Воскресенье

Начальник службы безопасности станции Заря уныло изучал личное дело некоего Рида Маркова, а точнее, все что удалось собрать ИИ станции за ночь, по всем доступным базам. Выходило странно, на первый взгляд это был очень законопослушный человек, если не брать в расчет несколько штрафов за превышение скорости и мелкие проступки, вроде посадки на безлюдном берегу моря без разрешения.

Судя по фото, он уже не юнец, творящий глупости на каждом шагу, но и не старец, не способный на них вовсе. Так — нечто среднее, вряд ли захочет сам, но если приспичит — сделает.

Место рождения — предположительно метрополия Москва, дата рождения — предположительно 17 число первого квартала 735 года по новому циклу. Сам Александр был 720 года рождения, и только этот факт позволил ему хоть как-то соотнести возраст.

Мало кто локально пользовался официальным летоисчислением, люди предпочитали собственные календари. На некоторых планетах было только три или пять месяцев, на других все двадцать, но упаковать всех в искусственную коробку так никому и не удалось.

«Предположительно — почему про тебя так мало официальных данных?», — вертелось в голове Александра, пока он перелистывал вычурно официальные бланки с места работы, школьный аттестат, страховые полисы и бог весть какие еще документы. Пухлая папка, листов на пятьдесят, не несла никакой информации, каждый документ был про Рида и одновременно с этим ничего о нем не говорил.

«Ладно, черт с тобой, золотая рыбка…», — сдался наконец Александр и разблокировал микрофоны.

— Запросить контакт с Ридом Марковым, подготовить свободную каюту, обеспечить транспортировку в самые кратчайшие сроки, уровень доступа… — Александр задумался, Рид был детективом, но хорошо это или плохо, пока было неясно.

— Простите, я не успел расслышать какой именно уровень доступа? — уточнил ИИ, голос прозвучал обыденно нейтрально, но Александр почувствовал укор в медлительности.

— Гостевой, перемещение по общим помещениям без ограничений, при попытке проникновения вне общей зоны не блокировать доступ, но отслеживать каждое действие. Докладывать о нарушениях только мне.

— Принято. Могу ли я для вас еще что-то сделать? Быть может поискать его публикации в интернете? Могу оценить его возможности сопоставив дела в которых он участвовал и процент их раскрываемости…

— Остановись! Ты можешь делать что считаешь нужным, но только после того, как я с ним поговорю, — резко оборвал Александр.

— Судя по последним данным в его часовом поясе сейчас раннее утро, стоит ли мне прервать его сон и запросить срочный контакт?

— Да черт возьми! У нас тут человека убили, если ты не заметил! Само собой требуется запросить срочный контакт!

Иногда искусственный интеллект станции поражал Александра своими догадками и предсказаниями, это именно он рекомендовал заранее купить почти тонну шоколада, зная что к ним на станцию будут все лето отправлять школьников на экскурсии, если бы не это, удержать детвору в фокусе в течении нескольких часовых лекций было бы сложно.

Но иногда, как сейчас, он выглядел несмышленым младенцем, стараясь сделать всем хорошо, он не делил мир на хороших и плохих. С его точки зрения не было никакого смысла будить Рида так рано, он пока ни в чем не виноват, а его присутствие никак не поможет в расследовании, ведь он не мог быть даже свидетелем. И тот факт, что номинально Александр был главным на этой станции, а Рид единственной зацепкой — никак не влиял на ход принятия решения.

— Доброе утро! — произнес Александр, как только на темном мониторе замельтишило невыспавшееся лицо. — Если не ошибаюсь, Рид Марков?

— Зависит от цели вашего звонка, чем обязан столь раннему вторжению в мою частную жизнь в воскресенье? — явно делая упор на дне недели недовольно уточнил Рид.

— Позвольте представиться, мое имя Александр, я директор по безопасности, а по сути начальник станции Заря.

— Заря? Это которая… — задумчиво уточнил Рид, пытаясь откопать в памяти хоть что-то…

— Не напрягайтесь, мы станция НИИ, если вы в последние пару лет не заканчивали школу или технологический институт, то вряд ли были у нас на экскурсии, а больше про нас и узнать особо негде, в новостях мы мелькать не любим.

— Допустим, — сдался Рид, прикладывая неимоверные усилия, чтобы его глаза оставались открыты. — И кого же у вас убили?

— А откуда вы знаете? — подозрительно уточнил Александр.

— Л — логика! Я лицензированный детектив, вы звоните мне в пять утра, вероятность что это связанно с моим призванием выше восьмидесяти процентов. Скорее всего у вас что-то украли или кого-то убили, но в первом случае вы искали бы улики и то, что украли, а не меня. А раз убили, то я могу быть только свидетелем, подозреваемым или детективом. Выходит, вы почему-то решили предложить это дело именно мне? Кстати, почему?

— Все так, но есть одно уточнение, рядом с трупом была найдена записка и на ней ваше имя.

— Вот как… — медленно моргая и глядя в пустоту пробормотал Рид. — Это меняет расклад, вы хотите меня арестовать или приглашаете к себе?

— Арестовать я вас не могу, но если вы сможете мне помочь, буду признателен.

— Мне нужно полчаса, я должен привести себя в порядок и выпить кофе, если вы не против. — Немного растерянно пробормотал Рид, его мозг уже начал скрипеть, переключаясь в режим работы.

— Флаер стоит у вашего дома, он будет ждать столько, сколько нужно, а наш орбитальный шаттл уже идет на посадку. Предупредите только, если вдруг передумаете к нам лететь, — Александр коротко кивнул и отключил связь.

— Безлимитный флаер с разрешением на посадку в городской черте, собственный Шаттл? У простого НИИ? — медленно произнес Рид. — Что это, попытка показать срочность и значимость или и впрямь ерунда для такой организации. Шерлок! — привычно крикнул Рид в пустоту, но ему никто не ответил. — Да чтоб тебя… Шерлок, вставай, утро наступило!

На мониторе светилось: «Дефрагментация основной памяти, осталось 0,00%». Рид со злостью ткнул кнопку перезагрузки сервера, который в очередной раз решил заняться уборкой в выходной день и подвис в самом конце.

— Шерлок, хоть раз проснись, когда тебя будят!

Рид сидел в кресле закутанный в одеяло, он не придумал что можно было надеть, когда заметил видеовызов с космической станции, почему-то ему представилось, что звонила девушка и непременно красивая, а тут он, небритый, голый, сонный. А хорошо было бы, если бы звонила девушка, с такими розовыми кудрями, улыбкой и в белом платье, нет, лучше в купальнике!

— Доброе утро Рид! — прогремел хрипловатый голос Шерлока. — Рад, что этим ранним утром вы не позволяете вашему мозгу киснуть и с головой ныряете в пучину новых расследований!

— Шерлок, оставь эту мотивационную тираду для других, сделай мне кофе, и расскажи все, что знаешь о станции Заря, это какой-то НИИ, как я понял.

Рид сделал титаническое усилие над собой, встал с кресла и поплелся к раковине, чистить зубы и бриться. Разглядывая свою сонную физиономию в зеркале он слушал сводку, которую налету готовил для него Шерлок. У него не было такого обширного доступа к базам, как у ИИ станции, но его настраивал Рид, именно он обучил его искать информацию оставляя только важное.

Шерлок, продолжая подражать своему герою, радостно декламировал:

— Заря, космическая станция среднего тоннажа которая была выведена на орбиту и запущена около пяти лет назад, что сравнительно немного для НИИ такого масштаба. В основном ведут исследования в области энергетики и ядерной физики, на борту есть несколько ускорителей мощностью до пятидесяти тераэлектронвольт. Это позволяет им легко исследовать поле Хиггса и подпространственные гравитоны, называемые также темной материей. Максимальная вместительность станции двадцать человек, номинальная десять, в настоящий момент на станции постоянно трудятся пять человек.

Глава лаборатории — Леонид Кузьмичев, работает над проблемой получения энергии из кварк-глюонного взаимодействия, лауреат нескольких премий в области физики, имеет интересное хобби, он составляет кроссворды и публикует их под различными псевдонимами. Любит вставлять в кроссворд невозможные слова, вроде «1. Незаметно склеенная посуда, 2. Чувство социального неравенства» — его вдохновил на это малоизвестный художник Антон Ольшванг, который жил более пятисот лет назад.

Инженер, физик ядерщик — Майкл Траст, известен тем, что еще учась в институте был по ошибке номинирован на нобелевскую премию, его почему-то выбрал ИИ Шведской королевской академии и даже отправил ему уведомление, что категорически запрещено делать до награждения. Доказать причастность Майкла к данному происшествию не удалось.

Эвелина Михельсон — доцент квантовой физики, основное направление исследований квантовая гравитация и изучение пространственно-временного континуума, известна своей страстью к теории струн, несмотря на иную профессиональную базу.

Светлана Ким — инженер, специалист высоких энергий, обеспечивает работоспособность большей части оборудования на станции, в том числе ускорителя и нескольких опытных реакторов. Самое странное в ее биографии то, что она не принимает прогресс и продолжает пользоваться раритетным электромобилем на натриевых батареях.

Александр Новиков — администратор станции, формально лицо ответственное за обеспечение станции продуктами, энергией и выполнение других административных мероприятий. Фактически это сотрудник спецслужб который следит за соблюдением секретности и обеспечивает безопасность сотрудников.

— Интересная компания у нас подобралась… — оценивая качество бритья произнес Рид, сожалея, что сразу не уточнил чье именно тело было найдено. — Шерлок, дай больше информации про Кузьмичева, что-то мне подсказывает, что его убили.

— По моим данным он жив, буквально несколько дней назад он выступал на конференции, у меня есть запись его выступления.

Послышался гул аудитории, а затем Шерлок отфильтровал голос Леонида и тот зазвучал более четко:

— …задумайтесь! Всего два процента — вот дефект массы, который мы называем вершиной! Кварки могут дать нам несравненно больше энергии! Смотрите, протон состоит из трех кварков и если мы попытаемся оторвать один из них, нам нужно будет приложить силу. И чем сильнее мы тянем кварк, тем сильнее он сопротивляется, именно поэтому это называется сильное взаимодействие. По ощущениям это будет не как магниты, а как пружина.

— Приложить силу… Интересно чем это они собираются ее прикладывать.

Рид стоял перед монитором и медленно потягивал кофе, рассматривая как на экране две нарисованные руки пытались выдернуть один шарик из треугольной структуры таких же. При этом шарики постоянно менялись цветами, а между ними были натянуты тонкие зигзагообразные пружинки.

— В конечном итоге, мы приложим столько усилий, что это позволит создать еще кварки! И, в момент разрыва, они появятся, эти новые кварки из энергии которую мы потратили, они-то и дополнят тех, что мы так старательно отделяли. Нам никогда не видать одного отдельного кварка…

На экране появилась расстроенная физиономия Леонида, который держал по три кварка в разных руках.

— Так в чем же суть, спросите вы? А давайте посмотрим на этот процесс вспять! Мы не выдергиваем, а сжимаем кварки, мы хотим чтобы их стало меньше, а лишние кварки исчезли, превратившись в энергию, не какие-то жалкие проценты, а целиком! Примерно в сто двадцать восемь миллионов раз больше чем при термоядерном синтезе, спичка по сравнению с ядерной бомбой! Представьте себе, один грамм водорода даст нам почти девяносто тераджоулей! Пять тысяч домов можно питать энергией целый год! При том, что устройство глюонного реактора не сильно сложнее всем известного термоядерного тороида, а в чем-то даже проще.

— Спичка по сравнению с бомбой, потенциально это малозаметное и разрушительное оружие…

Леонид замолчал, прислушался и вдруг рассмеялся, видимо кто-то из зала задал вопрос, но все звуки кроме голоса докладчика безжалостно фильтровались.

— Хотите послушать про ложку дегтя… — улыбнувшись пробормотал Леонид. — Безусловно есть и проблемы. Во-первых кварки не хотят схлопываться, даже в ядрах нейтронных звезд, а там гравитация — мама не горюй! Ну и во-вторых, есть шанс что кварки природа нам отдаст, а глюоны нет и останемся мы тогда приблизительно с двумя сотыми процентами энергии, около 960 гигаджоулей, тоже неплохо, но это не совсем то, чего хотелось бы.

— Шерлок, останови презентацию. Давай подумаем, кому была выгодна смерть Леонида, кто выигрывал от этого?

— Позволю себе заметить, что я бы не уделял этой версии много сил, заговор энергокомпаний отпадает, именно они инвестировали деньги в разработку. Инопланетяне слишком вычурно и больше похоже на теорию заговора и регрессоров.

— Личные мотивы? Любовь и страсть?

— Возможно, но бросается в глаза, что единственный не ученый на станции это Александр, вам стоит начать с него, как с человека который отличается мышлением от всех остальных.

Рид уныло посмотрел в чашку из-под кофе, бросил ее в автоматическую мойку и выглянул в окно. Александр не соврал, колпак флаера поблескивал в лучах утреннего солнца на лужайке перед домом. Его опоры порядочно промяли газон, нужно будет запустить газонокосилку пару раз пройтись, пока его не будет, чтобы она разворошила траву.

— Хочу отметить, — подал голос Шерлок, — сейчас у Александра нет полномочий вас арестовывать, вы за пределами его юрисдикции, а посмертная записка не основание для задержания, но скоро это изменится. Формально он командир станции и имеет полное право задерживать до суда любого, кто находится на станции. На всякий случай я направил официальные запросы в различные инстанции, чтобы Александр не перегибал палку и не думал задерживать вас без нужды.

— Шерлок, иногда, своей заботой, ты мне больше напоминаешь миссис Хадсон.

Рид надел свой любимый комбинезон, полихромные очки и винтажную куртку из вспененного нейлона, на случай дождя. Подхватив рюкзак со всем необходимым, он окинул взглядом свой дом и вышел во двор.

Флаер был самым обычным, если его раскрасить в дешевый желтый цвет, будет точь-в-точь такси. Колпак приветливо откинулся, стоило приблизится, и Рид плюхнулся на пассажирское сиденье.

— Пожалуйста пристегнитесь, дорога до космопорта займет около получаса, — пролепетал приятный женский голос.

Мысли Рида не давали ему покоя, судя по описанию мотив был у всех, даже у инвесторов, они могли разругаться, пока делили шкуру неубитого медведя. Александр — мог вспылить или выполнить приказ начальства слишком уж рьяно, кто его знает из каких именно он спецслужб. Любой из инженеров или ученых мог завидовать, чувствовать недостаток признания, да все что угодно! Женщины так и вовсе могли в него просто влюбиться. Неразделенная любовь или ревность творит чудеса с сознанием человека, легко ломая разумность поведения.

Под подозрением были все, а учитывая записку и сам Рид тоже, зачем-то ведь его имя написали перед смертью, впрочем, это нужно будет еще все хорошенько проверить.

Флаер бесшумно скользил в воздушных потоках, ловко маневрируя между такими же как он. Изредка мимо проплывали огромные грузовые платформы, небо днем стоило дороже, обычно они работали по ночам, но были случаи когда важна была срочность. Ближе к космопорту начали появляться туристические шаттлы, способные летать как в космосе, так и над поверхностью. Если у вас было мало времени и за неделю вы хотели посмотреть всю Землю — то такой шаттл это единственное решение.

Флаер, как и полагается, приземлился перед воротами таможенного контроля и тот же женский голос мило проворковал:

— Точка назначения достигнута, хорошей дороги и удачного полета. Спасибо, что используете экологически чистый транспорт и поддерживаете нашу планету цветущей.

— Нашу… Интересный оборот…

Рид буквально катапультировался из флаера и быстро зашагал по коридору таможенного контроля. В нем уже начали зреть версии, он уже запустил свой мозг в работу и тот тянул его вперед, нужно было действовать, осматривать, размышлять, сверять факты.

Пройдя по коридору, где сотни датчиков считали и проверили все что только можно, он оказался у выхода на космодром, пассажирские шаттлы всегда располагались ровными рядами на парковке вдоль пассажирской аллеи. Рид дошел до указателя М17, и, сверившись с сообщением от Александра, повернул к шаттлу. Он ожидал увидеть примерно в равной степени пустой автоматический шаттл или полноценный прогулочный с парой пилотов и стюардессой.

На деле оказалось нечто среднее, на входе его встретил андроид с милым женским лицом, она дежурно улыбнулась и слегка поклонилась

— Доброе утро, мистер Марков, добро пожаловать на борт.

— Доброе, — буркнул Рид и быстро поднялся по небольшому трапу.

— Располагайтесь на любом удобном месте, наш полет продлится около пяти минут, если вы желаете выпить чашечку кофе или перекусить — просто дайте знать.

Рид вошел в салон и заметил еще пару андроидов в самом конце, они стояли в закрепах спиной к стене, а судя по габаритам явно были грузчиками. Видимо на этом же шаттле доставляли на орбиту оборудование, когда оно требовалось. Салон был стандартным по два сиденья слева и справа от прохода, длинный иллюминатор вдоль всего корпуса на уровне глаз и мягкое синтетическое покрытие на полу. Всюду металл и пластик, который способен пережить любого.

В салоне было всего два ряда сидений, так что выбор сводился к одному из восьми. Рид редко летал на орбиту, а потому уселся у иллюминатора в который сейчас было видно весь космодром.

Стюардесса загерметизировала двери и встала прижавшись к стене прямо напротив Рида. Крепления, выдвинувшиеся из стены, обхватили ее под грудь, ноги и горло — выглядело это жутковато, но именно эти четыре точки являются самым оптимальным режимом удержания андроида во время полета, не стесняя его обзора и сенсоров и давая возможность экстренных действий в случае опасности.

Стройная вереница шаттлов скрывала под собой бетонные плиты в щелях которых пробивалась пожухлая трава, и можно было представить себя на любой планете. За ними возвышались уродливые громады транспортников, горбами своих корпусов они напоминали гигантских слонов или даже китов, которые зачем-то приперлись на космодром, да так тут и остались.

По большей части они были грязного черно-болотного цвета, цвета обгоревшего при посадке металла и зеленого бактерицидного покрытия. Сверху, словно бородавка, выпирала кабина, в сравнении с кораблем она выглядела как что-то незначительное, на деле же именно там располагалась вся команда управляющая этими монстрами. Просто удивительно как столь полезный и огромный корабль мог так неприятно смотреться.

Дальше, до самого горизонта, торчали острые иглы дорогих прогулочных яхт, пассажирские и круизные лайнеры и несколько исследовательских кораблей. Рид любовался как солнце поблескивает ярким оранжевым цветом на их задиристых носах и буквально чувствовал дыхание времени. Историки называли их время эпохой экспансии, хотя на деле было всего-то пяток колоний да пару десятков исследовательских станций на разных планетах.

Время шло, но шаттл оставался на месте и ничего не происходило.

— Простите, мы еще кого-то ждем? — не удержался Рид.

— Нет, вы наш единственный пассажир на сегодня, — ответила стюардесса приоткрыв глаза и улыбнувшись.

— А почему тогда мы не летим?

— Станция Заря сейчас находится за горизонтом, нет смысла выходить на орбиту, через несколько минут начнется окно старта и мы отправимся в путь.

Рид покачал головой, в очередной раз осознав, что самое сложное в жизни это ждать и догонять. Сейчас он ждет, а через несколько минут шаттл сорвется с места и они будут догонять станцию Заря, что незаметно летит где-то там в вышине.

— Мистер Марков, пристегнитесь мы начинаем полет. Активная фаза продлиться около двенадцати минут, при этом вы будете испытывать перегрузку до трех жэ, затем небольшой этап маневрирования до пяти минут в состоянии микрогравитации.

— Подождите, вы же обещали пять минут?

— Прошу прощения, я не учла что вы не являетесь подготовленным космонавтом и можете негативно отнестись к высоким перегрузкам. Мы скорректировали траекторию согласно гражданских допусков.

Послышался гул двигателей, корпус едва заметно завибрировал и шаттл начал подниматься, было слышно как опоры стягивались внутрь, а корабль накренился разворачиваясь носом вверх, чтобы обеспечить максимально комфортное лежачее положение тела при перегрузке. Прерывистый рокот импульсных двигателей словно разгонялся, частота гула поднималась и корабль медленно начал подъем.

Рид все еще смотрел в иллюминатор, ощущая как все тело медленно вжимает в кресло все сильней и сильней, мягкая уверенная сила приковывала его. Три жэ это не страшно и не больно, скорее даже забавно. Рид попытался оторвать голову от спинки и ощутил всю мощь двигателей.

— Мистер Марков, вы хорошо себя чувствуете? Вам требуется помощь? — моментально отреагировала стюардесса.

— Нет-нет, все хорошо, просто любознательность, редко летаю.

Рид опасливо смотрел на крепежи андроида, она нависала над ним, если крепления не выдержат, она упадет прямо на него и, несмотря на ее идеально выверенную красоту, весить она должна была порядочно. Рид повернул голову к иллюминатору и наблюдал как небо меняет свой цвет буквально на глазах.

Это выглядело удивительно, солнце продолжало ярко светить с противоположного борта, а справа от него яркая утренняя голубизна медленно сменилась ультрамарином, затем индиго и через мгновение на небе начали проступать звезды. Корабль продолжал разгон, но нос принялся рыскать по сторонам, выходя на глиссаду сближения с Зарей.

Двигатели вновь сменили звук, переходя на стадию корректировки и Рид почувствовал легкость во всем теле. К сожалению, вместе с легкостью, пришли головокружение и тошнота. Рид несколько раз медленно и глубоко вздохнул, однако мозг отказывался ориентироваться, отчего пол и потолок постоянно менялись местами.

— Скажите, а на станции тоже невесомость?

— Станция Заря построена по схеме веретено, большая часть жилых блоков расположены по кругу и непрерывно вращаются, это обеспечивает хоть и низкий, но приемлемый уровень гравитации. Часть лабораторий и синхротрон располагается в центральной части, а самый большой циклотрон расположен на внешней оболочке станции.

— Где было найдено тело?

— Простите, моя задача доставить вас на станцию, я могу приготовить вам кофе или бутерброды, если вы голодны. Я могу предоставить только общую информацию о нашем шатле и станции Заря.

Рид отвернулся к окну и попытался понять двигается корабль или нет, но максимум, что он смог заметить были редкие развороты и тангаж корабля. В какой-то момент двигатели опять запустились и перегрузка вернулась как старый приятель, что уходя забыл шарф.

Не смотря на то, что Заря считалась маленькой станцией и подразумевала экипаж всего в десять человек, в космосе она выглядела громадой. Шаттл медленно шел на стыковку к центральному отсеку, а вокруг, примерно в тридцати метрах от дока стыковки, крутился гигантский бублик жилых модулей и лабораторий. От центральной части к внешней окружности вели тоннели.

Иллюминаторы светились, станция явно была «живой» это чувствовалось в свете в том как она выглядела. Сложно описать, но бывало взглянешь на дом или корабль и сразу видно что он брошен. Такие постройки и механизмы живут людьми, которые словно кровь заставляют их светиться, двигаться, что-то делать, а без людей они дряхлеют, пустеют и выглядят мертвыми.

В одном из иллюминаторов станции четко виднелся человек, он прижал ладони к стеклу по сторонам и всматривался, явно ожидая стыковки шаттла.

— Прошу сохраняйте спокойствие, во время стыковки возможна вибрация, резкие удары и шум, не бойтесь, все это часть нормальной работы агрегатов и ничего страшного не происходит.

Мозг Рида отчаянно уверял его, что он «лежит» в кресле, а стюардесса которая пыталась его успокоить «висит» над ним пристегнутая за горло к потолку. Все это напоминало какую-то жутковатую и сюрреалистичную картину, которая никак не успокаивала.

Несмотря на малую скорость раздался громкий звук удара, словно кто-то вдарил по пустой железной бочке, затем зажужжали сервоприводы и тут же застучали крепления стыковочных тисков, словно кто-то молотками забивал гвозди прямо к корпус шаттла.

В тишине после стыковки раздался жужжащий звук уходящих в стену креплений андроида и стюардесса мягко оттолкнувшись от стены поплыла навстречу Риду.

— Позвольте, я помогу вам, — проворковала она и ловко расстегнула ремни, затем взяла Рида за руку и уперевшись в его кресло ногами, потянула на себя. У нее было удивительно мягкие и теплые руки, если бы он не был уверен что она андроид, то легко принял бы ее за человека.

— Как тебя зовут?

— Ив-3141, но если вы хотите, можете назначить мне другое имя и я буду откликаться на него, впрочем, наш полет уже подошел к концу, мне было приятно провести с вами время.

Корабль пристыковался носом, который раскрылся словно цветок, образовав комингс. В этот проход просунулась голова и пристально посмотрела на Рида:

— Рид Марков, я так понимаю? — поинтересовалась голова.

— Да, а вы? Александр Новиков? Скажите, вы вызвали меня чтобы арестовать или вам нужна помощь в расследовании?

Рид не торопился покидать безопасный шаттл, он осматривался как хищник которого пытались заманить в ловушку.

— Сложно сказать, скорее всего и то и другое. Да, мне нужна помощь в расследовании, но учитывая записку вы один из моих подозреваемых.

— И как же по вашему я это сделал?

— А вот этого я не знаю, но глупо было бы игнорировать этот факт, вы же понимаете? Любая версия, даже самая безумна, имеет право на существование.

— А вы?

— Что я? — удивился Александр.

— Себя вы считаете подозреваемым?

— Нет, но я уверен, что вы меня таковым считаете и правильно делаете.

— Вы хотите провести два независимых расследования или мы работаем вместе? — уточнил Рид.

— Я бы предпочел работать вместе, у меня уже есть кое-что, я проверил все камеры наблюдения, сделал анализ воздуха в каюте и коридорах, в саму каюту пока никто не входил, но мы сфотографировали все что только можно в максимальном качестве.

— Плохо дело… — пробубнил Рид, слегка покусывая косточку большого пальца.

— Почему? Вы считаете, что я сделал это зря? У вас уже есть какая-то версия? — удивился Александр.

— Нет, плохо что вы все это проделали, но вам все еще нужен я! Выходит все эти данные ровным счетом ничего не дают, и вот это — очень плохо! Либо мы имеем дело с профессионалом, но тогда непонятно как он сюда попал, и главное зачем. Либо мы упускаем что-то очень важное и, как говорится, воюем не в ту сторону. В обоих случаях это большая проблема.

— Вы беретесь за дело?

— Безусловно, вы же меня наняли! Вы же да?

Александр мялся… Это было видно по его лицу. Он выглядел как человек который несколько часов назад принял волевое решение, но сейчас уже жалеет об этом.

— Понимаете, официально об этом знает только несколько человек на земле, мы достаточно закрытая организация и вам нужен будет высокий допуск, просто чтобы иметь право задавать вопросы. Это займет какое-то время, затем оплата, тоже не совсем понятно каким образом вам заплатить.

— У вас собственный шаттл и безлимитный флаер с разрешением на пролет над городом и вы не можете оплатить услуги детектива? — удивился Рид.

— Я могу год катать вас на шаттле, могу даже помочь перевезти все вещи из вашей квартиры на луну и обратно, дальше он не долетит, но это не деньги, понимаете? Вы можете бесплатно жить на этой станции, питаться, пользоваться циклотроном, но не получите и копейки, пока не добьетесь прорыва… Так устроены госкорпорации, маленькая зарплата, но практически неограниченные возможности.

— А если кто-то закажет золото для экспериментов, а потом просто его продаст?

— На то я тут и посажен Рид, у меня много функций на этой станции и, как вам должно быть известно, служба безопасности — это тоже я.

— Простите, я не привык к невесомости и, если это возможно, я бы предпочел продолжить разговор в каюте или отправился обратно на шаттле, я не завтракал, но мне нехорошо.

— Понимаю вас, мой вам совет — развернитесь и полезайте ногами в люк следом за мной, так вам не придется ползти в конце вниз головой.

Каюта оказалась даже просторней чем шаттл, быть может это какой-то президентский люкс, а быть может, как говорил Александр, госкорпорация просто предоставляла максимальный комфорт при сравнительно низкой оплате.

В ванной комнате была полноценная душевая кабина, а компьютерная консоль обладала прекрасным голографическим дисплеем. Тут был даже холодильник и небольшой обеденный стол, Рид открыл дверцу, в равной степени ожидая увидеть битком забитые полки или пустую камеру. Реальность оказалась проще, тут стояли напитки, единственное что стоило охлаждать и при этом глупо было идти за бутылкой газировки на другой конец станции.

— Видимо обедают у них тут в столовой… — пробубнил Рид.

— Обеды, ужины и завтраки у нас подаются в местном ресторане, однако, если вы пожелаете, я распоряжусь доставить еду вам в каюту, — моментально отозвался бортовой ИИ.

— Значит ты все слышишь и все видишь, но момент убийства от тебя ускользнул, как же так вышло? — медленно произнося слова уточнил Рид, выбирая какую бы газировку откупорить первой.

— Вы не совсем правы, момент смерти запечатлен тремя камерами, но Александр их уже видел.

— Смерти? Интересная трактовка, а ты можешь и мне показать записи?

— Безусловно, как только Александр подпишет допуск.

В дверь постучали и Рид увидел на пороге Александра, который осматривал его каюту с неменьшим интересом.

— Расположились? Все хорошо? Смотрю вы уже разобрались с холодильником?

— Да, но, как я понял, мне нужен доступ, чтобы приступить к работе.

— Все так, утром он у вас будет.

— Утром? Но я проснулся часа три назад, чем я могу заняться пока нет доступа?

— Да по сути ничем… Можете прогуляться по коридору, но вам нельзя ни с кем разговаривать и нельзя никуда заходить. Можете поесть или попить, принять душ, но лучше ложитесь спать, по часовому поясу станции сейчас… — Александр взглянул на часы, — почти полночь, зря вы выбрали энергетик, поищите в холодильнике такую светло-розовую бутылочку, это лимонад с мелатонином, он вам поможет уснуть.

Рид отставил бутылочку энергетика на стол и посмотрел на нее, словно это был предатель.

Александр огляделся еще раз, развел руками и произнес:

— Ну все, до завтра! Я зайду утром, провожу в столовую, в бублике сложно заблудиться, но на всякий случай…

— Спасибо за заботу, постараюсь до завтра не попадаться никому на глаза.