Время жить. Сопряжение миров, часть 3

Тележка, надсадно скрипя колесами, наконец, одолела крутой подъем и перевалилась через край. У Кэноэ перехватило дух. Казалось, под ним раскинулась панорама доброй половины Столицы.

Но тут тележка сделала крутой поворот, словно приглашая полюбоваться городом и с этого ракурса, а затем внезапно ринулась чуть ли не вертикально вниз, стремительно набирая скорость. За спиной Кэноэ слышал вопли и визги, но сам он только наслаждался чувством полета, напомнившим ему прежнюю учебу на космического пилота.

И как это он раньше не открыл для себя это чудесное место?

Ответ был очевиден. Парк аттракционов находился весьма не близко от центра, поэтому он и не решался забираться в такую даль. Впрочем, удовольствие и не должно доставаться слишком легко, иначе какое это будет удовольствие?

Тем временем тележка снова рванула вверх, описав полный круг или, точнее, петлю, так что, в какой-то момент Кэноэ оказался едущим вверх ногами. А затем пошла описывать с головокружительной скоростью новые горки и крутые повороты под упоительный свист ветра в ушах.

– Скорости не сбрасывай на виражах! – проорал Кэноэ строчку из популярного речитатива.

За его спиной стоял гвалт, кричали что-то невообразимое, потому можно было не сдерживаться и не скрывать эмоций. Кэноэ переполняло восхитительное и такое упоительное чувство свободы.

К сожалению, все закончилось слишком быстро. Промчавшаяся по широкой дуге тележка вылетела на длинную прямую и резко затормозила с лязгом всех своих сочленений. К пассажирам сразу же бросились служители, помогая им расстегнуть ремни безопасности и встать.

Чем бы ему еще заняться?

Выйдя за ограду, Кэноэ задумчиво обозрел длинную очередь желающих прокатиться на «космических горках». Может, отстоять ее еще раз? Только на этот раз он возьмет сразу два… нет, три билета!

Или нет, лучше вернуться сюда через день или через декаду, чтобы не утратить остроту ощущений. А пока что можно поискать другие интересные места. Конечно, во Дворце ему доступны и более изысканные развлечения, например, игры с эффектом виртуальной реальности. Но здесь словно сама атмосфера была пропитана духом радостного оживления и азарта.

Внезапно браслет на руке Кэноэ завибрировал, сообщая, что кто-то вызывает его на связь.

Ну вот кому он мог понадобиться в самый неподходящий момент?!

– Кэно! – услышал он озабоченный голос кузена Коэло. – Не знаю, где ты сейчас бродишь, но срочно возвращайся во Дворец! Тебя разыскивают отец и бабушка. Ты им для чего-то очень нужен!

Темные Звезды и Черная Дыра впридачу!

Кэноэ едва не выругался вслух. Как все невовремя!

Но делать нечего: дядя-император и вдовствующая императрица-мать – не те люди, чьими приглашениями можно пренебречь.

– Возвращаюсь. Буду через час с небольшим, – передал он и быстро пошел, почти побежал в сторону выхода из парка.

Добираться на экспрессе, конечно, будет слишком долго, но неподалеку он видел стоянку катеров. А за хорошую плату его подкинут по воздуху прямо до Площади.

Ой-ёй-ёй-ёй, да что же это такое происходит?!

В кабинете, куда его буквально впихнул Коэло, аккуратно закрыв за ним дверь, ждали четверо. Дядя-император сидел за столом, опираясь подбородком на сложенные в замок руки. Бабушка устроилась в кресле, казавшемся совершенно великанским по сравнению с ее небольшим ростом. На диване, неловко выпрямившись, словно нашкодившие ученики, замерли его родители – принц первого ранга Клоэрмэ и леди Элаэнне.

Кэноэ с неудовольствием ощутил неприятную вибрацию в коленях. В последний раз его вызывали для разборок в таком составе, когда… Нет, лучше об этом даже не вспоминать!

Больше всего его беспокоило присутствие бабушки. Она была единственным членом семьи, которого Кэноэ в детстве по-настоящему боялся. И, похоже, не только он один. Когда семь лет тому назад, после смерти мужа – Старого Императора – она надела траур и навсегда покинула Дворец, весь двор стоял на ушах, словно разгильдяйский класс средней школы, вдруг избавившийся от опеки строгой (нет, не так: очень-очень-очень-очень строгой) учительницы.

Когда-то очень давно, когда леди Иннаэне (сочетание "оэ" в ее имени появилось только после коронации) еще была не женой наследника престола, а просто очень и очень привлекательной молодой женщиной, она работала в некоем хитром отделе Службы Безопасности, где в неполные три дюжины лет получила звание суперофицера третьего ранга, причем отнюдь не за красивые... гм... глаза. А по слухам, слишком настойчивым и достоверным, чтобы быть просто слухами, она и после замужества осталась в СБ, где дослужилась в итоге чуть ли не до верховного комиссара.

В кабинете больше не было ни стульев, ни кресел, и Кэноэ остался стоять, понемногу покрываясь потом.

«Только бы не отобрали поездки в город!» – умолял он про себя.

Все прочие наказания принц был готов вынести, не моргнув глазом, но одна лишь мысль о том, что парочкой небрежно сказанных слов его могут лишить драгоценной свободы, приводила в панический ужас.

– А ну, повернись-ка, внучек, – спустя дюжину томительных вечностей услышал, наконец, Кэноэ голос бабули. – Дай-ка я посмотрю на тебя и с другой стороны… Что ж, мои милые, нет у меня для вас никаких слов, кроме благодарностей. Ишь, какого красавца вырастили! Осталось теперь только к делу его привоздобить.

– К к-какому делу? – непроизвольно вырвалось у Кэноэ, прежде чем он успел заткнуть себе рот.

– Дурному, конечно. Которое не хитрое. Женилку отрастил? Значит, женись!

– Э-э-пп… – а вот теперь его натурально заклинило.

– Послезавтра в Метрополию прибывает управитель Таангураи принц второго ранга Ларнэон, – мерно проронил Император. – Его сопровождает дочь, прекрасная Кээрт. Мы приняли решение, что она станет твоей невестой.

– Прямо так сразу?! – не выдержал Кэноэ. – Я же ее ни разу не видел и совсем не знаю!

– Ты что, внучек, решил, что тебя прямо сейчас к алтарю поведут? – ухмыльнулась бабушка. – Не-ет, алтарь еще заслужить надо! Сейчас мы только помолвку объявим, а до женитьбы полгода пройдет, а то и год. Успеете познакомиться!

– Кээрт – хорошая девочка, она тебе понравится, – примирительно добавила мама. – Она всего на год младше тебя. Умница и красавица.

«Если она для тебя так хороша, сама и женись на ней!» – в последний момент Кэноэ сдержался, не дав этой язвительной фразе вырваться наружу. С мамой ссориться – последнее дело! Да и вообще, протестовать таким образом было бы слишком по-детски.

– А мое мнение вообще ничего не решает? – спросил он, стараясь сдержать раздражение.

– Решает, – неожиданно кивнул дядя. – Она прилетит, вы посмотрите друг на друга, проверите интерференцию. Если совсем друг другу не приглянетесь, помолвки не будет. Или будет, но не с тобой.

– То есть?! – неожиданно подскочил отец.

– Тоже поженихаться захотелось? – ехидно хмыкнула бабушка. – Ан не про тебя оно!

Принц Клоэрмэ сконфуженно опустился на место, а внимание императрицы-матери снова обратилось на Кэноэ.

– Запомни, внучек, и внутри себя удержи, не болтай, – обратилась она к нему самым серьезным голосом, от которого почему-то начала подрагивать нижняя часть спины. – Вас, прынцев, здесь пятеро. Всем вам Кээрт приходится троюродной сестричкой, если еще чего не понял. Интересы Императорского Дома требуют, чтобы она стала супругой одного из вас. Ибо нечего такое сокровище на сторону отдавать. Да и закрепить кое-что требуется.

Кэноэ непроизвольно кивнул. О том, что принцев и принцесс выводят, словно породистых твуэмов, он был в курсе и давно перестал комплексовать по этому поводу.

– В общем, мы посовещались, и я решила, что из вас, детишек, ты выглядишь самым подходящим. Но не задавайся, а то Кээрт, знаешь ли, тоже будет выбирать! Послезавтра вы с ней встретитесь, а там видно будет. Только смотри, зря языком не трепи! А то узнаю – уши оторву, вместе с языком!

– Н-не буду!

Кэноэ согласно закивал. Когда бабуля пребывала в таком настроении, как-то не тянуло проверять реалистичность ее угроз.

– Теперь ступай! – эти слова прозвучали в его ушах сладостной музыкой. Неужели его отпускают? – А мы тут пока еще… посекретничаем!

С огромным облегчением Кэноэ вывалился из кабинета в коридор, где был тут же подхвачен верным другом и братом Коэло.

– Рассказывай! Что они от тебя хотели?!

Вообще-то грозная бабуля настоятельно советовала не болтать. Но у них с кузеном давно не было секретов друг от друга. Да и не станет он ничего разносить. Поэтому Кэноэ выложил ему практически все.

– Да, это ты попал, – коротко подытожил кронпринц.

– Ага, – уныло согласился Кэноэ. – И самое главное, почему именно я?!

– А меня за что? – процитировал кузен одну из любимых бабушкиных поговорок. – Не знаю. Может, из-за твоих прогулок. Решили посадить тебя на более короткий поводок.

– Да ну тебя!

Кэноэ слегка надулся. Именно потому, что версия была весьма вероятной, а Коэло с самого начала не одобрял его увлечения. Внезапно ему на ум пришла новая мысль.

– Слушай, ты же на Таангураи бывал!

– Аж два раза. Интересная планетка. Ты это к чему?

– Если ты там бывал, то и Кээрт, наверное, видел. Какая она?

– Ну, ты спросил! Меня же в последний раз туда возили лет восемь или девять назад. Хотя ее я припоминаю… – кузен задумался. – Правда, не скажу, что я ею заинтересовался. Это у тебя с Кээрт год разницы – у меня чуть побольше. Поэтому я тогда воспринимал ее как малолетку.

– И все-таки, что ты о ней помнишь?

– Сейчас, дай с мыслями собраться… В принципе, если она не испортилась за последние годы, то тебе должна понравиться. Насчет фигуры не скажу, тут уж, что выросло, то выросло. Но на лицо весьма симпатичная. И волосы длинные, как ты любишь, роскошного такого натурального светло-золотистого оттенка…

– А общаться с ней хоть можно было?

– Да это сколько угодно! Мозги тогда у нее точно были. Помню, пару раз она меня даже в тупик ставила. И обыгрывала постоянно, что в тосочки, что в круанх! Зубастая звездочка!

– Умная женщина – что оголенный провод без изоляции, – воспроизвел Кэноэ запомнившуюся ему цитату из известного кинофильма.

– Нет. Она совсем не злая и не язва. В то время была, во всяком случае. И вообще, мне она сейчас вспоминается как позитивная такая, заводная девчонка… – Коэло вдруг замолчал. – Знаешь, начал я ее описывать, и вдруг самому захотелось... Слушай, если она тебе по какой-то причине не подойдет, отдай ее мне!

– Я ее лучше Мо предложу, – хмыкнул Кэноэ. – Это будет шутка года.

– Да, шуточка будет веселая. Это же представляешь, сколько всего станет для него недоступным?! Наши развлечения, вино, девочки...

– Эй, постой! – почувствовал подвох Кэноэ. – Получается, если я женюсь, то это мне от всего придется отказываться?

– Ясное дело. Но ты держись и мужайся! – кузен, скалясь, похлопал его по плечу. – Закрой глаза и подумай, что исполняешь долг перед Императорским Домом… и не самым неприятным способом!

– Смотри, сам нарвешься!

Коэло демонстративно одернул рукава, готовясь к шуточной потасовке. Но тут их невовремя разыскал герольд.

– Ваше высочество, ваше высочество! – кланяясь, зачастил он. – Начинается церемония проводов дня! Ваше присутствие необходимо!

– Не необходимо, а обязательно, – проворчал про себя Кэноэ, но, конечно, пошел.

Все эти ежедневные церемонии надоели ему до ужаса, и он, понятно, старался от них увиливать. Но раз его нашли и застукали, сбегать было бы недостойно.

Переодевшись в ритуальное, они с кузеном заняли привычные места в небольшом Дворцовом Храме Дня и Ночи. На противоположной стороне Кэноэ заметил родителей. Отец, который явно скучал, втихомолку корчил рожи распорядителю. Мать неодобрительно на него поглядывала, но пока никаких действий не предпринимала. А вот принцессы Кэвироа со всем ее семейством в Храме чего-то не наблюдалось, и Кэноэ даже немного им позавидовал. Если его завтра утром поднимут с постели для церемонии встречи нового дня, надо будет обязательно зайти к ним и растолкать Мо и Вииска.

Служители засуетились, зажигая лампадки и поправляя драпировки. Раздался звонкий торжественный удар гонга. Кэноэ, перестав оглядываться по сторонам, принял подобающую позу. Зажглись прожектора, заливая Храм красно-оранжевым цветом заката. Включились камеры. В алтарную часть вступил Император, невыносимо величественный в тяжелых церемониальных одеждах. Его сопровождали императрица тетя Стоэмран, женщина очень красивая, но какой-то ледяной, безжизненной красотой, и стайка закатных фрейлин в пышных платьях цветов от оранжевого до темно-фиолетового.

Началась церемония. Кэноэ совершал привычные действия совершенно автоматически, не задействуя мозги. Мысли его витали очень далеко отсюда… наверное, в космосе, где все еще летел корабль, идущий от Таангураи. Он пытался обдумать положение, в которое угодил.

Безусловно, слова кузена глубоко удручали его.

Нет, он решительно не готов так радикально менять свой образ жизни! Это же, небось, после свадьбы его станут чаще припрягать для проведения церемоний. Покидать Дворец станет сложнее… да и останется ли вообще у него такая возможность?!

И девочки! Нежная Илэа, страстная Химаант, неугомонная выдумщица Фи... Многие другие, с которыми он пока не познакомился настолько близко! Он еще не нагулялся, а в его коллекции нет трусиков нескольких в высшей степени симпатичных и вполне доступных фрейлин! Как он может от всего этого отказаться?!

Однако, поразмыслив, Кэноэ решил, что Коэло слишком уж сгустил краски. Конечно, после женитьбы супруга будет обязана сопровождать его на большинстве церемоний, но каких-то других взаимных обязательств у них нет. Его родители, например, живут собственной жизнью, совсем не мешая увлечениям друг друга. Многие придворные ни в коей мере не отказываются от радостей жизни несмотря на наличие жен или мужей. Даже его отец, хотя и живет в мире и согласии с мамой, при случае не гнушается срывать цветы удовольствия. Да и с Глуе, его первой наставницей в восхитительном искусстве любви, познакомил его именно он.

Так что, пока не стоит заранее паниковать и предаваться унынию. Лучше с толком потратить оставшийся у него день свободы. Но тут Кэноэ подумал, что завтра ему, скорее всего, не удастся покинуть Дворец, поскольку придется готовиться к прибытию гостей, и настроение у него совсем испортилось.

Мелкий нудный дождь сыпал со вчерашнего дня, и это, как ни странно, немного помогало Кэноэ смириться с унылой действительностью. По крайней мере, при такой погоде он и сам бы не захотел никуда выезжать.

В дни праздников и торжественных церемоний с участием Императора тучи над Столицей обычно разгонялись с помощью спутниковой системы «Климатекс». Но прибытие управителя Таангураи, очевидно, не относилось к знаменательным событиям. Даже придворных перед Дворцом собралось самый мизер, все они жались к крыльцу, накрытому широкой двускатной крышей. К посадочной площадке протянули узкую синюю с белой окантовкой дорожку, но и на ней уже кое-где образовались лужицы.

Гости запаздывали, и Кэноэ от скуки начал повторять по себя родословные. Планетой Таангураи, первой звездной колонией Империи, по традиции управлял член Императорского Дома, это ему было прекрасно известно. Дядя назвал Кээрт троюродной сестрой его и кузенов, причем она была не блистательной, а прекрасной, то есть не принцессой, а леди.

В итоге все великолепно сходилось. У Старого Императора, то есть, его покойного деда, были брат и сестра. У первого имелся единственный сын, его двоюродный дядя Кхаэро, который служил в Звездной Гвардии и имел там чин гроссмастера, второй в тамошней табели о рангах. Этого родственника, время от времени навещающего Дворец, Кэноэ прекрасно знал. Более того, одно время дядя-гвардеец был его тайным кумиром. Он не только умел круто драться и метко стрелять, но и часто привозил с собой необычные сувениры с дальних колоний и форпостов. Можно сказать, с его подачи Кэноэ решил учиться на космического пилота – единственный для него вариант, позволявший хотя бы мечтать о дальних странствиях.

Сестра Старого Императора принцесса Тэхоэнт тоже была заядлой космической бродягой. Ее стараниями во Дворце появились, например, Охотничьи покои с богатыми трофеями. Однако две дюжины лет тому назад двоюродная бабушка не вернулась из своего очередного сафари на планете Тэкэрэо. Она пропала без вести, и даже многочисленные спасательные экспедиции не смогли ее отыскать. Горы и леса самой дальней колонии Империи надежно скрыли тайну ее гибели, которую пока что никому не удалось разгадать.

У непоседы Тэхоэнт имелось два сына. Один из них, принц второго ранга Свэрэон, был капитаном Императорской яхты «Звезда». Кэноэ с ним часто общался и вообще числил своим наставником в космических делах. А вот вторым, очевидно, и был принц Ларнэон. Интересно, что его имя почти не мелькало в семейных хрониках, а сам он, похоже, безвылазно сидел у себя на Таангураи. За этим, вероятно, крылась некая мрачная тайна.

А еще, ни у Кхаэро, ни у Свэрэона не было детей, а вот Ларнэон таки обзавелся дочуркой. Причем она, судя по всему, была такой же затворницей, как и ее отец. По крайней мере, Кэноэ в детстве много раз бывал на инопланетных курортах, но ни разу с ней не пересекся и не встретился.

Внезапно придворные оживились, а на крыльце появился Император в парадном вицмундире Министерства колоний. Из туч вынырнул, наконец, большой гравикатер дворцового ведомства, заходящий на посадку. Вокруг него засуетились слуги, разворачивая большие зонты. Из распахнувшейся дверцы вышел человек с непокрытой головой, одетый в сине-белый мундир, расшитый шнурами и позументами – очевидно, сам принц Ларнэон. Его сопровождали несколько спутников, среди которых Кэноэ с замиранием сердца заметил невысокую молодую девушку в длинном белом с синим платье и золотистыми волосами, уложенными в «корону», – его нареченную леди Кээрт.

Принц Ларнэон встал на одно колено перед Императором, о чем-то докладывая или рапортуя. Кэноэ не обращал на него внимания. Он пытался разглядеть девушку, но, проклятие, ничего толком не видел! Зонты заслоняли ее лицо, а пышное платье полностью скрывало фигуру. Можно было лишь оценить ее длинные красивые волосы, но на них он обратил внимание сразу.

Что же, придется подождать до вечернего приема. Там гости точно появятся.