Волшебные обитатели библиотеки: связь, что пробуждает магию

Стройная девушка лежала на небольшом пушистом облачке, накрытая шёлковым покрывалом. Чёрные, вороные волосы расстилались по небольшой подушке с принтом звёздного неба. Рядом с постелью зазвенел светящийся бубенчик, возникший из ниоткуда, словно колокольчик. Милисса сладостно потянулась и взмахом тоненькой ручки отключила будильник. В её небольшое жилище пролился тёплый свет.

«Отлично. Заклинание работает исправно уже несколько дней. Если так пойдёт и дальше, то скоро мне удастся повысить квалификацию», — проносилось у неё в мыслях.

Девушка встала с комочка пуха, что являлся её постелью. Волосы свисали до середины бёдер.

— Вот повышу квалификацию и смогу получить разрешение на свободные перемещения по Земле, — она мечтательно улыбнулась и прошла к углу комнаты. — Эй… — проговорила шёпотом и потрепала мохнатый бочок. — Вставай, лежебока. — На неё заспанно уставились восемь глаз. Ультрамариновый паук-птицеед по кличке Сапфир сонно прострекотал. Милисса ласково улыбнулась.

Этот красавец жил с ней уже восемь лет. Их знакомство она вспоминала с теплотой и некоторой грустью…

***

— Милисса Сильвервинг! — молодая девушка поднялась с кресла и направилась к директору университета, стоявшему на сцене. Пожала протянутую руку и встала рядом. Улыбнулась залу. — Она наша лучшая ученица. Я с радостью вручаю ей Золотой диплом, обозначающий отличное завершение учёбы на факультете Хранительниц Сводных Чар нашего института Высшей Школы Планомерного Волшебства (далее ИВШП).

Институт специализируется на обучении высшей магии. На этот факультет поступают крайне редко, так как он объединяет в себя все магические дисциплины. А заканчивают с золотым дипломом вообще единицы.

— При этом хочу объявить, что вы будете направлены на Землю и приняты на должность Смотрительницы! — зал взорвался аплодисментами, а глаза Милиссы расширились от удивления.

На Землю сразу после института направляли крайне редко. Это значило, что на финальном экзамене ей удалось впечатлить Совет. Она не могла поверить, что это происходит в реальности, а не во сне. Из глаз полились слёзы счастья. Директор протянул ей диплом и направление о назначении.

— Я горд, что вы были ученицей нашего института! И надеюсь увидеть вас у нас на повышении квалификации при защите Магистерской работы! — он приобнял её за плечи. Она очень быстро сотворила из магии бабочку-звонкокрылку на своём плече, подошла к краю сцены.

— Этот диплом — не только моя заслуга. Я хочу выразить благодарность преподавателям, которые…

***

Милиссу направили Смотрительницей в полуконтактный зоопарк с небольшими (по человеческим меркам) животными и насекомыми. Ей нравилось присматривать за такими прекрасными существами. Поладить до конца она не могла только с пауками-птицеедами. Не смотря на свою приземистость, они составляли в размахе лап две Милиссы (20 см). Они всё время пытались съесть девушку.

В том месте ей очень понравился один человеческий парень. Она могла считывать эмоции людей и видела, что он искренне любит свою профессию и всю эту живность. Роман, так его звали, работал смотрителем. Милиссе очень нравилось его отношение к работе. Каждый день девушка сплетала для него магию на позитив, удачу и светлую полосу в жизни, приучала животных слушаться его. Но однажды всё изменилось…

Роман дежурил в ночную смену. По графику дежурить нужно было всего раз в неделю, так как утром должны были привозить корм для животных. Но он регулярно нарушал его и оставался на несколько ночей подряд. Эта ночь была из их числа.

Завыла сигнализация. Милисса встала с постели и выскочила из укрытия посмотреть, что происходит.

Роман пытался задержать грабителей. Они нещадно его избивали. Девушке нельзя было показываться людям, но и бездействовать она не собиралась. Подлетев к посту охраны, открыла все клетки и, на сколько хватало магических сил, отправила зов о помощи. Вся живность сбежалась к месту происшествия. Грабители не были готовы к такому повороту. Насекомые, животные и змеи принялись атаковать известными им способами (кусали, жалили, царапали). Милисса увидела, как один из людей схватил и отбросил единственного в зоопарке ультрамаринового паука-птицееда. Она была истощена, но подлетела к нему, чтобы оценить масштабы повреждений. Насекомое очень сильно пострадало, он мог погибнуть. Фея не могла такого допустить. Задействовав все оставшиеся у неё силы, она принялась за исцеление: сращивала ткани, оживляла клетки, ускоряла регенерацию. Паук провалился в беспамятство. Она влила в него очень много (по магическим меркам) своих сил, что связало его с ней как фамильяра. Они оба потеряли сознание.

Очнулась Милисса в своём укрытии рядом с пауком. Тот изучал её внимательным взглядом.

— Что произошло? — прошептала она. Тут на неё навалились воспоминания прошедшей ночи. — Ах! Роман! Что с ним?! — поспешно покинула помещение и увидела каких-то людей в синей экипировке, осматривающих неподвижного парня и грабителей. Другие что-то фотографировали и записывали.

— Фёдор, вы можете сказать, что с ними? — обратилась девушка с погонами к человеку в синем.

— Эти двое погибли от яда змей, обитающих здесь в террариумах, а вот парень… Одно ножевое и множественные ушибы. Время смерти скажу после вскрытия. — Воздух ушёл у феи из-под крыльев.

«Нет, этого не может быть! Он должен был выжить! Я должна была его спасти! Он же стал моим подопечным!»

Слёзы катились из маленьких ярко-зелёных глаз. Если фея привязывалась к человеку и всячески ему помогала, то того называли подопечным. Ради своих подопечных некоторые феи могли даже пожертвовать жизнью. Часто и много помогая человеку, они связывали свою энергию с его. Подопечные становились феям сродни семье. И они, как ангелы из религии, присматривали за ними, оберегали. Если фея искренне желала помочь человеку и стать своего рода «ангелом-хранителем» для него, её силы увеличивались в несколько раз, позволяя выручать из серьёзных ситуаций. Но в нашем случае Милисса провела с Романом недостаточно много времени, к тому же тот мало верил в магию и чудеса, что не позволяло силам расти…

После этого происшествия девушку и перевели в библиотеку. Сапфир, так она назвала паука, теперь был её фамильяром — волшебным существом, жизнь которого непрерывно связана с жизнью хозяина. Сколько отведено фее, столько проживёт и фамильяр, если его не отпустят раньше. В таком случае он состарится как обычное существо своего вида.

Милисса несколько лет жила как функция. Ей ничего не хотелось. Она горевала по подопечному. Единственным, кто не давал ей обратиться в магию, был Сапфир.

— «Если фея отстраняется от мира и погружается в себя, то через какое-то время она возвращается в изначальную материю. Тело рассеивается, а магия либо передаётся подопечному и помогает ему (светлая полоса, удача), либо возвращается в мир фей и сливается с магией других», — вспоминались ей лекции.

Он заставлял вставать с утра, помогать библиотекарям, читателям, вновь почувствовать течение жизни. Она до сих пор помнит, как он притаскивал ей небольшие вещи, забытые читателями. Будил с утра, щекоча жвалами. Находил и приносил кусочки человеческой еды, а иногда и насекомых со своей паутины.

Милисса была ему очень благодарна. Однажды благодаря стараниям Сапфира фея сотворила чудо на удачу одной из читательниц. Боль от потери предыдущего подопечного понемногу начала утихать. Она нашла себе нового подопечного, что среди фей случалось крайне редко.

— «Подопечным может стать тот человек, которому фея искренне желает помочь, но ещё одним из условий является совпадение энергий их душ. Энергия души человека должна совпадать с энергией души (магией) феи (как крылья у стрекоз — только одна пара), чтобы беспрепятственно передаваться (с условием веры в сверхъестественное). Это работает как две половинки медальона, что соединяются при необходимости», — говорила когда-то профессор по истории магии.

***

Посреди комнаты вновь появился жужжащий светящийся бубенчик. Милисса выпорхнула из своих воспоминаний.

— Нам пора выходить, Сапфир. Сегодня много дел.

Она подошла к небольшой дверце, распахнула её и оказалась сверху на дальнем шкафу. Осмотрелась. Здесь стояла самая нечитаемая литература и небольшое уютное кресло для чтения — любимое место Майи — новой подопечной.

— Я просмотрю отдел с детской литературой на предмет расстановки и целостности книг, а ты загляни в зелёный уголок и проверь состояние растений.

Паук выполз вслед за ней и согласно прострекотал. Потёр лапки друг о друга и пополз к другому стеллажу. Попасться посетителям он не боялся, так как фея всегда накладывала на него магию отвода глаз.

Девушка проследила за удаляющимся другом: чтобы понимать животных и насекомых, необходимо было учить их языки, но с фамильярами всё обстояло иначе. Хозяин и фамильяр могли понять друг друга, даже разговаривая на разных языках. Сказывалась незримая душевная связь. Она сладостно потянулась и расправила тонкие крылышки. Они были идеального серого оттенка, уходящего в белый. Два одинаковых, как у бабочек. Вопреки распространённому мнению, не прозрачные. По всей поверхности тянулись белоснежные узоры, похожие на иней на окнах зимой. У её рода была одна интересная особенность: любые сильные чувства отражались цветом крыльев. Когда фея была в гневе, цвет из светло-серого переходил в бледно-красный, когда скорбила, они становились практически чёрными.

— Надеюсь, Майя придёт сегодня, — расправив крылья, фея слегка взмахнула ими и полетела по-над потолком…

Девушка заглядывала в библиотеку достаточно часто. Она была достаточно симпатичной: худенькая, с аккуратным носиком и слегка округлым лицом, её фигура выражала хрупкость, но вместе с тем какое-то благородство. Даже самой себе Милисса не могла объяснить причины таких ощущений. Та всегда была очень обходительна с библиотекарями, вызывалась помочь им при каждом удобном случае. От неё очень сильно исходила положительная энергия. Иногда фея пьянела, попадая в это поле. Приходилось отгораживаться от девушки энергонепроницаемым куполом. После установления первой неуверенной связи ощущения стали легче, а силы Милиссы начали расти пропорционально её помощи Майе. При этом фея замечала, что в помещение девушка заходила в очень подавленном состоянии. Общаясь с работниками, она как будто получала заряд этой самой энергии и начинала самостоятельно её генерировать. Причины такого состояния выявились очень скоро.

Однажды Майя пришла в настолько подавленном настроении, что даже людям было трудно находиться рядом с ней, что уж говорить о намного более чувствительной фее. Милиссу буквально сносило волнами горя и скорби.

«Что же случилось у моей подопечной? Я должна ей помочь! Но чем?» — проносилось в её мыслях.

Девушка присела в том самом тайном уголке и всхлипнула, подтянув ноги к груди.

— Мама, — прошептала та, — как же мне тебя не хватает… Почему ты ушла так рано?.. Если ты слышишь меня… помоги, пожалуйста… подай знак, я так хочу к тебе…

«Нет, нет, нет! Этого нельзя допустить! Она же так юна. Она не должна умирать. Я не хочу терять ещё и её!» — мысли проносились в маленькой голове со скоростью света.

«Открываться можно лишь тем людям, в которых полностью уверен. Это первое. Второе — только если человек искренне верит в чудеса. Третье… Если фея высшая по рангу… Я всего лишь средняя. Если она меня не примет, если оттолкнёт, если кому-то расскажет, меня казнят. Экзамен на повышение квалификации со средней до высшей феи лишь на следующей неделе. Но я не могу тянуть с этим!» Решать нужно было быстро, ведь девушка тонула в горе и решимости.

«Будь что будет, но я не потеряю её, не попытавшись спасти! Она же мне теперь как сестра».

Майя сидела вся в слезах. Отец избивал её и младшую сестру. Девушке было пятнадцать, она не могла жить отдельно. К тому же так было безопаснее для Мии. Мама просила беречь сестрёнку. Когда дома была Майя, он не трогал сестру. Это единственное, что удерживало её от того, чтобы свести счёты с жизнью.

«Мама, как же мне плохо без тебя. Я даже Мию не всегда могу защитить. Он говорит, что всё из-за меня, но так же не может быть. Я не могла навредить тебе. Я лишь приходила в больницу, когда тебе лечили… как её… анерв… аренв… аневризму», — она снова всхлипнула.

В этот момент перед закрытыми веками что-то засветилось, Майя подняла глаза и чуть не свалилась с кресла. Перед ней на расстоянии вытянутой руки висела крохотная девушка с бледно-голубыми крыльями с прекрасным снежным узором.

— Не плачь, пожалуйста, — обратилось к ней существо. — И не кричи. Если про меня кто-то узнает, не сносить мне головы. — В её ярко-зелёных глазах блестели слёзы. — Я не хочу потерять ещё и тебя…

— Т-ты кто?

— Майя, ты же всегда верила в сверхъестественных существ, так почему сейчас сомневаешься?

— Неужели настоящая фея? — спросила она громким шёпотом. Та неуверенно кивнула.

— Да. На данный момент я являюсь старшей феей-смотрительницей. Сразу отвечу на твой вопрос: мне около ста девяноста лет. По человеческим меркам где-то восемнадцать, только я уже закончила институт и даже почти защитила магистерскую работу.

— А м-мне всего пятнадцать, — смущённо пролепетала девочка.

— А выглядишь чуть старше, — восхищённо проговорила фея. — Я Милисса Сильвервинг, — она протянула ей свою маленькую ручку.

— Майя Морозова, — она аккуратно ответила на рукопожатие.

— Я прошу тебя, расскажи, что случилось, может, смогу чем-то помочь. Ты же как-никак мне почти что сестра.

— Ч-что? Это как вообще?

— Спокойно. Я тебе всё подробно объясню. Хорошо? — Та утвердительно кивнула. — Вот и отлично, а после ты расскажешь, что случилось.

***

Они провели за разговором несколько часов. Милисса рассказывала историю магии и возникновения их миров, а Майя – свою историю. Оказывается, когда она родилась, у её матери обнаружили аневризму. Отца она никогда не знала, тот умер почти сразу после рождения дочери. Спустя семь лет мама второй раз вышла замуж. После рождения сестры отчим сильно запил, и Лина (так звали её маму) попала в больницу. Ситуация с аневризмой резко ухудшилась, а пару месяцев назад она умерла. Отчим винил во всём девочек, часто избивал. Старшая всегда старалась принимать удар на себя.

— Боюсь, мне уже пора, — проговорила Майя. — А ты не сможешь пойти со мной?

— Нет, — жалобно протянула та. — Экзамен на повышение квалификации и прилагающееся к диплому разрешение на свободные перемещения я смогу получить только через несколько дней. А до этого никак нельзя покидать назначенное помещение.

— Хорошо. А можно мы продолжим общаться? — спросила девушка с надеждой в голосе.

— Даже нужно! — воскликнула Милисса. — Я не для того показывалась тебе, чтобы потом прерывать общение.

— Тогда я завтра ещё загляну и послезавтра тоже.

— Я буду ждать. Но перед уходом хочу дать тебе немного удачи. Ты не против?

— Н-нет. А как?

— Просто внимательно смотри, — фея улыбнулась ей и начала плести заклинание. Для своей сестры она сделала линии магии видимыми. Всё пространство слегка подсвечивалось. Она начала собирать в нить рассеянную в пространстве магию. В её руках она обретала форму и золотистое свечение.

— Обычно этого не видно и занимает всего пару секунд, но тебе я хочу показать. Это феи проходят в первые два десятилетия, учатся делать всё правильно.

Нить продолжала собираться и начала свиваться в клубок. В конце получился небольшой светящийся шарик. В руках десятисантиметровой феи он выглядел как волейбольный мяч у человека. Она аккуратно подняла его и отпустила, направляя в сторону Майи. Он прикоснулся к ней и впитался под кожу.

— Готово, — по телу разливалось приятное тепло от использования сил. Девочка просияла.

— Спасибо большое! До завтра, — она тепло улыбнулась и убежала.