Выставка

Выставка — вещь хорошая. Раньше, скажем, во времена царские, выставка была крестьянам недоступна, а в советские времена, если на выставке искусство не про народ, не про жизнь народную, то интересно никому вовсе и не было. А сейчас посмотришь, глаз не нарадуется: все идут на выставки! Скажем, человек простой, на дому работает каким-нибудь фрилансером, идёт себе на выставку абстракционизма, например, и смотрит в картины. На телефон фотографирует и радуется. Ничего, в ус не дует.

Запомнилась мне, например, по этому поводу, скажу честно, малоизвестная выставка, что носила название "Выставка высококультурного искусства". Заведующим там был Александр Александрович Блювецкий. Какой-то мелкий московский чиновник, поддержавший эту инициативу, лично рассматривал три работки при своих помощниках Сергее и Владимире.

До выставки, скажу сразу, оставался ещё день, а так как Блювецкий человеком был занятым, рассмотреть картины сильно заранее не мог.

Так вот. Рассматривает, значит, картины, а на душе ему легко:

—Хорошие — говорит, — работы у нас собрались. Три — говорит, — единицы, знаете ли, для столь малоизвестной выставки у нас в Бирюлёво, очень даже хороший, знаете ли, результат. Работы нам прислали достойные: "Девушка с зонтами", "Золотая рыба в песочных часах" и "Закат в метро". Особенно "Закат в метро" мне понравился. Знаете ли, это как Мадам Мона-Мадмуазель!

Помощник Сергей поправил:

—Может, Александр Александрович, Мона Лиза?

—Да, верно, Мона Лиза. Так-то! Мона Лиза двадцать первого, знаете ли, века, так ещё и у нас в Бирюлёво! Эх, — и откинулся Блювецкий на спинку кресла, смотря в потолок очень даже мечтательно, — метро, а в него закат каким-то таким образом пробрался... ну... закат в метро. Вы, — говорит, — поняли.

—А вот, — перечит Блювецкому Владимир, — Александр Александрович, не поняли. Знали ли вы, что это поделие было нейронной сетью сгенерировано?

Блювецкий виду, скажу честно, не подал, но приник к помощникам и тихо так сказал:

—Нейронной, говорите, сетью? А я, дурья моя бюрократическая башка, подумал, что это человек нарисовал! Охранник же запись с камер посмотрит, что у нас висит в кабинете, и всем знакомым разболтает, а там и до позора, знаете ли, недалеко!

И тут же отник.

—Да, — говорит, — знаю! И хочу сделать из этого, знаете ли, перфоманс самый что ни на есть культурный в Бирюлёво! Я — говорит, — хочу показать, что работы нейронной сети в наше время тоже чего-то стоят, а вы — говорит, — это покажите на выставке.

Помощники, скажу сразу, у Блювецкого хорошие. Исполнительные. Ты им поручение, они — на следующий день уже дают готовое решение.

Настал, собственно говоря, в Бирюлёво, по обыкновению, следующий день уже менее чем через двадцать четыре часа. Значит, и выставка прошла успешно?

Прошла выставка, отметить стоит, да, вполне успешно. Десятки посетителей, значит, заходят в выставочный зал, а там три картины. Две из них, что подальше, зачёркнуты крестами из изоленты, а третья — находится очень близко ко входу и имеет большое пояснение на табличке рядышком:
"Уважаемые посетители! Нынче настало время, когда в искусстве не остаётся места человеку и его активно заменяет нейронная сеть. Чтобы продемонстрировать вам это наглядно, мы представляем картинку ЗАКАТ В МЕТРО!"

Рядом с табличкой, как оно и должно быть, расположились помощники Сергей и Владимир. Они, между прочим, занимались важнейшим делом, я бы даже сказал, делом первой важности! Объясняли, то есть, растерянным посетителям, как так вышло.

Стоит, например, себе Сергей, никому не мешает, а тут к нему подходит недовольная посетительница:

—А вы — говорит, — сдурели нейронные сети на выставку искусств выставлять?

Сергей честно ответил:

—Нет, — говорит, — не сдурели.

—Ох... ладно уж. Скажите мне тогда, а что эта картина обозначает?

—А она несёт глубокий и даже глубинный смысл.

—Какой же?

—А вы, — говорит, — что, пришли на выставку, когда даже не хотите осознать смысл того или иного произведения?

—Ох... какая же дурость эта выставка! — произнесла недовольная посетительница, развернулась и ушла, но перед уходом добавила, дескать, ноги её больше тут не будет.

Ах, до чего же дошёл прогресс! Людей до отказа от искусства доводит!

А Сергей продолжил стоять и никому не мешать.