Восхождение. По следам Древних

Восхождение – это не только история сражений. Путь созидания не менее важен, чем путь разрушения. Идет ли суровый воитель или искусный маг в бой без алхимических эликсиров?

Крафт – система мирного развития и глубокого взаимодействия игроков. Кроме алхимии, существует множество полезных ремесленных навыков. Не все предметы можно добыть в боях. Некоторые могут быть только созданы умелыми ремесленниками.

Не стоит забывать и про искусство. Показы мод в столицах королевств Реймли и Адария всякий раз поражают воображение. Недавно мы приступили к созданию и адаптации музыкальных тем для ряда локаций. Работы пока только начаты, но многие игроки высоко оценили наши труды.

Спешим уведомить: многие из примененных музыкальных произведений созданы не только для Восхождения, но и на инструментах Восхождения. В самом мире Восхождения!

Разве это не удивительно?

Разыщите свой путь развития. Ступайте по нему смело и вдохновенно. Чтобы достичь высочайших вершин!

- Сегодня у нас необычный урок, - высказал Стас, обращаясь к хмурым студентам. – Что может быть необычного в портрете? Вы же на четвертом курсе, много знаете-умеете-практикуете. Да?

- Да-а… - недружный хор голосов.

- Не слышу!

- Да-а! – слегка пободрее.

- Допустим, судари и сударыни всезнайки, вы и впрямь хорошо изучили предмет, - ни следа иронии в голосе куратора – не к добру. – Значит, новое задание вам непременно понравится. Инна, выйди к нам, пожалуйста.

- А…

- Э…

- И как нам с этим быть?..

- Ничего, что она в маске?

- Кто-то здесь недоволен? – а вот тут уже просачивается тонкий ручеек сарказма. – Недовольные могут пройти в ректорат. И там подать жалобу на мои методы преподавания. Не задерживаю.

Минутка гнетущего молчания. И злого сопения некоторых юных художников.

- Итак, все вы знаете, сколько костных выступов имеет лицо человека, - тон Стаса меняется на менторский. – Основных и вспомогательных.

- Череп? – вопрос-оговорка сбоку, от Полечки.

- Ли-цо, - по слогам, как для несмышленыша, повторяет преподаватель. – Да, представьте себе, лицо без черепа – это аномалия развития. Есть и другие аномалии, но мне бы сегодня не хотелось останавливаться на этом.

- Это унизительно, - визгливый выкрик.

- Кабинет ректора – в той стороне, - плавно указывает направление Стас. – Нет? Тогда молча разбираем станки, занимаем места и создаем портрет Инны.

- С маской? – сомнение в голосе Вадика, студента-платника.

- Разумеется, без, - с укоризной оглядывает ученика куратор. – Костные выступы на лице связаны между собой. Вы можете пройти по ним, как по линиям в созвездиях. И сопоставить полную картину звездного неба. Наша сегодняшняя модель так красива, что рядом с нею меркнут даже звезды. И, чтобы ее красота не затмила ваш разум, я попросил ее позировать в маске.

- Он типа учит составлять нас фотопортрет по неполному изображению? – шепчет Антон стоящему рядом Андрею.

«Два А» в группе довольно дружны. Вместе отбиваются от слабой половины (двух третей) группы, что особенно актуально на плэнерах, где никак не обойтись без вечерних посиделок с выпивкой. Иногда – с продолжением.

- Как вариант, - пожимает плечами Андрей. – Я лично не возражаю: полезный практический навык.

- Я хочу, чтобы вы написали портрет прекрасной девушки Инны с предельной точностью. Научились применять базовые навыки интуитивно. Видеть больше, чем показывают вам глаза. Уточнение: след на коже от маски будет лишним.

- Точный портрет? – Аню Потапову тоже проняло от осознания сложности задачи. – Прям точный?

- Ничего страшного, если вы не угадаете цвет помады, - с ухмылкой сделал поблажку куратор. – Фотографировать модель нельзя. Ближе, чем на метр, приближаться запрещаю. Приступайте.

Впервые за несколько месяцев Ника тоже несла свой холст к месту работы. Бормотания вот-вот смолкнут. Им на смену придут сухие, немного шуршащие звуки работы карандашом. Шелест бумаги: кое-то из их группы непременно делает сначала базовый эскиз на бумаге. Мягкие касания кистью…

Звуки магии живописи.

Сегодня она зашла в класс перед самым началом урока. Буквально протиснулась в проем закрывающейся двери. Всё потому, что сначала относила справку с выпиской из больницы в секретариат. Такое долгое отсутствие на занятиях следовало обосновать, и чем раньше, тем лучше.

С одногруппниками обмолвиться парой фраз она еще успела, как и получить «дежурный» поток гадостей от Полины. Словоизвержение вышло кратким, оттого не запоминающимся. Преподавательский хлопок по столу прервал выплеск эмоций от Рокитовой.

Реально рада ее возвращению была только Анюта. Лица остальных выражали разные степени наплевательства. Оля разве что спросила, всё ли с ней в порядке, раз так долго продержали на больничном. Краткого заверения: «Всё», - ей хватило.

Итак, холст 40x60 см, мелкозернистый, негрунтованный. Водрузила его на станок – вертикально. Задумалась.

Было у Ники стойкое ощущение, что урок предназначен исключительно для нее. И, возможно, для Анечки – та лучшая в портретах. Если не с точки зрения техничности, то в плане передачи характера модели. Но для Вероники – больше.

Видеть больше, чем показывают глаза… А под кожу заглянуть не надо? В душу залезть, как Стас любит… Нике почему-то живо вспомнилась поездка в детдом. Самая первая.

Инна. Стас всегда называет имена моделей. Бывает – нечасто – рассказывает что-то о них. Теперь вот затребовал написать голову, закрытую маской. Согласно анатомии, по костным выступам, основываясь на открытой верхней половине лица, осуществить эту задачу реально.

Тем паче, маска тканевая, а не картонная или пластиковая. Кое-что и с нею определить можно. Скажем, пропорции лица видны четко. Запрет на фото в целом логичен: современные технологии распознают черты даже «под прикрытием». Пара запросов к нейросети решит этот ребус, как нечего делать.

Но это неспортивно. Хотя тут не спорт… и даже не арена. Вероника уже ощутила прилив азарта. Задачка прелюбопытная. Необычная. Чуток заковыристая.

Но она может ее решить. А маска… Все носят маски. Так или иначе.

Оказалось, что легче сказать (подумать), чем воплотить. Судя по приглушенной ругани и мягким касаниям ластика-клячки холстов тут и там, проблемы возникли не только у Ники. Вскоре в студии пахнуло растворителем: Полина решила кардинально очистить свой холст.

Парни по очереди старались подкатить к модели. Стрельнуть телефончик, предложить добавиться в друзья в соцсети… Вадик предложил свидание в каком-то новомодном клубе. Всё, чтобы добыть фото Инны без маски.

- Просто подождите звонка, - хитренько рассмеялась Света. – Да проводите девушку. Рано или поздно она ее снимет.

Девушка на все предложения реагировала только движениями глаз. Ей явно было любопытно, но к любопытству примешивались нотки смущения и робости.

Стас на сей раз никуда не ушел. Он не вмешивался в попытки парней разговорить девушку. Видимо, предупредил ту заранее, что «раздолбаи и бестолочи» (конец цитаты) как-то так себя и поведут.

Сам куратор не притронулся к кистям и палитре. Он прохаживался по студии, осматривал холсты студентов. С каждым проходом все сильнее хмурился. Пару раз раздосадовано цокнул языком.

Явно ожидал большего от учащихся.

- Стоило единожды сломать вам шаблон, - под конец часа заявил преподаватель. – Как вы все посыпались. Инна, идемте. Я вас провожу. Вторую половину занятия они как-нибудь сами проведут. Из того, что я видел, им еще далеко до начала реальной работы над образом.

Так что весь второй час Ника делала карандашные наброски на бумаге. По памяти. В разных ракурсах: благо, успела обойти со всех сторон таинственную модель. И на корточки присела на предельно разрешенном расстоянии, чтобы линию челюсти оглядеть, насколько позволяла ткань.

Маска еще и черная – как черная дыра на светлом лице. Инна не слишком загорелая, кожа кажется фарфоровой. Юность модели бесспорна, так что хотя бы носогубные складки и «брыли» можно смело исключить. Но черный «сжирал» весь свет. А ведь свет – это невероятно важно для художника.

Допустим, она проработает анатомию. А как быть со светотенью с учетом этой черной дыры?

- Ань, задержись потом, - шепнула Вероника соседке. – Хочу кое-что спросить.

- О том, что ты пропустила из-за болезни? – встрепенулась Анюта. – Конечно. Не вопрос.

Причина была иной. Теорию уж как-нибудь по учебникам Ника в состоянии наверстать. Темы рисунков ей Анютины глазки передавали стабильно. Нет, другого хотела от подруги художница.

- Одолжишь смартфон? – попросила Вероника, когда остальные одногруппники утопали. – У тебя там хорошая камера.

- Э-э… на, держи, - хлопнула ресницами Потапова. – Что будешь фотать?

- Кого, - поправила Ника и указала на место модели. – Тебя. Садись. Лицо чуть левее. Еще, еще, стоп. Подбородок выше. Замри!

Щелчок встроенной фотокамеры заставил Аню вздрогнуть. И еще один – это Ника перешла к позиции соседки. Ей фото тоже будет полезно для работы.

- Стас же запретил? – округлила глазища она.

- Модель – да, - усмехнулась Ника. – Но ты – не она. Хорошо получилось. Сейчас, себе кадры перешлю.

Инна светло-русая, а Анна рыженькая. Но кожа по тону у них близка. Рыжие вообще частенько белокожие (кто-то с россыпью веснушек, кто-то без).

- У меня челюсть крупнее, - глянула снимок Аня. – И нос другой. И вообще… Так зачем?

- Свет, - дала отгадку Вероника.

- О-о-о, - с пониманием протянула Анюта. - Ты – голова! О головах – нет, я всё понимаю, но это даже для Стаса перебор. Угадай голову по пропорциям и костным выступам.

- Не угадай, - задумчиво возразила Ника. – Научись видеть.

И тут до нее дошло: куратор вольно или невольно решил «прокачать» у своих подопечных «взгляд истины». А ведь это неуникальное достижение в Восхождении…

Совпадение?

Под конец занятий художницу посетила еще одна светлая мысль. Ей нужно «увидеть» и воссоздать голову девушки на портрете. А что, если сначала ее вылепить? Или даже лучше – вытесать из камня?

Однажды она уже сумела пройти по этому пути. Опираясь на одно воображение и память о гравюре, она воспроизвела в двуцветной горной породе образы двух божеств Тионэи.

Убирая лишнее, обнажая под слоями камня живые образы… Что-то столь же искусное, как «Весталка в вуали» Рафаэля Монти ей не под силу создать. Но и не нужно.

В игровом мире у нее вообще-то целая гора в собственности. Там уйма камня. Можно вытесать по памяти (не зря же она столько бумаги перевела на эскизы) голову Инны в маске. Затем – резцом – снять с нее эту маску.

Если верить утверждению одного куратора, он же паладин по ту сторону виртуальности, память художника – как огромная библиотека. Лица людей, которые встречаются нам в течении жизни, память сохраняет в одну книгу. На отдельных страницах. Особенные лица – тех, кто чем-то запомнился – помечает «закладками».

Время и редкое «открытие» страниц могут смазать и даже затереть картинку. Но здесь-то времени прошло всего ничего.

С «открытым» в скульптурном виде лицом и примером светотени на Анином фото сложная задачка вмиг станет легким делом. И это не какой-то обманный путь. А вполне себе художественное решение.

Почему не в реальности? Так и гора в игре, и посредственные скульптурные навыки в Тионэе отчего-то легче применяются. Экономия времени и сил.

Что и было методично и по пунктам высказано дома двум пернатым. Ника развесила по клетке дольки моркови и листья салата, чтобы занять эти деловые клювасы. Поблагодарила их за понимание и содействие (видимо, в том, что станут грызть морковь вместо обоев). И отправилась реализовывать задумку.

В Восхождение.

- И вовсе я не потому сюда торопилась, - пробормотала Хэйт себе под нос, оказавшись на берегу Лазурного моря. – Что так и не разобрала призы за турнир. И никакой игровой зависимости у меня нет.

Там, кроме прочего, снова активизировалась Галка. Теперь беременной подруге казалось, что и ее родной супруг, и художница страдают от игромании. Это плохо-плохо, и чем дальше, тем опаснее… Вроде бы удалось успокоить Галю в разговоре. Но без гарантий: что «нашепчут» женщине гормоны на следующий день, предсказать невозможно.

На самом деле, Хэйт с ужасной силой тянуло в гномий банк. К призам за победу в турнире. Но, раз она пообещала себе, Галине и Стасу, что в ближайшее время приоритетной для нее будет учеба, надо соответствовать.

На форуме под ее победным видео настрочили больше ста страниц комментариев. Активнее всего обсуждали «шпильки». Косички из боя с эльфом-лучником тоже вспоминали. Задавались разными вопросами, строили теории…

Глава Ненависти там, конечно, не писала ничего. Пусть люди фантазируют, это вообще полезно. Но по отзывам пробежалась.

Особенно ей пришлось по вкусу сравнение уничтожения орка в третьем раунде со шматом мяса на разделочной доске. Скиллами «подсолили», «поперчили», а затем парой изящных украшений наделали в нем сквозных – и смертоносных – отверстий.

«Но, позвольте! Мясо кряхтело и мощно потело. Оно сопротивлялось разделке изо всех сил», - околокулинарные сравнения доставили художнице с развитым воображением несколько веселых минут.

Словом, публика оценила заключительный бой. Другие тоже, но финал финала стал просто вишенкой цвета крови на торте турнирной сетки. Ну, или шашлычком на шампуре. Сочным и поджаристым.

Еще и в храме Балеона ждала награда за задания от Гройда, верховного дознавателя Ордена.

«Всё такое вкусное», - мысленно облизнулась Хэйт.

Но отправилась не в банк и не в храм, а в манор. Реализовывать задумку с каменной головой таинственной модели. Там как раз следовало проконтролировать работы по обустройству каменоломни. И камней с пробной выработки набрать в качестве материала.

Она замуровалась – добровольно – в пещере. Глотнула полезной водички, пошепталась с Шерри. Как и другим своим крылатым, рассказала той, какая она замечательная.

А что? Там в описании питомца до сих пор есть скрытые свойства. Возможно, хозяйке нужно уровни поднять. Или статы. Но, быть может, дело в отношении? Есть личная репутация с неписями. Шерри – не вполне обычный питомец.

Если кто-то усомнится, что шепчущий ужас – личность (цифровая), то тут мы его и отпоем. Посмертно, разумеется. В общем, не стоило сбрасывать со счетов теорию с набором личной репутации с летающим маунтом.

Другая теория, скульптурная, подтвердилась практикой. Художница загубила пару работ, а после доверилась «видению руки». Маска оказалась успешно снята с каменного лица. Что означало – по ту сторону реальности больше нет преград в изображении девушки Инны.

Разве что спешить очень уж сильно не стоило. Знает она этих девчат и ребят: слижут ведь образ с ее портрета, как пить дать. Так что пусть помучаются. Она пока спокойно проработает верх, плечевой пояс и фон. Послушает стенания несчастных студиозусов.

А затем за один сеанс живописи закончит портрет. И заберет домой до отчетного показа. Спасибо Полине Рокитовой за прошлогоднее предупреждение: хранить картины в студии – это такая себе идея. Больше она по тем же граблям ходить не станет.

Там же, в пещере, Хэйт еще и подробный чертеж с размерами на решетку и цепь из эргиума оформила. Это уже нельзя было откладывать. Благодаря младшей из спасенных ушастеньких, кофейные деревца скоро дадут урожай. Зерна, если вспомнить слова мастера Виниса, долго не хранятся. Их нужно чуть ли не сразу с куста в обжарку отправлять.

Значит – спросить у Маськи, сможет ли она (сама или ее мануфактура) воплотить задумку. Если нет, то идти к кузнецам из местных. Начать с пройдохи Вальха из Крейнмера. Это который у мастера ремонтного дела Гэхарта то и дело берет «поносить» любимый молот. А наивные игроки по́том и кровью добиваются возвращения молоточка.

И уже после этого – банк с призами. А храм она оставила «на сладкое». Там точно должны много «вкусностей» отсыпать. И за эльфиек, и за «цветники». Еще и продолжение цепочки выдать грозились, то, что про Гнилой мор и опыты в потайной комнате Зеленого приюта…

- Не будем о грустном, - встряхнулась Хэйт. – Квестом так и так озадачат. Но зато и награды грех жаловаться.

Она обвела взором долину Умиротворения. Живой пример отменных наград от Ордена Балеона.

Обустроенный, цветущий уголок мира и покоя. Прибыльный: одни только травы стабильно приносят золото хозяйке манора. Прочие хозяйства пока лишь окупают траты на нужды жителей манора и его «апгрейды». Вино и кофе, если всё получится, поднимут планку доходов еще выше.

«И помогут Ненависти отстроить вольный город», - позволила себе минутку мечтаний художница. С живописным оазисом в пустыне, что разрастается и постепенно превращает безжизненную пустошь в цветущий сад. Со счастливыми жителями… И полной звонких монет казной.