Восхождение Василиска. Магическая Академия — 1

Внимание! Вся эта книга, от первого до последнего слова, вымысел. Все имена, события, люди, даты, факты — вымышлены. Большая часть медицинских, научных и прочих сведений — вымышлена и не имеет никакой связи с реальностью. Возможности, выносливость, прочность человеческого тела — преувеличены. Все совпадения абсолютно случайны.

— Опять спишь, Васька?

Раздавшийся над самым ухом приятный голос заставил меня приоткрыть один глаз. В резком свете люминесцентной лампы маячил стройный силуэт. Так и есть. Лена. Моя однокурсница и довольно милая девушка. Обычно я был совсем не прочь с ней поболтать, но только не сегодня.

— Ничего я не сплю, — буркнул я и вновь закрыл глаз. После физры спать хотелось просто невозможно. Вообще, я спорт уважаю. С детства хожу в самые разные секции: плавание, баскетбол, даже бокс… Но сегодня со мной явно было что-то не так: с самого утра ужасно хотелось спать, хотя лег вчера даже раньше обычного. Не знаю, может простудился или съел что-нибудь не то. Хотя живот не болит…

Наверное, это все тот кристалл… Нашел на обочине и не удержался — по старой мальчишеской привычке сунул в карман. Забавная вещица — фиолетовый, причудливо ограненный камень, в полупрозрачной глубине которого словно вспыхивают маленькие искры. Только вот, когда его подбирал, оцарапал палец. Не хватало еще занести какую-нибудь инфекцию. В медпункт что-ли сходить?

От размышлений меня вновь отвлек девичий голос — на этот раз не Лены, а ее подружки Вики:

— Он, и в самом деле, как кот — все время спит! Настоящий Васька!

И девчонки захихикали. Вообще, мне они нравились. Симпатичные и добрые, не зацикленные на новых моделях айфонов, брендовой одежде и прочей ерунде. Вот только порой бывают слишком шумными. И чересчур много смеются. Особенно надо мной. Эх, ну что с ними сделаешь? Мне оставалось только молча вздохнуть. По обыкновению, я занял парту в самом углу последнего ряда. Здесь можно было опустить голову на руки и немного вздремнуть, выпав из поля зрения преподавателей.

Ах да! Я же еще не представился. Что ж, давайте знакомиться. Мое имя Василий. Но все зовут меня Васькой. Даже не Васей! И порой это ужасно бесит: «Васька, Васька!», будто и в самом деле кошачья кличка. Но не будешь же требовать у ровесников, чтобы величали тебя Василием? Так ко мне только преподы моего универа обращаются. Когда… забывают фамилию.

Что? В каком университете я учусь? Не думаю, что его название многое вам скажет. Живу в небольшом городке, поступил на первый курс в местный филиал. Специальность — самая банальная и скучная, бухгалтер. Почему не на спортивный факультет? А его у нас и нет. Особой тяги к другим специальностям у меня не имелось, ехать в другой город было неохота, по баллам проходил сюда и… вот я здесь. История стара как мир и до боли знакома каждому второму провинциальному студенту.

Как вы понимаете, жаждой знаний я не горел. Поэтому, когда прозвенел звонок на пару, лишь завозился, устраиваясь поудобнее. Преподаватель монотонно бубнил у доски, прилежные студенты шуршали тетрадями и скрипели ручками, а не столь прилежные — смеялись и разговаривали. Все эти звуки сливались в один монотонный гул, который… который…

Незаметно для себя, я погрузился в глубокий сон.

Проснулся я резко, будто меня толкнули. Уже перемена? Подняв голову, зевнул и с хрустом потянулся, разминая затекшую спину. Хорошо выспался! Бодр и свеж, усталости как не бывало. Я открыл глаза и… закрыл их снова. Открыл. Закрыл. Потер кулаками. Потряс головой. Ничего не помогало, наваждение не думало пропадать. Я находился в совершенно другом месте! Еще совсем недавно сидел за исцарапанной крашенной партой в тесной аудитории, а теперь…

Больше всего это походило на комнату в студенческом общежитии. Но очень странную комнату. Вдоль одной из стен стояла двухъярусная деревянная кровать, заправленная меховыми одеялами. Напротив, в углу, разместился небольшой покосившийся шкаф. Рядом с ним притулился табурет с медным тазом. На полу стоял кувшин с водой. В другом углу пылилась пара чугунных гирь.

Сам я сидел на стуле с высокой спинкой за письменным столом, заваленным исписанными листами, нарисованными от руки схемами, толстыми книгами в кожаных переплетах. А еще тут была самая настоящая чернильница и целая куча заточенных перьев! Я такое раньше только в музеях видел. Но самый необычный предмет был у меня прямо под носом — большой фиолетовый кристалл на подставке из черного дерева. Похож на мой, только побольше. Его грани загадочно мерцали и, кажется, он даже светился. Хотя, пока я оторопело пялился на него, свечение окончательно угасло, и я уже не был уверен, не померещилось ли оно мне вовсе.

Напротив стола находилось единственное окно, через которое проникал мягкий утренний свет. Узкое и высокое, оно было забрано тонкой решеткой. И… все. Никакого пластикового стеклопакета. Лишь по обе стороны от оконного проема висели распахнутые деревянные створки. Прямо средневековье какое-то! Я с любопытством выглянул наружу, но увидел лишь кусочек сада: высокая нестриженая трава, густые кусты с розами, неизвестные мне растения. Залетавший внутрь теплый воздух приносил с собой цветочные ароматы и звонкое щебетание птиц. Окно находилось невысоко, на уровне первого этажа, но моя аудитория располагалась на втором…

Я что, все еще сплю? Чтобы проверить, ущипнул себя за ногу. Ай, больно! Разве мне не полагается от этого проснуться? Или я что-то путаю? И… что с моей ногой?! Она явно была какой-то не такой! Да и руки… В изумлении я уставился на свои ладони. Они что… стали меньше? Я точно помнил, что у меня не такие узкие ладони и тонкие пальцы! Да и сам я словно стал ниже ростом, уже в плечах и легче.

А еще эта странная одежда! Куда делись мои потрепанные и линялые, но такие удобные джинсы? Разношенные кроссовки, футболка с логотипом любимой рок-группы и толстый свитер (зима все-таки!)? Сейчас на мне было надето что-то вроде мантии: из плотной черной материи, окантованной золотистым шнуром и со странной круглой эмблемой на груди в виде пронзающей облака башни.

Вскочив на ноги, я покачнулся — голова слегка закружилась. Но вскоре все пришло в норму. Подойдя к висящему на стене зеркалу в простой деревянной оправе, увидел молодого парня, моего ровесника. Зеленые глаза, ярко-рыжие растрепанные волосы. Лицо самое обычное. Черты тонкие, но вполне себе мужественные. В общем, рожа есть, и на том спасибо. Но почему вообще моя внешность изменилась?!

Нет, это точно сон! Ну, конечно. А раз я это понимаю… то могу делать во сне все, что угодно! Ух, ты! Давно мечтал полетать как птица! Я растопырил руки и замахал ими на манер птичьих крыльев. Сейчас полечу! Вот сейчас…

— Кар-р-р!

Раздавшийся над ухом звук заставил меня подпрыгнуть на месте. Увы, эти жалкие несколько сантиметров над полом — все, на что я оказался способен. Этот звук… Неужели его издал я? Так вжился в роль, что даже закаркал?

— Кар-р-р!

Нет, это точно не я… Обернувшись на звук, я нос к носу (точнее нос к клюву) столкнулся с огромной белой вороной, сидящей на торчащей из стены жердочке. Птица, наклонив голову и повернув ко мне черный блестящий глаз, с интересом наблюдала за моими потугами.

— Ну, чего смотришь? — недовольно спросил ее я, — Не видишь, летать учусь… Помогла бы хоть советом что-ли. Ворона…

— Кхе-кхе. Извините, что вмешиваюсь в вашу беседу, но вообще-то Альбус — самец, — новый голос, прозвучавший еще ближе, словно бы в самой голове, вновь заставил меня подпрыгнуть. На этот раз получилось лучше — полметра над полом, не меньше. Но на полноценный полет все равно не тянет. Словно в ответ на мои мысли, голос противно хихикнул и гнусаво добавил: — И вообще, заклинание левитации придумать еще никому не удалось!

Я оглянулся — никого. Заглянул под кровать, в шкаф (он оказался набит небрежно брошенной одеждой), даже выглянул в окно — не прячется ли кто под карнизом. Открыл дверь (выяснилось, что она выходит в длинный полутемный коридор) — никого. Вернувшись обратно в комнату, еще раз все осмотрел. Пусто. Лишь я, да ворона. Или ворон… С подозрением уставившись на птицу, я спросил:

— Так ты, значит, говорящий? Не знал, что вороны так хорошо имитируют человеческую речь, — немного подумав, я со смешком добавил, — Хотя это же сон, здесь все возможно…

— Кхе-кхе. Альбус не говорящий, он может только каркать, — вновь вклинился противный голосок, — И это не сон, уважаемый. А самая что ни на есть настоящая реальность…

Обладатель гнусавого голоса протяжно вздохнул и умолк. По-прежнему не видя никого, кому он мог бы принадлежать, я сердито крикнул:

— А ну, выходи! Где ты там прячешься? За дверью? — совершенно забыв, что это лишь сон, я предположил, — Твои шуточки, Колян? Признавайся, где спрятал передатчик?

— Что такое «передатчик»? — полюбопытствовал неизвестный, — И кто такой господин Колян?

— Э-э, нет! Вопросы здесь задаю я! — рявкнув на собеседника, я нетерпеливо заходил по комнате, — Кто ты? Как я сюда попал? Что вообще происходит?

— Кхе-кхе. Не извольте беспокоиться, господин… господин?

— Я — Вась… хм… — представляться Васькой невидимому шутнику мне не хотелось, но тогда как? Василий звучит слишком официально. Тогда уж сразу имя-отчество называть. Но раз это сон, можно ведь себя не ограничивать, не так ли? Горделиво выпятив грудь, я напыщенно произнес первое, что пришло мне в голову:

— Имя мне — Василиск!

Нисколько не удивившись (или не подав виду) мой незримый визави, произнес:

— Итак, господин Василиск. В первую очередь позвольте и мне назвать свое имя, я — Рациус…

Ха! Да этот парень тот еще балагур. Надо же такое придумать, «Альбус», «Рациус». Я усмехнулся, но промолчал. Послушаем, что он еще сочинит…

— Так вышло, господин Василиск, что вы… кхе-кхе… попали в другой мир! Случилась ужасная ошибка, просто катастрофическое стечение неудачных обстоятельств… Понимаете, магические линии третьего порядка абсорбировали эманацию… Когерентность мозговых волн… Неконтролируемое излучение элементалей… Погрешность в вычислении объема манны… Конечно, я все исправлю, как только…

Он нес еще какую-то ахинею, обильно пересыпая свою речь разными учеными словечками, но я его уже не слушал. Мой слух зацепился за фразу «я все исправлю»:

— Не понял! В смысле, исправишь? Так это по твоей вине я здесь очутился? — грозно спросил я. Хоть это и был сон, но давать спуску неведомому обидчику я не собирался!

Гнусавый голос стушевался и словно бы съежился:

— Мои извинения, господин Василиск! Тысяча извинений! Понимаете, я проводил эксперимент. Простой опыт, но… кое-что пошло не так. В результате ваше сознание оказалось перенесено в это тело. Тело вашего покорного слуги. И я…

— Так, стоп. Притормози-ка… Как там тебя? Рациус? Выходит, я сейчас в твоем теле? Вот в этом? А где ты сам? В смысле, где твое… сознание, разум, личность? И, что еще более важно, что стало с моим телом? Как мне вернуться обратно?!

— М-м… все верно, господин Василиск. Вы — в моем теле. Так же как и я попаду в ваше, когда оно пробудится. В данный момент мое сознание, образно выражаясь, застряло между мирами. Но, когда перенос завершится, я полностью завладею вашей физической оболочкой. Кстати, незачем говорить со мной вслух, достаточно подумать…

Использованное им слово «завладею» мне крайне не понравилось. Поэтому, проигнорировав его последнее замечание, я с угрозой повторил:

— Как. Мне. Вернуться. В свое. Тело?!

Рациус замялся и нехотя выдавил:

— Кхе-кхе. С этим-то как раз небольшая проблема…

— Небольшая?!

— Ну ладно, скорее, средняя. А может и… кхе-кхе… большая…

Зловещие нотки в его голосе мне совсем не нравились. Судорожно сглотнув, я напряженно переспросил:

— Какая такая еще проблема?

— Чтобы все вернулось на круги своя, должно закончиться действие заклинания. Тогда ваше сознание немедленно вернется в прежнее тело, а я займу свое. При обычных условиях это не заняло бы более часа…

Повеселев, я потер руки и довольно произнес:

— Ну вот проблема и решена! Час потерпеть можно. Как раз и пара закончится. Прозвенит звонок и вуаля, я — снова я!

— Боюсь… все не так просто, — кисло отозвался Рациус, — Есть один ма-а-аленький нюанс…

— Ну что там еще? Давай выкладывай, — недовольно сказал я, наблюдая за тем, как белый ворон чистит свои перья.

Рациус протяжно вздохнул (похоже, он в этом деле мастер) и пояснил:

— Дело в том, что временные потоки наших миров асинхронны… Нет, время там течет с одинаковой скоростью, иначе мы не смогли бы нормально разговаривать. Но вот фазовое смещение хронотонов отличается на порядок и… — заметив, что я нетерпеливо постукиваю ногой по полу, он скомкано закончил, — Короче говоря, я не знаю, когда мое экспериментальное заклинание завершит свое действие.

— И?

— И?! Подумайте сами, господин Василиск! Если я не смогу придумать, как развеять чары, вы можете провести в моем мире и в моем теле — месяц. Или год. Или… кхе-кхе… годы.

Что он такое говорит? Если не разрушить заклинание, то я проведу в этом мире месяцы? Годы? Десятилетия? Всю жизнь? Я уже хотел было начать рвать на голове волосы (все равно они не мои), как посетившая меня мысль заставила с облегчением рассмеяться.

— Это же сон, — сказал я вслух.

— Я же вам уже говорил, господин Василиск. Это не сон, — вздохнул Рациус в моей голове, — Это — реальность!

Мои мысли путались, в голове будто клубился туман. Наверное, ха-ха, последствия переноса моего сознания в иной мир. Однако, что-то в голосе Рациуса заставило меня задуматься. А если допустить — только лишь на минутку допустить! — что все это взаправду? Что мое сознание по-настоящему перенеслось в иной мир и вселилось в тело этого парня? Сколько раз я читал истории про всевозможных попаданцев! Сотни, если не тысячи книг прочел. Однако и представить не мог, что когда-нибудь сам окажусь на месте героев любимых книжных циклов.

Впрочем кое-какие сомнения у меня все же остались. Например, если это другой мир, то почему я понимаю Рациуса, а он меня? И… письменность! Бросившись к столу, схватил первую подвернувшуюся под руку бумажку и впился в нее глазами. Я определенно мог прочесть, что здесь написано, хоть и не понимал половины слов: больше всего это походило на описание какого-то алхимического опыта, а с химией я всегда был не в ладах. Правда, если присмотреться, буквы какие-то странные… Не ходя вокруг да около, я в лоб спросил Рациуса:

— Как мы вообще общаемся? Почему говорим на одном языке? В смысле, я же из другого мира, но прекрасно понимаю твою речь…

— Мы общаемся с помощью телепат-камней, господин Василиск. Можно вслух, а можно мысленно. Один у вас, другой у меня. Не знаю, как кристалл попал к вам, но свой я всегда ношу при себе в виде перстня. А вон тот большой кристалл на столе предназначен для пересылки сообщений между меньшими камнями… — Рациус сделал паузу, словно его бесплотному сознанию требовалось сделать вдох, а я посмотрел на свою… на его… на мою руку. На безымянном пальце левой руки красовался перстень с фиолетовым камнем — точно таким же, какой недавно нашел я, — А насчет остального, то… кхе-кхе… все просто, господин Василиск. Когда ваше сознание оказалось перемещено в мой мозг, оно автоматически усвоило все мои языковые паттерны… М-м, как бы объяснить? Вы ведь знаете, что на самом деле люди думают не словами, а идеями? Мы лишь облекаем эти смутные образы в речь, придаем им форму, когда говорим или думаем. В результате, ваши мысли преобразуются в наиболее близкие по смыслу слова моего мира…

— Вот оно что… — задумчиво протянул я. Теперь понятно откуда взялись такие вполне себе земные понятия как, например, «месяц» и «год». На самом деле Рациус говорил о каких-нибудь местных единицах измерения времени, а «встроенный автопереводчик» моего сознания преобразовал их в понятные мне термины. Может его даже и не Рациусом зовут!

В целом, пока вроде все складывается… Но раз так, самое время выяснить куда (и в кого) я попал! Доставшееся мне тело явно не принадлежало могучему воину или стремительному ассасину. Тщедушное и вялое, со слабо развитой мускулатурой. Однако, запустил его парнишка! Надо будет поработать над базой…

А может, он — великий маг? Или сын богатого графа или влиятельного герцога? Ха, да пусть даже я застрял тут на пару лет, они пролетят незаметно! Буду бездельничать, кататься на лошади по поместью, ездить на охоту. Вкусная еда, изысканные вина, роскошная кровать… Наверняка тут полно очаровательных молодых горничных и томных благородных девиц! А еще…

Стоп. Что-то это место не похоже на опочивальню аристократа. Слишком уж аскетичная обстановка. Да и мебель тут какая-то… ветхая. Больше смахивает на студенческое общежитие! Исполненный самых дурных предчувствий, я спросил Рациуса, продолжавшего в моей голове монолог о лингвистических парадоксах переноса сознания меж мирами:

— Что это вообще за место? И чем ты тут занимаешься?

Рациус озадаченно умолк и после секундной паузы ответил:

— Вы в моей… нашей… вашей комнате, господин Василиск. И я… мы… вы студент первого курса Академии Магии «Мэджик-тауэр».

— Кар-р-р! — насмешливо подтвердил Альбус, продолжавший невозмутимо покачиваться на своей жердочке.

Не-е-ет! В отчаянии я схватился за голову. Попасть в невероятное приключение, оказаться перенесенным (пусть и довольно странным образом) в иной мир, и… для чего? Чтобы с первого курса одного учебного заведения перепрыгнуть в другое? Только я приготовился распрощаться с опостылевшей еще со школьной скамьи учебой, как…снова учиться? Что называется, шило на мыло променял? Ну уж нет, фигушки. Пусть Рациус учится, раз такой умный. И вообще, это по его вине я здесь оказался, вот пусть и отдувается теперь. А я собираюсь…

Что именно я собираюсь делать, додумать мне не дали. Откуда-то издалека, словно гром с ясного неба, грянул устрашающий звук. Больше всего он походил на одновременное звучание тысячи духовых труб или… рев дракона! В ужасе я уставился на окно, откуда — как мне казалось — шел этот невообразимый шум.