Время жить, время любить

– Итак, вы утверждаете, что преступница находится здесь.

Герцогиня Хаумейская была старой. Очень старой. Родригес не видел таких… да никогда. Только на картинках в учебнике истории. Он сразу понял, что дело нечисто. Он понял это ещё когда получил заказ на поиски девчонки, а теперь убедился окончательно.

Дело пахнет дурно.

Ну кто, обладая таким титулом, откажется от омоложения, доступного в Великой Мексиканской Солнечной Империи самому нищему бездомному, не имеющему даже своего захудалого куска астероида? Церковники, которые орали на каждом углу про естественность – и те, на удивление, никогда не возражали против продления молодости и жизни. Мало того, в каждом храме была самая простая и надёжная омолаживающая установка.

Нет, старуха в немилости.

А значит, его задание – не разборки обиженного высокопоставленного любовника, дело пахнет самым дерьмовым из всех запахов – политикой.

Спутник Родригеса, инквизитор Себастьян Перейра, еле сдерживал гримасу отвращения. Весь побелел – хотя куда уж дальше, с его светлой кожей и почти прозрачными волосами. А герцогиня Хаумейская смотрела инквизитору прямо в глаза и улыбалась. Улыбалась учтиво, но Родригес был уверен, что в глубине души она смеётся во весь голос. Потому что – чем они могут пригрозить одинокому человеку, и так стоящему на пороге смерти?

Изабель Мария Анхелика Хаумейская, строгая и торжественная в парадном алом платье, сидела в кресле, как две капли воды похожем на трон императора нашего Мануэля, мать его… вернее, да славится он во веки веков! Её костлявые руки напоминали лапы хищной птицы, чёрные блестящие волосы без единого намёка на седину, уложены в высокую замысловатую причёску, нос загибался книзу, как клюв, а тёмные глаза смотрели оценивающе и холодно.

Родригес не сомневался, что приказ об их уничтожении она отдаст, даже не моргнув. Поэтому надо было тянуть время и договариваться. А это не получится сделать, если инквизитор откроет рот. Отец Перейра и так с величайшим омерзением разглядывал герцогиню, закованную в морщины как в броню, её окружение, сплошь состоящее из киборгов и – кощунство! – не спрятанных под имитацию человека роботов! И со священным ужасом глядел на икону своей покровительницы, святой Соледад, под которой горел живой огонёк лампады. В этом вертепе, полном беззакония! Образ юной и чистой Соледад, не запятнанной никакими изменениями, выбравшей истинную естественность! Как смеют они осквернять образ жены императора, много лет назад умершей родами вместе со своей новорождённой дочерью? Жизнью и смертью подтвердившей избранный путь, принёсшей в дар Господу невинное дитя?

Дело надо было брать в свои руки, и срочно. Плевать, что заказчик назначил святошу главным.

– Видите ли, уважаемая, следы сбежавшей Лауры Фернандес, опасной шпионки и убийцы, совершенно точно ведут сюда. Я лучший специалист по поиску пропавших в Солнечной системе. Не было ещё случая, чтобы я не нашёл нужного мне человека или робота – живым или мёртвым.

– О, вот как? Совсем-совсем не было случая?

Герцогиня приподняла бровь и перевела пронзительный взгляд прямо на него. Родригеса бросило в дрожь.

– Был. Один. – выдавил он. – Первый и последний. Именно после него я стал лучшим.

Он коротко поклонился герцогине и успел с силой наступить на ногу инквизитору, который пришёл в себя от возмущения, что его перебили, и собирался обрушить на несговорчивую герцогиню праведные громы и молнии. Отец Перейра побагровел и развернулся к Родригесу, но тот успел первым:

– Святому отцу также поручено это дело, потому что шпионка совершила святотатство. Поэтому, сначала её будут судить церковным судом.

– Не думаю, что я не заметила бы постороннего в своём окружении, – снисходительно бросила герцогиня. – Как видите, оно у меня довольно необычное. И того, кого вы ищете, здесь нет.

Нет, старуха забавлялась. Определённо. И ещё – неуловимо напоминала кого-то. Хотя кого она могла напоминать? Конечно же, того, чьё смазливое лицо глядело из каждого экрана – императора нашего! Те же резкие черты, тот же пронзительный взгляд – только без лёгкой безуминки.

Но и без фамильного безумия она была опасна. Инквизитор тоже это понял, поэтому проглотил возмущение. А может быть, причиной этому была выступившая вперёд охрана.

– Позвольте с вами не согласиться, уважаемая. – Родригес опять поклонился. – Возможно, вас ввели в заблуждение. Мы обязаны осмотреть ваши владения и допросить… свидетелей. Всё законно, у нас есть ордер на обыск.

– Что ж, действуйте. Хотя вы ошибаетесь. В пределах моих владений только моё слово – закон. И это подтверждено указом императора. Но мне будет приятно пообщаться с новыми людьми. Только с одним условием. В обмен на моё разрешение вы расскажете мне про вашу неудачу. Ту самую.

– Я не…

– О, не сейчас! – герцогиня жестом остановила его. – Отдохните с дороги а потом побеседуем. Здесь, на Хаумеа, я придерживаюсь строгого режима смены дня и ночи, и мне давно пора спать. Увы, омолаживающие процедуры недоступны мне из-за некой генетической особенности, поэтому приходится тратить много времени на отдых. Такого драгоценного времени…

***

Начальник охраны, здоровенный детина, почти сплошь состоящий из киберпротезов, вызывающе неприкрытых псевдоплотью, остался рядом с герцогиней, но Родригес спиной чувствовал его тяжёлый взгляд. Их провожатые, практически копии своего начальника, довели их до комнат и остались охранять двери, как почётный караул. Хотя – от кого их надо было охранять? Или – что будет вернее – кого или что надо охранять от них? В этом мрачном пустом замке, стилизованном под старину и утопленном в тело быстро вращающейся ледяной планеты, где жила старуха, окружённая горсточкой слуг, можно было спрятать много чего интересного.

Но его не интересовало ничего, кроме сбежавшей Лауры. А тайны герцогини пусть остаются при ней.

Интуиция не обманула Родригеса. Как только робослуги провели их в богато обставленные покои, в которых их ждал изысканный ужин, отец Перейра ворвался к нему с претензиями и угрозами.

– Вы будете отвечать перед императором!

– Простите, святой отец, о чём вы?

– Эта грешница наверняка знает, где скрывается Лаура Фернандес! И покрывает её! Круговая порука! Грешник за грешника! Надо немедленно заставить её говорить – именем закона и святой церкви!

– Вы собираетесь угрожать человеку, которому нечего терять? – холодно удивился Родригес.

– Такие нечестивцы, как она, наверняка противоестественно привязаны к своим бездушным слугам! – скривился инквизитор. – Стоит пригрозить уничтожить одного из них…

– Скорее, они нас уничтожат. И им ничего за это не будет – я же правильно понял, что миссия тайная? К тому же девчонка не найдена. А значит – моя очередь действовать. И я говорю – не торопитесь. Дело нечисто. Герцогиня явно тянет время, будто кого-то ждёт. Нам надо воспользоваться этим. Завтра утром, когда выспимся…

– Нет. Мы не можем ждать до утра. Надо отправиться на поиски сейчас.

– Я никуда не пойду, пока не поужинаю! – раздражённо заявил Родригес.

– Хорошо, через час, не позднее! – процедил инквизитор, перекосившись. – Охрану я беру на себя!

И гордо удалился.

Настроение ухудшилось, интуиция вопила, что ничем хорошим это не кончится. С самого начала вопила. Ещё тогда, когда человек, от которого зависела его лицензия частного детектива, попросил об услуге – найти девчонку, которая покушалась на какого-то аристократа – не просто аристократа, а послушника одного из столичных монастырей! Спёрла что-то важное, что этот аристократ с какого-то перепугу хранил у себя! Естественно, о том, что она похитила, тоже умолчали. Девчонку, фото которой не могут показать, потому что все камеры внезапно ослепли (или им приказали ослепнуть?).

Мало того.

Поставили над ним формальным начальником этого чокнутого фанатика, какие водятся только при дворе Сумасшедшего Мануэля…

Поначалу он заподозрил, что девчонка просто оказалась несговорчивой, поэтому и пострадала. Но как тогда она могла скрыться так бесследно, что пришлось обращаться к такому специалисту, как он? И даже ему не сразу удалось выйти на след, поиски заняли не один месяц. Кто в нашей солнечной империи может бросить вызов приближённым императора? С кем слухи упорно связывают имя опальной герцогини – хоть и бездоказательно?

Заговорщики.

Родригес застонал. Его просто не выпустят отсюда живым! Или выпустят – но далеко он не улетит. Поэтому надо просчитать пути отступления заранее.

Он отстучал на браслете связи с кораблём кодовый сигнал, а через некоторое время послал бессмысленное на первый взгляд сообщение. Всё. Дело сделано. Теперь только ждать результатов обыска и следить за отцом Перейрой, чтобы тот не наделал глупостей.

***

Инквизитор выполнил своё обещание. Охрана осталась стоять на местах, как и стояла – но замерла с остекленевшим взглядом. Родригес почувствовал сосущий холодок в груди. А этот чёртов святоша не так прост! Мало кому доверят такое оружие. Хотя чему удивляться, если дело связано с роднёй императора? Теперь ему надо быть ещё бдительнее.

Коридоры замка, хоть и длинные, оказались не бесконечными. Заходить в каждую комнату было не обязательно, достаточно было просканировать на наличие людей или роботов. Но, кроме видимых, в замке наверняка были и тайные помещения. Их поиски занимали гораздо большее время. Но… пусто. Никого.

Пятый этаж.

Четвёртый.

Третий.

Второй.

Первый.

Подвалы.

Технические помещения.

Никого лишнего. Все, заявленные в списке слуги. Инквизитор не поленился подойти к каждому и проверить – перед этим включив какой-то парализующий или усыпляющий – если можно так сказать о роботах – прибор.

Остались только покои герцогини. И ещё раз просканировать тронный зал. Родригес вымотался и не мог сдержать раздражения. Он был уверен, что девчонка здесь! На все двести процентов! Ладно факты. Их можно подделать. Но его никогда не подводящая интуиция!

Если ничего не выйдет – придётся разговорить герцогиню, а ему очень этого не хотелось. К чему ей знать, кого он искал много лет назад? Из-за кого перевернул почти всю империю? И остановился, только когда понял – та, кого он ищет, сама не хочет его видеть?

Занятый своими мыслями, он чуть не упустил удачу – не обратил внимания, что тронный зал на этот раз не пуст. А вот инквизитор увидел! И с воплем рванулся к иконе святой Соледад, перед которой стояла одинокая женская фигура. Родригес ещё успел с досадой подумать, что надо же попасться на глаза герцогине, которая вышла ночью помолиться! – как та, что стояла перед иконой обернулась – и это оказалась не герцогиня. Совсем не герцогиня.

***

В долю секунды он понял, почему никто не показывал ему лицо девушки, в долю секунды принял решение, и, нагнав инквизитора, который уже выставил перед собой оружие, изо всех сил ударил того по голове сканером. После такого удара обычный человек должен был рухнуть как подкошенный. Но – сюрприз! – святой отец только удивлённо повернулся к нему – и у Родригеса остались считанные мгновения, чтобы схватить того за руку, повернуть его оружие на него же и нажать кнопку. Инквизитор застыл, как любой обычный робот. Вот только у тех роботов, которые имитировали людей, должен быть на виске специальный знак, отличающий бездушное создание рук человеческих от творения божьего, как настаивали церковники. А его не было.

Родригес забрал оружие из рук инквизитора, медленно отступил назад и повернулся к девушке.

Она с испугом смотрела на него – хрупкая, нежная, молодая.

Точная копия святой Соледад.

Беременная.

Он стоял, осознавая глубину ямы, в которую влез, а из своих покоев к нему спешила разбуженная воплем инквизитора герцогиня. Разбуженная? Бодрая, одетая в практичный чёрный армейский костюм, причёсанная – она ни за что не успела бы собраться за несколько секунд, которые прошли с момента обнаружения их цели.

– Лаура, ты в порядке? Зачем ты вышла, я же говорила тебе быть осторожной!

– Я думала, они спят… прозвенел нежный голосок. – хотела помолиться и посмотреть на… неё. Я так привыкла.

– Тебе надо заботиться о малыше и меньше доверять посторонним людям, – мягко упрекнула её герцогиня. – Нам ещё повезло, что господин Карлос Родригес оказался так благороден, что защитил беременную девушку! Вы же поможете нам, детектив? – и герцогиня улыбнулась, так лукаво, так знакомо…

– Я не называл своего имени, – медленно проговорил Родригес, чувствуя, как бешено, болезненно бьётся сердце. – И… я всегда довожу дело до конца. Всегда. Лауре придётся отправиться со мной.

– Вы так ничего и не поняли? – приподняла бровь герцогиня. – Кто она? И чей это ребёнок?

– Понял. – через силу произнёс Родригес и с усилием сглотнул. – Да, вышел бы знатный скандал, если бы узнали, что император, ратующий только за естественные роды, запретивший роботов-суррогатных матерей, сам воспользовался таким… ещё и без опознавательного клейма… ещё и точной копией его покойной жены, причисленной к лику святых. Да это просто… бомба! И теперь ясно, что она похитила. Императорского ребёнка!

Он покачал головой.

– Значит, вы понимаете, что ждёт бедняжку. Учитывая, что этого ребёнка даже не должно было быть.

– Но меня создали, чтобы рожать и растить детей! – вспыхнула Лаура. – Я столько лет мечтала о малыше! И вот, наконец, когда выдался удачный случай… – она всхлипнула, закрыв руками лицо.

– Ещё хуже, – мрачно констатировал Родригес. – набожный император, лишивший прав роботов, проповедающий только естественность и натуральность, предаётся тайному пороку с незаконным роботом. А этот робот тайно беременеет и сбегает с наследником императора. Блеск. Неудивительно, что мне ничего не сказали и приставили фанатика-инквизитора, к тому же думающего, что он человек, хахаха!

– Вы же понимаете, что вас не оставят в живых. Вы слишком много знаете.

– Я умею не только находить людей. Но и прятаться, как никто. – медленно проговорил Родригес.

– Но однажды вам не повезло в поисках. И может так же не повезти в прятках.

– Да. Вам удалось спрятаться лучше меня. Но я всё-таки нашёл вас… тебя, Анни.

– Только с моей подсказкой, Карлито, – устало улыбнулась герцогиня.

Они смотрели друг на друга словно сквозь время. Он видел её беззаботной девчонкой, таинственной незнакомкой, похитившей его сердце. А она его – таким же молодым, как и тогда, только не суровым и сосредоточенным, а весёлым и добрым парнем.

Но их время давно утекло сквозь пальцы, и сейчас его становилось всё меньше и меньше.

– Я… должен выполнить обещание. Должен, – повторил Родригес. Но в голосе его не было прежней уверенности.

Они опять застыли, пытаясь переглядеть друг друга.

И тут напряжённую тишину разрезал сигнал с браслета герцогини.

– Ну вот, всё решили без нас, – криво улыбнулась она. – Сигнал с маяка. Приближается императорский крейсер. А ведь осталось совсем чуть-чуть! Завтра за нами бы прилетели – и забрали бы Лауру отсюда. Никто бы ничего не узнал… до поры до времени. А теперь, когда этот, – она кивнула на инквизитора, – не вышел на связь, те, кто следовали за вами, активизировались. И чего вам не спалось ночью! Завтра было бы уже поздно!

– Меня вернут обратно к Мануэлю? – в глазах Лауры читался неприкрытый ужас.

– Мой корабль начинён маячками. – помолчав, ответил Родригес. – И не только, я уверен, что святоша натыкал по углам взрывчатки. Мы не улетим далеко. Но у меня есть челнок, о котором никто не знает. Правда… в нём есть место только для двоих.

– Вот и отлично, полетите вместе, – герцогиня беззаботно улыбнулась.

– Нет. Вы полетите вместе.

– Боюсь… я не смогу оставить мой замок. Я не могу вернуть молодость, но пользоваться медицинской капсулой могу. К счастью. Ведь без неё я проживу не больше пары дней. Но что это мы тут стоим? И что с моей охраной? – спохватилась герцогиня.

***

Родригес и герцогиня сидели в оранжерее и смотрели на искусственный рассвет.

– Что ж, я чувствовал, что это дело закончится плохо – а моя интуиция ещё никогда меня не подводила. Но, по крайней мере, я смог найти тебя. Почему ты тогда ушла?

– Не догадываешься?

– Ты уже тогда знала, что у тебя это заболевание? Что ты состаришься? Но ты же аристократка, родственница императора, неужели они не могли найти лекарство?

– Не хотели, – коротко ответила герцогиня. – Отец так наказал меня за смерть матери. Но давай не будем об этом. Так мало времени осталось…

– Так мало времени... Жаль, не увидим, что будет дальше.

– Не увидим – но можем поучаствовать. Пошли. – герцогиня вскочила и потянула Родригеса за собой.

Они вошли в просторную комнату охраны, где на экранах были изображения со всех камер в замке – связь, вырубленная прибором инквизитора, уже восстановилась. Герцогиня села за пульт, набрала какую-то комбинацию – и изображения начали меняться. Через некоторое время комната охраны превратилась в рубку космического корабля.

– Не успели доделать… – с сожалением произнесла герцогиня. – Тогда нам бы не понадобилось ждать. И была бы, хоть какая-то надежда выжить. А так – первый же выстрел раскурочит планету.

Перед ними в звёздной пустоте висел императорский крейсер. Зловещий и огромный, пусть меньше Хаумеа по размерам, но вооружённый так, что мог расколоть планету пополам.

Герцогиня нажала кнопку вызова. И через несколько минут с ними вышли на связь.

Сам император.

Один.

Его юное лицо было бы красивым, если бы не неподвижный страшный взгляд, лишённый эмоций. Но герцогиня при виде его улыбнулась торжествующе и зло.

– Герцогиня Изабель Мария Анхелика Хаумеа, ты укрываешь опасную преступницу. Если не выдашь её – тебе грозит смерть и разрушение.

– К чему церемонии между родственниками? Мы оба знаем, в чём преступление ни в чём не повинной девочки. И я не боюсь смерти, она и так стоит у меня на пороге.

– Тогда… я могу предложить тебе жизнь. И молодость, – добавил император, помолчав. – Ты знаешь, что это в моих силах. И знаешь, что моё слово крепко.

Родригес застыл. Герцогиня тоже. На её лице расплылось мечтательное выражение, как будто она уже представляла себя молодой и полной сил. Наконец-то её сокровенное желание сбудется! Все знали, что император славится почти болезненной честностью.

Значит… так всё и закончится?

На несколько долгих мгновений мир застыл.

Герцогиня плавно повела руками по пульту, и планета раскрылась, как цветок, извергая из себя орудия.

– Карлито, как тебе такая смерть? – безмятежно спросила Родригеса герцогиня.

– Самая лучшая, моя любовь! – ответил тот.

Император побледнел – но было уже поздно что-то делать.

– Не думала, что ты окажешься так близко от меня! – сообщила императору герцогиня. – Спасибо за такой прекрасный подарок, папа!

И открыла огонь.

***

Капсула с Лаурой и начальником охраны герцогини на борту, удалялась от Хаумеа, прочь к афелию, где их подберёт корабль заговорщиков. Заплаканная Лаура прижимала к груди капсулу с генетическим материалом герцогини – она знала, что вторым её ребёнком точно будет девочка. Анни.