Волшебные грибы

«Никогда», – гремел в голове чей-то неведомый голос, забирая последнюю надежду, вкладывая вместо неё щемящую боль и ужас обречённого на вечные страдания существа – уже не человека.

«Ни-ког-да», – вертелось на языке сладостным ядовитым нектаром. Всё, отмучился, хватит. Ипотека, кредиты, однообразная работа, склоки с начальством, измены женщин, предательство друзей – всё в прошлом, за тем далёким таёжным холмом.

«Н-и-к-о-г-д-а», – проникало в каждую клеточку истерзанного, исстрадавшегося, модифицированного тела, перекодировалось в низкочастотные вибрации, обретало иной смысл…

*****

У меня зазвонил телефон.

Кто говорит? Шаман? Откуда? С таёжной заставы?

Как-как, ещё раз? Не слышно… Бобрград?

*****

Плохо соображая, я подскочил на диване, лихорадочно ощупывая себя. Жив? Приснится же такое! С облегчением выдохнув, я выудил упорно трезвонящий телефон из кармана брюк, ткнул распухшим пальцем в зелёный кружок.

– Лёха, блин! Ну наконец-то! – раздался в трубке сердитый голос напарника. – Ты что трубку не берёшь третий день?!

– Третий день? – растерянно выдавил я, безуспешно пытаясь вспомнить, чем занимался весь вышеозначенный период.

– Чувак, ты, похоже, совсем связь с реальностью потерял, да? Работать собираешься вообще или мне одному проект закрывать?

– Валер, не нагнетай. Всё будет. Дай только оклематься после похода…

– Лёх, ты бы завязывал с этими своими эко-акциями, вот серьёзно! Знаю я, как ты ходишь! Тут грибок съел, там – ягодку. Ничего удивительного, что после этого у тебя улитки будущее предсказывают! Ты хоть понимаешь, что однажды откинешься где-нибудь среди своих дремучих лесов, и всё – никто тебя не найдёт! Никто и никогда!

– Понимаю…

Валера ещё что-то кричал в трубку, но я его уже не слышал – телефон выпал из рук, когда я взглянул на окно. К нему приближалось… нечто. Огромное чудовищное насекомое с вытянутым хоботом-раструбом и длинными тонкими конечностями.

«Гигантский комар», – подумал я обречённо, борясь с накатившим оцепенением. Вот же сюр…

Раздался звон бьющегося стекла, и мощная, покрытая мелкими волосками тушка насекомого втиснулась в оконный прогал, доламывая раму массивным телом и помогая себе всеми шестью конечностями. Не помня себя от ужаса, не узнавая собственного голоса, я заорал, а комар угрожающе приподнял хобот-раструб и гипнотизирующе посмотрел на меня большими фасеточными глазами.

Так значит, всё это правда? Шаман, волки, бобры…

*****

После заката прошло совсем немного, но чем дальше я плыл, тем сильнее крепла уверенность, что надо было сделать привал на знакомой поляне. Становилось холоднее. Небо сплошь затянулось облаками, и единственным источником света оставался мощный налобный фонарь. А ведь сейчас бы мог уже развести костёр, согреться, поставить палатку, запечь картошку в мундире – по-походному, прямо в золе.

Но не поворачивать же назад. Ничего, найду другую полянку.

Я вздохнул и налёг на вёсла. Луч фонаря скользил по речной глади, иногда выхватывая из непроглядной тьмы фрагменты леса, который плотно обступил извилистую в этом месте реку. Мерный плеск воды от вёсел сопровождался неистовым криком лягушек. Где-то в лесу пронзительно кричала выпь.

Пытаясь отыскать подходящее место для ночлега, я вглядывался в лесную чащу. Тогда-то и увидел их – огромные светящиеся грибы. Стоило лучу света разрезать пространство впереди, их поверхность вспыхнула ярко-зелёным неоном.

Неужели это те самые, волшебные? Грибы, исполняющие желания? Получается, сказы и легенды не врут?

Не веря своей удаче, я причалил к берегу, торопливо привязал старенькую лодку к ближайшему дереву и пошёл на манящий неоновый свет. Чем ближе я подходил, тем больше он завораживал.

Совершенное Творение Вселенной...

Когда я поравнялся с грибами и встал рядом, стало понятно, что они доходят мне до плеча. Вот это великаны! С трепетом и восторгом я провёл ладонью по упругой ножке, зацепил ребристую пластинчатую поверхность внутренней части шляпки. Неоновые пластинки зашевелились, отзываясь на мои прикосновения, из спор вырвались небольшие фонтанчики мерцающей пыли.

«Съешь нас… – запульсировало в голове. – Откуси кусочек».

«А вы – правда волшебные? Исполните любое желание?»

«Конечно… загадывай, только подумай лучше… не всем нравится, когда их желания исполняются!»

«Почему не нравится? Разве не все этого хотят?»

«Хотят все. Но не понимают, чего именно».

Я задумался. Чего же я хочу больше всего?

Денег? Ну, да… деньги – хорошо, можно не работать. Ипотеку выплатить досрочно, с кредитами рассчитаться наконец. Я мечтательно заулыбался, представляя, какой наступит рай, но тут же одёрнул себя.

Ну, выплачу кредиты, и что? Предел мечтаний? Ну, брошу работу, а дальше? Тупо бухать в собственной, уже не ипотечной квартире? Бессмысленно…

Я снова дотронулся до пластинчатой поверхности ближайшего гриба.

«Хочу познать смысл… найти свой путь!»

«Принято. Теперь – ешь».

С опаской я отломил кусочек от шляпки и, чтобы не дать себе время передумать, быстро запихнул его в рот. На вкус он оказался довольно специфическим – сладковато-горьким, на любителя…

«Молодец. А теперь – запей», – сказал в голове гриб номер один.

«Ага. Только из речки. Иначе магия не сработает», – добавил гриб номер два и тоненько хихикнул.

Уже дожёвывая, я понял, что запить – это очень хорошая идея. В горле пересохло так, словно там открыли филиал ада. Я ломанулся к реке, благо, до неё было не так далеко. По пути понял, что ещё несколько минут, и горло пойдёт трещинами изнутри. Запрыгнув в своё утлое судёнышко, я свесился с правого борта и зачерпнул из Амура живительную влагу, сложив ладонь лодочкой.

Я пил жадно и с удовольствием, проливая половину на себя, но не замечая этого. Никак не мог напиться, зачёрпывал ещё и ещё. Эта вода казалась мне божественным нектаром. Лучшим из всего, что я пробовал в жизни.

Когда жажда отступила, я заметил несколько крупных лохматых мордочек, возвышающихся над гладью реки. Они целенаправленно плыли ко мне, стремительно приближаясь. Бобры.

В свете фонаря было видно, как блестит их плотный лоснящийся мех. Присмотревшись, я понял, что на самом деле животных гораздо больше, чем я подумал сначала. И те, что плыли в авангарде, уже почти достигли моей лодки. Ловко зацепившись за борт лапами, они полезли внутрь, и, судя по серьёзным напряжённым мордам, они явно не были настроены на дружескую беседу.

Происходящее всё меньше мне нравилось. Не дожидаясь открытого нападения, я со всей силы оттолкнулся и выпрыгнул из судна на берег. Как раз вовремя – зубы одного из самых наглых бобров клацнули в опасной близости от моей ноги.

Оглянувшись, я с ужасом обнаружил, что в лодке орудует уже с десяток мохнатых животных. Кое-кто из них стоял на задних лапах и, совсем по-человечески приложив лапу ко лбу козырьком, угрожающе смотрел в мою сторону. Другие уже приступили к трапезе, и я понял, что с моей верной деревянной спутницей придётся расстаться. Щепки от лодки летели во все стороны, но я был рад уже тому, что не оказался на её месте.

Пытаясь не поддаваться панике, я быстрым шагом пошёл в лесную чащу, собираясь вернуться обратно к грибам. Идея спросить у них про бобров показалась на тот момент довольно здравой, но то ли я заблудился, то ли грибы просто перестали светиться – их я не нашёл. Зато кое-кто другой нашёл меня.

Сначала я услышал вой – протяжный, тоскливый, пробирающий до мурашек, и только потом увидел. Мне навстречу вышла волчья стая. Спереди – два небывало крупных хищника, сзади – ещё три, чуть поменьше. Они агрессивно рычали и скалились, показывая острые клыки, с которых обильно капала слюна.

Я замер на месте, успев несколько раз попрощаться с жизнью, но всё же собираясь продать её как можно дороже. Трое волков из заднего ряда уже начали медленно рассредотачиваться, пытаясь окружить меня. Действовать надо было быстро, иначе – всё, без шансов.

Загнанно оглянувшись, я что было силы рванул назад. Нет – не к лодке. Просто назад – куда-нибудь, лишь бы не в зубы к этим лесным санитарам. Я бежал, не разбирая дороги, интуитивно перепрыгивая поваленные ветром трухлявые стволы сосен и кедров, перемахивая через старые пни, огибая заросли колючего кустарника. Под ногами хрустели сухие ветки, шишки впивались в подошвы кроссовок, иногда ноги утопали в мягком мху. Я не оборачивался, но слышал погоню, чувствовал, что стая хищников следует за мной по пятам.

Когда я разодрал лицо и руки об острые шипы дикой малины, силы начали покидать. Я остановился, чтобы отдышаться, и задрал голову вверх. Только сейчас я с удивлением обнаружил, что как-то внезапно наступил день, и солнце было уже в зените. Неужели мы так долго бегаем по лесу?

Небо было высокое, пронзительно синее. И в этой синеве летящий по нему дракон даже не выглядел чем-то инородным. Как будто так и должно быть. Небо, солнце, дракон, кружащий над нашей поляной. В один момент мне даже показалось, что из его пасти вырвался сгусток огня.

Вдохнув в лёгкие побольше воздуха, я снова приготовился бежать и уже даже занёс ногу, как увидел укоризненно глядящего на меня из кустов оленя с раскидистыми ветвистыми рогами. Это стало последней каплей. Я поднял руки в жесте «сдаюсь» и, тяжело дыша, привалился спиной к могучему кедру.

Олень полностью вышел из кустов и победоносно встал рядом со мной, наклонив голову так, чтобы рога находились в угрожающей близости от моей шеи. Тут же по кругу дерево обступили волки, зыркая на меня жёлтыми глазами, грозно рыча и подвывая. Дракон снизился и летал теперь прямо надо мной вперёд-назад, шумно взбивая воздух перепончатыми крыльями.

Обессиленный, я рухнул на колени, демонстрируя универсальную для всех живых существ позу покорности, на языке тела говоря о том, что больше не собираюсь убегать и сопротивляться, что готов принять свою участь.

– Я не хочу умирать, – выдавил я, еле двигая губами. – Сделаю всё, что хотите! Приказывайте!

– Всё, говоришь? – раздался низкий вибрирующий голос, и, подняв голову, я увидел старого шамана.

Деловитой походкой он шёл из лесной чащи, постукивая колотушкой в большой, обтянутый тонкой кожей бубен. Его лицо было похоже на круглый морщинистый блин. Длинные спутанные волосы обрамляли его, спускаясь к плечам паклей. Лоб шамана был перетянут лентой, к которой во множестве крепились птичьи перья, лапки животных, кусочки меха, шнурки из кожи. Всё это великолепие щедро свисало также с шеи старика.

– Не губи! – взмолился я, бросаясь к шаману в ноги.

– Зачем ты сорвал грибы с моей грядки? – прорычал старик, нависнув надо мной и гневно сдвинув брови.

– Я не знал, что это ваши, – воскликнул я, оправдываясь. – Клянусь, не знал! Они сами со мной заговорили, предложили съесть их… А я… просто хотел загадать желание…

– Загадал?

– Да…

Шаман оценивающе взглянул на меня и наклонился, чтобы заглянуть в глаза, а потом выпрямился и резко ударил в бубен. В тот же миг лес погрузился во тьму, вокруг меня всё смешалось, послышалось какое-то движение, тоскливый волчий вой, хлопанье драконьих крыльев. Пространство окутал запах палёной кожи, а потом под гомерический хохот шамана я согнулся пополам в болевом приступе. Тело ломило изнутри, выворачивалось наизнанку, закручивалось в узлы. Плоть выгорала до костей и снова нарастала на них, но уже по-другому.

Я с ужасом поднёс к лицу руку, глядя, как она превращается в лапу и покрывается густой бобровой шерстью. Тело трансформировалось, конечности укорачивались, из копчика начал расти длинный лопатообразный хвост. Челюсть выдвинулась вперёд, похрустывая костями, во рту появились два ряда мощных острых зубов.

«Что же теперь со мной будет? – подумал я, вспоминая свою не очень выдающуюся, но всё же человеческую жизнь. – Неужели я больше никогда не вернусь домой? Так и останусь жить здесь навечно в бобриной шкуре?!»

«Никогда», – прогремел в голове голос шамана, отнимая у меня последнюю надежду.

Последнее, что я увидел, была полная кроваво-красная луна высоко в небе.

*****

Не помня себя от ужаса и шока, я выбежал из квартиры, захлопнув дверь и очень надеясь, что это хоть как-то задержит монструозного комара.

В висках стучало.

Молнией я сбежал вниз по лестнице и оказался во дворе, озираясь по сторонам, лихорадочно продумывая план дальнейших действий. Куда лучше? Рвануть к Валере, затаиться, не выходить на улицу пару дней? Или сразу в Москву? Огромный шумный мегаполис, ежедневно принимающий десятки, сотни, тысячи, гостей. Идеальное место, чтобы затеряться.

Похожее на блин морщинистое лицо я увидел практически сразу – шаман спокойно сидел на деревянных качелях и мерно раскачивался, а каждое новое движение изъеденных ржавчиной металлических креплений отзывалось в голове зубодробительным скрипом.

У меня всё оборвалось.

Он пришёл. Он ждёт меня… Зачем?

Внезапно опустилось понимание, что убегать не имеет смысла. От себя не убежишь…

Тогда я бросился к сидящему на качелях шаману. Не обращая внимания на любопытные взгляды соседей, схватил его за плечи, начал нервно и настойчиво трясти.

– Что ты со мной сделал, старик? Я что, теперь оборотень?

В этот момент детскую площадку заволокло густыми сиропом слоистого сизого тумана. Он скрыл всё – любопытных прохожих, окрестные дома, деревья. Остались только качели, висящие в туманной пустоте. Качели, шаман и я…

Шаман пристально взглянул на меня и хитро подмигнул.

– Я всего лишь исполнил твоё желание…

Откуда-то сверху донесся тоскливый волчий вой.

*****

У меня зазвонил телефон. Вам кого?

Очень плохо слышно… Главбобра, говорите?

Кхм… У аппарата!