Война Невменяемого (НК-5)

ВОЙНА НЕВМЕНЯЕМОГО

(Пятая книга из серии «Невменяемый колдун»)

ПРОЛОГ

В прохладной тени гигантского орехового дерева, стоял накрытый к роскошной трапезе стол. Непосредственно в ветвях располагалось более двух десятков клеток с самыми искусными, редчайшими птицами планеты и их безудержное пение вместе с легким и ласковым ветерком могли ввести в нирвану спокойствия и наслаждения любого из разумных.

Но творящееся перед столом действо могло ввести в ужас любое мыслящее существо. Великий Кзыр, или Фаррати, как официально для всего остального мира звучало звание правителя Кремниевой Орды в неистовом бешенстве и собственноручно проводил кровавые казни своих подданных. Вначале Хафан Рьед своим боевым хостом искромсал до смерти лица старшего охранника женской половины дворца и ответственной воспитательницы, а потом с такими же злобными рыками отрубил головы десятерым коленопреклоненным и связанным воинам наружной стражи. Именно последняя жестокость больше всего поразила навидавшихся в своей жизни крови придворных и приближенных Великого Кзыра. Потому что все прекрасно понимали, простые стражники совершенно тут не при чем и ни в коей мере не могли ведать о грядущем предательстве своего десятника. Вся свита стояла, окаменев на подходах к столу, и никто не осмелился хоть единым словом призвать правителя к сдержанности и благоразумию. Даже Ваен Герк, первый советник Хафана и наиболее обличенный доверием человек делал вид своего полного здесь отсутствия и всеми силами пытался рассмотреть в кроне одну редких певчих птичек.

Причина совершающейся звериной жестокости была, как бы это ни банально звучало только одна – любовь. Стремление к близости у разнополых партнеров всегда и во все времена воспевалось и приветствовалось. Но в данном случае чувства, возникшие между десятником наружной стражи и одной из наложниц Великого Кзыра, посягнули не просто на нарушение личной собственности первого, самого безжалостного и страшного человека Кремниевой Орды, но и совпало с его личной и необузданной ревностью. Так уж оказалось, что Хафан Рьед больше всего из своего гарема выделял именно эту худощавую и тонконогую девушку. Именно в ее страстных и горячих объятиях он находился чаще всего в своей спальне. И именно этой своей пассии с огромными, чувственными глазами он частенько жаловался на текущие трудности, стоящие перед государством проблемы и откровенничал по поводу будущих планов. И в этих планах двадцатилетняя Алия Ланда играла далеко не последнюю роль. Несколько раз в порыве истинной страсти и находясь на вершине неземного удовольствия правитель Орды обещал преподнести своей наложнице титул императрицы всего Мира Тройной Радуги. И уж она то прекрасно понимала, что ей давались вполне реальные обещания.

Но! Все равно опустилась до наимерзеннейшего предательства, гнусной измены и подлейшего обмана. Сошлась с этим презренным десятником и сегодняшним утром, на самом рассвете сбежала из наилучшего столичного поместья Великого Кзыра Последний раз замахиваясь мечом над неприкрытой шеей стражника Хафан Рьед сквозь красный туман своего бешенства вдруг увидел добрую и немного печальную улыбку своей ненаглядной Алии и рука неожиданно дрогнула. Хост не отсек голову, как перед тем девять, а только перерубил треть шеи, да перебил шейные позвонки. Несчастная жертва конвульсивно задергалась в путах, исторгая мычащие звуки из забитого кляпом рта. Сам правитель не стал добивать смертельно раненого воина, а отбросил после некоторого раздумья меч в сторону и в какой-то прострации пошел на свое место во главе стола. Немного посидел, безучастно рассматривая, как рассаживаются за столом согласно этикету вся члены его свиты, а потом словно очнулся, и резко повернул голову в сторону своего первого советника. Тот перед этим отдал команду добить последнего стражника из десятки, чтобы не мучился и убрать все трупы с глаз долой, а теперь усаживался справа от довольно простого, но удобного кресла правителя.

- Слушай, Ваен! – тихо пробормотал Хафан. - С чего это все решили, что Алия Ланда сбежала сама?

- С теми правами и властью, которыми она пользовалась по твоему разрешению, только и можно было устроить побег. Все ее последние приготовления, распоряжения только об этом и свидетельствуют.

- Да? А ты не думаешь, что этот презренный десятник ее просто заставил это сделать под страхом смерти?

Первый советник мастерски напустил на себя короткую задумчивость, а потом сымитировал хорошо видимое со стороны озарение:

- Действительно! Такая мразь на все способна.

Ваен Герк понимал лучше всех: Великий Кзыр начинает осознавать нелепость такой поспешной казни и теперь подумывает о предстоящем падении своей популярности в среде воинов. Помимо этого он пытается оставить для своей необузданной страсти, а вернее: истинной любовной привязанности маленькую лазейку для возвращения всего на место. Ведь беглецов наверняка скоро все равно выловят и глупо надеяться скрыться от все ордынского розыска. Зато потом можно будет реабилитировать беглую наложницу в глазах приближенных и продолжить забавы в ее объятиях с прежним удовольствием.

Первым советником становятся только самые догадливые и умные люди. Хоть на этом посту Герк находился неполных пять месяцев, но прекрасно понял, что от него хотят услышать, уловив почти неслышный приказ:

- Огласи мою волю! Укажи на кражу…, Лика Занваля.

Ваен Герк вскочил на ноги и рявкнул во всю мощь своих легких:

- Стража и розыск! – а когда два руководителя этих служб встали перед столом, заговорил размеренным речитативом: - Сегодня предатель похитил у нашего правителя древний артефакт древних, Лик Занваля и его любимую наложницу Алию Ланд. Пустить по следам вора самых лучших и настойчивых. Немедленно! А тому, кто вернет украденное имущество, Великий Кзыр обещает награду в….

Он покосился на правителя, который чуть ниже столешницы показывал большой палец правой руки, выражая полное одобрение, и увидел тут же раскрывшуюся пятерню.

- …Пять полновесных мешков золота!

Сумма прозвучала просто небывалая, скорей даже невероятная и восхищенный, завистливый гул голосов перебил на какое-то время птичье разноголосье. Никто из приближенных конкретно не был в курсе причин увиденной ими казни, поэтому любая ложь проходила как правда. Хоть со временем истинные события большинству здесь присутствующих и станут известны. Но вот самая главная ложь – так и останется неразгаданной. Дело в том, что о месте хранения артефакта Лик Занваля не знал даже первый советник. Так что объявление о пропаже делало объявленную сумму награды бессовестной пустышкой. Стараться будут все, а вот увидеть и получить золото не удосужится никто. Потому как вернуть страшное оружие древних не смогут все равно. А впоследствии можно будет якобы «отыскать новый подобный артефакт» и всех делов.

Главы полицейских ведомств уже собрались уходить, когда Хафан Рьед усилил свой голос магически и немного сердито пробурчал:

- Отправляю по следу предателя сотню своих «волков». Посмотрим, кто из вас быстрей справится с задачей.

Первый советник просто вынужден был вмешаться:

- Но твоя жизнь может оказаться под угрозой!

- Не надо меня пугать. Мне и оставшегося звена хватить для полной безопасности.

- Зря…, - но заметив очередной огонек разгорающегося бешенства, Ваен Герк быстро добавил: - Но тебе видней.

И уселся на свое место, приступая к трапезе. Он был не просто умным советником. А самым умным. Хоть и всячески пытался скрыть свою сообразительность и умение многое предвидеть на своем пути. Вместе с Хафаном они выросли в одном стойбище и совершали свои первые подвиги в бесшабашной юности. Впоследствии у представителя рода Рьед обнаружились первые Признаки и он подался на учение к «змеиным», а потом и вообще пропал в столице до самого своего Всплеска. Тогда как Ваен, так и остался в своих краях прославлять себя воинским искусством и рассудительностью. Даже когда десять лет назад его товарищ юности громоподобно объявил о себе на всю Кремневую Орду, Ваен не поспешил в столицу, как многие земляки из их стойбища. Слишком уж хорошо знал о настоящем нутре рвущегося к власти мага. Не согласился он поехать в Куринагол и пять лет назад, когда Хафан Рьед стал Великим Кзыром и объявил о всеобщем объединении ордынцев для великих завоеваний. При этом он нарушил всемирное правило, которое запрещало колдунам становиться главой государства, сомозванно присвоив себе приравненный к королевскому титул Фаррати. Конечно, в Орде нашлось в то время очень много недовольных такой несправедливостью, но новый правитель с магическим могуществом и беспримерным цинизмом попросту утопил в крови всех, кто был с ним не согласен. Разве что оставил в покое в горном монастыре несколько десятков несогласных с новым режимом шаманов отшельников. Те слишком уж консервативно подходили в самому факту государственного управление. Правда и эти удалившиеся в добровольную ссылку «змеиные» пообещали ради сохранения своей жизни никогда не покидать стены монастыря.

Узнав об этом, один из лучших воинов срединных степей постарался еще больше затаиться и уйти целиком в гражданскую жизнь.

Да только ничего из этой затеи не вышло. За последние два года произошло столько изменений и переселенческого хаоса во всем пространстве Орды, что волей не волей Ваен Герк таки оказался в окружении Фаррати всех ордынцев. Тот сразу же припомнил старого товарища, приблизил к себе в приказном порядке, а после смерти предпоследнего первого помощника возвел на это место своего друга. Но это он сам считал его другом. Пока. Тогда как Ваен прекрасно понимал, что смерть шестерых его предшественников за неполных пять лет, вряд ли можно объяснить случайностями. Наверняка, при всей дружбе и показном доверии его ожидает точно такая же участь. Не сегодня, так завтра. Не в этом году, так через два. А жить хотелось невероятно, да и огромная семья, обязанности главы рода звали, как можно скорей отойти от любых государственных и политических дел. Именно поэтому Ваен с самого начала насильственного возведения на должность второго человека в государстве мечтал об уничтожении тирана. Именно уничтожении, потому что иначе ни ему, ни его родным не прожить в этом мире и единого часа.

Да только уничтожить Великого Кзыра не представлялось до сей поры никакой возможности. Он воспитал для себя сто десять отменных и преданных воинов, которые считались его личной гвардией и охраняли лучше официальной или неофициальной стражи. Назывались они только одним словом: «Волки». Практически пробраться через постоянно бдящее окружение из двух, а то и трех десятков этих искусных воинов, считалось невозможным. К тому же каждый второй из них был Кзыром, или ожидал предстоящего вскорости Всплеска. И самое неприятное, у них существовал строгий приказ от самого Хафана Рьеда: в случае его неожиданной смерти тут же, в течении двух часов казнить всех находящихся в пределах видимости приближенных. Почти никто из посторонних об этом приказе не ведал, да только первый помощник и здесь проявил недюжинный ум и сноровку. М вывел для себя основное правило: когда Фаррати умрет рядом не должно находиться ни одного живого волка, или сам первый помощник должен удаляться от опасного места с двухчасовым запасом во времени.

Но вот сейчас, когда Фаррати Кремниевой орды из-за своей неожиданной ревности, отправил на розыск сразу сто «волков», обстановка сложилась самая перспективная. И Ваен Герк, провозглашая тост за здоровье Великого Кзыра, думал только об одном:

«Желательно этому десятнику вместе со строптивой шлюшкой подольше оставаться в бегах! Может и самому приложить к этому руку? Почему бы и нет?! С моими то знаниями, занимаемой должностью и хитростью я любую погоню наверняка собью со следа. Тем временем постараюсь устроить так, чтобы наш самозвано коронованный псих покинул этот мир вместе со своими вонючими «волками» А пока остальные его выкормыши вернутся, то суть приказа станет несущественна».

Союзники найдутся всегда и в любом месте. Проблемы только в том чтобы с ними встретиться, узнать о самых сокровенных мыслях друг друга и договориться. Самая малость….

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

ПОД ЛУНАМИИ ЗАНВАЛЕМ

В мире Тройной Радуги происходили немыслимые по своей политической масштабности преобразования. За один стол переговоров уселись самые ярые и непримиримые антагонисты, между которыми за несколько последних тысячелетий не существовало даже кратких военных перемирий. Почти в одно и то же время сразу две группы высоких договаривающихся сторон пошли на сближение из-за реальной опасности военного вторжения со стороны ордынцев. Вначале процесс налаживания дипломатических и союзных отношений начался между Сорфитскими Долинами и Ледонией. Причем как посредники и политические гаранты в этом обмене представительств и первых посольств играли огромную роль королевство Энормия, царство Огов и Баронство Радуги. Вполне естественно, что и между собой эти государства стремились построить или упрочить отношения на долгосрочной и взаимовыгодной основе. Хотя создавшиеся за века стереотипы менять в сознании разумных оказалось не так просто, каждый пункт договоров обсуждался порой днями, и претерпевал неоднократные изменения.

Но происходящие в Яне, столице огов переговоры хоть и шли довольно интенсивно, продуктивно и очень значимо для истории, не могли сравниться ни в коей мере с тем политическим событием, которое произошло в один из самых обычных дней в Чальшаге. Во всемирно известной, легендарной крепости на самой границе, буквально за несколько часов был достигнут такой консенсус в отношениях между двух королевств, что навечно вошел во все исторические аналоги, учебники и легенды как день Доброй Воли. И затмил своей эффективностью и неожиданностью состоявшуюся чуть более года назад встречу на высшем уровне между правителями Сорфитских Долин и той же Энормии. Кровные враги сумели отринуть страшную предысторию, забыть все обиды и взаимные претензии и всего за один день совершить то, что в других случаях растягивалось на года, а то и десятилетия. А паранормальное на этом дне присутствие правящих монархов двух держав и подписание ими собственноручно наиважнейших документов, вообще стало единственным в своем роде за всю обозримую и будущую историю планеты. О подобной, незапланированной и почти спонтанной встрече первых людей двух враждующих государств не мог мечтать даже умалишенный. Скорей всего именно поэтому подобную новость долгое время еще долго после ее оглашения не воспринимали серьезно во всем мире ни правители, ни дипломаты, ни простые подданные. В той же самой Энормии люди поверили в подписанный договор только после того, как почти в каждом городе стали строить башни драконьих представительств, а из самих Альтурских гор во все стороны мира подались первые люди – обитатели никогда ранее и никем не виданных Долин. Причем в подавляющем большинстве подались, не убегая из-под власти Старгела Боя Фиолетового, а только лишь с целью навестить дальних и близких родственников, одарить гостинцами и …как можно скорей возвращаться обратно. Ведь при новых условиях жизни теперь людям в Альтурских Долинах позволялось жить прямо на своих же фермерских и лесных угодьях и строить там дома для постоянного места жительства. Мало того, за первыми людьми, возвращающимися из путешествий, в драконье королевство потянулись и первые переселенцы. Наслушавшись рассказов о сытной и вполне цивилизованной жизни, некоторые решительные натуры попытались изменить свой образ жизни, то есть, в некотором смысле, ухватить удачу за хвост на новом месте обитания. Особенно много желающих оказалось из районов обоих баронств, на которые усиленно повели военные провокации нападки расположенные невдалеке агрессивные шаманы Кремниевой Орды. И в Альтурских горах всех желающих встречали, чуть ли не с распростертыми крыльями. Как оказалось, потребность в новой рабочей силе, а конкретно – в ловких человеческих руках, существовала огромная.

В самом драконьем королевстве преобразования происходили намного мягче и без ажиотажа. Все-таки там привыкли жить бок о бок, как с людьми, так и с боларами, а отмена собственной изоляции позволила драконам лишь вырваться на новые тактические просторы во всем мире и раскрыть свой зажатый слишком маленькой территорией потенциал. Ведь отныне любой дракон мог выбирать для себя не только надлежащее место работы или службы, но и место для нового жительства. Мало того, сразу же отменили королевский указ полутора тысячной давности о сдерживании роста населения. Теперь драконихи позволяли себе делать раз в три года полновесную кладку яиц, тогда как раньше вынуждены были насильно останавливаться на половине, если не раньше.

Хотя подданных Альтурских гор тоже удалось шокировать конкретными изменениями во внешней политике: на улицах городов вскоре появились редкие сорфиты и более многочисленные таги. Практически миниатюрные человечки сразу же зарекомендовали себя как самые опытные и непревзойденные инженеры. Чуть позже их допустили даже на такой секретный и тщательно охраняемый объект, как Железный Коготь Альтуры. На конечном этапе восстановления этого гигантского оружия Древних именно таги сказали самое веское и значительное слово.

Но все эти преобразования происходили постепенно и немного позже описываемых событий. Тогда как основная судьба мира во всем Мире решалась совершенно в другом месте. Неслышно и невидимо для миллионов разумных, но, тем не менее, очень кроваво и трагически. И опять, по стечению многочисленных и невероятных обстоятельств в этом краеугольном действии участвовал один человек, имя которого и так уже навечно вошло в историю мира Тройной Радуги.

ПОСЛЕДНЕЕ СЛОВО

После преодоления границы, к внушительному отряду Кремона Невменяемого присоединилось пять драконов из элитарного подразделения «Молнии» и целый полк гвардейцев, насчитывающий сотню до зубов вооруженных летающих воинов. Как прямо на ходу пояснил Цашун Ларго: «Для улучшения безопасности». Хотя по своей воинской мощи двести боларов с шестьюдесятью пятью Эль-Митоланами под корнями и сами могли без страха, колебаний или сомнений сразиться с кем угодно. Ведь обычным воздушным пиратам они уступали только в скорости, высоте полета, в отсутствии слюны включающий процесс брожения пережеванных мушек, да в умении плеваться приготовленной огненной смесью. Зато зеленые шары в скрытности передвижения имели явное преимущество. Особенно в темное или ненастное время суток. Во время передвижения днем, сразу над лесными массивами, с больших высот их почти не было видно. Ну а ночьюболары могли подкрасться к намеченному месту более скрытно и беззвучно, чем кто бы то ни было. Конечно, драконы тоже умели зависать на одном месте, но при этом их ощутимо демаскировало громкое хлопанье крыльев.

В столицу Альтурских гор решили не залетать: время слишком поджимало, да и нужды особой не было. Разве что только Кремон вдруг с острой ностальгией вспомнил о матери и страстно захотел увидеть ее, брата и отца. Пришлось волевым усилием гасить в себе разыгравшиеся сыновни чувства и отбросить уже придуманные причины для визита в Калеццо. В знак грядущей компенсации Невменяемый сам себе торжественно пообещал провести с родней как минимум несколько месяцев сразу по возвращении из рейда. Хотя сам же при этом мысленно и горько рассмеялся: сколько он уже вот так планировал свое будущее? И куда теперь канули все его планы по обследованию Великого Пути, Некрополю Сущего Единения или Сонного мира? Да что там говорить, собственную библиотеку, доставшуюся ему в наследство, и то осмотреть было некогда. Видимо давать самому себе такие опрометчивые обещания, дело не только бесполезное, но и неблагодарное. Лучше уж сосредоточить все свои знания и силы на скорейшем выполнении поставленной на повестку дня задачи. И Кремон после печального вздоха вновь осмотрел у себя под ногами далеко внизу плывущую землю.

Затем, уже в который раз за длительный путь, отпустил корни летящего над ним Спина и возложил их на свои Жемчужные ордена. Могучая сила так и запульсировала теплом сквозь кожу ладоней. Артефакты были полны магическими единицами до последней жемчужины и накопленная там мощь какими-то странными волнами так и прокатывала по всему телу. Причем извлекать силы для такого ощущения не требовалось, достаточно было только потрогать.

Обе магические емкости Кремону удалось окончательно заполнить еще в Чальшаге, и теперь он с вожделением и с некоторым благоговением практиковался с орденами, как по отдельности, так и с двумя одновременно. Пробуя вливать в себя спаренные, а то и тройные колдовские силы сразу из обоих, и тут же сбрасывая их обратно. В данный момент молодой герой решил попытаться «вытянуть» из ордена все тридцать шесть единиц одновременно и впервые ощутить в себе практически максимальное магическое насыщение. Потому что для любого Эль-Митолана существовал предел такого насыщения: тридцать восемь, максимум – сорок коллег могли отдать ему свою силу. Превышение этого барьера вело к тому, что колдун превышал свои возможности по удержанию, и драгоценная энергия сразу же выплескивалась в окружающее пространство даром.

Проиграв отработанным движением пальцев уже усвоенную на уровне подсознания мелодию, Невменяемый даже не глядя, почувствовал усиление жара в ладони и осознал, что все жемчужины готовы опустошаться. Каково же было его удивление, когда он понял, что орден не спешит передавать ему накопленную энергию. Экспериментатор замер, прислушиваясь к своим ощущениям, и вскоре недоумение сменилось ликующим восторгом. Его мозг четко осознал неразрывную связь между способностями Эль-Митолана и мощью накопленной в артефакте. То есть при необходимости вовсе не обязательно вливать в себя все силы! Оказывается, что при максимальном использовании всего резерва одновременно орден просто подчинятся своему носителю и может отправить всю накопленную энергию сразу в то место или структуру, куда тому будет необходимо. Но самое главное при этом – что при таком направленном действии не терялось даже малейшей толики атакующей мощи, которая обязательно бы нивелировалась в случае «переливания» из предмета в тело и обратно. То есть колдуну достаточно послать, допустим, красную прожигающую молнию, а подготовленный к работе орден добавит туда весь свой потенциал. И тогда получится….

Кремон попытался представить результат такой огненной атаки, и с непроизвольным содроганием увидел перед мысленным взором дымящиеся и оплавленные остатки большой горы. А в сознании появилась уверенность, что и Заливной Щит не выдержал бы такого удара. Следовательно, ни Спящий Сторож, на даже легендарная Гандарра из Гиблых Топей не смогли бы противостоять владельцу Жемчужного ордена. Причем это – только одного. Что же тогда может натворить силища сразу из двух артефактов?

Осознав наконец-то, какая сейчас мощь находится у него в руке, Невменяемый поспешно «усыпил» все жемчужины, и вынул с некоторым облегчением подрагивающую руку из-под куртки. В тот же момент над ухом раздался скрипучий от недовольства голос Спина:

- Дружище, чем это ты там занимался? У меня создалось впечатление, что меня вот-вот разнесет на миллиард мелких опилок.

- Да так, немного экспериментировал со своими новыми возможностями, - расплывчато ответил Невменяемый.

- Однако! Ты хоть предупреждай в следующий раз, - с некоторой обидой и страхом проворчал лидер боларов. Затем помолчал и нехотя признался: - Хотя теперь, мне кажется, я осознал и прочувствовал до самой последней щепки ваше выражение: «Покрылся весь холодным потом».

Молодой герой натянуто рассмеялся:

- Да нет, Спин, корни у тебя сухие. Это тебе просто показалось….

Болары при всем желании не могли угнаться за быстроходными драконами, поэтому на новую базу готовящихся сил рейда добрались лишь через полтора суток. Она удобно разместилась на юго-западном выступе королевства, как раз возле той заставы, из состава которой шестеро предателей не так давно пытались убить Цашуна с Гишером. Только убийцы не подозревали, что в теле бойца «Молний» находится человек умеющий ставить небольшой Мыльный Экран, так что участь их оказалась незавидной. В данный момент на заставе распоряжался преданный королевской власти командир, а его подчиненные старались каждым своим действием показать свою непричастность к бунтовщикам.

По прилету болары первым делом передали своим новым союзникам внушительные пакеты с мушками, которые до сих пор считались здесь страшным дефицитом. Пакеты тут же стали рассортировывать нужными порциями и паковать в непромокаемые рыбьи желудки. В итоге каждый крылатый воин рейда оказался снабжен сразу восемью полноценными боевыми дозами, да еще по четыре досталось разумным растениям. В случае необходимости те могли передать дополнительный запас «прямо в зубы» по первому требованию.

Так же в лагере приготовили массу заказанных ранее стеклянных сосудов из тонкого стекла. Они имели плотную герметическую закупорку и, как предполагалось, могли оказать существенную помощь при сжигании кораблей Кремниевой Орды, которые держали через все Радужное море постоянный Мыльный Экран. Как шаманам удавалось произвести такое энергоемкое магическое действие, оставалось загадкой для всех, но вряд ли таковой она останется долгое время. Намечалось при первой же возможности захватить пленных из тонущих кораблей и выпытать желаемые секреты. Для этого дела силам рейда выдали сразу три Сонных покрывала.

Именно согласованием подобных предстоящих действий всего сборного легиона и занялись на первом совещании Кремон Невменяемый и Теур Ирисовый. Когда все уставшие после перелета бойцы отправились спать и набираться сил перед броском к морю, несгибаемые и двужильные командиры сошлись за круглым столом. И сразу же знакомство началось с конфронтации. Причем некоторую первоначальную антипатию у дракона вызвала увеличивающаяся схожесть Невменяемого с выходцами из Кремниевой Орды. Ведь время в дороге он провел не зря, видоизменяя свое лицо и начав окрашивать цвет своей кожи специфическим желтоватым оттенком. Заодно и некоторое гортанное произношение стало вплетаться в речевые обороты. Благо Кремон прекрасно помнил, как разговаривал на всеобщем его давешний подчиненный из числа наемников специального полка в Ледонии. Полка, который считался вспомогательным войсковым подразделением ДТО, или как расшифровывалась это аббревиатура: Дивизия Тотального Опустошения. Еще тогда тот самый Кузласс Бинай ??????? хвастался своим отменным произношением истинного уроженца Куринагола, столицы Кремниевой Орды. А пару раз на привалах описывал традиции и внутриклановые отношения своих земляков. Сейчас эти воспоминания сильно пригодились. К Невменяемому, по его особому приказу, все тщательно присматривались и прислушивались. Как итог: те же самые медленные превращения происходили и с остальными людьми-Эль-Митоланами из его отряда. Именно им надлежало пройти сквозь основные заслоны противника и прорваться как можно ближе к детищу Древних.

Но личную антипатию к человеку с внешностью ордынца, Теур еще мог в себе задавить, а вот попыток этого человека отдавать ему приказы, перенести не мог. Как оказалось, никто из королей не оговорил, а скорей всего просто не успел или не сообразил согласовать со своим венценосным коллегой, главу единоличного командования рейдом, вполне логично возложив это на своего самого опытного и проверенного руководителя. Рихард Огромный нисколько не сомневался в правомочности и знаниях Кремона Невменяемого, тогда как Старгел Бой Фиолетовый не мог предположить, что авторитарность Теура Ирисового хоть кто-нибудь осмелится оспорить. А вот командир смешанного отряда разумных оспорил, и для всеобщего блага и порядка потребовал подчинения в наиважнейших вопросах, только ему.

Естественно, что заслуженного и опытного исследователя это не устроило, и он с первых слов несколько опрометчиво попытался осадить молодого, и ничем внешне не примечательного нахала:

- Да под моим командованием порой до ста драконов находилось!

- Это не показатель, - отвечал Кремон. – Я тоже раньше среди рядовых не подвизался. Причем доводилось командовать не только одним видом разумных.

- Но за моими крыльями опыт нескольких исторических походов. Мы воочию убедились в существовании Западных островов.

- Мне тоже есть, чем похвастаться. Например: именно мы отыскали царство вьюдорашей и Утерянный Путь.

- Мне лично довелось увидеть страшных монстров! - не успокаивался дракон. Но человек отвечал с прежней невозмутимостью:

- Ну и что? Мне вон в одиночку удалось справиться со Спящим Сторожем. Но ведь не это – главное.

- А что?

- При всем к тебе уважении, Теур, хочу напомнить, что ты в первую очередь все-таки ученый и исследователь. С не меньшим уважением добавлю: историк, политик, общественный деятель. Без лишней лести готов утверждать: отличный семьянин и вообще, Разумный с большой буквы. Но! Ни в коем случае не военный! И сходу могу указать на несколько твоих тактических ошибок во время недавних кровавых сражений.

В период последних длительных перелетов Невменяемый не только хорошо выспался, но и успел обдумать, обсудить с друзьями последние события во всех мельчайших подробностях. Поэтому ему не составило большого труда критически обрисовать некоторые детали сражений, как в воздухе, на подлете к Калеццо, так и за родовой замок Ирисового. В любом скоро текущем сражении можно отыскать ошибки в командовании, и сейчас молодой герой их все и перечислил. С недоверчивым хмыканьем дракон выслушал нелицеприятные замечания, рассерженно щелкнул пастью, но спросил совсем об ином:

- Человек! Откуда тебе известны все детали?

Еще в Агване Кремон и протекторы договорились с Гишером о поэтапном введении в курс дела по поводу подмены сознания всех заинтересованных лиц. Именно Теур предполагался одним из первых, кому следовало открыть тайну великого эксперимента. Его, вместе с Цашуном, следовало полностью проинформировать даже раньше короля драконов или первого министра по целому ряду весьма обоснованных причин. И одна из них: что ученые скорей поймут всю важность и своевременность совершившегося действа и не станут туда примешивать личные амбиции, давно раскрытые, неактуальные тайны, и глобальные политические интересы.

Предположения оправдались полностью. Лишь только Ирисовый осознал суть кратко изложенного эксперимента, то сразу позабыл о своих симпатиях или антипатиях и еле сдержал себя от беспардонного ощупывания сидящего перед ним человека. Потом чуть ли не слезно стал упрашивать пригласить на совет того самого старого дракона-ученого, который и сейчас находился в расположении лагеря, повторить все в его присутствии, а потом все-таки согласиться хоть на какое-то обследование.

- Ты не понимаешь как это важно! – восклицал он, подпрыгивая на своем сидении. – Только на моей памяти мы пытаемся разгадать загадку подобного переселения десятилетиями! А оказывается, оно уже практикуется и передо мной находится уникальный материал для исследований.

Пришлось напомнить коллеге, о самом начале разговора:

- Вот видишь, Теур, ученый в тебе будет преобладать всегда, в любой ситуации. Тогда как в боевой обстановке ради спасения жизни и выполнения поставленной задачи про самые великие научные цели надо забывать моментально. Ну и самое главное: мы ведь собрались не для этого. Как только наши воины отдохнут, мы немедленно отправимся в дальнейший путь. А по прибытии на место нам возможно и некогда будет заниматься обсуждением тактических и практических деталей.

- Да…, ты прав, - с явной неохотой согласился Теур, имея ввиду сиюминутное обследование сидящего перед ним объекта. Но Невменяемый использовал это признание в глобальном масштабе, закрепляя за собой право общего командования рейдом:

- Вот и прекрасно, что ты понял важность единоличного командира. Тем более что под моим началом гораздо больше воинов. Теперь переходим к текущим вопросам. Первым делом для нас очень важно решить вопрос с увеличением скорости полета боларов. Ведь желательно закидывать их далеко вперед для предварительной разведки и способ для этого имеется.

Ирисовый поскрипел зубами от такого самоуверенного тона человека, взявшего на себя командование всем рейдом, но конфронтацию пока прекратил. Все-таки последний аргумент перевесил. Что ни говори, а Кремон командовал гораздо большим количеством разумных: двести шестьдесят пять полноценных воинов. Тогда как Теуру на постоянной основе подчинялось пока всего шестьдесят драконов. Поэтому он внешне согласился, заинтересовавшись новым способом:

- Может, летающие растения научились махать корнями для увеличения скорости полета?

- Ха! Хорошая идея! Надо будет Спина уговорить поэкспериментировать, - оценил шутку Кремон. – Но болары предпочитают излишне не напрягаться, поэтому позволяют мощным драконам себя транспортировать с большим комфортом в энергетических коконах. Именно так я в свое время в теле Гишера перетянул за собой через Топорный хребет Спина вместе с Карагом.

Ирисовый еще больше оживился:

- А людей так можно транспортировать?

- Увы! Сколько наши исследователи не старались, но кроме зеленых шаров никто и ничто на поддается уменьшению веса в этих магических коконах. Разве что объединят усилия с вашими гениями….

Затем командир попросил Теура подробно рассказать о каждом драконе-Эль-Митолане. Его в первую очередь интересовали боевые маги, владеющие умением создавать структуры изменения погоды, управления атмосферными стихиями. Именно таких колдунов следовало направлять на острие предполагаемых атак для создания прикрытия из плотных облаков, а то и небольшого урагана. В туманном мраке, метающим зажигательные бомбы боларам, будет намного проще подбираться к вражеским кораблям и выполнять поставленные перед ними боевые задачи.

После обсуждений способностей каждого воина личного состава, нашедшие общий язык дракон и человек вышли на плац и продемонстрировали всем заинтересованным последние новинки боевой и магической экипировки. Ну и те артефакты Древних, которые имелись у каждой стороны. Как, например, то же магическое жессо, которым с невероятным умением обращался Бабу Смилги. У драконов имелось три редчайших прибора под названием «фокус», с помощью которых они могли обозревать с большой высоты мельчайшие детали местности. Среди остальных вспомогательных средств, структур и устройств особо выделялась «мантия», выданная Невменяемому для сокрытия на полчаса своего тела в любом тылу врага. Артефакт являлся вещью многоразового пользования, хоть для его восстановления и требовалось сразу пять полных сил Эль-Митолана да прорва структур стационарной магии. Точно такой же вещицей молодой герой в свое время воспользовался на территории Ледонии для похищения древнего Трактата. Но та уникальная накидка была потеряна в ходе операции. А теперь вот, как утверждал Первый Светоч, в мире осталась только одна-единственная «мантия», но для общего блага ее выдали без колебаний. В данном случае о сохранении подобных секретов или магических технологий разговор даже не заводился, в минуту всемирной опасности пригодится буквально все. Как оказалось у каждой стороны нашлось немало сюрпризов для противника и если командир будет их правильно использовать в должных условиях, непобедимость сборного легиона разумных, возрастала на порядок.

Обсудили так же все особенности Огненной стрелы, которую удалось взять в свое время Цашуну Ларго в качестве трофея на территории Кремниевой Орды. Как оказалось после тщательных исследований, узкий цилиндр с острым наконечником предназначался для подачи зрительного сигнала на огромных расстояниях. Когда его запускали в действие, он с ревом взлетал на запредельные даже для драконов высоты и оставлял за собой долгоустойчивый и хорошо видимый дымный след ярко-оранжевого цвета. Те же исследователи предложили довольно эффективный способ борьбы с такой вражеской сигнализацией, хотя он и был действителен только в пределах ста метров. Но любой Эль-Митолан мог «накрыть» взлетающий цилиндр простеньким силовым полем, после чего устройство легко выходило из строя, взрываясь при этом на месте старта. Потом, правда, дымное облако вспухало прямо на земле, но и его можно было легко локализовать и сдержать от рассеивания другим силовым контуром. Что в некоторых обстоятельствах могло существенно помочь тем же атакующим и оказать медвежью услугу тем, кто попытался дать сигнал тревоги.

Когда состоялась побудка отдыхающего личного состава, воинов сытно покормили, и все на том же плацу ознакомили с предстоящим планом перелета и предполагаемых дальнейших действий. А напоследок поспешно провели взаимные магические уроки. Те, кто уже это умел, просто и доходчиво передавали опыт своим коллегам.

Процесс создания коконов оказался довольно прост. И вскоре все Эль-Митоланы рейда умели заключать разумные растения в колдовские оболочки и соединять их связующими жгутами из эластичной резины. Затем каждому члену рейда выдали по шестнадцать семян гаспиков, все, что накопилось в лаборатории у старого ученого. Все-таки полный цикл обработки семян занимал слишком много времени и укладывался в полтора месяца. Вначале обычные семена замачивали полтора суток в специальном растворе, потом проталкивали на тележках вглубь территории Зачарованной пустыни на пятьдесят метров и держали еще трое суток. Затем двое суток будущие волшебные плоты «отдыхали» в определенной магической структуре и вновь шли на очередной круг преобразования своих полезных и уникальных свойств.

На данный момент процесс производства растительных покорителей водных пространств был поставлен на поток, но добавочные порции невероятно нужных семян ожидались не ранее, чем через неделю. В Энормии тоже заинтересовались таким чудом природы и прикладной магии: в последние дни группы ученых работающих на границе с Зачарованной пустыней интенсивно только этим и занимались, ведь Невменяемый сообщил своим энормианским коллегам о самой сути открытия. Только вот секрет раствора ему был неизвестен и конкретной магической структуры он не знал, ведь все сведения об этом держались в голове у старого ученого-дракона. Можно было предвидеть, что Альтурские Горы вряд ли захотят открывать подобные секреты полностью даже самым нужным союзникам, а станут попросту продавать гаспики, оставаясь мировым монополистом. Но тут уже многое зависело от короля Рихарда Огромного. Если он сумеет настоять и грамотно поторговаться, то Старгел Бой Фиолетовый отдаст очень многое за право свободного доступа своих подданных к новому чуду драконьей оздоравливающей медицины – Чальшагскому озеру Жизни.

Но пока единодушно решили, что и таких внушительных запасов семян должно хватить с избытком для рейда любой сложности или продолжительности. Короткое прощание с пограничниками и вот уже шестьдесят драконов и двести боларов взмыли в вечернее небо и понеслись на юг. Возле самого моря их должны поджидать еще двадцать драконов и десять боларов-альтуриан из числа группы так называемой предварительной разведки. Этим тридцати разумным указывалось создать еще неделю назад в прибрежной полосе временный лагерь и тщательно следить за событиями в акватории Радужного моря.

Чтобы не слишком терять полезное время, сам перелет через баронство Стали командиры решили разбить на две фазы. Первую пролететь единым легионом. Если в пути не встретится нежданных засад, то на привале в середине пути, драконы возьмут на буксир семьдесят боларов и помчатся к морю на всей максимальной для себя скорости. А зеленые шары, несущие людей и таги, доберутся к береговому лагерю чуть позже. Но зато сразу смогут адекватно среагировать на создавшиеся там условие и не терять потом время на анализ ситуации.

В общем, так и получилось. Весь перелет прошел без сучка и задоринки, и напрягало разве что неожиданное обилие костров в малопригодных прежде для жизни лесах. Оказывается и сюда добрались первые беженцы из тех районов баронства Стали, которые непосредственно подверглись первым кровавым и беспощадным атакам Кремниевой Орды. Видимо люди надеялись переждать лихолетье в глухих и удаленных от основной цивилизации местностях. Как выяснили разведчики во время привала, люди бежали в основном от западной границы и из городов побережья Келпри и Сторн. Именно на эти два порта в последние недели и совершали наглые атаки силы ордынского военного флота. Это, не говоря о том, что уже больше месяца оба города находились практически в полной морской блокаде. Ни одно судно из большого мира в них прорваться не смогло.

Уже только эти давно устаревшие сообщения настораживали. Какую силу тогда набрали морские силы Кремниевой Орды на данное время? Раз они ведут себя так нагло и безнаказанно.

Поэтому Теур Ирисовый еще больше ускорил отлет своего отряда. Семьдесят боларов, в том числе и их старшего офицера Карага, упаковали в магические коконы, связали парами и тройками и вскоре первые драконы с тянущимся за ними «полезным грузом» взмыли в небо. Свободные коллеги их опекали со сторон на случай неожиданной атаки.

Кремон Невменяемый тоже приказал усилить бдительность:

- Чем больше мы приближаемся к морю, тем реальнее становится угроза неожиданной засады, поэтому советую не слишком спать людям, а боларам смотреть в стороны всеми доступными для них средствами.

Уже висящий над ним Спин, пробурчал тихонечко, чтобы остальные не услышали:

- Ты нас не учи! Мы получше вас и драконов вокруг себя пространство просматриваем. Поэтому можешь спать спокойно, и остальных зря не тормоши.

Действительно, разумные растения в последнее время выбрали совершенно новую тактику передвижения с грузом. Второй шар, или тот, что летел сзади упирался «лбом» в «затылок» первому и таким образом парочка значительно уменьшала фронтальное сопротивление воздуха. Человек тоже висел очень близко к ним, пряча лицо в выемку между сферами, но при этом свободно рассматривая все у себя под ногами. Болары в полете делили между собой сектора обзора, соответственно просматривая досконально воздушные и наземные просторы спереди и сзади. Учитывая имеющиеся у каждого третьего члена рейда наличие такого оружия как литанра, массу защитных амулетов и артефактов - подобное трио представляло собой убийственный, совершенно автономный мини отряд, способный выполнить большинство поставленных перед ними задач собственными силами.

На второй части пути болары отметили еще одну странную деталь. В расположенных внизу лесах виднелось неожиданно огромное количество их диких собратьев. Как предположил Спин, такая странная миграция скорей всего провоцировалась тотальным отловом всех остальных летающих растений, как на своей территории, так и в пограничных зонах Кремниевой Орды. Скорей всего ведущие «дикий» образ жизни зеленые шарики подались вдаль от опасности чисто инстинктивно, действуя скорей на подсознательном уровне. Но после таких выводов лидер боларов долго и сильно возмущался безжалостными, алчными шаманами и грозился отомстить за надругательства над своими соплеменниками.

Спин разошелся настолько, что пришлось Кремону успокаивать своего товарища, который в последнее время был настроен философски, а вывести его из себя считалось непосильной задачей:

- Дружище! Мы ведь для того и летим, чтобы твои собратья скорей обрели самосознание и полную свободу. Не забывай, скоро и сюда долетят миссионеры из числа твоих «обормотов», возложат свои корешки на кого надо, наградят большинство амулетами неподчинения жезлам и процесс станет необратимым. Да и мы постараемся в Орде не просто диверсии устраивать.

Некоторое время Спин молчал, а потом, уже совсем другим тоном отозвался:

- Ты прав, но спокойствия мне удалось достичь с трудом. И в данный момент я очень жалею, что у нас так мало нужных амулетов. А еще лучше было бы научиться аннулировать воздействие этих проклятых жезлов. Сразу бы несколько проблем решили, в том числе и с остановкой Титана, детища Древних.

- Меня больше волнует другое, - признался Кремон, повышая голос из-за свиста усилившегося встречного ветра, - Никто из наших ученых или историков так до сих пор не обнаружил даже единственного упоминания об этом самом Титане. И у меня родилось подозрение, что подобная массивная туша из резины и металла могла свалиться на Мир Тройной Радуги совершенно недавно.

- Откуда свалиться? – не понял Спин.

- Да откуда угодно! Хоть с Марги, хоть с Сапфира. А то и вообще с другой такой же планеты. Ведь тебе известна теория о множественности миров с разумными формами жизни?

- Только в общих чертах, - признался лидер боларов, - Но вряд ли передвижение такого огромного объекта возможно в безвоздушном пространстве. Подобных чудес не бывает.

- Ага, не бывает! Вот, например, во все века бьются над разгадкой одного чуда: как летают болары и что их держит в небе? Может, ты мне раскроешь такую «простенькую» тайну?

- Однако…, - замялся Спин. – Тут и разгадывать нечего, просто летаем – и все.

- Вот и Титан может по предположению «просто летать». Тем более, что он как бы парит над поверхностью. Мы на своей планете еще и половины тайн основ мироздания не изучили, так что говорить о других мирах?

- И все-таки! Твои подозрения скорей всего полностью беспочвенны, - стал рассуждать болар. – Судя по словам Цашуна, Титан находился ранее чуть ли не полностью в грунте. Следовательно, при такой жесткой посадке его корпус должен был элементарно лопнуть и поломаться. В лучшем случае получить значительные пробоины или повреждения. Поэтому скорей всего детище Древних было упаковано в грунт очень давно и тщательно и осторожно присыпано сверху. Шаманам просто невероятно повезло на него наткнуться.

В рассуждениях друга имелось рациональное зерно, и после непродолжительного спора Кремон признал его точку зрения наиболее верной. Действительно инородное тело из безвоздушного пространства не могло так сильно зарыться в скалистые образование при посадке, и совершенно при этом не пострадать. Но тогда опять возникали вопросы по идентификации единственного в своем роде артефакта. Об Арках и то нашлись разнообразные упоминания, а вот о Титане – ни слова.

По поводу копания в старых архивах, Спин вдруг вспомнил о маркизе Баризо:

- Вот Мальвика бы точно разыскала любые сведения. У нее врожденный талант к подобным делам. Да и настойчивости ей не занимать …было.

Некоторое время друзья молчали, рассматривая проносящуюся довольно близко вершину одинокой горы, а потом Невменяемый в раздумье признался:

- Странно, но в последнее время Мальвика мне несколько раз приснилась, а один раз я с ней даже разговаривал во сне. Причем весьма четко при этом осознавал, что она жива и занимается очень важными делами. Как ни странно на мой вопрос о жизни «там», девушка рассмеялась и пообещала что обязательно «оттуда» вырвется. Да напоследок пригрозила, что, мол, я так легко от нее не избавлюсь. Ты представляешь такое? Вот такие ночные кошмары….

Вначале Спин выразился весьма туманно и абстрактно:

- Интересная картина…, мокнет под окном…, - но потом сделал неожиданный вывод: - Скорей всего между вами осталась некоторая ментальная связь, в которой обе стороны ваших сущностей продолжают тянуться друг к другу.

- Скажешь тоже! – фыркнул Кремон. – Когда это я к ней тянулся?

- Порой разумные и сами не сразу осознают свое предначертание в ареале сосуществования. А ведь тебе всегда возле Мальвики было хорошо и спокойно. Ведь, правда?

- Не скрою, так и было. Но ведь это еще ничего не значит.

- С твоей стороны – ничего. Но для ее деятельной сущности этого достаточно для некоторой астральной зацепки, созданию так называемого маяка в информационном поле всего мироздания.

Кремон не выдержал и воскликнул:

- Слушай, дружище! Откуда у тебя такие философские познания в сферах потустороннего и неведомого? Когда и где успел вычитать?

- Хм…, затрудняюсь ответить…. Мне кажется, иногда на меня что-то находит, словно озарение. Частенько даже сам пугаюсь от удивления: как только ворох абсурдных и противоречивых мыслей меня с ума не сводит?

- Да нет, тебе это не грозит.

- Что, озарение? – решил уточнить болар, уже догадываясь, что товарищ готовится к очередной подначке. Предчувствия его не подвели:

- Наоборот - сумасшествие тебе не грозит. Потому что мозги у тебя слишком крепкие и никак не могут порваться от напряжения.

- Конечно, они у нас дубовые. Практически у нас и сотрясений мозга не бывает, - покорно согласился Спин. Затем в раздумье, словно что-то припоминая, проговорил: - Но вот один Грюхун мне доказывал, что при сильных обидах у нас могут оторваться корни….

В следующий момент он как-то странно вздрогнул всем корпусом и вместе со все слышавшим побратимом, резко провалился вниз. Хоть Кремон и ожидал нечто подобное, да и вообще слыл парнем не робкого десятка, но сердце у него тут же ухнуло в пятки, ладони судорожно сжались на корнях, и сам он запричитал:

- Прекрати немедленно! Или ты хочешь моего инфаркта? Тогда к морю, моя тушка как раз остыть успеет.

- Ха! Как ему, так можно шутить, - забулькал смехом болар. – А вот другим…. Да и вообще, отпусти, пожалуйста, мои корни. А то они и в самом деле, отсохнув, отвалятся.

Молодой герой с запоздалым раскаянием ослабил свою смертельную хватку и поерзал на плетеном сиденье, устраиваясь удобнее:

- Хорошо все-таки иметь умных друзей. Другие вообще могли бы додуматься до того, чтобы сбросить меня с высоты, а потом пытаться подхватить возле самой земли.

- Вот здорово! - с радостным оптимизмом воскликнул Спин. – Так ведь это же – наша самая любимая забава. Обязательно попробуем, но только в следующий раз.

- А что так? Инфаркта моего боитесь?

- Да нет. Просто ты сейчас начеку и тебе будет совсем неинтересно.

На этот раз радостно засмеялось все трио. Хотя где-то глубоко в сознании Невменяемого вдруг заворочалось ностальгическое сожаление-предчувствие о призрачности и неуверенности их сиюминутного бытия. И о том, что следующие подобные минуты отдыха и веселья им могут представиться судьбой ох как не скоро. Если вообще представятся…. Ведь не на прогулку летели.

РАДУЖНОЕ МОРЕ

К временному лагерюоставалось совсем немного, когда отряд Невменяемого заметил летящую навстречу парочку драконов. Оказалось, что это Теур не вытерпел и поспешил к ним на встречу с одним из своих офицеров. За сэкономленное в скоростном полете время они не только выспаться успели, но и собрать самую свежую информацию.

Подстроившись после разворота к Невменяемому и выровняв скорость, дракон сразу стал делиться последними новостями:

- Практически все Радужное море контролируется военно-морскими силами Кремниевой Орды. В данный момент полностью блокировано морское сообщение с баронством Стали, Менсалонией и одним из Южных княжеств. Все порты и береговые укрепления Морского королевства находятся в повышенной боевой готовности, ну а их корабли курсируют только на юг, да под прикрытием пограничных фрегатов в сторону Чингалии. Ну а теперь о самом неприятном: сплошная линия вражеского флота, которая поддерживает Мыльный Экран в действующем положении – фактически удвоилась. И вдобавок с обеих сторон цепочки курсируют далеко выдвинутые в стороны легкие яхты разведки. Все они нагло передвигаются под своим малиновым знаменем и ввязываются в бой с любым забредшим в те воды кораблем. Всю эту информацию удалось собрать только благодаря нашим вездесущим и пронырливым боларам. Драконов бы наверняка давно заметили и подняли тревогу. Основное, из новостей – все. Что будем делать?

- Одно радует, что они ходят под своими флагами и невинные при нашей атаке не пострадают, - Невменяемый сразу решил использовать преимущества внезапной атаки: - Делаем только десятиминутную посадку для пополнения запасов продуктами и пресной водой. Если поторопимся, то уже перед рассветом нам удастся значительно проредить заслон обнаглевших ордынцев.

Теур прямо на лету высокомерно хмыкнул:

- Не лучше ли одни сутки потратить на более подробную разведку?

- Чего мы этим достигнем? – стал сердиться Кремон. – Что новость о наших совместных действиях с боларами достигнет шаманов вражеской армады, и те начнут безжалостно уничтожать любую появившуюся в их поле зрения зеленую сферу? Еще чего! Лишать себя главного козыря – недальновидно. Поэтому попрошу тебя опять мчаться в лагерь и подготовить для нас быструю загрузку. Потом опять ваш передовой отряд с боларами на прицепе мчится к тому участку моря, откуда мы сможем спокойно использовать гаспики. Располагайтесь на плотах и готовьте емкости с зажигательной смесью. Не забудьте установить Маяк жизни с синим лучом.

- Хватит одного?

- Вполне. Мы будем ориентироваться на него, и лететь над самой поверхностью воды. Как только соединимся, сразу забираем подготовленные бомбы и летим к целям. Если удастся нарушить целостность мыльного Экрана, начинаем сигнализировать во все стороны Маяком Желтого цвета. Тогда уже с готовой смесью в бой вступают все остальные летательные силы. Ваша последующая задача будет ликвидировать цепочку от места прорыва в стороны как можно на большее расстояние. Затем бросаетесь догонять нас. Группа разведки возвращается в лагерь на побережье, дожидается шестую энормианскую эскадру и уже вместе с ней продолжает войну на дальнейшее уничтожение вражеского флота. Чем больше ордынцев они уничтожат, тем нам потом легче будет домой возвращаться. Все, поспеши!

Ирисовый резко ускорил полет, хотя и так по его заверениям оставалось минут двадцать до лагеря. Но и такого мизерного опережения хватило для побудки и интенсивной подготовки к взлету. Пока прибывшие основные силы рейда запасались водой и пополняли запас сухого пайка, отряд дальнего подскока уже запаковал своих боларов в магические коконы и стал подниматься в небо. К ним присоединилосьи пять остававшихся до сей поры в лагере драконов. Остальные пятнадцать и десяток летающих растений оставались далеко в море и вели наблюдение с плавающих плотов. Именно к ним и устремились первая часть отряда во главе с Теуром и Карагом. Чуть позже, следом за ними в воздушное пространство взлетели и основные силы рейда, сто тридцать боларов с шестьюдесятью людьми и пятью таги. Игнорируя обеденный перерыв и заслуженный отдых. Вот так, сходу и без раскачки началась вторая часть рейда под условным названием «Прорыв».

Летели всю вторую половину дня, но только ночью болары заметили синий луч Маяка, и стая полетела строго по прямой линии. К сожалению, из-за особой специфики приборов, созданных по образцу древнего артефакта, новые лучи разного цвета могли видеть только разумные растения. Драконы их не могли видеть. Единственным исключением рказался сам Невменяемый, который в то время находился в теле Гишера. Именно тгда он прекрасно видел лучи испускаемые Маяками, хоть в ночное время и ограничивался лишь тремя километрами зрения, обязательными для всех крылатых покорителей неба. Видимо в том случае наличествовала некая уникальность опыта, потому что сколько болары после не объясняли драконам свои ощущения, те ничего так и не смогли увидеть.

Правда разумные растения от такого факта не расстроились, а только заимели лишний повод собой гордиться. Ведь уже только это умение делало их практически незаменимыми союзниками и помощниками. Ведь по разработанным в штабе разведки сигналам, теперь можно было передавать сообщения чуть ли не любого характера и значения. Причем велись и работы по созданию переговорного текста, в котором каждая комбинация световых интервалов обозначала определенную букву алфавита. Ко всеобщему недовольству разработка и соответствующее обучение так и не успели завершить к началу рейда. Но все равно в экипировке легиона имелось около пятнадцати Маяков с разным по цвету свечением и с их помощью намечалось поддерживать общую связь как с Пладой, так и с более близко расположенным к границе Чальшагом.

Самую первую копию уникального прибора, который Спин одолжил у Грюхуна стаи, удалось сделать еще пару лет назад компании Эль-Митоланов под руководством Хлеби Избавляющего и самого Кремона. Тогда Маяк просто-таки кардинально помог молодому герою и его помощникам при изъятии всемирно теперь известного Трактата из подземелий столицы Ледонии. Благодаря этому же магическому устройству Спин с Карагом даже успели вернуться в царство Огов и догадаться о том, что невероятно вооруженная армия колабов и наемников движется по территории Гиблых Топей с коварными планами прямой агрессии.

В то время Маяков существовало только два. Теперь многими сотнями Энормия, пользовалась со все возрастающей пользой и эффективностью. Причем делалось это не только в армейской или флотской сфере, но и чисто гражданской. На данный момент драконы никак не могли поверить в существование разноцветных лучей, несущихся вокруг всей планеты, потому что даже с их наилучшим среди всех разумных существ зрением, они их попросту не видели. Но лидеры боларов пока не спешили разубеждать словами недоверчивых союзников. Утверждая, что жизненные реалии – самое лучшее доказательство.

К месту движения плотов, основные силы добрались далеко за полночь и последнее расстояние преодолевали над самой поверхностью морских волн. Из-за этого всем Эль-Митоланам пришлось ставить защиту от влаги и брызг, слишком уж часто ногами они цеплялись за вздымающиеся порой верхушки небольших волн. Ну а простым воинам оставалось только беззвучно ворчать, да как можно чаще шевелить промокшими в сапогах пальцами ног.

Когда весь легион разместился на гаспиках, и те вытянулись в движении длинным кильватерным строем, Кремон тоже получил подробный отчет о ситуации от находившихся здесь ранее разведчиков. Оказалось, что в данном секторе яхт разведки противника довольно мало и при определенной доле везения были отличные шансы через два часа прорваться непосредственно к сдвоенной цепочке всей ордынской армады.

Опять Невменяемый не стал мешкать в длительных размышлениях. По всем плотам передали два приказа: готовить огненную смесь из мушек и боевым магам стихий создавать структуры по кардинальному ухудшению погоды. Для последнего действа могло сгодиться все: от густого, тяжелого тумана, довольно частого в этих местах перед рассветом, до редких на данной широте и в ночное время скоростных торнадо из сплошного мрака. Само собой разумеется, что и дальнему наблюдению уделили должное внимание. Несколько Эль-Митоланов отделенными сознаниями проверяли пространство километров на шесть вперед и в стороны. Как оказалось не зря. Чуть наискосок вскоре обнаружили сразу две легкие яхты, которые дрейфовали на канатной сцепке. Можно было попытаться их обогнуть по большой дуге, но Кремон не стал рисковать. Ведь шаманы тоже могли тщательно просматривать окрестности моря, да и время при обходе терялось. Началась первая атака на уничтожение.

Наиболее минимальный по размерам болар, лелея в своем корпусе Маяк с красным лучом, понесся к яхтам над самыми волнами и незаметно прикрепился на висящем из борта якоре. Такие попытки растений отдохнуть при перелете Радужного моря никого не удивляли, так что вряд ли даже вахтенные матросы обратят на это внимание. Одновременно с этим запустили сразу две, для большего эффекта, структуры густого тумана, которые накрыли яхты непроницаемым для глаза саваном. Ну и вслед за туманом на неприятельские корабли пошли в атаку двадцать боевых троек из боларов и людей. Наверняка хватило бы и меньше, ведь на яхтах находилось всего лишь четыре вражеских колдуна: один бодрствовал в капитанской каюте, рассматривая карты, двое спало или следило вокруг отделенным сознанием, и еще один дежурил на капитанской надстройке второй яхты. Но Невменяемый вознамерился не только без единого шума или сигнала колокола уничтожить обе яхты, но еще и попытаться захватить пленного. Для этого он наметил бодрствующего шамана, который возился с картами. Наверняка тот среди ордынцев был самый знающий и проинформированный. По крайней мере, так предполагалось.

На маленьком спардеке каждой из яхт также обнаружили по готовому к запуску сигнальному устройству. Возле каждого из них на палубе сидел вахтенный матрос. Для локализации этого потенциального источника беспокойства энормианские Эль-Митоланы заблаговременно подготовили структуры силового давления и замыкающие контуры.

И вот первая атака началась. Двигаясь прямо на луч и пользуясь своими умениями ориентироваться в непроглядном из-за тумана пространстве, каждая пара боларов вышла к намеченной заранее точке предстоящей схватки, и стала действовать на уничтожение противника. Командир взял на себя того шамана, который находился на капитанской надстройке. Пользуясь своими средствами ориентации, летающие растения посадили молодого героя чуть ли не на голову врагу. Следовало отдать «змеиному» должное: ордынец успел их заметить сразу же, хотя в густом тумане ему первыми увиделись только зеленые сферы. Скорей всего человека рассмотреть он не успел. Магический жезл управления находился у шамана в руке и тот задействовал его без малейшего промедления. Задействовал и тут же воззрился на него с явным изумлением. Словно желая собственными глазами удостовериться в исправности древнего артефакта. В следующий миг его голова оказалась пронзенной широким наконечником короткого копья, а затем и Кремон, коснувшийся мягкими кожаными сапогами палубы, подхватил падающее тело. Единственный звук издал выроненный жезл, который ударился о паёлы и откатился к шпингалету.

- Ах! – не сдержал досадного шепота командир. – Как он грохочет, однако! Заберем?

В арсенале легиона имелось четыре жезла, но почему же лишаться еще одного уникального и древнего артефакта? Да и Спин наверняка думал точно так же. Потому что не успели отзвучать слова Кремона, как болар уже мотнулся к ограждающему лееру, удачно подхватил устройство и спрятал во внутренностях своего на диво вместительного корпуса.

Дальнейшее уничтожение врагов на этой яхте прошло без сучка и задоринки. Экипаж, состоявший из пятнадцати человек, так и не проснулся, и после короткого магического обыска днище судна проломили несколькими точно рассчитанными ударами.

А вот второй объект зачистить без шума и сопротивления не удалось. Хотя нападающие тоже обошлись со своей стороны без единой раны. Но неожиданно мощное сопротивление оказал именно тот шаман, которого Невменяемый выбрал в качестве предполагаемого пленного. Оказалось, что его каюта защищена от внешнего вторжения сразу несколькими магическими ловушками и двумя весьма активными охранными контурами. Так что ответственные за пленение воины не стали долго с врагом церемониться. Такой случай тоже предусмотрели заранее. Групповыми усилиями они попросту сжали капитанскую каюту, и ее хозяин тут же погиб в собственных защитных ловушках. Но самое главное, он не успел задействовать наверняка заготовленное магическое сообщение тревоги. Обоих вахтенных возле летающих труб успокоили еще эффективнее.

Палубы тонущих яхт уже стала заливать вода, когда передовой отряд, просигналил основным силам об итоге своей работы и устремился обратно на плоты. Несколько карт здешнего участка моря все-таки спасти удалось, поэтому на гаспиках командование легиона их тщательно просмотрело, сопоставив с имеющимися сведениями. Общие данные разведки получили конкретные подтверждения в схемах и планах. А после часового передвижения на уникальных плотах, сразу несколько Эль-Митоланов вернулись в свои тела с сообщением о расположенной прямо поперек курса цепочке вражеской армады.

Кремон сразу дал команду запустить вперед все приготовленные структуры непогоды, а через четверть часа почти все двести боларов, тяжело нагруженные бутылями с огненной смесью, поджавшими ноги людьми и таги, устремились широким фронтом в атаку. С драконами осталось только около десятка летающих растений, да и то лишь для того, чтобы увидев соответствующие лучи Маяков вовремя сообщить о падении Мыльного Экрана.

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

СОКРУШИТЕЛЬНЫЙУДАР

На некоторых кораблях ордынской армады, капитаны все-таки всполошились и подняли своих воинов и матросов по боевой тревоге. Уж слишком странными показались им неожиданный мрак, густой туман или шквалистые порывы ураганной черноты. Тревожно забили сигнальные колокола. Заскрипели вороты возводимых осадных луков. Защелкали зажимы на колесах, готовящихся к стрельбе махофуров. Загрохотали выбираемые цепи плавучих якорей. Ну а воины в полном вооружении выстраивались вдоль бортов и с бьющимися ускоренно сердцами вглядывались в сгустившуюся черноту ночи. Но по большому счету особого урона нападающим это не нанесло. Слишком неожиданной, оригинальной и новой по исполнению была их атака.

Кое-где насторожившиеся защитники успевали заметить поднимающиеся от воды или опускающиеся с неба летающие растения. Но и это получалось им во вред. Они расслаблялись, сбиваясь сразу только на одну мысль: «Ну, этих зеленючек сейчас шаманы быстро приструнят и отправят к берегу на работы! Ишь, разлетались!» Подобное в открытом море случалось довольно часто и дикие летающие растения во все времена в непогоду пытались опуститься для короткого отдыха на какую угодно твердь. Хотя на пресную воду огромных озер садились без всякого опасения.

Правда, сейчас все происходило иначе. Вместо того, чтобы безропотно собираться в кучки и лететь в сторону берега, болары деловито подлетали к люкам и сходням, ведущим во внутренние помещения кораблей и с убийственной сноровкой забрасывали вниз стеклянные бутыли заполненные ярко красной, пузырящейся жидкостью. Затем резко взмывали вверх и уходили в сторону, а из трюмов и кают взвивались в ночь неугасимые языки все прожигающего пламени. Дикие вопли обожженных насмерть товарищей холодили обороняющимся кровь в жилах, и от этого они опять теряли по несколько драгоценных секунд, таких важных для полной мобилизации и тушения пожара.

Осознавать случившееся и удивляться было некогда и под громкие окрики командиров, капитанов и шаманов весь личный состав кораблей бросался на борьбу с неукротимым пламенем. Но вот тут уже на них со сторон сходилась «вторая волна» беспощадно настроенного противника. Но теперь они прилетали тройками и висящее под корнями боларов люди точными ударами молний старались в первую очередь выбить из строя ордынских магов и командиров. Как правило, те выскакивали на капитанский мостик и оттуда пытались руководить действиями воинов. Причем в некоторых случаях на борту их находилось по двое, кое-где по одному, кое-где вообще не было. Так что численное и магическое преимущество атакующих сказывалось моментально и вражеские колдуны вскорости падали за борт с прожаренными или заледеневшими мозгами. Данный факт уничтожения магической элиты особо обуславливался Невменяемым еще и с другой целью. Ведь многие ордынцы окажутся за бортом, а значит будут иметь весьма неплохие шансы дождаться помощи от сходящихся к месту прорыва других частей своей армады. А вылавливать в волнах и добивать плывущих людей – дело довольно продолжительное и неблагодарное. Гораздо важней уничтожить как можно больше единиц боевого флота. Поэтому «второй волне» ставилась определенная задача по уничтожению командирского состава и добивании плавсредства, если все-таки его команда нашла возможности противостоять пожару и остаться на плаву.

Вся армада Кремниевой Орды действительно располагалась в море двумя чуть ли не сплошными линиями. Расстояние между ними определялось пятью, шестью кабельтовыми. Точно такой же интервал наблюдался и в самой линии. Вдобавок все корабли старались стоять в шахматном порядке, предотвращая таким образом и сокращая до минимума все лазейки для прорыва. Само собой разумеется, что построить или захватить такое невероятное количество кораблей для ордынцев было бы просто немыслимо. Вся правда открылась только при атаке. Частенько в линии, особенно во второй, стояли не просто военные корабли или белее менее приспособленные для этого средние яхты, каботажники или купеческие корабли. Порой строй держали разболтанные и еле держащиеся на плаву рыбацкие баркасы, а то и утлые фелюги. Видимо для создания Мыльного Экрана экспроприировали любые плавсредства с обоих побережий Радужного моря и нападающих радовал только тот факт, что самих рыбаков и купцов видимо оставили на суше. Потому что на палубах виднелись лишь хорошо отличимые по внешности коренные ордынцы.

На каких условиях и магических силах держался опасный, вернее, смертельный для драконов барьер, понять было трудно. Тут теоретики и специалисты легиона так и остались в неведении. И в какой-то момент у них даже зародилось сомнение в главном успехе всего прорыва. Ведь уже погрузилось под воду по десятку кораблей в каждой линии, а Мыльный Экран так и продолжал мерцать в определенном ракурсе магического зрения. И только когда ушло под воду еще с десяток вражеских боевых единиц, стационарная преграда замерцала хорошо различимыми цветами радуги и приказала долго жить.

По предварительной согласованности болары тут же включили определенные Маяки и в направлении идущих по векторам в стороны гаспиков, понеслись возвещающие о первой победе лучи. Драконы только и ждали этого сигнала. Разделившийся надвое отряд понесся гораздо дальше в стороны от прорыва, захватывая тем самым еще большее пространство вытянутой в линию вражеской армады. Существовало, правда опасение, что Мыльный Экран может существовать и несколькими частями даже после того, как у него «сожгут» середину, но для перестраховки самые передовые и высоко летящие драконы прихватили за собой по одному болару, помещенному в магический кокон. Летающие растения прекрасно видели главную опасность для крылатых союзников и могли сообщить вовремя о препятствии.

Как оказалось, Экран рухнул и растворился по всей своей длине. И бой перешел в фазу нанесения наибольшего урона вражеской армаде. Атакуя на огромной скорости и не жалея магической энергии драконы атаковали со всей накопившейся у них яростью и желанием мести за своих не так давно здесь же погибших товарищей. Мушек и огненной смеси они тоже не жалели. К тому же каждый из них нес по три заранее заготовленных стеклянных емкости со все сжигающим пламенем.

Уже болары достигли пустых участком моря на своих флангах и поспешили вернуться, а правильнее сказать: лечь на основной курс движения всего легиона. Уже и определенными Маяками болары дали сигналы своим собратьям об отступлении и сборе на главном маршруте. Уже и Кремон Невменяемый переволновался и попытался вернуться отделенным сознание на акваторию недавнего боя. А разошедшиеся и разгоряченные схваткой драконы все жгли и жгли корабли ордынской армады. Кончилась огненная смесь – перешли на магические средства. Кончились они – пошли в ход специально для этой атаки выделенные артефакты. И только после тотального истощения атакующих средств обе группы драконов устало повернули на запад и стали по ходу движения набирать высоту в предрассветном небе.

В эту ночь Кремниевой Орде нанесли первый и самый сокрушительный пока удар в начавшейся войне. Сборный легион союзников уничтожил и пустил на дно триста двенадцать кораблей противника и половина из них были не просто рыбацкими лоханками, а боевыми и невероятно сильно вооруженными боевыми единицами. Немалый урон Орда понесла и в своей армии Эль-Митоланов: более трехсот пятидесяти «змеиных» навсегда сомкнули свои очи в морской пучине. Впоследствии Мыльный Экран морской армаде восстановить так и не удалось. Слишком страшными оказались потери. А через пару дней к вновь выстраивающейся линии подошли две эскадры энормианских морских сил. И стали щипать врага короткими наскоками и полу пиратскими атаками. Не забывая при этом применять в полной мере ночные атаки боларов с огненной смесью. Чуть позже – на арене сражений появился сборный флот Чингалии и султанский флот Онтара. Морское королевство, как государство самое заинтересованное в прорыве блокады и уничтожению опаснейшего противника, тоже вывело в море весь свой боевой флот и взяло на себя обеспечение пресной водой и продовольствием. На бортах объединенного флота, в который вошло более чем полторы тысячи лучших боевых кораблей, вдобавок базировалось около тысячи обученных для морского боя боларов и две тысячи драконов. Около недели после воссоединения всего флота под единое командование морская война шла в позиционном плане. Потом состоялось несколько морских сражений, в одном из которых ордынцам даже удалось одержать немного спорную победу. Но в конечном итоге основные силы шаманов на океанских просторах оказались разгромлены и спешно отступили к своим берегам, под защиту портовых сооружений и стационарной магической обороны.

Драконы догнали основную группу своих союзников уже довольно далеко от места сражения. Еще полчаса летели осматриваясь во все стороны, а потом сбросили очередные семена гаспиков. Расположились на плотах, пустили их вплавь своим ходом и обеспокоились просмотром окружающих вод. Затем стали оказывать помощь двум пленным, которых таки удалось захватить на месте сражений. Оба были из когорты «змеиных», но один оказался слишком слаб здоровьем. Или те кто его пленил, перестарались. Зато второй находился во вполне излечимом состоянии и лучшие медики легиона пообещали в течении часа привести его в надлежащее для допроса чувство.

А только потом принялись зализывать собственные раны и подсчитывать потери. Без них тоже не обошлось, как ни блистательна оказалась ночная победа. Основной урон нападающим доставили стационарные флотские махофуры. Да и то, только потому, что прислуга этих агрегатов запускала их практически вслепую. Но за один такой кидок рычажно-натяжного устройства, с ложемента срывалось сразу три плоских вращающихся диска. Они кучным веером летели со специфическим урчанием в сторону цели и срезали все, что попадалось у них на пути. Именно под такие «слепые» удары беспорядочной, но частой стрельбы и попали основные жертвы из состава легиона. Вдобавок личный состав некоторых больших кораблей оказал самое отчаянное сопротивление.

В итоге погибло четыре дракона, пять боларов и два человека. Ни один таги из инженерного квинтета не пострадал, хотя одного и пришлось спасать из морской пучины, куда тот рухнул после гибели своего зеленого носителя. Как ни прискорбны оказались потери, но всеобщей радости они не смогли омрачить. Ведь еще вначале ночи каждый боец легиона мысленно настраивался к более глубокой печали. Судя по предыдущему прорыву, могли и в этот раз лишиться трети, если не больше, всего личного состава. Так что одиннадцать павших товарищей своими смертями не зря заплатили за победу в кровавом морском сражении. Ну и решающий вклад в эту победу, без всякого сомнения, внесли именно болары. Но если все они страшно гордились своей отвагой и сообразительностью в бою, то их командиры Караг и Спин, разместившись с Кремоном Невменяемым и Теуром Ирисовым на одном плоту, пустились в философские рассуждение о вреде своего участия в подобных стычках. Мало того, они занялись чуть ли не самобичеванием по той причине, что посчитали именно себя виновными в сложившейся безвыходной обстановке. Молодой герой вместе с драконом пытались оспорить рассуждения разумных растений, но получалось это довольно плохо. Тем более что Спин и его первый зам не особенно прислушивались к логическим выкладкам оппонентов. А в конце диспута вообще с некоторым унынием заладили:

- Войны – категорически не присущи деятельности разумных существ. Подобное деяние зло – и отвечать придется именно нам, боларам.

Теур потерял всякое терпение, предварив рычанием свои возражения:

- Да сколько можно талдычить одно и то же?! Только полный несмышленыш не оценит сегодняшнюю ситуацию адекватно, а будет рассуждать там, где надо сражаться и жечь огнем. Изменить ничего нельзя! Или мы - их, или они - нас! Третьего не дано.

- В том то и дело, что «дано»! – горячо возразил Спин, меняя положение и чуть прокатившись в сторону на своем корпусе. Кремон выглядел тоже весьма сердитым:

- Хорошо! Говори конкретно: что надо делать?

- Ха! Если бы мы знали! – с досадой выпалил Караг. – Но мы внутренне просто уверены: выход был, есть и будет. Только вот нам он не известен. Пока….

- Неизвестен – значит и разговоры заводить не стоит! Пока! – жестко посоветовал дракон. – Сами успокойтесь и нас без нужды не тревожьте.

- Если бы все было так просто, - побормотал Спин. Затем проскрипел своими внутренностями и добавил в раздумье: - Такое ощущение, что эти картины с криками и страшными смертями останутся перед моим мысленным взором навечно.

В правилах поведения любого Эль-Митолана не было принято миндальничать и деликатничать по поводу разницы в долголетии между ними и остальными разумными, поэтому Невменяемый напомнил своему другу:

- Какое там «навечно»? Ведь ты сам утверждал, что тебе осталось лет двенадцать, максимум восемнадцать прожить. Откуда вдруг такой долгосрочный пессимизм?

- Не знаю…, - лидер боларов постучал себя корнем по верхней, зеленой сфере. – Но где-то вот тут крутится уверенность, что я и тебя переживу. Кажется для нас и четыреста лет не предел. Конечно, в том случае, если в следующем бою не попаду под удар махофурного диска или под сжигающую молнию ордынского шамана.

- Ничего с тобой не случится, - заверил Кремон, - Корабли мы рассеяли, а против молний у тебя есть наилучший оберег. Только вот как вас подтолкнуть к долгожительству? Ведь нигде и никогда в истории ничего конкретного не упоминалось.

- Почему же, - оживился Караг, с удовольствием переводя разговор на другую тему. – Все в том же Трактате говорилось, что представители нашего племени живут очень долго.

Спин позволил себе коротко булькнуть смехом:

- Для нас сейчас – и тридцать лет покажутся долгими. Так что готов еще хоть сто раз подставлять свою сферу под ладошки Кремона. Чем судьба не шутит: вдруг его каждое прикосновение добавляет год жизни?

- Ага, или целую неделю, - в тон ему поддакнул Невменяемый. – Но тогда я точно кожу рук до костей протру от вашей колючей травки. И чем болтать без толку в ожидании начала допроса, давайте лучше поработаем над шаманским жезлом. Доставай! Вдруг он настроен совсем иначе, чем у драконов.

Его друг достал трофей из своей сферы и протянул рукоятью вперед с некоторой опаской:

- А кто будет в роли подопытных кроликов?

- Не переживай, дружище! Тебе не придется мучиться моральными терзаниями подвергая неизведанным опасностям своих подчиненных. Мы прямо на себе все сразу и испытаем. Теур, доставай свой экземпляр!

И командир легиона пропустил мимо ушей скрипучее ворчание:

- Как же! «На себе» он испытает! А у нас потом внутренности побаливают, словно после сотрясения….

Некоторое время все четверо занялись сравнением и тщательным изучением, как внешнего вида, так и силы воздействия шаманского жезла. Мало того, что ордынский артефакт формой сильно отличался от применяемых в Альтурских Горах, так он еще имел другие зоны воздействия.

- Такое впечатление, что он только на наши корни воздействует, - подвел Караг первый итог начального эксперимента. – То есть сразу на органы управления. Тогда как твой, - он потряс драконьим жезлом, - Явно пытается в первую очередь отключить любое мышление. И скорей всего они предназначены для разных целей.

- Скорей всего их производили совершенно независимо друг от друга, - высказал свое мнение и Невменяемый после тщательного осмотра всех доступных деталей. – Вполне возможно, что в разных государствах и по различным технологиям.

- А значит, - в радостном озарении поднял свой указательный коготь вверх дракон, - Мы можем попробовать отыскать способ перекрытия лучей трофейного жезла нашими! Надо только будет тщательно просчитать силу воздействия, потому как она не обязательно должна быть большей.

Караг выразил общее сомнение:

- Как же мы маленьким победим большое?

- Мне кажется суть здесь точно такая же как и с вашими Маяками. Просто в данном случае с жезлами испускаемые ими лучи никто не видит. А звуковое сопровождение скорей всего в навязывании воли роли не играет. Уверен, что трубные звуки вообще следует убрать, дабы они не мешали и следить только за воздействием невидимого луча.

Для дальнейшего обсуждения и опытов решили позвать всех таги и вскоре жезлы перекочевали к маленьким человечкам. Но вот командиры не смогли присутствовать при дальнейших исследованиях. Плененный шаман пришел в товарный вид и уже находился под Сонным Покрывалом. Поэтому начался спешный, но скрупулезный допрос.

Змеиный попался со средним багажом информации. К сожалению он ничего не ведал о самой сути всего происходящего вокруг Титана. Разве что только общие данные: древнее и самое могучее оружие в мире, которое принесет ордынцам власть над всем миром. Кстати, на непроизвольный вопрос Невменяемого зачем им эта самая власть, шаман ответил:

- Каждый простой ордынец будет иметь по десять рабов из мужчин, а каждая его жена, по пять рабынь женщин. Все остальные твари будут уничтожены и стерты с лица планеты. Каждый Кзыр получит втрое больше.

- Понятно…, - грустно констатировала придерживающая пленного за плечи Мирта. – Ничего нового или оригинального. Все хотят сытно есть и ничего при этом не делать….

Время не давало пускаться в философские размышления, поэтому вопросы посыпались с прежней методичностью. В остальных вопросах глобальной обороны шаман оказался подкован на удивление хорошо. И наиболее важным оказался факт, что на западном побережье Кремниевой Орды установлено неизмеримое количество стационарных магических заслонов. Причем они мастерски перемежались лучшими отрядами разведчиков и следопытов. Всем военно-морским силам был дан строжайший наказ: не допустить драконов к Западным островам ценою собственных жизней. А если такое все-таки случится, не дать драконам возможности вернуться домой. Чего боялся Великий Кзыр со стороны Западных островов, было непонятно, но такие сложности заставили кардинально пересмотреть весь заранее намеченный план прохода по вражеской территории. Тем более что по другим данным в центре своего государства ордынцы вели себя крайне беспечно, практически оголив все подходы не только к столице, но и все глубинное побережье Радужного моря. Конечно, все порты и береговые крепости ломились от копошащихся там войск. Все верфи работали круглосуточно. Все кузни ковали оружие. По крупным трактам шло снаряжение и продовольствие. Да и сами воды кишели пограничными корветами, мелкими баржами и рыболовецкими судами. Фаррати Орды мобилизовал для грядущей победы всех без исключения. Но зато при этом практически оголил второстепенные участки своего государства. И при надлежащей ловкости, толике удачи и смелости там не только можно было пройти, но и сделать надлежащую базу, в которой и драконам нашлось бы место схорониться. Главное при этом, надлежало незаметно проскочить береговой участок и наговоренная пленным информация позволяла это сделать без лишнего напряжения. Да и место для большой базы сразу определилось: не так далеко от предполагаемого пути Титана имелась обширнейшая сеть подземелий и древних катакомб, в глубинах которых по всем древним легендам водились ужасные монстры. А значит, туда издревле ордынцы старались вообще не соваться.

Но то - местные жители, а что тогда говорить о воинах легиона? Таким только такое место для постоянного лагеря и подавай! Тем более что сам командир с двумя своими Жемчужными орденами чувствовал себя самым всесильным на планете, и нисколько не сомневался в своей победе над любым чудовищем. Встреться ему на пути даже второй Спящий Сторож или вторая легендарная, но так врезавшаяся в память своей неуязвимостью и масштабами топианская Гандарра.

Допрос еще продолжался, а гаспики уже повернули с прежнего курса на сорок пять градусов к северу. На растительных плотах решили идти весь день, но отряд разведчиков боларов взлетел в небо немедленно. По всем расчетам они достигнут линии берега в сгущающихся сумерках и проведут первый осмотр того места, к которому легион скрытно хотел углубиться на территорию врага. Потом сигналами Маяков дадут указания основному составу легиона.

Такая смена маршрута была выгодна силам рейда сразу по нескольким причинам. Хотя близость к конечной цели всего задания нивелировала все остальные. Но и введение ордынских генералов в заблуждение, не следовало сбрасывать со счетов. Раз они так неровно дышат на недоступные всем разумным участки мирового океана, то пусть так и остается. А сводный отряд новых союзников тем временем направится к своей главной цели.

ВНУТРЕННИЕ ИНТРИГИ

Великий Кзыр, Фаррати Кремниевой Орды выслушивал доклады своих подчиненных. Комната для этого была выбрана маленькая, темная и не имеющим способностей видеть в темноте приходилось очень туго. Поди угадай хотя бы частично реакцию повелителя на свои слова! Только и оставалось, что прислушиваться к интонациям. А те говорили о бешенстве и еле сдерживаемой ярости. Потому что новости не радовали оптимизмом: беглецам удалось вырваться за пределы окружающей столицу Куринагол провинции и теперь розыск неоправданно затягивался. И Хафан Рьед в расстройстве покусывал губы:

«Эта стерва все продумала до мелочей! Будь она проклята, самое худшее создание на планете!»

Хотя и сам понимал свое непоследовательное отношение к этой женщине.

Без всякого сомнения - худшей она не была! Скорей – к ней подходило совершенно противоположное определение. Ведь недаром Фаррати Хафан Рьед только о ней и мечтал, спеша во дворец, только и представлял себя в ее жарких объятиях, только и желал слиться с ней губами в страстном поцелуе. А она…! Сознание отказывалось понимать случившееся предательство. Именно поэтому его и настигла вчера такая лютая жестокость. В случае с другой женщиной он бы просто казнил ответственного евнуха, да и всех делов. Тогда как теперь в сердце неприятно пекло, а глаза застилала кровавая пелена бушующей ревности, переходящей в неистовую ненависть. А если разобраться в собственном подсознании еще глубже, то Фаррати совершенно не волновало предательство весьма доверенного десятника, его даже понять можно и где-то оправдать как мужчину.

«А вот предательство этой шлюхи, этой подстилки бешеного верблюда, этой самой низменной женщины на планете, достойно самой кровавой и продолжительной казни! Но казнь состоится не сразу! Вначале она мне ответит на мои вопросы, распластанная у моих ног….»

Хафан вдруг отчетливо представил ее умопомрачительное тело, огромные чувственные глаза и заскрипел зубами от рвущейся из него ревнивой ярости. Непроизвольно вздрогнуло все его мощное тело, а дыхание стало тяжелым и частым. И вполне естественно, что несколько находящихся с ним в одном помещении приближенных опасливо вжали головы в плечи и постарались медленно сделать хоть один шажок назад. Страх довлел над их поведением и чувствами, а там где царствует страх невозможно творческое решение вопросов, сопровождаемое полной самоотдачей и желанием все сделать как можно лучше. Страх парализует и внушает неуверенность в себе, постоянную боязнь сделать что-то не так, и в конечном итоге действительно загубить самое простое и верное дело. Вместо того чтобы подумать самим, проявить профессиональную инициативу и предпринять различные по характеру методы поиска, начальники стражи и сыска пытались предугадать желания своего владыки, который, увы, не был всесильным и не мог подсказать наиболее верного пути побега. В результате их жизни находились под гнетом постоянной смертельной угрозы. Слишком уж скор был Фаррати на расправу, слишком….

И что он сделает в следующий момент?

К огромному облегчению внешне успокоился и уже ровным голосом спросил:

- Где мои «волки»?

- Ваша личная сотня ведет свое расследование, - сдерживая выдох облегчения ответил глава ордынского розыска. – И небольшими отрядами скрылись в неизвестных нам направлениях.

- Вот и правильно! Эти точно найдут любого, и если бы я сразу пустил их по следу, то он бы уже делили между собой награду. А вы тут сопли мусолите!

Подчиненные гробовым молчанием выражали свое полное согласие изъявленной терминологией правителя. Хотя где-то на задворках своего сознания каждый считал себя недостойным такого обращения.

Затем Великий Кзыр мотнул головой, отгоняя от себя навязчивый образ Алии Ланд, и перешел к деловой повестке дня:

- На сколько продвинулся Титан за прошедшие сутки?

- Э-э…, - привлек к себе внимание после затянувшейся паузы стоящий у двери дворецкий. – Кзыр Дымный прибыл с самого утра, но засел в вашей библиотеки и так до сих пор не вышел оттуда.

Хафан Рьед шумно выдохнул и ноздри его затрепетали:

- Вы его забыли позвать? Немедленно за ним!

Дворецкий не стал оправдываться тем, что строптивый старикашка чуть не сжег настырного посланника молнией, а с перекошенным от страха лицом выскочил из помещения. Двухсотлетний шаман Дымный слыл пожалуй самым образованным и умнейшим колдуном Кремниевой Орды. Ко всему прочему именно он четверть века назад являлся наставником нынешнего правителя, а десять лет назад весьма интенсивно включился в борьбу своего ученика за трон и оказал в этом плане чуть ли не решающую помощь. Старик совсем не следил за своим внешним видом, не стремился к внешней моложавости, но относился к людям творческим, увлекающимся и в пылу своей научной деятельности способными на все. Именно поэтому Великий Кзыр прощал своему первому наставнику многие прегрешения, забывчивость и отсутствие должного трепета. Хотя и некоторых более старых и опытных коллег умертвил не задумываясь. Но вот такими гениями разбрасываться и он не мог себе позволить. А может и немалую роль играли истинно сыновние чувства, которые часто прорывались в их отношениях. Так что даже при самом сильном недовольстве правитель Орды позволял себе только по-родственному пожурить старика, да с пошутить черным юмором. Вот и сейчас, лишь только тот вошел с каким-то потрепанным фолиантом, Хафан Рьед воскликнул:

- Мне доложили, что тебя уже ноги от старости не держат, а ты вон как бегаешь!

- Кто? Я? – старик с непониманием притормозил у самого кресла Фаррати и только тогда сообразил что он действительно сюда прибежал. Но тут же затряс фолиантом перед собой и воскликнул: - Мне сюда вообще слевитировать следовало! Ты знаешь, что я нашел?! Второй….

- Дымный! – прикрикнул на него правитель, тем самым прерывая на полуслове. – Меня пока не волнуют твои находки и опоздания на утренний доклад. Меня волнует в первую очередь продвижение Титана! Так что отчитайся вначале по этому вопросу.

- Запросто, Фаррати! – двухсотлетний Кзыр понимающе и незаметно подморгнул своему бывшему ученику и затараторил: - Рывки у боларов стали получаться синхронными, поэтому вчера удалось преодолеть на целый километр больше, чем рассчитывали. Но мне также доставили точные расчеты по Шейтаровой Балке и я их ночью успел проверить. Действительно задержка в продвижении Титана на том участке пути составит около десяти суток.

Великий Кзыр в расстройстве ударил кулаком по подлокотнику кресла и закричал:

- Как?! Да вы мне все планы наступления сорвете! Неужели нельзя ничего сделать?

- Ничего, Фаррати, - с полной невозмутимостью и даже каким-то равнодушием подтвердил ученый, - Там все скалы из дуросовых пород.

- Отправьте туда еще людей!

- Бесполезно. Там и так словно в муравейнике, только мешают друг другу и под ногами у шаманов путаются.

Казалось что сейчас разразится очередная гневная буря, но Хафан Рьед задумался, проявляя редкую для его характера рассудительность. Или просто сделал вид, что ожидает нужного совета:

- Что же нам теперь делать?

- За появившееся дополнительное время – разработать дополнительные беспроигрышные варианты сражений, - Дымный при этом весьма многозначительно прижал древний фолиант к своей груди и поглаживал длинными, худыми пальцами. – Мне кажется появилось неисчислимое множество новых составляющих. Да и главное испытание Титана теперь может состояться не только на ходу, а и в спокойном, статичном состоянии. Любое его карающее жерло можно будет проверить со всем тщанием и скрупулезностью.

Правитель одобрительно хмыкнул и на лице его появилось подобие довольного оскала. А затем глаза метнулись к главе ордынского сыска:

- Собрали должное количество преступников для казни?

- В долине Сломанной Подковы уже трудится две тысячи пятнадцать смертников. Все они строят укрепления и подземные убежища по тем чертежам, которые предоставил Кзыр Дымный.

- Почему так мало людей? – нахмурил брови Хафан.

- Вы запретили снимать каторжан с золотых приисков и глубинных рудников….

- Так сам шевели мозгами! Или во всем подсказка нужна?

Глава сыска нервно сглотнул:

- Имеется несколько деревень и степных станов, крестьяне и пастухи которых отказались покидать свои жилища и отправляться на строительство дороги для Титана. Ссылаются на свои исконные права независимого хозяйствования. Желательно их проучить, да и других недовольных припугнуть….

- Ну вот! Соображаешь, когда хочешь! Сегодня же согнать тех недовольных в долину Сломанной Подковы и пусть присоединяются к работам. Да пусть стараются на совесть, иначе…. Дымный, когда устроим испытания карающих жерл Титана?

- Теперь можно перенести на один день и сдвинуть на послезавтра.

- Отлично! Послезавтра и я смогу присутствовать при всех испытаниях. Так что пусть строят убежища как можно глубже, а крепостные валы как можно выше. На этом все, выполняйте мои распоряжения. Остается только Дымный! Меня разрешаю беспокоить только в том случае, если отыщутся беглецы или поступят донесения от моих «волков».

Когда подданные покинули душное и темное помещение, старый Кзыр задействовал магический освежитель воздуха и без спроса подвесил у себя над головой яркий светляк. Ведь это он сам в свое время обучал своего ученика как можно жестче обращаться со своими подданными и постоянно создавать неудобства при докладах. Зато себя он к простым придворным не причислял и наедине с правителем говорил только о деле:

- Хафан, ты себе и в самом деле не представляешь сегодняшней удачи: мне удалось разобраться в устройстве левитации Титана!

- Звучит заманчиво, но все равно следует держать язык за зубами. Ты чуть не проговорился.

- Ерунда! Наверняка уже все твои приближенные знают о Втором. Суть моего открытия стоит гораздо выше. Представляешь, если бы мы не поспешили, а вначале отыскали и тщательно изучили вот этот фолиант, то твой Титан мог бы двигаться в любую сторону над поверхностью почвы самостоятельно! Без всяких трудоемких «дорог» и туч безмозглых боларов.

- Но что мы сделали не так?

- Мы по собственному незнанию и дикости просто сожгли цепи управления направленной левитации. И при нынешнем упадке наших знаний эти цепи вряд ли подлежат восстановлению.

Правитель подался вперед и спросил с придыханием:

- Но как эти самые «цепи» выглядят на «Втором»?

- Неповрежденные! – с восторгом воскликнул ученый. – Разве что следует магически очистить от пыли и окисей. Так что наши предосторожности себя оправдали: мы научились управлять этим железным монстром. И с каждым часом наши умения неуклонно растут. Ха-ха! Меня всего трясет от радости и возбуждения.

- Да…, ты заслужил любой награды.

Старик в некоторой обидой выпятил нижнюю губу:

- Лучшая для меня награда – твое звание Фаррати и Великого Кзыра. Так что перестань меня одаривать поместьями и юными наложницами. Меня он совершенно не интересуют. А вот наследие Древних….

Впервые с момента побега своей наложницы правитель позволил себе вполне человеческую улыбку:

- И куда ты сейчас помчишься? К «Второму»?

- Да нет, хочу тоже полюбоваться на убийственную мощь жерл Титана. Упустить такие испытание – себя уважать перестану. Ну а потом сразу же поспешу туда….

- Может, нужны средства или помощники?

- Хватает с излишком….

- А в личной охране не нуждаешься?

Дымный коротко задумался:

- Охране? Для себя лично – пусть кто-то попробует на меня покуситься. А вот для дела…. Десяток твоих «волчат» лишним не будет. А то слишком уж все там расслабились.

- Сегодня же отзову десяток из поиска. Остальные и без них справятся.

Старый Кзыр кивнул, и уже собрался выходить, когда вспомнил про объявленную вчера награду и спросил:

- В самом деле, у тебя украли Лик Занваля?

- Нет, конечно. Это – чтобы лучше старались в поиске.

- А ты его проверял?

- Тайник закрыт, защитные структуры не нарушены….

Но Дымный с последовательностью и дотошностью ученого продолжал спрашивать:

- Во внутрь заглядывал?

Лицо Хафана окаменело, а одеревеневшие губы пролепетали:

- А следовало?

- Да кто его знает…. Но уж слишком ты своей пассии доверял. Мало ли что….

И старик еле успел отскочить в сторону, давая дорогу несущемуся во всю прыть Фаррати Кремниевой Орды. Затем, глядя на захлопнувшуюся с грохотом дверь, покачал головой и с тяжелым вздохом, еле слышно проворчал:

- Как был недоумком, так и остался….

В тот день Великий Кзыр узнал, что это такое: стать обокраденным. Из сокровищницы пропало не только страшное оружие Древних под названием Лик Занваля, но и несколько прочих редчайших и дорогостоящих вещичек, каждая из которых тянула на полновесный мешок золота. Но и на этом плохие новости для него не закончились. К обеду пришло известие о первом военном поражении: морская блокада прорвана на огромном участке, а флоты сводной армады лишились более чем трехсот боевых единиц. И опять правитель впал в неописуемую ярость, требуя выявить виновных и доставить к нему на ковер для наказания.

Тем временем первый советник правителя пребывал совсем недалеко от тех мест, хоть и на порядочной глубине. Находясь под столичной тюрьмой, он, пользуясь своими привилегиями второго человека в государстве, через потайное окно просматривал один из самых обычных и рутинных на первый взгляд допросов. Мастера своего дела допрашивали какого-то отпрыска древнего рода и делали свое дело профессионально, с выдумкой и фантазией. Они то изгалялись над пленником физическими методами, не гнушаясь банальным мордобоем, то накидывали на окровавленную голову Сонное Покрывало, выпытывая нужные подробности. Разбирательство шло к финалу и доказательств вины собралось более чем достаточно.

Суть дела заключалась в том, что закованный сейчас в кандалы молодой мужчина, осмелился воспротивиться воле «волков», которые недавно, проездом побывав в его поместье реквизировали один древний, хоть почти недействующий артефакт. В подобных случаях такие мелочи никого не расстраивали и никто не осмеливался становиться баловням правителя поперек дороги. Но оказалось, что артефакт считался в роду неким талисманом удачи, передаваемым старшему сыну уже третье тысячелетие. Взыграло непомерное тщеславие и потомственная гордость, не взирающая ни на какие препятствия. Вот нынешний наследник рода Зейк, с редким именем Каламин и вознамерился добиться справедливости, причем не с помощью жалоб, петиций к Фаррати или просьб, а с помощью своих друзей, сподвижников и оружия. Он докатился в своей мести до того, что создал боевой отряд и решил уничтожить всех «волков» как бытность.

Задумки у Каламина были слишком хороши, грандиозны, да только попался он на несусветной глупости: попытке выведать с помощью крупного угощения спиртным у одного их охранников дворца место пригородного лагеря тренировок «волков». А охранник возьми да и доложи о разговоре на следующее утро своему начальнику. Тот, для очистки собственной совести - дознавателю. Ну а дознаватель с палачом решили просто для профилактики проверить парня, как говорится, на всякий случай. Вначале и не били, просто возложили Сонное Покрывало да задали несколько вопросов. Но вдруг крамольные сведения так и посыпались из безвольного рта. А это означало и для него, и для всех его сподвижников скорую и бессмысленную казнь.

Палач с дознавателем как раз выбивали из пленника самые последние сведения про соучастников готовящихся преступлений и вполне справедливо радовались предстоящему повышению по службе. Ну еще бы! Ведь они раскрыли целый антигосударственный заговор. Фаррати за своих любимцев без награды не оставит, а там и от премиального дележа имущества что-нибудь перепадет. Все-таки аресты ожидались очень многочисленные.

Первого советника подслушанный допрос вначале не слишком заинтересовал. Потому что мысли продолжали вертеться в давно выбранном направлении. Он уже не первый месяц пытался отыскать в тюрьме какого-нибудь фанатически настроенного преступника, который поставил бы перед собой только одну цель: убийство Великого Кзыра. Потому что недовольных, желающих мстить за своих казненных родственников в Орде хватало. При соответствующей закулисной помощи, можно было не просто дать узнику свободу, а провести фанатика во дворец и даже вовремя, не раскрывая своего лица и имени подсказать, как и что надо сделать. Одиночный убийца подходил для задуманного свержения тирана как нельзя лучше.

А тут какой-то благородный мститель, ратующий за уважительное отношение к ордынскому подобию дворянства. Вылавливать и истреблять всех «волков» для первого советника изначально не было и малейшего резона. Ведь сам правитель тогда предпримет наивысшие меры к собственной безопасности, да и запросто наберет себе новых воинов в персональную охрану.

Но теперь, когда Ваен Герк понял весь размах созданной мстительным отпрыском древнего рода настоящей воинской организации, его мнение кардинально изменилось. Если этот парень вырвется на свободу, то при определенной удачливости таких дел наворочает, что в создавшейся кутерьме, неразберихе и нестабильности можно будет провернуть и самое главное свое дело: уничтожение самозванца Хафана Рьеда. То есть загрести жар чужими руками, оставаясь тем временем в безопасном холодке.

Но действовать следовало немедленно. Причем делать все так, чтобы и малейшая тень подозрения не коснулась имени первого советника. Ведь гарантировать окончательную свободу для узника не мог никто. Не ровен час он уже на вторые сутки вновь попадет в эти подвалы живым, и тогда сразу проявятся все соучастники его побега. А значит, чтобы замести любые следы, следовало пожертвовать одной из своих «подсадных» уток. Ваен Герк имел много прав и возможностей. И одна из них заключалась в создании сети собственных осведомителей. В том числе и в тюремной среде. На данный момент в камерах находилось несколько так называемых «узников», которые только тем и занимались, что присматривались к дознавателям, провоцировали взятками охрану и прислушивались ко всем внутри камерным сплетням. Они знали по одному, два тайника с оружием и ведали обо всех не только входах, но и скрытых выходах из огромной столичной тюрьмы. Платили им очень хорошо, а в случае их раскрытия еще и премировали после «выхода на свободу». Ну и само собой, каждая и этих «подсадных уток» работала только на своего хозяина и хранила верность только ему. И о них знал тоже только он, хоть и имел в своих бумагах соответствующее досье на каждого. Понятно, что сжечь досье – дело двух минут. Поэтому, случись что непредвиденное с кем-нибудь из «уток» при инициированном «побеге», никто бы и не заподозрил того в связях с первым советником правителя.

Допрос перешел в стадию финальных аккордов, а Ваен Герк по только ему известному воздуховоду уже нашептывал инструкции своему самому ловкому, сильному и доверенному лицу из числа «подсадных уток»:

- Случилось непредвиденное событие: по лживому доносу схватили свояка нашего Фаррати. Он женат на кузине. Сейчас предатели его пытают и подговаривают опорочить Великого Кзыра. Поднимать шум официально пока правитель не решается и нуждается в твоей помощи. Через пять минут твою камеру оставят открытой. Еще через три ты выходишь и забираешь приготовленный для тебя трех зарядный арбалет в тайнике номер четыре. Там же будут ключи, одежда и личное оружие. Затем спешишь в пыточный подвал и уничтожаешь предателей: палача и дознавателя. Постарайся создать видимость их жестокой драки между собой. Затем освобождаешь свояка правителя со словами: «Тебя ждут в поместье» и быстро уводишь его через известные тебе выходы. Будь осторожен при преодолении рва: проходите его по одному, и держи безопасную дистанцию. В поместье тебя будет ждать сам правитель с наградой. Потом явишься ко мне за новой работой.

- Слушаюсь и повинуюсь! - донесся в ответ по воздуховодам обрадованный голос.

Далее Ваену Герку не составило особого труда проконтролировать весь ход побега. А когда парочка переодетых узников переходила одно из самых опасных мест, задействовать очень полезный, хоть и маломощный артефакт. При наводке его на цель и включении, вперед срывался небольшой импульс грубой силы, который лишь слегка подталкивал человека. Но и этого оказалось достаточно, чтобы «подсадная утка» сорвалась в ров и насадилась своим телом на десяток торчащих из дна пик. Отпрыск богатого рода хоть и был всемерно благодарен неизвестному спасителю, тем не менее, оказался вполне благоразумным и расчетливым человеком. Не стал стенать над трупом или в порыве благородства пытаться вынести для последующего захоронения. Попросту смотался подальше от тюрьмы и поспешил к своим давно ожидающим соратникам.

А в самой тюрьме дело вообще запуталось так, что у следователей создалось впечатления обыкновенной внутренней междоусобицы. Благо вовремя подкинутых документов и соответствующих улик у первого советника имелось в переизбытке.

Зато следующее утро началось с потрясающих известий: неведомые бандиты напали на временный лагерь «волков» и уничтожили всех до единого, из находившихся там воинов. Двадцать три выкормыша Великого Кзыра оказались безжалостно уничтожены. К тому же некоторых из них, перед смертью явно пытали. И не только физически, при побеге узник догадался захватить Сонное Покрывало. От этого часа для «волков» и их хозяина настали тяжелые времена, и хоть отряд сепаратистов тоже изрядно потрепали всеми силами тоталитарного государства, но и дня не проходило без смерти нескольких воинов из самого элитарного подразделения. И как следствие, настроение Фаррати от этого с каждым днем только ухудшалось, а возможностей для его уничтожения только прибавлялось. А главный виновник и зачинщик всего этого спокойно оставался в стороне и только выступал порой с обличительными и гневными речами в адрес неугодных деятелей сыска или армии. Да сбивал с истинного следа отважных мстителей любую погоню. Оставаясь при этом вне всяких подозрений.

ТИШЕ ВОДЫ

Силы сводного легиона решили прорываться через побережье самым наглым и неожиданным для врага способом. Но, что ставилось на первый план – так это тотальная скрытность прорыва. Не хватало только всполошить всех шаманов появлением в их вотчине таких созданий как драконы, или еще более редких для их менталитета – миниатюрных таги. Поэтому решили не спешить, реализуя задуманное с солидной обоснованностью и точным расчетом. А для этого подавшиеся на берег зеленые разведчики из подразделения Карага, подслушали все самое важное и высмотрели все самое необходимое. С такими лазутчиками, которых в Орде еще никто не опасался, любые проблемы партизанской войны или тайного вторжения решались быстро и безболезненно.

Как только стемнело, лучи Маяков ясно указали основным силам как, где и куда надо передвигаться. Вдобавок каждый растительный плот встречался боларом-лоцманом еще в морских водах и бережно проводился через заболоченное устье малоприметной и несудоходной речушки. Таким образом, форсируя на пределе силы часто меняемых гаспиков, зашли беззвучно в непроходимые плавни, а потом элементарно перелетели самый гибельный и участок с опаснейшими топями. В густом полу тропическом лесу немного передохнули и воспользовались новым удачным обстоятельством. Хлынул затяжной и обильный дождь. Природа словно подгадала с мрачной непогодой, закрывая прямую видимость и освещение обеих лун. И само собой, что все силы легиона до рассвета успели не только добраться до предполагаемого места сосредоточения, но и отыскать один из больших входов в подземелья, о которых им раньше сообщил плененный в морском сражении шаман. Теперь, прячась в полной темноте и имея возле себя всевидящих боларов, драконы могли преспокойно отсиживаться в пещерах, набираться сил и готовиться по первому приказу броситься на помощь головному отряду. Потому что с этой минуты находящиеся в нем люди и болары вступили в предпоследнюю фазу всего рейда: внедриться в местный образ жизни и попытаться подобраться к основному пути Титана. А когда появится возможность, и соответствующая уверенность – то всеми силами, единым, совместным ударом уничтожить или бесповоротно повредить детище Древних.

Для внедрения тоже понадобилось время. Практически целый день Эль-Митоланы отделенным сознанием по очереди обшаривали все селения данной местности и прослушивали каждый попавшийся им разговор. Помимо этого силами боларов вылавливались мелкие, разобщенные отряды ордынцев для пополнения обмундированием, должной экипировки и верховыми животными. Каждого пленного долго и подробно допрашивали, а потом отправляли в огромную и темную пещеру только с одним входом. Вполне естественно что с карателями или их подручными с кровавым прошлым дознаватели обходились без церемоний, а попросту казнили возле одного из подземных провалов. А в свалившемся ворохе информации методично и тщательно разбиралось командование легиона. Выбирая для внедрения легенду самую эффективную и беспроигрышную. Благо выбирать было из чего.

Оказалось что действительно в данной местности практически весь «бесхозный» люд был угнан на работы или мобилизован для военных действий. В небольших хуторах, поселках, и крупных станах оставались только те труженики и пастухи, которые испокон веков освобождались от всякой барщины и воинской повинности. Им всегда ставилась только одна задача: разводить скот да выращивать хлеб. Хотя в последнее время поденщики Фаррати, в составе карательных отрядов, и этих кормильцев пытались под разными предлогами оторвать от сохи, кнута и веками возделываемых угодий. Что вызывало вполне адекватную реакцию: большинство жителей хоть и страшно боялись Великого Кзыра, но со столь же страшной силой его ненавидели. Даже понимая, что их разговоры время от времени да могут прослушать вездесущие шаманы, простые ордынцы нет, нет, да высказывали вслух свое недовольство, возмущение, а то и угрозу. Не только отряды по набору рекрутов и шустрых подрядчиков охотящихся за рабочей силой, но и отряды карателей встречали всем селением, сжимая вилы в руках и с пеной на губах доказывая свои извечные права на свободный выбор профессии. Похоже, что воевать или рыть дорогу для Титана никто не спешил, а правильнее сказать: не хотел.

Поэтому небольшие отряды из воинских сотников с парой десятков старшин уезжали в большинстве случаев не солоно хлебавши. Разве что община в некоторых случаях выдавала в рекруты пришлых ордынцев без роду и племени. Но таких «бесхозных» людишек в последнее время практически и не осталось.

Как бы там ни было, но отряды из посыльных и "служивых" самого различного толка так и нарезали сотни километров путей во все стороны, порой лишь равнодушно посматривая в след себе подобным. Вот именно этот факт и решил использовать Невменяемый, создавая своего рода специальный корпус Кзыров-дознавателей, которые по высочайшему повелению проверяют выполнение распоряжений правителя всей Орды на местах. Тем более что и такие корпуса имелись в реале. Их так и называли официально: корпус надзирателей воли. Да и боялись подобных проверяющих больше всего, как простые ордынцы, так и всякая знать, верховные правители станов или многочисленные представители не менее многочисленных Лавок старейшин. Причем в кажущейся или действительной неразберихе военного времени никто конкретно не знал высокое командование в Куринаголе и не имел возможности напрямую проверить самозванцев на подлинность. Ведь ни один обитатель Кремниевой Орды и подумать не смог бы, что рядом с ними свободно перемещаются и живут лазутчики из враждебных государств. У них такое в голове не поместилось бы. Уж слишком специфически выглядел каждый местный житель, ни с кем не спутаешь. А то, что Эль-Митоланы при должном умении и наличии времени могут слегка подкорректировать свою внешность, никто и не догадывался. Разве что шаманы о таком знали и просто обязаны были как-то обезопасить свои ряды от подобной опасности, но видимо и здесь сработал заложенный годами стереотип: раз никто за тысячелетия сюда из врагов не стремился, то и сейчас их сюда волоком не затянешь.

Мелкие детали по вопросам защиты и корректировке возникающих по ходу дела трудностей, вполне легко могли решить болары, рассредоточенные по всему периметру местности, в которой фальшивый корпус намеревался действовать. С разумными растениями даже оговаривать предстоящие действия не было смысла. Сами могли решить и выправить любую ситуацию.

А вот с некоторыми людьми возникли в отряде проблемы. И в первую очередь это касалось единственной тройки без магического могущества. Бабу Смилги и знаменитые баронеты Шиловски оказались очень недовольны своим пассивным времяпрепровождением в пещерах. Скоротечный и горячий бой в Радужном море их изрядно раззадорил, а теперь они с некоторым ужасом восприняли приказ: «Сидеть в подземельях и на белый свет носа не высовывать!» Все трое белой завистью смотрели, как переодеваются на местный манер боевые Эль-Митоланы с лицами урожденных ордынцев и ожесточенно спорили между собой. Суть спора заключалась в том, чтобы придумать способ и себе легализоваться на поверхности. Потому что Кремон еще совсем недавно развел руками и спросил самое главное:

- Если мы вас возьмем с собой, то, на каком основании? Хотите провалить весь рейд? Нет? Так занимайтесь тем же, чем занимаются драконы. Они кстати тоже очень недовольны своей участью статистов.

- А если мы что-то придумаем? – предложил Алехандро Шиловски.

- Будут рассмотрены любые дельные предложения, - согласился командир. – Но до вечера у вас для обдумывания осталось всего несколько часов.

И ушел. А три его личных телохранителя стали придумывать способы войти в состав подставного корпуса. В итоге, после многочисленных советов и подсказок со стороны людей, драконов и даже таги, появилась одна лазейка. Да и то, только для одной Мирты Шиловски. Алехандро после этого даже обиделся на сестру и в сердцах воскликнул:

- Вечно этой проныре везет!

Тогда как великан Бабу впервые в своей жизни пожалел, что он персона мужского рода. Хотя тут же предложил:

- Вообще-то я ведь тоже могу переодеться в женщину! Они тут такие одеяние носят, что под ними все равно не видно кто там закутан….

Вот тут уже вся пещера огласилась здоровым и заразительным хохотом. А на шум из смежных помещений поспешили встревоженные командиры. А когда узнали о причине веселья и сами развеселились. Да еще и Спин с присущим ему скрипучим бульканьем добавил:

- Бабу, если уж на то пошло, то у меня гораздо больше шансов под длинными покрывалами притвориться рабыней очень важного и сановного господина. Потому что мой голос для этого подходит как нельзя лучше….

Смеялись и сбрасывали нервное напряжение очень долго. Но в итоге Мирта Шиловски попала в основной состав липового корпуса как личная рабыня верховенствующего тысячника. Потому что знатные ордынцы даже в деловых поездках таскали за собой не только одну, а порой и несколько своих драгоценных и горячо лелеемых наложниц. И, как правило, к такому богатому Кзыру любой встречный поперечный испытывал гораздо большее и вполне обоснованное уважение. Вполне естественно, что и Кремону лишнее угодничество во вражеском стане не повредит, и он ни минуты не сомневался в целесообразности нахождения Мирты возле себя. А то, что такая «наложница» опаснее некоторого вооруженного колдуна, создавало в душе добавочное успокоение по поводу прикрытия собственной спины. Так что, бойкая и воинственная баронета оказалась полезной вдвойне.

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

СЛОВНО ЗДЕСЬ И ВЫРОСЛИ

Занваль почти опустился за кромку горизонта, когда на околице огромного и зажиточного стана раздались леденящие кровь визги сторожевых шейтаров. Все присутствующие на заседании Лавки старейшины в волнении выскочили из Большого Дома на становую площадь и с волнительным гомоном принялись выдвигать версии такого переполоха. Здесь находились самые достойные и богатые главы самых огромных семейств, а также два шамана, пожалуй, единственные представители колдовского племени на всю огромную околицу. В наступающих сумерках все эти столпы местной власти не на шутку всполошились. Ясность внес примчавшийся на ездовом похасе юноша из состава наружного дозора. Еще не успев спешиться, он стал выкрикивать на ходу:

- В стан въезжает корпус надзирателей воли!

- Только этого нам не хватало! – глава старейшин со злостью сплюнул в пыль под своими ногами. А самый мощный на вид старикан, исполняющий роль командира станового отряда самообороны тут же заорал спешащему к нему с другой стороны молодому воину:

- Всех к оружию! Пусть собираются на заднем дворе и ждут нашего сигнала»

Воин на ходу сменил направление бега и скрылся за углом главного общественного здания, а лидер старейшин стал с пристрастием допытывать спешившегося дозорного:

- Сколько их?

- Около пяти десятков.

- Шейтар их загрызи! Не справимся….

- И больше половины из них «змеиные».

От этого известия даже у командира самообороны на некоторое время отвисла челюсть. Но он же первым и опомнился, схватился за голову и запричитал:

- Бесполезно даже дергаться…. Только оружие отберут, да и ребят погубим…. Вот же их угораздило к нам податься! И откуда только взялись на нашу голову! Бегу давать «отбой»!

И он, смешно переваливаясь своим огромным телом с ноги на ногу, побежал в том же направлении, что и недавно отправленный им вестовой. Оставшимися старейшинами стал интенсивно руководить голова:

- Значит так! Нам остается только одно: как следует нежданных гостей умаслить. Волоките сюда все самые лучшие припасы пищи, вина, гремучки и приемлемые, оригинальные подарки. И самое главное: придется пожертвовать собственными наложницами.

- Так ведь…! – попробовал заикнуться самый молодой из старейшин, но был гневно остановлен своим гораздо более опытным коллегой:

- Не отдашь своих любимиц Кзырам для сегодняшней утехи – завтра сам под их похасов ляжешь! И сыновей вместе с зятьями сразу можешь в войско готовить! Тут не до жиру! Свои бы кости целы остались!

- Правильно, - тут же поддакнул шаман стана, и ему с солидной уверенностью вторил единственный в данной местности, хоть и более молодой по возрасту шаман-врач:

- Лучше наших столичных коллег не сердить. Тогда может, они и не будут слишком выискивать наши скрытые резервы.

Оба Кзыра чувствовали себя в родном стане чуть ли не правителями и рассчитывали жить здесь в полном довольстве и здравии вечно. Да только и правовую силу, да потенциальные магические возможности корпуса они понимали как никто другой. И хоть радели за своих земляков всегда и во всем, в данном случае и пальцем бы не пошевелили в защитусвоих подопечных. По большому счету, при неблагоприятных обстоятельствах и их судьба могла измениться сегодняшним вечером далеко не в лучшую сторону. Даже не взирая на их исконную неприкосновенность и нерушимые, подтверждаемые всеми без исключения Фаррати, льготы.

На видимом отрезке широкой улицы, ведущей прямо на становую площадь, показались первые всадники корпуса.

- Вот и они…, - голова старейшин тяжело вздохнул и раздвинул губы в самой радостной и лучезарной улыбке, давая ей время приклеиться к лицу. – Встречайте наших дорогих и самых любимых…!

- И не вздумайте лезть к ним с глупыми вопросами! – строго зашептал последние наущения старший по возрасту шаман. – Скорей всего они из Бурагоса, но могут оказаться из Куринагола. А ведь эти столичные задаваки очень не любят когда про них выпытывают все подробности. Потому что часто густо они там – очень мелкие фигуры, зато перед нами вести себя будут так, словно каждый из них как минимум первый помощник Великого Кзыра.

Весь этот разговор, слово в слово тщательно прослушал один из Эль-Митоланов, который ушел отделенным сознанием вперед задолго до приближения к стану. Причем знаков различия «змеиного» на нем не было, и любой наблюдатель подумал бы, что лежащего на гриве похаса воина просто клонит в жуткий сон после недельного бодрствования. Поняв, что ничего больше интересного на площади он не услышит, колдун тут же вернулся в тело, догнал едущего в первом ряду командира и скороговоркой передал каждое подслушанное от старейшин слово. Кремон Невменяемый внутренне коварно ухмыльнулся. Реакция на их прибытие совершенно ожидаемая, а значит, как они и предполагали, сложностей с адаптацией в здешний образ жизни у них не возникнет.

Действительность превзошла все ожидания. Когда встречающие рассмотрели матерых воинов, и тысячника их возглавляющего, то сразу поняли что перед ними не какие-то столичные хлыщи и задаваки, а самые настоящие и беспощадные надзиратели высокой воли. От всего отряда веяло такой жуткой уверенностью в собственных силах, такой сдерживаемой мощью в каждом движении, что сразу стало ясно: никакими «умасливаниями» таких реальных и прожженных в боях рубак не задобришь. У головы старейшин затряслись коленки, а голос стал прерываться словно у юной девственницы при введении в гарем. Но кривая улыбка так и осталась на перекошенном лице, и речи велись самые, что ни на есть гостеприимные.

Для постоя корпуса тут же выделили не только Большой Дом, который выделялся для гостей только в самых невероятных случаях, но и несколько домов самих старейшин, которые благоразумно решили перебраться к родственникам по соседству. Непосредственно тысячнику выделили небольшой уютный дом на краю площади, который принадлежал старшему сыну головы. Но и тут хозяева не смогли угодить пришлым. И виновницей разразившегося скандала оказалась закутанная в самые дорогие шелка наложница командира корпуса. Со стервозными интонациями разбалованной истерички, Мирта принялась критиковать и возмущаться всем, что только ей на глаза попадалось. А гневные вопросы и немыслимые требования так и разнеслись по всему центру стана.

И воду ей горячую подай немедленно, и смену одежды, и помощниц для переодевания, массажа и купания, и пищу самую лучшую, и кремы специальные из овощей. В общем, устроила баронета сущее светопреставление. Причем несколько приставленных к наложнице воинов взирали на все это с привычной невозмутимостью и только порыкивали на метущихся, жалующихся хозяев стана:

- Раз требует – выполняйте!

Сам же тысячник и дом осматривать не стал, а сразу с деловым видом в сопровождении нескольких подчиненных помчался на противоположную околицу выставлять посты и проверять близлежащую территорию. Правда, успел буркнуть перед этим двум местным Кзырам:

- Проследите, чтобы все мои люди остались накормлены и довольны. Да и мне пусть ужин приличный через два часа приготовят.

И так при этом страшно взглянул на своих провинциальных коллег, что те при всем своем раздутом самомнении, тут же подавились протестующим мычанием. И только согласно закивали головами. А когда остались наедине, старший по возрасту признался доверительным шепотом:

- Давно я так не терялся, давно…. Вот нутром чувствую, моложе он меня раза в три, а рот почему-то открыть боюсь. Что-то в его глазах страшное просвечивается….

- К чему это ты мне говоришь? – нервно оглядываясь, спросил врач.

- Да к тому, что и нам за своими наложницами как можно быстрей послать надо. Соображаешь? Тысячник то свою зазнобу за собой возит и без должной ласки не засыпает. Поэтому все его воины так драконами и зыркают. А с чувственного голода такие звери на что угодно способны.

В итоге каждого воина после обильного ужина уложили спать с одной, а то и с двумя специально собранными для этого со всего стана наложницами. Первых жен, конечно, никто отдавать не стал, но и среди остальных женщин, вдовушек и просто рабынь нашлось немало красавиц с гибким станом и прочими весьма обворожительными прелестями. А раз уж до конца соответствовать выбранной легенде, то всем разведчикам пришлось поддерживать принятую в таких случаях репутацию отъявленных и сексуально озабоченных любовников. Все наложницы оказались надлежащим образом обласканы, а под утро еще и одарены мелкими, но весьма приятными, запоминающимися подарками. Мало того, будучи все поголовно Эль-Митоланами, подопечные Невменяемого постарались сделать так, чтобы доставшиеся им женщины обязательно забеременели. Раз уж обновлять кровь в стане, так со всей основательностью и размахом. И через девять месяцев количество новорожденных превзошло все прежние статистические выкладки. Детки рождались крепкие, здоровые, но к всеобщему изумлению со светлой кожей и с тем типом огромных, круглых глаз, которые превалировали на просторах Энормии. Но к тому времени подобным нонсенсом не слишком-то и озадачивались. Потому что во всех соседних станах и крупных поселках происходило примерно то же самое. Врачи-шаманы лишь пожимали плечами да констатировали удивленным до глубины своих душ матерям:

- Ничего не поделаешь. Веяние времени…. Да и Занваль в последний год как-то странно сияет….

А в ту первую, знаменную ночь беззвучно и без всякого соития спали только двое: баронета Шиловски, да Кремон Невменяемый. Хотя Мирта все-таки припомнила свои более чем двухгодичной давности потуги соблазнить командира еще на пути в Пладу. Но только ухудшила при этом собственное настроение. Скорей всего именно по этой причине она какое-то время тревожно крутилась на своей половине огромной кровати и еле слышно ворчала:

- Ну как можно спать, когда рядом такая обворожительная и притягательная красотка?

Увы, Эль-Митоланы могут все. Ну, или почти все. Именно поэтому Кремон оградил свою комнату сразу несколькими охранными контурами, задействовал для их подпитки магические накопители, а затем определенным импульсом бросил свое тело в здоровый и освежающий сон. Отдохнуть и набраться сил следовало со всем тщанием и предусмотрительностью. Ведь сделать предстояло еще так много.

НИГИЛИЗМ ПРАВИТЕЛЯ

Фаррати Кремниевой Орды прибыл к долине Сломанной Подковы еще накануне вечером. Поэтому утренние доклады принимал восседая на краю горного кряжа, практически над самой пропастью. Зато панорамный вид перед ним открывался просто неимоверный. В лучах восходящего Занваля направо и налево отходили словно крылья раскрошенные временем скалистые вершины. Прямо под ногами простиралось ровной стрелой Копейное ущелье. За ним идеально полукруглое ложе вышеупомянутой долины, которую обрамляли неприступные, отвесные скалы другого горного кряжа.

Ущелье внизу было расширено и немного подравнено для прохождения Титана, и теперь его дно было сплошь усеяно зелеными сферами боларов. Зеленючек уже второй день усиленно откармливали свозимыми со всех сторон съестными припасами. В последнее время зеленючки стали слишком уж часто впадать в предсмертный коллапс, а потом так и застывать на участках пройденного пути кучками недвижимой древесины. Но если раньше на подобные потери не слишком обращали внимание, пополняя тучи тягловых боларов новыми плененными стаями, то сейчас с притоком свежих сил стало туго. И по приказу Кзыра Дымного сотни интендантов были вынуждены усиленно подкармливать летающие растения. Отходов для этого не хватало, и в пищу шли вполне отличные овощи, фрукты, используемые для варки бульонов кости. Такие меры позволили резко снизить смертность среди истощенных боларов и сохранить необходимое их количество для ритмичного протягивания Титана на обозначенное расстояние.

Само гигантское детище Древних сейчас находилось чуть ниже и правее смотровой площадки и своим днищем не доставало до зеленого ковра из боларов всего лишь на пару десятком метров. Но зато силы левитации вели себя стабильно, а равномерный гул магических движителей разносился от Титана в стороны на несколько километров. На его верхней части виднелись зевы растворенных люков и между ними метались одинаковые черные фигурки обслуживающего персонала. Ради такого дня Дымный заставил всех своих помощников облачиться в специальные костюмы, которые в достаточном количестве были найдены в трюмах этого металлического монстра. Костюмы считались практически неподдающимися износу, но все равно считалось напрасным их ежедневное ношение.

Великий Кзыр некоторое время присматривался к мечущимся по капле видной туше фигуркам и с вожделением представлял, как эта мощь развеет в пыль любые армии на своем пути. Потому что силу огромных жерл правителю уже доводилось наблюдать. Впервые они опробовали некоторое оружие еще возле моря. Но тогда это было лишь детскими шалостями. С тех пор шаманы во сто крат больше разобрались в устройстве детища Древних и в структурах его управления. Так что сегодня Титан покажет всю свою мощь. И покажет в условиях очень приближенных к боевым.

Хафан Рьед перевел взгляд непосредственно в долину. Там тоже копошились еще более мелкие из-за большего расстояния фигурки. И все они под присмотром строгих надсмотрщиков наводили последние штрихи во вполне крепких и больших сооружениях. Там высилось несколько башен, соединенных разными по массивности валами и стенами. Позади них округлыми овалами возвышались приземистые здания, очень напоминающие панцири черепах и еще более странные строения в форме пирамид и кубов. Дымный так и не успел рассказать, почему он выбрал именно такие формы, но с присущей ему уверенностью сослался на имеющиеся в самом Титане чертежи и рисунки. Помимо этого было известно что под всеми строениями имеются глубокие подвалы в несколько уровней. Именно там якобы и должны прятаться гипотетические воины врага. А чтобы не возникло сомнений в эффективности испытуемого оружия, в те подвалы и загонят через час всех собранных по Орде смертников. Для должного количества туда еще и пару тысяч недовольных, противящихся указаниям правителя согнали. Останутся в живых – значит им повезло. Нет – другим наука будет. А то взяли себе моду постоянно тыкать своими устарелыми привилегиями. Тогда как на кону стоит будущее всего государства.

Великий Кзыр кивнул своим высоким мыслям и резко повернулся к смиренно поджидающим подданным:

- Чем вы меня сегодня порадуете? Потому что за плохие новости нерадивых буду просто сталкивать вон туда.

Его указательный палец опустился вниз и вместе с рукой отклонился назад, показывая на пропасть, разверзшуюся всего в двух шагах. А первый советник внутренне весь так и сжался от сожаления:

«Но кот же знал, что самозванец так близко подойдет к краю? Кто мог предвидеть такое его бравурное поведение? А ведь можно было бы опять использовать тот самый толчковый артефакт, можно! Замаскировать его ночью вон в той трещине между камнями и активировать в нужный момент дистанционным магическим импульсом. И всех делов! Все бы выглядело как самый обыкновенный несчастный случай: порыв ветра, оступился, упал…. А там уже при такой высоте никакие умения Кзыра не спасут. Но, увы, не продумал….»

Ваен Герк, не будучи колдуном, не мог видеть возведенную вокруг Великого Кзыра защиту. Вдобавок все структуры подстраховывались сразу несколькими оберегами. В данный момент правителя и строенный удар силой с места не мог сдвинуть. Хафан Рьед тоже мог много чего предвидеть. Вот только суть предстоящих докладов предвидеть ему частенько в последнее время не удавалось. Хотя и начались они с хорошей новости. Относительно, конечно, хорошей:

- Десяток наружного сыска города Бурагос напал на след подлого вора и предателя. Его вместе с пленницей видели на юго-востоке, в ста километрах от столицы. Сейчас туда подтягиваются другие подразделения, мобилизуются для облавы все местное население, могущее держать в руках оружие и имеющее ездовых похасов. По предварительным прогнозам вор скрылся на плато Варанов.

Великий Кзыр нахмурился:

- Там ведь полно всяких подземелий и неисчислимых пещер?

- Верно, Фаррати. Но вряд ли беглецу знакомы входы и выходы.

- Вдруг он их отыщет случайно?

- Тогда он наверняка погибнет в одной из трещин, обойти которых без знающих проводников почти невозможно.

- Почти…? – тон правителя стал злобно угрожающим, - Мне не нужна его гибель! Мне нужен Лик Занваля и плененная Алия Ланд.

Докладывающий глава сыска не знал, как выкрутиться:

- Артефакт мы разыщем в любой пропасти, Фаррати, а ваша наложница, в случае гибели своего похитителя наверняка проявит благоразумие и дождется нашей помощи не сходя с места.

Хафан Рьед скривился, но все-таки перевел свой взгляд на командующего армией и флотом, давая понять, что готов слушать следующий доклад. Тщедушный и сухонький ордынец, занимавший самый высокий воинский пост, внешне никак не походил на грозного отца всех защитников отечества, но заслуги и авторитет имел немалый. Да и помощь в возведении на престол нынешнего правителя оказал, чуть ли не наибольшую. Правда, он и сам боялся коронованного монстра, но всегда старался не показывать своих эмоций, говорил сухо и только по существу:

- С места морского сражения поступили самые последние и проверенные сведения. Их дал единственный спасшийся с потопленных кораблей шаман. Остаться в живых ему помог тот факт, что в момент нападения он не спал, а проверял отделенным сознанием окрестные воды и как раз наткнулся в густом тумане на соседа по линии. В тот же момент он и рассмотрел все фазы атаки. Первыми появились болары и закидали судно горючей драконьей смесью, а когда команда попыталась затушить пожар, со всех сторон на них ринулись другие пары боларов несущие в своих корнях Эль-Митоланов. Те сразу же уничтожали командный состав и наносили окончательный удар. Шаман успел вернуться в свое тело в тот момент, когда из трюмов и внутренних помещений его корабля уже вздымались в небо языки неугасимого пламени. Не став дожидаться «второй волны» нападающих он благоразумно вывалился за борт и только поэтому остался в живых. Зато теперь мы имеем достоверную информацию о новом враге.

- Достоверную? – Великий Кзыр оглянулся на Копейное ущелье, пробежался по реке зеленеющих сфер, повернулся обратно и саркастически хмыкнул: - Неужели они могут быть врагами?

- Информацию подтвердило более семисот спасшихся матросов, - сухо продолжил главнокомандующий. – Все они в один голос подтверждают решающую роль в случившемся разгроме именно боларов. Это уже потом, после того как рухнул Мыльный Экран, в бой вступили скоростные как молнии драконы. Сейчас мы ожидаем сообщение от наших наблюдателей на юго-западной оконечности материка. По логике вещей наши шаманы никак не должны пропустить перелета такой огромной группы противника к островам. Да отдых на берегу все-таки врагу необходим.

- Выяснили, что за плотами пользовались драконы?

- Как и в прошлый раз специалистам удалось отыскать лишь полностью разложившиеся древесные останки. Выдвинуто предположение, что драконы воспользовались неведомой нам растительной структурой. Наподобие боларов, но только водоплавающей. Пока неизвестно почему эти плоты так быстро гибнут и вообще из чего произрастают, но сбор фактов продолжается.

- Пусть приложат все усилия для раскрытия неприятных для нас секретов. – Хафан опять с недоумением оглянулся на боларов, но спросил о другом:. – Что там на границе с баронами и этими глистами?

- После невероятных потерь со своей стороны противник больше не рискует переходить границу. Все его усилия брошены на создание засад и созданию мощной линии стационарной обороны на самых уязвимых для него местах. Порой они перегораживают крепостными стенами целые долины. А уж опорные башни сооружают почти на каждой возвышенности.

- Ха-ха! Хоть что-то меня развеселило! – захлопал в ладоши правитель Орды. – Пусть строят себе на здоровье, будет нам потом чем поразвлечься. Да и в крепостях уничтожать их армии намного сподручнее, чем гоняться потом за ними по всем лесам и долам.

Сухонький и тщедушный главнокомандующий сегодня вообще впервые увидел Титан, и хоть оказался невероятно поражен немыслимыми размерами, сейчас позволил себе выразить некоторые сомнения:

- Докладывают, что стены и башни вдоль границ возводятся практически неприступные….

- Да? Тебе ли не знать, что практика и теория порой и часто совершенно игнорируют друг друга. Вот мы сегодня и посмотрим на нашу практическую надежду. Заодно и проверим собственные теоретические предположения и возможности. Кстати, кажется внизу актеры уже готовы поучаствовать в историческом спектакле.

Действительно, все надсмотрщики единой колонной выходили из долины Сломанной Подковы. Оставшиеся люди, еще не догадывающиеся о своей страшной участи, настороженно выглядывали из-за контрфорсов башен и наскоро сложенных зубцов стен. Большинство старательно складывали возле себя горки из камней, потому что догадывались что стены будут атаковать во время предстоящих учений. Но вряд ли кто из смертников представлял, что атаковать будут не люди, а бездушные магические силы разрушения. Хотя внушительная часть послушалась рекомендаций надсмотрщиков и постаралась спрятаться на самых нижних подвальных уровнях. Все же оставшиеся наверху люди были убеждены, что последовать вниз они всегда успеют.

С особым цинизмом Кзыр Дымный отдал приказ десятку шаманов перенестись отделенным сознанием на подвальные уровни долины и наблюдать за рушащимися сводами рукотворных убежищ до последней возможности. Затем посмотрел на уступ, где на самом краю стояла фигурка его лучшего, а теперь самого знаменитого ученика, и дождался разрешающего взмаха красным флагом. Только после этого разгладил на себе синий комбинезон командирского состава и поспешил в необъемное чрево парящего над землей сооружения. Через короткое время детище Древних странно вздрогнуло и стало ощетиниваться выступающими сквозь его резиновую кожу жерлами невиданных в этом мире прежде орудий.

На плоскости уступа, для первых лиц Кремниевой Орды установили удобные кресла и на них разместились Хафан Рьед, да самые приближенные к Фаррати люди. Остальная свита выстроилась вдоль обрыва или сзади кресел и представление началось.

Вначале бахнуло одно из носовых орудий. Вылетевший из него заряд явно с большим перелетом перемахнул самую крайнюю, с левого фланга атаки башню и врезался в край долины. И тут же на том месте вспух гигантский гриб взрыва. Чуть позже и эхо грохота прокатилась по всем окрестностям. Но самое главное открылось взору после резкого порыва ветра. На месте соприкосновения заряда виднелся кратер до десяти метров глубиной и метров сорок в диаметре. Он наполовину оказался засыпан рухнувшими скалами, которые до того отвесной скалой замыкали долину. Теперь и там, на почти ровной ранее поверхности получилась гигантская выбоина.

Присутствующие на уступе с оживлением принялись обсуждать увиденное действо. Но реакция последовала и со стороны смертников. Находящиеся на крайней башне люди, в панике заметались по ее вершине и этажам, не без основания опасаясь прилета следующего заряда. И он не заставил себя ждать. Причем на этот раз канониры Дымного нанесли удар с точностью до одного метра, прямо в основание постройки. Вся массивная башня вдруг приподнялась в воздух и разорвалась во все стороны неимоверными внутренними силами. Вдобавок и порядочная часть примыкающей крепостной стены развеялась гравием по околице.

- Вот это зрелище! – довольно воскликнул правитель и повернулся к главнокомандующему. – Как тебе такая практика? А ведь это еще не самое крупное жерло. О! Смотри, как заволновались? Чего же вы не прячетесь, недоумки?

Последний вопрос относился к обреченным людям в долине. Пораженные смертью своих товарищей они теперь в немыслимом шоке мчались куда глаза глядят. Некоторые все-таки сообразили, что их попросту и безжалостно уничтожают и бросились не в подземные укрытия, а прямо к узкому выходу из долины. Оказалось, что и там их ждут более мелкие, но от этого не менее смертоносные заряды. Грохочущее стрекотание разнеслось над горами, и тысячи невысоких, искрящихся фонтанчиков перекрыли дорогу бегущим. При этом тела более половины из приговоренных на заклание жертв просто разорвало на кровавые куски. При виде такого ужаса смертники повернули назад и с еще большим страхом понеслись в собственноручно вырытые подвалы. Скорей всего, догадываясь, что скоро подвалы станут для них могилами.

Дальше Кзыр Дымный задействовал максимально крупные жерла. Теперь одним взрывов сравнивались с землей сразу по две башни. Или одним зарядом превращали приземистые оборонительные сооружения в дымящиеся воронки. Ни кубы, ни пирамиды не смогли противостоять разрушительным силам хотя бы частично.

В третьей части испытательных стрельб с Титана в долину Сломанной Подковы хлынули кипящие струи огня, а потом все ранее стреляющие жерла стали швыряться зарядами вразнобой. И долина превратилась в кипящее озеро, а жар от него заставлял прикрывать глаза даже расположившихся на высоком уступе Фаррати и его свиту. Замерших от ужаса тягловых боларов спасло лишь то, что они находились чуть ниже уровня долины. Вдобавок по всему Копейному ущелью образовался несущийся в перегретую долину поток холодного воздуха.

А когда рев и грохот немного стихли, главнокомандующий высказал свое уверенное предположение:

- После первой подобной нашей атаки, любые враги сами станут на себя надевать рабские ошейники и сдаваться на нашу милость.

- Ха-ха-ха! – злорадно рассмеялся правитель. – Это - в теории! А как оно будет выглядеть на практике?

Старик с некоторым сомнением покрутил головой на своей тощей шеей, но все-таки не стал скрывать своих крамольных мыслей все повидавшего на своем веку ветерана:

- А на практике они могут сражаться до последнего солдата и все погибнуть. Но даже тогда их женщины и дети не станут рабами.

Великий Кзыр нахмурился, но хорошее настроение еще преобладало в его поведении. Поэтому он с твердым оптимизмом воскликнул:

- В таком случае их женщины нам нарожают новых рабов. И столько, сколько мы пожелаем! – потом повернулся к сигнальщику с флагами: - Передайте Дымному: пусть поспешит ко мне! – затем еще раз внимательно осмотрел дымящуюся долину, и стал рассуждать вслух: - Если передние жерла смогут изрыгать заряды прямо перед собой, то почему бы не помочь взрывами на работах по прокладке дороги в Шейтаровой Балке? За два дня болары дотянут Титан к месту и там команда канониров может поупражняться в стрельбе и без своего руководителя. В крайнем случае, я ведь тоже могу покомандовать….