Воин, что шёл домой

Королевский боевой корабль, что нёс под своими парусами смерть, был разрушен, его родную гавань сожгли, и он бросился на скалы. По каменистому берегу медленно перебирая ноги шёл воин. Кольчуга давила на его плечи, а от тяжести шлема ломило шею, но ещё далёк был час покоя. Воин подошёл к рыбацкой деревне. Осиротевшие дома устремили свои острые крыши в небо, наподобие бесплотных скал, на которых они были построены. Воин медленно продвигался в глубь поселения. Чем ближе к морю он подходил, тем больше было тел. Кого-то порвали на две части, кого-то раздавили, как яблоко, кому-то попросту размозжили голову. Кто умер в ярости, кто-то в раскаянии, но все - в страхе. Их дорогие одежды, их богато украшенные дома - всё это теперь было испорчено, забыто, осталась лишь гниль, кровь и запустение.

У самого обрыва стояла маленькая хибара. Кровавая лужа от неё растекалась по всей деревне. Воин тихо подобрался к стене хижины. Сквозь огромные щели было видно, что во мраке, посреди чего-то сидит маленькое существо. Кроме дверного проёма, который прикрывала лишь грязная тряпка и гора трупов, в хибару не было входа. Воин хотел было развести огонь и сжечь дом, но вдруг услышал оттуда тихий плачь.

- Эй, ты меня слышишь? - прошептал он сквозь щели дома. Плачь прекратился.

- Где монстр, сделавший это? - спросил воин.

- Он здесь, - ответил детский голос.

- Прячется? - уточнил мужчина.

- Можно и так сказать, - молвила незнакомка.

- Ты не знаешь, где он? Следы, звуки, хоть что-нибудь! - уточнил воин.

- Боюсь, я вам никак не помогу, - ответила девочка.

- Ладно. Я постараюсь вывести тебя отсюда, - воин оттащил тела от входа и вошёл в хибару.

Если раньше здесь и было какое-то дешёвое убранство, то сейчас оно было завалено костями. Здесь пахло кровью, гнилью и самой смертью. Посреди этого смрада сидела девочка.

- У тебя такие же веснушки, как у моей дочки, - улыбнулся воин, и ему тут же стало неловко от этих слов, - прости...

- Спасибо вам, это наверное самое милое, что мне говорили, - на измученном личике тоже появилась тень улыбки.

- Слушай, пока тварь не вернулась, тебе надо выбираться отсюда. Будь тихой, и, самое главное, выполняй всё, что я тебе скажу. Не бойся, я тебя отсюда вытащу, - сказал воин каменным голосом.

- Не стоит... Понимаете, тварь, что убила из всех... это я, - девочка уставилась в пустоту, странно улыбаясь. Всё тело воина напряглось, он был готов выхватить свой топор.

- Эту деревню все обижали. То бандиты, то воины короля, то чужеземцы, и вот однажды на берег вышло чудище морское. Оно сказало селянам, что либо они дадут ему самую красивую девушку в жёны, либо оно разрушит всю деревню. Селяне выполнили просьбу монстра, и так родилась я. Они поначалу не хотели даже смотреть на меня, видимо, я напоминала им об их собственной слабости, но потом они поняли, что меня можно использовать. У меня два обличия: одно от мамы, одно от чудища. Я защищала для селян деревню. Я разрушала другие деревни, съедала караваны, а они собирали всё ценное. Никто и не догадывался, много ли на свете монстров? Деревня богатела, но они меня всё равно не любили. Может, боялись, что я и их убью? Как видите, не зря боялись. Зачем же я это сделала? Наверное, из-за платочка. Вы не подумайте, жестоко было бы уничтожить родную деревню из-за какого-то платочка, но он был маминым. У меня от неё ничего нет. Это последняя мамина вещь здесь, без неё это уже не её деревня. Она теперь ничем не отличается от тех, что я опустошила. Вот прямо теперь, реально ничем, - девочка смотрела в пустоту.

- Я скажу, что убил монстра. Можешь быть спокойна, - сказал воин.

- Я разрушила свой единственный дом, как тут быть спокойной? - глаза девочки заблестели.

- Если хочешь, можешь пойти со мной, - предложил воин.

- А вы не боитесь? - она распахнула свои большие грустные глаза.

- Я на своём веку столько монстров видел! И ты, если честно, пока что самая милая из них, - ухмыльнулся воин.

Девочка улыбнулась. Она наклоняла свою маленькую головушку то к одному плечу, то к другому.

- Вы выполните одну мою просьбу? - спросила девочка. Воин кивнул.

- Я хочу увидеться с мамой. Убейте меня и киньте в море. Может быть, на дне морском мы наконец-то встретимся, - сказала девочка.

Воин посмотрел ей в глаза. Ребёнок улыбнулся ему не детской улыбкой. Взмах топора, и маленькая головушка покатилась по полу.

Дым от горящей деревни уходил в ночное небо. Воин отвернулся от пламени и посмотрел на север. Там, за лесом, в маленькой деревне женщина в зелёном платье уже убирает со стола после ужина. Её лицо так же испещрено морщинами, как лицо воина? Ждёт ли она его? Рядом бегает рыжая веснушчатая девочка. Нет, она уже девушка, может даже женилась, и у неё уже свои дети. Помнит ли она своего отца? Люлька с маленьким мальчиком, у которого глаза горят как изумруды. Теперь он уже крепкий малец, помогает матери по дому. Надеяться ли он, что когда-то встретится с отцом, которого и не знал никогда? А может, ему всё равно? Хорош папаша, уехал чёрт знает куда, и ни слуху и ни духу! Нужен ли кому такой?

Воину на сердце стало тяжко от этих мыслей.

"Пора домой," - подумал он. Воин зажёг от пожарища факел и направился в лес.

Высокие-высокие ели, и лишь тени прошлого, скрывающиеся за ними. В темноте не виднелась даже тропы, но он знал, что идёт на север, и с каждым шагом становилось всё легче и легче. Но пока он брёл по чаще, странное ощущение коснулось его затылка. Кто-то за ним наблюдал. Воин шёл дальше, не подавая виду. Под плащом он легонько нащупал топор, как будто по ходу дела поправляя пояс. Он заметил какое-то движение сбоку. Из-за елей вышел парень в латных доспехах.

Ой! – вскрикнул он от удивления, но тут же сконфузился, – прошу прощения, я не ожидал встретить путника в этом лесу.

Доспех был ему явно не по лету, и парень крайне неуклюже двигался в нём.

– Я рыцарь, здесь на охоте, – объяснил он.

– А я путь держу через этот лес, – ответил воин.

– Места тут не безопасные, но я думаю вам опасаться нечего, – сказал рыцарь. Вдруг его глаза засверкали:

– Постойте, сэр, не вы ли тот великий воин, о котором ходят легенды по королевству!

– Воин – да, великий – не мне судить.

– Точно-точно, вы тот самый легендарный воитель! Чемпион королевства! Вы сокрушили сотни врагов, убили десятки чудовищ! – восклицал рыцарь, – ах, какая честь встретиться с вами! Позвольте...

Он снял бурдюк с пояса и протянул его воину.

– Позвольте разделить с вами вина. Прошу, не отказывайтесь! Это огромная честь для меня! – взмолился рыцарь.

Воин выхватил топор и приставил к его горлу.

– Что! Сэр, что вы делаете? Простите, если я вас как-то обидел! – рыцарь в ужасе поднял руки.

– Кто тебя послал? – прорычал воин.

– Никто, я сам захотел поохотиться! – заверил рыцарь.

– Вино отправлено, – сказал воин.

– Что? Не может быть, я сегодня пил из этого бурдюка? – удивился рыцарь.

– Выпей! – приказал воин.

– Сэр, я не могу, это подарок для вас! Я восхищался… – он не успел договорить, как воин вырвал из его рук бурдюк и залил содержимое в рот рыцаря. Тот чуть не захлебнулся, но смог еле как оттолкнуть руку воина.

– Видите, ничего со мной не стало! Давайте разделим вино и забудем об этой маленькой неурядице, – предложил рыцарь.

Воин ударил по неплотно прилегающей к руке латной перчатке. Брызнула кровь, и рыцарь с криком упал на землю.

– Что вы делаете! – закричал он, хватаясь за рану.

Воин вмял рыцаря в землю, наступив ему на грудь.

– Говори, кто ты! Или последние минуты твоей жизни превратятся в кошмар! – прорычал он.

– Отпустите меня! Молю! Это всё ужасная ошибка! – кричал рыцарь. Воин лёгким движением уголка топора выбил глаз рыцаря. Тот завопил от боли, хватаясь за рану.

– Ни один рыцарь не пойдёт в лес без свиты. Доспех не твой. Говори, кто ты, иначе это будут самые страшные мгновения твоей жизни, – сказал воин, глядя самозванцу в глаза.

– Я сын барона! Ты убил его, помнишь? Пятнадцать лет назад мой отец восстал против короля. Ты убил его, его рыцарей, его слуг, его жену, его детей! Всех! – закричал он.

– Ему не стоило воевать со своим господином, – ответил воин.

– Моя мать ни с кем не воевала! Мои сёстры ни с кем не воевали! Почему они умерли!? Почему!? – из глаза парня текли кровавые слёзы.

- Война - это страшное дело. Твоему отцу следовало это знать, - ответил воин.

Мой отец не убивал безоружных женщин! Это сделал ты, ублюдок! Ты ответишь за свои преступления! - посиневшее лицо парня страшно исказилось. Он выхватил кинжал, но для удара у него уже не было сил. Его руки безвольно лежали на земле. Он стал дёргаться, пытаясь хотя бы зубами вцепиться в ногу обидчика.

- Ты не герой! Ты убийца! Душегуб! Будь ты проклят! Слышишь? Проклят! - хрипел парень, давясь собственной кровью.

Воин отрубил ему голову. Она покатилась по земле, как и головы всех его родственников. Воин уложил тело в корнях раскидистого дуба и ушёл прочь.

Ночь длилась вечно, словно минута перед боем. Воину уже тяжело было идти, веки наполнялись свинцом, но стоило лишь на секунду прикрыть глаза, как он видел до боли знакомую дверь, слегка приоткрытую, из маленькой щели лился тёплый-тёплый свет, и ноги сами делали шаг.

Из-за одного дерева выглянула могила, потом ещё одна и ещё. Старые камни без надписей смотрели на него, словно это были пленники, которым выкололи глаза, но они всё равно смотрели на него, даже пристальнее, чем зрячие. Поднялся туман. Стало холодно и сыро, а деревья плотью своей давили со всех сторон. Кто-то шёл среди могил. Одна фигура, вторая, третья, пятая, десятая, тридцатая... Сотни мрачных теней окружили воина. Они двигались бесшумно, как смерть. Воин обнажил свой топор. В свет факела вошли покойники, которых он убил когда-то. Они тянули к нему свои отрубленные головы, и лица их были обезображены отчаянием. Воин разламывал их черепа, чтобы не видеть этих несчастных лиц, но они вновь срастались по кусочкам. Он бросился бежать, в свете факела он постоянно видел изуродованные тела, все его жертвы пришли взглянуть на своего убийцу. Они хватали его, рвали одежду, взрезали плоть своими ногтями. Топор рубил направо и налево. Вдруг сталь застряла в плоти. Воин встретился глазами с парнем лет четырнадцати. Много лет назад он на скаку задавил этого мальца, тому не повезло оказаться в авангарде вражеского войска. Толпа мертвецов снесла парня, только страх в глазах блеснул в последний раз. Топор исчез вместе с убитым. Воин бросился бежать сквозь лес. Ветви хлестали его до крови, ноги постоянно попадали под корни, кольчуга сдавила грудь. Мертвецы шли медленно, но как бы быстро ни бежал воин, стоило ему на секунду перевести дух, из мрака к нему тут же тянулись окровавленные руки.

Вдруг деревья наконец-то закончились, он выбежал на поле, посреди которого стояла башня. Из её окон лился тёплый, как руки матери, свет. Ворота башни отворились и в них показался незнакомец, его фигуру нельзя было рассмотреть, она расплывалась как картина, промокшая под дождём.

- Эй, воин, беги сюда! - закричал незнакомец. Из последних сил чемпион забежал в башню и запер за собой ворота. Отдышавшись, он перевёл взгляд на своего спасителя. Это оказалась молодая девушка, прекрасная как мечта.

- Зачем ты мне помогла? - спросил воин.

- Не веришь в человеческую доброту? - улыбнулась девушка, - не зря. Я увидела тебя из окна и узнала. Слава о тебе ходит по всей земле, чемпион. Мне понадобится твой топор.

- Откуда здесь эти мертвецы? - голос воина слегка дрогнул.

- Мертвецы? Да... Здесь много монстров бродит, с ними мне и нужна помощь, - ответила дама.

- Что за помощь? - спросил воин.

- Убийства, в этом же ты мастер, - едко улыбнулась девушка.

- Я потерял своё оружие, - сказал воин.

- Я тебе что-нибудь поищу.

- Мертвецов не берёт сталь, я здесь бессилен.

- Печально, но, возможно, я смогу с этим разобраться. В любом случае, утро вечера мудренее. Позволь, на правах хозяйки, пригласить тебя ко столу, - предложила девушка.

Она повела его на верх башни. Они проходили через залы, один краше другого. Шкура диковинных существ, хрустальные люстры, мебель из красного дерева и золото, много-много золота.

- Кто ты? - спросил воин.

- Хозяйка этой башни, - улыбнулась дама.

Она привела его в просторную обеденную залу. Девушка усадила его во главе огромного дубового стола. Она вынесла ему жаркое из утки с грибами на золотом блюде. Хозяйка не прикасалась к гостю, только мягкими жестами направляла его.

- Где твои слуги? - спросил воин.

- Разбежались, боясь монстров, - грустно улыбнулась девушка. Она вынесла ему золотую чашу, всю в драгоценных камнях. В ней плескалось вино, пьянящее как свобода.

- Расслабься, ты здесь в безопасности, - она медленно протянула ему бокал, одной рукой оперевшись на стол, и всем своим бюстом потянувшись к нему, но не прикасаясь. Сладкий аромат цветов заползал в ноздри воина. Он взял золотую вилку в руки, но блестящий, как солнце прибор, оставил чёрные следы на его ладони.

- Мне надо идти, прости, - сказал воин и встал из-за стола.

- Ну подожди, куда ты? Ты правда хочешь оставить меня здесь, совершенно одну, среди монстров? - она захлопала глазками, как бабочка крыльями.

- Мне нужно к семье, - отрезал воин.

- Там в ночи монстры... мертвецы. Тебе лучше подождать до утра, - сказала девушка.

- Нет, - воин направился к выходу.

- Постой, это же глупо! Там, в непроглядном мраке прячется армия чудищ, а у тебя даже оружия нет! Поешь, отдохни, завтра с утра я принесу тебе оружие, и ты сможешь отправиться домой. Ты же не бросишь беззащитную девушку одну в ночи, окружённую толпами монстров? Я награжу тебя золотом и, возможно, кое чем ещё, - щебетала она на ушко воину.

- Слушай сюда, - он схватил её за руку. Нежная ручка девушки на ощупь казалась больше и вся была покрыта шрамами и мозолями, а на тыльной стороне ладони чувствовался пучок жёстких волос. Они встретились глазами. Лицо девушки сияло добротой, но краем глаза воин заметил, как из её вторая рука стала растекаться, как краска, и из неё что-то стало быстро вылезать. Мужчина ударил её по лицу. Девушка упала на землю. На секунду стены башни стали расплываться, но тут же вновь собрались воедино.

- Давай успокоимся, - улыбнулась девушка. Её лицо даже не покраснело после удара.

Воин схватил её и принялся душить. Прекрасная девушка растеклась в его руках, как картина под дождём. Из-под краски показались длинные руки, покрытые татуировкой плюша, с непропорционально большими кистями, с обратной стороны обоих ладоней росли пучки крепких волос. За руками вынырнула почти что идеально сферическая голова, на которой еле-еле был заметен подбородок. Затем показалось и остальное – серое как камень, тонкое и худое тело, с длинными ногами, которые кончались гигантскими ступнями. С кисточек, на вислых, как у осла, ушах, стекали последние капельки краски. Поседевший пучок волос, коронующий идеально лысую голову, прилип ко лбу. Большой рот искривился от боли и напряжения. Но несмотря на страдания, его огромные глаза светились из-под ресниц. Белки цвета изумруда, в самом центре – золотая точка зрачка, вокруг неё несколько золотых колец, из самого ближайшего к зрачку кольца крестом растут четыре завитка.

Поганый тролль! – закричал воин, – тебе меня больше не заморочить!

Тролль выхватил кинжал и воткнул его в ногу воина. Тот ослабил хватку, и иллюзионист смог выскользнуть из чугунных рук, вырвав из плоти кинжал. По ноге воина текла кровь, над ним возвышался тролль. Прекрасные залы растеклись, обнажив голые стены, грязь, гниль и трупы. Зрачки, кольца и завитки в глазах тролля стали чернеть.

– Колдун-обманьщик, впрочем как и все в твоём народе, – сплюнул воин.

Тролль выхватил из-за пазухи ещё один кинжал и бросил его в воина. Тот ловко увернулся от оружия, которое растворилось, коснувшись стены. Тролль был куда быстрее, чем большинство его соплеменников, он метнулся к своему противнику. Воин успел выставить вперёд руку, и кинжал пронзил его ладонь. Мужчина сжал окровавленную длань и хлёстким ударом сломал руку троллю. Он отпустил оружие. Тролль бросился к трупам.

Пол башни устилали тела его соплеменников. Разрубленные на куски дети и женщины, магия не спасла их от королевской армии. Иллюзионист подошёл к телу троллихи. Топор пробил её грудь, живот и добрался до ребёнка у неё под сердцем. Тролль достал из-под тела меч. Он побежал к воину. Тот вырвал кинжал, пронзивший его ладонь и метнул его, но тролль успел увернуться. В этот же момент воин сбил его с ног. Меч упал и растёкся краской. Воин вмял тролля в землю. Золото исчезло из глаз иллюзиониста. Сознание постепенно погружалось во мрак. Его потухший взгляд встретился с стеклянными глазами малыша.

Окоченевшими руками он обнимал сестрёнку. Два окровавленных тельца сжались в один комочек.

В ярости тролль вырвался из хватки воина, вцепился ему в ухо зубами и вырвал его. Чемпион схватил колдуна за голову и принялся бить ею о землю. Тролль пытался расцарапать лицо воина, добраться до его глаз, но все безуспешно. Иллюзионист не видел лица своего противника, перед его взором проплывали лица детей, родителей, жены, друзей, соседей.

- Будь ты проклят! Я проклинаю тебя! Пусть наши страдания воздадутся тебе сторицей! Кровь наша затопит тебя! Печаль наша разорвёт тебе сердце! - хрипел тролль, сквозь кровь свою и чужую, что смешивались во рту его. Воин порвал часть своей одежды и связал противника. Чемпион королевства огляделся. Когда-то он пришёл в это место, думая, что это логово монстров, а теперь он видел, что это просто чей-то дом.

- Решил поиздеваться? - усмехнулся тролль, - ну что ж, я хотел тебя усыпить и запытать до смерти. Давай! Можешь сколько угодно измываться надо мной, но тебе не услышать моего крика!

- Как ты выжил в той бойне? - спросил воин.

- Меня не было в башне, - ответил тролль, - я чемпион своего народа. Я совершал подвиги ради славы, а когда вернулся домой...

Воин тяжело вздохнул, встал и пошёл прочь.

- Заверши то, что начал! Убей меня! - закричал тролль.

- Я... я не хочу... Я устал от крови, - воин побоялся посмотреть врагу в глаза.

Тролль горько усмехнулся:

- Если бы ты был на моём месте, ты бы мстил до самой смерти, да?

- Я просто хочу домой... Мне... мне пора к своей семье, - сказал воин. Он подобрал тяжёлый камень и подошёл к чемпиону волшебного народа:

- А тебе пора к своей.

Воин разбил троллю череп и ушёл из мёртвой башни.

В лесу никто не попытался напасть на израненного человека. Вокруг него лишь бродили тени, они не подходили ближе, только смотрели. Воин перевязал свои раны, но они всё ещё жутко болели. Он медленно брёл, запинаясь об корни, получая ветками пощёчины. Вокруг было темно, и он шёл вперёд почти не разбирая дороги.

Ему показалось, что стало светать. Он вышел на просторную дорогу. Из-за деревьев поднимался дым от печей. Он услышал утренний крик петухов, мужские крики, женские пересуды и детский смех. Он почувствовал запах яблочного пирога, домашней похлёбки и хорошего пива. Он побежал прочь из леса.

Вокруг было темно. Сквозь ночную мглу он видел скелеты домов. Деревня была сожжена давным-давно. От тел уже даже костей не осталось. Воин дошёл до своего дома. От него осталось лишь пепелище. Мужчина упал перед ним на колени:

- Ну здравствуйте, милые, я вернулся.

Он остался один посреди Сумеречного Леса.