Warhammer 40000 не злите фермера

Планета Спектрум 2b была аграрным миром лишь по названию. Для 20-летнего Клауса это была не плодородная равнина, а бесконечная, грязная истязающая рутина под вечно хмурым, коричневатым небом, которое едва пропускало слабый свет местного солнца. Не было ни зелени, ни полей в привычном понимании: только километры стальных, ржавеющих, гудящих Гипер-Плексов — многоуровневых вертикальных ферм, где в вязкой питательной пасте выращивались генно-модифицированные культуры для прокорма ближайших Ульев.

Клаус работал на своей небольшой, унаследованной, но обремененной кредитом делянке, которая едва покрывала долг перед планетарной Администрацией и вездесущей Корпорацией Семенных Банков. Он был один, а его единственными компаньонами были громоздкие, полуавтономные харвестеры, собранные из древних, чудом работающих запчастей. Его жизнь была сосредоточена на одном: успеть с циклом. Неудача означала долговую яму, из которой не было выбраться.

В этот день что-то пошло не так. Клаус спустился в один из нижних, самых продуктивных уровней своего Гипер-Плекса, где обычно царила стерильная, влажная атмосфера. Вместо этого его встретил едкий, кислый запах гниения, смешанный с запахом горелой изоляции и озона. Влага, которую Гипер-Плекс должен был рециркулировать, капала с потолка, покрытого слоем токсичной слизи.

«Нет, нет, нет…» — пробормотал он, спешно активируя ручной сканер, который прилип к его потной ладони.

Дисплей на его наручном датападе замерцал тревожно-красным. Автономный Узел Климат-Контроля — сложный, но необходимый блок, контролирующий температуру и состав газов, — выдавал цепочку криптографических ошибок. Он не просто сломался; его внутренняя матрица, его электронный мозг, была необратимо «сожжена». Это был фатальный отказ всего комплекса. Весь запас фотосинтетических семян нового цикла, хранившийся в крио-контейнере, превратился в липкую, непригодную слизь, а урожай, который должен был быть собран через две недели, начал необратимо разлагаться.

Клаус рухнул на колени, чувствуя, как его пот смешивается с вонью гниющего раствора. Он знал цифры. Стоимость новых семян, ремонта оборудования, штрафы за просрочку поставки — это было астрономическое число, в десятки раз превышающее его скромные накопления. Его единственным формальным кредитором был крупный землевладелец по имени Варг. Этот человек уже давно предлагал Клаусу «выход»: продать делянку и перейти на «контрактную службу» на его полях.

Контрактная служба. Это был эвфемизм, который все на Спектрум 2b понимали: ты получаешь койку, хлебную пасту и минимум воды, а взамен отдаешь свой труд на два десятилетия. Это было рабство, только с печатью Имперской Администрации на долговом обязательстве. Отец Клауса умер на такой «службе», и Клаус поклялся, что его ждет другая участь.

Поднимаясь, он отбросил сломанный сканер в лужу. Он не будет рабом. На Спектрум 2b существовала и другая власть, теневая. В самых грязных и темных закоулках ходили слухи о людях, которые жили по своим правилам, используя нечто запретное и древнее. Это была Мафия Гипер-Плекса, чей лидер, Штефан, управлял целыми районами, игнорируя Варгов и Администрацию. Путь туда вел в бездну, но Клаус уже стоял на краю.

Ему нужно было найти Штефана. И начать новую, опасную жизнь.

Понимая, что времени у него нет — Варг не будет ждать долго, чтобы активировать долговой ордер и забрать его участок, — Клаус оставил руины своего Гипер-Плекса и направился в Нижний Город. Это было место, которое официально не существовало на картах Администрации: лабиринт несанкционированных туннелей, заброшенных насосных станций и незаконно подключенных энергомагистралей, расположенных под основными аграрными комплексами. Именно здесь, по слухам, находился центр операций Мафии Гипер-Плекса.

Чтобы попасть туда, Клаус прошел через сеть обветшалых дренажных труб, его фермерский комбинезон быстро стал грязным и мокрым. Наконец, он вышел в огромный, слабо освещенный зал, где воздух был густым от испарений "сурогатного спирта" и запаха переработанной электроники. Это был хаотичный, но функциональный рынок контрабанды и запрещенных услуг.

Он нашел то, что искал, в полуразрушенном ангаре, где царила странная тишина среди общего шума. Двое массивных, покрытых татуировками "охранников" стояли перед тяжелой дверью, сделанной из бронированной пластины.

«Я ищу Штефана», — сказал Клаус, стараясь говорить уверенно, несмотря на дрожь в голосе.

Один из охранников, с вживленным в глаз кибернетическим имплантом, просканировал Клауса с головы до ног, остановившись на символе Администрации на его грязном комбинезоне. «Фермер? Нам тут не нужны навозные жуки. Проваливай, пока не пожалел».

«Мой Гипер-Плекс сгорел», — выпалил Клаус, понимая, что честность — единственный его шанс. «Я должен Варгу. Я знаю, что ваша организация может предложить мне выход. Я умею работать. Я не хочу рабства».

Имплант моргнул. Охранник переглянулся со вторым и, к удивлению Клауса, кивнул. «Подожди здесь».

Через несколько напряженных минут Клауса провели внутрь. За дверью находилось не логово бандитов, а нечто, напоминающее штаб: чистый, освещенный не тусклыми лампами, а мягким, пульсирующим фосфоресцирующим светом. В центре зала, сидя за столом из черного, зеркально отполированного материала, находился Штефан, лидер мафии. Это был человек с лицом, высеченным из камня, одетый в дорогую, но практичную одежду, а его взгляд был тяжелым и пронзительным. Рядом с ним стоял его заместитель, худощавый и нервный Йорн, который сосредоточенно чистил небольшой, невероятно элегантный пистолет, явно не имперского производства.

«Фермер. Говорят, ты не хочешь работать на Варгов», — голос Штефана был низким, как гул реактора.

«Я скорее умру, чем стану рабом, сэр. Я пришел за другим. Я готов делать то, что скажете».

Штефан усмехнулся. «Хорошо сказано. Твоя готовность к падению впечатляет. Мы дадим тебе работу, Клаус. Но ты должен понять, что мы не просто бандиты. Мы управляем этим миром, потому что Империум слишком медленный и глупый, чтобы делать это эффективно».

Так и началась новая жизнь Клауса. Спустя много времени мелкого служения мафии где Клаус добился успехов и уважения. Мафия признала Клауса. Клаус опять встретился со Штефаном.

Штефан кивнул Йорну. Тот подошел к стене и с помощью скрытой панели открыл стеклянный контейнер. Внутри лежали запретные технологии. Они были нечеловеческого происхождения, Эльдарские.

«Эта планета, Клаус, была некогда местом, куда приходили те, кого Администрация называет Ксеносами. Они оставили свои игрушки. Древние, невероятно мощные. И мы их нашли», — объяснил Штефан.

В контейнере лежала светящаяся, изящно изогнутая панель, сделанная из материала, похожего на кость, которая мерцала внутренним светом.

«Это Пси-Сенсорная Матрица. Она позволяет нам управлять Гипер-Плексами через их базовые нейросети, незаметно для Администрации. Мы контролируем цены, циклы, потоки воды, даже поломки, как та, что произошла у тебя. Наша сила в том, что мы можем создавать и устранять хаос. И ты будешь нашим техником-оператором», — Штефан указал на панель.

«Ты будешь учиться использовать это. Этому нет обучения в Империуме. Это гиперпанк — смешение древней, высокотехнологичной магии и грубой, имперской реальности. Твоя задача: поддерживать систему в рабочем состоянии, внедрять наши директивы и, главное, никому не говорить, что это такое. Если нас поймают — это смертный приговор, и для тебя, и для нас».

Клаус смотрел на светящийся артефакт. Он был чужим, опасным, но в его изящных линиях он видел спасение. Он кивнул.

«Я согласен. Я приму риск», — ответил он, впервые в жизни ощущая не только страх, но и волнение от прикосновения к истинной, запретной власти. Он стал частью Тени.

Новая жизнь Клауса была резким, головокружительным погружением из серой фермерской рутины в мир яркой, запретной власти. Он стал частью внутреннего круга Мафии, получив прозвище «Сеятель» (ироничный намек на его прошлое и его новую роль в управлении аграрным миром). Его работа была сосредоточена в подземном штабе, который он теперь знал как "Убежище".

Штефан и Йорн не тратили времени. Они предоставили Клаусу доступ к целой коллекции заброшенного оборудования и артефактов Эльдар, которые были обнаружены в древнем, засыпанном песком хранилище под Гипер-Плексами. Эти технологии были невероятно сложны, и совершенно чужды примитивной имперской инженерии. Клаус, обладавший врожденным талантом к механике и, что было удивительно, определенной долей "пси-чувствительности" (которую он не осознавал), начал изучать их с маниакальным рвением.

Клаус обнаружил, что Эльдарские технологии работали не на грубой силе, а на синхронизации мысли и материи. Пси-Сенсорная Матрица, которую он держал в руках, требовала не нажатия кнопок, а ментального резонанса. Осваивая эту "гиперпанк"-методологию, он научился проникать в глубинные, криптографически защищенные нейросети Гипер-Плексов.

В течение следующих месяцев его продвижение было стремительным. Он начинал с банальных задач, как, например, незаметное перенаправление водных потоков для саботажа конкурентов Штефана или подделка данных об урожайности. Но скоро он стал незаменимым:

Интерфейсы: Клаус разработал систему, позволяющую более эффективно подключать Эльдарские Световые Реле к старой имперской проводке, стабилизируя систему контроля.

Шпионаж: Используя тонкие Пси-Волновые Эмиттеры, он научился "подслушивать" закрытые каналы связи Администрации и Варгов, обеспечивая Штефана абсолютным стратегическим преимуществом.

Контроль Хаоса: Он мог вызывать мелкие, "случайные" сбои в фермерских хозяйствах, которые отказывались платить Мафии, или, наоборот, обеспечивать рекордные урожаи для тех, кто был лоялен.

Его успех вызывал беспокойство. Йорн, заместитель Штефана, наблюдал за Клаусом с растущей подозрительностью. Йорн, хоть и был правой рукой лидера, не понимал тонкостей гиперпанк-технологий. Он видел в них лишь инструменты и считал, что они должны использоваться для максимальной личной наживы, а не для "тонкого контроля" планеты, как это делал Штефан. Йорн был простым бандитом, мечтающим о богатстве, тогда как Штефан был, по сути, теневым правителем, который наводил порядок.

«Ты слишком много возишься с этими игрушками», — однажды прошипел Йорн, когда Клаус калибровал Эльдарский Вихревой Передатчик. «Мы должны просто продать эту технологию, уйти с этой свалки и жить как короли на каком-нибудь роскошном курорте».

«Эти игрушки, Йорн, дают нам власть над всей планетой. Это то, что Империум не может даже представить», — спокойно ответил Клаус. Он уже не был испуганным фермером. В его взгляде появилась твердость, а мышление стало острым, как осколок Кристалла-Духа.

Клаус начал замечать, что Штефан, несмотря на свою жесткость, использовал свою власть для поддержания стабильности. Он не допускал голода, обеспечивал минимальный уровень жизни тем, кто подчинялся, и защищал их от произвола Администрации и Варгов. Он был злом, которое обеспечивало порядок.

Но Йорн становился все более нетерпеливым и жадным. Клаус, используя свою растущую способность к пси-сканированию через Эльдарские приборы, начал улавливать странные, неясные ментальные шумы, исходящие от Йорна — мысли о предательстве. Йорн тайно искал покупателей на самые ценные артефакты, планируя сдать всю организацию Администрации, как только получит деньги.

Клаус понял, что в Убежище существует три силы: Штефан — тиран-стабилизатор; Йорн — жадный, нестабильный предатель; и он сам — Сеятель, который держал в руках ключи ко всему. Если он не предпримет действий, Йорн разрушит все, что было построено, и вернет планету в руки Варгов и хаоса.

Клаус начал разрабатывать план, используя гиперпанк-технологии, чтобы нейтрализовать Йорна, но вскоре понял, что его главной проблемой был сам Штефан. Штефан был слишком силен и слишком опасен, чтобы просто его обойти. Чтобы спасти мир, который он невольно начал ценить, Клаусу нужно было устранить лидера.

Клаус знал, что не сможет противостоять Штефану в открытом бою. Лидер мафии был не просто силен; он был окружен преданными, безжалостными ветеранами и всегда находился под защитой Аугментированных (кибернетически усиленных бойцов). Клаусу нужно было использовать свое главное преимущество: невидимое, высокотехнологичное оружие и глубокое знание системы.

Он разработал план, который был столь же дерзким, сколь и изощренным. Его целью было заставить Штефана стать жертвой "несчастного случая", который выглядел бы как результат его собственной небрежности или как результат действий конкурирующей фракции, что должно было отвлечь подозрения от Клауса.

Для реализации плана Клаус использовал Силовой Кристалл Эльдар, который мафия использовала для питания своих самых мощных гиперпанк-устройств. Этот кристалл, излучающий мощную, но невидимую энергию, был сердцем всей их системы. Клаус тайно извлек его, заменив на хитроумно собранный имперский энергетический конденсатор, который мог имитировать его излучение в течение нескольких часов, прежде чем перегореть.

Он знал, что Штефан проводил регулярные встречи в своей личной, наиболее защищенной комнате — своего рода "Черном Кабинете", который был соединен непосредственно с основной энергомагистралью Убежища и защищен сложной системой автоматических турелей, которые включались при малейшем скачке напряжения.

Клаус также знал, что Йорн планировал сбежать в ближайшие дни, получив крупную сумму за слив информации. Это создавало идеальную отвлекающую цель.

Ночь Операции:

Клаус ждал, когда Штефан войдет в свой кабинет для ночного сеанса контроля планетарных данных. Он сидел в техническом отсеке, сосредоточенно манипулируя Пси-Волновым Эмиттером. Его цель: создать локализованный, интенсивный ментальный резонанс в районе Черного Кабинета, используя частоты, которые воздействовали на древнюю, изношенную броню Штефана.

В полночь, когда Штефан был внутри, Клаус активировал Эмиттер.

1 фаза: Дестабилизация. Эмиттер издал бесшумный для человека, но мощный пси-волновой импульс. Энергия ударила по броне Штефана, вызывая короткое замыкание в его нейронном интерфейсе. Штефан закричал, отшатнувшись от консоли.

2 фаза: Отключение. В этот же момент Клаус удаленно отключил имитатор Кристалла, заставив систему поверить, что произошел внезапный и катастрофический скачок напряжения во всей сети.

3 фаза: Кара. Сработали системы защиты Убежища. Все знали, что Штефан настаивал на максимально жесткой системе безопасности. Древние, высокочувствительные Автоматические Турели в Черном Кабинете мгновенно отреагировали на скачок, посчитав его за вторжение.

Когда турели открыли огонь, Штефан, чья броня была временно парализована и чье сознание было дезориентировано пси-волной, не смог отреагировать. Комната наполнилась огнем из высокоскоростных автопушек, а его тело было разорвано на части в считанные секунды. Снаружи все выглядело так, будто система дала сбой и уничтожила своего пользователя.

Клаус немедленно бросился к месту происшествия. Он увидел Йорна, который уже подбегал к двери, с безумным блеском в глазах, видя шанс на бегство и обогащение.

«Система сошла с ума! Он мертв! Это был сбой!» — крикнул Клаус, изображая панику, но затем добавил, хватая Йорна за рукав: «Активировался протокол Предательства! Турели видели, как ты пытался сбежать с украденными данными!»

Йорн запаниковал. Он действительно собирался бежать с украденными данными. Он выхватил свой элегантный Эльдарский пистолет. «Ты лжешь, фермер! Это ты виноват!»

Но было слишком поздно. Клаус, опережая его, толкнул Йорна на консоль управления. Энергия, бьющая из поврежденных проводов, ударила Йорна током, а затем, воспользовавшись всеобщим хаосом, Клаус нанес ему удар по голове тяжелым имперским гаечным ключом, который всегда носил с собой. Йорн, потеряв сознание, рухнул на пол. Клаус быстро подбросил к нему свой пистолет и несколько украденных Штефаном Эльдарских чипов, убедившись, что все выглядит так, будто Йорн пытался устранить Штефана, чтобы украсть и сбежать, но был убит системами защиты.

Когда охрана ворвалась в комнату, они увидели: растерзанное тело Штефана, мертвого Йорна с пистолетом в руке и Клауса, который стоял рядом, покрытый кровью, но невредимый.

«Система среагировала на сбой. Йорн пытался украсть артефакты и сбежать, но Отец (так Штефана иногда называли) поймал его. Йорн его убил, а турели убили Йорна», — спокойно объяснил Клаус, глядя на охранников с абсолютной уверенностью.

Он держал в руке кристалл-сердце системы. «Теперь я держу ключ. Мы должны обеспечить стабильность. Мы не позволим Администрации воспользоваться этим».

Клаус, бывший фермер, взял под контроль Мафию Гипер-Плекса.

Смерть Штефана и ликвидация Йорна оставили вакуум власти, который Клаус немедленно заполнил. Его хладнокровная реакция, знание технологий и способность мгновенно восстановить систему контроля над Гипер-Плексами убедили оставшихся членов Мафии, что он — единственный, кто может удержать их от падения в хаос или уничтожения Администрацией. Клаус, "Сеятель", стал новым лидером.

Однако Клаус не стремился к власти ради личного обогащения или тирании, как его предшественники. Он помнил свою жизнь как фермера, долги и рабство, которого ему удалось избежать. Его целью стало использование запретных технологий Эльдар для стабилизации и улучшения жизни на Спектрум 2b, создавая, по сути, нелегальный, скрытый «золотой век» для простого населения.

Правление Клауса (Гиперпанк-Гуманизм):

Продовольственная Стабильность: Используя Эльдарские Пси-Матрицы с невероятной точностью, Клаус оптимизировал все циклы выращивания. Он устранил искусственные засухи и "случайные" порчи урожая, которые раньше использовались Штефаном для манипуляций. Урожайность выросла на 40%, и впервые за многие годы на Спектрум 2b прекратились голодные бунты, а пайки перестали быть предметом роскоши.

Социальная Справедливость (Теневая): Клаус тайно использовал свои знания о кредитных системах, чтобы "стирать" долговые обязательства у фермеров, которые оказывались в тупике. Он внедрил Гипер-Шифры в имперскую базу данных, заставляя кредиты исчезать. Де-факто рабство (контрактная служба) стало сокращаться, поскольку все больше людей могли погасить свои долги.

Технологическое Развитие: Вместо того чтобы прятать технологии, Клаус использовал их для улучшения инфраструктуры. Он восстановил старые, ржавеющие рециркуляционные системы, используя Эльдарские Световые Реле для передачи чистой энергии и воды. Нижний Город, где базировалась Мафия, стал не просто пристанищем для преступников, но и центром нелегального технического прогресса. Клаус открыл подпольные школы, где обучал своих технологов использованию гиперпанк-оборудования для поддержания планетарной жизни.

Клаус превратил Мафию в Теневое Правительство. Официально Администрация и Варги продолжали собирать налоги и давать указания, но на практике их приказы исполнялись только тогда, когда это было выгодно Клаусу. Он создал идеально работающий, высокотехнологичный "подводный" механизм, который обеспечивал планету лучшей жизнью.

Для своих людей Клаус был спасителем. Он был тем, кто восстановил справедливость и порядок, который Империум не смог или не захотел обеспечить. Он был жестоким по необходимости (любые попытки открыто восстать или предать карались быстро и безжалостно), но его жестокость была направлена на защиту системы, а не на личное обогащение.

Клаус также был невероятно осторожен. Он знал, что его успех — это прямой вызов Имперской власти. Он использовал Эльдарские Волновые Детекторы для сканирования орбиты и гиперпространства, чтобы обнаружить любое необычное прибытие. Он регулярно устраивал "контролируемые сбои" — небольшие, заметные поломки, которые отвлекали внимание Администрации и Имперского Флота, создавая видимость, что планета все еще находится на грани краха и не стоит особого внимания.

Несмотря на все его усилия, его деятельность оставила следы. Быстрый и неожиданный рост урожайности, необъяснимое снижение "рабских" контрактов и внезапная смерть двух ключевых фигур в местном преступном мире (Штефана и Йорна) — всё это было зарегистрировано в имперских логах.

Где-то далеко, на борту массивного, готического крейсера, эти аномалии наконец привлекли внимание.

В бюрократических отчетах они выглядели как «Чрезмерная Социально-Экономическая Стабильность в Кризисном Мире» и «Подозрительные Случаи Устранения Лидеров Культов».

Император не любит стабильность, достигнутую вне его законов.

Эти сигналы привели на Спектрум 2b двух людей, чье прибытие ознаменует конец теневого правления Клауса.

Несмотря на все предосторожности Клауса, Имперская машина правосудия была медленной, но неизбежной. Успехи Клауса, выражавшиеся в повышении эффективности и стабильности планеты, были восприняты не как благо, а как аномалия, требующая немедленного расследования. Никто в Империуме не ожидал, что преступный элемент сможет обеспечить лучший порядок, чем Администратум.

На орбиту Спектрум 2b прибыл одинокий, но внушительный имперский корвет, выкрашенный в мрачные, черные цвета. Его появление было скрытным, без официальных объявлений, и Клаус, благодаря своим Пси-Волновым Детекторам, уловил лишь слабый, почти неразличимый отпечаток в гиперпространстве – слишком поздно, чтобы эффективно отреагировать.

На борту корвета находилась инквизиторская свита. Возглавлял их Инквизитор Курт из Ордо Еретикус. Курт был воплощением имперского детектива и фанатизма: высокий, жилистый мужчина с лицом, изуродованным шрамами от старых допросов, и взглядом, в котором читалась вечная подозрительность. Он искал ересь, мутацию и ксеносов — и планета, которой управляла нелегальная сила, была для него идеальным полем для охоты.

Его сопровождал Псайкер Бенедикт, прикрепленный для обнаружения и нейтрализации любого несанкционированного ментального или ксено-следа. Бенедикт был облачен в черные, расшитые символами робы, его глаза были скрыты под темными линзами. Он был спокойной, но невероятно опасной силой, способной "слышать" даже самые тихие гиперпанк-резонансы, которые использовал Клаус.

Их отряд был небольшим, но смертоносным: четыре опытных Штормтрупера в аугментированной броне, обученных для зачистки и ближнего боя.

Сразу после высадки в столичном улье Администратума Курт начал свою "детективную" работу.

«Бенедикт, ты что-нибудь чувствуешь?» — спросил Курт, просматривая фальсифицированные отчеты о росте урожайности.

Псайкер Бенедикт закрыл глаза, его пальцы нервно сжимали оберег из черепа. «Я чувствую… порядок, Инквизитор. Слишком много порядка для такого мира. Это не хаос; это контроль. И этот контроль чужд».

Бенедикт направил свой ментальный взор в глубину планетарной инфраструктуры, словно пытаясь услышать ее сердцебиение. «Я ощущаю… тонкий, но постоянно работающий резонанс. Он элегантен, Курт. Не имперский, не грубый. Это… ксенос. Какое-то несанкционированное пси-эхо пронизывает планетарную сеть. Они используют технологии, которые мы должны были уничтожить».

Это было все, что нужно было Курту. Ксенотехнологии, использованные для тайного контроля — для него это было Ересью Гиперпанка.

Инквизитор быстро определил закономерность: все улучшения на планете начинались или заканчивались в одном районе — Нижнем Городе, где, по слухам, скрывалась Мафия. Он собрал свой отряд.

«Мы ищем источник ксено-резонанса. Мафия — это просто фасад. За ним скрывается нечто более древнее и опасное. Мы должны выжечь его», — приказал Курт. «Мы не будем предупреждать Администратум. У них, возможно, тоже руки в грязи. Это будет быстрая и тихая зачистка».

В это время в Убежище Клаус работал над новым проектом — системой, которая должна была полностью автоматизировать очистку воды в одном из самых загрязненных районов. Он был полностью сосредоточен, но его Пси-Сенсорная Матрица внезапно замерцала, издавая пронзительный, ментальный вопль.

«Вторжение!» — резко вскрикнул Клаус, вскакивая на ноги.

Охранники уставились на него. «Что случилось, Босс? Что-то с Варгом?»

«Нет. Хуже. Инквизиция. Они на планете. Бенедикт здесь. Его пси-след… он как лезвие, прорезающее нашу сеть! Он знает о ксенотехнологиях!» — сердце Клауса бешено колотилось. Он знал, что если они доберутся до Убежища и увидят его идеальный, процветающий Гиперпанк-мир, то не станут слушать его оправданий. Он был лидером Мафии, а это был смертный приговор.

Клаус начал отдавать лихорадочные приказы, готовясь к неминуемой битве, которая должна была решить судьбу его теневого царства.

Когда Псайкер Бенедикт определил точное местоположение источника ксено-резонанса, Инквизитор Курт немедленно двинулся в Нижний Город. Это была не обычная полицейская операция, а Зачистка Ереси.

Инквизитор и его отряд Штормтруперов ворвались в Убежище Мафии с хирургической точностью и безжалостностью. Бенедикт шел впереди, его психический взор проникал сквозь стены, подавляя любые низкоуровневые пси-защиты, которые мог установить Клаус.

Клаус успел подготовиться лишь частично. Он активировал несколько ловушек на основе Эльдарских Звуковых Излучателей, которые создавали дезориентирующий акустический хаос, но это лишь немного замедлило Штормтруперов, которые были защищены своей аугментированной броней и шлемами.

Битва в Убежище:

Битва была быстрой и односторонней. Бойцы Мафии, хоть и были вооружены и готовы к стычкам с Варгами, не могли сравниться с элитными солдатами Империума. Штормтруперы использовали шоковые гранаты и Хеллганы (мощные лазерные винтовки), которые пробивали баррикады и броню, как бумагу.

Клаус и его ближайшие техники отступили в главный технический отсек, где находилось сердце их Гиперпанк-системы — коллекция Эльдарских артефактов. Он отчаянно пытался использовать технологии для контратаки.

«Защита периметра! Перенаправьте энергию Кристалла на дестабилизацию их брони!» — кричал Клаус своим людям, лихорадочно манипулируя Пси-Сенсорной Матрицей.

Он смог создать локализованное пси-поле, которое на короткое время вызвало помехи в оптике Штормтруперов и заставило их притормозить. Это был чистый, элегантный гиперпанк-саботаж, но он не убивал.

Псайкер Бенедикт, почувствовав прямое ментальное вмешательство, рассвирепел. Он поднял руки, и по техническому отсеку прокатилась волна чистой психической силы.

«Это нечестиво! Я сожгу твои чуждые мысли!» — закричал Бенедикт.

Пси-сила Бенедикта была грубой, разрушительной, она нацелилась не на людей, а на резонанс. Эльдарские устройства начали искрить и дымиться. Стекло на Пси-Сенсорной Матрице треснуло, а сам Силовой Кристалл издал предсмертный, пронзительный звук, прежде чем взорваться с ослепительной вспышкой, которая отправила Клауса на пол.

Когда Клаус поднял голову, его Убежище было в руинах. Техники, что остались с ним, были убиты Штормтруперами. Инквизитор Курт стоял над ним, тяжело дыша, с болтером в руке.

«Ксено-еретик! Ты думал, что можешь управлять миром с помощью технологий отвратительных чужаков?» — голос Курта был полон презрения.

Клаус, ошеломленный и оглушенный, попытался заговорить, указав на консоли: «Я… я сделал планету лучше! Люди не голодали! Варги не держали их в рабстве!»

Курт пнул ногой остатки Эльдарской Световой Реле. «Ты заменил закон Императора на закон ксеносов и преступников! Это и есть твоя ересь! Твои "добрые дела" не имеют значения. В основе твоего порядка лежит отвратительный, чуждый разум. За это ты заплатишь своей жизнью».

Клаус увидел, что Курт не собирается слушать. Для Инквизитора не существовало никаких "серых зон". Лидер Мафии, использующий ксенотехнологии, был виновен во всем, независимо от его мотивов. Его смерть была предопределена.

Клаус понял, что его Гиперпанк-мечта рухнула. Он проиграл. Единственное, что осталось, это инстинкт выживания, который он приобрел, когда-то покинув свою ферму.

Пока Курт готовил болтер для выстрела, Клаус, используя последний неповрежденный Миниатюрный Дестабилизатор Поля, который он прятал в кармане своего комбинезона, выпустил быстрый заряд в пол.

Заряд не убил, но вызвал сильное, локализованное электромагнитное искажение и короткое замыкание в главной проводке. Свет погас, и Штормтруперы на мгновение потеряли ориентацию, их прицельные системы сбились.

Клаус рванул к заднему выходу — аварийному туннелю, который он построил для самых крайних случаев.

«Он убегает! За ним!» — заорал Курт.

Сквозь грохот болтеров и крики Клаус проскользнул в темноту туннеля. Он больше не думал о спасении планеты. Он думал только о том, чтобы спасти свою жизнь. Спектрум 2b был мертв для него.

Темный аварийный туннель, который Клаус когда-то спроектировал как запасной путь для важных поставок, стал его единственным шансом на выживание. Он бежал, тяжело дыша, его комбинезон пропитался потом, а в ушах звенел психический крик Бенедикта и грохот болтерных выстрелов, которые теперь звучали за его спиной.

Инквизитор Курт и его Штормтруперы немедленно начали преследование. Туннели были узкими и запутанными, но Бенедикт, используя остаточный пси-след Клауса и его связь с разрушенными ксенотехнологиями, вел отряд прямо за ним.

Клаус знал, что не сможет долго оторваться от элитных солдат. Ему нужна была скорость и маскировка. Он достиг заброшенной секции Нижнего Города, где в стене была спрятана его единственная страховка — его личный шаттл. Это был модифицированный грузовой челнок, который он тайно оборудовал для быстрых, несанкционированных взлетов, используя, конечно же, свои гиперпанк-навыки.

Шаттл был оснащен импульсным генератором маскировки на основе Эльдарских Световых Панелей, который, будучи активирован, мог ненадолго "скрыть" челнок от обычных имперских сканеров, сливая его сигнатуру с фоновым шумом Гипер-Плексов. Это был незаконный, но невероятно эффективный способ обхода блокады.

Когда Клаус добрался до своего убежища, он обнаружил, что туннель завален обломками. Это было следствием психического удара Бенедикта. Пришлось потратить драгоценные минуты, чтобы активировать портативный резак и прорезать себе путь.

Как только он выбрался, за углом раздались тяжелые шаги Штормтруперов.

«Он здесь! Я чувствую его след!» — проревел Бенедикт, его голос был усилен пси-силой.

Клаус бросился к люку шаттла. Он нажал на активационную панель, и люк с шипением открылся. Он забрался в кабину, его руки автоматически начали активировать системы, которые он знал наизусть.

Первый Штормтрупер появился в проеме и тут же открыл огонь. Лазерный луч пробил обшивку шаттла рядом с головой Клауса, расплавив металл.

Клаус, не обращая внимания на панику, активировал Главное Питание. Системы ожили, и шаттл вздрогнул.

«Взлет! Немедленно!» — прошипел Клаус.

Челнок, предназначенный для перевозки грузов, а не для боевых маневров, поднялся на гидравлических опорах, осыпая преследователей обломками и пылью.

Курт, появившись рядом со Штормтрупером, выстрелил из болтера, но Клаус уже набрал достаточную высоту. Он не стал вылетать через главные воздушные коридоры. Вместо этого он направил шаттл прямо в верхние уровни Гипер-Плекса, используя его как укрытие.

По пути Клаус активировал Импульсный Генератор Маскировки. Вокруг шаттла появилось невидимое поле искажения, которое делало его "прозрачным" для радаров. Он использовал старые, нелегальные пролеты, которые знал еще фермером, чтобы подняться над коричневым небом Спектрум 2b.

Выйдя из атмосферы, он немедленно установил курс. Его целью стала планета Квантия — отдаленный, малозначимый мир, известный своей нейтральностью и слабым присутствием Имперской бюрократии. Он выбрал этот мир, потому что он был достаточно далеко от основных торговых путей и слишком незначителен, чтобы Инквизиция тратила время на его проверку.

Клаус активировал Гипердвигатель. В этот момент его сканеры уловили сигнал: корвет Курта начал подготовку к преследованию. У него были считанные минуты.

Спектрум 2b исчез в кильватере корабля, когда Клаус вошел в Гиперпространство. Он сидел в темноте кабины, один, изгнанник. Его Мафия была мертва, его мечта об идеальном, управляемом гиперпанком мире была уничтожена, а единственное, что ему оставалось — это накопленные деньги и знания.

Эти средства, которые он берег на случай шантажа или подкупа, теперь стали его единственным инструментом для перерождения. Ему нужно было исчезнуть. Клаус должен был умереть, чтобы на свет появился кто-то новый.

Путешествие на Квантию заняло несколько недель. Все это время Клаус провел в одиночестве, избегая любых контактов и прокладывая извилистый, неочевидный маршрут, чтобы замести следы от потенциального преследования Инквизитора Курта. Его шаттл, хоть и был потрепан, нес в себе не только его тело, но и остатки его богатства: зашифрованные кредитные слитки и несколько тщательно скрытых портативных Эльдарских модулей, которые он успел демонтировать перед бегством. Эти модули были невероятно ценны и могли обеспечить ему новую жизнь.

Квантия оказалась умеренным, бюрократическим миром, занимавшимся в основном производством стандартных имперских форм и административного оборудования. Это был серый, скучный мир, идеальный для того, чтобы в нем раствориться.

Клаус не стал приземляться в главном космопорте. Он использовал свои оставшиеся гиперпанк-знания, чтобы обойти сканеры и совершить несанкционированную посадку в отдаленной, заброшенной сельскохозяйственной зоне, которая удивительно напоминала Спектрум 2b, но была гораздо менее суровой.

Его первым и самым важным шагом было исчезновение. Он знал, что Инквизиция будет искать Клауса — лидера Мафии.

Смена Данных: Используя свои кредитные слитки и небольшие Эльдарские Крипто-Взломщики, Клаус нашел подпольный сервис, специализирующийся на полной переработке идентичности. Это было рискованно, но необходимо. Он заплатил огромную сумму, чтобы уничтожить все записи о своем существовании на Спектрум 2b, создать фальшивые, но безупречные рабочие и налоговые записи на Квантии и получить новый, легальный Имперский Идентификационный Чип.

Смена Внешности: Он подверг себя нелегальной, но высокоэффективной биологической аугментации. Его старое, изможденное от фермерского труда тело получило более мягкие черты. Цвет волос и глаз был изменен. Самым важным было изменение черт лица, чтобы избежать совпадения с любыми пси-метрическими сканами, которые могла использовать Инквизиция. Бывший Клаус, мрачный и суровый парень с Спектрум 2b, исчез.

Смена Имени: Он выбрал максимально нейтральное, распространенное имя: Йозеф. Теперь он был Йозеф, бывший работник по техническому обслуживанию с периферийного мира, прибывший на Квантию в поисках спокойной жизни.

Клаус – теперь Йозеф — отошел от опасности и власти. Он оставил технологии, криминал и даже героизм. Урок, который он усвоил: любая власть, не санкционированная Империумом, обречена на уничтожение.

Он купил скромный участок земли на Квантии. Это была обычная, низкотехнологичная ферма. Здесь не было Гипер-Плексов, не было Эльдарских артефактов, не было пси-резонансов — только глина, вода и простые, имперские семена.

Йозеф не мог вернуться к своей прежней, полной насилия и технологий жизни. Он сознательно выбрал нормальность. Его новые дни были заполнены простым, тяжелым физическим трудом, а ночи — тишиной, а не гулом подпольного Убежища.

Он стал простым фермером.

Однако, несмотря на внешнее спокойствие, Йозеф оставался бдительным. Он по-прежнему хранил два из самых маленьких Эльдарских артефакта, которые он не осмелился уничтожить: Миниатюрный Пси-Детектор (замаскированный под обычный ремонтный инструмент) и Силовой Резонатор (вшитый в его одежду).

Он больше не использовал их для управления планетами. Теперь они служили одной цели: раннее предупреждение. Он хотел знать, если тень Инквизиции, или, что хуже, Псайкер Бенедикт, когда-нибудь снова найдет его след.

Йозеф, бывший лидер Мафии и гиперпанк-гений, получил то, что хотел: спокойствие. Но знал ли он, что прошлое, особенно в мире Warhammer 40k, никогда не отпускает своих жертв полностью?

Прошло десять лет. Клаус, ныне Йозеф, в свои тридцать лет выглядел значительно старше из-за тяжелого физического труда, но в его глазах наконец-то погас тот нездоровый огонь напряжения, который горел в нем на Спектрум 2b. Он был простым, уважаемым фермером на Квантии. Его участок процветал, не благодаря запретным технологиям, а благодаря упорному труду и знанию агрономии, которое он получил еще в юности.

Йозеф жил в изоляции. Его контакты с соседями были минимальны и сводились к обсуждению погоды и цен на зерно. Он никогда не говорил о прошлом, не обсуждал политику и всегда избегал упоминаний Империума или, упаси Император, Инквизиции.

Его маленький дом был простым, но хорошо укрепленным. В его мастерской, среди имперских гаечных ключей и примитивных сканеров, покоились его последние секреты. Миниатюрный Пси-Детектор — его главный оберег — был вмонтирован в ручку старого культиватора. Йозеф регулярно проверял его: никаких пси-эхо, никаких чуждых резонансов. Только чистый, скучный ментальный шум Квантии.

Он стал мастером камуфляжа. Он был столь же банален и предсказуем, сколь и любой другой фермер на планете, и это была его лучшая защита. Он понял, что в Галактике, где ищут ересь, власть и аномалии, идеальная нормальность — это лучший плащ-невидимка.

Тихий След:

Однажды, во время ежегодного сбора урожая, в местном поселении прошел слух. На Квантии видели агента Ордо Еретикус. Не инквизитора, не псайкера, а простого, но настойчивого следователя. Он опрашивал жителей о необычных происшествиях, странных новых поселенцах и необъяснимом технологическом прогрессе.

Йозеф услышал это, и внутри него, как ржавый механизм, сработал старый страх. Он немедленно вернулся на свою ферму.

Он активировал Миниатюрный Пси-Детектор в ручке культиватора. Детектор оставался абсолютно спокойным. Никакого пси-следа. Но Курт научил его: не всегда ересь кричит, иногда она шепчет.

Йозеф провел бессонную ночь, анализируя ситуацию. Он понял, что Курт, возможно, не смог найти его сразу, но, будучи опытным детективом, он не отпустил бы след. Курт знал, что Клаус использовал Эльдарские модули, которые требовали перезарядки или обслуживания. Если бы Клаус был жив, он бы рано или поздно воспользовался своими навыками или деньгами.

Инквизиция, не найдя его на Спектрум 2b, вероятно, просто составила список всех "пропавших" или "переродившихся" личностей в ближайших секторах и отправила агентов проверить их. Йозеф был одним из десятков таких целей.

Выбор:

Йозеф стоял перед сложным выбором:

Бежать снова: Уничтожить все и начать всё заново, постоянно скитаясь по Галактике.

Драться: Использовать последние Эльдарские модули для нейтрализации агента и снова ввязаться в игру.

Остаться: Доказать, что его новая личность — реальна, и рискнуть, что следователь его проигнорирует.

Он выбрал третий путь. Он не стал бежать. Он был слишком устал от бегства.

На следующий день, когда агент Инквизиции (одетый как обычный имперский чиновник) пришел на его ферму, Йозеф встретил его, одетый в грязный комбинезон, пахнущий землей.

«Йозеф, верно? Я проверяю записи. Вы прибыли сюда десять лет назад?»

«Да, сэр. Я приехал из Бетулы 5, искал место потише. У меня все бумаги в порядке», — ответил Йозеф, его голос был монотонным, а в глазах читалась усталость, но не страх.

Агент задавал рутинные вопросы. Где работал, с кем общался, есть ли у него какие-то необычные знания. Йозеф отвечал просто и правдиво (относительно Йозефа). Он показал свои руки, мозолистые от работы с примитивными инструментами. Он показал свои старые, исправные, но немодифицированные харвестеры.

«И вы никогда не увлекались электроникой или чем-то таким?» — спросил агент.

Йозеф усмехнулся, пожав плечами. «Сэр, единственное, что я ремонтирую, это тракторы. И то, по старинке — молотком. Мне нужно простое, чистое место. С меня хватило проблем».

Следователь кивнул. Он не нашел ни одной аномалии, ни одного пси-следа, ни одного признака гиперпанка. Он увидел лишь то, что хотел видеть Империум: бесконечную, безымянную рабочую единицу.

Агент ушел, оставив Йозефа в одиночестве. Клаус выдохнул. Он победил, не сражаясь. Он победил, став никем.

Он вернулся к культиватору, и его рука легла на ручку, где скрывался Пси-Детектор. Он оставил свою власть и свое прошлое, но заплатил за это вечной бдительностью.

Клаус, бывший лидер Мафии, бывший гиперпанк-гений, продолжил свою новую, нормальную жизнь. В Галактике, охваченной войной и хаосом, его самая большая победа была в том, что он просто жил. И эта жизнь, которую он спас благодаря своей жестокости и гению, была единственным, что имело для него значение.

Конец.