Властелины Страха. Книга 2

ПРИБЛИЗИВШИСЬ К ОГРАДЕ ДОМА Рено Кохуру, Теневой Ветер применил «Прозрачность Пыльного Воздуха» и «Крылья Тёмного Ветра». Перепорхнув через ворота, притаился за кустом цветочной ман-ги. Сбросил невидимость и убрал крылья, сберегая линии. На столбах ограды ярко светили фонари, заливая белым светом и дорогу за забором, и двор во внутренней части. Но Теневой Ветер был уверен, что его чёрная одежда и маска помогли слиться с тенями.

У дома были высокие стены, украшенные мелкими, тщательно вырезанными в камне узорами рода Кохуру.

Тяжёлую, многослойную крышу венчали фигуры воинов рода Кохуру. Замерев в грозных позах, они угрожали неведомым врагам мочи-ками, копьями и стеклянными штырями. Причём оружие и доспехи у них были настоящие, не из камня.

Внутренний Голос напомнил прочитанное в одной из скрижалей: в стародавние времена на статуи надевали доспехи и вкладывали в руки оружие не из хвастовства, а для хранения. Если в случае тревоги нужно облачиться в определённый набор доспехов с определёнными кристаллами в гнёздах, то быстрее снять их со статуи, а не рыться по сундукам, подбирая нужное сочетание. Статуи для доспехов и оружия и сейчас можно увидеть в оружейных некоторых родов. В оружейной гнезда «Властелинов Страха» некоторые деревянные чурбаны облачены в чёрные халаты и обтягивающие туники. Но в нынешнее время изваяния в роскошных доспехах с гнёздами, заполненными кристаллами, и с дорогим оружием в каменных пальцах служили украшением домов славных воинов и их отпрысков. Теперь эти изваяния ставили на крыши, чтобы все видели, а сами изваяния делали в таких позах, что снять доспехи просто невозможно, не разрушив их.

В центре надела располагался пруд. Изваяния воинов и светильники отражались в чёрной воде. На поверхности плавали какие-то невиданные растения, вероятно, тоже ман-ги.

Ночь была на исходе, крупные бутоны ман-ги уже приоткрыли створки, готовясь встретить утро, надвигавшееся на летающий город сине-розовой полоской рассвета.

Первая ловушка обороны от невидимок предсказуемо располагалась вдоль ограды. Это была широкая, в три прыжка, полоса тщательно разглаженного белого песка. Под песком скрывались плиты, реагирующие на нажатие. Почти как на Ристалище Предназначения, только они не щадили попавшегося — или вязали его, или высвобождали какое-нибудь озарение. Да и неважно было, что именно они делали, так как их срабатывание — уже провал.

Против тех, кто попробовал бы перелететь плиты, были протянуты стеклянные нити. Они были достаточно толстые для того, чтобы сквозь них не прошли с «Прозрачностью Пыльного Воздуха», но достаточно тонкие, чтобы не разглядеть их ни днём, ни ночью. Вдобавок концы их были привязаны к бубенчикам или, ещё хуже, к самоиграющим долбякам: потревожь одну нить — и шум поднимется знатный.

Миновать ловушки можно было на «Ускользающем Свете». Но для этого нужно было знать, как далеко простирались стеклянные нити. Но это знание не устраняло главной неприятности «Ускользающего Света» — он производил слишком много шума. И при начале Пути, и в конце. То есть все спящие в доме услышали бы отчётливый и громкий хлопок. А небесный воин сразу разгадал бы в нём озарение. Для внезапной атаки ещё можно было применить, но не для долгой и тайной слежки.

Трудность с проникновением в жилище Рено Кохуру заставила Теневого Ветра дрогнуть и попробовать пересмотреть свой замысел. После размышлений и сомнений Теневой Ветер понял, что нельзя исключать жилище Рено Кохуру. Он там бывал нечасто, но оставался подолгу — почти на сутки. Без этого места воздействие на жертву, и без того прерываемое посещением дворцов, станет слишком прерывистым. Непрерывность преследования — это ключевая мера всего замысла.

НЕСКОЛЬКО ДНЕЙ НАЗАД, ПОД видом продавца пахучей ман-ги, Теневой Ветер постучался в ворота дома. Внутрь челядинцы его не пустили, так как не интересовались ароматной ман-гой.

Тогда он намекнул, что кроме ман-ги может раздобыть козьего вина. Обычно это помогало найти общий язык с челядинцами.

Но челядинцы Кохуру рассмеялись:

— Да у нас тут несколько кувшинов вкусного ягодного вина, припасённого нашим господином. Кому нужна твоя козья жижа? Иди своим Путём, уважаемый.

Теневой Ветер хотел рискнуть и проникнуть во двор невидимкой, хотя разведка нужна была именно для обнаружения ловушек против невидимок.

Летать опасно. Это сразу вызвало бы подозрение. Ведь недаром вдоль всей ограды расставлены шесты, запрещавшие пролёты над домовладением. Тем более что чёрные крылья выдали бы наёмника. Но полёт оставался единственной возможностью. Теневой Ветер рискнул и несколько раз пролетел над домовладением невидимкой, применив «Пристальный Взгляд», пытаясь с большой высоты разглядеть особенности обстановки дома и двора. Но так как это озарение не ладило с «Прозрачностью Пыльного Воздуха», уничтожая её, то он многого не разглядел. Только узнал, какие окна и на какой высоте открыты. Но это знание было ненадёжно: сегодня открыты, а завтра челядинцы могли взять их и закрыть. Но он не смог разглядеть ни одной нити ловушек: то ли «Пристальный Взгляд» был нарушен невидимостью, то ли нити были столь тонки и прозрачны, что их было не разглядеть даже с помощью озарения.

Словом, Рено Кохуру укрепил свой дом и землю, как положено небесному воину. Хотя надобности в этом не было. Тут, в Пятом Кольце, на каждой улице были организованы становища малых отрядов небесной стражи. А троицы стражников, позвякивая бронзовыми застёжками на вязках, ходили и летали вдоль улиц, зорко осматривая окрестности, дабы не пропустить в Срединное Кольцо какого-нибудь грязерожденного или бедняка с окраин.

Но укрепление домов было священной традицией воинских родов, заведённой во времена, когда летающую твердь охватили междоусобицы и борьба за управление её полётом. В те далёкие времена было свито гнездо «Властелинов Страха». У вольнорожденных не было отбоя от желающих купить чью-то смерть. Из-за чего каждый дом хоть сколько-то богатого дивианца превратился в крепость: одни наёмники пытались сокрушить эти крепости, другие — охраняли. В нынешнее время тяга превращать все дома в крепости оставалась только у небесных воинов.

Во дворец Арайи Теневой Ветер проник через акраб, но Рено держал свой небесный дом за оградой, на месте для приземления акрабов. При всём этом Теневому Ветру было необходимо не только проникнуть, но и закрепиться, найти удобные места, чтобы остаться, ведь ему и другим товарищам предстояло провести здесь столько же времени, сколько и хозяин.

В отчаянии Теневой Ветер хотел отыскать строителей дома и сада, чтобы выпытать у них хотя бы что-то. Но это было слишком опасно. Они догадались бы, в чём дело, и рассказали бы Кохуру.

НАКОНЕЦ, СМЕРТЕЛЬНЫЙ ТУМАН СОГЛАСИЛАСЬ помочь в изучении двора и внешних стен дома Рено Кохуру, хотя изначально отказывалась от участия в замысле.

— Понимаешь, Теневой, старшие небесной стражи имеют меня на хорошем счету. Но я не закрепилась в предназначении настолько, чтобы моё поведение не вызвало подозрений.

— Всё так, но ты будто забыла, для чего стала небесной стражницей?

— Чтобы помогать всем вольнорожденным, — согласилась Смертельный Туман. — Но любой мой поступок, сделанный не для небесной стражи, оставит след в памяти старших. И если этих поступков будет слишком много, кто-то однажды сопоставит их, и меня разоблачат.

— Но как они проведают о твоём поступке? Тебе только с челядинцами нужно поговорить.

— Тебе ли не знать, как всё взаимосвязано на летающей тверди? Никто не угадает, даже прорицатели, какие события будут напомнены кому-либо из челядинцев его Внутренним Голосом.

— Это верно. Но, быть может, они будут ниже тебя Моральным Правом, и ты заглушишь их Голоса?

— Может. А может, нет. Тут бы точно знать.

— Я могу попробовать увидеть толщину линий челядинцев с помощью яркого «Чтения Путей», — предложил Теневой Ветер. — Но если хотя бы у одного из них Линия Морального Права будет намного толще, чем у меня, то Голос тут же предупредит о попытке чтения Путей.

— Ладно, была не была.

Они стояли в начале улицы, идущей вдоль забора домовладения Рено Кохуру. Смертельный Туман поправила доспехи небесного стражника, отлитые из синего небесного стекла, и убрала складки плаща, чтобы её знак принадлежности к отряду рода Нефеш был виден челядинцам. Потом вытянула из чехла на поясе мочи-ку, расправила крылья и полетела к воротам дома Рено Кохуру. Как большинство вольнорожденных, она владела «Крыльями Тёмного Ветра», но использовала обычные «Крылья Ветра», чтобы не отличаться от других стражников.

Теневой Ветер озарил себя «Прозрачностью Пыльного Воздуха» и пошёл пешком. Ему нужно было беречь толщину линий, чтобы оставаться невидимым как можно дольше, тогда как «Крылья Тёмного Ветра» отбирали много толщины.

Преувеличенно задыхаясь, якобы от долгого полёта, Смертельный Туман приземлилась и заколотила рукояткой мочи-ки в бронзовый диск на воротах, выкрикивая:

— Великодушно простите, уважаемые. Небесная стража беспокоит. Дело большой важности!

Теневой Ветер остановился весьма поодаль от ворот и вызвал «Пристальный Взгляд» мерцающей ступени. Он усвоил это озарение, оценив его полезность во время слежки за Арайей, когда наблюдал за поединком Кохуру и Патунга. Правда, тогда у него был яркий кристалл, помогавший видеть очень далеко, вплоть до царапин на лицах воинов, а также доносивший некоторые звуки. Мерцающая ступень приближала только на треть расстояния до того места, куда падал взгляд. Но зато почти не нарушала работу «Прозрачности Пыльного Воздуха»: невидимость немного теряла в прозрачности, но если стоять неподвижно — тебя не различить. Теневой Ветер наловчился использовать эти озарения одновременно именно в таком сочетании.

— Небесная стража, откройте, уважаемые, — кричала Смертельный Туман, продолжая колотить в бронзовый диск.

Наконец ей открыли перепуганные челядинцы.

— Уважаемые, — с ходу начала Смертельный Туман, — я преследую беглого раба, который, по всем признакам, пробрался на ваш надел.

— Какой ужас, — сказал один челядинец. — И кто только его воспитывал?

Но второй челядинец оказался смышлёнее:

— Что-то странное вы сказали, госпожа стражница. Откуда в нашей местности рабы? Тут живут славные господа, они рабов не держат.

— Да, — поддакнул первый. — Тут у всех челядинцы.

— Он с Шестого Кольца сбежал. Пропустите меня, я его прибью.

— Ну, раба-то мы и сами можем прибить.

— Он вооружился топором, — сказала Смертельный Туман. — К тому же он сошёл с ума, поэтому не слушает приказов.

(Теневой Ветер покачал головой: притворщицей она оказалась плохой. Сама не верила в то, что говорила).

Первый, впечатлительный, челядинец испугался:

— Не, ну раз так, то лучше вы его прибейте…

Но рассудительный челядинец не раскрыл дверь, спросив:

— А зачем он побежал из Шестого Кольца в Пятое? Рабы на окраины бегут, на ветроломы.

— Говорю же, уважаемый, взбесился он. К тому же откуда тупому Слуге знать, куда бежать? Он бежал, куда глаза глядели.

— Странно они у него глядели, раз не заметили забора высотою в четыре человеческих роста. Как он перебрался через него?

— Очень цепкий раб с сильными руками. И у него есть ещё верёвка.

— И что он с этой верёвкой мог сделать? Её на заборе-то и закрепить негде.

Чувствуя, что челядинец начал что-то подозревать, Смертельный Туман отступила:

— Ну, раз так, уважаемые, то давайте заключим клятвенную сделку, что вы не будете иметь упрёков к небесной страже, если этот бешеный раб учинит разгром во вверенном вам домовладении, а также не будете жаловаться, коли он порубит вас или кого-либо из жильцов.

— Давайте.

— Нет, подождите, уважаемая, — всполошился первый челядинец. — То есть как это — порубит?

— Топором. Руки у него сильные, говорю же.

— Это я понял. Нет, так не пойдёт, никакой сделки, госпожа стражница. Убейте этого раба, пожалуйста.

— Болван, — сказал ему смышлёный челядинец. — Да как он проберётся сквозь ловушки?

Но Смертельный Туман уже вошла во двор, найдя в лице испуганного челядинца союзника. И сразу приступила к делу:

— Ловушки, говорите? Это хорошо. Но раз он прошёл незамеченным, то, быть может, они не работают?

— Да как не работают? Я лично каждый день трачу свои линии на их озарение!

— Ну, бывает, вдруг не получилось.

Обиженный недоверием к его исполнительности, челядинец начал раздражённо тыкать пальцем в полоску песка, выкрикивая:

— Вот же плиты. Все на взводе. Ни одна не потревожена. А если бы какой-то беглый раб, пусть и с цепкими руками, перебрался бы через забор и наступил на песок, его сразило бы яркое «Наведение Сна»!

— Ого, ловушки с яркими озарениями? — удивилась Смертельный Туман. — Это же какой расход кристаллов?

— Домовладение, как вы видите по знакам и узорам, принадлежит роду Кохуру. Славные кристаллов не жалеют.

— Всё равно весьма расточительно, — сказала Смертельный Туман. — Или молодому господину грозит опасность?

«Дура! — мысленно завопил Теневой Ветер. — Ты не должна знать, молодой тут господин живёт или старый!»

Но челядинцы, озабоченные поимкой беглого раба, не заметили этого промаха.

— Да какая уж опасность, — засмеялся испуганный челядинец. — Разве что если все его любовницы вдруг однажды встретятся в его спальне. Нет, просто таков порядок: все дома и дворцы славных Кохуру должны быть защищены так, будто им грозит опасность.

Вмешался рассудительный челядинец:

— Не болтай лишнего. А вы, уважаемая, сейчас убедитесь, что никакой раб с топором не мог проникнуть в сие домовладение.

Теневой Ветер подошёл ближе к воротам, чтобы видеть и слышать происходящее, но челядинец закрыл их.

По затиханию голосов стало понятно, что челядинцы сопровождали небесную стражницу, показывая ей, где расположены ловушки, чтобы она сама в них не попала.

Теневой Ветер вернулся в конец улицы и сбросил невидимость, так как линии начали дрожать.

Обман удался. Для полной правдоподобности надо бы притащить и бросить у забора труп какого-нибудь раба с ветроломов, вложив ему в руки топор и верёвку. Но зачем лишний раз утруждать себя, если и так всё сработало?

Скоро вернулась Смертельный Туман и подтвердила:

— Почти все ловушки во дворе я увидела.

— Теперь подумаем, как их обезвредить.

— Я уже всё сделала. Перед уходом я умудрилась поддеть концом мочи-ки кристалл «Наведения Сна» на одной плите. Теперь он не сработает, если ты встанешь на неё.

— Но завтра челядинец будет обновлять ловушки?

— Да, поэтому тебе нужно идти этой ночью.

— А как быть со стеклянными нитями?

— Это сложнее. Очень уж этот Рено Кохуру хорошо укрепил свой дом. Но так как я оказалась близко, то смогла рассмотреть, где нити отходят от забора на достаточное расстояние, чтобы проскользнуть.

Когда они вернулись в гнездо, Смертельный Туман начертила на скрижали расположение всех ловушек и рассказала о точных расстояниях между ними и возможностях их обойти.

Вожак, принимавший участие в подготовке, покачал головой:

— Все эти наблюдения — это хорошо, но не забывайте, что челядинцы могли рассказать не обо всех ловушках. Да и знание расположения некоторых ловушек не предохранит Теневого Ветра от какой-нибудь случайности.

— Да, вожак, — кивнул Теневой Ветер. — Я всё понимаю. Понимаю и то, что ловушки внутри дома остаются нам совершенно неизвестными.

И ВОТ ТЕНЕВОЙ ВЕТЕР удачно проскользнул между стеклянными нитями и встал на обезвреженную Смертельным Туманом плиту. Теперь нужно проникнуть в дом. Теневой Ветер рассчитывал, что внутри жилища не будет каких-либо особо подлых ловушек, всё-таки это не крепость, ждущая врага. Да и кто бы стал жить в доме, где на каждом шагу расставлены неудобства?

К сожалению, на ночь все окна жилища были закрыты изнутри железными ставнями, как перед очищающей бурей. В щели одного круглого окна виднелся свет, там, вероятно, находился сам Рено Кохуру. Если бы над двором не были протянуты стеклянные нити, то можно было бы за одно мгновение вспорхнуть к окну соседней комнаты и потом, оставаясь в невидимости, разобраться с открыванием ставни.

Решившись, Теневой Ветер снова применил «Прозрачность Пыльного Воздуха» и подкрался к окну первого этажа. Просунул палец в щель и подёргал. Нет, тут ставня слишком крепка. Перешёл к следующему, а потом к следующему — то же самое. Вот же невезение!

Одно хорошо — нет никакой стражи. Ибо небесному воину славного рода зазорно искать защиты у небесной стражи. Кроме того, Рено Кохуру считал, что у него нет врагов, собиравшихся его убить. И вообще он все ночи проводил в становище своего отряда в Седьмом Кольце. Но Теневой Ветер подслушал, что сегодняшняя ночь будет почему-то особой для Рено. Он сам так сказал и причмокнул.

Раз через окна хода нет, то надо попробовать… подвал. Жилище Рено Кохуру, конечно, намного больше и богаче того дома, который построен на Ристалище Предназначения. Но все дома богатых людей имели общие черты. Одна из них — богатая купальня. И воду в ней челядинцы обычно грели дровами, а не огненными озарениями.

Ругаясь на свою непредусмотрительность, Теневой Ветер снова обошёл весь дом, на этот раз вглядывался не в окна, а в извилистые и тёмные выступы стен. Люк в подвал был прикрыт кустами ман-ги. Теневой Ветер не стал сразу ломиться в него. Снова присел, спрятавшись в тени куста, убрал невидимость, сменив её на светлое «Зрение Тверди» из кристалла, вставленного в маску вместо «Иного Лица». Окружающий мир преобразился: воздух стал непрозрачно чёрным, а все предметы окрасились в разные оттенки серого: от светлого до почти чёрного, сливавшегося с чернотой воздуха. Чем светлее предмет, тем он плотнее, тем на меньшую глубину «Зрение Тверди» проникало в него.

Теневой Ветер медленно, как это требовало обращение со «Зрением Тверди», перевёл взгляд на люк. Так и есть — он обложен сразу двумя ловушками. Одна с кристаллом, судя по узорам граней — «Наведение Сна», вторая просто верёвочка, которая натянется при открытии люка и запустит самоиграющий долбяк, вмурованный в стену.

Нет, всё-таки это очень подозрительно! К чему окружать себя дорогостоящими ловушками? Неужели Рено Кохуру о чём-то догадывался? И если он получил предупреждение от прорицателя, то почему не поставил стражу вместо ловушек? Или прорицание, как обычно, было не совсем точным? Или всё проще, и изобилие ловушек — обычное дело для Рено Кохуру?

Как бы там ни было, но нужно быть ещё более осторожным. Хотя, казалось бы, куда ещё осторожнее…

Не убирая «Зрения Тверди», он без труда обезвредил ловушки, применив «Отталкивание Вещества» и все те ценные знания, которые им вдолбили за время учёбы в гнезде.

Как с усмешкой сказал вожак: «Те, кто расставляют ловушки и хитрыми способами запирают замки на дверях и сундуках, даже не догадываются, какими способами мы их разгадываем и обходим. И тем важнее, чтобы это знание не покинуло нашего гнезда или скрижалей Смотрителя Гнездовья».

Подвал был обширным и освещён несколькими синими светильниками. Очередное свидетельство расточительности богачей. Ибо что тут освещать: груды ровно напиленных брёвен и корзины разнообразного камня и стекла, предназначенные для мелкого ремонта строений домовладения? И хотя синие светильники не так дороги, как белые и жёлтые, но не жечь же их день и ночь в подвале?

Спрятавшись за одну из громадных стопок брёвен, Теневой Ветер запрокинул голову, пытаясь разглядеть сквозь толщу потолка и балок человека в освещённой комнате. Но «Зрение Тверди» не пробило настолько далеко.

Кроме того, стены здания, как и в жилищах всех богатых людей, были проложены узорчатыми сетками из небесного стекла. Эти узоры ещё сильнее затрудняли видимость с помощью «Зрения Тверди», накладываясь поверх чёрными и непроницаемыми переплетениями.

Ничего неожиданного в этом не было. Во время учёбы птенцов заставляли смотреть «Зрением Тверди» сквозь разнообразные стены, возведённые между ристалищами. Оказалось, что они построены не только для того, чтобы по ним карабкаться. Стены повторяли основные кладки и приёмы строителей сословия Воздвигающих Стены. За вычетом, конечно, их секретов. Вожак научил разбираться в хитросплетениях узоров, предназначенных для отвлечения внимания, и вычислять расположение стен, размеры комнат и прочие особенности строения зданий.

Пусть и не точно, но Теневой Ветер уяснил расположение ближайших комнат и соединяющих их коридоров, отметив, что часть из них закрыта растениями-дверями, а часть открыта. Всё-таки тщательность защиты домовладения не распространилась на жилое пространство здания. Тут можно было передвигаться без излишней осмотрительности.

Прикрывшись «Прозрачностью Пыльного Воздуха», Теневой Ветер направился к верхней комнате.