Восхождение кровососа

Акацуки Коджо. Имя, звучащее прямиком из далёкого прошлого, когда слова «этти» и «гаремник» были для меня практически синонимами к «круто» и «качественно».

Много времени прошло с тех пор. Много воды утекло. Многое в моей жизни поменялось. И если спросить у меня, кем именно в моём представлении является сей персонаж, взятый из аниме с тонной фансервиса…

Идиот. Непрошибаемый, упёртый, тупой, абсурдно убеждённый моралист и эгоист. А ещё в каком-то смысле импотент. Или же жертва жестокой японской анимации, тут как посмотреть. Волею судьбы (или авторского произвола), на него вешается чуть ли не каждая встреченная девушка, некоторые из которых, порой, в довольно открытой форме говорят о том, что, как бы, совсем и не против возлечь в одну постель вот прямо сейчас… И прямо здесь. Где бы они не находились…

Но, разумеется, каждый раз, в самый решающий момент, что-то просто обязано было нарушить пикантный момент. Будь то тупость самого Коджо, стечение обстоятельств или внезапно решивший напасть на мир Легендарный-Монстр-Убийца-Богов.

Являющийся, по сути, сильнейшим существом в своём мире, этот индивид, откликающийся на словосочетание «Акацуки Коджо», умудрялся огребать от любого встречного, а также попадал под контроль буквально любого внезапно вылезшего недо-злодея.

Смех, да и только. Смешно было и мне. До сегодняшнего дня, по крайней мере.

Ведь смеяться можно разве что истерически, когда объектом твоего же высмеивания становишься ты сам. Ну или ты просто шизофреник, но таковым я себя пока не считал.

— Ндам-с. И как я до жизни-то такой вообще докатился? – глубокомысленно изрёк я, с мудрым видом подперев ладонью подбородок.

Читать обо всяких там японских школьниках, внезапно попавших в другой мир это, конечно, бывает интересно, но… Как мне реагировать на то, что я сам стал таким вот «внезапным попадуном» - я пока не знал.

И ведь я вот вообще не помнил, как именно попал в этот мир. Последнее моё воспоминание совсем не вяжется с переселением в другой мир. Словно кто-то попросту вырезал события между «до» и «после». Но, должен признать, кто бы это ни сделал, получилось у него на славу. Я даже сначала и не понял.

Вот просто идёшь-идёшь себе в магазин за молоком по поручению милой младшей сестрёнки, и бац! В голове возникает мысль: «Да я же, мать его, попаданец!». Ага, каждый день так за молоком хожу.

Вот я и сидел сейчас в зале, по совместительству являющемся ещё и кухней в нашей с Нагисой (той самой милой младшей сестрёнкой) квартирке, гипнотизируя стоящую на столе бутылку молока взглядом, преисполненным самых глубоких и высокоинтеллектуальных мыслей.

Получалось, к слову, не очень.

— Ты чего это, братик? Выглядишь жутко, – о чём мне незамедлительно решили сообщить, ещё и состроив умилительно-пренебрежительное личико.

— Да так… думаю о высоком.

Если искать во всём произошедшем плюсы, то… Получается, гарему быть? А как иначе, когда сама природа твоей силы предполагает наличие целых 12-ти партнёрш? Или жертв укуса, не суть важно.

А силушка в положении Акацуки Коджо была нужна. Ну, получается теперь в моём положении, ведь с недавних пор Акацуки Коджо – это я. Как бы печально это ни звучало.

— О высоком? – Нагиса подняла головку. – Думаешь, стоит поменять потолок?

— Мой – возможно. Крыша явно начинает подтекать…

— Не ври, братец. Я убиралась недавно в твоей комнате – всё там сухо, – не поняв моей души философа, меня одарили осуждающим взглядом. – И, между прочим, этим должен заниматься ты, а не ждать, пока весь этот бардак придётся разгребать твоей восхитительной младшей сестре, – носик Нагисы гордо вздёрнулся вверх. – Либо журнальчики свои прячь получше. Извращенец… – последнюю часть девочка уже прошептала, смущённая собственным спичем и его завершением.

Ох… Это же ведь то самое, очередное японское клише? Бог Всевышний, порно журналы! И это-то в эпоху, когда вполне себе спокойненько существует самый настоящий искусственный плавучий остров посреди Тихого океана, а технологии граничат пополам с магией.

Святой абсурд…

— Впредь постараюсь больше не беспокоить по таким пустякам свою очаровательную младшую сестрёнку. Считай, что с этого момента я вообще другой человек. – кивнул я, как мне казалось, довольно убедительно.

— То-то же.

Вот я и заработал себе адекватную причину резкого изменения в характере, ради чего мне пришлось одурачить мою милую, наивную младшую сестрёнку. А изменения действительно будут серьёзные и я не намерен их скрывать.

Пусть мне и досталась память оригинального Коджо, но… какими-то обрывками. Да и состояла она сугубо из сухих наборов образов, событий и картинок. Хотя чужой жизненный опыт, помещённый в твою голову, всё равно не может просто бесследно раствориться. Боюсь, теперь я нечто среднее между мной-прежним и персонажем из бурятского мультика – Акацуки Коджо.

Соответственно, и свою младшую сестру, собственно, сестрой, я считал весьма условно. В прошлой жизни-то у меня сестры не было, как и брата, поэтому опыт подобных взаимоотношений у меня есть лишь из той самой памяти Коджо. Который ещё и выглядит как набор «битых» картинок, ага.

Так что и вопрос того, как мне относиться к Нагисе, тоже был открытым.

К слову, память Коджо досталась мне именно в том виде, в котором она у него была в момент моего подселения. То есть с затёртыми событиями, что были связаны с Авророй Флорестиной – предыдущим Четвёртым Носферату и той, кто и одарила силушкой богатырской… то есть вампирской, нашего бравого героя.

Вот только тот я, что Акацуки Коджо не являлся, отлично помнил всю подноготную с экрана своего монитора. Что создавало довольно странный диссонанс, но, в общем-то, терпимо.

Итак, первым делом я решил прогнать в воспоминаниях общий сюжет на ближайшее будущее. То, что острову звиздец – это понятно. Сложно представить иное положение дел, когда количество «Оружия из Эпохи Богов» на квадратный километр больше, чем количество здравомыслящих людей. Что было бы верно уже в случае, когда количество такого оружия начиналось от единицы.

Но оставим мысли о грустном. Сюжет. Завязан он на том, как Акацуки Коджо – то есть я – становится настоящим Четвёртым Носферату, одним из истинных вампиров. Для чего ему необходимо пить кровь красивых девушек, каждая из которых единично разблокирует ему доступ к одному из 12-ти фамильяров. Вполне очевидно, что всё не может быть настолько радужно и мирно, из-за чего в том, что с весьма большой натяжкой можно назвать сюжетом, периодически появляются события локального апокалипсиса, так или иначе грозящие острову Итогами, где я и находился, уничтожением.

Чего я, разумеется, не хотел. Хотелось мне жить долго, счастливо, ещё и крайне желательно в окружении 12-ти прелестниц женского пола. Но я снова отвлёкся.

Остров Итогами – буквально рассадник нечисти и всякого рода мифологического оружия древности. Оно и не удивительно, учитывая то, что сам по себе остров был построен как раз для того, чтобы все, кто не является людьми, могли жить на нём не подвергаясь гонениям. Пусть и под постоянным присмотром и нося стильные браслеты, регистрирующие любое проявление магической активности.

Жили на нём и люди, разумеется, но лишь те, кто против «нелюдей» не испытывал каких-то особых предрассудков. Взамен на толерантность житель острова Итогами получал, фактически, все блага одного из самых высокоразвитых в плане технологий города. Или страны, что тоже было верно. В конце концов Итогами был обособлен от остальных стран, пусть официально и числился как часть Японии. Но те в случае, если запахнет жареным, легко могут от него отказаться.

Подводя итоги – мне нужно делать всё то же, что и оригинальному Коджо. Но поскольку я не желаю относить себя к числу Обычных Японских Школьников, не являюсь импотентом и не хочу систематически огребать при встрече с каждым злодеем… Мне придётся делать всё то же самое, но только лучше и качественнее!

Раз плюнуть.

Но для начала мне нужно было лишиться так называемой вампирской девственности, что и станет моим первым шагом к завоеванию всего мира и организации настоящего гарема. А что-то меньшее ставить себе целью смысла особого не имело. Попаданец я, или погулять вышел?

Но в кого именно мне вонзить свои клыки? Если следовать каноничным событиям аниме, то уже скоро в моём окружении должна появиться одна любительница понаблюдать за ни в чём не повинным Носферату. Дождаться ли мне появления Юкины Химераги или же попытаться найти себе другую жертву? То есть верного соратника, разумеется.

Несмотря на то, что Акацуки Коджо имел далеко не самую заурядную внешность, да и сложен был вполне неплохо, возможная кандидатка, помимо той же Юкины, была всего одна. Айба Асаги – одноклассница Коджо и, можно сказать, его подруга детства.

Если отталкиваться сугубо от моих личных предпочтений, то Асаги выглядела куда как более приятным вариантом. Блондинка (пусть и крашенная), милая, стильная, влюблённая в Коджо (меня), с внушающей грудью… Ну ещё и потому, что та же Юкина… меня попросту бесила. Этому были причины, но сейчас не об этом.

Проблема была в том, что вряд ли Асаги вот так сразу даст себя укусить. Нет, сокрытие титула Носферату меня не волнует совершенно. Но это я. Асаги же, как мне подсказывает моя, несомненно, великая чуйка, вряд ли столь же просто сможет принять новые вводные.

— Н-да. Дилемма.

— Кончай уже разговаривать сам с собой, братик. Лучше иди ужинать, всё готово, – бросив на меня очередной суровый взгляд, Нагиса упёрла руки в бока.

Кстати, фартучек на ней смотрелся довольно миленько.

Нагиса вообще была милой девочкой. Невысокого роста, с чёрными короткими волосами, собранными в пучок на затылке. Карими глазами и аккуратным, миловидным личиком. Она в принципе выглядела миниатюрно, благодаря чему мне чуточку проще было воспринимать её как младшую сестрёнку.

Усевшись за стол, я начал лениво ковырять какое-то явно японское блюдо. Память Коджо услужливо подсказала, что сие продукт кулинарии назывался «кари».

— Слушай, Нагиса…

— Да?

— Как бы ты отреагировала, если бы я внезапно стал вампиром?

— Что? Ч-чего это ты вдруг задаёшь такие странные вопросы?

— Мне просто вдруг стало интересно.

В конце концов оба сегмента моих воспоминаний ясно помнят о страхе Акацуки Нагисы. Моя младшая сестра до панической одури боялась демонов, что было связано с давней травмой, связанной со случайным инцидентом, в котором были замешаны эти самые демоны.

— Н-ну… братик ведь всё ещё будет братик, даже если и перестанет быть человеком, верно? А братика я не боюсь, – начав не очень уверенно, к концу своего ответа Нагиса уже воспряла духом, закончив с гордыми нотками в голосе.

— Ясно. Я уже говорил, что ты прелесть, сестрёнка?

— Нет, – в её взгляде, кажется, снова появилось осуждение. – И было бы неплохо, если бы ты начал исправляться.

— Всенепременно. Нагиса, ты прелесть!

— Вот так-то. Хвали меня больше.

Может Нагису и тяпнуть? Хотя не… Это дело пусть и семейное, но всё же такой вариант лучше оставить на самый крайний случай.

Помимо прочего, было решительно непонятно, в каком именно временном промежутке сюжета я оказался. Коджо ещё точно не встретил свою наблюдательницу, а значит текущие события разворачиваются до первой серии аниме. Но насколько «до»?

Ещё и эта школа… Покончив с ужином и отправившись в свою комнату, я какими-то подсознательными, механическими движениями включил на телефоне уже установленный будильник, и только потом понял, для чего это вообще делаю.

Обучение в академии Сэйкай было, в большей степени, бесполезно. У меня уже было образование, которого вполне хватит на сведение «дебета с кредитом». Разве что мир Удара Крови был куда как более развит технологически, чем мой прошлый, да и существование магии должно оставить свой след в образовательной программе школьников. А поскольку знания никогда не бывают лишними, то и полностью бесполезным я своё бытие школьником назвать не мог.

Вот и получалось, что сейчас я мог лишь ходить в школу, да параллельно думать, у кого бы соснуть кровушки, чтобы перестать быть вампирским девственником. Попутно также можно попробовать устаканить весь тот сумбур, что творится в моей голове после столь тривиальной вещи, как внезапная смена мира проживания. И в случае, если с соображалкой у меня будет совсем плохо, попросту дождаться каноничного появления своей наблюдательницы.

Что ж, это уже звучит похоже на план.