Вздорная невеста ректора

— Ты даже не представляешь, как много у нас к тебе вопросов, Гесия Рантон, — еле слышно прошептала Виора и уставилась мне в лицо, словно ожидая какой-то особой реакции. А что я? Я сжалась как от удара, отчего недавние раны после удаления крыльев заныли ещё сильнее. Кажется, некоторые даже открылись — бинты ощутимо намокли.
Я бросила затравленный взгляд на Ворса, и брат понарошку не подвёл.
— Что ты творишь, — шикнул он на свою возлюбленную. — Она ещё совсем слабая, а ты начинаешь!
— Ты предлагаешь подождать, когда она полностью оклемается и придумает отговорку? ты сам знаешь, что она мастер разных отговорок!
Ворс посмотрел на меня и извиняюще улыбнулся. В этой улыбке было что-то вроде «ну ты же знаешь, какая она», а ещё я поняла, что он на моей стороне. На моей, несмотря ни на что. Несмотря на то что он понятия не имеет, что это — быть на моей стороне.
— Я расскажу, — голос мой был ещё хриплым. Похоже, я всё-таки перегрелась в драконьем огне, несмотря на свой кулон, а ещё слишком сильно сцепляла зубы, чтобы не кричать в голос, когда жених вырывал мне эти отвратительные фейские крылья. — Я скрываюсь не от вас.
— Да, мы немного в курсе, — Виора расслабилась, лицо её сгладилось, исчезли воинственные складки между бровями. Всё-таки ссориться она со мной была не настроена, и я этому очень радовалась. Не в том положении, в каком я сейчас, разбрасываться друзьями! — Про то, что ты прячешься от жениха, нам рассказал твой настоящий брат.
И она глянула на Ворса испепеляющим взглядом. Братец мой виновато потупился. А я поняла, что даже мысленно считаю его братом. По-настоящему!
— Вот тут я с тобой поспорю, — запротестовала я. — Ворс мой брат. Может, не по крови, да. Но он самый настоящий мой брат, и за возможность его считать таковым я готова драться!
И я снова попыталась сесть ровнее, хотя спину по-прежнему будто пронзали острого стекла. Но взгляд Ворса — доверчивый и счастливый, стоил этих неудобств.
Виора притворно вздохнула.
— Да знаю я, — проворчала она. — Твой Гес также сказал. И Ворс подтвердил. Дурацкая странная семейка на мою голову!
— Я всё расскажу, — повторила я, возвращаясь к еде. — Но позже. Голова кружится, я чувствую себя так, словно меня пожевал и выплюнул дракон.
— Я поразмыслила ещё немного, вспомнила яростное недовольство Фроктейна и добавила:
— Причём дважды.
— О да, — немедленно поняла меня Виора. — Господин ректор вылетел отсюда злобный как дракон. Наорал на нас и потребовал принести тебе еды, будто мы сами не знаем, что тебе требуется для восстановления.
- И не позволил прийти к тебе остальным, — добавил Ворс недовольно. — А ведь это благодаря им твоя тайна осталась тайной!
Что же. Как оказалось, первой мою тайну узнала Лэсия. Ничего, собственно, удивительного. Лэсия очень наблюдательная и умная. Сначала она долго подозревала во мне эльфа. Я только что подумала, что она умная? В общем, я немного её переоценила.
А потом она поняла, что я скрываю совсем другую тайну.
Вот тут её фантазия забуксовала. Не в силах в одно очень любопытное лицо разгадать загадку, она решила не спросить у меня, а посоветоваться с Азалией. Полагаю, она считала, что я ей навру. Строго говоря, так бы, скорее всего, и случилось.
В общем, она поделилась своими изысканиями с Азалией, которая — вот сюрприз! — тоже меня подозревала. Вместе они сообразили, что свои тайны я храню в сумочке. Ещё некоторое время им потребовалось, чтобы понять, что зла я никому из них не желаю, вот уж за что спасибо большое.
Так что, едва пол в столовой обрушился — кстати, пострадать никто не пострадал, кроме столиков с уже поставленными на них подносами. Оказывается, транспортники неплохо умеют двигаться, если возникает такая надобность. Приятная новость. А некоторые даже умудрились решить, будто это проверка их способностей. Идиоты, лишь бы думать только о себе!
От нарисованных ранее мною картинок мои друзья были готовы увидеть полчища эльфов, драконов и зеркала, но вместо этого они увидели расплавленный драконом зал и нас с Риордом в коконе, прижатых друг к другу так близко, что не окажись на мне обрывков платья, а на нём довольно целых штанов, даже мои друзья подумали б совсем не о том. Что уж говорить о ректоре!
Прекрасно. Теперь мне тем паче нельзя, чтобы ректор узнал о наших с ним отношениях. А то решит, что я совсем ветреная. А я ведь совершенно не такая!
В результате Лэсия сообразила, что мою сумочку лучше прибрать подальше, а Азалия её прикрыла. Пока преподаватели разгоняли студентов, да пытались сообразить, что с нами, сумочка оказалась уже у Виоры, а у неё были свои способы спрятать что-то так, чтобы не нашли.
— Ты просто не представляешь, какой шум поднялся! — обрадовала меня подруга. — Я ведь даже не знала, что ещё нужно спрятать в комнате, чтобы тебя не выдать!
Как оказалось, крылья в моей спине заставили понервничать многих. Шутка ли дело, разумная фея в университете! Про фей знали многие, а преподаватели, похоже, были наслышаны и о том, как и для чего получаются такие феи.
Меня подумывали сначала убить, потом выставить из университета — да-да, я могла вылететь с учёбы, находясь в бессознательном состоянии!
Но тут ректор вспомнил про моего «дядюшку». Наверное, он надеялся, что тот испугается и заберёт меня сам. Тот отработал каждую вложенную в него монету и запретил даже думать о том, чтобы навредить его племяннице.
Дальше больше. У учителей создалось две коалиции. Брунхилд Бруновсеки настаивал на том, что я и так пострадала — он первым осмотрел меня и убедился, что крылья мне были вживлены, а не росли с самого начала. И он же первым поставил мне оценку по своему предмету, между прочим, отлично. Некоторые немедленно поддержали декана транспортников, другие оставались на стороне ректора, который пошёл на попятные и говорил о том, что, может, меня и не нужно выгонять, но и поощрять меня не за что.
— Он сделал ловушку на эльфов из университета, я попала в неё, хотя избегала этого всеми силами, — прошипела я как раненый дракон. — И я же ещё виновата! ненавижу его!
Виора смотрела с сочувствием.
— В любом случае, ты жива и скоро будешь здорова, и без этих ужасных крыльев, — попыталась утешить она меня. — Кстати, тебе они нужны?
— Забирай, — я даже смотреть не стала на мерзкие крылья. — Делай с ними что хочешь, хоть съешь. Мне всё равно.
По тому, как смущённо потупилась Виора, я поняла, что тему лучше не развивать. Никак не привыкну, что моя соседка не обычная девушка, а ламия!
— Ты отдыхай, — Ворс нервно оглянулся, услышав шум за дверью. — Ешь побольше. Завтра пообещали пустить нас всех, если ты будешь чувствовать себя лучше.
Я схватила его за руку.
— Наговори чего угодно, но сделай так, чтобы не пустили Риорда, — попросила я. Теперь, когда место, где мы заключили договор, разрушилось, я могла говорить о том, что он эльф. Но что толку? он тоже мог рассказать всем, что я невеста Эрихха.
А я не хотела сейчас даже думать о разговоре с Фроктейном, который вдруг обнаружил, что именно я его невеста.
— Даже не сомневайся, — серьёзно ответила подруга. — Сделаю всё, чтобы тебе не пришлось с ним встретиться, пока ты не восстановишься.
Я ей благодарно улыбнулась и осторожно откинулась на подушки, надеясь, что раны не откроются слишком сильно и я не испачкаю ещё и эти простыни.
За нашими разговорами еда постепенно закончилась, и я вернула Ворсу тарелку, больше похожую на поднос, а вот вилку и столовый нож я сунула под подушку под внимательными и понимающими взглядами друзей. Просто на всякий случай.
После плотного обеда — или это был ужин? — мой обессиленный организм потянуло в сон. Глаза слипались, и друзья понимающе покинули комнату.
Но для сна было не время. Я потрясла головой, избавляясь от приступа сонливости, и наконец взяла свою сумочку. Проверять все вещи у меня не было ни времени, ни желания. Меня интересовала лишь одна вещь — моё зеркальце.
Немного с опаской я вызвала Геса. Вдруг он всё разболтал родителям, и теперь вопрос времени, когда они заявятся? Или у него забрали зеркало и возможность с ней общаться, или...
Чем больше я об этом думала, тем больше переживала. К счастью, Гес откликнулся мгновенно.
Секунду он вглядывался в моё лицо, а потом его глаза засияли и улыбка с его особенными ямочками на щеках показалась на лице.
— Сестрёнка! — выдохнул он. — Как же ты нас всех напугала!
Я только кивнула, не в силах скрыть собственную улыбку. Как же я рада была видеть Геса, с ума сойти! Да дракон не так рад увидеть кусок мяса, как я была рада своему брату. А я знаю, о чём говорю, ради куска мяса дракон и свой хвост укусить может!
— Напугала, — согласилась я. — Ты бы знал, как я себя напугала! Но если бы не твоя помощь, мы бы с тобой сейчас не разговаривали. Ты спас мне жизнь, братик.
Гес наморщил нос. Ну да, я не ради красного словца это сказала. Строго говоря, сейчас он мог пободаться с родителями за опекунство надо мной. Только вот он бы обязательно проиграл, ведь опекуном становится тот, кто лучше может обеспечить нужды опекаемого. А брат пока что сам был опекаемым и не имел собственной работы или отдельного жилья. Так что, мечты-мечты.
— Так что, — сменил щекотливую тему брат и не нашёл ничего, кроме как ухватиться за ещё более щекотливую. — Ты теперь фея?
Я смотрела на него и пыталась найти во взгляде ужас, брезгливость или что-то вроде того, что я сама испытывала при мысли о своих крыльях. Но нет, на его лице была лишь тревога за меня и самая капелька любопытства.
— А если да? — всё же спросила я, не в силах ориентироваться только на взгляд брата.
— Эрихх на тебе не женится, наверное, — бесхитростно ответил брат. — Так что сможешь спокойно вернуться домой. Драконы вроде к феям нормально. Не жрут их. Может, феи невкусные просто?
— Идиот, — мне от облегчения хотелось рассмеяться. — Я не фея. Я попросила Эрихха вырвать мне крылья.
— Оу! — брат моргнул. — Ты что же, призналась ему?
— Да ни за что, — я едва не взвизгнула от возмущения. Как будто Гес забыл, с кем разговаривает! Меня дракону не разговорить, не то что надутому от самомнения и не видящему дальше носа ректору университета! — Облезет, рассказывать ему. Просто попросила. Настойчиво. А он так встал поливать меня своим недовольством, что согласился.
— Бедный мой дракончик, — пожалел меня брат. — Больно было?
— Не больнее, чем гореть, — честно призналась я. — Кокон немного медленнее, чем я рассчитывала. Или дело в том, что я была в этот момент с крыльями. Проверять не хочется.
— Не вздумай даже проверять! — непритворно испугался Гес. — Я чуть ума не лишился, когда твоё зеркало оказалось у этих девушек! Я ведь знал, что Зайка спалила половину пещеры, как раз в том месте, где был портал! А тут ещё они! Ты у меня единственная сестра. Это ты там братьев развела новых!
— Не ревнуй, — я снова рассмеялась, хотя было ещё больно двигаться. Но с Гесом нельзя иначе. Он всегда меня смешил и поддерживал, мой лучший на свете брат. — Ворс — брат двоюродный, да и без него я бы совсем пропала.
— Я так и понял, — пробурчал Гес. — Но он разбил нос этому твоему проклятому ухажёру, уже это его извиняет. А если разобьёт нос ещё и надутому, как пережравший дракон, Фроктейну, я лично впишу его в семью Рантонов.
— Тоже мне, большое счастье, — фыркнула я, но на самом деле была тронута. Оба брата — и настоящих, и понарошечный, так трогательно заботились обо мне. Иногда мне казалось, что я этого просто не заслужила.
— Получается, Фроктейн так и не подозревает, кто ты, — снова сменил тему брат. — И ты перешла во второй семестр, а значит, вернуть тебя силой родители не смогут. Но если они узнают, что ты там...
— Они немедленно расскажут Фроктейну, — закончила за него я. — А значит, я должна раньше сделать всё возможное, чтобы он не захотел меня знать.
— Сестрёнка, ты только там не перестарайся, — встревоженно попросил меня брат. — Он всё ещё может выгнать тебя из университета сам, он же ректор! если ты будешь срывать занятия или портить имущество...
— не переживай, — успокоила я Геса. — Я придумаю что-то менее тривиальное. Или ты во мне сомневаешься?
— Нет, — брат снова улыбнулся, но как-то грустно. — Чтоб меня дракон сожрал, Гесси, я так скучаю! Неужели мы не увидимся ещё три с половиной года?
— я уверена, что мы найдём способ встретиться раньше, — уверила я его. — я планирую попроситься к одной из подруг на лето или же останусь в Каптерисе у своего «дядюшки». И мы сможем встретиться в городе, подальше от родителей. А Фроктейн к этому моменту и смотреть в мою сторону не сможет, уж это я могу устроить!
Настроение моё улучшилось. Пожалуй, впервые с момента, как я очнулась, я почувствовала себя по-настоящему хорошо. А ведь по сути чего мне печалиться? Я выжила. Не лишилась рук-ног или глаз, даже моя коса всё ещё была при мне!

Мне даже не пришлось сдавать экзамены, чтобы перейти в следующий семестр, а мои друзья оказались крепче, чем я рассчитывала, и спокойнее приняли то, что я выдаю себя за другого человека.
Если подумать, то у меня сейчас всего одна серьёзная проблема — Риорд. Потерял он память или нет, но он оставался эльфом, который собирался провести в университет эльфов и драконов, а ещё убил тут, прямо под носом ректора и деканов девушку, и планировал точно так же поступить со мной.
Пока он не мог проникнуть ко мне из-за того, что мне были запрещены долгие и многочисленные встречи, Ворса и Виору-то едва пропустили. Но едва я поправлюсь, как мне придётся столкнуться с моим несостоявшимся убийцей лицом к лицу.
И, как не стыдно мне было это признавать, я страшилась этой встречи. Чтоб дракон меня покусал, я никогда ничего не боялась. Ау, я же из семьи, внутри каждого из которых почти что драконье пламя! И пусть мой огонёк едва теплился, а не бушевал, как у Ирис, мой характер был закалён драконьим огнём и порывами ветра на такой высоте, что бояться просто нет времени и сил. И вот я теперь боялась? Это злило меня едва ли не больше неправомерных упрёков Фроктейна, который решил сбросить все свои неудачи с ловушкой в университете, полном студентов, на меня.
Я не имею права бояться. Пусть Риорд боится меня. Ведь будь во мне чуть больше крови и сил, я бы придушила эту гадину в коконе или выкинула раньше под огненный поток, ещё до того, как кокон закрылся над нами.
Сейчас же я понимала, что у меня не так уж много шансов доделать начатое. Если только Риорд не нападёт на меня первым. Я и ждала этого и страшилась. Мы до сих пор понятия не имели, кто помогал Риорду, ясно лишь было, что один он на такое способен не был.
Возможно, Эрихх был чуточку прав, ведь раскрыть всех эльфов, пробравшихся в университет, было важнее, чем одна я. Но как он собирался это делать? Дождаться, когда в университет хлынут войска? Да студенты чудом не пострадали, когда обрушился пол в столовой, а это было пламя одной зайки, которая и не собиралась пытаться пролезть в узкий портал.
Новая мысль едва не заставила меня вскрикнуть. Что, если проблема в другом? И Фроктейн не нарочно подставляет под удар весь университет. Он такой заумный и гениальный, но просто понятия не имеет, насколько ужасны драконы?
Он ведь вряд ли летал на них или кормил их. Или видел, как легко любой из них может сжечь человека.
Если бы он приехал лично к Рантонам лично, чтобы познакомиться со мной, ему обязательно показали бы драконов. И он бы не стал думать, будто это так просто!
От этой мысли я проснулась. Удивительное дело, я даже не заметила, как задремала. Видимо, слабость и сытная еда требовали ещё и сна, чтобы выздоровление шло быстрее.
Уже наступила ночь, так что мой сон был самым логичным делом. Только вот в помещении я была не одна.
По тому, как тихо двигался неизвестный, я догадалась, что это не лекарь. Ведь всем известно, что нет существ более шумных, чем лекари и целители, пытающиеся не разбудить больного.
Я замерла и выровняла дыхание, словно всё ещё сплю.
Неизвестный переместился ближе к кровати. Ближе, ближе. А у меня только вилка и столовый нож, и те спрятаны под подушкой!
Наконец, он подошёл к кровати и остановился у моего изголовья.
Тяжелее всего было не сбить дыхание, но мне это не помогло.
— Я знаю, что ты не спишь, — услышала я шёпот. — Открой глаза.