Вынужденный выбор

– Записал. Записал. Да, это тоже записал. Конечно.
Дверь звякнула колокольчиком, пропуская в кабинет посетителя.
– Одну секунду, уважаемый, – и в трубку: – Да, записал. Остальное – потом перезвоню.
Хозяин кабинета положил трубку на базу и поспешил выйти из-за стола.
– Добрый день, господин. Извините за задержку, присаживайтесь, пожалуйста. Чай? Кофе?
Мрачный мужчина в недешёвом костюме чуть заметно поморщился.
– Вы частный детектив Окинос Димитракис?
– Всё верно, господин?.. – хозяин подчеркнул последнее слово интонацией, но посетитель не торопился представляться, осматривая скудно обставленное помещение – небольшой диванчик, стул для посетителя возле бюро, хозяйское кресло, шкаф, вешалка и сейф. Из радиоприёмника на полке бубнил спор двух политиков – предвыборный сезон набирал обороты.
– Я думал, у Вас дела должны идти в гору.
– Вы из налоговой? – поднял брови Окинос, хотя прекрасно понял, что имел в виду визитёр. Все почему-то ожидали богатый офис с длинноногой секретаршей на ресепшене. Не то, чтобы их ожидания были излишеством, но семейству Димитракис и без того было куда тратить деньги, поэтому Окинос привычно натянул маску безразличия и спокойно ожидал ответа. И тот последовал немедленно.
– Нет, просто... – Мужчина явно сбился с мысли и растерялся. Вытер лоб и наконец занял предложенный стул. – Я пришёл сюда из-за Вашей репутации.
– Моя репутация измеряется закрытыми делами. Господин?
– Спанос. Ираклий Спанос, я владелец сети магазинов, и я хотел бы, чтобы Вы нашли моего сына Клеона Спаноса, ему 23 года.
– Позвольте, я буду записывать. – Детектив вернулся за стол и достал чистый лист. – Клеон Спанос, – вывел на листе буквы Окинос и поднял взгляд. – Меня интересуют все известные Вам подробности, господин Спанос. Когда Вы видели сына в последний раз?
– Неделю назад...
– Вы обращались в полицию?
– Да... Но не уверен, что они справятся.
– Почему Вы так думаете?
– Потому что Клеон ушёл из дома, из-за того что кто-то пообещал продать ему "Долину роз".

– Я не обязан тебе всё рассказывать, тайна следствия, знаешь про такую? – Евстафий Коринтиос, директор полиции и четвероюродный брат Окиноса, затянулся сигаретой и недовольно фыркнул. – Жди ответа по своему запросу, но я ничего интересного для тебя не помню. С однокурсниками он толком не общался, да и заняты они. Весь город на ушах на фоне этих их студенческих маршей, будто позавчерашней осени мало было... У меня ещё и этих контролёров из МСБ принесло, вынь и положи им контрабандистов. Сама Бранден соизволила явиться.
– А это кто? – заинтересованно отвлёкся от салата Окинос. Вечер был приятно прохладным, и братья расположились с ужином на террасе.
– Ты не знаком с полковником Бранден из ОРКП?
– Не-а, – детектив покачал головой. – Я из МСБ больше с отделом Кортеса общаюсь.
– Кортес – это который инквизитор?
– Не совсем. Инквизитор – это майор Кинтана.
– "Не совсем" значит "почти", – отмахнулся Евстафий от кузена. – Ваши колдовские подробности меня не интересуют. Хотя, тот здоровый парень, Фастард кажется, у них приветливый тип. Не то, что эти.
– Так что с контрабандистами?
– Да я почём знаю. Плавают где-то. – Евстафий налил вина в бокалы и пододвинул к себе блюдо с фруктами. – Только не говори, что и тебе они нужны.
– А почему бы и нет, – задумчиво проговорил Окинос. – У подобных ребят вполне могла появиться "Долина роз".
– Столько шороху из-за книжки. Народ с ума посходил.
– Ты-то хоть знаешь, что это за книжка? – усмехнулся Окинос.
– Наслышан, – фыркнул Евстафий. – Сборник сказок, который написал пришелец из будущего. Это же надо было придумать такой бред.
– Бред не бред, но кто-то очень оперативно выкупил оба тиража сразу из печати, и превратил этот "сборник сказок", как ты его назвал, в весьма дорогостоящую редкость.
– А это случайно не мошенничество ли? – Евстафий стряхнул пепел и прищурился. – Нагнать рекламы и продавать пустые листы.
– Возможно. Я никогда не видел "Долину роз" своими глазами, хотя мне очень интересно, что в ней написано. И я вполне могу себе представить, сколько за неё готовы отдать заинтересованные люди.
– Ладно, убедил. Только всё равно зря теряешь время. Твоего клиента видели в последний раз, когда он шёл в сторону Западного мыса, и там собаки потеряли след. Я конечно понимаю, что отцу тяжело смириться с утратой единственного сына, но поиски по горячим следам ничего не дали, так что уже без разницы, днём раньше или днём позже... – полицейский пожал плечами и замолчал.
Молчал и Окинос, пережёвывая салат и мысли. Западный мыс был ужасным местом, непроходимые скалы и глубокие разломы, один неверный шаг – и ты упал и пропал. Потребуется помощь специалистов с дорогостоящим оборудованием, и, возможно, не один день, чтобы найти тело в этой природной ловушке.
– Тебе не кажется выбор места очень странным? – наконец прервал молчание детектив. Евстафий снова пожал плечами.
– Я специально уточнил, Спанос в тот день шёл без денег, просто чтобы убедиться, что там точно эта книга. Из-за наживы не было смысла убивать его в тот день.
– А если дело не в деньгах?
– А в чём ещё? – полицейский поморщился. – Думаешь, он узнал продавца, и его поэтому убрали? Скорее всего он сам оступился, и теперь с той стороны кусают локти, что выбрали такое место и остались без улова.
– Это самое логичное, – согласился Окинос. – Но я, пожалуй, прогуляюсь сам до мыса.
– Да как хочешь, только не свались никуда, – фыркнул Евстафий, откинувшись в кресле и всем своим видом выражая недовольство. – Даже Спанос до сих пор не смог вызвать специалистов облазить эти пещеры, а мы тебя точно будем ещё дольше искать. Сам же знаешь.
– Знаю, – улыбнулся Окинос. – Я буду осторожен.

***

Утро в доме Димитракисов начиналось с привычного хаоса. Окинос с чашкой кофе в руках наблюдал за ним, прислонившись к косяку кухонной двери.
– Папа, где моя синяя тетрадь по математике?! – пронеслась мимо старшеклассница Элисса. – Я сейчас опоздаю в гимназию!
– Тетрадь не видел, могу подвезти.
– Ты её вчера оставила на диване, сестрёнка, – Леонидас, не отрываясь от бутерброда, махнул рукой, чуть не задев сидевшую рядом малышку Софию. Из ванной вышла Анисия с ворохом вещей в руках поверх живота. Тень усталости под глазами только делала её красивее в лучах утреннего солнца.
– Окинос, милый, не стой как истукан. Забери у Леонидаса кроссовки в сушилку, он опять промочил ноги. И позвони, пожалуйста, в университет. Спроси, вернётся ли Артемис на выходные или остаётся готовиться к экзаменам.
Окинос молча переставил кроссовки, по дороге к телефону погладил по голове Софию, сосредоточенно выводящую карандашом неведомые узоры. Их старшая, Артемис, с характерным для студентов снисхождением в голосе сообщила, что приедет, но поздно, и чтобы родители не ждали её на ужин
– Всё под контролем? – обнял он Анисию сзади, поцеловал в макушку и положил ладонь на живот.
– Как всегда. То есть вообще нет, – она закинула голову, глядя на него снизу в верх. – Ты сегодня надолго?
– Не знаю. Нужно съездить на Западный мыс, потом в библиотеку.
– Опять на мыс? Там снова кто-то пропал? Будь осторожен на том мысу, слышишь? Ты же сам говорил, что там опасно.
– Слышу. Обещаю.
В ладонь толкнули с другой стороны, и Окинос улыбнулся.
– Папа! Я готова! – Элисса уже открывала дверь, одновременно натягивая на плечо школьную сумку. Ещё раз поцеловав жену, Окинос подхватил рюкзак и вышел вместе с дочерью.

Компас медленно плавал в миске, Окинос подсыпал в воду толчёный перламутр и задумчиво осмотрелся. Детектив сидел на земле, скрестив ноги, на самой негласной границы Западного мыса. Пейзаж перед ним напоминал иллюстрацию к катастрофе, как будто здесь в древности сразились боги и всё разнесли. Хаотичные нагромождения валунов и между ними глубокие провалы, Западный мыс был идеальным местом, чтобы потеряться и припрятать парочку трупов. И ничего удивительного не было в том, что мыс был излюбленным местом для криминальных встреч, а также полигоном проверки собственных сил у местных сорванцов. Свеча догорела, компас сделал круг по миске и замер, показывая на юго-юго-восток. Окинос собрал разложенные для заклинания предметы обратно в рюкзак, и аккуратно поднялся, держа миску в руках. Медленно и осторожно пошёл по стрелочке, обходя ямы и стараясь не оступиться, пока компас не ушёл на дно посудины. Тогда Окинос с облегчением выдохнул, поставил миску на камни, достал фонарь и посветил в проём перед собой. Ничего не разглядел, кинул туда камень и засёк время до стука. Прикинув глубину, он почесал шею, снял рюкзак и достал оттуда обвязку, каску и верёвки. Надел снаряжение на себя и огляделся в поисках подходящих мест для страховочных анкеров. Вокруг всё было завалено валунами, Окинос в задумчивости облокотился на самый большой и едва устоял на ногах – огромная каменюка покатилась под уклон, увлекая за собой камни поменьше, рухнула в яму, подняв облако пыли, и замерла.
– Понятно. – Окинос отряхнул плечо и нахмурился. – А это ещё что такое? Неужели...
Камень под валуном выглядел странно, он потрескался и был покрыт сажей. Детектив присел на корточки и коснулся чёрного пятна кончиками пальцев, потом поднялся и внимательно огляделся ещё раз. Желание лезть в провал резко поубавилось, посвятивший бо́льшую часть своей жизни изучению мифологии и противостоянию мифическим тварям Окинос узнал след рассерженного василиска, но самым странным было то, что кто-то сознательно притащил и положил поверх него огромный камень.

***

Окинос протёр пыль с таблички с надписью «О. Димитракис, частный детектив. Часы приёма с 7-00 до 8-30», сунул платок в карман и открыл звякнувшую колокольчиком дверь. Заперся изнутри, проверил помещение на посторонние предметы и наконец сел за стол, снял телефонную трубку с базы и набрал номер. После трёх долгих международных гудков трубка ожила.
– Department of Mystery Investigation.
– Доброе утро, госпожа Цавахиду, – детектив узнал голос с привычным акцентом. – Вас беспокоит Окинос Димитракис. У меня есть маленький вопрос к вашему ведомству, примите факс.
– Доброе утро, господин Димитракис, – голос секретаря потеплел, перейдя на родной язык. – И что же Вас на этот раз интересует?
– Сущая мелочь. Сколько раз отмечали появление василисков за последние, ну скажем, лет десять, в мире, и в Греции частности.
– Решили заняться змееборством?
Аппарат зажужжал, считывая бумаги и фотографии. Окинос усмехнулся.
– Не хотелось бы, но кто знает. Я нашёл след, причём почему-то накрытый большим камнем. Вам доводилось слышать о подобном?
– Нет, – отозвалась секретарь ОРМИ. – След свежий?
– Не знаю, он остывший, но сказать так что-либо сложно. Там сплошные камни вокруг, ни травинки нет. Сажа есть, значит день был сухой – и это всё, что я могу об этом сказать.
– А самого змея Вы не видели?
– Нет, но я ещё туда вернусь, осмотрюсь внимательнее.
– Хорошо. Пришлите нам ещё образец сажи на анализ, если сможете отколоть камень, то и его. Я внесу Ваш случай в базу, и перезвоню Вам, как только придёт ответ на Ваш запрос.
– Благодарю, сегодня возьму образцы. Доброго Вам дня.
Окинос протёр пыль по всему помещению, поставил кипятиться чайник и ровно в 7 открыл двери, а сам сел перебирать почту. В течении часов приёма он занимался мелкой бумажной работой, но сегодня никто не пришёл, и в 8-30 детектив закрыл дверь офиса, а сам отправился по делам.

– О Боже, а это зачем? Вы планируете какой-то ритуал? – господин Спанос поморщился, разглядывая петуха в клетке. Петух клекотал и пытался вылезти между прутьями.
– Нет, никаких ритуалов. Это я просто не успел увернутся от тётушки, извините. Теперь придётся таскать его с собой полдня, – Окинос развёл руками. – Спасибо, что вызвали специалистов.
– Показывайте место. И Вы уверены, что это именно оно?
– Полицейские собаки сюда указали. – Спанос недовольно фыркнул. Детектив повёл клиента и альпинистов к намеченному разлому. На месте он отошёл в сторону, чтобы не мешать, сел на камень и пристроил клетку возле ног. Альпинисты взялись за своё дело, негромко переговариваясь, недовольный Спанос стоял рядом, ворча, но не смея указывать профессионалам. Детектив внимательно наблюдал за всеми, но никого не интересовало пятно обожжённого камня, современные люди не знали василисков, для них они давно превратились в мифы.
Вскоре страховочные тросы закрепили сложной паутиной, и альпинисты соскользнули в разлом, через несколько минут напряжённого молчания ожила рация у оставшегося наверху:
– Нашли тело, будем поднимать.
Спанос побледнел, но не сдвинулся с места, пока специалисты поднимали свою находку наверх. И лишь когда его позвали на опознание качнулся, упал на колени и глухо зарыдал.

– Я требую, найдите того, кто заманил его сюда.
Окинос поднял взгляд на клиента. Спанос уже отошёл от первого шока, и теперь пылал злостью, размазывая остатки слёз по лицу.
– Это может оказаться очень долгим, у нас в городе ловили контрабандистов, и на них у меня первое подозрение. А контрабандисты обычно хорошо прячутся, и очень не любят когда их ищут.
– Мне плевать, хоть всё море процедите. Я заплачу миллион евро за убийцу моего сына!
– Заманчиво, господин Спанос. – Окинос потёр лоб, озвученная цифра была приятна на слух, и была бы ещё приятнее в руках. Спанос ждал.
– Хорошо, – решился детектив. – Для начала мне потребуются результаты судмедэкспертизы.
– Всё, что скажете. Только найдите мне его.
– Сын жил с вами?
– Да.
– Мне нужно осмотреть его комнату, может полицейские оставили что-то интересное для меня.
– Хоть сейчас.
– Хорошо, только сейчас я, с Вашего позволения, сначала выполню поручение моей дорогой тётушки. – Окинос поднял клетку, встрепенувшийся петух одарил мужчин недовольным взглядом и снова нахохлился. Спокойствие птицы радовало детектива, означая, что змея рядом нет. – И сразу же к вам.

– Проходите. Извините, жена в больнице… – угрюмый Спанос подвинулся в дверях, пропуская детектива.
– Я понимаю. Куда идти?
– Сюда. – Хозяин провёл гостя длинным светлым коридором. – После полицейских тут никто ничего не трогал.
– Хорошо.
Окинос надел перчатки, огляделся и первым делом решил осмотреть письменный стол. В верхнем ящике обнаружились корешки билетов до Цюриха и обратно со свежей датой.
– Ваш сын часто ездил в Швейцарию? – Окинос покрутил бумажки в руках и положил их обратно, достал блокнот.
– Не редко. Всё пытался найти автора этой самой “Долины роз”.
Детектив кивнул, пролистал блокнот, оказавшийся дорожным словарём и вернул его на место. Каких–либо путевых заметок найти не удалось, видимо, если такие и были, то их забрали полицейские.
– Скажите, а крупные суммы он не снимал в последнее время? Не просил денег сверх обычного?
– Нет, – Спанос покачал головой. – Только на карманные расходы, как обычно.
Окинос кивнул, делая пометку, проверил шкаф, снял с книжной полки потрёпанную с виду книгу, открыл её и хмыкнул.
– Библиотечная. Её, по возможности, верните.
Спанос кивнул, возможно даже не поняв, Окинос вернул книгу на полку и заглянул в тумбочку.
– О, а это уже интереснее.
Он достал коробку и поставил её на стол, Спанос немедленно пододвинулся ближе.
– Эти безделушки? Что в них интересного?
– Ну я тут вижу пару интересных экземпляров, за которые в определённых кругах можно выручить неплохие суммы. – Окинос достал цепочку с кристаллом, на котором был вырезан полумесяц. – Довольно беспечно держать такие вещи вот так открыто.
– Если это ваше магическое, то можете всё забрать. Я в этом ничего не понимаю. И понимать не хочу.
– Вы уверены? Я с удовольствием их возьму.
– Забирайте. Клеон сам говорил, что это не то, что ему надо. Просто подбирал если находил.
– Понятно. Так бывает, если ищешь артефакты. Очень часто попадается не то. Вы не помните, у него не было подшивок журналов и газет для коллекционеров? Что-нибудь вроде «Коллекционный мир» или «Antiques Trade Gazette»?
– Нет, – Спанос снова покачал головой. – Всё, что не учебники, я считал хламом. Не обращал внимания.
– Тайников в комнате нет?
– Вон там доска, видите? Полицейские уже вскрыли.
– Ясно. А в доме?
– Только мои личные.
– Спасибо, они мне не нужны. Значит, больше ничего интересного тут нет. Я бы хотел посмотреть его записи, когда их вернёт полиция.
– Я их Вам привезу, – кивнул Спанос.

***

Утром курьер принёс копию полицейского дела. Как и предупреждал Евстафий ничего особенного там не было – стандартные опросы сокурсников и школьных друзей, давно не общавшихся с погибшим, опись комнаты, опрос родителей, опросы продавцов и преподавателей, опросы, опросы, опросы... Некоторые вспомнили про увлечение Клеона, но большинство были не в курсе. Окинос долистал до фотографии артефактов, обозначенных в деле как «сувениры» и закрыл папку. Всё по протоколу, всё стандартно и бесполезно. Прибрав дело в сейф, Окинос наметил маршрут и не торопясь вышел из офиса, путь предстоял недалёкий, но очень долгий.
– Доброе утро, Дора!
– Дядюшка Окинос ! – Библиотекарь вышла из-за стола и с чувством обняла родственника. – Давно ты к нам не заходил, дай угадаю – опять что-то ищешь?
– Виноват, – грустно улыбнулся детектив. – Исправлюсь как закончу дело, обещаю.
– Ну-ну, – Дора вернулась за свой стол и облокотилась на него. – И что нужно на этот раз?
– Кто, помимо этого парня, – Окинос вынул фотографию младшего Спаноса и протянул племяннице. – Искал в последнее время "Долину роз" и всё, с нею связанное.
– Ой, это же Клеон. Я его давно не видела, и говорят, что он погиб.
– Да. Им я и занимаюсь. Увидел у него дома вашу книгу и решил зайти. Ты хорошо его знала?
– Ох, как жаль. Ну как сказать, хорошо... Он постоянно заходил, брал книги по истории и географии, на немецком языке тоже, – Дора вернула карточку. – Значит, его "Долина роз" интересовала? А ты с Папачацисом разговаривал? Ну знаешь, автор перевода?
– Пока нет, – покачал головой Окинос.
– Почему?
– Оставил на сладкое. И вряд ли переводчик имеет отношение к гибели Клеона. Скорее его убрали владельцы книги.
– "Долина роз"... – Дора оттарабанила пальцами по столу. – Не припонимаю, чтобы даже Клеон про неё открыто спрашивал... Если бы я её искала, я бы начала с поиска Динаха, или его родственников, или соседей...
– Этим занимался сам Папачацис, – напомнил детектив, и Дора кивнула.
– Верно. Первым делом стоило бы поговорить с ним.
– Я ищу не книгу, а человека, который последним видел Клеона живым.
– Жаль, я бы почитала саму "Долину роз", а не интервью переводчика.
– Зачем? Ты хочешь знать будущее? – улыбнулся Окинос.
– Насколько я поняла, там описано хорошее будущее, – мечтательно сощурилась библиотекарь. – Эпоха благоденствия, духовные энергии... Ты можешь себе представить, как просто вместо мук написания книги ты рассказываешь свои мысли напрямую миру? Столько новых захватывающих сюжетов!
– А как же искусство слова? – оживление Доры развеселило Окиноса.
– Ээээ... Не думаю, что оно куда-то исчезнет. Я думаю, что всегда будут люди, которые любят читать. С приходом телевидения же не стало меньше книг.
– Ладно, я согласен. Лично мне в ней нравится отмена политики как понятия, и учёные люди как руководство планеты.
– О да! Это было бы очень интересно. Наверное, именно поэтому книгу изъяли.
– Скорее всего.
– А вот в подземный город я, пожалуй бы, не хотела.
– А я бы посмотрел. Интересно же.
– Ну, на экскурсию – может быть. Но постоянно жить без солнца, моря и ветра? Нет, спасибо, – Дора потянулась и вернулась к теме разговора. – По слухам, книгу забрали либо правительственные люди, либо масоны. То есть те, кому не выгодно быть сменёнными, – она усмехнулась. – Ты ещё не обзавёлся доступом к этим категориям?
– Нет ещё, – вздохнул детектив.
– Тогда может попробуешь в Швейцарских библиотеках поискать? Динах вроде из Цюриха. А я пока поговорю с коллегами, может они чего заметили.
– Ну может и в Цюрих доберусь... Но сначала проверю ещё одну версию. Скажи, а подшивки специализированных журналов у вас есть? «Золотой шанс», или там «La Gazette de l'Hôtel Drouot» за последнее время? Любых для коллекционеров, хоть филателистических.
– Филателистических? – Дора удивлённо подняла бровь. – В подвале, наверное, что-то есть. Но ты же не марки ищешь?
– Нет. Но люди, которые ищут одни редкости, часто пользуются каналами для других. Ищу объявление Клеона или продавца.
– Поняла. Пойдём, посмотрим.
В сумрачном подвале, среди старых газет, Окинос быстро нашёл то, что искал. В разделе «Обмен» декабрьского номера «L'Objet d'Art» стояло лаконичное объявление: «Начинающий коллекционер интересуется приобретением «Долины роз». Предлагаю взаимовыгодный обмен. К.» И для обратной связи индекс их города.
– Вот, – показал он Доре. – Значит, Клеон вышел на рынок. И кто-то вышел на него в ответ.
– Ух ты! Я бы и не догадалась тут искать. Хотя это логично, если подумать.
– Да, вполне. Но это не даёт мне личности продавца. Мои скромные надежды, что было объявление о продажи книги не оправдались. Зато теперь понятно, почему Клеону не понадобились деньги.
– Почему? А, тут написано «обмен»!
– Верно. К сожалению, мы уже не узнаем, на что.
– А в других объявлениях может есть?
– Может и есть, но это вряд ли. О продажах объявления размещают очень редко, и обычно о чём-то не особо ценном. Эти ребята помешаны на собственной безопасности.
– Понятно. Но я всё равно полистаю подшивку, искать наш индекс, я правильно поняла?
– Верно. Или любое упоминание «Долины роз». Спасибо, Дора.
– Да не за что, мне самой интересно стало. А ты что делать будешь?
– Навещу ещё одного человека. Так что я побежал, звони если что.
– Удачи! Найдёшь книгу – принеси почитать!

– Окинос! Дорогой, как же я рада тебя видеть! – тётушка Таи вышла из-за прилавка и поспешила навстречу гостю. – Как жизнь, как дела, как дети? Анисии когда рожать? А ты просто так или опять по делам?
– Здравствуй, тётушка, – Окинос улыбнулся и обнялся с родственницей. – Да, уже скоро родит, всего ничего носить осталось, и в остальном тоже всё прекрасно. Сегодня я по делам.
– Ох, негодник. Хоть бы раз просто так в гости зашёл, любимую тётушку проведал. Смотри, какие фрукты сегодня привезли, – Таи с гордостью обвела рукой магазин.
– Фрукты – это хорошо. Домой возьму, только можно на обратном пути?
– Да конечно можно. Рассказывай, чего надо ещё, вечно занятой ты наш.
– У нас тут кто-то пытался продать очень редкую книгу, скорее всего контрабандисты. Ты не замечала ничего странного?
– Прямо сейчас замечаю, Евстафия тоже контрабандисты интересовали. Только откуда они у нас здесь? Они в море плавают, а сюда не суются.
– А как же Западный мыс?
– А город тут всё равно при чём? – отмахнулась тётушка Таи. – Они же в городе как белые вороны, глаза дикие, всюду подвох ищут. На вот лучше сок выпей.
– Согласен, – Окинос принял стакан и с удовольствием отхлебнул свежего терпкого сока. – Значит ты никого подобного не видела в последние дни.
– Такого не видела. Странный был только один, но он точно сухопутная крыса.
– Рассказывай.
– Да что рассказывать. Забежал купить попить и тут же убежал. Вроде как турист, только какой-то натянутый.
– Натянутый? Это как? – заинтересовался Окинос. Тётушка Таи отличалась редкой наблюдательностью, а вот определения давала порой весьма неожиданные.
– А вот так. Как струна, или как когда подвоха ждёшь. И акцент у него, я правда не поняла какой, вроде немецкий, а вроде и не немецкий. Говорил как жевал.
– Так наверное турист?
– Я, по-твоему, туристов никогда не видела? Туристы, дорогой мой, либо никуда не торопятся, либо слишком торопятся. А этот... – Тётушка задумалась, подбирая формулировку. – Он как будто притворялся туристом, а сам спешил на встречу.
– Хмм... Давай-ка я запишу на всякий случай, – Окинос вернул стакан и достал блокнот.
– Да пиши конечно. И давай я тебе сразу фрукты соберу, ты же и потом будешь бегом бежать.

Окинос открыл дверь и тут же закрыл её обратно. Прислонился к стене спиной, приготовившись ждать, мимолётно пожалев, что не курит – было бы проще коротать время. Грохот за дверью усилился, через некоторое время в неё гулко стукнули с той стороны, и наконец она распахнулась, и наружу как снаряд из пушки вылетел мужчина, пробежал несколько метров пытаясь удержать равновесие, но все же не смог и растянулся в пыли. А следом еще один повторил этот несложный трюк.
– И чтобы духу вашего тут больше не было! – проорали им вслед из двери и с грохотом её захлопнули. Выбежавшие, а точнее выкинутые из бара мужчины поднимались с пыльной земли, отряхиваясь и косясь друг на друга. Не дожидаясь, пока они придут к какому-нибудь решению, Окинос снова открыл дверь и вошёл в помещение, где был встречен десятком взглядов. Которые, впрочем, тут же потеряли к нему интерес. Детектив поднял уроненный стул, перешагнул битую посуду, поздоровался с официантом и сел на стул возле стойки.
– Добрый вечер, Вам как обычно? – Получив утвердительный кивок в ответ бармен достал бутылку из холодильника, поставил перед детективом шот и тарелку с закуской. – И кого сегодня ищем?
– Продавца книг. Или контрабандиста. Или контрабандиста с книгами. – Окинос сделал мелкий глоток и потянулся к тарелке, напиваться в его планы не входило. Но ходить по барам и ничего не заказывать было нельзя, и совсем не ходить тоже не получалось. Хорошо ещё, что на сегодняшнем маршруте вокруг Западного мыса его знали уже все, и не навязывали лишнего.
– Не встречал ничего подобного, – бармен задумчиво покачал головой. – Да и как-то странно звучит сама идея искать пиратов у нас. Их же видели в последний раз где-то возле Аморгоса.
– Я тоже удивлён, но я обязан проверить. – Окинос покрутил шот в руках и задумался. – Скажи, а кто-нибудь ещё искал встреч с контрабандистами?
– Нет, Вы первый.
– Интересно...

Уже в сумерках выйдя из такси Окинос потянулся, разминаясь. Обходы и опросы, часть поисковой работы, в этот раз не принесли успеха. Детектив открыл дверь своего офиса, вошёл и закрылся изнутри. Проверил помещение и подошёл к столу, где огоньком автоответчика мигал телефон. Окинос нажал на кнопку.
– Добрый вечер, господин Димитракис, это Анна Цавахиду. Пришёл ответ по Вашему запросу, перезвоните дежурному, чтобы он Вам выслал. И я там от руки пометку сделала, это наши агенты три года назад под Отранто находили василиска, но в базе этого случая почему-то нет. Его вместе с Вашим добавят позже. Удачного расследования, и доброй ночи.
Дело обещало затянутся надолго, возможно на годы. И не факт, что у Спаноса хватит терпения ждать. Окинос кивнул своим мыслям, поднял трубку и набрал номер.

***

– И долго ты ещё будешь художника занимать своими выдумками?
– Моими выдумками, дорогой Евстафий, – опередила Окиноса тётушка Таи. – И если они тебя не устраивают, то можешь ко мне больше не заходить!
– Прости, пожалуйста, я вовсе не это имел в виду, – полицейский поднял руки в верх. – Просто я не верю в смысл искать какого-то случайного туриста.
– Ты никогда не веришь в моё чутьё, а потом громко извиняешься! – фыркнула тётушка и прищурилась, глядя на рисунок. – Нет, глаза немного не такие… Они, как бы сказать… Настороженные.
– Уголки поднять? – смирно уточнил Макарий.
– Нууу… Давай попробуем.

– Ты же знаешь, у меня полная конфиденциальность! – Камиль Николау попытался быть непреклонен, но Окинос наградил его мрачным многообещающим взглядом, и администратор вздохнул. – Ну, кто у тебя там на этот раз?
– Вот. – Детектив протянул фоторобот, Камиль водрузил на нос очки и забрал бумагу, и, изучив портрет на вытянутых руках, вернул его.
– Был такой. Забронировал номер на двое суток, но съехал раньше.
– Нервничал?
– Нет, наоборот, был весьма доволен. Сказал, что удачно завершил свои дела, и может ехать дальше.
– Удачно… – Окинос задумчиво потёр подбородок. – Имя есть?
– Конфиденциальность… – насупился администратор, детектив вздохнул и облокотился на стойку. Вечный спор всегда шёл по одному и тому же сценарию. Немного потоптавшись и убедившись, что сыщик не уходит, Камиль с угрюмым видом достал журнал.
– Пауль Динах, – прочитал Окинос и усмехнулся. – И на паспорт с этими данными регистрировался?.. Интересно. – Он вернул журнал администратору. – Можешь спать спокойно, Камиль, это псевдоним.
– Документы же… – администратор растерянно глянул на запись.
– Видимо очень хорошая подделка. Мда, неприятная новость, конечно, но ты тут точно не при чём. Спасибо за помощь.
– Да ну тебя…

***

– Привет, тебе чего-нибудь купить в Италии?
– В Италии? А ты где сейчас?
– В Ливорно.
– Ох, ничего себе! Дай подумать… София! Положи немедленно! Элисса, пожалуйста, забери у неё пульт! Так, Италия… – Окинос терпеливо ждал, вечная домашняя суета отвлекала Анисию от любого разговора. – А! Помнишь, мы смотрели в журнале… – Договорить она не успела, что–то глухо бухнуло и в трубке раздался плач малышки Софии. – Ох, девочки, вы сейчас братика разбудите. Милый, ты можешь перезвонить позже, я список подготовлю?
– Хорошо, любимая, я через час перезвоню.
Окинос повесил трубку и вышел из телефонной будки. Над портом истошно орали чайки и гудели корабли всех размеров, детектив поёжился и поднял воротник. Сырой весенний ветер был сегодня безжалостен, бросая в людей капли то ли дождя, то ли морских брызг, добавляя уныния в и без того неудачный день. Почти месяц поисков сегодня окончательно отправились коту под хвост, не скрывающийся до того «Динах» растворился в шумном итальянском порту как утренний туман. Окинос вздохнул и огляделся, ища взглядом где бы выпить чашечку горячего кофе. Перспективы дела его совсем не радовали, оставалось только одно – ехать сразу на острова искать контрабандистов.

***

… «Может бросить это всё?» – Окинос катал монетку по столу и неспешно потягивал своё пиво, на вкус такое же отвратительное, как и этот трактир. Местный завсегдатай и его старый связной, Обветренный, опаздывал уже на целый час, и детектив уже нервничал. Сидеть здесь до бесконечности с паршивым пойлом ему не хотелось совершенно, а время уходило, словно вода сквозь пальцы, и в душе нарастало нехорошее предчувствие. Посмотрев в очередной раз на часы, Окинос отодвинул недопитое пиво, сунул монетку в карман и решительно покинул трактир. На улице уже стемнело, только отблески Луны от моря освещали его путь до гостиницы, где он забронировал номер на ночь. Быстро, но стараясь не шуметь, детектив шёл вдоль косых зданий, держась поближе к стенам, когда из какой-то щели к нему за спину скользнула тень. Крепкая, сильно пахнущая табаком и чем-то химически-горьким рука перехватила его за горло, прижав к щеке плашмя холодный нож.
– Не шуми, тебя сейчас не тронем. Если немедленно исчезнешь отсюда и оставишь это дело. Если же нет, то пеняй на себя – мы знаем, где твоя жена гуляет с детьми по утрам.
Напавший что-то сунул ему в руку и сильно толкнул вперёд, падая Окинос потерял секунды, за которые прокуренный исчез в темноте теней. Чертыхнувшись, детектив разжал ладонь…

Вернувшись в офис на рассвете, Окинос не лёг спать. Достал из сейфа толстую гроссбуховскую книгу «Учёт доходов и расходов». В графе расходов за сегодняшнее число он аккуратно вписал: «Проезд, такси с берега – 1500 драхм (С. Л. туп.)», и убрал её обратно. Собрал на столе всё, что у него было: копию полицейского дела с безрезультативными опросами и осмотрами, результат судмедэкспертизы, утверждавший, что Клеон погиб от падения, распечатку факса из ОРМИ, фотографии обожжённого камня, копию страницы гостиничного журнала с именем «Динах», фоторобот «туриста», вырезку с объявлением Клеона из «Il collezionista». Положил сверху чёрный кругляш. Подумал и убрал полицейские опросы в сторону. Осталась тонкая, почти бесплотная папка дела. Окинос долго смотрел на неё, потом медленно набрал номер.
– Господин Спанос, – Окинос с силой провел рукой по лицу, собираясь со словами. – Ваш сын вышел на профессиональных торговцев запрещёнными товарами, я полностью уверен в этом, но я вынужден отказаться от Вашего дела. Они первыми вычислили меня, и вручили мне «чёрную метку». А у меня дети, и никакие деньги не заменят им отца. Я оформлю отчёт и отправлю Вам. Что Вы с ним сможете сделать – не знаю. Больше я Вам ничем помочь не могу.
Трубка молчала довольно долго.
– Я Вас понял. Пришлите мне чеки по расходам, я компенсирую. – Спанос повесил трубку не прощаясь, и через десяток гудков Окинос сделал то же самое. Поставил чёрный кругляш на стол ребром, покрутил вокруг своей оси и с силой запустил в стену.
– Чёрт вас побери…