X-COM x Евангелион

Глава 1: Последний Рубеж

Резкий, почти химический запах озона и горелого металла ударил в ноздри, заставив Эхо плотнее прижаться к оплавленной, еще теплой бетонной плите, бывшей когда-то стеной жилого дома. Земля под ногами содрогнулась от очередного близкого разрыва, и сверху посыпалась мелкая бетонная крошка, оседая на тактическом шлеме. Грохот орудий "Чужих" – так их прозвали в X-COM за неимением лучшего термина для этой конкретной волны тварей – не стихал ни на минуту, превращаясь в непрерывный, давящий на уши гул. Бетонная пыль скрипела на зубах.

В оптическом прицеле его старенькой, но надежной гаусс-винтовки "Шепот-М3" мелькали силуэты врагов. Их чужеродные, асимметричные формы, покрытые хитином неизвестного состава, переливались в тусклом свете пожаров, пожиравших остовы зданий. Светящиеся зеленым сочленения на их конечностях были отличными мишенями, но тварей было слишком много. Слишком. Гаусс-винтовка "Шепот-М3" пожирала энергию своей ячейки с каждой очередью, разгоняя вольфрамовые сердечники из стандартных магазинов почти до гиперзвука. Осталось всего два таких магазина – тридцать выстрелов – и индикатор энергоячейки на винтовке угрожающе мигал красным, почти сливаясь с отблесками пламени на его лицевом щитке.

Он видел, как одна из фигур – долговязая, с непропорционально длинными руками-клешнями, на одной из которых угадывалось утолщение, похожее на биомеханическое орудие, – развернулась, и из жерла этого нароста вырвался слепящий энергетический сгусток в сторону укрытия, где засел сержант Риггс. Эхо дернулся, чтобы крикнуть предупреждение в комм, но палец лишь судорожно сжал цевье винтовки. Опоздал. Вспышка, короткий, захлебнувшийся крик в статическом шуме комм-канала, и на месте Риггса остался лишь дымящийся кратер, из которого поднимался едкий дым. Еще один. Третий за последние десять минут.

"Боеприпасы на исходе. Энергоячейка почти села. Шансов ноль," – безэмоционально пронеслось в его голове, как сухая сводка тактического компьютера. Отступать было некуда – да и не имело смысла. Сектор был потерян. Командование молчало уже час.

Внезапное, почти животное чувство опасности, острое покалывание в висках – предвестник псионического "шепота", как он его называл – заставило его инстинктивно откатиться в сторону, не думая, просто подчиняясь рефлексу. Через мгновение в то место, где он только что находился, с воем врезался плазменный заряд, оставив на бетоне шипящий, оплавленный след размером с его торс. "Опыт," – мысленно усмехнулся он, не меняя выражения лица. Пусть командование и дальше считает его просто "везучим" или "обладающим феноменальной интуицией". Меньше знают – крепче спят. И дольше живут. Иногда. Псионика была его секретом, его последним козырем в этой проигранной партии.

Его движения были выверены годами тренировок и десятками реальных боев: скупые, быстрые, эффективные. Лицо под слоем пыли и копоти оставалось непроницаемым, словно высеченным из камня. Он не тратил драгоценные секунды на эмоции; только холодный анализ ситуации, поиск уязвимостей врага, расчет траекторий. В памяти на мгновение всплыло лицо Риггса – молодого, еще не обстрелянного парня, который пару часов назад делился с ним последней галетой. Обрывок приказа из Центра, который он, Эхо, выполнить не смог. Снова. Список невыполненных приказов и потерянных жизней становился все длиннее.

Комм-канал в шлеме ожил, прорываясь сквозь помехи треском и воем. Искаженный, почти неразборчивый голос полковника Вэнса, или то, что от него осталось: "...-ктор Альфа... полностью... п-потери... Протокол "Затмение"... Объект... аномальная зона XYZ... един... шанс... Выполнять, Эхо. Связь оборвалась окончательно, оставив после себя лишь шипение статики.

Протокол "Затмение". Самоубийственная миссия. Исследование аномальной энергетической сигнатуры, зафиксированной спутниками X-COM на окраине разрушенного мегаполиса – единственной, пусть и призрачной, надежды. Сигнатура исходила из руин древнего, нечеловеческого строения, о происхождении которого спорили лучшие умы X-COM, пока не стало слишком поздно для споров. Теперь спорить было некому.

"Или сдохнуть здесь, как остальные," – добавил он про себя, поднимаясь с колен. Пыль осыпалась с его потрепанного бронекостюма.

Разрушенный город вокруг напоминал кладбище обезумевших титанов. Искривленные остовы небоскребов царапали небо, затянутое плотным, маслянистым дымом, сквозь который едва пробивался багровый, больной свет заходящего солнца. Вдалеке все еще слышались вспышки и грохот – остатки сопротивления или просто агония города, пожираемого "Чужими". Воздух был тяжелым от запаха гари, расплавленного пластика, химикатов и неизменного спутника войны – сладковатого, тошнотворного запаха смерти, который уже давно стал для Эхо привычным фоном.

Он проверил остатки снаряжения. Два магазина к "Шепоту" – тридцать выстрелов. Боевой нож "Клык", верный и безотказный, холодная сталь которого не раз спасала ему жизнь. Полевой медпакет с единственной ампулой регенеративного стимулятора "Второе дыхание" – на крайний случай. На тактическом планшете на запястье, чей экран треснул, но все еще работал, высветился маршрут к аномалии – красная линия, проложенная через самые опасные, кишащие "Чужими" кварталы. Эхо поднял забрало, стер с лица пот и бетонную пыль тыльной стороной перчатки. Его серые, всегда настороженные глаза холодно оценили предстоящий путь. Надежды почти не было, но был приказ. И была привычка выживать.

Через три часа изматывающего продвижения, нескольких коротких, яростных стычек, где ему приходилось полагаться больше на скрытность и псионическое предчувствие опасности, чем на скудный боезапас, он достиг цели. Зона XYZ. Руины древнего, дочеловеческого или нечеловеческого строения, о происхождении которого спорили лучшие умы X-COM, пока не стало слишком поздно для споров. Теперь эти умы покоились под обломками Центрального Командования.

Воздух здесь вибрировал, словно натянутая струна гигантского, невидимого инструмента. Приборы на его запястье – те, что еще работали – зашкаливали, издавая непрерывный, тревожный писк. Из глубины полуразрушенного центрального зала строения исходило странное, пульсирующее голубоватое свечение, отбрасывающее дрожащие тени на обрушенные колонны. Эхо остановился у массивного, заваленного обломками входа. Он чувствовал это место. Чувствовал, как его скрытые пси-способности, его "дар" и проклятие, болезненно резонируют с этой чужеродной энергией, словно камертон, отзывающийся на неведомую, диссонирующую ноту. Давление в висках стало почти невыносимым, заставляя его стиснуть зубы. Война в его мире была проиграна. Это он знал точно. Но что скрывалось здесь, в сердце этой аномалии? Ответ? Или просто еще одна форма смерти? Он сделал шаг вперед, в неизвестность.