Вольная кошка

- Мы - вольные кошки, мы живём в подвалах, питаемся на улицах и ходим в туалет где хотим. Когда-то я была домашней - уютно, тепло и за едой не нужно бегать, но никакой свободы - на улицу не выпускают, в туалет только в лоток. А как услышала, что меня хотят стерилизовать, юркнула в открытую дверь и убежала, - рассказывала моя мама прежде, чем нас покинуть.

Нас - это троих котят. К моменту, когда мама нас покинула, мы уже умели находить еду на помойках и ловить насекомых - мух, бабочек и кузнечиков. Кузнечики, впрочем, невкусные, поэтому их мы никогда не ели, зато играть с ними было весело, - они так забавно прыгали. Иногда мама приносила нам ещё живых мышей и с ними мы тоже играли, а потом ели, а один раз принесла птичку - вот это была настоящая вкуснятина! От этих воспоминаний мой рот наполнился слюной и я почувствовала острый приступ голода. Мои брат и сестра куда-то исчезли вслед за матерью и я осталась одна на нашем насиженном месте в подвале. Кроме голода я ощущала сильную тоску. Пришла пора выбираться из подвала.

Я вышла через решетчатое окно. Это был мой первый самостоятельный выход в свет. Я отправилась на знакомую помойку, но на ней уже вовсю орудовал огромный рыжий кот.

- Шшшшш, - зашипел он на меня, - это моя помойка.

- Мы раньше всегда здесь питались.

- Ничего не знаю, - это моя помойка, шшшшш.

Последнее "шшшшш" кот произнес медленно надвигаясь на меня и то и дело поднимая правую переднюю лапу.

Я предпочла удрать. Перебегая через проезжую часть улицы я услышала жуткий визг тормозов - я забыла посмотреть по сторонам и чуть не угодила под колеса автомобиля.

Перебежав дорогу я очутилась на газоне. Я увидела летевшую бабочку, растянулась на траве и стала ждать чтоб бабочка подлетела поближе. Бабочка подлетела и присела на цветок прямо перед моим носом. Я прыгнула и прижала бабочку к земле передними лапами. Ура! Поймала! Сейчас сьем! Не успела я порадоваться улову, как услышала громкий лай. Прямо на мене неслась огромная псина. Я бросилась в подвал. Собачьи зубы щёлкнули возле решетчатого окна, но я была уже по другую сторону решетки. Собака начала скулить, лаять и царапать лапой по решетке. Не существует в мире более противных звуков, чем собачий лай. Ненавижу собак.

Есть хотелось нестерпимо. Выйти из подвала в мир, в котором меня поджидает столько опасностей, было страшно. Но голод не тетка. Я вышла из подвала и увидела Его. Он шел и ел хотдог с вкуснющей сосиской, которая, как мне казалось, пахла на всю улицу. Я подбежала к нему и жалобно мяукнула.

- Ты есть хочешь, бедненький? - спросил Он.

У него был очень приятный голос.

- Мяу, - ответила я.

Он вынул из хот-дога сосиску и бросил к моим лапам. Я схватила сосиску зубами, юркнула с ней в подвал и услышала Его смех. Его смех был тоже приятен моим ушам.

Следующим утром я услышала как Он вышел из подъезда. Его шаги я не спутаю ни с какими другими. Он положил перед окном подвала салфетку с нарезанной кубиками колбасой. Я вышла и начала есть. Он хотел меня погладить, но я не была готова к таким интимным ласкам и сразу юркнула в подвал. Он засмеялся и сказал:

- Боишься меня? Я не причиню тебе вреда.

Я сидела у окна в подвале пока Он не ушел. Когда Он ушел я вышла из подвала и хотела съесть колбасу, но откуда ни возьмись появился вчерашний рыжий кот и стал уплетать мою колбасу. Слезы обиды душили меня. Это моя колбаса, Он принес ее мне, зря я не позволила Ему себя погладить.

Весь день я просидела в подвале, смотрела в окно и ждала Его. И Он пришел не с пустыми руками. Он принес мне пакетик специального кошачьего корма, невероятно вкусного. В этот раз он уже не пытался меня погладить, пока я ела, а просто стоял рядом. Я ела очень быстро, боялась, что Он уйдет и снова появится рыжий кот.

Он приносил мне еду каждый день утром и вечером на протяжении пяти дней. На шестой день Он присел и протянул мне свою руку. Я решилась. Я подошла к его руке и обнюхала ее. Рука вкусно пахла колбасой. Я потерлась щекой о его руку, теперь Он моя собственность, Он только мой. Он осторожно меня погладил. Какое же это было блаженство! Я замурлыкала от удовольствия.

- Пойдешь ко мне? Будешь со мной жить? - спросил Он.

- Мур-р-р, - ответила я.

Он взял меня на руки, прижал к себе и понес в подъезд. У Него было очень приятное тело - мягкое и теплое. А запах! Как восхитительно от него пахло!

Он жил на втором этаже. Открыв дверь ключём и переступив порог Он поставил меня на пол. Я сразу же начала все обнюхивать и осматривать. Первым делом пошла туда, откуда пахло едой - на кухню. Бегло осмотрев и обнюхав помещение, я потерлась о стены и ножки стола.

- Ты пока тут привыкай, а я в зоомагазин заеду, куплю тебе все необходимое, - сказал Он.

- Мур-р-р, - ответила я и потерлась о его ноги.

Он ласково почесал меня за ушком. Это было очень приятно.

Кроме кухни в квартире оказалось две жилые комнаты, ванная и туалет (это я позже узнала, что эти помещения именно так называются).

Он вернулся с мисками, кормом, лотком, наполнителем для лотка, когтеточкой и клеткой-переноской. Я встретила его радостным мурлыканьем. Он наполнил одну миску кормом, вторую - водой и позвал меня:

- Кис-кис-кис, я тебе корм купил, специальный - для котят.

Я подошла, благодарно потерлась о его ноги, и начала смаковать корм - теперь мне не нужно было спешить с едой, здесь не было конкурентов, угрожающих моему спокойствию.

- Как же мне назвать тебя? Черный, как сажа, будешь Черныш.

Он почему-то решил, что я кот, а не кошка. Он присел возле меня, начал меня гладить и ласково приговаривать:

- Черныш, Черныш, теперь ты мой Черныш.

После того как я поела, он поставил лоток в туалете, насыпал в лоток наполнитель, взял меня на руки и поставил в лоток, приговаривая:

- Это твой туалет, Черныш.

Я сделала свое маленькое дело в лоток, чтобы он понял, что я усвоила назначение лотка.

- Молодец, Черныш, сообразительный, - радостно воскликнул Он и погладил меня.

Потом Он лег на диван и начал что-то читать в своем телефоне, а я запрыгнула на диван и устроилась у него на животе - тепло, мягко и уютно. Иногда Он отрывался от телефона и ласково почесывал меня за ушком, я благодарно мурлыкала в ответ.

Вечером, когда за окном начало темнеть и Он задвинул шторы и включил люстру раздался резкий звонок со стороны входной двери. На всякий случай я спряталась за диван. Я услышала как Он открыл дверь и в квартиру кто-то вошел. Я вылезла из-за дивана и аккуратно, так, чтоб меня не заметили, высунула голову в коридор. Мне было интересно кто пришел, но немного страшно.

Наш посетитель оказался мужчиной с огромным пакетом, в котором что-то звенело. Мужчины поздоровались за руки и посетитель сказал:

- Традиционное субботнее пивопитие объявляю открытым.

Мужчины пошли на кухню. Я слышала какой-то звон, шуршание и обрывки разговора, но заглянуть на кухню не решалась.

- Я сегодня котенка на улице подобрал, - сказал Он.

- Ну ты даёшь, Михаил, с этими животными в доме столько проблем, - сказал посетитель.

Теперь я знала Его имя - Михаил.

- Он был голодный и так жалобно мяукал, что мне его жалко стало.

- Покажи находку.

- Черныш, Кис-кис-кис, Черныш, - позвал меня Михаил.

Едва перебирая лапками я подошла ко входу на кухню и заглянула. На столе стояли какие-то бутылки, стаканы и тарелки, мужчины сидели за столом. Михаил встал и взял меня на руки.

- А ты уверен что это кот, а не кошка? - спросил посетитель.

Михаил задумался.

- Не уверен, я в этом не разбираюсь.

Дай его мне. Посетитель забрал меня из рук Михаила. Я предупреждающе зашипела.

- Смотри, огрызается, - прокомментировал мое шипение посетитель, сел на стул и бесцеремонно перевернул меня на спину на своих коленях.

- Это девка, - вынес вердикт осматривавший.

- Ты уверен?

- Уверен, но если хочешь, свози ее завтра к ветеринару, там точно определят, а ещё осмотрят все ли со здоровьем в порядке.

Михаил насыпал мне в миску корм, я поела, сходила в лоток и пошла спать в спальню на кровать. Через некоторое время в спальню пришел Михаил и улёгся рядом со мной. Я перешла спать к Михаилу в ноги, возле лица неприятно пахло пивом.

Утром мы поехали к ветеринару. Михаил посадил меня в переноску и поставил переноску на переднее сиденье. Мне не нравилось пребывание в таком тесном пространстве да и неприятно потряхивало в дороге, но я мужественно терпела.

Ветеринар осмотрел меня, подтвердил мой женский пол и сказал, что нужно сделать прививки и обработать от паразитов. Мне пришлось все это вытерпеть, зато когда мы вернулись, Михаил улёгся на диван и я снова устроилась на нем сверху.

- Чернышка моя, Чернышечка, - бормотал Михаил, поглаживая меня и почесывая мне шейку.

Это были часы блаженства. На ночь мы перешли в спальню, от Михаила уже не пахло пивом и я спала у него под боком. А утром Михаил встал, быстро собрался и куда-то ушел.

Я почувствовала пустоту и скуку. От нечего делать я запрыгнула на полку, на которой стояли какие-то предметы неизвестного мне назначения. Я потрогала лапкой один из предметов, он соскользнул с полки и полетел вниз, я завороженно следила за полетом. Предмет упал и разбился на части. Мне понравилось. Я начала по одному сбрасывать все, что было на полке, не все предметы разбивались, некоторые после падения оставались в первозданном виде, но мне все равно нравилось наблюдать их полет. Когда на полке ничего не осталось, мне снова стало скучно и я решила залезть повыше по шторе. На середине моего восхождения штора рухнула вниз. Я испугалась и залезла под диван. Сидеть под диваном было тоскливо, я вылезла и запрыгнула на подоконник.

Я села на подоконник и посмотрела в окно. За окном жизнерадостно летали и щебетали птички. Я задумалась, правильный ли я выбор сделала. Да, на улице опасно, но здесь скучно без Михаила. На улице я никакая не вольная кошка, а зажатая в тиски между другими котами и собаками, здесь вся квартира в моём распоряжении, но невыносимо скучно. Никакой свободы не существует, существует лишь выбор между страхом и скукой. Размышляя таким образом, я задремала и проспала до возвращения Михаила.

- Что ты наделала, Чернышка! - ругал меня Михаил, - я понимаю, что тебе скучно дома одной, но я не могу не ходить на работу, мне будет не за что покупать тебе корм!

Я потерлась о его ноги, он ласково потрепал меня за холку.

- Нахулиганила, а теперь подлизыааешься?

- Мяу, - ответила я на вопрос.

Пять дней подряд Михаил уходил утром на работу и возвращался вечером. В отсутствие Михаила я больше не безобразничала, а мирно ложилась спать. Я научилась пользоваться не только лотком, но и когтеточкой.

На шестой день Михаил отлучился ненадолго в магазин, а остальное время был дома. Мы с ним немного поиграли "в пылесос" - он пылесосил квартиру, а я шипела и нападала на щётку. Охотится в квартире мне было не на кого, кроме пылесоса. После уборки мы полежали на диване, а вечером пришел посетитель, с которым Михаил пил пиво, из разговора я поняла, что его зовут Олег.

Потянулись однообразные дни. Михаил ходил на работу, на выходных мы вместе отдыхали, по субботам приходил Олег с пивом. К Олегу я привыкла и позволяла ему себя гладить и чесать за ушком.

В один далеко не прекрасный день, когда я стала размером почти со взрослую кошку, я почувствовала дискомфорт в низу живота. Я не понимала, что со мной происходит, ходила по квартире и жалобно мяукала. Мне ужасно хотелось выйти на улицу, не смотря на подстерегающие там опасности. Немного легче мне становилось от поглаживаний Михаила. И я терлась об его ноги, а когда он наклонялся меня погладить переворачивалась на спину, чтоб он почесал мне живот. От этого мне ненадолго становилось легче. Но Михаил ушел на работу и я осталась одна. Дискомфорт мешал мне уснуть и я ходила по квартире и орала.

Вечером Михаил пришел с работы и сказал:

- Соседи жаловались, что ты весь день кричала, может ты заболела? Давай поедем к ветеринару.

Ветеринар осмотрел меня, измерил температуру и сказал, что я абсолютно здорова, у меня просто эструс и единственный способ мне помочь - это стерилизация. Я вспомнила свою маму, сбежавшую от стерилизации. Нет, я не хочу повторить ее судьбу, не хочу приводить котят в мир, где нет свободы, а есть только выбор между опасностью и скукой.

Стерилизация оказалась совсем не страшной процедурой. Мне сделали укол и я заснула, а проснулась уже дома, в квартире Михаила. Но дальше начались мучения. Во-первых, на меня надели какую-то штуку, которая мешала мне нормально ходить и проводить гигиенические процедуры. Во-вторых, у меня болел живот - не так, как во время эструса тянущей болью, боль была острой и режущей. Намного легче мне становилось после того, как Михаил делал укол. Михаил почему-то не ушел на работу и я удобно устроилась у него на животе. Вдруг зазвонил телефон Михаила. Михаил произнес в трубку:

- Я же в отпуске... Нет, я не могу выйти, у меня кошка после операции нуждается в уходе.

Когда Михаил положил телефон на тумбочку, я благодарно лизнула его в нос.

Через несколько дней боль прошла, Михаил снял с меня мешающую мне ходить и умываться попону и жизнь вошла в привычную колею.

Однако, привычный ритм продержался недолго. Началось все с того, что Михаил стал позже приходить с работы и куда-то пропадать на выходных. А потом он привел в дом Ее. Когда они вместе вошли в квартиру первый раз, я спряталась за диван. От нее исходил такой сильный неприятный запах, что я чувствовала его даже за диваном.

Пошуршав одеждой в коридоре, они прошли на кухню.

- Подожди, мне нужно сначала кошку покормить, - сказал Михаил и позвал меня, - Чернышка, кис-кис-кис.

Я вылезла из-под дивана и направилась в сторону кухни.

- Ты не говорил, что у тебя есть кошка, у меня аллергия на животных, - ответила она.

Я замерла у входа в кухню. Михаил меня увидел и возникла неловкая пауза. Михаил насыпал корм в миску и налил воды в другую миску, потом взял обе миски и отнес в гостиную.

- Чернышка, кис-кис-кис, сегодня ты будешь ужинать здесь.

Я вернулась обратно в гостиную. Через некоторое время Михаил с Ней отправились в спальню и закрыли дверь. Мне было грустно. Я подошла к двери в спальню - сначала оттуда слышался какой-то странный шум, потом - голос Михаила:

- Я люблю тебя, и хочу, чтоб мы жили вместе.

- Я тоже люблю тебя, но я не могу жить с животными.

- Я не знаю что мне делать, Чернышку я подобрал маленьким котёнком и она привязалась ко мне и я к ней.

- Тогда давай пока просто встречаться, пока ты не пристроить кошку в добрые руки или в приют.

Мои глаза наполнились слезами. "В добрые руки или в приют!" Я даже не знаю как описать насколько мне было больно и обидно. Я вышла в прихожую, увидела Ее сумку и начала драть ее когтями вместо когтеточки. Потом сходила по-маленькому в Ее ботинки вместо лотка. От этого мне стало легче. Месть - это сладкое чувство и я с удовольствием его вкусила.

Сначала из спальни вышел Михаил и направился на кухню. Я спряталась в гостиной за диваном. Потом я услышала Ее шаги. Шаги направлялись в прихожую. В след за шагами я услышала громкий вопль. На вопль прибежал Михаил.

- Что случилось?

- Посмотри, она порвала мою сумку и нагадила в ботинки.

- Странно, раньше она никогда такого не делала. Не волнуйся, я куплю тебе новые.

- А сейчас мне что надеть?

- Сейчас съезжу в магазин и куплю. Какой у тебя размер обуви?

- Тридцать восьмой.

Я услышала как хлопнула входная дверь - Михаил покинул квартиру. Я сидела за диваном и размышляла о том, что не хочу ни в "добрые руки" ни в приют. Навряд ли я полюблю кого-нибудь ещё как Михаила. Но он полюбил Ее. Пусть будет счастлив с Ней. А мне лучше уйти на улицу. Судьбу своей матери я не повторю - после стерилизации у меня не может быть котят. А опасности меня уже не пугают, жизнь без Михаила потеряла для меня ценность и смысл. Я уйду сама, не хочу, чтоб он мучался чувством вины по отношению ко мне, пусть ничего не омрачает его счастья. Я благодарна ему за все, что он для меня сделал.

Я подошла к входной двери, встала на задние лапы, передними упёрлась в дверь и заорала самым противным воплем, на который была способна.

- На улицу хочешь? - спросила Она, подойдя к двери, - сейчас тебя выпущу.

Она открыла входную дверь и я вышла в подъезд. Около двери подъезда мне пришлось задержаться и подождать, пока не вышел сосед. Сосед открыл дверь и я быстро выскочила на улицу. Я - вольная кошка.