Вторжение

Воздухоочистители натужно гудели, огромные лопасти медленно вращались за вентиляционными решётками, на которых уже осела серая бахрома пыли, несмотря на то, что Рен протирала их вчера. В сухом воздухе кожа шелушилась так сильно, что крохотные чешуйки, должно быть, составляли основную массу этих серых комков. Конденсат из треснувшей где-то трубки капал с равными промежутками, и по этим глухим шлепкам было удобно отмерять время. Шлёп. Шорох переворачиваемой страницы. Шлёп.

Кео читал, примостившись под рядом сигнальных лампочек генератора. Книга была настоящая, бумажная. Тяжеленная! У него уже всё затекло, но Кео упрямо держал её на весу.

— Они что, правда думают, что исход боя определяет случайность, а не тактика? Бред, — поделился он с Мако. — Как можно воевать с племенем, которое сваливает ответственность даже не на полководца, а на какую-то там «удачу» или «судьбу»?

Мако неторопливо раскрутил клапан охладителя и, проверив фильтр, бросил на Кео короткий взгляд.

— Вот и Наполеон тоже этого не понимал, — мрачно заметил он, зажал клапан и натянул кожух, захлестнув ремни коротким, доведённым до автоматизма движением. — И в итоге он проиграл.

— Я не думал, что ты читал «Войну и мир», — хмыкнул Кео, перевернув страницу и заложив сгиб тонким, длинным пальцем.

— Не читал. Я изучил его биографию, — прохладно заметил Мако.

— Ну ты только послушай: «народная толпа страшна, она отвратительна. Они как волки: их ничем не удовлетворишь, кроме мяса». Написано так, будто есть чем гордиться. Как будто в этой толпе нет личностей, а у личностей — разума.

— Именно с такой толпой мы и боремся, — внезапно откликнулась откуда-то из темноты Саа. — Это было ясно с первого дня Вторжения. Однородная, обезличенная масса. Они сами как мясо, которое способно задавливать только количеством.

— Я вчера поел мяса, — невпопад заметил Кео, всё ещё рассеянно зажимая пальцем страницы.

Саа вынырнула откуда-то из-за генератора, и Кео увидел её немигающие глаза, уставившиеся на него в зелёном свете лампочек.

— У нас все койки в санитарном блоке заняты, — жёстко произнесла она, и Кео съёжился.

— Брось. Всё же нормально. Мы тут скоро от голода передохнем, если так дальше пойдёт. Нужно искать альтернативы.

— Альтернативы, альтернативы… С самого Вторжения мы только и делаем, что ищем. А их нет, Кео. Мир мёртв. Давай мы постараемся продержаться чуть дольше, чем он, — жёстко произнесла Саа.

Кео неразборчиво пробурчал что-то, захлопнул книгу и отполз от генератора подальше, в темноту, где чуть не наткнулся на Рен — она свернулась на полу, раз за разом разбирая и собирая один и тот же узел, подаватель обоймы. Ему не нужно было видеть, чтобы знать, что она делает. Вдавить защёлку, откинуть щиток, вывести пружину, прогнать туда-сюда поршень. Потом в обратном порядке. Собрать, защёлкнуть.

— Они придут ночью, — услышал Кео её негромкий голос, и ему показалось, что в крохотной клетушке, в которой они сидели, стало жарко, хотя генератор справлялся с работой, обеспечивая приток холодного озона.

— Они не видят в темноте, — ответил он, просто чтобы что-то сказать.

— У них есть визоры, — ответил Мако.

— Откуда ты знаешь? — Кео обернулся на голос командира.

— Потому что я не трачу время на макулатуру, а изучаю техническую базу противника.

— Мы же уничтожили их производства, — встряла в разговор Саа. — Сколько осталось живой силы? Десятая часть от того, что было изначально? Их запасы ограничены и выходят из строя.

— Как и наши. Нам уже приходится пользоваться их технологиями.

— Не только, — тихо произнёс Кео. — Мы мыслим гораздо шире. Мы разобрались в их языке и культуре, пытаемся понять, что им движет, какие у них ориентиры, моральные…

Он осёкся и вскинул голову. Гул очистителей изменился — в него прорвался тревожный свист.

— Проверяю, — чётко обозначила Саа.

Кео видел очертания её фигуры, вытянувшейся во весь рост и склонившейся над панелью. Длинная, изящная. Коготки щёлкали по кнопкам, безошибочно находя нужную последовательность: отсечь подачу энергии по первому контуру, переключиться, поднять по второму, полностью заглушить третий. Свист прекратился.

— Нормально, — сказал он. — Бывает.

С тех пор, как таяние ледников ускорилось, погода была неустойчива. Бесконечные грозы, резкие перепады температуры… Генераторы то и дело выходили из строя. Только здесь, под землёй, на самом большом уцелевшем клочке суши — всём, что осталось от Азии — можно было хоть как-то выжить и сохранить технику.

Очистители вновь работали без перебоев, но что-то всё равно было не так. Кео открыл рот и тут же почувствовал запах — резкий, чужой, ни на что не похожий. Он расползся по каморке базы, въедаясь в нёбо, и Кео закашлялся.

— Восточный коридор, — услышал он вскрик Рен. — Фильтры не справляются. Наверное, установка повреждена...

В её голосе был ужас, который Кео полностью разделял. Если установка перестанет работать, им всем конец. Голос Мако, который что-то кричал в ретранслятор об эвакуации лазарета, на несколько мгновений отдалился, доносясь на него словно взрывы снаружи — сквозь толщу земли.

Не поломка. Диверсия.

Кео захлопнул книгу, предварительно переложив страницу пополам, чтобы не потерять место — как будто это ещё имело значение. Наверху что-то ударило в крышку люка. Отвратительный, мягкий звук, как будто чужая плоть впечаталась в неё снаружи. Из замыкающего контура с шипением посыпались искры — фонтаном, как при сварке.

— На места! — рявкнул Мако, но они уже и сами заняли позиции, кашляя, сжимая в руках оружие.

Удар повторился. Теперь к нему примешался звон, словно о поверхность металла что-то разбилось и потекло, проникая в щели, вызывая новые фонтаны искр.

— Они с огнём, — тихо сказала Рен, и никому не нужно было уточнять, кто «они».

Судя по звукам, там, у первой ячейки, что-то лопнуло, и атмосфера одновременно потяжелела и высохла. Мако, оставшийся у генератора, ругнулся и одним движением махнул по всем кнопкам. Они же просто задохнутся здесь — или сгорят, если вместе с воздухом ворвётся огонь.

— Кео! — крикнул он. — Внутреннюю мембрану пока держим, внешнюю теряем. Нужно отступать к северной шахте. Я прикрою.

— Рен, Саа! — позвал Кео.

Они скользнули в узкий боковой коридор и уже почти добрались до перемычки, когда базу сотряс третий удар. Створки люка не выдержали, что-то взорвалось, и внутрь хлынуло пламя.

— Отсек распределения — есть контакт с огнём, — отчеканила Саа, когда прокашлялась, зажав копку ретранслятора. — Есть прорыв кислорода.

— Взорвали термостат, — пробормотал Кео, коснувшись стены. — Внешняя подача идёт уже раскалённая. Если не доберемся до шлюза, нас высушит изнутри раньше, чем задохнёмся. Придётся бросить базу. Мако, ты слышишь? — закричал он, высунувшись в коридор. — Отступаем! Давай за нами!

— Догонит, — Саа потянула его за собой.

Втроём рванули к северной шахте. За спиной было слышно, как оружие Мако огрызается короткими очередями. Значит, они уже внутри. Кео зашипел от злости — что может горстка выживших, когда на них наваливаются всей массой? Отступать, отступать, отступать…

Рен уже протиснулась в шахту, и Саа рванула за ней — Кео дождался, пока они скроются в узком проходе целиком, невольно прислушиваясь. Снаружи глухо рокотали взрывы, но внутри было тихо. Оружие Мако замолчало. Плохо. Очень плохо.

Внезапно над головой раздался уже знакомый тонкий свист. Из гнезда воздуховода, где держалась верхняя шторка, вырвало крепёж. В щель тут же просочился сухой горячий воздух, как кулак, ударил в лицо.

Кео замотал головой и, больше не мешкая, нырнул в щель шахты, слыша удары по металлу, многократно усиленные эхом: грохот шагов.

Он успел опустить одну заслонку. Вторую — нет. Тень метнулась к нему: бесформенный силуэт с четырьмя отростками, чуждый, неправильный, в котором не угадывалось ничего понятного: ни привычной пластики, ни ясного центра тяжести. Тело было короткое, сильное, двигалось рывками на двух длинных отростках. Оно дёрнуло створку, пуля грохнула о металл, пролетев мимо Кео; тот в ответ врезал прикладом — резко, в голову. В отсветах пламени Кео успел увидеть нападавшего. Плоский лоб, выпуклые глаза, дыхательный хрящ с двумя приплюснутыми дырками, щель зубастого рта. Он упал и нелепо задёргался на металлическом полу, но Кео уже не смотрел.

Мако. Если этот прорвался сюда… Ох, Мако.

Кео отшатнулся, рывком опустил шторку и спиной вперёд вполз в шахту.

— Мако? — тихо спросила Рен, когда он добрался до них.

Саа уже откинула створку капсулы. Кео качнулся и зашипел, и Рен низко склонилась, свернувшись на полу.

— Живее! У нас нет на это времени! — Саа подхватила её выдвинувшимися мандибулами, и вдвоём с Кео они запихнули обмякшее тело внутрь.

Кео чувствовал, что задыхается — воздух начал проникать внутрь, скорее всего, шторки шахты уже слетели. Он бросил последний взгляд назад, туда, где по металлу гремели армейские ботинки землян, и некстати вспомнил ещё одну цитату из книги, оставшейся там же, где сейчас лежал, свернувшись кольцами, мёртвый Мако.

«Цель народа была одна: очистить свою землю от нашествия».

А их целью было выжить.

Даже если придётся выжечь на Земле весь кислород и затопить остатки суши, чтобы смыть с неё человечество.