Вызов

Ксения Шабаршина всё же приехала и решила поработать на меня год, прежде чем идти под клятву, поэтому устраивалась она хоть и под охраной, но в Озерном Ключе, где мы с ней и побеседовали при ее появлении. Она рассчитывала на консультации Даньшиной, что сказала прямо. Я посоветовался с нашей главной целительницей, она поговорила с девушкой и дала согласие, после чего отметила:

— Девица амбициозная, в перспективе метит на мое место. Но знающая, опыта наберет, так что не стыдно ей будет передавать.

— Это вы уже о преемнице беспокоитесь? — удивился я. — Не рановато ли?

— Лет двадцать еще поработаю, а потом — всё, — ответила она. — Я, Петр Аркадьевич, трезво оцениваю свои перспективы. Ксения мне понравилась, хорошая девочка. Наталья Васильевна, разумеется, будет куда сильней, но ей не по статусу заниматься теми вещами, которыми должна заниматься главная целительница княжества. Ей судьба стать княгиней.

— Вы так уверенно об этом говорите.

— Ваш дед, Петр Аркадьевич, как-то сказал, что достоинство и княжество Вороновым вернет отторгнутый от рода внук. Вы на это место подходите как нельзя лучше.

— Он с вами делился своими предсказаниями?

— Иногда. Когда мы с ним виделись, — погрустнела она. — Наверное, я должна была рассказать сразу, чтобы между нами не было недоговоренностей. Знаете ли, Петр Аркадьевич, почему я не переношу его супругу? Потому что на ее месте должна была быть я. Мария вышла за Костю обманом. Это не принесло счастья ни ей, ни ему, ни, разумеется, мне. Я не смогла его забыть и выйти замуж за другого, ушла в работу. Поэтому и добилась того, чего добилась. Я, не побоюсь этого слова, лучший целитель империи. А любила и люблю только Костю. Вы на него совсем не похожи. Но и на нее — тоже.

— Я в маменьку пошел.

— И слава богу, — решительно сказала она. — Так что, Петр Аркадьевич, ваш дед предсказал вам великое будущее. Он говорил, что оставит конверт для семьи, но с высокой вероятностью Мария его уничтожит. Впрочем, это дела Вороновых, я к ним никогда отношения не имела.

— Почему же, Екатерина Прохоровна, вы как раз имеете вполне определенное отношение. И собираетесь стать главным княжеским целителем. Не потому ли, что Константин Александрович это предвидел?

— Если он это предвидел, он бы никогда мне не сказал, потому что знание могло повлиять на решение. Решение было моим собственным, Петр Аркадьевич. Но хватит об этом. Вернемся к Шабаршиной. Я беру ее в личные ученицы.

— А что по этому поводу думает ее жених?

— Какой жених? Она ни о каком женихе не говорила.

— Возможно, уже муж? — неуверенно предположил я, потому что внезапно понял: в разговоре с Шабаршиной тема ее спутника-алхимика вообще не поднималась.

— И о муже тоже.

— С ней собирался приехать парень-алхимик.

Точнее, она хотела взять его с собой, сам он особого желания не выказывал. И, похоже, не приедет, иначе Шабаршина бы непременно договаривалась бы и за него.

— Алхимиков в Озерном Ключе нет, я бы знала. Да и вы бы знали, поскольку им положена охрана. Ксения запрашивала охрану только для себя.

— Поругались, наверное, — задумчиво сказал я. — Парню не нравилась идея идти под клятву, он на собеседование только ради невесты пришел.

— Она девушка видная, без пары не останется, Петр Аркадьевич. Может, алхимика и получит, но другого. За ней наш Григорий увивается.

— Недолго ему увиваться. Мы как поедем, его с собой заберем, учиться отправим.

Одного его я в сложившейся ситуации не рискнул отправлять, хотя документы уже пора было подавать. Мало ли к чему могут придраться в бумаге с результатами его экзаменов, о которых Павел Валентинович не мудрствуя лукаво договорился в соседнем городке, где была гимназия. Григорий сдал всё очень хорошо, но у столичного университета, куда мы настроились его отправить, могли быть свои требования, по которым он не проходил. Вопрос его обучения был в некотором роде политическим: я не мог его отдать в учебное заведение под патронажем другого князя, только императора, а это очень ограничивало. Поскольку на огрызке вороновских земель не было никаких учебных заведений.

Сам же Прохоров в последнее время бухтел с повышенной активностью, что он обойдется и без университетов, на личном таланте выедет, и теперь я понимал почему. Понимал, но не поддерживал. Нравится девушка? Так должен понимать, что не получишь образования — она будет всегда на тебя смотреть сверху вниз, каким бы талантливым алхимиком ты ни был. Нужно будет с Гришей переговорить по этому вопросу, мозги вправить. А то захочет здесь задержаться — год потеряет, а чужую невесту не переманит.

— Второй алхимик нам бы не помешал, — заметила Даньшина. — Нина Валентиновна одна не справится.

— Из Святославска будем присылать регулярно. А Прохоров, может, и завербует кого в университете. Ему прекрасно удается добиваться своего, — вспомнил я о дополнительных планах, с ним связанных. — Глядишь, и других специалистов найдет. Ему здесь и развернуться особо негде.

— Как это, Петр Аркадьевич? А убедить целительницу остаться именно у нас? — захихикала Даньшина.

Собирались мы выехать через два дня. Именно столько попросил Валерон ему выделить для наблюдения за базой, в которую он не мог проникнуть, но которая его очень волновала с точки зрения возможной компенсации. Я решил времени напрасно не терять и как оправился от открытия источников, уходил в зону, вытаскивая оттуда и кристаллы, и ингредиенты в количествах, которые мне еще придется как-то использовать.

Лёня при создании источника (который вышел больше, чем у отца) получил не только сродство к Огню, но и сродство к механике. В честь этого я ему презентовал схему механического паука. Так что когда он не ковырялся в мастерской, то отрабатывал два заклинания: Искру, которая выдалась вместе с источником, и Огненную плеть, которую я тоже дал. Давал, разумеется, не направленно навык и схему, а просто выбрал сто кристаллов в подарок, среди которых и нашлись нужные для Лёни. А вот Выносливость ему выдалась только второго уровня — как и предсказывала Даньшина, для моего брата процесс обретения источника прошел куда легче, чем для его отца.

Отчим к развитию собственного дара и дара сына подошел со всей ответственностью: закупил кристаллов на значительную сумму под предлогом подарка мне. Прислал он сюда пакет курьером. Таиться им предстоит недолго. Лёня официально поедет в Лабиринт через месяц, а его отец — через полтора. А дальше уже смогут закупать кристаллы открыто. В том, что они будут ходить за ними в зону, я сильно сомневался. Не тот это риск, на который готов пойти отчим.

От идеи купить определяющий артефакт отчим не отказался, но пока все его переговоры в этом направлении терпели фиаско. Я даже подумывал, не сделать ли ему такой артефакт, но побоялся, что не смогу скрыть свое участие в изготовлении — слишком уж у меня были пока ограниченные умения — и это при бонусных профессиональных навыках, выданных мне фактически авансом, а не за упорный труд. Переговорные артефакты При походах в зону нак и не давались, хотя, казалось бы, я делал всё строго по схеме. Но выходило что-то не то.

Навыки продолжали ко мне прилипать. К ядовитым плевку и укусу добавилось ядовитое дыхание. Всю эту группу я сливал, деля между Воздействием на разум и Убедительностью, которые достигли восемнадцатого и четвертого уровня. Убедительность была навыком пассивным, поэтому будет подниматься и сама, но пока ее следовало дорастить до приличных значений. А уж дальше перебрасывать буду только в Воздействие на разум и иммунитет к нему, которые сейчас как раз сравнялись по уровням.

Остальные навыки тоже поднимались сами и в результате использования, и в результате прилипания. Лидировала, разумеется, Искра. До сотого уровня ей не хватало всего единички — а там и об улучшении сродства можно подумать. Теневая стрела отставала от нее на немного — уровень у нее был девяносто четвертый.

С кого-то цепанулся иммунитет к магии Огня, и теперь у меня не хватало из стихийных только иммунитета к магии Земли. Тоже полезные навыки, особенно в борьбе с магами.

Ощущение чужого внимания взяло двадцатый уровень. И было это исключительно за счет тварей, потому что мы уходили глубоко, на пару дней, и людей не встречали. Валерон регулярно проверял наблюдательные пункты, но больше в них никого не было — не рисковали скверники туда людей отправлять.

Еще из очень полезных навыков поднялся Нюх на магию — до пятого уровня.

Ну и, разумеется, продолжала сама расти Мимикрия, которая нынче стала аж девятнадцатого уровня. Я подумывал глянуть, что она даст после двадцатого, а потом уже решать, сливать ее куда-либо или всё же она мне пригодится. Я так и не разобрался, с кого она мне падает. И где — тоже. А то вышел бы идеальный вариант прокачки: пробежался туда-сюда, нацеплял уровней Мимикрии, а затем слил их в нужные навыки…

Поскольку Незаметность я использовал часто, она поднялась до восемнадцатого уровня, а вот Видящего использовать не получалось — займусь просмотром кристаллов в Святославске.

Да и жалко было тратить на это время, когда столько всего было недоделано. Главным образом — автомобили. Маленький фургон для Демина я завершил, а вот с открытыми бортами для сыпучих грузов — пока нет. Для него только недавно пришел заказанный металл — делать мы грузовичок сразу собирались из обычного железа, потому что в таких объемах механизмусов из зоны не натаскаешься.

Даже с учетом нового увеличенного сундука Макоши. Он действительно оказался сундуком внешне, то есть к спине его не прикрепишь, только багажником. Зато там была откидывающаяся крышка и потрясающая грузоподъемность, ограниченная только тем, проходит или нет груз в сундук. То есть, к примеру, стол я туда запихать не мог, если не разбирать его на ножки и столешницу. А если разобрать — ограничивалось шириной столешницы, то есть тоже не всякая войдет.

Что касается основной цели — перевозки скверников к месту активации реликвий, то для этого Большой сундук Макоши подходил идеально. Оставалось только поймать хоть какого-то и убедиться, что он там не сдохнет.

С последним наблюдались проблемы. Популяцию скверников в княжестве мы выкосили под ноль, восстанавливаться ей было не с чего. Валерон в Озерный Ключ регулярно наведывался именно с целью проверки злоумышляющих на нас скверников, но никого не находил, хотя уж в его тщательной проверке я не сомневался.

Скверники затаились, и брать их было неоткуда. Разве что с базы под Камнеградом, вокруг которой с интересом вертелся Валерон в последние дни, выслеживая нашего главного местного врага — Базанина. На всякий случай я выдал ему щепки со Слиянием осколков, но те осколки, что были в нем, предложил оставить в поместье, потому что печать начинала беспокоить, а успокаивалась она только после конкретных действий, совершенных лично мной. Все собранные Валероном реликвии, к сожалению, не учитывались. Поэтому, если что помощник сможет выцепить, соединять в реликвии заклинанием буду уже я.

Вообще, это постоянное чувство поводка угнетало, от печати хотелось избавиться как можно скорее, а то уже год прошел, две реликвии восстановлены, а печать как была, так и осталась. Это сильно печалило.

— Открывай крышку! — возбужденно тявкнул вывалившийся передо мной Валерон. — Проверять сундук будем!

Тормозить я не стал, метнулся к Большому сундуку Макоши и распахнул. Незнакомый скверник ухнул туда, после чего крышку я захлопнул сразу, иначе стазис не работал, и спросил:

— Это кто?

— Это гонец к Базанину. По-хорошему, за ним проследить надо было, но это время, поэтому я подумал, что можно будет допросить так. Возможно, это получится быстрее, потому что он собирался еще на две базы заходить, а это через зону, где его в любой момент могут сожрать.

— Кто его сожрет? — скептически спросил я. — У него наверняка нужный навык раскачан, если он спокойно ходит по зоне.

— Чего это спокойно ходит? Уже нет, — возмутился Валерон. — И если я смог до него добраться, то твари на это тоже способны. А так-то он хороший, жирный. Навыки под сотню раскачаны. Печать личной клятвы есть. Смотреть будем здесь или в Святославске?

— Здесь, — решил я. — Потому что здесь есть люди, умеющие вести допрос. И опять же, запихивая преступника в Каменного стража, мы не привлекаем нездорового внимания зевак.

— Хикари можно попросить прикрыть, — предложил Валерон.

— Точно?

— Я так думаю. Или ночью допросим. Мне не терпится убедиться, что скверник не испортится за полгода.

— Испортится — другого найдем, — решил я. — А допросить надо сейчас, потому что мне нужен Базанин с осколками. У этого не было ничего?

— И у этого не было, и в базе не было, — отчитался Валерон. — Я с ним зашел и вышел тоже с ним. В базе сидит двадцать одна штука. Меньше пятидесятого уровня навыков Скверны ни у кого нет. Сидят безвылазно, что им уже поднадоело. Курьер приволок им кучу зелий. Я решил ничего не трогать, чтобы не выдавать своего появления. Вообще, база там хорошо оборудована, защитные заклинания — загляденье просто, отдельные спальные боксы, налаженный быт. Нужно будет базу аккуратно брать, чтобы ничего не испортить. Предлагаю с другим курьером. Всех я не смогу прихватить, максимум с десяток, если поднатужусь.

Он тяжело вздохнул.

— Думать надо. У них десяток исчезновений незамеченным не останется, остальные свяжутся с Базаниным, и он будет знать, на что мы способны.

— Не вижу другого варианта, — тявкнул Валерон. — Разве что раскачивать мое внутреннее хранилище до предела? Коробка конфет ежедневно. И две банки сгущенки.

— А это средство точно идет на увеличение твоего внутреннего пространства? — скептически спросил я, уж очень выразительно облизнулся Валерон после своей вдохновляющей речи.

— Не только на это. Но других вариантов всё равно нет, — ответил Валерон.

— А если ты ежедневно будешь получать запрошенное, то как скоро ты сможешь поместить всех?

Он задумался, что косвенно указывало на то, что рост внутреннего вместилища действительно идет от поглощения сладкого.

— Месяца три? — предположил он.

А нет. Он просто прикидывал, на сколько хватит моего терпения при такой диете для помощника. Да и фактически нам через три месяца можно уже задумываться о новом походе по восстановлению реликвии. Двадцать скверников стали бы отличной жертвой при активации реликвии.

— Подумаю, — ответил я.

— Ладно, я тогда до Маренина, а ты выбирай стража, которому скормишь мужика.

— Может, не скормлю, а опять в сундук отправлю, — возразил я. — Стражам всё равно, что есть. Можно будет вознаградить за удержание чем-нибудь другим.

— Они навоз очень уважают, — припомнил Валерон. — Даже больше, чем скверников. Подбирают сразу.

— Значит, заменим навозом. Замена как раз достойная.

Но сначала нужно будет мужика раздеть, проверить на тайники с ядом, а уже потом отправлять в Каменного стража. Этому типу позволить отравиться мы не можем. Он — наш билет к Базанину.