Внучка

- Маня, иди завтракать! - весело позвала бабушка снизу, но эта радостная интонация все равно не смогла пробить сердце четырнадцати-летней девочки.

- Попозже! - недовольно откликнулась она, поспешно поднимая с пола старую потрепанную тетрадь.

Эту тетрадь ей дала ее лучшая подруга. Причем по очень- очень большому секрету, чтобы никому-никому! А то!... Ведь эту тетрадь обнаружил кто-то из ее родни при перестройке дома - обнаружилась в стене в тайнике.

И эта тетрадь оказалась дневником какой-то странной девицы, причем судя по намекам подруги и закатыванием глаз - записки обещали пикантные сцены. И этих сцен явно было очень много и каждая из них превосходила своей смелостью предыдущую. То есть девица была достаточно раскрепощенной и ни в чем себя не стесняла, ведя записи и называя происходящее своими именами, а не какими-то намеками.

И Маша полночи лихорадочно читала чужие страницы (правда по началу робея и испытывая невольный стыд, но потом увлеклась - уж больно захватывающие события там описывались). И не заметила как уснула. И вот теперь легко бы променяла вкусный бабушкин завтрак на захватывающие чтиво.

Закутавшись в теплое одеяло она дрожащими от волнения пальцами перевернула очередную страниу.

"Граф неторопливо вытащил шпагу, - начала читать Маша с прерванного места ровные закруглённые буквы.

- Милая леди, не изволите ли раздеться, - вежливо предложил мне этот смазливый юнец, многозначительно поигрывая шпагой. - Иначе вам будет очень и очень больно.

Я тут же сделала вид, что остолбенела от испуга (а это было довольно легко - достаточно только выпучить глаза, закатив их к верху, и дрожать всем телом, особенно грудью и коленками).

- Ну а потом, когда я утомлюсь от вас, вы мне, смущаясь, расскажете и свою тайну - о сокровищах тамплиеров. "

- Маня! - между тем ласково протянула бабушка.

Но Маша только кивнула, закрывшись с головой одеялом и продолжив захватывающее чтение.

"Завораживающе улыбнувшись - что сильно сбило его с толку, так как всем насильникам хочется видеть испуг в глазах своих жертв, и все остальное их смущает и отпугивает - я об этом очень хорошо знала (благо попались учителя, чтобы им гореть в аду) - я быстро потянулась к лямкам, поспешно оголяя свои плечи и делая вид, что вот сейчас скину платье на пол. И этот смазливый графенок совсем растерялся, ослабляя хватку на рукояти оружия и утыкая шпагу вниз. Однако совсем не этого ожидала эта маленькая сволочь. Это его и погубило. Обратно поднять ее он уже не успел... "

- Маня, завтракать! - на этот раз более требовательно прозвучало снизу, из столовой. - А то остынет!

Маша только досадоливо поморщилась - вот прицепилась! Нет, все-таки не понимает старшее поколение современную молодежь! Ну совсем не понимает?! А ведь казалось, что может быть проще?! Так ведь, даже это для них - непреодолимая преграда!

- Сейчас! - недовольно крикнула Маша, лежа под одеялом и поспешно переворачивая страницу - ей очень сильно захотелось узнать, как главная героиня замочила этого гаденыша. Ну или по крайней мере сделала его калекой.

И Маша злорадно ухмыльнулась, устраиваясь поудобнее.

"Я подняла его шпагу.

- У меня к вам пара вопросов, - наклонившись к лежачему говнюку, как можно вежливее произнесла я, тем не менее небрежно поглаживая острием шпаги его кадык и придерживая ногой его голову, чтобы эта тварь не смогла отвернуться. Первый... "

- Маня, ну сколько можно?! - решительно вошла в комнату довольно стройная, худощавая, моложавая бабушка, и Маша невольно глянула на ее открытые под домашним халатиком ключицы и вдруг замерла, растерявшись.

- Негодница, быстро завтракать! А то попу надеру! - в шутку, впрочем как и в детстве, построжилась бабушка и Маша по привычке поморщилась - за столько лет эта шутка ее изрядно притомила.

Да нет, совпадение, подумала она, торопливо прикрывая тетрадь своим телом - во избежании настойчивых распросов бабушки. Наверняка женщин с такой родинкой на правой ключице великое множество.

Маша быстро вложила закладку (купон в Читай-город) в дневник и поспешно сунула его под подушку.

Быстро переодевшись из спального в цивильное, Маша, посетив туалет, но даже не потратив ни секунды на умывание, поспешно спустилась в столовую, прекрасно понимая - раньше начнёшь - раньше освободишься. Этот дневник она естественно с собой не потащила, но от мысли, что он лежит в ее спальне под подушкой, и она вскоре возьмет его в руки и углубится в страшные тайны, ее всю трясло.