Во имя Его

Свистящий звук приближающейся смерти. Снова.

– Щиты! — ору я, надрывая горло. Связь не работает уже третьи сутки — проклятые ксеносы глушат эфир, отрезав материк от орбиты непробиваемыми помехами.

— Щиты! — одновременно, в голос кричат два мастера-опциона — единственные, кто выжил из младшего офицерского состава.

— Х-ха! — выкрикивают легионеры, и над головами горстки выживших вспыхивают энергетические полусферы. Умные артефакты сливаются друг с другом, образуя сплошной защитный купол сиреневого цвета.

Я тоже вжимаю кнопку на груди боевой модульной кирасы, и меня заключает в малиновую сферу. А в следующий миг на квадрат, в котором нас застала атака ксеносов, обрушивается шквал ракет класса воздух-земля. В голове разгорается мысль — трусливая нелюдь, у них никогда не хватит мужества встать лицом к лицу против легионеров ИМПЕРАТОРА.

От воспоминания о НЁМ на меня накатывает мощная волна вдохновения, и искренне, вкладывая всю силу своего духа, кричу:

— За ИМПЕРАТОРА!!!

— За ИМПЕРАТОРА!!! — вторят мне легионеры, заглушая звук разрывов. Малиновая сфера вокруг меня мгновенно увеличивается вдвое. Купол, укрывший бойцов, наливается густым фиолетовым цветом. И буквально поглощает первую, а затем и вторую волну ракет.

Третья волна приходит с задержкой. Ксеносы, хитрые твари, действуют каждый раз иначе. Двадцать минут назад, когда их дроны в очередной раз выследили наш отряд, было четыре удара с паузой в одну секунду.

— Ждём! — кричу я, подбадривая легионеров. Пока жив командир, воины спокойны.

Я угадываю. Опять. Четвёртая, самая мощная волна бьёт по прилегающим территориям, создавая вокруг нас вал огня, земли и камней.

— За ИМПЕРАТОРА! — срывая голос, реву я, но грохот заглушает мой голос. Защитный купол, окружающий меня, выдерживает удар, почва под ногами ходит ходуном, но я держусь. Воин ИМПЕРАТОРА может упасть только в одном случае — когда он отдал жизнь во имя ЕГО. Воин ИМПЕРАТОРА может опуститься на колено только в одном случае — когда видит ИМПЕРАТОРА!

Ещё один удар — противник запустил пятую волну ракет.

— Щиты! — кричу я, но в царящем грохоте вряд ли кто-то меня услышит. Защитный купол полностью окутан тем адом, что творится снаружи...

Медленно, дольше чем хотелось бы, но грохот стихает. Плавно оседает поднятая взрывной волной пыль. Видимость — всего несколько метров, земля скрыта в пылевом мареве, но мне уже ясно, что враг добился своей цели.

Медленно обвожу взглядом окрестности, и сердце переполняет боль. Никто не выжил. Тела ещё скрыты под оседающей пылью, но я знаю — никто не выжил. Сканеры боевого шлема больше не фиксируют юнитов, лишь ядро штандарта...

В несколько шагов прорываюсь сквозь пылевую взвесь, нависая над ядром. Бронеперчатка смыкается на древке, и вырывает штандарт двести семнадцатого легиона из мертвых рук мастера-опциона.

Выпрямившись в полный рост, я осматриваюсь. Перевожу взгляд вверх, вглядываюсь в небесную синеву. Где-то там, за пределами атмосферы, прямо сейчас наш флот громит последние рубежи космической обороны инсектов. А когда закончит, обрушит праведный гнев ИМПЕРАТОРА на тех, кто ещё остался на поверхности. Пламя очистит эту планету от врага, посмевшего уничтожить одну из колоний Империи...

Удерживая штандарт левой рукой, я чувствую силу ИМПЕРАТОРА, заключенную в священный артефакт. Нелюдь думает, что победила. Она ошибается. Шаг, второй, третий. Броня на правой ноге клинит, но это лишь слегка задерживает меня.

Сто шагов, двести. Впереди что-то движется. Вглядываюсь в горизонт, и замечаю вражескую технику. На лицо сама собой наползает улыбка. Сейчас враг познает гнев ИМПЕРАТОРА!

Инсектоиды замечают меня, открывают огонь на поражение, но я успеваю закинуть личное оружие в кобуру на поясе, и сформировать энергетический щит. Время начинает таять, как снег в столичном мире Империи, и я ускоряюсь. Чем ближе враг, тем лучше.

В меня стреляют, но что их жалкие кинетические снаряды против силы ЕГО? Я, центурион Григор, и щит моей веры способен отразить эти мелкие укусы. Вперёд!

Ещё десять метров. Двадцать... И первое попадание. Треснувший наплечник срывает с брони, открывая сервоузел кирасы. Следующее попадание может стать последним. Но я уже достаточно приблизился, чтобы выполнить долг.

Древко штандарта пробивает ссохшуюся почву, погружаясь на добрые полметра. Палец сжимает активатор. Я чувствую, как сокрытая в артефакте сила ЕГО начинает стремительно заполнять окружающее пространство. Пора!

— Во имя ИМПЕРАТОРА!

Ослепительная вспышка поглощает меня, и всё, что находится в радиусе полутора километров, выжигая саму материю.

ИМПЕРАТОР, я иду к тебе!

***

— Господин контр-адмирал, мы зафиксировали гигантскую вспышку на поверхности планеты. — доложил офицер, повернувшись к командующему флотом возмездия. — Похоже двести семнадцатый легион выполнил задачу, мы вновь получили возможность принимать данные с поверхности.

— Слава ИМПЕРАТОРУ! — произнёс командующий, понимая, что означает та вспышка. Поэтому тут же добавил: — Залп из всех орудий по вражескому флоту. В честь двести семнадцатого легиона, и во имя ЕГО!