Вилга

Солнечные лучи почти перестали пробиваться сквозь окно в комнату, наполненную уже стихающим плачем. Тонкая рука девушки зажгла лучину и передала огонь нескольким свечам, что стояли у неё на столике. Вилга посмотрела на своё отражение в зеркале, раскрасневшееся от слёз, и скривилась. Достав платочки, она принялась стирать потёкшую косметику.

Сегодня утром были похороны Лобо, и потеря добродушного друга задела девушку сильнее, чем она предполагала. Мужчина всегда был добр к ней, хоть и не одобрял её проституцию, но она никогда не слышала от него ни упрёка, ни бранного слова. Он относился к ней практически как к дочери, которой у него никогда не было. Хотя, конечно, наличие красивой проститутки в его таверне весьма повышало её посещаемость, но Вил даже не хотела об этом думать. Она всю жизнь прожила в этой комнатушке и росла на глазах хозяина таверны, не имея отца, Вилга естественно брала пример с сильного успешного мужчины, что был рядом. Но теперь его не стало, и ей было грустно от этого, поскольку вместе с ним умерло и прошлое. Как раньше уже не будет, грядут большие перемены в жизни, и не сказать, что они ей по нраву.

Теперь таверной будет владеть его сын, малыш Генри. Он хоть и учился в столице, но ничего толком там не приобрёл, кроме как чрезмерного чувства собственной важности. Сейчас он насядет на неё ещё сильнее со своими детскими хотелками. Вилга была его запретным, недоступным плодом из детства, что день ото дня развивается в маниакальное желание. Раньше девушка хотела использовать эту страсть, поскольку не знала других вариантов в сценарии своей жизни. Может, просто не хотела их видеть, поскольку они были чрезмерно сложны для неё и заставляли выйти из привычной зоны комфорта. Выйти из уже знакомой пожизненной клетки этой комнаты, таверны, города.

Белокурая девушка развернула ткань и вновь полюбовалась подарком от Маски. Золото-мифриловое колье со сложным орнаментом, усыпанным различными вкраплениями драгоценных камней, в центре которого покоился чёрный алмаз размером чуть ли не с куриное яйцо. Цена данной вещицы превышала стоимость этой таверны со всеми её обитателями в три-пять раз. За такую цену она, конечно же, не сможет его продать, но даже двадцати-тридцати процентов от этой суммы ей хватит для начала новой жизни.

«Но прости сразу предупреждаю, колье ворованное из ювелирной в Хенд-Херрене. Так что аккуратнее продавай» — прозвучали у неё в голове слова Маски.

Слова вампира, что подарил ей первую и самую безумную любовь, веру в лучшую жизнь, подарил надежду и растоптал это всё. Она не винила его, конечно, во всех своих бедах, Вилга сама виновата. Её глупость и наивность дорогого стоили. Может, сейчас с этим подарком она сможет начать всё с чистого листа.

Девушка достала из-под кровати дорожную сумку, которой никогда не пользовалась. Она досталась ей от одного из клиентов, стража забрала его прямо из её страстных объятий. Скудные пожитки арестованного отчасти покрыли услуги проститутки. Вилга принялась собирать свои скромные вещи, которых у неё не так много то и было. Четверть сумки заняла одежда, вторую четверть — косметика, нужно будет взять ещё еды на кухне. Бывшая проститутка твёрдо решила выйти за порог своей незапертой клетки и больше не возвращаться.

— Вил! Вил, Вил… — послышался подвыпивший голос нового хозяина таверны, и он, пошатываясь, ввалился в её комнату.

— Пирожочек, тебя стучать не учили? — спросила она, складывая различную мелочь и колье со столика в маленькую дамскую сумочку.

— Золотце моё, я теперь хозяин тут и могу… — Генри не договорил, подавляя рвотный позыв, и, усевшись на её кровать, продолжил. — Сядь рядом, нужно поговорить.

Тяжело вздохнув и с большой неохотой, девушка всё же подчинилась и присела рядом с ним.

— Вилга, я теперь тут хозяин. Я теперь тут главный, и тебе больше не надо работать проституткой, — начал он заплетающимся языком свою речь, при этом не упустив шанса положить руку ей на бедро. — И даже официанткой тебе не придётся тут работать. Я хочу, чтобы ты помогала мне с управлением таверны. Ты в этом явно сейчас больше меня понимаешь.

— Заманчивое предложение, — уже привычным, полным жеманности голосом произнесла собеседница, убирая руку Генри со своей ноги.

— Подожди, я не договорил, — тут же заговорил подвыпивший юноша и повернул её лицо к себе. — Ты мой ангелочек, Вил, и я хочу, чтобы ты была со мной и только со мной, я люблю тебя с детства, и мне было больно видеть, как ты гробишь свою жизнь из-за этого клыкастого подонка.

Он замолчал, чтобы собраться с мыслями, а девушка решила встать, чтобы избавить себя от слишком близкого и уже неприятного ей контакта с незваным гостем.

— Вил, — он схватил её за руку. — Будь моей женой, пусть он будет в прошлом! Ты ранила меня недавно, снова прыгнув к нему в постель, но я прощаю тебя. Будь со мной, только в тебе я вижу своё счастье.

— Генри! — повысила девушка голос и высвободила руку. — Мы с тобой это уже обсуждали, я сказала, что подумаю, что попробую, но нет! Я всю жизнь провела в этой комнате, этой таверне и городе, я больше так не могу.

— Мы съездим с тобой в Хенд-Херрен и на пляжи Эратии, даже можем посетить чертоги Подгорного Царства, не зараз конечно, но обещаю, эта таверна не будет твоей тюрьмой, — резко выпалил хозяин трактира, вставая с места и хватая её за плечи.

— Нет, Генри, прости. Нам не по пути, — ответила Вилга воздыхателю и скривилась от того, что он сжал её в своей хватке. — Ты делаешь мне больно.

— Да как ты не поймёшь… — разразился он гневом, но, развернувшись, осёкся, заметив дорожную сумку. — Ты куда-то собралась?

— Да, Пирожочек, — тихо ответила ему девушка. — Я ухожу и больше не вернусь ни сюда, ни в этот город.

— Что, поедешь за своим ублюдком в надежде, что он вновь подложит тебя под себя, да, шлюха?! — уже зло выкрикнул Генри, поворачиваясь к ней. — Мы были так близко, чтобы быть вместе, чтобы всё было хорошо, Вил! А что теперь? Приехал этот урод, и ты сразу же раздвинула ножки перед ним, да! Видимо, ты всегда была подстилкой для всякой мрази.

— Следи за своим поганым языком, малыш! — разозлилась уже девушка.

Вилга попыталась нанести ему пощёчину, но Генри увернулся и схватил её руку. Она попыталась вновь его ударить и вырваться, между ними завязалась потасовка, в ходе которой подвыпивший юноша дёрнул сумку девушки, и всё её содержимое высыпалось на пол. Хозяин таверны остановился, разглядывая драгоценное колье, что лежало на полу. Подняв колье, сын Лобо внимательно рассмотрел его и нервно усмехнулся.

— Я же говорил, потаскуха, — сдавленно проговорил он и со всей силы ударил Вилгу зажатой в кулаке драгоценностью.

В глазах у девушки побелело от боли, и она осела на стул, держась за лицо. Под пальцами она почувствовала кровь. Генри исказила гримаса гнева, а глаза были полны слёз, его безумный вид пугал Вил.

— Вот, значит, как?! Он дал тебе дорогую побрякушку, и ты сразу же решила вильнуть попкой и упархать? Да? Меркантильная ты сука! — срывающимся голосом орал на неё юноша. — А я ведь любил тебя, Вил! Я люблю тебя! Я столько тебе прощал, я надеялся! Я хотел… а ты…

Генри поднял взгляд к потолку и завыл от боли. Все его надежды и мечты разлетались в прах. Образ милого ангелочка Вилги, что будоражил его воображение с детства, рассыпался и приобретал очертание обычной грязной шлюхи. Та, кого он больше всех желал, сделала ему вновь больно, и на этот раз уже боль нестерпима.

— Прости, Генри… — осторожно заговорила девушка, всё ещё держась за горящее от удара по нему лицо.

— Убирайся, вон из моего дома, мразь.

Юноша бросил ей на колени колье и быстрым шагом вышел из комнаты, даже не взглянув на неё.

В этот момент Вилга почувствовала себя паршиво. Слова, сказанные малышом Генри, задели девушку за живое, поскольку отчасти были правдивы. Только вот она совсем не виновата в том, что обманула его ожидания, Вил не обязана подстраиваться под чьи-то детские мечты. У неё своя жизнь, и больше она не будет чужой собственностью. Полная решимости Вилга собрала рассыпанные вещи обратно в сумочку, стёрла кровь с лица и, схватив тяжеловатую для неё походную сумку, вышла из своей комнаты, из своей тюрьмы.

Работая проституткой, девушка обзавелась многими знакомствами в городе, некоторые из её клиентов были весьма влиятельными людьми, а некоторые и промышляли не вполне законными делами. Зачастую некоторые из них приходили даже больше для того, чтобы выговориться ей, а не унять свою похоть. Вот к одному из таких людей она сейчас и направлялась.

«Вил, я бы советовал тебе скинуть колье лучше в другой стране. Сумеречным, например, или в любом гномском царстве» — вновь прозвучали слова вампира у неё в голове.

Он сказал ей это перед уходом, но девушка никогда не была за пределами города, а денег у неё было не так уж много, чтобы пуститься в путешествие. Вилга решила сделать всё здесь. У одного из её постоянных клиентов были проблемы с дочерью, он внезапно стал смотреть на неё как на прекрасную женщину прежде всего, а не как на своего ребёнка. Поэтому он часто приходил к ней поговорить и сбросить напряжение, поскольку Вил, судя по его словам, была на неё очень похожа. Он проболтался как-то раз проститутке, что работает в ножах, занимается поставками и контрабандой. Раньше девушка через него получала дешёвую косметику и одежду для работы, сейчас же надеялась на его помощь с продажей дорогого подарка.

Знавший уже её в лицо охранник на входе одарил шлепком по заднице и, получив в ответ желанную улыбку, сопроводил девушку в кабинет нужного ей человека.

— Красавица моя, ты чего это пришла? Вроде бы недавно уже был тебе подгон или захотелось чего-то особенного? — удивлённо заговорил он, когда Вил вошла. — Тебя кто-то обидел? — спросил хозяин кабинета, заметив свежую царапину на лице.

Высокий, атлетически сложенный мужчина средних лет встал и подошёл к ней, чтобы заключить в свои медвежьи объятья. Хрупкая девушка по сравнению с ним выглядела точно как ребёнок.

— Ммм… нет, папочка. Всё хорошо. У меня сегодня к тебе другое дело,