Вулфаир: Конец – лишь Начало

Я не поет сестренка, не грусти!

Душа изранена у волка,

Протяжный вой моя слеза.

В глазах моих застыл тот миг…

И взгляд за сердце говорит…©

Пролог

Спасательная лужайка особняка простирался не на один гектар, будучи защищенной природой со всех сторон.

Территория находилась на местности среди горных гребней, ущелий и различных рельефных образований. Удаляясь далеко от особняка вглубь гор по пешей горной тропе можно было отыскать буйную растительность. Подымаясь по тропе глубже, территория просто была усеяна флорой, а если удастся пройти ещё дальше, то вид сменял, контрастный довольно пустынный пейзаж и уже тогда ты начинал понимать, что находишься просто на обширном острове.

Пойдя в противоположную сторону, можно было найти новую находку, а именно ведущую от самого особняка длинную каменную дорожку, которую сверху закрывала арка. На ней растут удивительные лозы с мелкими синими колокольчиками, что опутывают каждый сантиметр, от чего, кажется что арка живая. В конце же данного явления можно наблюдать крутой обрыв в неизвестность, что резко сменялся водной пучиной.

Исследуя остров далее глубоко в горные хребты, можно обнаружить источник пресной воды, который как раз и питает всю эту зелень, даже не смотря на витавшую в воздухе магию владельца особняка. Казалось, что источник воды неосязаем. Перебравшись через несколько хребтов, становилось понятно почему.

Всему вина, вблизи протекающая река, которая словно ожившая змея впадает в море. Начало реки начиналось где-то с гор. У подножья одной из многочисленных гор давным-давно образовалось русло реки, которое наполняется водопадом высотою до двухсот метров. Однако, не смотря на данную диковину, река в основном питается подземными водами.

В сезон дождей водопад поистине незабываем из-за обильного прилива осадков, что изменяют количество падающей, казалось бы, где-то с неба – воды. Обратная сторона живописной красоты – водопада, это когда водопад превращается в обычную небольшую струю и даже не падающую с гор, а лениво стекающую по скалам.

Не смотря на разнообразие всего, на самом деле преодолеть остров в длину при должной подготовке и желании можно приблизительно за пять часов. Конечно, если не идти прямиком через горы, перебираясь через них. Даже при этом по пути можно обследовать многочисленные акведуки, пещеры, расщелины не боясь потерять драгоценное время. Поступив таким образом, почти стопроцентно можно увидеть диковинных животных, обитающих в горах.

Однако, как и всё в жизни, так и в данном месте – вечер сменяется ночью, а ночь сменяется новым днём.

Сегодня утренняя погода, витающая над особняком, где проходит обучение триомагов выдалась ненастной в отличие от будних дней в обучении, когда над присущими зданиями светило солнце и небосклон был чист от облаков. Ныне моросил дождь. Сад перед особняком был покрыт густым туманом, а листья многолетних деревьев церциса с шатровидной кроной беспокойно покачивались на ветру норовя пуститься по ветру в диком танце. Цветы, раскинувшиеся по угодьям тут-то там, как один закрыли свои бутоны. Казалось, от страха они готовятся к возможной зимней спячке.

В горах стоял страшный гул, что доносился с одной из главных горных троп, что ведет к постройкам особняка. Воздух вокруг сгущался в одну точку. Казалось пространство и время исказилось.

Древко лука отточенного цельного тиса чуть потрескивало от неспешно натягиваемой тетивы. Оперения стрелы как будто слились с нежными пальцами лучницы в ожидании молниеносного полёта.

Для присутствующих всё оказалось просто горизонтом событий. Будто сама природа «затаила дыхание» – трепетно наблюдая за происходящим.

На расстоянии трёхсот ярдов от лучника в языках пламени четко виднелась выжженная боем земля, осыпанная пеплом от костей. В стороне дотлевали разнообразные останки прошедшего боя, чуть ближе к густой растительности. Будто спасательный островок одно место было окутано холодом.

На горизонте виднелось крупное существо, что прикрывало собой особняк, находящийся в дали. Его ни с чем нельзя было спутать. Существо рычало и клацало громадными зубами, показывая готовность перекусить любого, что окажется вблизи. Громадные ледяные голубые глаза будто пытались заморозить взглядом не оставляя и шанса на спасение. В стороны от существа неустанно распространялась морозная аура, даже земля изувеченная бороздами и пламенем под воздействием мороза покрылась крепкой ледяной коркой.

– А-р-гх… – волчья пасть в который раз громко хрустнув челюстью, клацнула зубами.

Впереди магического существа находился Мигдаль. Он поднял руку пытаясь поправить, что-то на голове, но только недоуменно пригладил немногочисленные седые волосы, осознавая, что его любимый колпак был истерзан пламенем и утерян в бою. Рядом на камне присущего ландшафта догорали останки его плаща. С виска могущественного мага скатилась капля пота, превращаясь в ледышку – устремляясь к ледяному островку. Черты морщинистого лица мага были покрыты копотью и кровью, а одежда изодрана, как будто волк что стоит позади сам привёл её в такой вид. На бедре виднелась тугая повязка из подручных средств, от которой медленно сочилась густая красная жижа – охлаждённая кровь. Казалось, что только витавший вокруг Мигдаля холод продлевает его жизнь и не даёт ему истечь кровью. Во взгляде мага проглядывалась тоска и далёкая тревога. Сдавалось как будто он вовсе и не находится на поле боя, а витает мыслями где то далеко. Возможно, вспоминая свою былую жизнь.

В зеницах как будто отображались, воспоминая: упущенное, несделанное, задуманное.

Маг поднял над головою посох в форме статуэтки, что была так похожей на волка, что находился позади.

Это нельзя было назвать движением – скорей жест воли. Жест сил, что ещё остались после пролитой крови. Я ещё жив! Я не сдался! Я готов к бою!

Жест во всеуслышание как будто говорил: – Я не собираюсь погибать и меня не сломить.

Вблизи имевшегося ландшафта узкого прохода шириной в десять метров собралось человек сорок – всё мужчины с перепуганными лицами, напряженность которых опровергала невозмутимость. Только предводители, дышащие им в спину, не давали попятиться назад. Одеты они были почти однообразно: в серую изысканную форму из оленей шкуры, легкую кольчугу, латные доспехи с изображение отличительного знака тёмной гильдии на груди – конусной Серой башни, под которой восседало крылатое двухголовое существо. Большинство мужчин, до белых костяшек в пальцах сжимало различное оружие в руках. Каждый из них был солдатом, сжимая топор, копьё и меч. Их дух подвергся тяжелому испытанию. Много соратников погибло. Амулеты, блокирующие магию, были уничтожены ещё в начале стычки. Они получали удары, на которые было невозможно ответить копьем или мечом.

– Подходи по одному! – что есть мочи закричал хриплым голосом Мигдаль.

Солдаты и не думали выходить с укрытий. Слишком много крови было уже пролито. Никто не хотел становиться следующим и быть пушечным мясом. Кто-то попытался метнуть в Мигдаля кинжалом. Но ему было всё нипочем. Кинжал встретился с невидимой преградой на подлёте. Он, покрывшись льдом, упал у ног Мигдаля.

Воздух сотрясло звуковой волной летящего мощного снаряда. В данный момент тетива пропела свою смертельную песню. Огненный наконечник, сотканная из манны магией огня, в долю секунды преодолела расстояние.

Чувства Мигдаля обострились. В его зрачке можно было отчетливо увидеть медленно приближавшуюся смертельную стрелу неприятеля – смерть.