Внуки Характерников книга 1-я, часть 4 и 5

ЧАСТЬ ЧЕТВЕРТАЯ НАКАНУНЕ ВОЙНЫ.

=========================

ВАСИЛИЙ.

-------------------------

Шел 1937год-страшный год репрессий и ,,перегибов,, как назвали его потом по прошествии многих лет после разоблачения хитрым Хрущевым ,,культа личности,, Сталина и расстрела Берии. Но Берия заступил на свой пост лишь в конце 1938 года. А до этого, сначала Ягода, потом кровавый извращенец Ежов уже успели нанести непоправимый вред стране. На одного ,, затаившегося,, врага советской власти, разоблаченного НКВД, приходилось тысячи и тысячи невинных жертв --настоящих патриотов своей страны – военных, врачей, партийных работников, да и просто рабочих и крестьян , арестованных по доносу, замученных на допросах в подвалах НКВД, расстрелянных по ложному обвинению в измене Родине. Миллионы людей были отправлены в ,,лагеря,, и на ,,стройки века,,- валить лес, строить заводы, рыть каналы, покорять ,,вечную мерзлоту,,. Так ,,Партия,, под руководством ,, великого Сталина,, поднимала народное хозяйство страны, устилая дорогу к Победе Коммунизма костями лучших из лучших сыновей и дочерей Союза Советских Социалистических Республик.

В это страшное время Василий Иванович Татаренко, младший из сыновей Ивана Никаноровича и его первой жены Настены, был назначен первым секретарем ,,Райкома КПСС,, одного из районов города Магнитогорска. Член Партии с 1919-го года, воевавший против ,,беляков,, в составе Первой Конной Армии под командованием самого Буденного, давно зарекомендовавший себя как преданный делу Ленина большевик-коммунист, не раз отличившийся на партийной работе, Василий Иванович прибыл на новое место назначения с молодой женой Полиной, вскоре родившей ему сына—Толика. Уже не молодой, сорокалетний Василий Иванович и двадцатитрехлетняя красавица жена, что называется ,,души не чаяли,, в сыночке.

В Магнитогорске они жили в доме специально построенном для руководителей различных структур города. Высота потолков в квартирах со всеми удобствами достигала четырехметровой высоты. Фасад семиэтажного здания был украшен, лепниной,, в виде символов советской эпохи – гербами союзных республик, каменными знаменами и звездами с виноградными гроздьями вперемешку. Специальной охраны у дома не было. Зато высоченная кованная ограда окружала весь внутренний двор, а открытые днем ворота, ночью запирались на замок дворником Федором-- огромным мужиком свирепого вида, который судя по всему и являлся сотрудником ,,органов,, поставленным здесь не только для охраны, но и для наблюдения вообще. Семья Татаренко быстро сдружилась с соседями по дому, среди которых были и директор завода и главврач городской больницы и даже один молодой для своих пятидесяти лет профессор-химик Абрам Абрамович Цукерман, смешно картавивший при разговоре. Был среди жильцов и начальник Горотдела НКВД — Иванов Сергей Михайлович, всегда веселый и приветливый, с большим запасом анекдотов на любые темы. Все жили дружно, если не сказать счастливо: ходили друг к другу в гости в свободное от работы время, не работающие жены обменивались кулинарными рецептами, вместе гуляли с детьми в огороженном дворе. По утрам к дому одна за другой подъезжали служебные автомобили. Они развозили высокопоставленных отцов семейств на руководящие посты. Так продолжалось в течении всего первого года жизни жильцов. Но однажды ночью, когда все спокойно спали видя прекрасные сны о светлом будущем, к воротам ограды подъехала большая черная машина с будкой- кузовом. Из нее выскочили трое мужчин в штатском и быстро пройдя мимо вытянувшегося по стойке ,,смирно,, дворника, вошли в единственный подъезд дома, откуда спустя час вывели под руки профессора-химика. Грубо запихнув его в будку ,,воронка,,, люди в штатском попрыгали обратно в машину, которая тихо тронулась и исчезла в ночи как и появилась. Дворник Федор закрыл на замок ворота и как ни в чем не бывало ушел спать в свою ,,подсобку,, Только через два дня Василий Иванович, встретившись на лестничной площадке с Ивановым, смог задать интересующий всех вопрос: куда подевался профессор? НКВДэшник ответил быстро скороговоркой, как будто готовил свой ответ заранее:

------ Шпионом оказался гад, английским и японским одновременно.

------ Это что, новый анекдот? Он же еврей,--Василий невольно улыбнулся думая что чекист в очередной раз пошутил.

------ Это не анекдот, --- Иванов был серьезен, – он во всем сознался. Сейчас сдает сообщников.

------ Да вы что там сума что ли сошли? Какой он шпион? Так можно любого обвинить. И вас и меня. Наверняка какая-нибудь гнида донос накатала. Ты-то сам в это веришь, Сергей Михалыч?!

Иванов, уже открывший было дверь в свою квартиру, остановился на пороге, оглянулся:

------ Не шути так Василий Иванович, не надо, --- он многозначительно покачал головой из стороны в сторону, обдав собеседника ледяным взглядом, от которого тому стало не по себе.

На следующий день от дворника Федора стало известно, что семья профессора – жена, дочка с мужем и двое внуков – покинули Магнитогорск и выехали на прежнее место жительства в Ленинград, откуда прибыли год назад. Квартиру Цукермана опечатали, но ненадолго. Очень скоро в нее заселилась семья какого-то начальника снабжения. И сам начальник, и его жена, и две их дочки-подростки были похожи на чистых ухоженных откормленных хрюшек, не знающих в этой жизни никаких проблем. Выезжая на очередной пикник на служебной машине, глава семейства словно барин наказывал дворнику, не догадываясь что тот агент ГПУ:

------ Федор, мы едем на природу. Если кто будет спрашивать, не вздумай проболтаться. Говори, что не знаешь где мы и….., пусть приходят завтра.

------ Хорошо-хорошо, скажу...-- отвечал тот, думая как будет докладывать своему начальству о выкрутасах жирного дурака. Но, как говорят в народе – ,,хитрый – не дурак,,. Скорей всего снабженец тоже периодически доносил на других и тем устраивал своих покровителей. К тому же раз в месяц он передавал через посыльных пухлый пакет со значительной суммой в денежном эквиваленте своему ,,куратору,,, Поэтому никто его не трогал, хотя и знали что он получает взятки за поставку сырья вне очереди. Зато трогали других – честных и порядочных, оклеветанных завистниками, желающими выдвинуться за их счет, мечтающими завладеть имуществом погубленных ими людей.

Начальника Сталилитейного цеха забрали через две недели. Его тоже увезли ночью на том же «воронке» , что и профессора. Затем увезли главврача Горбольницы. За ними последовали аресты членов их семей, отказавшихся отречься от своих родных как от « врагов народа» Вскоре половина жильцов ,,элитного дома,, были или вывезены или выселены неизвестно куда. Никто из оставшихся уже не мог спокойно спать, как спали когда-то в недавнем прошлом. Уложив детей, взрослые прислушивались – не заурчит ли вновь мотор «черного ворона», не застучат ли по ступенькам сапоги «солдат--демонов – пришельцев из ада», явившихся за очередной жертвой. И когда это случалось, то даже уцелевшие в этот раз партийные атеисты крестились, благодаря Бога за то, что уберег их и их семьи. Но на долго ли? Этого не знал никто. Ожидание было страшнее чем сам арест. Утром, узнав кого увезли, уцелевшие шептались между собой, прикрывая рты ладонями:

------ Господи, этих-то за что? Такие люди хорошие.

Но ,,за что,,-- всегда знал дворник Федор:

------ Враги народа! Замаскировались понимаешь, гады. Но наши «органы» не проведешь. У них ошибок не бывает.

Возражать ему боялись, так как понимали, чем это может для них кончиться, поэтому молча расходились по своим квартирам и уже дома ,,на кухне,, давали волю своему возмущению, но не громко, что б не дай бог не услышали другие.

Однажды Василий Иванович вернулся с работы раньше обычного. Не разуваясь и не снимая пальто прошел в « детскую» , где жена Полина качала кроватку, в которой тихо посапывая спал их годовалый сынишка. Присев рядом на край небольшого дивана, Василий Иванович как мог спокойнее произнес, взяв жену за плечи и глядя ей в глаза:

------Поля, ты только не волнуйся. Сегодня арестовали моего заместителя. Могут прийти и за мной. Я, конечно, надеюсь на лучшее, но ты должна быть готова ко всему. При любых обстоятельствах не падай духом. Береги сына. Меня знают многие достойные заслуженные люди, и я надеюсь, они не позволят нас оболгать. А сейчас, приготовь мне пожалуйста на всякий случай вещи: теплые носки, свитер, папиросы. Думаю, в камере будет не жарко.

За Василием Ивановичем Татаренко – секретарем Партии Райкома города Магнитогорска, приехали под утро. Не дожидаясь, когда конвой поднимется в квартиру, он сам спустился к машине, держа в руках небольшой чемоданчик с вещами. Уже подходя к воротам ограды, вдруг услышал злобный голос дворника :

------ Что вражина? Пришел наконец и твой черед. Всех вас туда надо, что б не жировали за наш счет.

Федор стоял недалеко, дыша перегаром и какой-то кислятиной. Василий медленно повернулся в его сторону, поставил на землю чемодан и сделал шаг к отшатнувшемуся было негодяю.

Случилось невероятное: конвой стоял на месте не шелохнувшись, как -будто все трое, а это были офицеры, окаменели в одно мгновение. Никто даже не пытался остановить арестованного. Потомок «характерников» – казак Василий Иванович Татаренко, смотрел на своего трясущегося от страха врага тем самым испепеляющим взглядом, которым смотрели на своих врагов его предки-«характерники», перед тем как свершить Божий Суд.

------ На колени! -- Василий вытянул вперед правую руку, растопырив пальцы.

Дворник молча, трясясь от ужаса, опустился на каменную брусчатку. Как-будто с неба услышал он приговор, произнесенный простым человеческим голосом:

------ Умирать будешь страшно и долго. Иди. Скоро свершится.

Дворник поднялся и как лунатик, медленно повернувшись пошел к дому. Василий провожал его взглядом до тех пор, пока тот не скрылся в дверях своей каморки. Тогда, он ,взяв свой чемоданчик, вновь шагнул к машине и обронив ,,Поехали,,, захлопнул дверь. НКВДэшники, дернулись, очнувшись от оцепенения, и быстро попрыгав в «воронок», помчали в Управление, как будто ничего не произошло. А в это время дворник Федор стоял посреди своей каморки с веревкой в руке. Задрав голову, он разглядывал деревянную балку под потолком, обдумывая, как лучше перекинуть через нее уже приготовленную им же самим петлю. В одно мгновение перед ним пронеслась вся его короткая подлая никчемная жизнь…….

Был он родом из глухой Сибирской деревушки, где отец , бывший разбойник, построил на награбленные деньги дом и жил там до самой революции, пропивая свои ,,кровавые,, кровные и избивая сына с матерью до полусмерти, пока выросший в ненависти к людям Федор не обокрал его самого и не сбежал на Урал. Там он записался в Красную Армию. Донося на своих сослуживцев, лишь бы не посылали воевать самого, стал агентом ГПУ при НКВД . Такие люди были нужны «органам» для получения оперативной информации. Их презирали, но содержали, часто используя в качестве провокаторов.

Кое-как перекинув веревку через балку, Федор залез на табурет и завязав один конец веревки в узел, так что б она не соскочила с балки, другой- с петлей, накинул себе на шею. Ему оставалось сделать лишь один только шаг, что б уйти из этой жизни прямо в ад, как вдруг дверь в каморку открылась. На пороге стоял старший майор НКВД Иванов. Увидев дворника с петлей на шее, он бросился к нему и обхватив за ноги, злобно закричал:

------ Ты что, сука?! Куда собрался?!

Тот смотрел на него остекленевшими глазами. Иванов одной рукой кое-как сдернул с его шеи петлю и посадив на табурет, начал сильно бить ладонью по щекам, пока тот не заорал махая руками:

------ А-А-А-А-А!!!! Хватит! Чур меня! Чур!

------ Что с тобой! Ты зачем это, а?! Водка есть?!

------ В-в-в тум-м-м-бочке, – заикаясь прохрипел Федор. Слово ,,водка,, магически подействовало на висельника, возвращая его в действительность. Быстро достав из обшарпанной тумбочки начатую бутылку со спасительной жидкостью, Иванов сунул ее горлышком в зажатые зубы своего агента, силой запрокинув тому голову назад:

------ Пей! Пей говорю!

Водка полилась сквозь сжатые зубы, которые хрустнули под давлением стекла. Обжигая дворнику глотку она проникла сначала в желудок, затем в кровь грешника. Он дернулся, сделал глоток, затем схватил бутылку двумя руками и стал судорожно глотать дьявольское пойло, пока наконец не осушил посуду до дна, после чего бросил бутылку на пол и уставившись на майора как не странно протрезвевшим взглядом, выдохнул:

----- Где я?

----- В жопе, козел!, ---- Иванов что было силы ударил его открытой ладонью в ухо. Федор слетел с табуретки на пол, где сел и замотал головой, вытряхивая из нее вместе со звоном колдовские чары «характерника». Вскоре он полностью пришел в себя.

------ Ты что надумал? Перепил что ли? А может совесть замучила? Так ты по сравнению со мной – ангел. А я вот возьму теперь, и в лагерь тебя, что б помучился, лет так двадцать. За предательство.

------ Не надо в лагерь товарищ майор. Сам не знаю что на меня нашло. Бес попутал.

------ Бес его попутал. Бес тебя спас, -- Иванов вдруг сам испугался того что сказал и поспешил поправиться:

------ В смысле не я бес, а водка—чертово зелье. Смотри у меня, что б больше ни глотка. Хорошо что я зашел, а то б висел сейчас синий с вываленным языком, --- немного успокоившись он продолжил, ---Ты уж потерпи чуток. Еще пару человек посадим и все. Переведут меня в Москву – возьму тебя с собой.

------ Можно я здесь останусь? Мне бы только квартирку в этом доме. Ту, что секретарь занимал.

Искоса глядя на своего подопечного, Иванов ухмыльнулся скривив рот:

------ Ну вот, другое дело. Узнаю своего Федю. Уберем его бабу и заселяйся. Только смотри что бы раньше она тебя не убрала. Не забывай чья она жена.

Звкурив папиросу НКВДэшник еще раз пристально посмотрел на спасенного им мерзавца и убедившись что тот окончательно пришел в себя, заторопился:

------- Ну все, мне пора. Нужно еще секретаря допросить. Что-то я не уверен, что он сознается. Хотя….. и не таких ломали.

Сказав это, он вышел из каморки на улицу и прошел к воротам ограды где его ждал автомобиль. Ему предстояла трудная ночь - ночь допросов и пыток. Он должен был выполнить ,,заказ,, – освободить место секретаря Райкома для нужного человека, что сулило ему самому небывалый карьерный рост и значительное улучшение материального положения.

Спустя сутки после ареста Василия, Полина, оставив маленького сына под присмотром соседской девочки, отправилась в следственный отдел НКВД, узнать о судьбе мужа. Но там, без специального разрешения начальника, сообщать ей что-либо отказались. Тогда она решила обратиться к самому Иванову, подкараулив его возле дома где жили.

Но оказалось, что он тайно уже переехал, сменив адрес, которого теперь никто не знал. Напрасно обращалась она и в Райкомовскую Приемную, где тоже ничего не могли сказать о судьбе теперь уже бывшего своего руководителя. Лишь спустя неделю она узнала горькую правду…..

Старший майор Госбезопасности Иванов в очередной раз спускался в подвальное помещение на допрос. Ему нужны были показания бывшего секретаря Райкома Партии города Магнитогорска- соседа по квартире и ,,почти друга,, – Татаренко Василия Ивановича. Нужны были новые фамилии, все-равно каких людей, лишь бы выполнить ,,план-заказ,, по борьбе с классовыми врагами советского народа - ,,троцкистами,,, спущенный сверху высоким руководством. Иначе, его самого отправят на ,,Комсомольские Стройки,, но уже в качестве ,,ЗэКа,,- строить заводы, каналы, плотины. И это в лучшем случае. А могут и ,,шлепнуть,, вместе с любимой женой. Детей слава Богу у Ивановых не было.

Посреди ,,пытошной,, , весь в крови, без сознания, сидел привалившись к спинке стула, арестованный. Два ,,мордоворота с засученными рукавами гимнастерок, устало курили , прислонившись к бетонной стенке подвала.

------ Молчит?-- спросил Иванов не глядя на куривших.

Те, быстро побросав папиросы, встали по стойке ,,смирно,, готовые если прикажут продолжить истязание :

------ Молчит гад.

------ Подписал что-нибудь?,-- Иванов взял со стола листы протоколов допроса.

------ Нет ишшо.

------ Не ,,ишшо,, , а ,,,еще,, , деревня! Учитесь разговаривать мать вашу!-- он в бешенстве сжал в руке листы бумаги и сделал шаг к сидевшему на стуле. Трое суток два здоровенных ,,амбала,, не могли выбить из простого человека всего лишь ,,подпись,,. Видимо, не такой уж он был и простой….

Подойдя ближе, Иванов, наклонившись, попытался заглянуть в залитые кровью глаза. Но глаз не было видно. Только засохшая черно-синяя маска вместо лица. Тогда он одним пальцем толкнул человека в плечо.

------ Да вы его убили, дибилы.

Амбалы , робко подойдя ближе, тоже заглянули в лицо замученного ими человека:

------ Не-е-е, -- дружно замотали они головами, -- мы аккуратно работали. Наверное сердце не выдержало. Это бывает.

Иванов некоторое время смотрел на двух своих помошников-изуверов, которые действительно считали что ни в чем не виноваты. Хотелось убить их самих ничего не объясняя. Но майор понимал, что без этих костоломов ему никак нельзя, и, потерев ладонью затылок приказал:

------ Ладно, вставьте ему ручку между пальцев, подпишем его рукой, как будто он сам.

Сделав задуманное, убийцы оттащили тело в морг. Затем, Иванов, написал липовое ,,заключение о смерти,, арестованного от инфаркта, второй экземпляр заключения отправил по месту жительства покойного, где дворник Федор со скорбным выражением лица вручил бумагу молодой вдове со словами:

------ Жаль Василия Ивановича. Золотой был человек. Теперь наверное и вас выселят. Вы бы сами куда-нибудь ехали, а я в вашу квартирку вещички перетащу, -- и поняв вдруг, что этой фразой выдал себя, непроизвольно поднес ладонь к губам, но Полина уже смотрела ему в глаза и медленно наступала.

------ Мерзавец. Это ты. Ты доносил. Ты всех оболгал. Гнида.

------ Но-но, не очень-то, --- Федор попятился назад, -- Тебя тоже скоро возьмут. Лучше беги пока не поздно и ублюдка своего не забудь.

------ Тварь,-- Полина что было силы пнула негодяя ногой в пах и когда он, завизжав согнулся в три погибели, нанесла еще один удар ногой в лицо, попав острым концом ботинка прямо ему в глаз --- Будь ты проклят, сволочь --- она плюнула на корчившегося от боли, ползующего у ее ног ,,гада,, и сдерживая себя, что б не добить его совсем, повернулась и ушла к себе.

Ее арестовали на следующий день. Как ,,жене врага народа,, дали пятнадцать лет, но потом почему-то заменили на пять лет тяжелых работ на Комбинате. Годовалого Толика отобрали и отдали в Дом Ребенка. Видеться с ним она не имела права.

Но Полине повезло. Ее освободили, реабилитировав уже через полтора года. Сына вернули, а за смерть мужа-политработника - героя Гражданской Войны, даже назначили пенсию. Все это произошло, как не странно, благодаря Лаврентию Берии, пришедшему на смену кровавому Наркому НКВД - Ежову. Именно Берия добился Постановления Политбюро Партии, осуждающее методы ведения следствия в НКВД, вышедшее в ноябре 1938года. Именно он настоял на пересмотре всех дел, сфабрикованных против невинно осужденных в 1937-1938годах. (Википерия. Военное обозрение. ,,Первая Амнистия Берии,,). Иванова расстреляли, а искалеченный Полиной дворник Федор кончил свою жизнь среди нищих побирушек и труп его послужил пищей для крыс в канализационном коллекторе города.

( 25 сентября 2021г.

21Час.00м.)

ПЯТАЯ ЧАСТЬ.

===============

ВОЙНА.

========

К сорок первому году старший сын Татаренко -Иван, после окончания школы, поступил в военное училище командиров-артиллеристов, закончил его с отличием и остался служить недалеко от дома. Сестра Аннушка, будучи еще не замужем, работала на Комбинате в Отделе Кадров переселившись в общежитие рабочей молодежи. Младший сын- пятнадцатилетний Виктор, ростом догнал брата, а в плечах стал даже и пошире. Двухпудовая гиря, ставшая его любимой ,,игрушкой,, сделала свое дело. Ежедневные упражнения с ней по утрам с последующим обливанием ледяной водой из колодца, со временем превратили мальчика в настоящего богатыря. Он с легкостью давил в лепешку коробок спичек, зажав его в кулаке торцом к пальцам. Не было ему равных в поселке в борьбе даже среди взрослых мужчин. Он не любил драться, но если просили постоять за поселок в кулачном бою ,,стенка на стенку,, ,то выходил один против четверых и не был бит ни разу. Нападавшие разлетались во все стороны как набитые соломой мешки. Лишь однажды какой-то подлый мужичишка все же нанес удар сзади кулаком, целясь в висок, но попал в ухо, после чего бросился наутек, и был пойман аж на следующий день и бит нещадно своими же корешами за такой поступок. Тогда Виктор ненадолго оглох на одно ухо, но потом слух полностью восстановился и вскоре досадное происшествие забылось. Лишь много лет спустя полученный в драке коварный удар напомнит о себе, круто изменив направление жизненного пути, намеченного Виктором самим себе. А пока все было как прежде. За свою фамилию получил он в народе прозвище-- ,,Хохол,, но называть его так в глаза побаивались. По- натуре Виктор был парнем добрым, любил книги, и если что-то его интересовало, запоминал на всю жизнь, будь то математическая формула или целый литературный рассказ. Так как старший брат с сестрой практически отсутствовали дома из-за их службы и работы, то все хозяйственные дела по дому легли на плечи Виктора. Год назад умер отец – открылись раны полученные на двух войнах. Врачи ничего не смогли сделать - организм сильно ослаб из-за тяжелой работы на стройке. Вскоре, не пережив смерти сына умерла и бабушка Алена. Теперь жили на маленькую пенсию- ,, по потере кормильца,, , зарплату Аннушки и помощь старшего сына - Ивана. Виктор все еще учился в школе, мечтая стать летчиком, но пока осуществить мечту не представлялось возможным, так как надо было помогать матери по хозяйству. Каждое лето он подрабатывал в местном Совхозе при Комбинате. На завод его не брали по малолетству, хоть и был он покрепче многих мужчин. Жизнь текла своим чередом. Люди строили планы на будущее. Но все планы рухнули 22-го июня 1941-го, когда началась Война.

Почти сразу ушла на фронт Аннушка, успевшая к зтому времени заочно закончить три курса Магнитогорского Металлургического Института. Как комсомолку, работавшую на ответственной должности, ее направили на спецкурсы шифровальщиц, а затем по окончанию учебы — в ,, Особый отдел ,, куда-то под Ленинград. Иван по-прежнему обучал молодых солдат-артиллеристов перед их отправкой на фронт. На все рапорта с просьбой отправить его самого, он неизменно получал категорический отказ. Хотел сбежать на фронт и Виктор, но после разговора с братом, вынужден был отказаться от своего порыва. Иван объяснил ему, что кто-то должен остаться, чтобы работать в тылу и помогать матери. Ну а если уж случится им с сестрой погибнуть, то будет кому отомстить за них фашистам.

СТАРШИЙ БРАТ.

------------------------------------

К ноябрю рапорт Ивана все ж-таки удовлетворили. Вместе со своими учениками-курсантами он был срочно отправлен на Западный фронт, где истерзанные обороной ополченцы из последних сил сдерживали рвущихся к Москве фашистов. Пройдя Парадом по Красной Площади, сибиряки пошли в бой — спасать сердце Родины — Москву. Жестокие затяжные бои переходили в рукопашные схватки. Наши бойцы, неся большие потери, бились насмерть. Артиллеристы дрались до последнего снаряда, ведя огонь прямой наводкой по наступающим немецким танкам, часто погибая вместе со своим орудием под гусеницами многотонных «бронированных монстров».

Иван командовал небольшой батареей ,,сорокопяток,,(Маленькие противотанковые пушечки образца 1937-го года, прозванные среди солдат ,,Прощай Родина,,) Дрались уже вторые сутки, непрерывно отбивая атаки бронетехники и живой силы Дивизии ,,СС Мертвая Голова,,. И вот, кончились снаряды. Остававшиеся в живых несколько бойцов, во главе со своим командиром — старшим лейтенантом Иваном Татаренко, взяв в руки связки гранат, пошли на танки. Иван шел впереди, ведя на смерть своих вчерашних учеников, с которыми приехал сюда с Урала.

Иначе было нельзя - позади была Москва.

Слева прогремел взрыв. Это сержант Серега Степанов бросился под гусеницы взорвав и себя и вражескую машину с пятью фашистами внутри ее. Взрыв справа – еще одно чудовище завалилось набок с оторванной башней. Еще один русский солдат пожертвовал своей молодой жизнью ради спасения человечества.

Прямо навстречу Ивану, гремя броней, переваливаясь на ухабах как обожравшийся великан-людоед, полз огромный танк с белым ,,мальтийским крестом,, на боку. Это был головной командирский танк. Опустившись в воронку, образовавшуюся ранее от взрыва снаряда, Иван приготовил две связки гранат – по связке в каждую руку:

----- Врешь падла, ты не будешь у меня последним, -- зло проговорил он сквозь зубы.

Когда черная махина, не заметив опасности проползла в сторону батареи, Иван, поднявшись в полный рост, бросил ей сзади под брюхо по очереди обе связки гранат. Сам прыгнул обратно в воронку, закрыв голову руками, вжимаясь в родную русскую землю, как вжимался в детстве в подол матери, спасаясь от любой, пусть даже самой страшной, беды.

Прогремевший взрыв разорвал обе гусеницы танка на части. Над топливным баком взметнулось пламя. Из люка башни как черви поползли танкисты- эсэсовцы. На двух из них горели комбинезоны. Еще двое, хоть и шатались как пьяные после контузии, все ж таки попытались убежать обратно, туда откуда приехали. Но их встретил Иван выстрелами из пистолета. Он уже стоял на краю воронки, молча расстреливая врага в упор. Выпустив в бегущих фрицев по три патрона в каждого, он пошел чтоб добить и двух других, орущих, катающихся в пламени по земле. Но патроны кончились. Сунув пистолет обратно в кобуру, Иван устало выдохнул:

------ Да и хрен с вами. Все равно в аду гореть.

Немцы вскоре перестали кричать. Их трупы продолжали дымиться, источая сладковатый запах жареного человеческого мяса.

Иван оглянулся вокруг, удивившись наступившей вдруг тишине. Десять немецких танков горели на поле, так и не доехав до его батареи. Еще шесть медленно пятились назад восвояси. Очередная атака была отбита. Оставшиеся в живых бойцы возвращались к орудиям, что б пополнив боезапас, вновь стоять насмерть, до последней капли крови, отбивая атаки врага.

Вернувшись на батарею, Иван почувствовал боль в спине под левой лопаткой. Это был осколок гранаты. Появившаяся откуда-то молоденькая санитарка, начав оказывать ему помощь просто выдернула осколок рукой, залив рану спиртом и туго перевязала лейтенанта бинтом через плечо и подмышку.

------ Повезло вам товарищ старший лейтенант. Осколок всего на сантиметр вошел. А мог бы и до сердца достать. А так даже в госпиталь не надо, --- прощебетала она, -- Воюйте себе на здоровье.

Обрадованный такой вестью Иван, улыбаясь взглянул на девушку. Он увидел миниатюрную стройную блондинку с почти детским личиком в белых кудряшках. Ее добрые голубые глаза излучали любовь и сострадание. Крутнув свой чапаевский ус, Иван с серьезным видом произнес:

------ У меня железное сердце, но вы пробили его насквозь своим взглядом. Как зовут вас прелестное создание?

------ Санинструктор Иванова, --- смутившись ответила девушка, и добавила,-- Галя.

Она вскочила одергивая юбку, и откозыряв маленькой ручкой, строго произнесла:

------ Поправляйтесь товарищ старший лейтенант, а мне пора.

И побежала дальше по траншее, но Иван все-таки успел крикнуть ей вслед:

------ Я все -равно тебя найду! Теперь не убежишь!

Это была любовь с первого взгляда, о которой пишут в книгах, слагают стихи и песни.

Она возникла среди огня и дыма, назло всем смертям.

В ТЫЛУ.

-------------------

Суровой зимой 41-го - начала 42-го годов, после кровопролитных оборонительных боев, наши войска перейдя в наступление отогнали немцев от Москвы. Лозунг: ,,Все для фронта, все для победы!,, – стал основным законом для работавших в тылу. Виктора все-таки взяли на завод учеником электрика. Опоздание на смену хотя бы на минуту в то время грозило любому рабочему большим сроком в местах ,,не столь отдаленных,, . За собирание оставшихся на полях с осени колосков ржи или пшеницы – ,,светило,, 10лет лагерей. Так сосед, работавший на элеваторе грузчиком, попытался вынести в кармане горсть зерна для своих шестерых детей. На ,,проходной,, его задержала охрана. Он получил двадцать лет лагерей и уже никогда не вернулся домой.

Зато работники Комбината получали хлебные карточки и талоны на некоторые продукты – яичный порошок, селедку….. Те, кто имел свои, пусть даже небольшие земельные участки, весной начали высаживать картофель. Почти всех совхозных лошадей отправили на фронт в обозы, поэтому люди, а в основном это были бабы , сами впрягались в ярмо и тянули плуг, чтобы затем кинуть в борозду сохраненные с осени семенные клубни.

ВИКТОР.

-------------------

Весной 42-го года замдиректора Магнитогорского Овощного Совхоза, маленький крючконосый 55-летний еврей Семен Семенович Шпак трясся в раздолбанной легковой ЭМ-ке по еще не успевшей раскваситься проселочной дороге мимо огородов поселка ,,Рыбный,,. В ушах еще звенело от вчерашнего крика директора, обещавшего посадить или вообще пристрелить Шпака за саботаж по законам военного времени. Шпак конечно же понимал, что если его и накажут, то накажут вместе с директором. Но легче от этого не становилось, скорее наоборот. Очень не хотелось что б из-за него, Шпака, пострадали еще и другие. А дело было в том, что совхозные грузовики с картофелем и капустой, по пути в район, нет-нет да подвергались нападению мелких шаек, состоявших из уголовников и дезертиров, прятавшихся от призыва в Армию в придорожных лесочках. Милиция не справлялась ввиду отсутствия нужного количества людей, а между тем, после каждого рейса автоколонны, состоявшей из трех-четырех машин, по дороге пропадало до десяти мешков. Обычно, во время следования по маршруту, на одном из многочисленных поворотов, где грузовики вынуждены были снижать скорость, из леса выскакивали два-три бандита с ножами в зубах, и цепляясь за задние борта машин залезали в кузов. Там они разрезали мешки с овощами, сбрасывая содержимое прямо на дорогу, что б позже, уже не торопясь, собрать свою добычу, не боясь, что им кто-нибудь помешает. Сопровождавшие груз бабы-экспедиторши и освобожденные от фронта по состоянию здоровья шофера, даже не помышляли останавливаться и вступать с бандитами в смертельную схватку. Иногда удавалось проскочить без потерь, что считалось большой удачей, но в конечном счете фронт не дополучал продукты, такие необходимые для наших солдат, сражавшихся с фашистами уже под Сталинградом.

И вот вчера, на совещании в Райкоме, директору пригрозили расправой за ,,неспособность обеспечить сохранность стратегически важных грузов,, Тот в свою очередь повторил угрозу Шпаку, только несколько в другой , более жесткой форме:

------- Сам садись за баранку рожа еврейская!! Бери ружье и отстреливайся! Но что б больше ни одной картошины, ни одного кочана капусты на землю не упало! Иначе, я твой кочан расколю, прежде чем меня загребут, --- кричал он выпучив глаза на присевшего от страха снабженца.

------- Порфирий Гаврилович, нужна нормальная охрана, а у меня только бабы да калеки. Я бы конечно и сам повоевал, но толку-то? Вы посмотрите на меня. Я такой же воин как вы балерина.

------- Я все сказал! Иди и думай, пока есть чем. Ты придумаешь, я знаю. Вы евреи очень умный народ, особенно когда это касается ваших интересов. А тут жизнь на кону. И не только твоей семьи, но и моей тоже.

Пройдя к своему рабочему столу, директор достал из кармана пачку папирос и нервно закурив, сел на стул. Немного успокоившись, не глядя на стоявшего возле двери Шпака, он уже тише устало продолжил:

------ Ладно Семеныч, извини. Нервы ни к черту. Но и ты меня пойми. Из-за этих сволочей, что в лесу прячутся, наши на фронте не дополучают что положено. А это не только пюре, но и спирт для ,,медсанбатов,, и много чего еще. Так что ищи людей. С производства я снять никого не могу, поэтому езжай по району по поселкам. Глядишь, кого-нибудь сыщешь. Среди комсомольцев пошукай. Одного-то милиционера нам дают, но сам понимаешь-- один он не справится. Нужны помощники, причем не робкого десятка.

------- Да кого ж я найду, боже ж ты мой? Все кто мог ушли на фронт защищать Родину, а кто остался вкалывают на Комбинате в три смены.

------ Езжай. Может повезет. Найди хоть пару человек. Обещай каждому по мешку за рейс. Сейчас продукты дороже денег.

Вспоминая этот разговор, Шпак с тоской смотрел в окно ЭМ-ки на проплывающие мимо огороды, где бабы с детишками и стариками тянули плуги и бороны по нескольку человек в упряжке. Не было среди них никого, к кому бы он мог подойти со своим предложением ,,повоевать с бандитами,,. ,,Сбегу на фронт,-- думал Семен Семенович,-- сбегу как мальчишка. Пусть уж лучше меня разорвет снаряд на мелкие кусочки, чем шлепнут здесь как врага народа. Там меня никакой трибунал не достанет.,, – но тут же всплывала мысль о семье,-- ,,что тогда будет с его женой Сарой и дочкой Нелей? Они не выживут,,.

Слезы отчаяния наворачивались на глазах старого еврея. Но вдруг одна из упряжек, ползущих по огородам, привлекла его внимание своей необычностью. Человеческая фигура, издали похожая на небольшого медведя в одиночку тянула плуг, за которым шла женщина. Протерев круглые очки-пенсне, Семен Семенович ахнул. Вот оно-то,что он искал . То,что спасет его жизнь и жизнь близких ему людей.

------ Стой! --- крикнул он шоферу,---А ну давай вон к тем.

Резко затормозив, машина повернула к обочине. Шпак выскочил из ЭМки едва та остановилась и почти вприпрыжку бросился прямо по пахоте к странной на первый взгляд парочке.

Это были Виктор и Марьяна. Увидев бегущего к ним начальника с портфелем, они стояли переводя дух, с любопытством разглядывая бегущего. Почти добежав до них, тот споткнулся и упал, но тут же поднялся и с редкой в этих местах вежливостью, выдававшей в нем интеллигента, обратился к ним прижимая к груди испачканный во время падения портфель:

------ Я очень извиняюсь. Разрешите представиться – Семен Семенович Шпак—замдиректора Совхоза Магнитогорского Комбината. А вы, простите, кто будете если не секрет? -- здороваясь, снабженец протянул свою маленькую руку Марьяне.

Пожимая ее Марьяна удивленно произнесла:

------ Здравствуйте. Мы из ,,Рыбного,,. Татаренко наша фамилия. Я - Мария Емельяновна, а это мой сын Виктор.

------ Очень, очень приятно. -- Шпак протянул руку Виктору, но когда тот вроде бы осторожно ее пожал, взвизгнул и затряс ей как от ожога,-- Вай мей, юноша. Что ж вы такой могучий. Сколько вам лет и почему вы не на фронте?

------- Шестнадцать, --- Виктор виновато улыбнулся глядя на маленького смешного человечка с портфелем.

------ Боже мой. В шестнадцать я только начал нормально ходить. Вы комсомолец? Учитесь или уже работаете?

------ Учусь и работаю. Но пока еще не комсомолец.

------ Как же так? Такой красавец и не в комсомоле?

------ А я сразу в Партию хочу.

------ Вон оно что-о-о. Ну что ж, вам все равно нужна приличная анкета. А где вы работаете? Не в нашем совхозе? Что-то я вас раньше не видел.

------ Помощником электрика на Комбинате. А в совхозе я летом подрабатывал.

------ Как же я вас не заметил? Вы наверное очень быстро выросли. Послушайте Виктор, вы мне очень нужны. Я хочу предложить вам архиважную, ответственную и хорошо оплачиваемую работу, на которой вы сделаете себе такую анкету, что потом, если захотите, сможете поступить в любое учебное заведение. Это я вам гарантирую, так как писать анкету мы будем вместе с вами. Поступите куда захотите. Ну, может быть только кроме Партии конечно.

------ Куда поступите? Война.

------ И что? Война кончится, поверьте старому еврею. Мы все -равно победим. И тогда у вас будут большие возможности. Но нужно потрудится. Завтра же приходите в Правление. Спросите меня. Только приходите к шести утра. В семь уже может быть поздно.

Повернувшись что б уйти, Шпак как будто ненароком спросил:

------ Да, Виктор, а у вас еще есть друзья, такие же как вы?

------ Какие такие же?

------ Ну такие же крепкие. Возраст не имеет значения.

------ Нет. Таких больше нет. А почему вы спрашиваете? -- он жестом остановил шагнувшую было вперед мать.

------ Вы не волнуйтесь. Я просто так спросил. Конечно же такого как вы я больше нигде не найду. Вы главное завтра приходите. Мы поговорим о вашем будущем, и поверьте, вы не зря потратите время. Ваша жизнь может сильно измениться в лучшую сторону. Ну все, не буду вам мешать. До завтра.

Он быстро повернулся и заспешил к ожидавшей его машине. Захлопнув дверь Семен Семенович радостно крикнул шоферу:

------ Федя, вперед! Кажется, я нашел кого искал! Теперь нас не расстреляют!

Испуганный Федя рванул с места с пробуксовкой колес, подняв клубы дорожной пыли.

Утром следующего дня ровно в шесть ноль-ноль Виктор Татаренко вошел в здание Правления Совхоза слегка зацепив плечом откос дверного проема, узковатого для его плеч.

Пройдя по длинному коридору, он остановился между двумя кабинетами. На дверях одного была табличка с надписью - ,,Директор Совхоза Магнитогорского Комбината Смирнов Порфирий Гаврилович,, , на дверях другого –,, Зам. Директора С.М.К. Шпак С.С.,, Постучав во вторую дверь Виктор услышал знакомый голос:

------ Входите, входите.

На пороге кабинета появился вчерашний маленький человек. Его лицо излучало неподдельную радость:

------ Здравствуйте мой дорогой. Жду вас с нетерпением. Я знал что вы придете. Не может такой человек как вы не откликнуться на интересное предложение. Давайте сразу к делу, – он потянул парня за руку в противоположный кабинет, -- Нас ждет товарищ Смирнов. Он хочет с вами поговорить.

Открыв дверь напротив, Шпак очень любезно но настойчиво завел Виктора во внутрь, на ходу обращаясь к человеку, сидевшему в конце длинного покрытого зеленым сукном стола:

------ Вот Порфирий Гаврилович. Это тот самый парень, о котором я вам говорил.

------- А-а-а…. Ну-ну-ну. Прошу, прошу.

Директор положил трубку телефона, в которую только что зло выговаривал кому-то и сделал несколько шагов навстречу вошедшим. Одет он был точно в такой же мундир, в каком был изображен Сталин на картине, висевшей на стене кабинета. Усы у директора были Ворошиловские – вертикальная полоска под носом. Так выглядели большинство начальников еще до войны, подражая своим московским вождям.

------ Здравствуй, здравствуй богатырь. Наслышан о тебе, -- директор дружески приобнял Виктора за плечи, – Справки о тебе навел. Извини, такая работа. Я должен знать с кем имею дело. Знаю, что работник ты хороший, учишься на отлично. Жаль, что не комсомолец, но это в данной ситуации не главное. Проходи садись. Есть к тебе разговор. Семен Семеныч, -- он повернулся к заму, -- оставь нас на пять минут, Мне нужно парню пару слов сказать наедине.

------ Конечно, конечно. Я побегу по делам. Думою дальше вы и без меня справитесь.

Шпак выскочил в коридор, радуясь, что выполнил свою часть задания, а уж директор-то сможет убедить любого в правоте своих решений. Убедить или заставить. Он это умел. Иначе не был бы директором такого большого и важного предприятия как Магнитогорский Совхоз.

Усадив гостя за стол с одной стороны, директор сел с другой и не спеша закурив, начал заранее приготовленную речь:

------ Вот что парень, я ведь действительно много о тебе знаю. Даже то, что ты сам про себя не знаешь. Читал твое ,,дело,, в нашем отделе НКВД. Нет, сам- то ты чист перед Советской Властью и отца твоего я лично хорошо помню. Честный был человек и бригадир хороший. Жаль его. Рано ушел. Брата твоего, Ивана, тоже все знают и уважают. О сестре вообще молчу- запретили и говорить. А вот сводные твои братья, Петр и Иннокентий, оказывается у белых служили. И сейчас где-то за границей. А ты наверное и не знал, да?

------ Ну почему же, знаю. Отец рассказывал. Но он и про брата Василия рассказывал, который был здесь секретарем Райкома и погиб от рук ,,троцкистов,,

------ Знаю, знаю. Поэтому и говорю сейчас с тобой я, а не наш ,,особист. Но все это не имеет отношения к делу, которое мы хотим тебе поручить. Делу опасному, но очень нужному для нашей Победы над фашистами.

------ И чем же я могу помочь? Вы уж говорите побыстрей товарищ директор, а то мне еще на смену надо успеть, да и матушка волнуется после вчерашней встречи с вашим ,,замом,,.

------ А ты не спеши. На заводе тебя подменят, я договорился. Нужно сопроводить груз продовольствия на станцию для отправки на фронт. Знаем, ты не робкого десятка, и силушки у тебя хоть отбавляй. Вот оружие тебе выдавать, НКВДэшник к сожалению запретил, но я думаю ты и так справишься. Твое дело мешки таскать, да милиционеру нашему, если что, помочь.

Директор встал и обойдя стол подошел к Виктору. Тот сидел, молча обдумывая неожиданное предложение, понимая, что услышал не все. И он не ошибся.

------ Чего молчишь, ,,Хохол,,?

------ Вы и это знаете?

------ А как же. Да ты не хмурься паря. Мы тебе за каждый рейс по мешку картошки будем давать. Рейсы у нас раз в неделю. Вот и прикинь, сколько ты за месяц продукта на зиму себе и матери заготовишь. И вместо лошади пахать не придется, --- ухмыльнулся он в желтые от табачного дыма усики.

Понимая, что отказаться нельзя, Виктор твердо произнес:

------ Ладно. Я согласен. Только матери пока не говорите. Пусть думает, что я с агитбригадой езжу.

------ Ну вот и молодец. Держи краба,-- Директор протянул руку для пожатия, но как только она оказалась в руке Виктора, тут же отдернул и затряс ею как будто обжегся,-- Да что ж ты делаешь? Чуть пальцы не переломал.

------ Ой, извините, я не хотел. Когда первый рейс?

------ Завтра утром. Приходи к шести- ноль-ноль к складам на погрузку, – произнес он, потирая покрасневшую ладонь.

Уже выходя из кабинета, Виктор приостановился и оглянувшись на директора уточнил:

------ Только мешок за рейс не картошки, а того, что будем возить. Что б ответственность была равнозначной.

Прищурив глаза, Порфирий Гаврилович глянул на своего собеседника с некоторым удивлением и интересом:

------ Ладно Виктор, вижу ты парень не дурак. Хочешь знать за что рискуешь. Это нормально. Договорились – будешь иметь то, что повезешь.

КРОВАВЫЙ РЕЙС.

-------------------------------

На следующий день в шесть утра Виктор явился на склад к месту погрузки автоколонны. Одет он был по- походному: старая телогрейка, ватные штаны, видавшие виды кирзовые сапоги, на голове кепка. Под полой телогрейки была спрятана закрепленная на петлях толстенная металлическая арматурина, длинной сантиметров шестьдесят. Погода грозила дождем, поэтому нужно было как можно быстрее перевезти заготовленные для фронта продукты, пока дороги не раскисли от грязи. Загрузив с грузчиками три машины мешками с картофелем, Виктор сел в кабину первой. Милиционер, вооруженный ручным пулеметом, устроился в кабине третьей. Колонна тронулась в путь. Шофера выжимали из своих грузовиков все что могли, но техника была порядком изношена, и , как они не старались, но быстрее двадцати-тридцати километров в час ехать не получалось. Минут через сорок машины въехали в небольшой лесок. Начались повороты — один, второй, третий. Вдруг первая машина, в которой ехал Виктор, резко затормозив остановилась. Поперек дороги лежало явно специально срубленное кем- то дерево.

------ Ну вот. Кажись приехали, -- мрачно проговорил шофер, доставая из-под сиденья монтировку, -- Сиди на месте пацан. Я пойду, посмотрю как объехать.

Шофер был не высокого роста, коренастый, лет сорока. Звали его Егором. Коренной уралец, списанный в запас по ранению. На фронте ему осколком мины срезало напрочь ступню на левой ноге. С такой раной уже нельзя было воевать, но можно было работать. Приделав на покалеченную ногу самодельный деревянный протез в ботинке, Егор мастерски управлялся со своей полуторкой. Он медленно открыл дверь кабины и озираясь по сторонам слез на землю. Из последней машины выскочил милиционер:

------ Почему стоим?!, -- закричал он, обращаясь к Егору.

------ Бревно на дороге! Держи пушку наготове, я посмотрю!

Из второй и третьей машины шофера не вылезали, готовые в любой момент дать задний ход или рвануть вперед. Егор подошел к бревну, оглядел его, и вернувшись к машине, стоя возле открытой двери кабины, задумчиво и зло проговорил:

------ Вот сволочи. Руками не сдвинуть, а начнем возиться с буксиром – нападут. Придется возвращаться.

------ Стой. Подожди здесь. Я сам попробую.---Виктор спрыгнул на землю и направился к бревну.

------ Брось Витек. Там таких как мы, человек шесть надо.

Но ,,Хохол,, уже скинул телогрейку и обхватив руками конец ствола лежащего на дороге дерева, вдруг напрягся и зарычал как медведь. Преграда, чуть приподнятая над землей, дрогнула и поползла в сторону. Передвинув ее на метр, Виктор разжал руки. Сделав два шага в направлении поворота, он вновь повторил свое действие, и так перекидывал тяжеленный ствол, пока на дороге не образовался проезд для машин. Все это время Егор стоял вытаращив от удивления глаза, не зная чем он может помочь юному ,,Геркулесу,,. Милиционер, достав из кабины ручной пулемет, забрался на мешки в кузове своей машины и оттуда просматривал окружавшую колонну лесную чащу..

Все это время за действиями людей сопровождавших груз наблюдали четверо неизвестных, прятавшихся за деревьями в тени еловых веток. Двое из них были одеты в поношенные телогрейки, в руках держали армейские штык-ножи.

Двое других – в шинелях, один с винтовкой, другой с деревянной дубиной, утыканной гвоздями. Давно небритые лица, грязная, местами изорванная одежда, голодная звериная злость в глазах делали их похожими скорее на стаю волков, чем на людей. Это были дезертиры, который месяц скрывавшиеся в лесу от Армии и фронта.

------ Ну что Семен, мента снимешь? --- спросил высокий в шинели с дубиной в руках.

------ Легко. Я ж снайпером был. Только патронов всего два осталось.

------ Так не промахнись, а то мы тебя на ужин съедим, хе-хе, -- высокий резанул взглядом по товарищу лязгнув в шутку зубами. ---- И во-о-он того шоферюгу с монтировкой тоже. Только парня мне не трогайте. Того что бревно подвинул. Я его знаю. Это Витька ,,Хохол,,. Мы с его братом в одной школе учились. Может договоримся.

Выстрел винтовки пронзил тишину леса. Милиционер, схватившись руками за голову скатился по мешкам с кузова на землю. Вторая пуля зацепила и так уже покалеченную ногу Егора, метнувшегося было на помощь упавшему. Шофер присел, зажав рану рукой. Двое других ,,водил,, сидели в своих кабинах пригнув головы. Виктор бросился к напарнику, подхватил его и приподняв, буквально сунул в кабину на шоферское место.

------ Витек, прыгай скорей! Сматываемся!, - крикнул Егор.

------ А милиционер?!

------ Так убили его!

------ Как убили?

------ Из винтаря! Садись, а то и нас грохнут и груз заберут!

Виктор стоял, не зная, как поступить. Из леса уже шли четверо бандитов о которых предупреждал его директор совхоза. Уверенные что победили, они спокойно подходили к колонне что б завершить свое грязное дело.

------ Эй, ,,Хохол,, ,иди к нам! Не бойся, больше стрелять не будем! Патроны кончились, хе-хе.

Последняя, неосторожно брошенная долговязым бандитом фраза, развеила сомнения Виктора. Не глядя на Егора, он тихо, но вкрадчиво произнес, тоном, не терпящим возражений:

------ Уезжайте. Быстро. Увозите груз. Меня не ждите.

Затем поднял с земли свою телогрейку, не спеша надел ее и пошел навстречу криминальной четверке. Грузовики, взревев моторами. почти одновременно рванули вперед, обдав грязью опешивших от неожиданности грабителей. Спустя минуту колонна скрылась за поворотом.

Виктор остался стоять на дороге один против четверых озверевших бандитов.

------ Ты что наделал, пацан? --- задыхаясь от злобы и досады высокий в шинели шел на него поднимая дубину, --- мы ж тебя теперь на куски порвем.

За высоким, как волки за вожаком, оскалив зубы и обнажив ножи, почти бежали еще двое.

Четвертый отстал и плелся позади со ставшей ненужной теперь винтовкой в руках.

Когда ужасное орудие бандита сделав полукруг уже должно было обрушиться на голову смельчака-одиночки, тот молниеносным движением выхватив из- за пазухи арматуру, нанес встречный удар такой силы, что отломившийся кусок переломанной пополам деревянной дубины, отлетев в сторону ,воткнулся гвоздями в шею одного из нападавших с ножом, а сама арматурина, продолжив движение, раскроила череп хозяину страшной самодельной ,,палицы,,. Вторым ударом Виктор прикончил еще одного бандита, пытавшегося заслониться руками от летящей на него сверху окровавленной, испачканной человеческими мозгами, арматуры. Четвертый злодей, крича от ужаса, бросил винтовку и кинулся было бежать, но та же арматура, просвистев в воздухе, сбила его на землю ударив сзади по ногам. Прокатившись кубарем по мокрой от начавшегося дождя глине, он сжался в комок ,и стоя на коленях, обхватив голову руками,, скулил и плакал одновременно:

------ Не убива-а-ай! У-у-у! Пожале-е-ей! У меня дети-и-и! У-у-у!

Подойдя к нему, Виктор схватил гада за шиворот и волоком подтащил к лежавшему на дороге милиционеру:

------ А ты его за что?!, ---- он тряхнул бандита так что тот чуть не отдал богу душу, -- смотри падла, смотри! Здесь умрешь! Возле него!

Вдруг, очумевший от страха разбойник, прохрипел указывая рукой на милиционера:

------ Живо-о-ой, живо-о-ой.

Виктор склонился над убитым как ему казалось сержантом. Его слух уловил еле слышный стон. Человек был жив. Пуля прошла по- касательной, сильно контузив и содрав с головы клок волос с кожей. Достав из валявшегося рядом подсумка бинт, Виктор перевязал раненого. Пленный в это время сидел рядом на земле, даже не помышляя куда-то бежать. Он истово крестился, произнося лишь одну фразу:

---- Слава тебе, Господи! Живой! Слава тебе, Господи! Живой!

----- Хорош скулить, --- Виктор хмуро глянул на него, -- Иди сюда. Спину давай, --- и

подсадив еще не совсем очнувшегося от контузии милиционера на спину дезертиру, приказал:

------ Неси осторожно, как самого себя. Не дай бог уронешь- сразу убью, --- и поднес к глазам дрожавшего от страха бандита огромный кулак.

--- Через сто шагов сменю. Понял?

Тот быстро закивал головой, и вся троица двинулась в путь, вслед за уехавшими машинами. Когда через пол часа они наконец вышли из леса, то увидели, как навстречу им по дороге мчится грузовик. За рулем был Егор. Поравнявшись, он резко затормозил, выскочил из кабины на одной ноге с пулеметом в руках и, опираясь на него как на костыль, допрыгал до Виктора, обнял его одной рукой за шею и еле сдерживая слезы радости охрипшим голосом произнес:

------ Ну пацан, ну герой. Думал за косточками твоими еду. Всех спас. Ты мне теперь как брат. Точно говорю. Дай я тебя поцелую, --- и вдруг, увидев ранившего его бандита, дернул вверх пулемет, --- Ах ты сволочь!

Но Виктор не дал ему выстрелить, отведя рукой ствол пулемета:

------ Не надо Егор, он пленный. Давай лучше сержанта поскорей в больницу доставим.

------ Ты знаешь, что этот гад сделал? Он мне ступню мою деревянную прострелил. Теперь надо где-то новую искать.

------ Ничего брат. Ступню мы тебе исполним. Хочешь из стали? А хочешь из брони, как у танка? Я ребят на заводе попрошу, сделают в лучшем виде.

------ Ха! Ну ты сказанул, из брони. Мне деревянная нужна, что б полегче.

Тут в их разговор влез пленный дезертир:

------ Мужики, простите меня. Я ведь специально так стрелял, что б не убить никого. Я на фронте снайпером был. Двадцать немцев уложил. А потом что-то во мне сломалось. Бояться стал. У меня детишек трое, мал-мала меньше. И жена больная. Думал буду к ним ближе, помогу. Теперь- то мне точно хана. Расстреляют или в лагерях пропаду если в штрафную роту не определят. Не оставьте моих, Христом Богом прошу. Храмовы мы, тоже из Рыбного.

Виктор с Егором смотрели на него, и проклятая жалость заползала в душу, вызывая легкую тошноту от вида униженного, сломленного человека.

------ Ладно, не бзди. Если крови на тебе нет, пойдешь в ,,штрафную,, , а там как карта ляжет,--- Егор повернулся к машине и сделав два скачка на здоровой ноге, уже спокойнее добавил,-- Деток твоих найдем, поможем. Давай в кузов. Только сначала раненого. И не вздумай сбежать по дороге, только хуже сделаешь и себе и семье своей.

Погрузив раненого милиционера в кузов, Виктор с пленным устроились рядом, что б поддерживать во время движения. Егор погнал машину в обратный путь к районной больнице, где их уже ждали врачи и спасенные шофера. Определив милиционера в палату, сдали Храмова в ,,Спецотдел,, , после чего сами устроились на ночлег в местной школе. Утром двинулись в обратный путь. Виктор по-прежнему сидел в первой машине, но теперь у него был так и не пригодившийся вчера пулемет. В Совхоз вернулись без приключений, В Правлении уже было известно, что произошло в лесу. Директор встретил в кабинете распахнув руки для объятий:

------ Герой! Герой! Молодец Татаренко. Завтра же подавай заявление о вступлении в Комсомол.

------ Спасибо конечно, но мне бы картошки, как обещали, устало промолвил ,,герой,,.

------ Конечно, конечно. Семеныч, распорядись. И не мешок, а три. По мешку за каждую машину.

------ Слушаюсь товарищ директор, --- присутствовавший при этом разговоре снабженец схватил Виктора за руку и потянул за собой из кабинета, ----- Идемте Виктор. Я знал, я верил в вас. Шпак редко ошибается в людях. Конечно же три мешка. А Егор доставит все к вам домой.

На складе в машину Егора загрузили три мешка картофеля. Четвертый мешок по приказу Шпака зачем-то отложили в сторону и прикрыли рогожей.

------ Четвертый куда приготовил? --- тихо спросил Виктор подойдя вплотную к снабженцу.

Тот замялся, поняв, что придется объясняться:

------ Понимаете Виктор, это детям. Тем, которые работают на заводе. Их нужно подкармливать. Официально мы не имеем права этого делать. Но если вы согласны, то Правление оформит четвертый мешок как вашу премию за совершенный вами героический поступок.

,,Хохол,, пристально посмотрел в глаза еврею. От этого взгляда Шпак вздрогну и окаменел. Внутри у него все похолодело.

------ Не врешь, Семен Семеныч? --- Виктор спрашивал спокойно, но Шпак, будучи ,,иудеем,, по вере, почему-то вдруг перекрестился три раза и произнес с пристрастием:

------ Вот те крест. Гадом буду если вру.

Еще раз пронзив взглядом снабженца, Виктор повернулся, и подойдя к машине Егора, легко, одной рукой, снял с кузова свой мешок картошки:

------ Этот тоже забери детям. Но смотри если соврал, ---- затем сел в кабину грузовика и через час они с Егором уже подъезжали к поселку. Марьяна встретила сына возле крыльца дома. Подойдя к ней, он обнял мать, и как ни в чем небывало, нежно произнес:

------ Здравствуй мама. Вот и я.

Марьяна смотрела на него строго:

------ Я все знаю. Соседка в Правлении работает, все рассказала. Ты убил людей?

Виктор отвел взгляд:

------ Мама, они хотели ограбить машины. Ранили милиционера. Стреляли в Егора.

Марьяна посмотрела в сторону сидевшего в кабине грузовика с открытой дверью шофера. Тот молча, скривив жалостную рожицу, вытянул ,,раненую,, ногу, показывая испорченный пулей протез. Подойдя к машине, Виктор открыл один борт и указывая на мешки с картошкой, уверенно, и даже немного радостно закончил:

------ А это законный трофей! Теперь и мы с продуктами и фронт получит все что положено.

Кстати, мне выдали пулемет. Так что теперь на нас никто не нападет.

------ Эт точно, --- подал голос Егор,--- теперь- то уж все знают кто в охране ездит. Не боись Мария Емельяновна, мы с твоим Витюшкой любого победим.

Медленно подойдя к сыну, Марьяна прижала его голову к своей груди. Материнская слеза скатилась по ее щеке:

------ Быстро же ты вырос, ,,Характерник,, ты мой. Весь в отца с дедом.

Поняв что мать не сердится, Виктор поднял голову и улыбаясь произнес:

------ И в прадеда.

------ Да сынок. Идем. И Егора своего зови, буду вас кормить.

Она повернулась и пошла в дом, незаметно вытерев слезу краем платка.

------ Егор, пошли! --- Виктор махнул шоферу рукой. Тот, опираясь на самодельный деревянный костыль, вылез из машины и захромал к крыльцу, тихо бормоча:

Да уж не откажусь. Мне сегодня еще на Комбинат. И не знаю когда перекусить придется.

------ Пошли, пошли. Сейчас жареной картошечки с селедочкой поедим. По-моему, у мамы ради такого случая даже кусочек сала с чесночком припрятан.

Проводив друга в дом, Виктор опять вышел во двор. Стоя на крыльце, он прокручивал в голове события, произошедшие за эти три дня. Все ли он сделал так как надо? Не опозорил ли фамилию и память предков поступками? Нет. Все было сделано правильно и по справедливости. Можно жить дальше, смело глядя людям в глаза. Брат Иван и сестра Аннушка могут бить фашистов и дальше, не сомневаясь в том, что тыл в надежных руках.

Постояв еще немного, глубоко вздохнув всей грудью, он вернулся в дом.

АННУШКА.

------------------

Шел пятый месяц блокады Ленинграда. Страшная зима конца 41го- начала 42-го годов ежедневно уносила более четырех тысяч жизней ленинградцев, не успевших эвакуироваться из осажденного города. Почти все они умирали от голода. Немцы обстреливали из пушек Путиловский Завод, продолжавший выпускать танки даже под огнем вражеских снарядов и бомб.

Моряки-балтийцы вместе с ополченцами держали фронт, не давая фашистам взять город штурмом. Но те и не спешили, надеясь, что русские или сдадутся или вымрут от голода. В любом случае, Гитлер приказал стереть Ленинград с лица земли вместе с жителями.       С севера пытались наступать финны, но тоже были остановлены, понеся большие потери. Наши матросы не взирая на сорокоградусный мороз, с криком ,,Полундра !,, , кто в бушлате, кто в одной тельняшке, шли в рукопашную и на танки , опоясавшись гранатами, с автоматами и кортиками в руках, зажав в зубах черные ленточки бескозырок. Финны в ужасе бежали в свои окопы, отстреливаясь оттуда шквальным огнем от ,,черно-полосатой смерти,, как прозвали они моряков.

А по льду Онежского озера по ,,Дороге Жизни,, грузовики продолжали вывозить изможденных полуживых детей, возвращаясь обратно с продовольствием, медикаментами и боеприпасами.

Секретная часть, в которой служила Аннушка располагалась не в Ленинграде, а в небольшом поселке на другом берегу Онежского озера. Их отдел выполнял задания, связанные с безопасностью связей осажденного города с ,,большой землей,, Отдельная структура контролировала все перевозки как в одну так и в другую сторону, что б исключить проникновение в город диверсантов и незаконный вывоз ценностей спекулянтами. Были у отдела и другие обязанности, о которых запрещалось говорить даже между собой под страхом военного трибунала. Многим сотрудникам отдела частенько самим приходилось ездить в блокадный город по секретным поручениям командования, Аннушка же находилась в расположении военной части неотлучно, без права выхода за ее пределы, так как обладала знанием сверхсекретных шифров. Ее контакты с сослуживцами были максимально ограничены. Лишь в офицерской столовой, устроенной в большой утепленной палатке, удавалось немного пообщаться с другими сотрудниками на не касающиеся основных служебных обязанностей темы. Одним из таких собеседников Ани был высокий худощавый тридцатилетний брюнет- москвич капитан Андрей Рыков. Являясь высококлассным специалистом взрывного дела, он часто бывал в самом Ленинграде, выполняя задания по минированию или разминированию стратегически важных объектов. От него Аннушка узнавала правду о настоящем положении дел в осажденном городе. Рыков был культурным общительным человеком, успевшим до войны поработать научным сотрудником в каком-то секретном НИИ. Встречаясь в столовой, они с Аннушкой рассказывали друг-другу о своей довоенной жизни. Андрей описывал достопримечательности Москвы-- музеи, парки, Красную Площадь. Аннушка – Урал, Магнитку. С особой любовью капитан вспоминал оставшихся дома мать и младшего братишку:

------ Ты не представляешь Аннушка какой он умный! В свои двенадцать, он уже знает все формулы взаимодействия химических элементов. И это не смотря на то, что поведение его, как школьника, оставляет желать лучшего,-- с восхищением рассказывал он о брате,-- Я в его годы не знал и половины того что знает он.

------ Верю, верю. Будет ученым.

Немого помолчав, Анна, как обычно, тихо спросила:

------ Андрей, ты был в Ленинграде? Что там?

Капитан замолчал, ковыряя вилкой в тарелке, затем, вздохнув, как бы с укором, что приходится рассказывать очевидные вещи, промолвил:

------ А то ты Аннушка не знаешь? Голод там. Страшный. Я как вспомню что там видел, так есть не могу, -- он положил вилку на стол уставившись в одну точку.

------- Неужели так все плохо?

------ Хуже, чем ты можешь себе представить.

------- Как же это возможно? Как допустили?

------ Ты меня спрашиваешь? А как вообще эту войну допустили? Где наши самолеты? Где наши танки? Где наши лучшие в мире командиры? -- Андрей говорил тихо сквозь зубы, но с каждой фразой голос его звучал громче и громче.

------ Тише, -- Анна оглянулась по сторонам, не слышит ли кто их разговор. Андрей продолжал свой монолог, не обращая внимания на сидевших за соседними столами офицеров:

------ А я тебе отвечу. Самолеты сожгли на земле в первый день войны. Взлететь не успели.

Танки мы доделать не успели – броня слабая. Ученые вместе с командирами на Колыме лес валят. Кто это все допустил? Кого к стенки ставить?

Рыков обеими руками взъерошил копну темных волнистых прядей на голове, как бы смахивая с себя гнев и нехорошие мысли , и уже спокойнее произнес:

------ Ладно Аннушка, чего теперь говорить. Теперь воевать надо. Кто если не мы? И поверь, победа будет за нами. Это я тебе как коммунист говорю. Доедай свой обед, а мне пора. Там наши какую-то новую немецкую бомбу нашли. Не взорвалась зараза. Крышу в сарае у деда пробила и сквозь сено в землю воткнулась. Пойду разминирую, заодно посмотрю, что за зверь. Может чего полезного для нас найду.

------ Господи, ты о бомбе как о игрушке какой-то говоришь. А вдруг взорвется?

------ Не должна.

Андрей встал, одернул гимнастерку и спокойным уверенным шагом вышел из столовой.

Сидевшие вокруг офицеры делали вид что не слышали его возмущенного монолога. Все знали о его смертельно опасной работе, поэтому никто даже не подумал пойти доложить начальству об услышанном. Быть может уже сегодня немецкая бомба разорвет капитана на тысячи мелких кусочков без всякого ,,трибунала,,.

Закончив обед, Аннушка отправилась к себе в спецпомещение, куда имела доступ только она.

Закрыв изнутри железную дверь, она приступила к расшифровке полученных от разведчиков донесений. Если бы Рыков мог прочитать хотя бы несколько из этих посланий, то он бы понял, насколько все сложнее и опаснее, чем думал он. Но этого не должен был знать никто.

В последующие два месяца они с Анной почти не виделись, а если и виделись, то лишь кивали друг-другу и бежали по своим делам. Но однажды, уже в апреле, войдя в столовую, она увидела Рыкова, одиноко сидящего за дальним столом в углу столовой. Подойдя ближе, Аннушка вздрогнула от неожиданности--капитан был седой. Он сжимал в руке солдатскую алюминиевую кружку, на четверть наполненную спиртом. Рядом на столе лежала походная фляжка. Закуски не было вообще. Выпив залпом содержимое кружки, Рыков со стуком поставил ее на стол, сжав так, что алюминий согнулся в его кулаке.

------ Андрей, что случилось? - Анна села напротив, и вдруг увидела, что он смотрит на лежащий перед ним партбилет, испачканный засохшей кровью, с маленькой дырочкой посередине.

------ Это чей?

------ Мой.

------ А почему он в таком состоянии?

------ Потому что я убийца. Я убил ребенка., --- Рыков поднял на Анну глаза. В них не было ничего, кроме пустоты, искусственно созданной спиртом в душе капитана.

------ Мальчишку, --- продолжил он.-- Такого же возраста как мой братишка. Он вытащил у меня из кармана партбилет вместе с деньгами. Думал, что это хлебные карточки. Мы ехали в трамвае. Была давка. Я только почувствовал, как дернулся карман. Пацан соскочил с подножки и побежал, да так быстро, что я сроду бы его не догнал. Я тоже спрыгнул. Я кричал ему, но он бежал и бежал. Я выстрелил в воздух. Два раза. Но он бежал. Я стрелял рядом с ним. Ты знаешь-- я хорошо стреляю. Но он бежал, дурачок. Он думал, что убежит от пули. Я вынужден был стрелять по ногам, но он споткнулся…..

Немного помолчав, Андрей взял фляжку со спиртом и открутив крышку плеснул немного в кружку. Выпил залпом, не закусывая.

------ Зачем он бежал. Я бы ничего ему не сделал. Он был как мой Сережка. Даже роста одинакового, только очень худой, --- Рыков кивнул на партбилет, --- это его кровь. Как мне теперь жить, скажи?

------ Успокойся. Ты не виноват. Это несчастный случай. Ты действовал по инструкции. Сам знаешь, что бы тебе было за утерю партбилета.

------ Какая инструкция? Ведь у него тоже есть мать, а может и брат, такой же как я, -- Рыков закрыл лицо руками и застонал.

------ Ты офицер спецотдела. Ты не имеешь права впадать в истерику. Прекрати пить, это не поможет.

------ Это-то в как раз и помогает, --- Андрей снова плеснул спирт в кружку, --- Все. Пишу рапорт и на фронт, бить фашистов, иначе я с ума сойду, --- он вновь выпил и задышал в рукав гимнастерки.

------ Ну что ж, может ты и прав. Я бы и сама пошла, но меня теперь вообще никуда и никогда не отпустят. Подписка пожизненная.

------ Ладно Аннушка, спасибо тебе. Больше пить не буду.

Андрей встал, взял полупустую фляжку, сунул в карман окровавленный партбилет и пошатываясь направился к выходу из столовой. Анна проводила его долгим взглядом. Больше они не виделись. Впоследствии она узнала, что он написал рапорт с просьбой отправить его на фронт. Его отправили. Но отправили в ,,штрафную роту,, - ,, за халатное отношение к хранению партбилета,,. Через месяц он погиб. Погиб ,, смертью героя,, , убив в ,,рукопашной,, пятерых фашистов.

ИВАН.

----------------

Поздней осенью сорок второго года, гвардии капитан Иван Иванович Татаренко был назначен командиром спецподразделения, объединившего в своем составе сразу и артиллерийскую батарею и роту мотострелков-сибиряков, прибывших из-за Урала. Бои шли подо Ржевом. Это была настоящая ,,мясорубка,, , продлившаяся аж до января сорок третьего, в которой в общей сложности погибло более миллиона наших и 500 тысяч немецких солдат. Но это не позволило фашистам перебросить свои отборные эсэсовские части Группы Армий ,, Центр,, к Волге под Сталинград на помощь войскам Паулюса.

У Ивана было уже два ранения — одно легкое, одно тяжелое с контузией. Из наград – медаль ,, За отвагу,, и орден ,,Боевого Красного Знамени,,. Почти два месяца провел он на лечении в госпитале после того, как в одном из боев на безымянной высоте, его рота, окруженная со всех сторон немцами, продержалась целых три дня до прихода наших танков. Тогда, во время очередного обстрела, вражеский снаряд упал рядом с наблюдательным пунктом, где находился Иван с радистом – земляком, совсем еще молоденьким солдатом из пополнения. Рвануло так, что отключилось сознание. Очнулся в полной тишине. Только звон в ушах. Родная русская земля спасла и в этот раз, укрыв толстым слоем от раскаленных, острых как бритва, осколков. Выплюнув чернозем, Иван приподнялся на локтях. Увиденное повергло его в шок. Земляк- уралец лежал рядом без головы. Из его шеи, толчками, прямо в лицо Ивану била струя крови, стекавшая в красно-черную кашу на земле. Собрав силы, Иван встал на колени и глядя на обезглавленное тело товарища, как-то удивленно заикаясь спросил сам себя:

------ А-а-а где же г-г-голова?

Взрывной волной ее отбросило далеко от места взрыва. Все еще в шоке, Иван продолжал осматриваться, ища голову радиста, когда откуда-то сбоку из дыма появился наш танк и объехал стоявшего на коленях испачканного землей и кровью воина. За танком шла пехота. Слух постепенно вернулся, но голова продолжала звенеть как колокол.

Откуда-то появилась маленькая девушка-санитарка:

------- Ой! Это вы?! Миленький, потерпи, я сейчас.

Один осколок все же пробил его каску и резанув по шее воткнулся в плечо.

Перевязав рану, Галина, а это была она, взвалив на свою хрупкую спину тяжеленного раненного Ивана, поползла к окопу, крича от напряжения:

----- Потерпи родной! Не смертельная! Хорошо все будет! Видишь, как бывает? Второй раз тебя перевязываю! Видно, судьба нам вместе быть! Придется замуж за тебя идти, а то третьего раза могу и не дождаться!

Очнувшийся при этих словах Иван, узнал девушку, которой недавно сам признавался в любви.

------ Я согласен, -- еле шевеля запекшимися губами прошептал он ей на ухо.

------ Ты гляди, очнулся! Ну мужики! Сам чуть живой, а туда же –,, Согласен,,. Сначала вылечись, а там уж посмотрим на что ты способен, ха-ха!

В окопе Ивана подхватили бойцы и вскоре он уже лежал на операционном столе в ,, Медсанбате,, Осколок извлекли, и через два месяца, почти полностью оклемавшись, гвардии капитан Иван Иванович Татаренко, разыскав свою спасительницу, сделал ей официальное предложение руки и сердца. Галина, конечно же дала свое согласие, но с условием, что он съездит к себе домой и получит материнское благословение. Вскоре поезд уже мчал Ивана, получившего недельный отпуск, на Урал, туда, где прошла его предвоенная молодость, где ждали его возвращения мать и младший братишка.

ОТПУСК.

--------------------

Городской рынок Магнитогорска, несмотря на суровое военное время, был полон людей.

Здесь продавали или меняли все что только можно было продать или обменять на продукты.

Дороже золота ценились хлеб, сахар, мука. Безногий инвалид, сидя на самодельной каталке с колесиками, наяривал на гармошке, весело распевая матерные частушки про Гитлера:

----- С неба звездочка упала прямо Гитлеру в штаны,

Оторвала кусок сала и кричит ,,Конец войны,,!

--------------------------------------------------------------------

Если бы нам Гитлера поймать, мы б его сумели наказать:

Привязали б жопой к пушке,

Хером били б по макушке,

Знал бы как на русских нападать!

--------------------------------------------

Иван шел по базару, разглядывая тыловой народ. Были здесь и торгаши-спекулянты всех мастей с бандитской ,,крышей,, , и жулики-воришки с ,,крышей,, милицейской. Были и честные люди, продававшие кто что может, что б как-то выжить в условиях военного времени. Тут можно было достать все – от немецких и американских сигарет, до оружия и наркотиков. Не было только продуктовых карточек, за подделку или продажу которых, по закону военного времени, грозил расстрел на месте. Если же какой-нибудь ,,отмороженный,, ворюга или ,,барыга,, предлагал купить у него настоящие талоны на хлеб, то было понятно, что он

обрек кого-то на голодную смерть, украв или отобрав их у действительно голодающего человека. Таких ,,продавцов,, если не ловила милиция, то наказывали сами воры, отрезая ,,беспредельщику палец, а то и два. К военным здесь относились с осторожностью. Ничего им не предлагали, пока те не спросят сами что им нужно. Цену для них снижали до минимума — вдруг это какой-нибудь герой или не дай бог НКВДэшник. Героев уважали, НКВДэшников боялись.

------ Эй, служивый, купи гармонь! Будешь как Василий Теркин солдатам дух поднимать!,--- человек в сильно потертой шинели без погон и петлиц, стоял возле распевающего частушки безногого гармониста, сам опираясь на единственный костыль здоровой правой рукой. Там, где должна была быть левая, висел пустой рукав, завернутый до локтя. Возле его ног на подстеленной прямо на земле мешковине, стояла гармонь, точно такая же как у безногого.

------ Я ведь когда-то не хуже его играл, -- он кивнул на гармониста, --- да вишь как получилось. Руки не стало, а ногами не умею.

------ А я и руками не умею и подарить некому, --- Иван подошел к инвалиду.

------ Жаль, жаль. Ну дай хоть на водку нам с корешем. Водка — второй хлеб.

------ Где руку-то потерял?

------ Да на Юго-Западном под Киевом, в самом начале. Зато в плен не попал.

------ Знаю, знаю, тяжко вам там пришлось.

------ Эх, браток, если б мы знали, что немец так неожиданно на нас попрет. Никто не ожидал. А у него и танки, и самолеты и много чего еще. Вот ,,власовцы,, и обосрались-- предали Родину, мать их за ногу. А ты никак в отпуске? Видать заслужил, раз в такое время отпустили. Сам откуда будешь? С какого поселка?

------ С ,,Рыбного,,. Татаренко моя фамилия.

------ Да ну? А Виктор Татаренко тебе кем приходится? Уж не брат ли?

------ Так точно. Брат. А что он натворил?

------ Да он молодец! Его тут все уважают. Он машины с продовольствием для фронта из совхоза в район сопровождает. Ни одна падла напасть не рискует. Увидишь его, передавай привет от нас, ветеранов. А ведь я и батю вашего знал, Ивана Никаноровича. Золотой был мужик и бригадир правильный. Я у него на бетономешалке стоял.

Выслушав инвалида, Иван достал из партмане сотенную купюру и сунул ее в карман однорукого ветерана.

------- Держи брат. Гармонь кому-нибудь другому продашь, кто играть умеет. А немцев разобьем, не сомневайся. И за руку твою отомстим и предателей накажем.

------ Спасибо герой. Я в как раз за сотню и собирался продать. Теперь буду две просить, раз она у меня деньги приносит.

------ Прощай, --- Иван направился к выходу из базара, уже не глядя по сторонам. Он решил не покупать подарки, а отдать деньги. Пусть сами купят себе что считают нужным. С гвардейским офицерским окладом в 1000 рублей, с надбавками и премиями за подбитые танки, у него к отпуску набралось больше двух с половиной тысяч. Учитывая, что на заводе рабочим платили 400 в месяц, а буханка хлеба на базаре стоила 100, получался вполне весомый денежный подарок.

Уже выйдя за ворота, Иван заметил паренька лет 10ти-11ти. Тот стоял возле забора. Перед ним на деревянном ящике из- под бутылок, перевернутом вверх дном, на расстеленной газете, лежали четыре самодельные конфеты из жженого сахара, завернутые в разноцветную бумагу в виде маленьких хлопушек.

------ Конфеты, конфеты, сладкие конфеты! --- периодически выкрикивал он, рекламируя свой товар.

Иван остановился метрах в десяти от маленького коммерсанта и закурив папиросу стал наблюдать за ним. Тот, немного потоптавшись, взял одну конфету и чуть развернув с одного края обвертку, закрывшись воротником старенького потрепанного пальтишки, лизнул два раза, закрыв от удовольствия глаза. Затем он снова завернул обвертку и положил конфету обратно на ящик.

------ Конфеты! Конфеты! Сладкие конфеты!

Никто по-прежнему не обращал внимания на продавца. Людям было не до конфет. Мальчишка топтался на месте в старых стоптанных ботинках, замерзая от пробирающего насквозь осеннего холода. Иван, докурив папиросу, подошел к его ящику:

------ Почем конфетки?

Вздрогнув от неожиданности, тот пролепетал, еще не веря в удачу:

------ 25 рублей за штуку. Если все возьмешь, по 20 отдам.

Капитан взял одну конфету в руки. Ту самую, которую недавно украдкой лизал бедный пацан:

------ Тебя как звать, орел?

------ Храмовы мы.

------ А звать-то как?

------ Генкой кличут, а что? Купите конфеты, дяденька военный. Хотя бы одну. Нас у мамки трое. Я старший. Отец на фронте пропал, а мать на заводе в три смены пашет. Купите хоть по 15 рублей. Мне сестренкам на обувку. Скоро зима, а им в школу ходить не в чем. Ходим в моих по очереди.

Иван, осторожно положил руку на хрупкое детское плечо:

------ Вот что Генка, покупаю твои конфеты. Все беру. Но у меня два условия.

Мальчик удивленно заулыбался, не веря в свалившуюся на него удачу, но потом испуганно спросил:

------ Какие два условия?

------ Эту конфету начинай есть сам прямо сейчас, а эти три отнесешь домой сестричкам и маме. Договорились?

------ Д-д-договорились, --пролепетал мальчик, -- А можно я все четыре домой заберу? Мы вечером все вместе чаю попьем.

Сдерживая подступивший к горлу ком, Иван кивнул:

------ Конечно можно. А чай-то есть?

------ Морковный. Нормально, с конфетами попрет.

Положив конфету обратно на ящик, Иван достал из нагрудного кармана портмоне, извлек из него две сотенные купюры и сунув их в карман потрепанного Генкиного пальто, строго приказал:

------ Чаю тоже купи. Остальное маме отдай. Пусть купит вам обувку. Только сделай все как я сказал. Обещаешь?

------ Обещаю! --- радостно закричал тот,--- Честное пионерское!

Он схватил конфеты, сунул их в карман пальто, пнул ногой ненавистный ящик и чуть ли не в припрыжку побежал домой, успев крикнуть на прощание:

------ Спасибо дяденька военный!

Проводив его долгим взглядом, Иван достал еще одну папиросу, и только докурив ее, пошел к стоявшим возле базара грузовикам, что б найти попутку до своего поселка.

Когда наконец под вечер он открыл дверь дома, откуда уходил на войну, то застал мать и брата, оторопевших от неожиданности.

------ Сынок, --- выдохнула Марьяна, уронив ухват, которым только что поставила в печь чугунок с картошкой.

------ Братан! --- закричал Виктор. Он подскочил к старшему брату, схватил его в охапку, и приподняв, закружился с ним по комнате.

------ Тише! Тише! Медведь! Кто из нас старший, я или ты? А ну поставь на место -Иван смеясь смотрел на него сверху,---- Ну ты здоров! Не зря я тебя зарядкой мучил.

------ Витя, поставь его. Дай я на него посмотрю,--- Марьяна протягивая руки шла что б обнять свое чадо.

Виктор отпустил брата. Тот быстро скинул походный рюкзак, и нежно обняв мать, стал целовать ее голову через платок, приговаривая:

------ Мама, все хорошо. Я в отпуск, аж на пять дней. Жив-здоров. Жениться надумал. Вот приехал за благословением.

Марьяна, чуть отсторонясь, растерянно посмотрела на сына:

------ Как жениться? На ком?

Виктор радостно подскочил к брату:

------ Благословляю! Фотку покажешь? --- он начал стаскивать с Ивана шинель.

------- Ее зовут Галина. Она наш санинструктор. Поженимся и будем дальше вместе воевать.

------- Как воевать?,--- Марьяна испуганно замерла на месте,--- Ты что сынок? А как же жить? А если детки родятся?

Тут вдруг Виктор радостно воскликнул, пытаясь поддержать брата шуткой:

------ А детки тоже солдатиками будут! Будет большая военная семья! Ха-ха!

Но шутка не удалась. Никто не засмеялся. Матрена опустилась на лавку глядя на старшего сына снизу в верх:

------- Как же вы там жить-то собираетесь? В окопах.

-------- Да не волнуйтесь мама, --- Иван успокаивающе протянул к ней руки. ---- Я ж целый капитан, а она всего лишь сержант. Прикажу, и поедет в тыл как миленькая.

------- Точно-точно, ---- поспешил исправить свой промах Виктор, ---- Приказ начальника—закон для подчиненного. Пусть к нам приезжает. Мы ее в обиду не дадим, --- он сжал огромный кулак, держа его перед собой как палицу.

Марьяна вздохнула, закрыв глаза:

------ Ну если так, то что ж, конечно благословлю.

Иван достал из нагрудного кармана гимнастерки небольшую фотокарточку:

------- А вот и фото.

Он протянул фото матери. На ней Иван с Галиной стояли обнявшись, счастливые, красивые в новеньких парадных мундирах с медалями на груди. Фотография была сделана специально для такого случая, по настоянию Галины, что б понравиться всем и сразу. Первым оценил невестку Виктор:

------ Хорошенькая какая! И маленькая. Легко прокормим, ха-ха.

------ Эта ,, маленькая,, меня на себе с поля боя вытащила. И не только меня. А глаза у нее синие и волосы светлые – пшеничным полем пахнут.

------ Блондинка? --- Виктор сделал восторженное лицо.

------ Ну да.

------ Все ясно с тобой. Попал ты братка под каблук, ха-ха.

------- Да нет. Она веселая, добрая.

------ Готовить умеет?

------ Честно говоря не знаю. Мы ж там в основном с кухни питаемся.

------ Что ж ты самое главное-то и не спросил? Ну ничего, если что, мы научим, ха-ха. Главное красивая, веселая, добрая и смелая. Слушай, да она у тебя просто идеал женщины. Как же ты ее там нашел. Видно судьба.

------- А что ж ты думал, я себе жену не смогу найти? --- Иван расправил грудь, звякнув наградами.

------ Можешь братка. Уже нашел. Одобряю и поздравляю! -- Виктор хотел было снова обнять брата, но тот остановил его движением руки:

------ Тих, тих Витюша. У меня еще рука нет-нет да постреливает.

------ А ну отстань от него, --- Марьяна легонько хлестнула младшего сына полотенцем-рушником по спине, ---- Давайте за стол. Картошка подошла. Иван-то небось голодный?

------ Давайте-давайте, --- подхватил старший сын, выкладывая на стол из вещмешка две буханки ржаного хлеба, две банки тушенки, какие-то еще консервы, фляжку со спиртом, головку сахара и аккуратно завернутый в тряпицу шмат пахнущего чесноком сала и еще какие-то свертки, уложенные туда Галиной. Марьяна всплеснула руками:

------ Боже ж ты мой, сыночка, откуда столько?

------ Спокойно мама. Все нормально. Это мне наши ребята-гвардейцы собрали. У нас паек хороший. Ну и трофеи имеются. Галина спирт дала. Не зря же она у меня в медсанбате. Я вам тут еще сигарет немецких прихватил. Обменяете на что- нибудь.

Затем он достал из партмоне деньги и вложив их ей в руку, мягко зажал ее кулачок в своем, большом и жестком:

------- Здесь немного денег из моего офицерского довольствия. Нам на войне они как бы и не к чему, а вам здесь пригодятся.

Немного помолчав, Марьяна кивнула и смахнув платком очередную слезу, тихо промолвила:

-------- Спасибо, сынок.

Она ненадолго ушла за занавеску отгороженной кухни. Затем все дружно накрыли стол.

Когда сели, Иван налил себе и матери в стопки по чуть-чуть разбавленного спирта.

------ Тебе Виктор не наливаю, рановато. Хочешь, выпей воды.

------ Да я спирта и не хочу. Водички выпью.

------ Ну и правильно. Успеешь еще. Давайте за встречу и за Победу сразу.

------ Давай сынок, --- Марьяна украдкой вытерла слезу, -- Видели бы вас отец с дедом.

------ За Победу! - Виктор первый поднял свой стакан с чистейшей колодезной водой.

Они просидели до темноты, рассказывая друг-другу только хорошее: Иван про Галину, Виктор – про завод и совхоз. Марьяна слушала их вздыхая, ловя мгновения материнского счастья, такого простого и такого нужного каждой матери на этой земле во все времена.

Когда вечер начал плавно переходить в ночь, в дверь постучали.

------ Кто бы это мог быть? - Марьяна удивленно посмотрела на младшего сына.--Уж не к тебе ли, на ночь-то глядя?

------ Сейчас узнаем. Входите, не заперто! --- крикнул Виктор голосом, не обещавшим ничего хорошего не прошенным гостям. Дверь тихо отворилась и в комнату через порог шагнула молодая красивая женщина лет 25-ти. На руках она держала тепло одетого мальчонку лет трех-четырех отроду.

------ Здравствуйте. Я Полина Татаренко-- жена Василия Татаренко. А это наш сын.

Всплеснув руками, Марьяна вскочила и бросилась к гостье:

------ Батюшки! Откуда вы? А где же Васенька?

------ Васю убили. В НКВД. Меня тоже сначала осудили, но потом оправдали. Васю тоже оправдали, но посмертно. А у меня родители умерли давно, от голода, вот я вас и разыскала через райком.

------ Да ты проходи милая, проходи, -- Иван вскочил из-за стола,-- Виктор, чего сидишь? Прими ребенка.

Он сам осторожно взял из рук Полины уже задремавшего малыша и легонько покачав добавил:

------ Ого, сколько нашего брата прибыло, почти пуд. Наша порода, Татаренковская.

Подскочивший Виктор протягивал к малышу руки, тихо, но настойчиво, забирая его у брата:

------ Дай, дай, дай.

Полина улыбаясь сняла платок:

------ Только мы не Татаренко, а Лобанковы. Это моя девичья фамилия.

Поймав удивленные взгляды, добавила:

------ Так надо. Что б у органов опять вопросов не возникло.

Марьяна, подойдя к невестке, обняла и прижала ее к себе:

------ Миленькая ты моя. Сколько ж ты натерпелась.

------ Я может на фронт уйду. Вы тогда за Толиком приглядите. Нам в Магнитогорске квартиру вернули, так ее сдавать можно. А за Васю пенсию назначили.

------ Какой фронт? Отставить,--- Иван сказал это не терпящим возражения голосом.--- Не женское это дело.

------ И правда Полиночка,-- Марьяна уже забрала у Виктора спящего ребенка и раздевала его, положив на кровать,--- Пусть мужики воюют, а мы их тут подождем. Да и мне помощь какая-никакая нужна, а то я уж не та, что раньше.

Уложив мальчонку спать, все еще долго сидели за столом, угощали Полину и слушали ее рассказ. Когда наконец женщины ушли в другую комнату, Иван обратился к брату:

------ Виктор, на тебе теперь ответственность за троих. Я знаю про обозы. Смотри не лезь на рожон. Да и вообще, заканчивай с этим. Тебе учиться надо. Война рано или поздно кончится. Ты кем быть собираешься?

------ Летчиком.

------ Ух ты. Хорошее дело. Одобряю. Здоровье у тебя есть, но нужно еще быть очень грамотным человеком. В городе есть Электротехнический Техникум. Поступай в него от завода. И образование повысишь и стипендию будешь получать. А там, глядишь, и до авиации рукой подать.

------ Я подумаю братка. Главное – фрицев добейте, а за мною дело не станет.

Иван улыбнулся, довольный ответом младшего братишки. Приобнял его рукой за плечи:

------ Гирю-то сколько раз выкидываешь?

------ А сколько надо?

------ Двести.

------ Могу и двести. Могу и триста.

------ Да ну на…

------ Завтра утром увидишь.

------ Силен бродяга. А я больше двухсот не выкидывал.

------ Зато у тебя усы как у Чапая, а у меня что-то не очень растут.

------ Э брат, усы мне для солидности нужны. Я ж считай комбат, хоть и капитан. А скоро майора дадут. А лет мне маловато. Вот и скрываю свой возраст за усами, ха-ха.

Они посидели еще немного, пошутили по поводу Ивановой женитьбы, выпили за Аннушку-- Иван спирта, а Виктор колодезной водички. Спать легли далеко за полночь-- младший на сдвинутых лавках, подстелив огромный, еще дедовский тулуп; старший ---по-солдатски- на полу, кинув шинель на старый бугристый матрац.

1943-й.

-------------

Выдержав четырехмесячные оборонительные бои, наши войска под Сталинградом, ударив с Севера и с Юга, устроили фашистам ,,котел,, , в котором начали усиленно ,,варить,, армию Паулюса с его союзниками – итальянцами, румынами, венграми …. Русский мороз, страшный голод и постоянный огонь нашей артиллерии быстро вынудили гитлеровцев начать сдаваться.

Съев лошадей Румынской Кавалерийской Бригады, немцы замерзали живьем, превращаясь в окоченевшие мумии. Трупы не хоронили, а лишь стаскивали в кучи. На заснеженных полях везде чернела брошенная без топлива и снарядов, искореженная германская бронетехника и вооружение -- машины, пушки, танки….. Большая часть самолетов, которые могли бы обеспечить пополнение запасов окруженным в котле немцам, была раздавлена гусеницами наших танков – Т-34 - во время смелого молниеносного рейда в тыл вражеских армий, пытавшихся помочь своим обреченным собратьям. Эти танки были изготовлены на заводах Урала из Магнитогорской стали и брони. Первыми сдались румыны, испугавшись, что последуют за своими лошадьми. Итальянцев и венгров уже просто не осталось в живых. Наконец 2-го февраля 1943-го года, так и не застрелившись, не смотря на намеки Гитлера, фельдмаршал Паулюс сдался лично, спасая свою шкуру, а заодно и жизни сотен тысяч солдат Вермахта.

Защитив Москву, оттянув немецкие войска от Ленинграда и не дав гитлеровцам перебросить отборные части под Сталинград, наша армия на Калининском фронте наконец-то погнала фашистов на Запад, освободив многострадальный Ржев. За семнадцать месяцев оборонительных боев наши потери составили уже более миллиона солдат убитыми и ранеными против пятиста тысяч немецких. Но жертвы были не напрасны. Перелом в войне был очевиден, моральный дух фашистов сломлен. Отступая, в бессильной злобе, они жгли деревни, убивая мирное население, взрывая все что только можно было взорвать, оставляя после себя руины, расстреливая военнопленных, сжигая в топках концлагерей ни в чем не повинных людей.

Еще в январе Советские войска Ленинградского и Волховского фронтов, ударив с двух сторон навстречу друг-другу, наконец прорвали блокаду Ленинграда. Появилась сухопутная связь осажденного города с ,,Большой Землей,, . Всего лишь за 18 дней женщины-блокадницы с железнодорожниками построили 33 километра дороги и мост, и уже 7-го февраля по ней прошел первый эшелон с продовольствием и боеприпасам.

С осени 1943-го Иван Иванович Татаренко уже в звании Гвардии майора командовал «спецбатальоном» по выявлению и уничтожению огневых точек противника перед каждым наступлением наших войск на Западном направлении. Его разведчики- сибиряки добывали нужные сведения притаскивая из ночных рейдов пленных ,,языков,,. По полученным данным наша артиллерия вела огонь, а затем, пехота добивала оставшихся в живых немцев. По результатам таких операций было понятно, почему артиллерию называли «Богом Войны».

Комбат «Спецбатальона» - Гвардии майор Иван Иванович Татаренко.

Особенно эффективно работали наши реактивные минометы – ,,Катюши,, накрывая своим огнем и сжигая дотла целые подразделения врага. Видя результаты таких атак, Иван понимал, что будущее именно за этим видом оружия. Он решил для себя, что после войны, если останется жив, будет служить именно в ракетных войсках и обязательно станет генералом. Ему не было еще и 30-ти, поэтому все его мечты и планы были вполне реальны, нужно было только разбить врага, освободить мир от ,,коричневой чумы,,-- от фашизма. С Галиной они расписались сразу же, как только он вернулся из отпуска. Отправить ее в тыл, как обещал матери, ему не удалось. Упрямая молодая жена заявила, что не покинет мужа до самой Победы. Пришлось ему смериться и держать ее рядом, при ,,медсанбате,, , что, однако, очень нравилось обоим. На линию фронта Иван ее не пускал, зато в редкие часы отдыха они всегда были вместе.

Аннушка.

----------------------

Работая в ,,спецотделе,, контрразведки,, Анна ничего не писала о своей службе в письмах домой: ,,Жива-здорова, служу,,. Но и этого было достаточно, что б успокоить родных. Ее награждали орденами и медалями, присвоили звание старшего лейтенанта, но за что были эти награды знала только она и ее непосредственное начальство. Вовремя и правильно расшифрованные и зашифрованные донесения часто спасали тысячи жизней наших солдат, а кадровые решения, в которых ей также приходилось участвовать изучая личные дела сотрудников, определяли качество службы всего отдела в целом, помогая выявить вражеских агентов, пытавшихся проникнуть в ряды Красной Армии.

Перед тем, как продолжить свой боевой путь вместе с войсками фронта на Восток, Аннушке в начале осени все же довелось самой побывать в Ленинграде. В качестве поощрения, начальство наградило ее одним днем отпуска, разрешив поездку в легендарный город Ленина. В сопровождение ей был откомандирован высокий красавец капитан саперных войск, ожидавший нового назначения после ранения- Николай Костенко, родом из донских казаков, успевший повоевать с финнами в 39-том и в 40-ом годах и продолжавший, по его словам, воевать с ними в 41-вом, 42-ром и в 43-ем, когда те стали союзниками Германии. Служба саперов была как бы и не видна, но очень важна. Им приходилось первыми вступать на нейтральную полосу, готовя проходы для разведчиков и пехоты, отступали же они всегда последними, минируя дороги, мосты и стратегически важные объекты, что б те не достались врагу.

Николай был старше Аннушки на 10 лет. По-видимому, он был на особом счету у командования, раз ему поручили сопровождать сотрудницу спецотдела в качестве охраны и экскурсовода одновременно. Он хорошо знал город, в котором бывал много раз как в блокаду, так и в мирное довоенное время.

------ Послушайте Аннушка, вы правда с Урала? А откуда именно, если не секрет?

------ Секрет, -- девушка лукаво стрельнула глазами снизу вверх на бравого капитана.

Он был намного выше своей спутницы, широк в плечах, подтянут, чисто выбрит. Было видно что бравый офицер готовился к выполнению своей почетной миссии. Разговаривал он размеренно с твердыми ,,р,, и ,,г,, в словах, как и свойственно южанам. Нрава Николай был веселого, но понапрасну не болтал, мог поддержать разговор на любую тему – сказывалось офицерское образование, полученное на многочисленных курсах. Суровая военная жизнь не заглушила в нем природного ,,донжуанства,, и благородства по отношению к женщинам.

------ Так вы шпионов ловите, или они на вас охотятся? -- улыбаясь спросил он миниатюрную девушку, которую ему приказано было охранять больше жизни.

------ Когда как. В основном они на меня, – полушутя-полусерьезно ответила Аннушка.

------ Нэ бойся кр-расавица! -- Николай изобразил ,,джигита,, , взмахнув рукой и говоря с кавказским акцентом,--- Ни одын лепесток не упадет с розы, которую мне поручили носить на руках!

------ Но-но, без рук пожалуйста товарищ гвардии капитан. Ваша задача – показать мне город.

------ Аннушка, милая, да что тут показывать, все ж замаскировано,--- грустно с нескрываемой досадой отвечал он,--- Вот давайте встретимся здесь после войны, погуляем по набережной, покатаемся на речном пароходике.

------ До этого еще дожить надо, --грустно промолвила девушка.

------ Ну-у! -- он опять изобразил кавказца, --Зачэм такой грусный? --- и добавил уже серьезно своим голосом, -- Обязательно доживем. Это я вам г-говорю.

Они долго бродили по безлюдной Набережной Невы. Николай держал Аннушку под руку, как на свидании. Два раза их останавливал патруль для проверки документов. Близился вечер, когда проходя через один из старых питерских дворов, срезая путь до госпиталя, где Николай все еще числился на излечении, а Аннушку ждала машина из спецотдела, они вдруг заметили двух мужчин, идущих за ними на некотором расстоянии. Эти двое делали вид, будто о чем-то беседуют, но взгляды их, нет-нет да устремлялись вслед нашей парочке. Наконец в пустынном месте под аркой дома эти двое быстро приблизились, доставая на ходу пистолеты из карманов брюк:

------ Эй фраер, а ну тормози! --- грубо прохрипел один, --- А ну, че там у вас есть? Лавэ, карточки, рыжье? Только не дрыгайтесь, не то ляжете оба рядом как голубки.

Николай, держа одну руку в кармане шинели, куда сунул ее, как только заметил грабителей, другой рукой задвинул Аннушку себе за спину, полностью закрыв ее собой.

------ Спокойно мужики, -- голос капитана казался почти ласковым, --- Мы все поняли. Сколько вам надо?

------ Хм, -- один из бандитов улыбнулся и чуть опустил пистолет, -- А сколько у тебя есть?

------ Лимона хватит?

------ Лимона? Миллиона чтоли? - писклявым голосом спросил второй грабитель, теряя бдительность.

------ Ой, извините пожалуйста, не лимона, а лимонки, – Николай выхватил из кармана гранату, причем уже без чеки, и без замаха бросив ее под ноги растерявшихся бандитов , толкнул Аннушку за стену дома , сам же упал сверху, накрыв девушку собой. Прогремел взрыв. Осколки гранаты, не причинив вреда нашей парочке, разлетелись в проходе арки, где стояли бандиты. Быстро поднявшись на ноги, помогая подняться своей спутнице, Николай скомандовал не терпящим возражения голосом:

------ Бежим! А то к ужину опоздаем!

Держась за руки, они бросились бежать через дворы в сторону госпиталя и остановились только возле ворот самой больницы, тяжело дыша, стоя лицом к лицу напротив друг-друга.

.------ Нужно доложить о нападении,-- еле переведя дух тихо сказала Аннушка.

------ Не надо никуда докладывать. Все ж нормально получилось, --- Николай бережно отряхивал ее шинель, --- Мы с тобой здесь, живы - здоровы. Они, как им и положено, там, ---- он поднял глаза к небу, ---- Будут знать как военных грабить, хе-хе.

------ Инструкция…., --- пролепетала девушка, но он уже притянул ее ближе, и почти приподняв, нежно поцеловал сначала в щеку, а затем крепко в губы:

------ Инструкция ты моя, --- ласково шепнул он ей после поцелуя.

Аннушка вдруг прыснула смехом :

------ ,,Лимона хватит?,, – передразнила она его жалостным голосом.

------ Чем богаты, тем и рады, -- шутливо развел руками Николай, --- Ладно Анечка, пошли пока патрули не сбежались.

Сажая в служебную машину, он снова поцеловал ее . Затем, достав из кармана своей шинели чеку-кольцо от той самой гранаты, спасшей им жизнь, надел его ей на пальчик. Кольцо было большое, но Аннушка сжала кулак, не давая ему соскочить.

------ Вот ты меня и поймала, --- улыбнулся Николай.

------ А ты меня, --- прошептала она в ответ.

Расставаясь, они обменялись адресами своих полевых почт, пообещав писать друг-другу. Теплое, нежное чувство в душе каждого, навсегда соединило в одно целое, казалось бы, две такие разные половинки.

Аннушка не стала докладывать начальству о происшедшем в городе нападении на них с Николаем бандитов, боясь навлечь неприятности на любимого человека. Это был первый и последний случай за всю ее дальнейшую жизнь, когда она нарушила служебную инструкцию.

Еще с лета 1943го года на Северном Кавказе наблюдалась повышенная активность бандформирований в тылу нашей Армии. Коллаборационисты-предатели не уходили с отступающими немецкими войсками в Крым, продолжая свою диверсионную деятельность. Для борьбы с ними создавались специальные подразделения НКВД. В конце сентября в Краснодар была откомандирована и старший лейтенант Анна Ивановна Татаренко в составе спецотдела ,,СМЕРШ,, Их связь с Николаем надолго прервалась из-за особой секретности ее службы, и как оказалось позже, из-за секретности его службы тоже. Случайно она узнала о подвиге какого-то смельчака-сапера, ранее в одиночку пробравшегося в немецкий тыл и взорвавшего плотину, охраняемую немецким ,,спецподразделением,, ,,Бранденбург,, на реке Маныч Краснодарского края, что надолго задержало переправу немецких танков на другой берег. Причем случилось это еще до того, как они встретились с Николаем в Ленинграде. Фамилия героя была не известна, но говорили что он забросал охрану гранатами-,,лимонками,, доставая их из всех карманов уже без чеки. Большего ей узнать не удалось. Однако девичье сердце говорило ей что это он - ее Николай, и рано или поздно, они все равно встретятся.

ГЕНКА ,,ХРАМ,,.

----------------------

В очередной рейс сопровождать автоколонну Виктор отправился с мыслями о том, что пора ему заканчивать это дело и поступать в Техникум, как советовал старший брат, на факультет ,,Электрооборудование Предприятий,,. Именно это направление давало возможность и работать и учиться дальше в любой сфере деятельности, даже в авиации, мечта о которой не покидала его все эти годы. Подходило к концу лето 43_го года. В Магнитогорск продолжали прибывать эвакуированные. Более 30-ти процентов из них были дети, в том числе из Ленинграда, сироты, превратившиеся в беспризорников. Те же, чьи родители пошли работать на заводы Комбината, становились ,,безнадзорными,,. Познавшие голод и холод, не раз видевшие смерть людей, они сбивались в стайки, как волчата, и выбрав себе вожака, начинали промышлять всем чем только было возможно, не признавая никаких законов, живя по криминальным понятиям. Одной из таких стай, состоявшей не менее чем из десяти человек, командовал Генка Храмов. Он легко захватил власть, так как, во-первых, был крепче и на год

старше других, во-вторых, был местный, и хорошо знал где и чем можно поживиться.

После неудачных попыток торговать на рынке, Генка успел поработать некоторое время учеником токаря на одном из заводов Комбината, но вскоре, поняв, что тяжкий труд у станка не позволит ему спасти от голода двух его младших сестренок и больную мать, стал ,,трудовым дезертиром,, , бросив работу и начав промышлять банальным воровством продовольственных карточек и продуктов, выхватывая их из рук зазевавшихся людей. Но очень скоро, отчаянные крики ограбленных, так разбередили его душу и совесть, что он стал искать другие пути добычи средств к существованию. К тому же в городе работала милиция, и пойманного воришку запросто могли отправить вместе со взрослыми преступниками в лагеря, рубить лес или дробить камни. Причем отправляли туда сразу на многие-многие годы и было не факт, что когда-нибудь кто-нибудь из осужденных вернется обратно живым. Поэтому Генка решил никого не грабить самому лично, а собрал несколько безнадзорных и беспризорных пацанов в ,,стаю,, и придумал им занятие, позволяющее собирать дань с любого человека на добровольной основе. Малолетние члены его банды шли по базару вдоль торговых рядов или подходили к очереди у продовольственного пункта отоваривания карточек, держа в руках снятый с дерева скворечник без крыши, на котором было написано ,, Помощь голодающим детям,, , При этом кто-нибудь из ребят вежливо но вкрадчиво произносил:

----- Граждане, окажите помощь голодающим детям. Голодный человек — хуже волка, а сытый – добр и никому не сделает зла.

После таких слов было понятно, что отказывать ребятишкам опасно. Хотя, если человек объяснял, что не может помочь в силу действительно сложившихся обстоятельств, претензий к нему не было. Но если отказывали в грубой форме, а было видно, что сами точно не бедствуют, то где-нибудь в подворотне зажравшийся хам падал, поскользнувшись на мокрой глине, и пока пытался подняться, лишался всего, вплоть до трусов. ,,Волчата,, обдирали его ,,как липку,, , оставляя ,,в чем мать родила,,, к тому же с большими кровоточащими царапинами на голом теле. Догонять разбегающихся в разные стороны малолеток было бесполезно. Пути отходов у них были продуманы заранее. Исчезали они так же молниеносно, как и появлялись.

Такой промысел какое-то время давал возможность банде маленьких ,,робингудов,, как-то существовать, но вскоре ими заинтересовались настоящее бандиты, крышующие рынок. Выловив двоих членов Генкиной ,,стаи,, , они выпороли их солдатским ремнем так, что те неделю не могли сидеть и спали только на животе. Нужно было срочно менять профиль деятельности или идти в подчинение к старшим жуликам, чего никому не хотелось. Рано или поздно, те бы подставили малолеток вместо себя под статью, и уж тогда все было бы намного серьезнее и страшнее. Само существование ,,стаи,, было под вопросом, когда Храмов приказал всем своим подчиненным искать новую ,,тему,, для дальнейшей жизни их сообщества. И вот однажды, один из его ,,разведчиков,,-- Сашка-Свист, прибежал в ,,логово стаи,, , устроенное в подвале заброшенного одноэтажного здания старой сапожной артели и шепелявя и присвистывая сквозь редкие зубы доложил, плюхнувшись на лавку за большой деревянный стол, стоявший посреди просторного подвала:

------ Храм, есть тема! С городом не связана вообще.

Храмов сидел во-главе стола. Через узкие прорези окошек подвала едва просачивался дневной свет, но печка-,,буржуйка,, в углу помещения, рассеивала полумрак своими красными бликами, отражавшимися на побеленных стенах и потолке ,,логова,,.

------ Говори,--- Генка хмуро, но с надеждой смотрел изподлобья на Свиста.

------ Я с-с-егодня пошел с-за одним евреем, больно у него портфель был крас-с-сивый. Шел, шел и оказ-сался воз-сле одного с-склада на окраине. Кругом охрана, но я пролез-с. Глядь, с-заесз-жают машины, штук пять, с-с мешками. Выгрузили-с-сь, и обратно через-с лес-с, скорее вс-с-его в совхоз-с. Я подкралс-ся поближе, гляжу, а еврей, из-с одного мешка какие-то баночки, с-свертки дос-стает и с-себе в портфель с-складывает. Набил с-сумарь и ждет чего-то, не уходит. Причем охрана его не трогает, как-будто не з-замечает. Видно, он у них в авторитете.

Минут через-с дес-сять к воротам машина легковая черная подкатила. Еврей к ней аж бегом подбежал. Дверца открылас-сь, он туда портфель отдал. Машина уехала, а еврей обратно на с-склад пошел. И все молчком. С-сразу видно, что вс-се у них давно отлажено и обговорино. Ну я больше ждать не с-стал – бегом с-сюда. Пос-сле его баночек чего-то так жрать захотелось….

,,Храм,, слушал Свиста внимательно, не перебивая, не выказывая особого восторга. Когда тот закончил, Генка кивнул ему на котелок с кашей, стоявший на ,,буржуйке,,:

------ Поешь пока теплая.

После небольшой паузы он продолжил, как бы рассуждая сам с собою:

------ Знаю я про эти машины. Возят овощи из совхоза. Для фронта возят. Там Витька-,,Хохол,, на охране. Его все уважают, даже братва. Он в прошлом году троих взрослых дезертиров голыми руками порешил, а теперь у него пулемет…. Да и вообще, грех это – у фронта воровать. Мой батя хоть и в ,,штрафной роте,, , а все ж за Родину пал.

,,Свист,, грустно вздохнул, и взяв котелок с кашей, принялся молча уплетать ее за обе щеки, считая что все-равно честно заслужил свою ,,пайку,,.

,,Храм,, сидел уставившись в одну точку и вдруг поднял глаза на ,,Свиста,,:

------ А вот баночки и пакетики – это интересно. Это точно не для фронта, --- и глядя на переставшего жевать, застывшего с набитым ртом Сашку, твердо закончил, --- Это для нас! Собирай ,,стаю,,! Будет вам дело!

ВИКТОР (последний рейс).

----------------------------------------

Колонна из пяти машин, груженных мешками с картошкой и капустой, шла по сухой еще дороге через лес, как когда-то, почти два года назад, когда Виктор впервые согласился сопровождать грузы, охраняя их от нападений дезертиров. Он опять сидел в кабине первой машины рядом со своим неизменным водителем и другом Егором. Директор Совхоза держал слово – за каждый рейс Виктор получал мешок овощей – картошки или капусты, иногда свеклы. Зимой рейсов не было – все вывозили до морозов. Того ,что удавалось заработать летом, едва хватало до весны, так как часть приходилось обменивать на одежду и дрова.

Уже было пройдено половина пути, когда на повороте лесной дороги вдруг появилась фигура ребенка.

------ Стой! -- Виктор положил руку на руль . Егор резко нажал на педаль тормоза. Машина дернулась и остановилась, а за ней и вся колонна. Вглядываясь в окружающую местность и маленький человеческий силуэт на дороге, Егор возмущенно протянул:

------ Че за хрень? Давненько нас никто не останавливал, --- его рука уже нащупала железную монтировку между сиденьями, --- Ты случаем пулемет дома не забыл?

------ Успокойся. Сейчас разберемся. Это ж дите.

------ Ага, вижу, не слепой. Только что оно здесь делает? И главное ни души вокруг.

------ Я посмотрю. Если что – прикроешь. Пулемет за седеньем.

Медленно открыв дверцу машины, Виктор, озираясь по сторонам, осторожно вылез наружу и не спеша направился к стоявшему на дороге маленькому человеку. Это был парнишка лет десяти, в поношенном школьном пиджачке и таких же штанишках, на ногах - калоши, на голове — кепка. Он смело глядел на Виктора, стоя руки в карманы, чуть отставив одну ногу:

------ Ты что ли ,,Хохол,,? – спросил он детским, но уже хрипловатым от курева голосом.

------ Кому ,,Хохол,, , а кому дядя Витя. Ты че пацан, заблудился?

------ С тобой поговорить хотят.

------ И кто же?

------ Гена ,,Храм,,

------ Кто такой? Почему не знаю?

В этот момент из-за дерева вышел подросток постарше, лет тринадцати, одетый как ,,блатные,,-- в пиджак, галифе, на ногах сапоги, на голове кепка, на шее шарф-кашне. Подойдя вразвалочку, представился растягивая слова:

----- Я ,,Храм,, .Есть к тебе дело, дядя Витя.

------ Да ну? И что ж за дело такое?

----- А такое: ты хоть знаешь, что везешь?

------ Конечно знаю. А что такое?

------ А то, дядя Витя, что везешь ты не только овощи, но и кое-что другое.

------ Что же интересно?

------ Контрабанду, а может что и похуже.

------ Чего? – Виктор непроизвольно улыбнулся глядя на малолетнего ,,авторитета,, -- Какую контрабанду? Вы че, пацаны?

------ Ну если ты нам разрешишь, мы тебе ее покажем, -- лицо Генки было серьезно, – Только с одним условием-- что найдем, то наше. А то ведь если тебя сегодня ,,красноперые,, повяжут, пойдешь ,,паровозом,, за всех. За других себе срок намотаешь на ,,полную катушку,, А отдашь нам – доброе дело сделаешь и себя сбережешь.

Виктор понял, о чем говорил Храм. Он и сам подозревал, что Шпак с директором что-то мутят за его спиной. Отступив на шаг, он махнул рукой в сторону колонны:

------ Ну давай ищи. Только времени у меня нет. Как вы вдвоем пять машин проверите?

------ Ну зачем же вдвоем? -- Генка отрывисто свистнул, и из придорожных зарослей один за другим на дорогу вышли с десяток пацанов в возрасте от девяти до тринадцати лет.

------ Ого! Ничего себе банда! Бить не будете? -- Виктор сделал шаг в сторону колонны, подняв вверх руку, давая понять Егору и другим водителям, что все под контролем.

------ Найдем контрабанду – отдаешь ее нам. Договорились?

------ Смотря что найдете.

------ Ну конечно. Да нам ничего особенного и не надо. Нам бы пожрать ,,от пуза,, , да зад чем-нибудь прикрыть. Ну что, погнали?

------ Ладно, договорились. Только мешки не резать и на дорогу ничего не скидывать. У вас пятнадцать минут. Не найдете, накажу за остановку.

Храм махнул рукой и серые человечки, рассыпавшись вдоль колонны, облепили машины как муравьи, прощупывая каждый мешок. Сам вожак остался стоять на месте.

------ Откуда меня знаешь? --- спросил Виктор.

------ Знаю ….,--- уклончиво протянул Храм.

------ Как говоришь твоя фамилия? Храмов?

------ Храмов.

Виктор вспомнил как пощадил когда-то одного из напавших на колонну дезертиров --- снайпера, не ставшего убивать милиционера и Егора. Его фамилия тоже была Храмов.

------ А где твой отец?

------ Погиб на фронте ,,смертью храбрых,, . А ты что, знал его?

------ Да нет. Просто у каждого человека в жизни должны быть и мать и отец, а мы должны быть их достойны.

------ Вот только не надо мне морали читать. Все я знаю и Родину люблю. Только если мои сестренки и мама помрут с голоду, то Родине от этого легче не станет.

В течении десяти минут ,,стая Храма,, обшаривала машины, прощупывая каждый мешок.

Из кабин удивленно выглядывали шофера, но видя спокойно стоявшего Виктора, ничего не предпринимали. Наконец раздался крик сразу несколько детских голосов :

------ Нашли! Нашли!

Виктор с Храмом бросились в конец колонны. На земле возле последней машины лежал мешок. Мальчишки стояли вокруг него, дожидаясь атамана. Подбежав, Виктор руками разорвал верхний шов мешка и вытряхнул на землю часть содержимого. Среди картофельных клубней сверкнули железом консервные банки: тушенка, икра, дальневосточные крабы. Среди банок попадались также куски хозяйственного мыла и пачки махорки.

------ Ну что, теперь веришь? -- Храм носком сапога поддел одну из банок.

------ Больше нет? -- Виктор угрюмо смотрел на содержимое мешка.

------ Нет, один мешок, -- доложил кто-то из мальчишек.

------ Зато какой!?--- Храм вопросительно смотрел на Виктора.

Тот, немного помолчав, процедил сквозь зубы:

------ Забирайте.

------ Все? – спросил тот же детский голос в нерешительности.

------ Все, все! --- начал командовать Храм --- Да побыстрей, пока он не передумал! Пихайте по карманам, в штабе в ,,общак,, сдадите!

Виктор не оборачиваясь шел к своей машине. Через пять минут на опустевшей лесной дороге остался валяться в пыли рваный мешок из -под картошки. Автоколонна продолжила движение, а стая беспризорных ,,волчат,, возвращалась в свое ,,логово,, с богатой добычей – полными карманами деликатесов, мыла и табака.

Благополучно доставив груз на районный продовольственный склад, Виктор лично принял участие в разгрузке машин. Шпак уже был здесь, и как всегда считал мешки, проверяя их на целостность. Когда опустела последняя машина, он уставился на стоявшего рядом Виктора круглыми от страха глазами:

------ Виктор…, -- прошептал он охрипшим голосом.

------ Что Семен Семенович?

------ Одного мешка не хватает.

------ Я знаю.

------ Где же он?

------ Я взял, как договаривались. Директор тогда сказал – ,,Будешь иметь то, что возишь,,.

------ Я понимаю, но это было не наше. Это нельзя было трогать.

------ А чье?

Шпак отвел взгляд:

------ Я не хотел вам говорить. Я думал, что вам так будет спокойнее. Но теперь видимо придется.

------ Да, будьте так любезны, просветите.

------ Виктор, это был особый ,,стратегический,, груз. О нем никто не должен был знать. Эти продукты были заготовлены еще до войны и предназначены для специальных людей.

------ Каких таких специальных?

------ Ну…. разных. Например, для руководства, в том числе партийного. К тому же есть научные работники. Вы поймите, не могут люди, работающие день и ночь мозгами, питаться так же как мы с вами. А есть еще работники вредных производств и всякие там разведчики. Но нам с вами этого знать не положено.

------ А че ж ты раньше-то мне этого не сказал? Хоть бы намекнул за что мне людей убивать разрешили.

------ Это секретные данные. Никто не должен был об этом знать.

После недолгого молчания, Виктор вздохнув, подвел итог состоявшейся беседы, которая оказалась совсем не такой как он себе ее представлял разгружая мешки с картошкой.

------ Ладно Семеныч. Я тебя давно знаю. Ты мужик порядочный. Что теперь делать? Груз я беспризорникам отдал, назад не заберешь.

------- Я, конечно, постараюсь компенсировать недостачу из отложенных на такой случай продуктов, но в дальнейшем все должно идти как было.

------- Нет Семеныч. Дальше я – пас. Обидели вы меня недоверием. Вас начал подозревать. Если б ты раньше мне все рассказал. А теперь про ваш секрет не только я знаю. Выкручивайтесь сами, а я увольняюсь. Буду на заводе работать и в техникум поступлю на ,, вечернее ,,или ,,заочное,,.

----- Виктор, вы только не думайте о нас плохо. Мы с Порфирием Григорьевичем ничего себе не брали. Ну может когда-никогда по банке тушенки да по куску мыла, и все. Клянусь здоровьем своей семьи.

------ Да ладно Семеныч, не дергайся. Нормальные вы мужики. Передавай директору привет, а я все. Пора мне как-то развиваться.

Печально глядя на своего ,,протеже,, , Шпак тихо промолвил:

------ Жаль, очень жаль. Я – то старый дурак думал вы меня замените, или директора. Но может вы и правы, ,,Большому кораблю – большое плавание,,.

------ Да я и брату обещал, просто повода уйти не было. К тому же семья у нас прибавилась.

------ Знаю Виктор, знаю. Полина девушка хорошая и сынок ее вам тоже родным приходится, хоть и двоюродным, хоть и сводным, но все ж таки племянником. Настрадались они почем зря от настоящих врагов народа. А я вам помогу. Шпак все устроит в лучшем виде. Мы, евреи, любим помогать людям, которые нам понравились. А вы Виктор мне очень понравились как человек. Бог не дал мне сына, но если б дал, то я бы хотел иметь такого как вы. В техникум поступите без экзаменов. Да и когда вам готовиться? Поступите от Комбината, со стипендией. Пишите заявление, я сам отнесу. Кстати, у меня там работает знакомый, Моисей Абрамович Гуцман. Он там завхоз. Если что, идите прямо к нему. Скажете от меня, он все для вас сделает. Невестку вашу определим на работу в типографию, машинисткой. Ну а матушка ваша ,Мария Емельяновна, пусть дома сидит, с внуком нянчится.

------ Спасибо Семен Семеныч. Ты если что помочь, тоже обращайся, а сейчас поеду, а то мои там заждались, волнуются.

На этом их разговор закончился. Виктор уехал обратно с колонной, а Шпак остался ,,ломать голову,, где найти замену уволившемуся экспедитору. Так и не найдя подходящей кандидатуры, он не придумал ничего лучше, как обратиться к куратору по снабжению от НКВД. Тот быстро нашел замену, устроив на ,,хлебное ,, место своего родственника с ,,бронью,, от фронта. Водители машин автоколонны, ставшие свидетелями обыска в лесу, дали пожизненную подписку о ,,не разглашении,, и все продолжилось как и было. Милиция постепенно вылавливала беспризорников, определяя их в спецшколы и детские дома. Виктор поступил без экзаменов в Техникум на заочное отделение курса ,,Электрооборудование Предприятий,, , по ускоренной программе. Работая на заводе учеником электрика, к лету сорок четвертого он уже сам командовал своим напарником-- пятидесятипятилетним подслеповатым мужиком--Сергеичем . Тот не обижался, а наоборот, радовался, что есть ему достойная замена.

----- Давай, давай Витек! Наше дело стариковское. Тебе работать, а я, как война кончится-- на пенсию, рыбу ловить.

------ Брось Сергеич, я ж тебя знаю. Будешь до последнего здесь трубить, пока не упадешь или не выгонят. А вот я, если бронь снимут, сразу на фронт, А война кончится, дальше учиться пойду.

------ Куда ж ты намылился?

------ В авиацию пойду.

------ Куда, куда?

------ В авиацию.

------ Летчиком что ли?

------ Ага.

------ Как Чкалов?

------ Как он родимый. А то и выше.

------ Да куда уж выше-то?

------ Куда, куда. В космос.

------ Ну ни х… себе ты рванул. ,, В космос,,.

------ Ну а че такого? Мы ж советские. Или ты сомневаешься?

------ Да хрен тебя знает. Ты ж ,,Хохол,,.

. ------ Это в прошлом. Теперь я Виктор Иванович Татаренко. Для тебя – Витек.

------ Эх Виктор, свет Иванович, я-то в тебя верю. Скорее бы только война проклятая кончилась.

------ Кончится. Никуда не денется. Думаю к концу этого или в крайнем случае весной следующего года мы этих гадов раздавим.

------ Э брат, есть еще Финляндия и Япония.

------ Ну и что? После Германии они сами сдадутся. К тому же американцы нам помогут, англичане...

------ О да-а, энти помогут… Как бы нам еще и с ними повоевать не пришлось.

------ Да ну дед, они ж союзники.

------ Эх Витек, молод ты еще. Хоть и грамотный, а жизни не знаешь. С такими союзниками и врагов не надо. Рано или поздно они зубы покажут. Вспомнишь тогда мои слова.

------ Как покажут, так и спрячут. А не спрячут, вырвем. Давай Сергеич по цехам пройдем, рубильники проверим перед ночной сменой.

------ Давай, давай. А то заболтались с тобой.

Они разошлись, каждый в свою сторону. Виктор закончил обход быстрее и дождавшись деда, отправил его на склад за предохранителями, а сам пошел перепроверить все ли тот правильно осмотрел и не пропустил ли чего сослепу.

Иван.

-------------------

Сорок четвертый год десятью ,,Сталинскими ударами,, (см. Википерия), полностью и окончательно изменил ход войны. Советская Армия , освободив родную землю от захватчиков, продолжила громить фашистов по всей Европе, постепенно приближаясь к ,, логову зверя ,, Берлину с Востока. С Запада, открыв наконец ,,второй фронт,, немцев поджимали американцы, англичане и французы. Предали своих союзников финны, турки, болгары и другие прислужники Вермахта, как только поняли, что близится расплата за их черные дела. Отчаянно сопротивляясь нашим войскам, ,,фрицы ,, чуть ли не с удовольствием сдавались ,,западникам,, , надеясь пригодиться тем в будущем в борьбе с ,,коммунистами,,.

Пройдя от Москвы через Беларусию и Польшу, майор Иван Иванович Татаренко, прозваный солдатами за его строгое, но справедливое отношение к ним ,,Батей,, , к концу сорок четвертого года находился уже не далеко от Берлина, по-прежнему командуя своим спецбатальоном. К этому времени наша артиллерия и танки уже были признаны лучшими в мире, а знаменитые Гвардейские минометы ,,Катюша,, наводили ужас на врага, выжигая целые полки гитлеровцев, перемешивая расплавленное железо немецкой бронетехники с пеплом от костей их же солдат. Но и наши потери были велики. Запуганные своей пропагандой рассказами о жестокости русских по отношению к пленным, немцы дрались упорно и подло. Отступая, они минировали жилые дома, заранее пристреливали возможные места будущей дислокации наших войск. В многочисленных концлагерях расстреливали и сжигали десятки тысяч ни в чем не повинных людей, включая стариков и детишек. Не в силах простить совершенные фашистами преступления , наши бойцы не брали их в плен, даже если те поднимали вверх руки во время боя. Как-то под новый год, Иван вернулся из штаба полка в свой небольшой домик, где они с Галиной временно остановились до новых распоряжений командования перед дальнейшем наступлением. Не раздеваясь, он молча сел на табурет возле входной двери и как-то странно уставился на жену серьезным не мигающим взглядом.

------ Ванечка, что случилось? Кто-то погиб? --- Галина подошла к мужу, и положив руку ему на плечо тревожно заглянула в глаза, --- Умоляю тебя, не молчи. Кто? Кто погиб?

------ Никто не погиб. Просто мы едем в Москву.

------ В Москву? В спецотдел? Что ты натворил? Твои ребята опять не брали пленных?

------ Не в этом дело. Меня посылают учиться в Академию.

------ Куда?

------ В Академию Фрунзе. Будут делать из меня ракетчика.

------ Кого?

------ Ракетчика Галя, ракетчика.

Прижав к груди скрещенные руки, она тихо промолвила:

------ А-а-а как же война?

------ Похоже для нас с тобой она закончилась. Сказали передать командование заму, чемодан в руки, жену подмышку и на самолет. Через два часа вылетаем.

Он встал и обняв жену, тихо, но твердо сказал :

------ Собирайся родная. Я на батарею. Вернусь и поедим.

Когда дверь за ним закрылась, Галина перекрестила ее три раза, не смотря на то, что сама была коммунистом, и вроде, как- бы, не верила в Бога. Затем, еще до конца не поняв, что произошло, начала растеряно собирать какие-то вещи, не зная, нужны ли они будут там – в другой, мирной жизни. И в этот момент снаружи за окном вдруг разорвался снаряд, затем второй, третий…. Это немцы вдруг начали неожиданный обстрел заранее намеченных целей.

Накинув полушубок и схватив санитарную сумку, Галина бросилась на улицу, что б бежать на батарею, куда недавно отправился Иван и успела сделать сотню шагов, когда сзади раздался взрыв. Оглянувшись, она увидела, что их домик, где они недавно находились с Иваном, превратился в груду дымящихся развалин, пораженный прямым попаданием немецкого снаряда. Не обращая внимания на взрывы, она добежала до места, где располагалась батарея. Иван лежал лицом вниз в десяти метрах от Командного Пункта. Он был без сознания. Шинель на спине была красной от крови. Галина бросилась к нему и стоя на коленях повернула руками к себе его лицо. Иван застонал.

------ Живой, – выдохнула она. Дальше ее действия были четкими, отработанными до автоматизма за годы войны. Она разорвала сукно шинели на его спине. Три осколка на излете вошли в тело майора. Иван застонал, приходя в сознание.

------- Сейчас Ванечка, сейчас. Ничего страшного. Помнишь, как под Москвой? То же самое, только три. Через месяц зарастет. Мне еще с тобой в Москву лететь, да и генеральшей стать охота, --- смеялась она сквозь слезы, перевязывая рваные раны на его спине.

------ Отставить слезы, --- еле слышно прохрипел Иван, --- Позови ребят из блиндажа. Не бойся родная, все будет как я сказал.

Вскоре неожиданную немецкую атаку подавили. Наши танки переутюжили гусеницами несколько замаскированных орудий врага. Ну а пленных взять….. ,,не удалось,,.

Иван попал в госпиталь аж на четыре месяца. Вернувшись в родной батальон в конце марта сорок пятого, он еще успел немного покомандовать своими ребятами артиллеристами, ведя огонь по Берлину и Люксембургу, прежде чем пятого мая все же вылетел в Москву вместе с женой, направленный командованием на учебу в Академию.

ПАЛЬТО.

==================

День Победы супруги Татаренко отмечали в Москве. Случайно встретив земляка и сослуживца Ивана – Петра Самохина, решили передать с ним домой посылку с подарками: Виктору новое демисезонное пальто, Марии Емельяновне пуховый платок, а Полине с Сережкой кучу детского и женского белья, добытых где-то Галиной. Самохин возвращался на Родину после излечения в госпитале по ранению в голову. Уже через двое суток он был в Магнитогорске и вскоре на попутках добрался до рабочего поселка, где встретился с родными Ивана. По такому случаю накрыли скромный стол, который Петр дополнил своим офицерским пайком и бутылкой настоящей ,,Московской,, водки.

------ Мне правда врачи пить пока не рекомендовали, но я думаю, за Победу и за товарища Сталина по одной рюмочке можно, --- весело объявил Петр, сбивая вилкой сургуч со стеклянного горлышка.

Виктор водку не пил, только Марьяна поддержала гостя чисто символически, пригубив из рюмки. Пальто-подарок Ивана и невестки, повесили на ,,плечиках,, на самое видное место возле двери и Виктор украдкой любовался им, думая как наденет его осенью на ноябрьские праздники. За разговорами и воспоминаниями время пролетело быстро. Петр рассказал, как встретил Ивана с Галиной в Москве, какие они красивые и счастливые, к тому же собираются приехать летом в гости. Постепенно опустела и бутылка водки. Практически всю ее выпил сам Самохин, произнося тосты, от которых нельзя было отказываться--- ,,За Победу,, , ,,За Сталина,, , ,,За погибших товарищей,, ,, За маршала Жукова,,, и ,,За светлое мирное будущее всех народов на Земле,,….. Наконец пришло время ложиться спать. Петру постелили на двух широких лавках, сдвинутых вместе возле печки, положив па них два овчиных тулупа. Далеко за полночь Виктор неожиданно проснулся, разбуженный какими-то странными звуками, похожими на человеческое бормотание и треск рвущейся материи. Вскочив с постели и включив свет, он увидел стоявшего в одном исподнем напротив висевшего на стене пальто, Петра с ножом в руке. Тот наносил удары, кромсая материю и злобно бормоча сквозь зубы:

------ Что сука, думал в плен тебя возьму? Нет уж падла. Сдохни. Сдохни.

Подарок Ивана был изрезан в лохмотья, а Петр все наносил и наносил удары, пробивая ткань насквозь до самой стенки.

------ Ах ты ж …. , --Виктор задохнулся от ярости, и глухо зарычав как зверь, растопырив пальцы полусогнутых рук, шагнул вперед, готовый разорвать ставшего в этот миг ненавистным человека, встречи с которым они так радовались с матерью несколько часов назад.

Вдруг на его плечо сзади легла рука Марьяны:

------ Не надо Витюша. Он не виноват. Это все война и водка проклятая. Бог с этим пальто. Человека жалко, ведь ему как-то дальше жить придется. С таким-то ранением…

Услышав голос Марьяны, Петр вдруг замер, затем повернулся и уронив нож, произнес совершенно трезвым голосом, поняв что натворил:

------ Простите. Я не хотел. Я думал это немец вошел. Я вас хотел защитить.

------ Ничего Петя, мы понимаем, -- Марьяна подошла к нему, и взяв за руку, тихонько повела обратно к лавкам, --- Бог с ним с этим пальто. Сто лет без него жили и еще проживем. Ложись дорогой спать, ложись. Утро вечера мудренее.

Все это время Виктор стоял, глядя в пол, сжав до хруста кулаки. Затем молча вернулся к себе за занавеску в отгороженный угол. Там он бухнулся на кровать лицом вниз, обхватив руками подушку и вскоре уснул. Утром, когда он еще спал, Самохин уехал. Прощаясь с провожавшей его Марьяной, он вдруг настойчиво вложил ей в руку толстую пачку денежных купюр, и, не давая ей вернуть деньги обратно, твердо произнес :

----- Вот. Возьмите пожалуйста. Купите Виктору хорошее пальто.

------ Что ты Петя, не надо. Мы же все понимаем. Ты не виноват.

------ Виноват. Не надо было столько пить. Возьмите Мария Емельяновна, иначе я жить не смогу. Спасибо вам за все. А пить я брошу. Видно, правы врачи, нельзя мне после такого ранения.

Он нежно сжал руки старой женщины в своих ладонях и нагнувшись поцеловал их как целует сын руки матери. Затем повернулся и быстро пошел по дороге в направлении железнодорожной станции. Марьяна, перекрестив его, долго смотрела вслед, пока фигура солдата не скрылась в утренней дымке тумана.

АННУШКА.

==================

Май 1945-го ждали все, но когда по радио диктор Левитан объявил о безоговорочной капитуляции Германских войск, люди, притерпевшие столько страданий и потерь, рыдали и даже падали в обморок от неожиданной радости. ,,Победа,, --- шептали матери и жены оставшихся в живых солдат. ,,Победа!,, --- кричали незнакомые друг-другу люди на улице и обнимались как родные. ,,Победа!,, – хрипели сквозь слезы раненые в госпиталях и инвалиды возле пивнушек. Парад Победы в Москве 24-го июня 1945го года поставил точку в смертельной схватке нашего народа с Германским фашизмом. Двести знамен и штандартов разгромленных немецких частей были брошены к подножию Мавзолея Ленина. Но был еще один, мало известный нашему поколению парад –,, Парад Победителей,,,-- седьмого сентября того же года в Берлине. Это был ,,Парад Союзников,, --- состоявшийся после того, как американцы сбросили на японские города Хиросиму и Нагасаки две атомные бомбы, а советские войска за три недели разгромили Квантунскую Армию окончательно, поставив точку во всей Второй Мировой войне.

От нас в Берлин на парад прибыл легендарный ,,Маршал Победы,, – Георгий Константинович Жуков. От Америки, Англии и Франции – всего лишь заместители командующих армиями.

Историки считают, что именно с этого дня началась ,,Холодная Война,, между СССР и Западом, возглавляемым Американскими империалистами. Не смотря ни на что, утром седьмого сентября, Жуков по приказу Сталина все же произнес торжественную речь с трибуны и от ,, Колонны Победы,, до ,,Бранденбургских Ворот,, по центру поверженного Берлина прошли торжественным маршем воины ,,Союзных Стран- Победителей,, – русские пехотинцы, американские парашютисты, английские и французские солдаты. Затем, грохоча гусеницами по брусчатке, проехали танки, причем наши танки были лучшими в мире, способными если что, и после атомного взрыва вести боевые действия.

Несмотря на жару, все находившиеся на трибуне высокопоставленные гости мужественно терпели исторический момент, снимаемый кино- и фото- репортерами всего мира. Терпела и Аннушка.

Да, да, она тоже была здесь, недалеко от ,,Маршала Победы,, – почти за его спиной. После окончательного разгрома немцев на Кавказе она некоторое время еще работала в Краснодаре, но вдруг была срочно откомандирована в Берлин. То ли начальство решило поручить именно ей расшифровку захваченных секретных немецких документов, то ли просто поощрить добросовестную молодую девушку-лейтенанта присутствием на историческом Параде. В начале сентября военный транспортный самолет доставил ее и еще нескольких офицеров подразделения ,,СМЕРШ,, (Смерть Шпионам) в Берлин. И вот сейчас, стоя на трибуне за спиной легендарного Маршала, Аннушка старалась запомнить каждое мгновение происходящего события. Она восторженно разглядывала всех, кто находился здесь в данную минуту—и тех кто стоял рядом с ней, и тех кто маршировал в строю чеканя шаг. Вдруг ее взгляд выхватил из рядов марширующих высокого статного офицера идущего впереди советских солдат. ,, Нет... Не может быть… Откуда? Показалось. Неужели Николай?!-- вдруг обожгла ее неожиданная мысль, --- ,,Ведь если бы он был жив, то обязательно дал бы ей знать о себе. Ведь она оставила ему адрес своей полевой почты,, Но письма от любимого ею человека перестали приходить почти пол года назад, и как она не старалась, не смогла найти его новый адрес, даже не смотря на возможности своей службы.

Так она и простояла почти час, не имея возможности уйти или предпринять что-либо для того, что б развеять свои сомнения.

,,Последний Парад,, прошел. Офицеры получили приказ срочно вернуться в свои части, и вскоре, спустя две недели, Анна вновь была в Краснодаре, где продолжила работу в ,,Отделе Кадров,, одного из секретных военных заводов.

Прошел год, когда в дверь ее комнаты в общежитии постучали.

------ Кто там? --- Аннушка отложила книгу, которую читала , удобно устроившись поверх одеяла на своей кровати. Ответа не последовало.

------ Входите же, открыто.

Опять тишина.

Аннушка вскочила и быстро подойдя к двери, резко открыла ее дернув на себя. На пороге стоял ОН. Такой же статный, мужественный, как тогда в Ленинграде, в форме офицера саперных войск, но с погонами подполковника и с ранней сединой на висках.

------ Здравствуй Аня. Это я, – тихо произнес он.

------ Ты? --- она стояла, не веря своим глазам.

------ Я.

Шагнув через порог, он медленно поставил на пол маленький чемодан и наконец обнял ее, прижав к груди.

Да, это был ее Николай, которого она почти отчаялась найти среди живых. Он сам нашел ее.

Значит девичье сердце не обмануло. Значит он действительно любит ее.

Они стояли так с открытой дверью и соседи по общежитию – молодые девчонки и парни, пробегая мимо, останавливались, удивленно и с любопытством разглядывая обнявшуюся парочку.

Заметив присутствие посторонних, Николай с улыбкой пояснил:

------ Ну чего уставились, молодежь? Муж из командировки вернулся, --- и легонько толкнул дверь ногой, закрыв от посторонних глаз их с Аннушкой счастье.

Утром Анна уже знала почему их разлука была такой долгой. Не только секретные задания Николая были тому причиной. Через свое ,,донжуанство,, попался он ,,на крючок,, одной москвичке — генеральской дочке. Забеременев, та заставила его жениться на себе. Но брак продлился недолго, и пара развелась, как только родился ребенок. Девочку назвали Людочкой. Практически сразу ее забрали к себе на воспитание родители жены. Николай стал не нужен. Да он сильно и не переживал, так как все это время думал только об одной девушке на свете – об Аннушке. Чувствуя свою вину перед ней, он долго не решался подать о себе весточку. Наконец, настоящее чувство и трезвый разум уже зрелого человека, подсказали единственно правильное решение. Узнав через своих друзей в СМЕРШе, где теперь находится Анна, он, с помощью бывшего тестя, с которым остался в хороших отношениях, получил назначение в Краснодар, и, собрав свой небогатый скарб в небольшой чемодан, ринулся навстречу настоящему счастью. Теперь, уплетая завтрак на огромной коммунальной кухне, с восхищением глядя на суетившуюся возле плиты Аннушку, он, как всегда полушутя—полусерьезно спросил:

------ Ну что, пойдем распишемся?

Аннушка, решительно подошла и крепко взяв его за руку, с силой потянула к выходу из кухни:

------ Пошли.

------ Стой, стой, подожди! Дай доесть! --- смеясь кричал Николай, не успев даже положить на стол вилку с наколотым на нее куском жареной колбасы.

------ Давай, давай пошли. А то опять тебя кто-нибудь уведет. Тогда уж я ждать не буду.

Они расписались в тот же день. Тогда, после войны, это было просто и быстро. Выйдя из ЗАГса, Николай обнял свою теперь уже супругу и вздохнув сказал:

------ Жаль колец не успел купить. Но я обещаю исправиться. Кольца будут. И кольца золотые.

------ А у меня уже есть одно. Правда не золотое, но оно мне дороже золота.

И Аннушка вдруг достала из сумочки ту самую чеку от гранаты -то самое стальное кольцо, которое когда-то Николай надел ей на палец возле госпиталя. Все это время она хранила его, надеясь на встречу и судьба не обманула ее.

Вскоре, получив назначение в Ростовский Военкомат, Николай увез жену на свою исконную Родину- в Ростов-на-Дону. Со временем им дали комнату в коммуналке в центре города. Аннушка опять работала в Отделе Кадров одного из военных заводов. Но счастье их было не полным. Долгое время у них не было детей. Только через четырнадцать лет бог послал им девочку, которую они назвали в честь Аннушкиной мамы Марией. Незадолго до ее рождения, будучи еще беременной, Аня как-то вечером вдруг спросила мужа:

------ Коля, скажи, ты был в Берлине на ,,Параде Союзников,,?

Отложив в сторону газету, он удивленно посмотрел на нее поверх очков, которые был вынужден надевать с недавнего времени во время чтения:

------ О-о-о, узнаю ,, СМЕРШ,,. Ты откуда знаешь?

------ Я тоже там была. На трибуне с Жуковым.

------ Ого, ничего себе шифровальщица. Так это я перед тобою там так вышагивал?

------ Я видела тебя со спины, но не поверила глазам.

------ И напрасно. Это был я. И думал я тогда о тебе.

------ Не врешь?

------ Честное партийное.

------ Так может ты и на Кавказе побывал, когда я там служила?

------ Хм…. Приходилось и на Кавказе.

------ И когда же?

------ А вот это военная тайна.

------ Даже от меня?

Николай некоторое время смотрел на нее, как бы решая - говорить или отшутится, затем все же произнес:

------ Ты, наверное, знаешь кто такой полковник Старинов?

------ Илья Григорьевичь?

----- Он самый.

------ Так ведь он же….. ( см. Википедия. И. Г. СТАРИНОВ. 1900-2000г.г. Полковник, профессор, военный деятель. Основоположник и главный руководитель Советской саперно-диверсионной школы).

------Совершенно верно – отец всех наших саперов и диверсантов. И мой непосредственный начальник и по большому счету учитель. С ним я был и на Западном фронте, и на Кавказе, и в Берлине и много где еще. В общем рассказывать долго и нельзя. ,,Подписка,, у меня еще строже твоей. Может быть лет так через пятьдесят расскажу, ха-ха, --- Николай засмеялся и

нежно обнял жену, --- А пока, пусть я буду для тебя таинственным и за-Г-Г-Г-адочным.

Она улыбнулась ему в ответ:

------ Как и я для тебя.

Они еще долго сидели так-- две половинки одного целого, наслаждаясь своим маленьким, но для них большим счастьем двух родственных душ.

Напечатано 20 декабря 2021 года.

----------------------------------------------