Возвращение Чёрного Властелина

Земля содрогнулась. Расколотая пополам вершина Ородруина извергла из себя пламенный поток. Падали башни, в прах рассыпались стены, рушились неприступные бастионы Барад-Дура. Огромная чёрная тень, увенчанная молниями, поднялась над Мордором. И развеялась.

Саурон навсегда покинул Средиземье. Но дух его не исчез бесследно — тот, кто когда-то был Чёрным Властелином, предстал в Чертогах Безвременья перед Эру, создателем мира.

Здесь, на границе между хаосом и порядком, раздавался смех, казалось, сотрясавший сами основы бытия. Всемогущий творец Вселенной смеялся.

А потом, через бесчисленные эпохи, уже в другом, изменившемся до неузнаваемости мире, на землю снова опустилась Тень. Она сгустилась и превратилась в фигуру лежащего на земле человека. Фигура встала и, щурясь от яркого летнего солнца, удивлённо осмотрелась вокруг. На синем небе не было ни облачка. Не знающий тёмного чародейства мир был окутан зноем. Всюду, куда ни взгляни, буйствовали заросли южных теплолюбивых растений. Рядом виднелась насыпь, по которой протянулись две прямых стальных полосы.

Тот, кого раньше звали Сауроном, знал, что это такое. В Мордоре подобные сооружения использовались в шахтах для транспортировки руды. Рельсы вели к какому-то странному городу, и Саурон двинулся туда. Очень скоро ему встретились первые обитатели этого мира.

— Ваши документики, гражданин! — перед ним выросла фигура, одетая в странную синюю одежду. Человек держался уверенно. Его манера держаться говорила о том, что он привык командовать другими.

Бывший Чёрный Властелин поднял глаза и в упор посмотрел на человека. Такая злоба и ненависть были в этом взгляде, что человек в форме побледнел, отшатнулся и бросился бежать.

Саурон усмехнулся. Ему начинала нравиться его новая жизнь в этом странном мире. Главное, что его сила осталась при нём. Пора было приступать к изучению места, в которое его забросил каприз Эру.

***

— Температура плавления на 25 градусов выше, чем у карбида гафния... — запинаясь проговорил посетитель. — К сожалению...

— Вон отсюда! — с ненавистью прошипел Семён Аркадьевич.

Посетитель оборвал свою речь на полуслове и, не задерживаясь ни на секунду, пулей вылетел из кабинета.

Металлическую дверь, из которой выскочил испуганный визитёр, украшала простая табличка «С. А. Уронов», без указания звания или должности. Случайный прохожий ни за что бы не догадался, что перед ним кабинет одного из самых влиятельных лиц страны.

Но случайные люди сюда не могли попасть. Засекреченная резиденция, расположенная в двадцати километрах к югу от Серебрецка хорошо охранялась.

Хозяина кабинета боялись все — и не только подчинённые, но даже те, кто формально числились его начальниками. За глаза Семёна Аркадьевича называли исключительно Сауроном. Но никто не рисковал сказать такое ему лицо. Хотя, на самом деле, это было его настоящее имя.

С его демонической волей к власти и силой, природа которой не могла быть объяснена наукой, бывший Чёрный Властелин легко мог бы стать президентом любой страны или директором какой-нибудь транснациональной корпорации. Но это его не интересовало. Бывшему повелителю Мордора было недостаточно ограниченной власти, основанной на социальных контрактах — ему нужна была власть абсолютная.

Сорок лет назад, заброшенный сюда причудой Творца, Саурон сначала обрадовался. Он быстро выяснил, что от эльфов, валар, майар тут остались только легенды. Здесь не было никого, кто мог бы бросить ему вызов. Элберет, Гэндальф, Алатар и другие остались там, в Средиземье. Даже драконы давно вымерли. Единственная магия в этом мире была его собственная.

Но потом он сделал неприятное открытие: без эльфийского волшебства он не сможет воссоздать Кольцо. Материала, который смог бы впитать в себя его волю и стать основой для Кольца Всевластья, в этом мире не существовало. Даже самые тугоплавкие материалы плавились и сгорали в мгновение ока.

Саурон стал Семёном Аркадьевичем Уроновым, генералом ФСБ. Последние двадцать лет он курировал научно-исследовательский институт стали и сплавов. Под его чутким руководством учёные достигли немалых успехов в создании новых материалов. Но увы: сегодня он снова убедился, что без эльфийских благословений и гномьих технологий, оставшихся в Средиземье, ни одно вещество не способно было удерживать в себе магию.

Одно время Саурон возлагал надежды на нанотехнологии и даже пролоббировал создание государственной корпорации «Роснано». Но, к сожалению, и эта идея не принесла результата. Теперь он планировал обратить внимание на композитные материалы. Чёрный Властелин вызвал своего референта и дал ему поручение подготовить доклад с обзором наиболее перспективных разработок по этой теме.

Отпустив помощника, Саурон занялся ежедневной проверкой персонала. Бывший властелин Мордора никогда не забывал держать ситуацию под своим личным контролем. Своей волей он дотягивался до политиков, финансистов, чиновников, наблюдал за подчинёнными и «начальниками», смотрел, оценивал, кто что делает, и о чём говорит.

Президент. Ага, подписывает указ о повышении пенсионного возраста! Саурон удовлетворённо кивнул. Подобные законопроекты он одобрял. Министр. Берёт взятку. Прекрасно!

Особое внимание Чёрный Властелин уделял своим ближайшим сотрудникам — тем, кто имел к нему доступ. В настоящий момент его недремлющее око было обращено на сотрудницу финансового отдела Любовь Сумкину, которая плакалась другой сотруднице и своей подруге:

— Не могу больше! Последний раз как взглянул на меня, так у меня сердце оборвалось! Думала, что умру! И холод нечеловеческий всё время от него исходит! Уйти хочу, не могу больше тут работать! Хоть в отпуск, хоть на больничный, или перевестись куда! Лишь бы подальше отсюда, не могу больше видеть этого Саурона!

Чёрный Властелин довольно усмехнулся: никуда она не уйдёт, кто же её отпустит! Мучения и страх сотрудников доставляли ему удовольствие.

— Попытайся взглянуть с другой стороны! — попыталась успокоить свою подругу сослуживица. — Посмотри на него не как на Саурона. Может быть, он Воланд?

Бывший владыка Мордора сердито сверкнул глазами: это что ещё за новости? С кем это его посмели сравнить?

Его палец скользнул по столу и нажал кнопку вызова референта. Дверь открылась.

— Всю информацию по Воланду мне на стол. — распорядился он, не глядя на появившегося в кабинете сотрудника.

Через 10 минут у Саурона на столе лежал томик Булгакова «Мастер и Маргарита».

Бывший владыка Мордора недовольно поморщился: художественная литература! Он не собирался тратить много времени на изучение человеческих фантазий — хотел только быстро ознакомиться с содержанием. Но против ожидания, чтение романа увлекло его.

— Любопытно! — пробормотал Чёрный Властелин. — Раньше я пренебрегал таким аспектом человеческой культуры, как беллетристика. Видимо, зря.

Все назначенные на вечер встречи были отложены. Олигархи и банкиры были вынуждены томиться в приёмной. Даже премьер-министру сообщили, что Семён Аркадьевич не может его сегодня принять. Весь мир должен был подождать, пока всемогущий Уронов читал Булгакова.

Когда Чёрный Властелин наконец захлопнул последнюю страницу, на его лице виднелась страшная улыбка. Он был доволен. Литературный персонаж Воланд ему понравился. Мягкий, конечно, и сентиментальный, но это же беллетристика, чего от неё ждать!

Всё взвесив, Саурон решил, что сравнение с Воландом нисколько не умаляет его чести. И поэтому не стал наказывать сотрудницу, посмевшую поставить его в один ряд с литературным персонажем.

Но улыбался Чёрный Властелин не поэтому. Его до глубины тёмной души потрясла одна фраза из прочитанного им романа. Она громким набатом звенела у него в голове: «Рукописи не горят!»

Его рука снова скользнула к кнопке вызова референта. Уже через полчаса на столе у Саурона стоял ноутбук с подключением к интернету, а сам он увлечённо изучал свою новую игрушку.

***

Все заметили, что в последнее время характер и манера поведения всемогущего С. А. Уронова сильно изменились. Он свёл к минимуму количество своих контактов, перестал курировать ряд важных проектов. Целыми днями он не выходил из своего кабинета — сидел в интернете за своим ноутбуком.

В политических кругах (сначала осторожно, шёпотом, а потом всё громче и громче стали поговаривать, что Семён Аркадьевич уже не тот, и что «Акелла промахнулся»).

Саурон знал об этих разговорах, но лишь усмехался:

— Глупцы! Пусть думают, что я стал слабым и мягким. Пусть! Тем ужаснее будет для них тот миг, когда они осознают, как сильно ошиблись!

Он открыл свой ноутбук, запустил браузер и привычно зашёл на популярный литературный сайт. Его лицо озаряла зловещая ухмылка.

Чёрный Владыка нашёл материал для Кольца Всевластья! Ни одно вещество не сможет удержать в себе часть его чёрной души, это верно. Но материальный носитель и не нужен. Ведь у него есть то, что не горит — литература!

Через подставных лиц он организовал на одном литературном сайте конкурс.

«Глупые авторы! Пусть пишут, увлекаемые своим тщеславием и амбициями. От 5 до 15 тысяч знаков вполне достаточно, чтобы вместить его силу, которая поработит их. В итоге, они обречены стать верными слугами Тьмы, проводниками его верховной воли, от его имени они станут править народами этого мира!»

«А судьи! — Саурон усмехнулся. — Они напишут свои рецензии, выставят оценки и станут его новыми назгулами. Их как раз девять — это хороший знак!»

Пальцы Чёрного Властелина порхали над клавиатурой. Бывший владыка Мордора уже научился довольно быстро печатать. К тому моменту, когда завершится очередной тур конкурса «Буйная фантазия», Роман Всевластья будет дописан. В своё произведение Саурон вплетёт сюжеты всех других участников конкурса. Этот роман он напитает своей лютой злобой, ненавистью к человеческому роду и неуёмной жаждой власти! В нужное время он нажмёт кнопку «Опубликовать»! И тогда крылья тьмы раскроются над этим миром и поглотят его.

Один Роман покорит их. Один соберёт их,

Один их притянет и в черную цепь скуёт их.

— Эш назг дурбатулук, эш назг гимбатул, эш назг тхратулук, агх выфзым-иши кримпатул! — громко и звучно произносил Саурон древнее заклятие, набирая текст.

Слова темного наречия, никогда прежде не звучавшего в этом мире, доносились даже до самых дальних уголков резиденции. Сотрудники, услышав их, бледнели от ужаса, и сердца их сжимались предчувствием беды!