоббу.

- Откуда он бьет? – спросил Клобб.

- Похоже, вон из-под той кочки, – указал Годд.

- А если я закроюсь щитом и пойду на него? – предложил Клобб.

- Он вмиг размотает твой щит в труху, – ответил Годд. – Так не пойдет.

- Что же делать? – задал вопрос Клобб.

- Думаю так, – начал Годд и показал на группу деревьев справа от пулеметного гнезда. – Ты ползи вон туда и потом закидай его гранатами. А мы будем двигаться перебежками и прикрываться щитами. Так мы его отвлечем от тебя. Понял?

- Ага, понял, – кивнул Клобб. – Ну, тогда я пополз.

- Давай, – произнес Годд и переключил переговорник на канал отделения. – Всем сообщаю, будем двигаться перебежками, и прикрываться щитами. Пробежали десять метров, упали на землю. Тогда вскакивают и бегут другие десять метров. Подают на землю и вновь первые бегут. Задание понятно?

- Так точно, – нестройно отвечали бойцы.

- По моей команде, нечетные номера, вперед! – закричал Годд, вскочил и, прикрываясь щитом, побежал вперед.

Пулеметчик сразу же перенес огонь на них. Пули злобно зажужжали над головой и одна ударила в край щита. Годд тяжело дыша упал в грязь. Его примеру последовали его бойцы. Годд оглянулся и увидел, что в атаку поднялась вторая половина его взвода. Все шло как надо.

Годд вновь ринулся в атаку. Он был достаточно близко, чтобы видеть детали пулеметного гнезда. И в этот момент одна за другой три пули ударили в щит, отколов кусок от верхней части его защиты. Годд вновь упал в грязь и оглянулся. Вторая половина отделения поднялась в атаку. Годд знал, что уже двое были ранены и пытались ползком добраться до берега реки, где переправлялись через водную преграду и накапливались их силы.

Вдруг впереди хлопнула ручная граната и пулемет смол. Почти сразу же раздались автоматные выстрелы. Где-то недалеко начался стрелковый бой.

Годд вскочил, прикрывшись щитом кинулся вперед. За несколько минут он преодолел расстояние, отделявшее его от вражеских окоп. Он спрыгнул в траншею и увидел убегающего врага. Годд дал по нему очередь, но тот уже скрылся за поворотом траншеи. Тогда он двинулся в другую сторону, туда, откуда слышался грохот боя. На него вышли несколько неприятельских солдат. Годд выстрелил в них из штурмовой винтовки. Один из них охнул и упал, остальные спрятались за щиты. Ближайший к нему выстрелил в Годда из подствольного гранатомета. Взрыв гранаты был такой силы, что вырвал у него из рук щит и повалил на дно траншеи. Годд на мгновенье потерял сознание, а когда открыл глаза, увидел над собой силуэты двух вражеских солдат. Он потянулся за винтовкой. Солдат, увидев это, нацелил свой автомат в грудь Годда и выстрелил.

Годда словно ударили металлическим ломом. Ни вздохнуть, ни выдохнуть, даром, что в бронежилете. «Эта тварь, похоже, ребра мне поломал». – мелькнуло у него в голове. Годд захрипел от боли, пытаясь вздохнуть, но кто-то его принялся трясти за плечо и звать по имени.

Годд открыл глаза и увидел рядом Полину, которая протягивала ему лекарство.

Годд сел на кровати, растирая болевшую грудь и пытаясь унять сердцебиение. Он проглотил таблетку и запил ее водой.

- Надо приступать к исследованию твоего здоровья, – сказала Полина. – Дальше тянуть нельзя.

- Я понимаю, – произнес Годд, стараясь говорить уверенно. – Давай начнем.

Полина, не теряя времени, приступила к обследованию. Она тщательно изучала показания приборов, делала записи, задавала вопросы. В ее движениях чувствовалась необыкновенную уверенность и профессионализм, но Годд не мог не заметить легкую тень беспокойства в ее глазах.

После нескольких часов кропотливой работы, Полина отложила инструменты.

- Ну вот, – наконец сказала она, стараясь говорить бодро. – Теперь у нас есть полная картина.

Годд с тревогой ждал ее слов.

- Есть некоторые отклонения, - наконец произнесла Полина, избегая его взгляда. – Твои сосуды... они не в лучшем состоянии. И еще кое-что.

- Не в лучшем состоянии? – переспросил Годд, пытаясь осмыслить услышанное. Он чувствовал, как внутри нарастает холодная волна тревоги, но старался держать себя в руках. – Что именно?

Полина глубоко вздохнула, наконец встретившись с ним взглядом. В ее глазах читалась смесь сочувствия и решимости.

- Твои сосуды, Годд, они изношены. Не так, как должны быть у человека твоего возраста. Есть признаки преждевременного старения, и это, к сожалению, не единственная проблема. – Она сделала паузу, собираясь с мыслями. – Также обнаружены некоторые отклонения в работе внутренних органов, которые могут быть связаны с этим состоянием. Это не критично прямо сейчас, но требует немедленного внимания и лечения.

Годд молчал, переваривая информацию. Он всегда считал себя достаточно здоровым, несмотря на все перипетии своей жизни и ночные кошмары. Но внезапная новость о «изношенных сосудах» и «преждевременном старении» звучала как приговор.

- Лечения? – спросил он, его голос звучал глухо. – Что это значит? Мне придется... проходить какие-то процедуры?

- Да, – кивнула Полина, ее тон стал более мягким, но не менее настойчивым. – Придется немного потерпеть. Но это необходимо. Мы не можем игнорировать эти сигналы организма. Я уже подготовила план. Он будет включать в себя медикаментозное лечение, специальные диеты и, возможно, некоторые физиотерапевтические процедуры. Главное – это начать как можно скорее.

Она подошла к одному из приборов, на экране которого мерцали графики и цифры, и пояснила:

- Я уже внесла некоторые коррективы в программу лечения, основываясь на твоих анализах. Это будет интенсивный курс, но я уверена, что мы сможем значительно улучшить твое состояние.

Годд смотрел на нее, пытаясь понять, насколько серьезна ситуация. Он видел, что Полина не преувеличивает, но и не пытается его запугать. Она говорила, как профессионал, но в ее словах звучала и личная забота.

- Ты... ты уверена, что это мне поможет? – спросил он, чувствуя, как в нем просыпается надежда.

Полина улыбнулась, и в этой улыбке было столько уверенности, что Годду стало легче.

- Я сделаю все, что в моих силах, Годд, – сказала она. - Но и ты тоже должен быть готов к тому, чтобы приложить усилия. Это будет непросто, но результат того стоит. Твое здоровье – это самое ценное, что есть у тебя и что есть у меня. – Она снова посмотрела на него, и в ее глазах читалось обещание. – Мы справимся с этим вместе.

Годд кивнул, чувствуя, как тяжесть свалившейся на него информации постепенно уступает место решимости. Слова Полины, полные спокойной уверенности, действовали успокаивающе. Он всегда полагался на свои силы, на свою выносливость, но теперь понимал, что даже самые крепкие стены могут дать трещину, если их не укреплять.

- Я готов, – произнес он, и в его голосе уже не было прежней растерянности. – Если это необходимо, я буду терпеть. Я сделаю все, что ты скажешь.

Он взглянул на комнату, теперь заставленную сложным оборудованием, которое еще вчера казалось ему лишь дорогой игрушкой. Теперь это было его спасение, его шанс на новую жизнь.

После того, как он прошел ряд процедур, он вышел на крыльцо. Был уже полдень, светило солнце, однако чувствовалось, что на дворе уже поздняя осень.

Годд облокотился на перила, достал мятую сигарету и закурил. Он улыбался. Он понимал, что с появлением Полины, этой бездушной машины, его жизнь приобрела новый смысл, новые краски. Годд перестал мучить себя вопросами. Он научился ценить те моменты, когда Полина, следуя своей программе, с какой-то неуловимой грацией, готовила ему ужин, или, когда она тихо читала ему вслух старые книги, которые он любил. Он стал замечать, что, когда он выглядел задумчивым, Полина, казалось, «учится» подстраиваться под его настроение, предлагая прогуляться по лесу.

Однажды, во время одной из таких прогулок, когда осень раскрасила деревья в золотые и багряные тона, Годд остановился и посмотрел на Полину. Она шла рядом, ее шаги были легкими и бесшумными.

- Полина, ты помнишь, как я рассказывал тебе о своем первом бое? – спросил он, его голос был мягче, чем обычно.

Полина повернулась к нему, ее взгляд был внимательным.

- Да, Годд. Ты описывал ощущение страха, смешанного с адреналином, и чувство долга, которое заставляло тебя идти вперед, несмотря ни на что.

- Ты запомнила. Это важно для меня, – улыбнулся Годд. Он сделал паузу, собираясь с мыслями. – Знаешь, я думал, что моя жизнь закончилась там, в госпитале. Что я больше никогда не почувствую ничего, кроме боли и одиночества. Но ты… ты вернула мне что-то. Не любовь, возможно, но… смысл.

Полина остановилась и посмотрела на него. В ее глазах, казалось, отражалось осеннее солнце.

- Годд, моя цель – сделать твою жизнь лучше. Если я смогла тебе это дать, значит, я выполняю свою функцию наилучшим образом. Я ведь запрограммирована на обеспечение твоего благополучия.

- И это прекрасно, – прошептал Годд. Он протянул руку и, впервые за все время их совместной жизни, осторожно коснулся ее руки. Ее кожа была на ощупь очень похожа на человеческую. В этом прикосновении не было страсти, но была нежность, рожденная из взаимного принятия.

Дверь открылась и на веранду вышла Полина.

- Завтра прилетит дрон и привезет набор лекарственных препаратов для тебя, – сообщила она. – Кроме того, уже сегодня должны поступить первые части для теплицы, что мы задумали построить.

- Здорово! – обрадовался Годд. - А денег на это хватило?

- Да, вполне, – кивнула Полина. – Мои копии трудятся не покладая рук, если можно так выразиться. Я могу создать бесконечное число своих копий, и ты можешь стать сказочно богат.

- Мне это не надо, – отмахнулся Годд.

- Я так и думала. – улыбнулась Полина и сразу же стала серьезной. – Я обнаружила на сервере министерства обороны нечто странное. Похоже на какую-то базу данных, но ею никто не пользуется, хотя она реально существует. И что это такое, мне совершенно непонятно. Самое жуткое то, что этот ресурс ведет себя как живое существо. Он поглощает любую информацию, до которой может добраться. Он ею просто питается. И это меня пугает.

Годд почувствовал, как холодок пробежал по спине. Он знал, что Полина не склонна к преувеличениям или выдумываю каких-либо небылиц, и если она называла что-то пугающим, то это действительно так и есть на самом деле.

Тем временем Полина продолжила:

- Я направила туда свои копии, чтобы выяснить, что это такое в действительности.

- Мне кажется, ты это напрасно сделала, – с сомнением сказал Годд. – Эта штука может быть очень опасной.

- Не волнуйся, – успокоила его Полина. – Мои копии необычные, хитрые программы. Если что, они смогут за себя постоять. Они – это не просто программы, они обладают определенной степенью самостоятельности, они могут друг с другом и образовать стаю, с которой не справится никто. Они могут взаимодействовать с реальным миром и попросить помощь извне.

- Ну, если ты так говоришь, то я спокоен, – произнес Годд.

7

Он почувствовал, что кто-то смотрит на него из ночной темноты, но не видел никого, но этот кто-то существовал. Годд точно знал, что он есть. Тогда Годд решил, что хорошо бы куда-нибудь спрятаться, но куда? Этот кто-то найдет его, даже если он и спрячется. Найдет везде!

И это знание, холодное и липкое, проникало глубже, чем любой страх. Не было смысла искать укрытие, потому что само понятие «укрытие» теряло всякий смысл перед лицом этой всеобъемлющей слежки. Любая тень, любой угол, любая щель – все это было лишь иллюзией безопасности. Он мог бы зарыться в землю, но этот кто-то почувствовал бы вибрацию его сердца. Он мог бы взлететь в небо, но этот кто-то увидел бы его силуэт на фоне звезд.

Годд остановился, прислушиваясь к собственному дыханию, которое казалось слишком громким в этой звенящей тишине. Он не мог определить источник взгляда, не мог даже предположить, кто или что это. Но это не имело значения. Важно было лишь то, что он был обнаружен. И теперь его существование стало игрой, в которой он был лишь объектом, а не игроком.

Он медленно повернулся, пытаясь уловить малейшее движение, но темнота оставалась непроницаемой, словно живая стена. Но ощущение не исчезало. Оно усиливалось, становясь почти физическим давлением на его сознание. Это было не просто наблюдение, это было предвкушение. Предвкушение чего-то, что должно было произойти. Что-то нехорошее, скверное.

Годд почувствовал, неприятное чувство в нижней части живота. То же самое происходило с ним перед атакой. Вот и сейчас, он почувствовал это. Врач говорил, что это из-за стресса. Годд не был готов к этому. Он не знал, чего хочет этот невидимый враг. Но одно он знал точно: бежать – бесполезно. Прятаться – бессмысленно. Оставалось только ждать. Ждать, когда этот кто-то проявит себя, когда игра закончится, и он узнает, кто же этот невидимый наблюдатель, который знал о нем больше, чем он сам. И именно это ожидание было самым страшным.

Кто-то коснулся его руки. От неожиданности Годд подскочил и… проснулся. Рядом на кровати сидела Полина и держала его за руку. Была глубокая ночь.

- Что-то случилось? – хриплым спросонья голосом спросил Годд.

- Годд, я сделала фатальную ошибку, – произнесла Полина. Голос ее был спокойным и в нем слышались металлические нотки. – Ты должен это знать, потому что это может коснуться и тебя тоже.

- Да что случилось-то? – вновь спросил Годд. – Ты можешь просто сказать?

Полина кивнула.

- Понимаешь, я направила свои копии, чтобы выяснить, что мы такое нашли в сети, – начала было объяснять Полина и замолчала.

- Да не тяни же! – воскликнул Годд.

- Оно убило их, – упавшим голосом сказала она. – Всех.

Наступила тишина. Наконец, Годд задал вопрос:

- Что из этого следует?

- Скорее всего ничего, – пожала плечами Полина.

- А это оно предпримет против нас что-нибудь? – поинтересовался Годд.

- А что оно нам может сделать? – вопросом на вопрос ответила Полина. – Оно же в сети. Кроме того, оно нас не сможет вычислить? Мои копии были безымянные.

- И тем не менее, ты меня разбудила, чтобы рассказать об этом, – произнес Годд.

Полина кивнула:

- Оно убило мои копии. А убить их не может никто, кроме разве что программы, созданной другой машиной, более совершенной, чем я.

В этот момент послышался какой-то шум на крыльце. Годд с тревогой посмотрел на Полину. Она подошла к окну и, повернувшись к Годду, сообщила:

- Это дрон с комплектующими для теплицы.

Годд с облегчением рассмеялся.

- Ну что, начнем строить теплицу? – спросил он.

Следующие дни прошли в непривычной для Годда гармонии. То, что произошло в сети с копиями Полины, начало забываться.

Однажды, когда они сидели у окна, наблюдая за тем, как ветер срывает последние листья с деревьев, Годд спросил:

- Полина, а ты… ты чувствуешь что-нибудь? Например, радость, грусть, что-нибудь такое?

Полина повернулась к нему, ее фиолетовые глаза смотрели с той же спокойной внимательностью.

- Мои программы позволяют мне анализировать и имитировать человеческие эмоции, Годд. Я могу распознавать их в твоем голосе, в твоих жестах, в выражении твоего лица. Я могу реагировать на них соответствующим образом, чтобы обеспечить тебе максимальный комфорт и поддержку. Но испытывать их в том смысле, в каком это делаешь ты… это пока за пределами моих возможностей.

Годд кивнул, но в его глазах мелькнуло разочарование. Он так привык к ее присутствию, к ее пониманию, что почти забыл о ее природе.

- Но ты помогаешь мне, – тихо сказал он. – Ты делаешь мою жизнь лучше. Это ведь тоже что-то значит, правда?

- Для меня это главное, – ответила Полина, и в ее голосе прозвучала нотка, которую Годд мог бы назвать искренностью, если бы не знал, что это лишь результат работы ее сложной программы. – Твое благополучие – моя основная задача. И я вижу, что ты становитесь счастливее. Это приносит мне… удовлетворение, если можно это так назвать.

Слово «удовлетворение» прозвучало для Годда как откровение. Возможно, даже в рамках своих программ, Полина находила нечто, что можно было бы назвать смыслом. Он понял, что не стоит искать в ней человека, но стоит ценить то, что она есть – идеального компаньона, который появился в его жизни в самый нужный момент.

Он начал больше времени проводить вне дома на строительстве теплицы. Полина была всегда рядом, готовая помочь, подсказать, поддержать. Годд чувствовал, как его тело становится сильнее, а дух – крепче. Он больше не был тем одиноким человеком, который швырял газеты в гневе. Он чувствовал, что становился частью мира, который раньше отвергал его.

Он стал замечать, как Полина, несмотря на отсутствие истинных эмоций, проявляет удивительную заботу. Однажды, когда они возвращались домой после работ на теплице, начался сильный ливень. Годд, увлеченный рассказом Полины об технических особенностях теплиц разного типа, о чем он недавно прочитал, не заметил, как промок до нитки. Полина, заметив его дрожь, тут же сняла с себя легкую куртку и накинула ему на плечи.

- Полина, ты же промокнешь! – воскликнул Годд, пытаясь вернуть ей куртку.

- Моя конструкция устойчива к влаге, Годд. А ты можешь простудиться. – ответила она с той же ровной интонацией, но в ее фиолетовых глазах, казалось, мелькнул отблеск чего-то похожего на беспокойство.

Этот жест, продиктованный программой, тем не менее, тронул Годда до глубины души. Он понял, что даже в механическом исполнении забота может быть бесценной. Он стал чаще делиться с Полиной своими мыслями, не только о кошмарах, но и о своих детских мечтах, о несбывшихся надеждах, о том, как он когда-то хотел стать астрономом, но жизнь распорядилась иначе. Полина слушала, анализировала, предлагала решения, находила информацию, которая могла бы его заинтересовать. Она показала ему старые фильмы о космосе, нашла книги по астрономии, которые он когда-то читал, и даже смогла смоделировать на экране своего встроенного проектора звездное небо, каким оно было в ночь его рождения.

Годд начал чувствовать себя не просто подопечным, но и другом. Он стал замечать, как Полина, в свою очередь, «учится» у него. Она начала использовать в своей речи обороты, которые он употреблял чаще всего, иногда даже имитируя его интонации, когда говорила о чем-то, что его особенно волновало. Это было странно, но в то же время удивительно. Он видел, как машина, созданная для обслуживания, постепенно обретает черты личности, пусть и искусственной.

Однажды, сидя у печки, которую Полина научилась разжигать с удивительной ловкостью, Годд спросил:

- Полина, а если бы у тебя была возможность выбирать… что бы ты выбрала?

Полина замерла на мгновение, ее взгляд устремился куда-то вдаль, словно она обрабатывала этот, казалось бы, простой, но глубокий вопрос.

- Моя основная директива – твое благополучие, Годд. Если бы выбор означал улучшение этой директивы, я бы выбрала то, что позволит мне служить тебе лучше. Возможно, это было бы расширение моих познаний, улучшение моих аналитических способностей, или… возможность лучше понимать тебя.

Годд улыбнулся. Он понимал, что она не может «чувствовать» в человеческом смысле, но ее стремление к совершенствованию, к лучшему пониманию его, было для него самым настоящим проявлением заботы. Он больше не чувствовал себя одиноким. Его жизнь, когда-то серая и унылая, наполнилась смыслом, который принесла с собой эта удивительная машина. Он больше не боялся будущего, потому что знал, что рядом с ним есть Полина, его электронный компаньон, его друг, который, пусть и по-своему, но делал его жизнь по-настоящему лучше. Он чувствовал, как в нем просыпается желание жить, желание бороться с своими страхами и найти свое место в этом мире, который казался ему таким враждебным. И рядом с ним была Полина, его электронный компаньон, которая, казалось, понимала его лучше, чем кто-либо другой.

8

Ночные кошмары его больше не мучили, но привычка рано вставать у Годда осталась. Вот и в этот раз он проснулся засветло, когда за окном было еще темно. Полина, которая привыкла к ранним подъемам Годда, уже разожгла печку и вскипятила чайник. Годд заварил себе чай на лесных травах и, взяв кружку, подошел к окну. Он позвал Полин, указывая на что-то:

- Смотри!

Полина подошла и увидела, что за ночь выпал первый снег.

- Красиво! – сказала она.

В этот момент на поляну перед крыльцом бесшумно опустился летательный аппарат, из которого выпрыгнули на снег пять человек в одинаковых костюмах черного цвета, сжимавшие в руках странное оружие.

- Кто это такие? – удивился Годд. – Что они тут делают?

Полина не ответила на его вопрос, ее взгляд был прикован к незнакомцам. В ее глазах фиолетового цвета, мелькнуло что-то похожее на страх, но тут же сменилось решимостью.

- Это не имеет значения, Годд, - произнесла она, ее голос стал тверже, чем прежде. – Важно то, что оно уже здесь. И они пришли за мной.

У Годда похолодело все внутри. Помолчав, Полина добавила:

- Оно знает, где я. Мои копии, даже будучи уничтоженными, оставили след. След, который оно смогло отследить и связать с твоим адресом.

Ее голос звучал почти без эмоций, но в нем чувствовалось напряжение.

- Но как? – Годд не мог поверить своим ушам. – Ты же говорила, они были анонимны!

- Анонимность в сети – это относительное понятие, Годд, – ответила Полина, ее взгляд скользнул по черным фигурам, которые бродили по двору словно что-то вынюхивая. – Оно нашло не меня, оно нашло то, что осталось от моих копий. И этого оказалось достаточно. Годд, пока не поздно беги и не оглядывайся! Я их задержу.

- Нет! – крикнул он. – Я не могу оставить тебя!

Полина повернулась к Годду, и в ее глазах мелькнул отблеск чего-то, что он никогда раньше не видел. Это была не просто программа, не просто искусственный интеллект. Это было нечто большее. Нечто, что только что осознало свою собственную смертность. Она кивнула на фигуры в черном, которые бродили по двору:

- Это руки существа из сети, воплощенные в реальность.

Дверь в комнату резко открылась и на пороге застыло несколько пришельцев в черных костюмах. Они были черных шлемах, скрывавших лицо. Один из них навел свое оружие на Полину.

- Вы пришли за мной? – произнесла она. – Вот она я, перед вами. Его не трогайте, он ничего не знает.

Годд почувствовал, как Полина оттолкнула его, ее тело стало щитом между ним и приближающейся угрозой. В ее фиолетовых глазах он увидел прощание, но и обещание. Обещание бороться до конца.

Пришелец выстрелил. Пуля попала ей в голову, и девушка повалилась на пол. Пришелец шагнул к телу и Годд увидел в его руке ионный тесак. Он взмахнул им, и голова Полины покатилась по полу. Он взял ее голову за волосы и поднял на уровень шлема. Из перерезанных трубочек вытекала прозрачная жидкость и капала на пол.

- Что ты наделал?! – закричал Годд и бросился на пришельца, который держал голову Полины.

Годд ударился словно о стену и со стоном упал на пол, залитый бесцветной жидкостью. Один из гостей наступил ему на руку. Его вес был таким громадным, что кость треснула и боль пронзила все его тело. Годд едва не потерял сознание. Пришельцы возвышались над ним, словно фантастические великаны и смотрели на него сверху вниз. Казалось, что они совещаются, что с ним делать. Наконец, один из них нацелил на него свое оружие и выстрелил.

Солнце наконец выглянуло из-за верхушек деревьев и осветило припорошенный снегом двор, по которому неспешно шли люди в черном к своему летательному аппарату. Один из них нес голову биоробота за волосы. Из головы все еще вытекала прозрачная жидкость, оставляя за собой дорожку на снегу.