Враг мой

Первое.

Пшшшшшиик!

Дверь троллейбуса пшикнула и резко захлопнулась. Макс оперся руками о колени, и тяжело дышал.
- Бинго!!!- радостно воскликнул Демон изнутри.
- Пшел ты, казел! - вслух выдохнул Макс.- Нашел спринтера!!!
Весь троллейбус дружно оглянулся на непривычный для транспорта звук, но увидя здорового крепкого мужика, тяжело дышащего, народ повернулся обратно и занялся каждый своим делом.
- Максим, ты же интеллигентный человек, инженер, а ругаешься...
- Я был инженером, пока тебя не встретил..., - эти слова уже были не вслух, про себя, только для слуха Демона.
- Ну не начинай опять, надоело уже отношения выяснять...
- Как, мать твою, не выяснять отношения, если ты навязался на мою голову...

Троллейбус, не сильно торопясь, катился по алма-атинской улице Саина вверх. Запрыгнувший в него Макс понемногу отдышался (не бегал так со школы!), сел на свободное место в конце троллейбуса.
Что-то смущало Максима, но он не мог понять - что? В троллейбусе точно не было ни Воланда, ни его подручных (Демон бы уже голосил во весь рост так, что заболела бы голова!). Но что? Все же спокойно, блин... Вот, точно, черт побери - чересчур спокойно!!!
Демоны гнали его (или их, Макс уже сам не понимал) с самого проспекта Рыскулова. То менты по их внушению хотели Макса задержать (пришлось их бить), то какой-то старикан на крутом джипе чуть не сбил его (Нерон, гад, помог, вовремя предупредил), то проходящий мимо мальчуган едва не выбил Максу глаз из рогатки (тут уж Макс сам постарался увернуться). Наконец Макс миновал Комсомольскую и запрыгнул в отходящий троллейбус. Можно было,конечно, пойти на компромисс с осторожностью и поймать такси. Но в такие моменты Максим всегда вспоминал свою драку с таксистом, которому Демоны дали просто нечеловеческую силу - и желание сесть снова в такси отпадало. Так что старый добрый общественный транспорт теперь был единственнным средством передвижения Макса. Демоны, почему-то, никак не могли внушать свои желания заложникам постсоветского пространства, находящимся в общественном транспорте. То ли оттого, что люди видели в жизни и не такое, то ли по другим причинам- непонятно. Поэтому Макс всегда старался хорошо отдохнуть, пока ехал в трамвае-троллейбусе-автобусе. На улице отдохнуть шанса нет -Демоны всегда начеку. Зазевался - все, ауф видерзеен, как говорится, аллес капут.
- Нерон, блин, молчишь чего? Разве не видишь, что вокруг слишком спокойно?
- Друг мой, я, выражаясь современным языком, постоянно мониторю окружающее пространство - в натуре, все спокойно!
- И где успел нахвататься - в натуре, мониторю? Ты мне, кстати, так и не рассказал, почему тебя Нероном назвали, разве есть у Демонов такие имена?
- Чего ты ко мне пристал, как зануда? Ради твоего же нервного спокойствия не рассказываю, мне нравится, когда ты спокоен!
- Ну?
- Достал ты! Ну дружил я с одним римским императором, ну почудачили с ним чуток...
- Если я помню, Нерон чудачил совсем не чуток...
- Это он виноват, я тут не причем...
- Шутник, блин. А имя то откуда?
- Это вы, люди, даете нам имена. У нас имен нет. А Нерон - это прозвище, так, баловство...
- Баловство, говоришь...


Воланд сидел на капоте белого "Кайена" и смотрел на приближающийся к остановке "Проспект Абая" троллейбус. Вот бело-синий рогатый монстр подрулил к остановке и остановился. От него до Воланда оставалось метров сто. Воланд достал из воздуха сигарету и закурил. Дождался, когда троллейбус начнет двигаться от остановки, поднял левую руку и щелкнул пальцами. Недалеко от него на дереве хрустнул большой сук и обломился...


- Вот и Абая! Куда он делся?
- Он рядом, Макс. Не торопи события...
Нерон не успел договорить, как перед самым носом троллейбуса, оборвав провода, на землю упал большой сук, отломившийся от дерева, которое стояло рядом с дорогой. Троллейбус нервно дернулся, попадали некоторые стоявшие пассажиры. Послышалась где негромкая, где в полный голос матершина. В основном она относилась к шоферу троллейбуса. В ответ с водительского места послышался ответный мат, который клял дорожные службы, вовремя не спиливающие подгнившие деревья. Макс поднялся и прошел вперед, к водителю. Там его взору предстала интересная картина - прямо перед троллейбусом на асфальте лежал большой сук дерева, который при падении еще и оборвал провода.
- Макс, двери аварийно открывай!! - заорал Нерон так, что Макс буквально оглох на секунду.
- Не ори так, сам знаю! - Макс был почти спокоен и дернул рычаг аварийного открывания дверей.
- Вот за это я тебя и выбрал - в экстренных случаях ты спокоен, как удав.
- Заткнись и смотри вокруг, пока я до остановки бежать буду.
С этими словами Максим выскочил с троллейбуса одним прыжком и рванул через дорогу, наискосок, к автобусной остановке на Абая. Увидев сидящего на джипе Воланда, Макс показал ему фак и припустил еще быстрее. Воланд улыбнулся и показал Максу народную комбинацию из двух рук, когда кисть одной лежит на сгибе другой. Макс нахмурил брови и еще поднажал. Последнюю полосу он пересек уже в два больших прыжка, потому что какой-то пацан на разрисованной спортивной машине наддал газу, увидев Макса и чуть не сбил его. Макс же, не останавливаясь, перепрыгнул невысокое ограждение, отделяющее дорогу от тротуара, и помчался вверх по улице. Добежав до магазина, он свернул налево и помчался через дворы. Минуты через три, обогнув дома, Макс выскочил на проспект Абая.
Движение машин было черезчур плотным. Через такой поток не было никакой возможности проскочить - слишком большой риск. Макс стоял и с остервенением смотрел, как на другой стороне отъезжает 18-ый автобус. "На нем я, пожалуй, и успел бы" - подумалось ему.
- Выше нос, Бен Джонсон. Сейчас готовься, надо рвануть, - Нерон тут вклинился некстати.
- Да ты гонишь, куда рванем? Нет просвета, - с горечью ответил Максим.
- Ты же бывший моряк, Максим. А моряки иногда дрейфуют, но никогда не дрейфят!
- Ты и на флоте бывал, что ли? - Макс слегка удивился.
- На Второй Мировой решал кое-какие вопросы на флоте. Чего тут удивляться, тогда нам всем работы по горло было, как и людям, - Демон ответствовал с какой-то степенью жесткости в голосе. - Давай!
Макс Демона жутко недолюбливал, но в таких вопросах уже привык доверять ему. Демон жил в нем, и тоже не хотел лишаться тела Макса, как и сам Макс. Тогда ему придется буквально в считаные минуты найти другое тело, чтобы вселиться. Но это жутко как непросто, для этого надо несколько условий. Самое непростое условие - на момент вселения человек не должен контролировать себя, свое тело. То есть он должен либо спать, либо быть мертвецки пьяным, либо быть без сознания. А где найти такого человека посреди улицы большого города? Бывают, конечно, исключения. Вот Максим, например. Угораздило же Макса попасть в аварию вместе с Геной, который был прибежищем для Демона больше десяти лет. Но Гена был старый алкоголик, и Нерона воспринимал доброжелательно, как, впрочем, и зеленых своих человечков. Нерон от безвыходности вынужден был мириться с Геной, но и Воланд за это время не напоминал о себе. А тут большая авария, столько человек без сознания! Нерон прибежище для себя выбрал быстро, и за эти три года не пожалел ни разу! Макс для него оказался просто подарком судьбы!
На выкрик "Давай" Макс отреагировал более чем быстро. Он рванул через дорогу так быстро, что пролетел через весь проспект за считаные секунды. Машин было много, но Демон время выбрал как всегда правильное - Макс пересек улицу совершенно невредимым, хотя иногда казалось, что какая-нибудь машина его все-таки зацепит. И за миг до того, как закрылась дверь в 25-ом автобусе, Макс оказался внутри его. Опять руки на коленях, опять тяжелое дыхание. Слава Богу, мест в автобусе оказалось предостаточно. Макс прошел в конец автобуса и сел на предпоследнее сидение (последним Макс не доверял). Глянул в окно - хороший денек, если бы не...

Проснулся Максим оттого, что Демон чего-то бубнил:
- бу-бу-бу-бу... обложили, блин...
- Обложили чего? - спросонья не понял Макс. - Ты о чем?
- Да вон вошли только что...
- Где?
- Впереди вон, двое.
Макс немного наклонился в сторону и глянул вперед. Возле водителя стояла, расплачиваясь, очень колоритная парочка - парень и девушка. Одеты они были словно вампиры Трансильвании лет этак пятьсот назад. Цвет в их одежде преобладал глубоко-черный, лица были покрыты жутким количеством косметики темных тонов.
- Ты не ошибся? - спросил Макс. - Это всего лишь готы.
- Кто? - переспросил Демон. - Какие готы?
- Молодежное неформальное течение. Одеваются, будто живут в Средневековье.
- А знак Триумвирата зачем? Воланд такие вешает обычно своим добровольным помошникам.
- Да откуда я знаю, зачем им этот знак? Может и правда ему помогают...
Едва Макс успел это договорить, как готы вышли на очередной остановке. Просто вышли, ничего не сделав и даже не посмотрев на Макса.
- Я же тебе говорил, - ответил Макс на немой вопрос Демона. - Просто молодежь такая нынче пошла.
- Старею, - Демон явно был озадачен. - Раньше как-то никогда не ошибался, всегда признавал их в любом обличье. А сейчас даже простые смертные стали похожи на демонов.
- Да кто, как не ты, должен знать, что самое большое достижение Люцифера - убедить всех, что его не существует. Пожалуйста - результат налицо.
- Скверно. Да ладно. Ну что, готовься - момент истины наступает!
- Где?
- Проспект Аблай-хана.
- Е, так уже...
- Ну да, Мира проехали.
Макс подскочил и рванул вперед, на выход. Едва дверь открылась, Максим прыгнул прямо на тротуар и рванул вниз по улице. Пробегая мимо театра, Максим спросил Демона:
- Куда?
-За театром направо, первый дом. На крыше.
- Мать вашу, почему на крыше?
- Это вопрос или просто?
- Да просто...
Подбежав к первому подъезду девятиэтажки, Макс дернул дверь подъезда и недовольно выругался: на двери стоял кодовый замок.
- Дальше что?
- Не знаю я, Максим. Может выбьем ее?
- Ногу мне сломаешь ею, выбивальщик.
- Тихо! Нам везет сегодня! Кто-то спускается!
Как ни прислушивался Макс - ничего и никого не услышал. Но Демону стоило доверять, и Макс напрягся в ожидании очередного рывка.
Едва только дверь открылась и показался нос маленькой бабульки, Максим рванул дверь на себя и влетел в подъезд. Краем глаза увидел, что бабулька качнулась, но на ногах устояла. "Извини, мать! Служба! - мог бы крикнуть Макс, но он уже влетал в закрывающийся лифт и не стал ничего кричать. Ткнув в кнопку девятого этажа, Макс прислонился к стене лифта и стал ждать, нетерпеливо подергивая ногой. В лифте неприятно пахло, стены были разрисованы неимоверно, из приличных слов был только логотип "Металлики". Но Макс думал только о человеке, которого ему предстояло спасти - какой он? Он столько раз пытался спасти из лап Воланда людей, столько раз этого не получалось - но лица всех жертв Макс помнил очень хорошо. Большему количеству этих людей Максим даже смотрел в глаза...


Старая дверь громко заскрипела и отворилась. Готовый к старту Максим придал своему телу максимальное ускорение и уже через пару секунд он уже открывал дверь, ведущую на крышу...
Выскочив на крышу, Макс шумно выдохнул и стал резко озираться по сторонам...
...стоящую на краю крыши девушку Макс увидел не сразу - ее от него отгораживала какая-то постройка на крыше дома, непонятно кем и для чего построенная.
- Наташа! Стой! - в свой крик Макс вложил все те остатки сил, которые у него остались после сегодняшней погони.
Молодая девушка Наташа, решившая покончить жизнь самоубийством после того, как ее бросил парень, оглянулась на крик и увидела незнакомого мужчину, который бежал к ней по крыше. Но от поворота тела ее левая нога потеряла опору и ...


...в последний момент Макс схватил девушку за рукав пиджачка,в который она была одета. Уперевшись изо всех сил коленями в бортик крыши, он потянул ее вверх. Тут, словно опомнившись, Максу помог Демон, придав телу Максима нечеловеческую силу. Подтянув девушку достаточно высоко, Макс второй рукой взял ее за поясок на талии, и аккуратно перетянул ее на крышу.
Положив девушку на крышу, подальше от края, Макс обессилено сам лег рядом. Картина получилась просто идиллическая, Мужчина и Девушка лежали рядом на крыше дома и глядели в небо. Макс уже начал было подозревать, что Наташа без сознания, но она приподняла голову, посмотрела на него немигающим взгядом, полным слез и сказала:
- Любимый!
- Нормально, сейчас шок пройдет и все будет хорошо, - шепнул Демон Максу.
Максим мысленно послал его в ответ на ..., приподнялся на локте и улыбнулся Наташе.
- Все закончилось! - в эту фразу Максим вложил столько оптимизма, на сколько сейчас был способен.
В ответ девушка всхлипнула, потянулась к Максу, обняла его, и тут поток слез хлынул такой, что рубашка Максима стала промокать с ужасающей скоростью. Но Макс знал, что ей помогут сейчас прийти в себя только слезы, и поэтому с обреченностью ждал конца истерики. Но на удивление, истерика закончилась так же мгновенно, как и началась. Наташа подняла лицо и посмотрела Максиму в глаза. Макс понял немой вопрос и представился:
- Максим.
- А меня ты откуда знаешь?
- Это очень длинный разговор, давай оставим его на потом.
Словно в подтверждение этого девушка притянула Максима за шею к себе и поцеловала.
По ощущениям Макса, поцелуй длился не менее вечности. Даже противный Демон молчал. Но идиллию разрушил, как и всегда в последнее время, Воланд собственнной персоной. Скрипнув дверью, он вышел из подъезда на крышу, осмотрелся, взял старый деревянный ящик, валявшийся рядом и уселся на него. Затем он достал из воздуха сигарету, закурил ее и улыбнулся. Поднявшийся к тому времени на ноги Максим сжал правую руку в кулак, а левой аккуратно задвинул Наташу себе за спину.
- Он прав, Наташа, для тебя уже все закончилось...
- Чего тебе еще надо, Воланд? Я выполнил твое условие и спас указанного тобой человека.
- Да, Макс, все правильно. Теперь тебе позволено остаться в этом мире и ты не умрешь насильственной смертью, только своей. Но есть одно но...
- Что еще?
Воланд в ответ только усмехнулся и снова затянулся сигаретой.
- Нерон, мать вашу, демоны хреновы, о чем он?
- Ну понимаешь , Макс...- стал тянуть резину Нерон.
- Говори, гад!
- Ой-ой-ой, Нерон, ты не сказал ему? Нехороший ты человек! - в слово "человек" Воланд вложил какой-то непонятный Максу смысл.
Максим в ответ разразился отборнейшей матершиной, не смущаясь даже присутствием Наташи, которая за десять минут стала ему почти родной.
- ОЙ! Да я в русском языке слов-то таких не знал! - восхитился Воланд. - Ладно! Скажу тебе. Я не обманывал тебя, когда говорил, что оставлю тебя жить после аварии, если поиграешь со мной в игру и успеешь спасти погибающего человека...
- Но ты не говорил, что сам будешь устраивать эти гибели!!!
- Это часть игры, Максим. Но я просто не договорил тебе, что еще одним условием сохранения жизни будет то, что тебе придется до конца жизни играть со мной в эту игру...
- ЧТО!!!!- Максим взревел с такой силой, что с соседней крыши взлетела стая голубей.
- Ну я же не обманывал тебя, теперь ты полностью жив! Я просто немного не договорил условия сделки...
- Ты обманул меня!!!
- Ты меня не слушаешь, Максим - я не обманывал, я просто не договорил. Да и твой персональный хранитель знал прекрасно условия сделки.
- Нерон, мать твою!!!
- Прости, Максим, я не хотел тебя расстраивать...
Кулаки Макса машинально сжались еще сильнее и по крепости стали равны камню.
- Но я пойду тебе навстречу, Максим, человек ведь ты хороший. Я буду давать тебе много времени на твое счастье с Наташей...
Максим растерянно оглянулся на девушку. Ее еще мокрые от слез глаза преданно и влюбленно смотрели на него, и Максим понял, что Воланд выиграл и эту партию. Возможно, он даже и подстроил все так, как произошло.


Через несколько минут Воланд нарушил воцарившееся молчание.
- Кстати, Максим. На Красногвардейском тракте скоро произойдет авария, в которой может погибнуть ребенок...
- Ребенок? - плечи Макса невольно вздрогнули. - А как я...
- Будешь долго рассуждать - опоздаешь. Да и твоего демона-хранителя никто не отменял...
Внутри Макса кто-то недовольно хрюкнул.
Максим повернулся к Наташе и посмотрел ей в глаза. Глаза уже просохли и смотрели влюбленно-понимающе.
- Я скоро вернусь!
- Я буду ждать тебя, любимый! - девушка сказала это так, как будто говорила это уже тысячу раз.
Максим поцеловал Наташу, погладил ее по голове и быстрым шагом направился к двери в подъезд. Проходя мимо Воланда, Макс не удержался и показал Воланду фак. Воланд улыбнулся, ничего не показал Максу, просто поднялся и пошел следом. Но возле двери Воланд остановился на секунду, повернулся к девушке и подмигнул ей. Но Наташа не обратила на Демона внимания, потому что сегодня она, наконец-то, повстречала свою судьбу.

Второе.

Макс открыл дверь и вышел на улицу.
- Мучас пардониас, сеньор! – деланно-вежливым голоском вопросил Нерон. – Ты собираешься и дальше так прогуливаться и займемся делом? Воланд же, собака бешеная, тебе все вроде расписал, все перспективы. Работаем, потом у нас…..ну в смысле, у тебя – будет время на счастье. Если Воланд на полном серьезе обещал – он не обманет. Он, конечно, мутный тип, каких еще поискать, но сейчас он тебе правду сказал, ручаюсь. Не обманет, точно.
- Да что ты меня уговариваешь, как маленького. Сам я уже все понял. Но что-то мне покоя не дает, что-то не нравится….
- Нравится-не нравится, спи моя…….
- Заткнись, Нерон. Не надо продолжать.
- Ладно, - почему-то слишком легко согласился Демон. – Молчу.
- Что-то вы много не договариваете, ребятишки. Развлечения ваши безумные, тайны.
- Да какие развлечения, Максим???? Сколько людей погибло, которых мы не успели спасти. Воланд дает нам шанс.
- Ты мне не звезди, гуманист. Мне, во-первых, не нравится твое прозвище..
- Но….
- Не перебивай, я ж тебя не перебиваю, имей уважение.
- Хорошо, - опять слишком легко согласился Демон.
- Во-вторых, чего это Воланд такой добрый, дает возможность спасти людей? Почему сам не спасет этих людей? Почему я как дурак должен бегать по всему городу и спасать кого-то?
- Ты так ничего и не понял, Максим? Ты не должен. Ты можешь сесть сейчас, закурить и никуда не бежать. А скоро на Красногвардейском тракте произойдет авария и погибнут люди. А ты можешь сидеть, курить и жалеть себя. Какой же я несчастный!!! И сиди, какие проблемы. Ты не должен, Максим, а ты можешь это сделать. А это, как говорят в Одессе, две большие разницы. Воланд дает тебе шанс, а ты можешь воспользоваться им, а можешь и не воспользоваться. А он с удовольствием будет смотреть на твои метания. Это его и развлекает. Он не пытается лишить кого-то жизни. Он предвидит разные ситуации, которые могут случиться. И все. Он просто зритель. Актер и философ ты. Ты решаешь, спасти человека или нет.
- А зачем он мне мешает? Почему?
- Потому что никому ничего не дается легко, даже ему. У него тоже проблем хватает, поверь мне. И по сравнению с твоими – даже не могу сравнить. Разница огромная.
- Во навязались вы мне на голову….
- А вот это точно была случайность. Ни я, ни Воланд не ожидали такого развития событий. В принципе, это ничего не меняет, что мы с тобой теперь, как это сказать – вместе… - Демон хохотнул. – Это чистая случайность. Мой прежний носитель меня, конечно, не устраивал. Да и Воланд к нему не лез почти, разве что невинные шутки. Любил с ним самогона попить, да прочие невинности. Но тут появился ты, Максим, и наша жизнь ожила, стала насыщенной. Так, все. Хватит раскисать. Ты собираешься спасать ЛЮДЕЙ? - слово «ЛЮДЕЙ» Нерон именно выделил. И цели своей достиг.
- Куда сейчас, по Коммунистическому вниз?
- Да, там рванем до «Саяхата», а там уже недалеко. Давай, Супермен, отдупляйся и погнали.
-Да где ты этого сленга все-таки нахватался? - Максим спросил это почему-то вслух. Прохожие начали оборачиваться. А так как весь диалог Максим вел с Демоном молча, в голове, то внезапная фраза одиноко идущего человека людей немного удивила. Но ненадолго. Видимо, все подумали, что Максим говорит по телефону через надетые наушники. Несколько людей, правда, обратили внимание на необычный вид Максима, но подумали, что он выпимши, и тоже перестали обращать на Максима внимание.
Подошел троллейбус. Максим привычно оглянулся, Воланда нигде не увидел…. И обреченно зашел в троллейбус. Увидел в середине свободные места, подошел и сел.
….. и в следующую секунду огромным прыжком, сгруппировавшись, выпрыгнул из троллейбуса. Приземлился удачно, на две согнутые ноги, не упал. И слава Богу.
Воланд, сидящий за рулем троллейбуса, громко расхохотался. И нажал на педаль газа. Троллейбус помчался вниз по улице как-то чересчур резво.
- Нерон! – почти взвыл Максим.
- Что не так? Почему не предупредил? Да потому что, дорогой друг Максим, ты не вовремя занялся самобичеванием. Расстроился он, видите ли. И что? Ну что? Кому –то легче? Кто-то от этого стал счастлив? Может ты? Он же тебе абсолютно точно разрисовал картину. Ты работаешь, делаешь то, что должен, а он взамен дает тебе время на личное счастье. Поверь мне – это огромная привилегия. Редко кому он дает такие преимущества. Мне даже кажется, что ты ему нравишься. Взаимодействие с тобой дает ему какие-то эмоции. Я очень давно не видел его таким … таким…. не знаю, как сказать…..счастливым что-ли. Как будто он к жизни вернулся после долгого перерыва. Ладно, вот следующий троллейбус, садимся. Садись, не бойся, с этим все хорошо, отвечаю. Он так и катит на том за рулем. Нам надо успеть.
Старый городской троллейбус громыхнул дверьми и покатился вниз по проспекту.


- Следующая остановка – улица «Райымбек-батыра», - сухой женский голос прописклявил в динамиках и троллейбус начал замедлять ход.
Максим встал, подошел к двери, взялся за поручень и спросил Демона:
- Как дела, дрищ?
Пару секунд Нерон ничего не отвечал, потом разразился в голове Максима таким заразительным смехом, что сам Максим поневоле улыбнулся.
- Все нормально, братан! – Демон перестал закатываться и смог ответить нормально. – Я хочу тебе сказать, что я необычайно рад знакомству с тобой. Ты, конечно же, скажешь, что не рад нашему знакомству, но это в данной ситуации не имеет никакого значения. Мы оба не можем этого изменить, и вынуждены жить вместе, так сказать. Но я правда очень рад. У тебя потрясающее чувство юмора. Ты не теряешь самоконтроль даже в крайне критической ситуации. Иногда я просто в восторге. Поверь, пожил немало, повидал много. Я ведь не всегда был, так сказать, привязан к человеку. Жил нормально, радовался…
- Ты вообще кто?
- Оно тебе надо, Максим? – Демон ответил, но вполне дружелюбно.
- Надо. Я привык все учитывать и просчитывать.
- Ну хорошо, - не стал сильно ломаться Нерон. – Особого секрета тут нет. Я Ангел.
Максим, в этот момент выходил из троллейбуса, и услышав ответ, невольно споткнулся. Не упал, нет, но ноги подогнулись качественно. Он поднялся, постоял несколько секунд молча, а затем спросил:
- В смысле Ангел??
- В прямом. Литературу классическую читаешь?
- Есть немного. Когда есть время.
- У нас нет имен, и одновременно имен много. Вот Воланда на самом деле зовут Люцифер. Что в переводе на русский означает «Несущий свет». Вот такие вот перипетии. Потом он много раз менял имена. И в конце концов убедил людей, что его не существуют.
- Ну вот это-то я где-то читал. Не знал, что это он.
- Да, Максим, жили мы долго и не скучно. А меня в самом начале звали «Левиафан». Но это было очень давно, это уже неправда. Сейчас меня зовут по-другому.
- Нерон? - спросил Максим.
- Нет. Это Воланд так меня называет. В отместку за один не очень красивый случай. И да, именно с тех пор я вынужден жить в чужом теле, не могу иметь своего. Ничего с этим не могу поделать. Долго еще придется чалиться по разным телам. Потом мне разрешат завести свое. Но это еще не скоро. Пока вот жду. Воланд к этому не причастен, но вот развлекается со мной так. Я у него типа любимой игрушки. Или собачки.
- Собачки, да. Можно много сравнений найти, но вот собачка подходит более всего.
Максим в это время стоял на светофоре, ждал зеленого сигнала. И тут к нему справа подошел бродячий пес. Сел рядом. Большой, лохматый. Максим посмотрел на него. Пес завилял хвостом. Максим улыбнулся псу…..

…….. и шагнул на красный свет. Огромный оранжевый «Камаз», с полным кузовом щебенки, остановиться конечно не успел. Максима он зацепил хоть и краем бампера, но и этого было вполне достаточно. Максима огромной силой отбросило в сторону и ударило о дерево, растущее возе дороги. Максим сознания пока не потерял, но удар был настолько сильный и резкий, что боли пока особо не было. Все заглушил рванувший в кровь с огромной скоростью адреналин.

Максим лежал на спине на земле, только голова немного опиралась о дерево.
Страха у Максима не было, одна обреченность. Ну и радость, наверно. Он умирал. И все становилось не важно. Он принял это решение машинально, автоматически, даже подумать об этом не успел. Поэтому-то Демон, а точнее сказать, Ангел его и не остановил. Се ля ви, как говорится у потомков франков. Ну и а ля герр ком а ля герр, кому как больше нравится.
Боль начинала прибывать, сознание мутиться. Максим закрыл глаза и приготовился. Не знал, как это будет, но точно был уверен, что к этому готов. Пусть будет так как будет. Становиться собачкой Воланда Максим не хотел. Что-то постоянно ему говорило о том, что лучше не жить, чем жить так. Максим вспомнил про девушку, но тут он был уверен – что так даже лучше. Ей незачем жить с человеком, внутри которого живет какое-то древнее зло. Пусть оно и зовется Ангелом, но что-то такое Максим начал припоминать, про Падших Ангелов. И эта участь его не прельщала.
Что-то влажное проехалось по лицу Максима. Потом еще раз. Боль все прибывала и прибывала. Но Максим пересилил себя и открыл глаза. Большой бродячий пес склонился над Максимом и облизывал лицо. Увидев, что Максим открыл глаза – пес натурально заулыбался и завилял хвостом. Но в следующий момент, получив несильный пинок под зад, пес отпрыгнул и оскалился на мужчину, который так позволил себе с ним обойтись. Нагнул морду ближе к земле и злобно зарычал. Мужчина же, не обращая на пса внимание, нагнулся над Максимом и попал в его поле зрения.
Это был «Несущий свет». Он же Люцифер, он же Воланд, он же Гога, он же Жора.
- Как дела? – обыденным тоном спросил Воланд.
Максим от уже очень сильной боли сказать ничего не смог. И кивнул. Или попытался кивнуть. Как ему показалось. Но Воланд все понял. И кивнул в ответ. И повернулся к псу лицом и неожиданно спросил:
- Как он тебя красиво развел-то, Нерон? – Воланд при этом улыбнулся прекрасной голливудской улыбкой. – Все, финита ля комедия.
И только тут Максим понял то, чего уже несколько минут не мог понять подсознанием. Нерона не было. Он молчал. Но и без молчания Максим знал, что Ангела с ним больше нет. Уверен сто процентов. Сам не знал почему. Хотел что-то спросить Воланда, но не получилось. Язык уже отказывался сотрудничать, боль становилась беспредельной.
- Лежи, Максим, ничего не говори. Я скажу. Ты молодец. Я занимаюсь своими и людскими делами очень давно, много повидал. Но таких людей , как ты –было немного. Даже не могу объяснить, почему я тратил столько времени на тебя. Но теперь понял –ты личность. Личность сильная, интересная. Мне с тобой было очень интересно и весело. Я давно так не радовался жизни. Ну, не жизни, конечно, это аналогия, чтобы ты меня понял. А за Нерона не переживай, поживет пока в теле собаки. Да, он испугался, что ты погибнешь и оказался в единственном живом существе, которой было рядом.
Тут Воланд жестом остановил водителя «Камаза», который остановился далеко из-за большого веса машины, и спешившего теперь на помощь:
- Николай, все нормально. Едьте дальше, я помогу Максиму сам.
Водитель машины как-то странно моргнул и поспешил к своему самосвалу.
- Ну так вот, Максим. Я очень рад, что нас свела с тобой судьба. Ты прекрасный человек, хоты от меня и нельзя услышать таких слов. Но я сам себе судья и сам выбираю свой путь
Тут Воланд поднял вверх правую руку, щелкнул пальцами.
Максима скрутила дикая боль. Сильная настолько, что невыносимая. Но одновременно Максим понял, что сознание он не потеряет. Что-то принципиально изменилось.
- Ты полежишь минут пять. Я сделал так, что все твои сломанные кости срослись, все повреждения внутренних органов исчезли. Минут пяти будет достаточно, чтобы организм пришел в себя. Ты здоров, Максим, абсолютно здоров. Даже некоторые твои болезни ушли, - Воланд негромко хохотнул. – Пять минут и вставай. Девушка твоя тебя ждет там, где ты ее оставил. Красивым девушкам нечего делать на крыше. Так что поспеши, незачем заставлять ее ждать. Все, Максим, я пошел. Я правда очень рад нашему знакомству. Если что – звони. – Воланд сказал это вполне добродушно. Повернулся к псу и сказал:
- Пошли, придурок!
Пес очень зло зарычал, но засеменил вслед уходящему Воланду. На секунду остановился, оглянулся и гавкнул. И прыжками поскакал догонять Воланда.
- Попрощался, - подумал Максим. Полежал еще немного, и встал. Вот прямо так. Встал и все. Голова не кружилась, боли почти не чувствовалось. Поднял правую руку, сжал ее в кулак. Пальцы предательски хрустнули, но Максим понял, что сил в руке прибавилось неимоверно. Как так – он не знал. Но не было причин Воланду не доверять…..


Воланд дошел до стоящего невдалеке «Кайена», открыл задняя дверь. Пес запрыгнул на заднее сиденье без приглашения. Воланд дверь захлопнул, обошел машину, сел на водительское сиденье. Улыбнулся чему-то, завел мощную машину и поехал.
Но проехал не так далеко. За очередным поворотом показалась фигура сотрудника дорожной полиции. Воланд законопослушно припарковал машину у обочины после отмашки гайского жезла, достал документы, приспустил стекло.
Оглядев придирчиво «Кайен» на предмет явных косяков гаишник козырнул и неразборчиво представился.
- Летаем? - поинтересовался, едва глянув на документы, и пригласил уже более внятно: - Выйдите из машины, пожалуйста.
- А в чем, собственно, дело? - спокойно поинтересовался водитель, холеный господин неопределенного, но выраженно зрелого возраста.
- Ничего особенного, проверка документов, плюс нарушение скоростного режима, габаритные огни не включены...
- Днем? - поднял бровь водитель и усмехнулся.
- А при чем тут время суток? - искренне удивился гаец, - вы выезжаете в область по федеральной трассе, обязаны включить.
Цепким взглядом обшарив водителя и машину, второй подошедший гаишник забубнил в рацию:
- Кайен, госномера ….....
Из дверей гаишной будки вышел усатый водитель, хмуро глянул на холеного, то ли ему, то ли в пустоту пробурчал:
- Йоду, видите ли, в аптечке нет... Казлы...
Сидевший за столом капитан равнодушно принял от постового документы, глянул в свидетельство регистрации, оживился, заерзал, с видимой надеждой застучал по клавишам.
- Обкуренный небось? Чего глаза красные? - приступил к разводу лейтеха, тот, что тормознул «Кайен».
- Такие глаза, лейтенант. Хочешь — проверяй, - холодно ответил холеный мужчина.
Отодвинув клавиатуру, капитан хмуро посмотрел на дерзкого водителя.
- На вашем месте я бы сто раз подумал, прежде чем так разговаривать. Ваши номерные знаки нигде не зарегистрированы. Как вы это объясните?
- А они не мои, - пожал плечами холеный, - они автомобильные. Их судьбой я не интересовался.
Жестом отправив лейтенанта на улицу, капитан уставился на свои пальцы, в которых уже была зажата авторучка. Подвинув листок бумаги, капитан стал выводить закорючки: знак доллара, тройка, ноль, ноль, ноль. Вопросительно посмотрел на холеного. За стеклом будки было видно, как курящий на пороге лейтеха жестом отправил спешащего с кипой документов водилу-дальнобоя обратно к машине.
- Интересно, а лейтенант курит коноплю с Вашего ведома или по своей инициативе? - улыбнулся холеный.
Ввалившийся в каморку лейтенант тупо растягивал рот в ухмылке, сжимая в пальцах тлеющий косяк, который источал характерный запах жженой тряпки.
- Ляяя, чувак, да ты попал! - воскликнул он, заглянув через плечо остолбеневшего капитана, не успевшего от кардинального поворота событий убрать бумажку с коммерческим предложением.
Едва оправившись от шока, капитан издал шипящий и одновременно клокочущий звук, через секунду оформившийся в рязъяренный рык:
- Во-о-он! - капитан поднялся, нашаривая на столе пепельницу, судя по всему, вовсе не с целью любезно предложить ее лейтехе.
- Сгною, гад- пробормотал он секундой позже, отирая пот ярости, мелкими каплями выступивший под фуражкой.
- Ему простительно, - улыбнулся холеный господин, в упор глядя на потерявшего начальственный вид гаишника. - Начальник смены пьян в стельку, а ему, мелкой сошке, чего стесняться?
Хрюкнув, капитан рухнул лицом в невесть откуда взявшуюся на столе тарелку с салатом, глаза его, обежав каждый по своей траектории комнату, собрались в кучу, веки тяжело сомкнулись, тело капитана обмякло, по каморке разлетелся сочный храп, разнося кислый запах перегара.
Жалобно моргая, в каморку вошел третий гаишник, тот, что диктовал по рации номер машины.
- Иванов чудит, товарищ ка-а... - осекся он, увидев картину маслом.
Воланд забрал свои документы, пошарил глазами по стене, снял журнал с надписью «Передача смен», открыл, нашел последнюю запись, дописал размашистым, но витиеватым почерком: «Сотрудники — ярко выраженные кретины», захлопнул журнал, заботливо подвинул к голове капитана и стремительно, но с достоинством, вышел.
- Ы-ы-ы, - третий гаишник опустился на пол, выпучив глаза и пуская слюну изо рта.

Холодное солнце проводило отъехавший от обочины и устремившийся в сторону области «Кайен», лизнув лучом глянцево-черную крышу. Сзади маячила морда большого пса. Проехав с десяток километров от города, внедорожник свернул на неприметную грунтовку, подняв густое облако пыли. И если бы кто-нибудь из спешащих по всевозможным делам водителей обратил внимание, он увидел бы, как из редеющих клубов пыли в зеленое клеверное поле выскочил вороной конь, яростным галопом несущий на спине всадника с царственной осанкой и печатью горькой думы на челе. Рядом с конем несся огромный черный волк, размерами превышавший среднего льва. На миг волк обернулся в сторону города, и огромные черные глаза полыхнули адски-красным светом. Но уже в следующий миг огромное животное прибавило бег, догоняя мчащегося впереди коня……..

End. Maybe :)