Ворчун

ВОРЧУН

Незаметно подошел к концу короткий отпуск. Пора было возвращаться туда, где война, где боевые товарищи, где иная реальность.

Сергей сидел на кухне, что-то бормоча себе под нос и тщетно пытаясь засунуть в рюкзак коробку с подарками для своих бойцов. Коробка была не стандартная и никак не хотела разместиться в том положении, какое ему было нужно, это его раздражало и злило.

На кухню вошла Варя.

- Чего ты всё ворчишь? мягко, с улыбкой спросила она, - Тебе вон даже позывной Ворчун дали.

- Никто мне его не давал, я сам придумал, - отмахнулся он.

- Аааа, ну это в корне меняет дело, - засмеялась Варя.

Сергей с досадой выдернул коробку из рюкзака, вытряхнул содержимое в пакет и отбросил её в сторону, упаковав пакет в рюкзак.

- Ну вот, так-то лучше будет, - закурил сигарету и вышел на балкон. Внимание его привлëк рыжий кот, сидевший на лавке во дворе. Какой-то теплотой наполнилось сердце. Вспомнился Кит, оставшийся на позиции.

- Как он там сейчас? Жив ли? Не убежал куда?

Кита крохотным рыженьким котёнком Ворчун подобрал на передовой. Принёс в блиндаж, выходил, вынянчил, кормил с ложечки и души в нём не чаял. Кот платил ему за это той же монетой, став преданным другом, конечно, за исключением случаев свойственного всем усатым кошачьего пофигизма. Мысли его снова вернулись к Варе.

- Сколько мы с ней? Такое ощущение, что с самого рождения. Сколько всего пережито вместе и хорошего, и плохого. Варя была больше, чем жена, она была и другом, и соратником, который в любых ситуациях рядом с тобой, плечом к плечу. Она была рядом, когда он, будучи не в ладах с законом, мотался по изоляторам и пересылкам, когда гонял боевиков в горах Кавказа, и вот когда он уже год без малого воюет на Украине, она опять рядом. Безропотно, терпеливо и неотступно следует за ним, несмотря на все его выходки и закидоны. Да, наверное, вот такими и были жëны декабристов. Вслух, конечно, он этого не сказал ей, считая подобное проявлением слабости

Погасив окурок, он ещё раз выглянул с балкона, рыжий куда-то исчез, он прикрыл форточку и вернулся к незавершённому делу.

Относительную тишину привокзальной площади разрезал гудок тепловоза. Из темноты выскочили его глаза-фары, освещая стальные нити путей. Тяжело вздыхая и шумя, как нагруженный поклажей Мерин, он неспешно подкатил к перрону пассажирские вагоны.

Пора было прощаться. Сергей закинул рюкзак в тамбур, вернулся к Варе, взял её голову в ладони и внимательно посмотрел в её умные, спокойные и полные нежности глаза, поцеловал её и произнёс

- Не переживай, всё будет хорошо.

Варя чуть отвернулась, смахнула платком навернувшиеся на глаза слëзы и тихо сказала

- Пусть Бог хранит тебя.

Поезд тронулся. Разместившись на нижней полке плацкартного вагона, Ворчун отстранённо наблюдал, как проплывали за окном вокзал, перрон, станция депо и исчезали в густом ночном сумраке до тех пор, пока кромешная мгла не поглотила всё, оставив только чёрный зев окна.

Он уже всеми мыслями был там на войне со своими боевыми товарищами.

- Как там Физрук, Фокс, Шаман, Белый Ставр, - думал он, - Как там мой Кит.........

Темнело. УрАЛ нырнул под куст огромной ивы, рыкнул и затих. Из кабины выглянул водитель, всегда весёлый и беззаботный Ингуш, задорно объявил: Дамы и господа, наш самолёт произвёл посадку в аэропорту "Грядки", температура за бортом плюс двадцать шесть градусов. Командир корабля и экипаж прощаются с Вами. Прошу Вас не оставаться на своих местах и не ждать приглашения к выходу. Отрывайте свои жопы и выметайтесь ко всем чертям."

Спрыгнул с подножки и бойко зашагал к заднему борту, привычно откинув задвижки. Опустил его и уже другим тоном по-хозяйски распорядился: "Давайте живее, парни, ждать не буду. У вас три минуты. С Баку передали 13-13 с Севера 10, надо успеть поле пройти".

Команда 13-13 означала появление БПЛА противника с севера, время подлёта 10 минут. Нужно было успеть миновать открытый участок, где большая машина как на ладони, даже в темноте.

Бойцы дружно спохватились и выскакивали с кузова один за другим, хватая вещи, что были под рукой. Свои или чужие, разбираться некогда. Потом отыщутся хозяева, никто чужого не возьмёт.

Ворчун спрыгнул на землю. Огляделся по сторонам, пытаясь разглядеть в темноте знакомые лица.

Ворчун! Дорогогооой! С приездом, как я рад тебя видеть, дружище! - кинулся обниматься Фокс. Его радость, даже ликование были совершенно искренни.

Стоявшие чуть поодаль Физрук и Шаман переглянулись. Они-то догадывались, что причиной такого дикого восторга было отнюдь не возвращение любимого командира. Истинная причина была в другом.

Ворчун, убывая в отпуск, оставил на попечение Фокса своего рыжего любимца Кита. Перед отъездом, приказал последнему холить и лелеять животное, как самоë себя. Намекнув при этом, если с котёнком, не дай бог, что случится, то опекуна ждёт крайне незавидная участь.

Фоксу, не имевшему до того большого опыта ухода за животными, приходилось несладко. Кит, к тому времени уже изрядно подросший, не давал опекуну покоя ни днём, ни ночью. Быстро усвоив диспозицию, поняв, что хозяина, которого любил и слушался рядом нет, он стал буквально изгаляться над своим попечителем. Рыжая бестия кинулась во все тяжкие. Он смекнул, что в соседних блиндажах тоже живут люди, которые участливо его подкармливают и балуют. Принял это как должное и взял за обыкновение шарохаться по всем окопам от опорника к опорнику в поисках угощения.

Что только не предпринимал, измучавшийся в конец Фокс. Он и подпирал полог на входе в блиндаж, и сооружал в проходе баррикады из снарядных ящиков. Ничего не помогало. Котёнок каким-то образом умудрялся выбраться и убежать. Не раз и не два ночью бойцы, возвращаясь с боевых постов, заставали Фокса лазающим по окопам, лисьим норам и блиндажам. Он, подсвечивая себе синим огоньком армейской подсветки, пытался отыскать этого паразита и вернуть в родные пенаты. Бывало, бойцы сами приносили странствующего пилигрима с соседних опорников, и даже с соседних рот. Следом за Фоксом подошли, поздоровались и обнялись Физрук, Шаман, оказавшиеся рядом Север, Леший, Белый.

- Ворчун, ты привёз мне капканов? - нетерпеливо поинтересовался Леший. Охотник до мозга костей, он заказал тому капканов, планируя устроить охоту на одолевших блиндажи крыс.

- Да не было таких размеров, каких ты просил, Леший, только на соболя, куда они крысе?

Газанул УрАЛ и выпустив столб дыма, как приведение растаял в темноте. Для всех оставалось загадкой, как в кромешной мгле, без света и приборов ночного видения, водители умудрялись найти дорогу в поле. А с учётом того, что в метре от обочины уже стояли взведённые ТМки, это представлялось и вовсе чем-то магическим, сродни фокусам Коперфильда.

- Ладно, парни, давайте весь бутор ко мне, а утром уже разберёмся!

Бойцы похватали, что кто мог и гуськом направились в сторону командирского блиндажа....

Автор: Сергей Байбородин.