Выпускной в „Ист-Сайде“ Часть 1 Призрак выпускного

Холодный сентябрьский ветер гнал по асфальту обрывки жёлтых листьев, когда Михаил впервые за два года перешагнул порог школы «Ист-Сайд». Тяжёлая дверь со скрипом закрылась за спиной, отсекая шум вечернего города. В вестибюле пахло хлоркой и старой мебелью — точно так же, как в день их выпускного.

Дядя Толя, пожилой вахтёр с седыми усами, сидел за стеклянной перегородкой и читал газету вверх ногами. Увидев Мишу, он отложил чтиво и окинул парня внимательным взглядом.

— А, это ты, Михаил? Слышал, слышал, что устроился. — Он покачал головой. — Молодой ещё в сторожа идти. Не боишься?

— Чего бояться? — Миша пожал плечами, хотя внутри всё сжалось. — Школа как школа.

— Ну-ну, — протянул дядя Толя, протягивая связку ключей. — Смотри, парень: на четвёртый этаж не ходи. Там крыша протекает, перекрытия старые, провалишься — никто не услышит. И в обсерваторию на чердаке не суйся, заколочена она.

Миша кивнул, принимая ключи. Он уже знал, что именно туда ему придётся пойти. Не сегодня, так завтра.

Первая ночь тянулась медленно. Он обошёл первый этаж, проверил замки на запасных выходах, заглянул в столовую, где длинные ряды столов пугающе поблёскивали в свете дежурных ламп. Всё было тихо. Слишком тихо.

Около двух часов ночи Миша сидел в комнате охраны, пил растворимый кофе и смотрел в мониторы. Двенадцать камер показывали пустые коридоры. И вдруг на одном из экранов, в коридоре «Жёлтых шкафчиков», он заметил движение.

Он вгляделся. По полу, от стены к стене, тянулась цепочка мокрых следов. Босых ног. Следы появлялись из ниоткуда и исчезали в никуда. Никакой фигуры не было видно — только следы, которые медленно высыхали на кафеле.

Миша вскочил и побежал туда. Коридор был пуст. Но на полу, там, где только что были следы, теперь лежала белая ленточка — такие обычно вплетают в косы на выпускной.

Он поднял её. Атласная, чуть влажная. От неё пахло духами — дешёвыми, приторными, «Красная Москва».

Вернувшись в комнату, Миша снова уставился в мониторы. На одной из камер, в конце того же коридора, теперь стояла девушка в старомодном белом платье. Она смотрела прямо в объектив. Лица не было видно — чёрная тень закрывала его, но Миша чувствовал на себе её взгляд.

Он моргнул. Девушка исчезла.

Кофе остыл, а Миша просидел до утра, не смыкая глаз.