Всемогущий неудачник

Казалось, что огромные языки пламени лизали небо, которое от этого медленно розовело и искрило звёздами. Словно нарочно, утро всё не наступало, а потому огонь был виден издалека. Он освещал всё вокруг, точно рукотворное солнце и не давал тени, куда мог бы от стыда скрыться Маркус.

Всё племя сбежалось к горящему складу, готовому рухнуть. Тушить его было уже бесполезно, а потому многие Дикие восприняли пожар как своеобразное развлечение. Ну, а что ещё делать?
Конечно, никому не стоило столь громко смеяться, как например, Занозе. Но тому только дай повод поиздеваться над Маркусом, а тут повод был что надо!
Тут трудно решить, что лучше насмешки или матерная брань. Слова порой резали уши — седые старики вспомнили редкие, ещё довоенные ругательства. Такие выражения Маркус встречал только в виде граффити на руинах, разбросанных среди пустошей.

Но, в основном, плакать или ругаться ни у кого уже не был сил. Даже суровая Мать племени лишь пару минут молча постояла вдалеке и скрылась в своём трейлере. Действительно, в чём смысл едких слов? Что ещё они могли добавить? Маркус же Неудачник — да-да, именно так, с большой буквы. Прозвище у него такое, что приклеилось задолго до случившегося пожара.

Много лет назад глобальная катастрофа уничтожила всё и выстроила сложный Новый мир. Его надо было заново изучать и осваивать. И в этом аутсайдер с говорящей кличкой отстал от своих товарищей. Толку от него не было никакого.
Полезные растения от сорняков отличить?

— …Да-а, а потом он вонючку в ведёрке поставил, пальцем тыкнул — вот, говорит. Собрал! Вха-ха-ха! — хрипло смеялись Дикие. Попробуй их осади! Ещё молодые, но уже неплохо физически развитые, ведь жизнь в пустошах вынуждала даже молодёжь быть крепкой и сильной. — Кушайте, друзья! Как он там брякнул? То-ва-ри-щи… Слово-то какое… Откуда он узнал его? Короче, Неудачник он и есть Неудачник!

Маркус же всегда хотел стать героем для своего племени. Он рос на воспоминаниях о прошлом, о великих подвигах, которые люди пересказывали друг другу, записывали в книги и превращали в песни. Как стать настолько нужным, настолько необходимым людям?

Маркус ведь любил людей, по-настоящему, как умеет любить человек, пусть и изменившийся под давлением пустошей, но сохранивший веру в человечество.
К сожалению, подросший парень стал скорей обузой, чем помощью. Технику Старого мира он чинить не умел. Да и некому было его учить – никто не хотел тратить своё время на Неудачника.

И этот пункт не забыли парни, хохотавшие во весь голос прямо напротив догоравшего склада.

— Помните, когда от него тачка сама чуть не сбежала! Железка без колёс, атоже понимает – от таких подальше надо держаться! Кто тебя, дурака, так домкрат надоумил ставить? Тыхоть осознал, что Антоше жизнью обязан? Когда упор соскочил, тебя быраздавило, если бы не он!

— Может, и лучше было б, если б он там помер… Нет человека — нет проблемы. Меньше просящих ртов — больше еды остальным. Я так думаю…

Маркус слышал эти слова. Болючие, обидные слова. Он считал, что они больше не задевают его. Но слёзы, отражавшие всё ещё яркое пламя, утверждали обратное. Он пытался, пытался изо всех сил, тратил всё свободное время на изучение или изобретение чего, что, казалось ему, могло помочь всему племени. Когда-нибудь случится что-то и вот тогда он всех спасёт! И тогда они все его зауважают! Тогда он заткнёт обидчикам их поганые рты. Он всем докажет! Всем! Что он — не Неудачник! Ему просто нужен был шанс. Но шанса не было. Рухнувшая с грохотом крыша склада тому самое явное доказательство.

К сбору и готовке он был негоден, к механике Старого Мира судьба его не расположила, да и как воин он оказался хиленький, слабенький, в отличие от львиного сердца, бившегося в расширенной от мутации грудной клетке.

— Ну что вы к нему пристали! - голос девушки вселил на мгновение в Маркуса надежду на заступничество, но она тут же растаяла. - Он же не механик, а великий охотник! Помните, как он Когтя Смерти выследил?

Смех подхватил воспоминание и разнёс среди толпы, как ветер разносит пепел пожара.

— Молодец какой! Это ничего, что он в темноте кротокрыса с Когтём Смерти перепутал – с каждым бывает. Главное, старание и храбрость, да, Маркус! Правда, у некоторых тупость с ними рука об руку идёт.

— Ни ума, ни знаний, — поддержал молодёжь старик, с какой-то отстранённостью посмотрев на Маркуса. — Хуже слабого воина только слабый идиот. Неудачник, тьху…

Последняя фраза заставила дрожащую фигуру паренька замереть и ещё больше согнуться, словно сама земля старалась спрятать его от обидчиков, прижав к своей груди. Босые ноги свело от унижения. Сколько стараний, сколько желания, но всё, буквально всё вокруг говорит, что он бесполезный кусок дерьма. Никому не нужный отброс, без родни, без умений, без удачи. Скоро, вот уж скоро встанет вопрос о его изгнании. Дикие не терпят подобных ему. А держали Маркуса, на самом деле, только как повод посмеяться и снять стресс. Ведь издеваться над аутсайдером могли все подряд… Жестокие люди.

Жестокий мир вокруг.

Занималась заря. “Я ведь так хотел заслужить их уважение… Почему никто не верит в меня? Почему все только и делают, что смеются? Неужели… Мне… Суждено умереть, ничего не сделав для племени? Неужели я… Умру, так и не став героем?” — пронеслось в голове Маркуса, пока он, утирая слёзы, шёл прочь от пожара. Где-то там, в заранее помеченном холмике из сухого песка, пряталась серая раковина. Прямо как та…

Прямо как та, что была на складе. Именно из-за неё и начался пожар, когда Маркус попытался выяснить, что может этот странный предмет. Он нашёл раковину в одном из пятен, которые сталкеры называют аномалиями.

Новая мысль пронзила голову Неудачника быстрее, чем он успел додумать её до конца. Вот оно! Оружие! Хоть раз в этой чёртовой жизни удача улыбнулась ему краешком губ! Раз артефакт(а это был он, как помнил Маркус из рассказов матери) был способен на небольшой взрыв и пожар, то что будет, если применить его старшего брата, раза в три больше раковины в складском здании? Ха! Неудачник может разом отомстить всем своим обидчикам и заткнуть их поганые рты раз и навсегда. Их сгоревшие тела пожрут песчаные черви, обитавшие в пустошах. А он — Маркус — получит уважение и любовь. С таким оружием его племя завоюет соседей, а может, даже серебристых летунов закованных в металл людей попотеть заставит! Такая мысль окрылила его на мгновение, но порыв тут же угас в тоскливой тьме.
Нет, это всё не то. Дикие не будут ни с кем воевать, а уж тем более, не сделают Маркуса военным вождём. Мать племени просто отнимет у него опасную игрушку и на этом всё кончится.
Он хотел быть героем для людей, видевших его исключительно в роли клоуна на потеху толпе. “Это так… Бессмысленно…”, — подумал парень, сжимая в руках покрытую лёгким налётом песка раковину. Он никогда не сможет заслужить их уважение. Но, может быть, месть согреет его сердце?

Неужели ребёнок, получивший от своего любимого племени только колючий холод, сожжёт всё дотла, лишь бы почувствовать тепло?

Но Маркус остановился. Усмехнулся, глядя в посветлевшие небеса. Солнце всходило в радиоактивных пустошах и его лучи, разрезающие тучи, дарили надежду всем, кто их видел. Нет! Обладая самым мощным оружием в племени, он не применит его и даже не скажет никому о его существовании. Он всемогущ и будет наслаждаться этой тайной властью.
А обидчики пускай смеются! Кому-то приходится жертвовать не жизнью, а самим своим существованием, лишь бы дать другим почувствовать себя лучше. Почувствовать себя живыми, нормальными, не неудачниками. Такие люди бродят, на самом деле, не только среди Диких, но и среди немногочисленных сталкеров, кочевников, чёрных и даже среди простых выживших в убежищах или в городах, построенных на остатках старой цивилизации.

Конечно, об их жертве никто и никогда не узнает. Но они самые что ни на есть настоящие…

Герои.