Warcraft (Наследие)

Глава 1: Шепот Льдов

Холодный ветер, словно лезвие, резал щеки Эйрин, пока она поднималась по заснеженному склону. Под ногами хрустел лед, смешанный с пеплом — следы недавней стычки с людьми Альянса у подножия Ледяного Предела. Она остановилась, чтобы перевести дыхание, и ее взгляд упал на долину внизу. Там, среди острых скал, дымились остатки лагеря клана Морозных Волков. *«Отец не одобрил бы этого»*, — подумала она, сжимая в руке тотем ветра, обвязанный шкурой белого волка. Тотем отца. Последнее, что от него осталось.

Клан выживал здесь веками, но теперь все менялось. Ледники, которые когда-то защищали их земли, таяли с пугающей скоростью, обнажая черные камни с мерцающими рунами — наследие титанов. Эйрин слышала, как старейшины шептались у костров: *«Духи гневаются. Они требуют крови за нарушенный обет»*. Но чьей крови? Орды, которая копала шахты в священных пещерах? Альянса, который сжигал леса ради крепостей? Или… кого-то другого?

Внезапно земля дрогнула. Снежная лавина обрушилась справа, а из трещины в скале вырвался вихрь инея. Эйрин едва успела поднять тотем, призывая защиту земли. Каменная стена взметнулась перед ней, приняв удар ледяных осколков. Но это была не атака людей или машин. Из вихря возникла фигура — гигантский элементаль льда, его тело искрилось синевой Бездны, а в глазах плясали фиолетовые отсветы.

— **Ты… ннесшщщ… гниение…** — завыл элементаль, его голос звучал как скрежет льда под прессом.

Эйрин отступила, чувствуя, как духи стихий вокруг нее мечутся в панике. Воздух стал густым, вода в ее фляге закипела, а земля под ногами застонала. *«Они боятся его»*, — поняла она. Шаманка бросила тотем огня, и пламя ударило в грудь чудовища, но вместо трещин на его теле появились… черные жилы. Как щупальца.

— **СлЕдуй… за мной… или сгинь…** — элементаль рухнул, рассыпавшись на тысячи осколков, но перед исчезновением указал ледяной рукой на север. Туда, где небо было окрашено в ядовито-бирюзовый свет — к Ледяной Бездне.

Эйрин дрожала не от холода. Она знала этот почерк. Тьма, которая говорила голосом стихий — такое бывало только в кошмарах шаманов.

Лагерь клана встретил ее молчанием. Воины смотрели в землю, избегая ее взгляда. В шатре вождя, который теперь был ее шатром, пахло лечебными травами и горечью поражения. На столе лежала карта, испещренная отметками Альянса: красные флажки окружали Ледяной Предел, словно удавка.

— **Эйрин**, — хриплый голос заставил ее обернуться. В проеме палатки стоял Гриззек, таурен-следопыт, его рога были обмотаны оберегами от злых духов, а на плече висела полузамерзшая тушь кролика. — **Духи снегов говорили со мной. Они зовут тебя к Бездне. Но там… не только лед**.

— Ты видел это? — она кивнула на карту. — Альянс уже здесь. А теперь эти… оскверненные элементали. Если мы не остановим это первыми…

— **Остановить?** — Гриззек фыркнул, разжигая огонь в очаге. — **Ты думаешь, это битва? Это охота. И добыча — не зверь, а правда**.

Он бросил в огонь горсть таинственного порошка, и пламя вспыхнуло зеленым. В дыме Эйрин увидела силуэты: огромные машины с печатями Альянса, копающие лед у Бездны; дренея в рваном плаще, читающего древние тексты у алтаря; и… ее собственную руку, сжатую вокруг клинка, испещренного рунами, которых она не знала.

— **Келдар Вестник Ветров**, — пробормотал таурен. — **Он ждет тебя у Ступеней Вечности. Но спеши — Кованый Альянс уже нашел "Сердце"**.

Той же ночью Эйрин покинула лагерь, взяв лишь волчью упряжку и мешок с припасами. Лунный свет пробивался сквозь тучи, окрашивая снег в серебро. Она шла на север, следуя за шепотом духов, пока не достигла края пропасти — Ледяной Бездны.

Здесь воздух звенел, как натянутая струна. Ледяные пики вздымались ввысь, образуя арки, словно порталы в иные миры. А внизу, в глубине, пульсировало синее сияние. Эйрин осторожно приблизилась к краю, и в этот момент земля содрогнулась. Из бездны вырвался столб искаженной магии, а вместе с ним — фигура в рваном плаще, падающая прямо на нее.

Это был дреней. Его рога были сломаны, а в глазах горела паника.

— **Они… они пробудили Его!** — прохрипел он, хватая Эйрин за руку. — **Алгалон… Он в…**

Грохот перекрыл его слова. Со дна пропасти поднялась тень, огромная, как гора. Два синих глаза, холоднее полярной ночи, уставились на них. Эйрин почувствовала, как ее дар шамана — связь со стихиями — начал меркнуть, будто кто-то высасывал из нее жизнь.

— **Беги!** — закричал дреней, толкая ее назад. — **Пока Он не…**

Но было поздно. Лед вокруг них ожил, сформировав гигантскую лапу, которая схватила дренея и увлекла в бездну. Его крик оборвался, а Эйрин, падая на колени, увидела, как в сиянии вновь мелькнул черный клинок — точно такой же, как в видении.

И тогда она услышала Голос. Не духа, не смертного — нечто древнее, бесконечное.

**«Смертные… Вы — ошибка. Но даже ошибки… должны быть стерты»**.

Эйрин отползла от края пропасти, цепляясь за выступы льда, каждый вдох обжигал легкие. Рука дренея, исчезнувшего в бездне, будто все еще сжимала ее запястье холодным призрачным хватом. *«Алгалон…»* — имя, произнесенное чужими устами, висело в воздухе, как проклятие. Она вглядывалась в синеву глубин, ожидая, что тень снова поднимется, но вокруг воцарилась мертвая тишина. Даже ветер стих, будто сама стихия затаила дыхание.

И тогда она заметила его — клинок. Он лежал в метре от края, вонзившись в лед, как будто его бросили с силой, способной расколоть гору. Лезвие было черным, словно вырезанным из ночного неба, а по обуху ползли мерцающие фиолетовые руны. Эйрин протянула руку, но едва пальцы коснулись рукояти, в висках ударила волна боли. Видения захлестнули ее:

*Ледяные пустоши, затянутые пеленой инея. Армия элементалей, скованных цепями из тьмы, марширует к гигантскому монолиту с высеченным символом — глазом внутри треугольника. У его подножия стоит фигура в доспехах цвета ржавой крови, ее лицо скрыто шлемом с шипами. Она поднимает клинок, и монолит оживает, испуская луч света в небо...*

— **Не трогай его!** — резкий голос разорвал видение. Эйрин отдернула руку, обернувшись. На уступе скалы, выше нее, стояла женщина в латах Альянса, ее плащ развевался на ветру, как крыло ворона. В одной руке она сжимала двуручный меч, в другой — маску с треснувшим стеклом, закрывавшую половину лица. Но самое странное — ее глаза. Левый горел голубым светом, как у рыцарей смерти, а правый был… обычным. Человеческим.

— **Этот клинок не для таких, как ты**, — женщина спрыгнула вниз, снег хрустнул под ее сапогами. — **Он сожрет твою душу, прежде чем ты успеешь вздохнуть**.

Эйрин встала, сжимая тотем отца. Духи всё еще молчали, но она чувствовала их присутствие — испуганное, отдаленное.

— Ты из Кованого Альянса? — процедила она, вспоминая слова Гриззека. — Ваши машины копают лед, ваши инженеры воруют артефакты…

Женщина рассмеялась, но в смехе не было веселья.

— **Кованый Альянс? Эти щенки?** — она плюнула в снег. — **Они лишь марионетки. Как и ты. Как и я… когда-то**.

Она сделала шаг ближе, и Эйрин увидела, что на ее доспехах выгравированы символы Плети — скрещенные кости и капля крови. Но поверх них — грубо зачерненные следы молота.

— **Я Лира Светлый Клинок. Вернее, то, что от нее осталось**, — женщина поднесла меч к горлу Эйрин, но не нанесла удар. — **И этот клинок… Он мой. Он зовет меня. Ты слышишь?**

Эйрин прислушалась. Да, сквозь свист ветра пробивался шепот — не язык стихий, а что-то чужеродное, колдовское. Он исходил от черного лезвия.

— Зачем тебе это? — спросила шаманка, стараясь не дрогнуть.

— **Чтобы убить того, кто сделал меня этим**, — Лира опустила меч и резко повернулась к Бездне. — **Он здесь. Он смотрит. И если мы не уничтожим Сердце Имира прежде, чем Алгалон его активирует…**

Грохот, заглушивший ее слова, был громче, чем раньше. Ледяные арки вокруг них затрещали, а со дна пропасти поднялся туман, гигантскую спираль. Внутри тумана замерцали силуэты — сотни элементалей, скованных цепями, их тела искажены черной магией.

— **Беги!** — крикнула Лира, хватая Эйрин за руку. — **Он послал стражей!**

Но бежать было некуда. Со всех сторон из тумана выходили Оскверненные элементали, их ледяные тела покрыты паутиной темных жил. Лира взревела, вскинув меч, и бросилась в бой, рассекая первого элементаля ударом, от которого искры тьмы разлетелись, как осколки стекла. Эйрин попыталась призвать огонь, но духи не откликнулись. Вместо этого в пальцах заныла старая рана — шрам от клинка Альянса, полученный в день смерти отца.

— **Используй это!** — Лира, отбиваясь от трех элементалей одновременно, кивнула на черный клинок. — **Он даст силу, но цена… ты знаешь цену!**

Эйрин посмотрела на лезвие. Руны на нем теперь светились ярче, словно призывая. Она вспомнила видение: армия, монолит, Алгалон… *«Что бы сделал отец?»* — мелькнуло в голове. Но отец был мертв. А мир — на краю.

Она схватила клинок.

Боль пронзила руку, как тысяча игл. Тьма заползла в вены, и внезапно… стихии заговорили. Но не так, как раньше. Их голоса стали хриплыми, полными ненависти.

— **Ломай… Уничтожай…** — шептали они, и Эйрин, против своей воли, взмахнула клинком. Волна искаженной магии ударила в элементалей, превращая их в черную жидкость, которая закипела и испарилась.

— **Довольно!** — Лира вырвала клинок из ее рук, швырнув его в снег. — **Ты хочешь стать как я? Пустой оболочкой?**

Эйрин упала на колени, её тело тряслось. Рука, державшая клинок, почернела, как обугленная, но боль уже утихала, оставляя онемение.

— Почему… ты помогаешь мне? — прошептала она.

Лира замерла. Ее голубой глаз сузился.

— **Потому что ты видела Его. Алгалона. А те, кто видит Его… обречены. Как и я**.

Внезапно земля содрогнулась с новой силой. Туман над Бездной рассеялся, открывая огромную платформу изо льда, поднимающуюся из глубин. На ней стояли фигуры в багровых мантиях — люди и гномы с символами Кованого Альянса на броне. В центре платформы пульсировал кристалл размером с великана — **Сердце Имира**, испещренное трещинами, из которых сочился черный дым.

— **Слишком поздно…** — пробормотала Лира. — **Они уже начали ритуал**.

Одна из фигур у кристалла подняла руки, и Эйрин узнала в ней дренея из своего видения — Келдара Вестника Ветров. Но его лицо было искажено безумием, а глаза… глаза светились тем же бирюзовым светом, что и бездна.

— **Он под контролем**, — поняла Эйрин. — **Алгалон использует его, как марионетку!**

Келдар заговорил на языке титанов, и кристалл начал вращаться, испуская волны энергии. Лед вокруг платформы трескался, образуя пропасти, а в небе сгущались тучи, из которых посыпались черные снежинки.

— **Надо остановить их!** — Эйрин попыталась встать, но Лира схватила ее за плечо.

— **Ты не сможешь. Твои духи молчат, а клинок…** — она посмотрела на черное лезвие, — **…клиток возьмет твою душу. Но есть другой путь**.

Рыцарь смерти достала из-за пояса амулет — клык, обвитый серебряной нитью.

— **Этот артефакт открывает туннели подо льдом. Там есть храм… место, где духи стихий сильны, даже сейчас. Если ты дойдешь, возможно, восстановишь связь**.

— А ты? — спросила Эйрин, забирая амулет.

— **Я задержу их**, — Лира повернулась к платформе, где Келдар начинал новую фазу ритуала. — **И постараюсь напомнить этому дренею, кто он на самом деле…**

Она бросилась вперед, её меч рассек воздух с воем проклятой души. Эйрин, стиснув амулет, побежала вдоль края Бездны, следуя за слабым шепотом духов, который наконец пробился сквозь тьму.

*«На запад… Ищи трещину, отмеченную знаком воды…»*

Лед под ногами трещал, черный снег слепил глаза, но она бежала, пока не увидела его — узкий проход в скале, над которым висел обледеневший тотем в форме волны. Внутри пещеры мерцал тусклый свет, и Эйрин, спотыкаясь, двинулась к нему.

Но в последний момент тень от стены ожила.

— **Не дальше, шаманка**, — из мрака вышел гном в инженерных очках, его пальцы сжимали пистолет с рунами на стволе. За ним стояли солдаты Альянса, их доспехи украшал символ Кованого Альянса — молот, разбивающий гору. — **Ты не испортишь наш праздник. Лорд Алгалон обещал нам власть… а мы ненавидим, когда нам лгут**.

Он навел ствол на Эйрин.

— **Прощай**.

Выстрел грянул...